Дело № 2-504/2011 Р Е Ш Е Н И Е Именем Российской Федерации 11 ноября 2011 года ст. Преградная. Урупский районный суд Карачаево - Черкесской Республики В составе: Председательствующего - Рощиной М.П. При секретаре - Поух О.Г. С участием: Заместителя прокурора Урупского района - Семеновой Ф.Б., Истца - Брязгина О.И., Представителя истца - адвоката - Хасановой Г.Ю., представившей удостоверение № 22, выданное 30 июня 2009 года и ордер № 084151 от 31 октября 2011 года, Представителя ЗАО «Урупский ГОК» - начальника юридического отдела Сергеевой Л.В., действующей на основании доверенности № 18-2350 от 10 ноября 2011 года сроком на один год, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Брязгина О.И. к закрытому акционерному обществу «Урупский ГОК» о взыскании морального вреда, У С Т А Н О В И Л: Брязгин О.И. обратился в суд с исковым заявлением к закрытому акционерному обществу «Урупский ГОК» о взыскании 500 000 /Пятисот тысяч/ рублей в качестве компенсации за причинённый ему моральный вред. В судебном заседании истец пояснил, что его общий стаж работы составляет 25 лет 8 месяцев, из которых 20 лет 3 месяца он работал подземным машинистом скреперной лебёдки на руднике ЗАО «Урупский ГОК» в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые вызвали профзаболевание - <данные изъяты> В результате чего он является инвалидом <данные изъяты> группы бессрочно с утратой профессиональной трудоспособности на <данные изъяты>. Впервые диагноз профессионального заболевания ему был установлен 18 июня 2008 года. Однако он продолжал работу, связанную с вредными условиями труда до августа месяца 2011 года, так как других работ в ЗАО «Урупский ГОК» не было, а ему надо было материально обеспечивать свою семью до выхода на пенсию. Считает, что профессиональному заболеванию способствовали не только вредные условия труда, но и допускаемые администрацией ЗАО «Урупский ГОК» нарушения санитарно - эпидемиологических правил и иных нормативных актов, поэтому медицинская комиссия пришла к выводам, что его заболевание является профессиональным. Заболевание прогрессирует и его состояние здоровья ухудшается. Денежных средств на лечение недостаточно. В результате этого он испытывает не только физические, но и моральные страдания, поэтому обратился в суд с данным иском. Осознаёт, что в данном случае имеется и его вина, поэтому просит удовлетворить его исковые требования частично, в размере 30 000/ Тридцати тысяч/ рублей. Представитель истца - Хасанова Г.Ю. пояснения Брязгина О.И. подтвердила и поддержала доводы о частичном удовлетворении его исковых требований в сумме 30 000 рублей, а так же просит взыскать в его пользу расходы по делу в сумме 4 000 рублей. Представитель ЗАО «Урупский ГОК» - Сергеева Л.В. утверждает, что истец при устройстве на работу знал о вредных условиях работы под землёй. Она его устраивала. К своему здоровью он относился недолжным образом. После медицинского обследования, установлении заболевания, связанного с его профессией и рекомендациями медицинских работников пройти лечение и не продолжать труд в условиях повышенной запылённости, данными 18 июня 2008 года, продолжал работать под землёй до 8 августа 2011 года. Администрация ЗАО «Урупский ГОК» уволить его по своей инициативе оснований не имела. Установить вину администрации ЗАО «Урупский ГОК» и вину истца с достоверной точностью в данном случае не представляется возможным, так как Брязгин О.И. работал на работах, связанных с вредными условиями труда не только в ЗАО «Урупский ГОК». Поэтому она не возражает о частичном удовлетворении его исковых требований в размере 20 000 /Двадцати тысяч/ рублей. Заместитель прокурора района Семенова Ф.Б. считает, что исковые требования Брязгина О.И., изложенные в исковом заявлении, явно завышены. Он сам это понял и согласился в судебном заседании на частичное их удовлетворение в сумме 30 000 /Тридцати тысяч/ рублей, которые подлежат взысканию в его пользу с ответчика в полном размере. Выслушав истца, его представителя, представителя ЗАО «Урупский ГОК», заместителя прокурора и исследовав материалы дела, суд полагает, что исковые требования Брязгина О.И. подлежат удовлетворению частично по следующим основаниям. В судебном заседании установлено и из материалов дела усматривается, что Брязгин О.И. является инвалидом <данные изъяты> группы в связи с профессиональным заболеванием с утратой <данные изъяты> профессиональной трудоспособности. Согласно ст. 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ и иными федеральными законами. Соответственно ст. 22 Трудового кодекса РФ установлено, что работодатель обязан возмещать работнику такой вред. В соответствии с ч. 3 ст. 8 Федерального закона № 125 - ФЗ от 24 июля 1998 года/ в редакции от 9 декабря 2010 года/ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием осуществляется причинителем вреда, то есть непосредственно работодателем. На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред /физические или нравственные страдания/ действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а так же в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. В данном случае ответчик допускал нарушения законодательства об охране труда, что подтверждено актом расследования случая профессионального заболевания от 18 июня 2008 года, составленным ответственными лицами, действовавшими в интересах работодателя и от его имени, поэтому моральный вред подлежит взысканию с ЗАО «Урупский ГОК». Основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются - наличие морального вреда; неправомерное поведение /действие, бездействие/ работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя. Оценивая в совокупности доказательства, представленные сторонами, а именно медицинское заключение о первичном установлении профессионального заболевания № 446 от 18 июня 2008 года Брязгина О.