Дело № 1-53/2011г. П О С Т А Н О В Л Е Н И Е 19 октября 2011г. Заречный районный суд Свердловской области в составе судьи Мусафирова Н.К., с участием государственного обвинителя помощника Белоярского межрайонного прокурора Жезловой А.Г., представителя потерпевших адвоката Воробьева И.А., защиты в лице адвокатов Смирновой - Зуевой Н.А., Климчука В.А. и Шагельмана А.М., при секретаре Филоновой О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению: Набоких П.Ю. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ и Михеля С.Е. в совершении преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ, У С Т А Н О В И Л: Согласно обвинительного заключения Набоких обвиняется в убийстве, то есть умышленном причинении смерти ФИО2, совершенном в городском округе Заречный Свердловской области 19 мая 2011г., а Михель - заранее не обещанном укрывательстве указанного особо тяжкого преступления. В ходе судебного заседания представителем потерпевших адвокатом Воробьевым, поддержанным потерпевшими ФИО2 и ФИО1 было заявлено ходатайство о возвращении настоящего уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п.1 ч.1 ст. 237 УПК РФ. По мнению как адвоката Воробьева, так и потерпевших при производстве предварительного расследования грубо нарушены требования ст. 220 УПК РФ и по нему нельзя постановить приговор или вынести иное решение. Адвокат Шагельман и его подзащитный Михель также полагали, что в отношении последнего постановление о возбуждении уголовного дела вынесено с грубым нарушением уголовно-процессуального закона, что влечет за собой незаконность всех следственных действий, проведенных в отношении указанного подсудимого, а следовательно, имеются основания для возвращения уголовного дела прокурору. Адвокаты Смирнова - Зуева и Климчук возражали против возвращения уголовного дела прокурору и с этим мнением согласен их подзащитный Набоких. Государственный обвинитель полагала, что постановление о возбуждении уголовного дела, вынесенное в отношении Михель, соответствует требованиям УПК РФ, мотив деяния, инкриминируемого в вину Набоких установлен и оснований для возвращения дела прокурору не имеется. Суд, исследовав заявленное ходатайство, находит его обоснованным и подлежащим удовлетворению по следующим основаниям. 7 июня 2011г. следователем возбуждено уголовное дело №110006167 по факту обнаружения трупа ФИО2 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ (т.1 л.д.1). В дальнейшем, по выводам следствия, к совершению этого преступления была установлена причастность Набоких, которому и предъявлено соответствующее обвинение. В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона следователь не обязан выносить каждый раз новое постановление о возбуждении уголовного дела в случае, когда по делу будет установлено и иное лицо, причастное к совершению преступления либо совершившее деяние, связанное с преступлением, в отношении которого и возбуждено уголовное дело. Однако, если в ходе расследования уголовного дела следствием установлено и иное общественно опасное деяние, связанное с тем, в отношении которого и возбуждено дело и следствие пришло к выводу о необходимости принятия отдельного процессуального документа - вынесения отдельного постановления о возбуждении уголовного дела, последнее должно в полной мере отвечать требованиям ст. 146 УПК РФ со всеми вытекающими из этого процессуальными моментами. 16 июня 2011г. следствие пришло к выводу о том, что в действиях Михеля усматривается состав преступления, предусмотренный ст. 316 УПК РФ - заранее не обещанное укрывательство особо тяжкого преступления убийства потерпевшего ФИО2. В этот день следствие вынесло постановление о возбуждении уголовного дела № 110007167 в отношении Михеля (т.1 л.д.3). В соответствии с п. 4 ч.2 ст. 146 УПК РФ в постановлении о возбуждении уголовного дела указывается пункт, часть, статья УК РФ, на основании которых возбуждается уголовное дело. Вынесенное в отношении Михеля постановление о возбуждении уголовного дела в резолютивной части не содержит ссылки ни на пункт, ни на часть, ни на статью УК РФ, на основании которых возбуждено в отношении его уголовное дело, то есть, не соответствует требованиям п. 4 ч.2 ст. 146 УПК РФ. К доводам государственного обвинителя о том, что описательная часть постановления о возбуждении уголовного дела в отношении Михель содержит ссылку на то, что имеются данные, указывающие на признаки преступления, предусмотренного ст. 316 УК РФ и это является достаточным, свидетельствующим о законности вынесенного постановления, суд относится критически по следующим основаниям. Заключительная, резолютивная часть постановления о возбуждении уголовного дела вытекает из описательной части и должна содержать, в том числе, юридическую квалификацию деяния с указанием на соответствующую статью УК РФ, по признакам которой и возбуждено уголовное дело. Этого в вынесенном постановлении (т.1 л.д.3) не имеется. Ведь если описательно-мотивировочная часть приговора будет содержать ссылку на совершение общественно опасного деяния, запрещенного уголовным законом, а в резолютивной части этого процессуального документа таковая будет отсутствовать, вопроса о том, что допущено или нет грубое нарушение уголовно-процессуального закона (п.3 ч.1 ст. 308 УПК РФ) и не возникает. Исходя и из изложенного, отсутствие в резолютивной части постановления о возбуждении уголовного дела в отношении Михеля указания на соответствующую статью УК РФ, по признакам которой и возбуждено уголовное дело, также является грубым нарушением уголовно-процессуального закона - требований п. 4 ч.2 ст. 146 УПК РФ. Доводы о том, что подозреваемым является лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело, также не соответствуют требованиям УПК РФ, поскольку в силу п.1 ст. 146 УПК РФ. В дальнейшем возбужденное