Статья 111 Часть 4, Статья 162 Часть 3 УК РФ



Приговор вступил в законную силу

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Москва 01 сентября 2011 г.

Тимирязевский районный суд г. Москвы в составе:

председательствующего судьи Хреновой Т.В.,

с участием государственного обвинителя - помощника Тимирязевского межрайонного прокурора г. Москвы Судакова К.А.,

подсудимой Музалевской Е.Е.,

защитника в лице адвоката Федотова А.Г., представившего удостоверение «№» и ордер «№» от «дата2»,

при секретаре Алексеевой М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении:

Музалевской Елены Евгеньевны, «данные изъяты»,

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ (в редакции ФЗ № 158-ФЗ от 09.07.1999 г.),

У С Т А Н О В И Л:

Музалевская Е.Е. виновна в нанесении побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ.

Преступление совершено при следующих обстоятельствах:

07 мая 2000 г., примерно в 03 часа 00 мин., Музалевская Е.Е., находясь в состоянии алкогольного опьянения в лесопосадке, расположенной у «А», расположенного напротив «адрес3», совместно с «ФИО5», «ФИО23» и «ФИО18», в отношении которых 23.01.2002 г. Тимирязевским районным судом г. Москвы постановлен приговор по ч.4 ст.111 УК РФ, п. «в» ч.3 ст.162 УК РФ, после совместного распития спиртных напитков с «ФИО9», в ходе ссоры внезапно возникшей на почве личных неприязненных отношений, стала избивать потерпевшего, нанеся ему не менее двух ударов руками по голове причинив тем самым «ФИО9» физическую боль.

В судебном заседании подсудимая Музалевская Е.Е. свою вину признала частично и показала, что 06 мая 2000 г. находясь у «А», в ходе совместного распития спиртных напитков с женщиной по имени «ФИО17» и ранее незнакомым «ФИО9», она нанесла последнему один удар рукой по лицу, по той причине, что «ФИО9» стал приставать к ней и задавать неприличные вопросы.

Помимо признательных показаний подсудимой о нанесении «ФИО9» побоев, ее вина в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ подтверждается следующими доказательствами:

- показаниями потерпевшего «ФИО9», допрошенного при производстве предварительного расследования и оглашенными на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что 06 мая 2000 г., примерно в 22 часа, его сын – «ФИО9» заехал к нему домой по адресу: «адрес2», чтобы договориться о поездке на дачу на 07 мая 2000 г., после чего ушел. 07 мая 2000 г. ему («ФИО9») позвонила «ФИО10» и сообщила, что «ФИО9» не ночевал дома. Что происходило с сыном с 06 мая 2000 г. на 07 мая 2000 г. ему не известно;

- показаниями свидетеля «ФИО6», допрошенной при производстве предварительного расследования и оглашенными на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, из которых следует, что в первых числах мая «дата7» она приехала к прудам, расположенным на «адрес», так как хотела выпить и знала, что встретит там кого-нибудь из своих знакомых кто составит ей компанию. На «адрес» она встретила «ФИО23», «ФИО3» и его сожительницу «ФИО22». Они решили выпить, купили в палатке водку и в это время к «ФИО23» подошел незнакомый молодой человек, стал с ней о чем-то разговаривать. Через какое-то время между ними произошла ссора и к «ФИО23» с молодым человеком подошел «ФИО3», стал вместе с «ФИО23» избивать ногами молодого человека. Возможно с ними была еще какая-то женщина, но кто именно она не помнит. В результате молодой человек остался лежать на земле, а они все ушли;

- протоколом осмотра трупа, из которого следует, что при осмотре участка местности, расположенного между «адрес3» прудом обнаружен труп «ФИО9». «…»;

- заключением судебно-медицинской экспертизы, из выводов которой следует, что при исследовании трупа «ФИО9» обнаружены телесные повреждения в области головы, а именно: «…»;

- иным документом – приговором Тимирязевского районного суда г. Москвы от 23.01.2002 г., постановленным в отношении «ФИО5», «ФИО23» и «ФИО18», которым установлено, на основании показаний подсудимой «ФИО23», что Музалевская Е.Е. ударила молодого человека рукой по лицу.

Давая оценку исследованным по делу доказательствам суд признает их относимыми, допустимыми, а в совокупности достаточными для разрешения уголовного дела.

Органом предварительного следствия Музалевская Е.Е. обвиняется в совершении умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, то есть в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ.

В прениях сторон государственный обвинитель Судаков К.А. просил переквалифицировать действия Музалевской Е.Е. на ч.1 ст.116 УК РФ, обратив внимание суда на отсутствие доказательств, как в отдельности, так и в совокупности, подтверждающих наличие у подсудимой умысла на причинение «ФИО9» тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего.