И., находившегося на стационарном обследовании в Ставропольском краевом клиническом центре специализированных видов медицинской помощи с 16 июня по 19 июня 2008 года, где истцу установлен диагноз профессионального заболевания - <данные изъяты>. л.д. 4; извещение об установлении заключительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания № 6 от 18 июня 2008 года л.д. 5; акт о случае профессионального заболевания от 22 сентября 2008 года, в которых имеются сведения о том, что в процессе работы Брязгин О.И. подвергался воздействию вредных производственных факторов - медно-рудной пыли, шуму, вибрации, работал в условиях искусственного освещения, с физической нагрузкой. Инструктаж по ТБ проходил, средствами индивидуальной защиты обеспечивался л.д. 14-18; справки о результатах установления степени утраты профессиональной трудоспособности от 12 сентября 2011 года и <данные изъяты> группы инвалидности в связи с профессиональным заболеванием л.д. 6; записи в трудовой книжке истца, из которых следует, что Брязгин О.И. принят на работу машинистом скреперной лебёдки в «Урупский ГОК» 15 мая 1984 года, затем увольнялся по собственному желанию и вновь возвращался на работу в Урупский горнообогатительный комбинат. 19 января 1999 принят на работу в ЗАО «Урупский ГОК» подземным крепильщиком, затем работал подземным машинистом скреперной лебёдки до увольнения по собственному желанию в связи с уходом на пенсию по возрасту 8 августа 2011 года л.д. 7-13, суд приходит к выводу о том, что неправомерное поведение работодателя, нарушающее права работника, причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника, вина работодателя нашли своё подтверждение. Так профессиональное заболевание Брязгиным О.И. было получено в июне месяце 2008 года, непосредственной причиной которого послужило длительное многократное воздействие на его организм вредных факторов - медно-рудной пыли, вибрации, шума, искусственного освещения. При этом, как следует из п. 22 акта о случае профессионального заболевания от 22 сентября 2008 года л.д. 14-18 работодателю рекомендовано проводить оздоровительные мероприятия работникам в санаторно-курортных условиях, ужесточить контроль за соблюдением техники безопасности, использовать меры по уменьшению времени воздействия вредных производственных факторов /защита временем/, проводить оздоровительные условия труда согласно разработанного комплекса мер, включая организационно-технические мероприятия. Таким образом, актом расследования случая профессионального заболевания от 22 сентября 2008 года установлена вина ЗАО «Урупский ГОК», который допустил нарушения правил безопасности при разработке рудных, нерудных, россыпных месторождений. Кроме того, в соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при осуществлении технологических процессов, а также соответствующие требованиям охраны труда, условия труда на каждом рабочем месте. Так, в судебном заседании Брязгин О.И. не отрицает, что сумма морального вреда в исковом заявлении им значительно завышена. Он признаёт, что после обнаружения у него профессионального заболевания и рекомендации врачей не работать на работах, связанных с вредными условиями труда, в силу сложившихся семейных обстоятельств, с целью обеспечить семью денежными средствами, вынужден был работать под землёй до установления ему второй группы инвалидности, вопреки своему здоровью. При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные, заслуживающие внимания обстоятельства. Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда осуществляется в денежной форме и определяется в зависимости от характера, причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а так же степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер нравственных и физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред и индивидуальных особенностей потерпевшего. Кроме того, как указано в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Поэтому в данном случае подлежит установлению лишь размер компенсации морального вреда. В силу п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10 от 20 декабря 1994 года /в редакции от 6 февраля 2007 года/ «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжить активную общественную жизнь, потерей работы, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья. Согласно п. 8 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ при определении размера компенсации морального вреда должны учитываться требования разумности и справедливости; степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий. Суд полагает, что в соответствии с вышеизложенными нормами материального права и разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ и обстоятельствами, исследованными судом, размер морального вреда в зависимости от характера, причинённых потерпевшему нравственных страданий, его индивидуальных особенностей, состояния здоровья, степени вины причинителя вреда, других конкретных обстоятельств, а также с учётом требований разумности и справедливости составляет не менее 30 000 /Тридцати тысяч/ рублей. В судебном заседании установлено, что Брязгин О.