по факту обнаружения трупа ФИО2 уголовное дело № 110006167 и возбужденное с нарушением требований п.4 ч.2 ст. 316 УПК РФ, чего на самом деле нет. При таких обстоятельствах доводы адвоката Воробьева о грубом нарушении требований УПК РФ, доводы адвоката Шагельмана о том, что все последующие следственные действия, выполненные в отношении его подзащитного Михеля являются незаконными, заслуживают внимания. В соответствии со ст. 73 УПК РФ при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления, виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотив. Все это должно быть отражено также в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого (ст. 220 УПК РФ). Согласно предъявленного Набоких обвинению он совершил умышленное убийство ФИО2 испытывая к нему личную неприязнь, поскольку последний предлагал ему заниматься преступной деятельностью, а именно, распространением наркотических средств. Вместе с тем, в материалах уголовного дела имеется постановление о выделении в отдельное производство материалов дела (т.2 л.д.249) и постановление о передаче сообщения о преступлении по подследственности (т.2 л.д.250). Из указанных процессуальных документов следует, что показания свидетеля ФИО3, показания Набоких в качестве подозреваемого о том, что ФИО2 употреблял наркотические средства, хотел через посредников распространять в г. Заречный наркотические средства и с этой целью привезти лицо, которое могло их изготавливать в указанный населенный пункт требуют проверки, в связи с чем ряд материалов и выделен в отдельное производство и направлен для принятия соответствующего решения (т.2 л.д.249-250). Однако, как правильно отмечено адвокатом Воробьевым, принятие соответствующего решения по выделенным материалам и направленным для проверки, находится в прямой причинной связи с обвинением, предъявленным Набоких, с установлением мотивов совершения им инкриминируемого ему деяния, исходя из того, что материалы дела, представленные в суд не содержат каких-либо документальных сведений о занятии погибшим ФИО2 противозаконной деятельностью в период, относящийся к происшедшему. Принимая же процессуальные решения (т.2 л.д.249-250) из которых следует, что показания свидетеля ФИО3 и обвиняемого Набоких о занятии ФИО2 противозаконной деятельностью требуют проверки, следствие тем самым поставило под сомнение не только их показания на следствии о поведении погибшего ФИО2, но и мотив совершения преступления, инкриминируемого в вину Набоких. При таких обстоятельствах суд соглашается с мнением адвоката Воробьева о том, что в нарушение требований ст. 73 УПК РФ мотив совершения деяния, вменяемого в вину Набоких не установлен, нарушены требования ст. ст. 171, 220 УПК РФ. Заслуживают внимания и доводы представителя потерпевших адвоката Воробьева о том, что следствие не установило причастность всех лиц к происшедшему. Так в явке с повинной Набоких указал на то, что когда он в машине нанес удар ножом ФИО2, нож у него выпал и последний ему подал находившийся в машине асбестовец (т.2 л.д.116). Как установило следствие, житель <адрес>. Вместе с тем вынесенное в отношении ФИО4 постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ст. 316 УК РФ (т.2 л.д.246) вообще не затрагивает указанного выше момента, о котором упоминается в явке с повинной Набоких. Более того, в судебном заседании оба подсудимых оспаривали доводы следствия, отраженные в описательной части вынесенного в отношении ФИО4 постановления о том, что с их стороны имели место какие-либо угрозы в адрес ФИО4 в связи с чем он и не сообщил о происшедшем в правоохранительные органы. В свою очередь, если следствие ссылается в постановлении (т.2 л.д.246) о том, что ФИО4 реально опасался за свою жизнь и здоровье, то материалы дела и предъявленное Набоких и Михель обвинение не свидетельствует о том, что угрозы исходили с их стороны и они причастны к совершению иных, не вменяемых им в вину противоправных деяний. По мнению суда ненадлежащее выполнение следователем требований ст. ст. 73, 146, 171,220 УПК РФ является существенным. По указанным выше основаниям суд полагает, что по имеющемуся обвинительному заключению, составленному с нарушениями требований ст.ст. 171, 220 УПК РФ, при наличии грубых нарушений требований п.4 ч.2 ч.1 ст. 237 УПК РФ подлежит возвращению прокурору. В соответствии с ч.3 ст. 237 УПК РФ, при возвращении уголовного дела прокурору судья решает вопрос о мере пресечения и при необходимости продлевает срок содержания обвиняемого под стражей для производства следственных и иных процессуальных действий. Те данные, которые послужили основанием для избрания в отношении Набоких и дальнейшего продления такой меры пресечения, как заключение под стражу (обвинение в совершении особо тяжкого преступления, возможность скрыться и совершить иное общественно опасное деяние), не отпали и в настоящее время. Поэтому у суда нет оснований для изменения ранее избранной меры пресечения, которая подлежит продлению на срок, предусмотренный ч.3 ст. 237 УПК РФ. В отношении Михеля мера пресечения также не подлежит изменению На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.109, 271, 237, 256 УПК РФ, судья П О С Т А Н О В И Л: Ходатайство представителя потерпевших адвоката Воробьева и потерпевших ФИО2 удовлетворить: уголовное дело по обвинению Набоких П.Ю. в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 237 УПК РФ. Меру пресечения в виде заключения под стражу обвиняемому Набоких П.Ю. продлить на срок 1 месяц, начиная с 19 октября 2011г. с содержанием указанного лица в ИЗ 66/1 г. Екатеринбурга. Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении Михеля С.Е. оставить без изменения. Постановление может быть обжаловано в течение 10 суток со дня его вынесения в Свердловский облсуд через Заречный райсуд. Судья Мусафиров Н.К.