И. работал на руднике ЗАО «Урупский ГОК» - подземным крепильщиком и подземным машинистом скреперной лебёдки с полным рабочим днём под землёй с 19 января 1999 года по 8 августа 2011 года, с некоторыми перерывами, то есть 20 лет 3 месяца, тогда как общий стаж его работы в том числе в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание составляет более 25 лет. Эти обстоятельства подтверждаются записями в трудовой книжке и в акте о случае профессионального заболевания л.д. 7-13 и 14-18. Ему 18 июня 2008 года впервые комиссионно установлено профессиональное заболевание, при этом рекомендовано лечение л.д. 4. Однако истец данные рекомендации не выполнил и продолжал работать под землёй на работах с вредными условиями труда /по его утверждениям - в связи с необходимостью материально обеспечить семью/ до увольнения по собственному желанию и ему в 2011 году установлена вторая группа инвалидности с утратой профессиональной трудоспособности на 70 % л.д. 6. По результатам поставленного медицинского диагноза было проведено комиссионное расследование случая профессионального заболевания и 22 сентября 2008 года был составлен акт, в котором отмечено, что в процессе работы Брязгин О.И. подвергался воздействию вредных производственных факторов: медно-рудной пыли, шуму, вибрации, искусственному освещению, физическим нагрузкам. Причиной профессионального заболевания послужило длительное, многократное воздействие на организм вышеуказанных вредных производственных факторов или веществ л.д. 14-18. Принимая во внимание те обстоятельства, что профессиональное заболевание у Брязгина О.И. установлено в июне месяце 2008 года - в период работы в ЗАО «Урупский ГОК», а так же, учитывая степень физических и нравственных страданий, испытываемых истцом, суд считает возможным удовлетворить заявленные им исковые требования частично, с учётом измененных в суде требований истца, так как размер суммы, заявленной ко взысканию явно завышен. Эти обстоятельства в судебном заседании признал истец и его представитель. Они не возражают снизить сумму морального вреда до 30 000 /Тридцати тысяч/ рублей. При определении размера компенсации морального вреда судом учитывается частичное поддержание исковых требований истцом и его представителем в размере 30 000 /Тридцати тысяч/ рублей, а также доводы представителя ответчика в части того, что Брязгин О.И. только 9 лет 6 месяцев 12 дней работал в ЗАО «Урупский ГОК», на работах, связанных с вредными условиями труда, и что все выплаты, связанные с его профессиональным заболеванием производятся ему Фондом социального страхования. Разрешая вопрос о судебных расходах, суд руководствуется требованиями ст. 100 ГПК РФ, предусматривающей, что стороне, в пользу которой состоялось судебное решение, по её письменному ходатайству присуждаются с другой стороны расходы на оплату услуг представителя, подтверждённые необходимыми документами, в разумных пределах. В судебном заседании истцом заявлено письменное ходатайство о взыскании судебных расходов, связанных с оплатой услуг представителя с приложением соглашения об оказании юридической помощи от 10 октября 2011 года и квитанции МХ № 003658 от 11 ноября 2011 года об оплате услуг адвоката по подготовке и составлению искового заявления и за участие в судебных заседаниях, которые подлежат удовлетворению в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 100 ГПК РФ. При подаче искового заявления истец от уплаты государственной пошлины освобождён на основании ч. 2 п. 2 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ, как инвалид второй группы, поэтому государственная пошлина должна быть взыскана с ответчика - ЗАО «Урупский ГОК», не освобождённого от уплаты судебных расходов в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 103 ГПК РФ пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований. На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 100, 103 и 194-198 ГПК РФ, суд Р Е Ш И Л: Исковые требования Брязгина О.И. к ЗАО «Урупский ГОК» о взыскании морального вреда в размере 500 000 /Пятисот тысяч/ рублей удовлетворить частично. Взыскать с ЗАО «Урупский ГОК» в пользу Брязгина О.И. в счёт возмещения морального вреда, причинённого повреждением здоровья, денежные средства в размере 30 000 /Тридцати тысяч/ рублей и судебные расходы, связанные с составлением искового заявления и участием адвоката по делу в сумме 4 000 /Четырёх тысяч/ рублей. В удовлетворении исковых требований в остальной части о взыскании с ЗАО «Урупский ГОК» в пользу Брязгина О.И. 470 000 /Четырёхсот семидесяти тысяч/ рублей отказать. Взыскать с ЗАО «Урупский ГОК» в доход государства государственную пошлину в размере 4 000 /Четырёх тысяч/ рублей. Решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Верховный суд Карачаево - Черкесской Республики в течение десяти суток через Урупский районный суд. Председательствующий - председатель районного суда Рощина М.П. Решение вступило в законную силу.