Суд соглашается с мнением государственного обвинителя, что действия подсудимой Музалевской Е.Е. должны быть квалифицированы по ч.1 ст.116 УК РФ, как нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ, исходя из следующих обстоятельств.

Так из показаний допрошенной в судебном заседании свидетеля «ФИО7» следует, что 06 мая 2000 г. она отмечала в кафе свой день рождения, куда также пришел и «ФИО9» В тот вечер «ФИО9» много выпил и ее («ФИО7») бывший муж – «ФИО8» довел его до подъезда, но потом «ФИО9» снова вернулся в кафе, где пробыл примерно 10 мин., после чего она его больше не видела.

Допрошенный в судебном заседании свидетель «ФИО3» показал, что 06 мая 2000 г. он вместе с «ФИО9» находился в ресторане и ушел оттуда раньше последнего. Утром он узнал об убийстве «ФИО9», но о самих обстоятельствах произошедшего ему ничего не известно.

Согласно показаний свидетеля «ФИО21», допрошенного при производстве предварительного расследования и оглашенных на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, 06 мая 2000 г., примерно в 21 час 30 мин., он совместно с «ФИО3» и «ФИО19» пришел в бар «Б», расположенный на пересечении «адрес4» и «адрес», где стал пить пиво, а примерно в 23 часа в бар пришел «ФИО9», находившийся уже в состоянии алкогольного опьянения. Когда именно «ФИО9» ушел из бара он не видел;

В ходе допроса при производстве предварительного расследования свидетель «ФИО16», показания которого были оглашены на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, показал, что 06 мая 2000 г., примерно в 22 часа, он находился в баре «Б», расположенном на пересечении «адрес4» и «адрес», где отмечал день рождения своей сестры. Примерно в 23 часа в бар пришел «ФИО9» и к концу вечера уже находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Примерно в 03 часа, 07 мая 2000 г. он пошел домой и что происходило с «ФИО9» впоследствии ему не известно;

Из показаний свидетеля «ФИО1», допрошенной при производстве предварительного расследования и оглашенных на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, следует, что 06 мая 2000 г., в 13 час. 00 мин., она заступила на смену в баре «Б», расположенном по адресу: «адрес1», где работает гардеробщицей. В ночь с 06 мая 2000 г. на 07 мая 2000 г. в баре было много посетителей и одна из компаний отмечала день рождения девушки. На предъявленной ей («ФИО1») фотографии она узнает молодого человека, который находился в той компании, и был как и все в состоянии алкогольного опьянения. Молодой человек несколько раз выходил и заходил в бар, но когда он совсем ушел из бара она не видела, о каких-либо драках или инцидентах на улице около бара она ничего не слышала;

Согласно показаний свидетеля «ФИО20», допрошенного при производстве предварительного расследования и оглашенных на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, 06 мая 2000 г., в 13 час. 00 мин., она заступил на работу в баре «Б», расположенном по адресу: «адрес1». В ночь с 06 мая 2000 г. на 07 мая 2000 г. в баре было много посетителей, но никаких скандалов или конфликтов он не видел. На предъявленной ему («ФИО20») фотографии он узнает молодого человека, который находился в баре 07 мая 2000 г. в компании молодых людей, но когда этот молодой человек ушел из бара он не видел;

Свидетель «ФИО4» при допросе на стадии предварительного расследования, показания которого оглашены на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, сообщил, что 06 мая 2000 г., в 21 час, он заступил на дежурство в баре «Б», расположенном по адресу: «адрес1», где работает охранником. Примерно в 22-23 часа в бар пришла компания молодых людей, которые отмечали день рождение девушки. Среди компании находился молодой человек, который был в состоянии сильного алкогольного опьянения. Впоследствии ему стало известно, что труп данного молодого человека был обнаружен 07 мая 2000 г. «А» напротив бара. В какой-то момент он («ФИО4») подошел к молодому человеку, спросил не пора ли тому домой, но последний ответил, что чувствует себя нормально, а подошедшие к нему знакомые сказали, что скоро отвезут молодого человека домой. Во сколько по времени молодой человек покинул бар, он не заметил;

Из показаний свидетеля «ФИО8», допрошенного при производстве предварительного расследования и оглашенных на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, следует, что 06 мая 2000 г., примерно в 22 часа, он находился в баре «Б», расположенном на пересечении «адрес4» и «адрес», где отмечал день рождения своей жены. Примерно в 23 часа в баре появился «ФИО9», а примерно в 02 часа, 07 мая 2000 г., собрался ехать домой. Так как «ФИО9» находился в состоянии алкогольного опьянения, он («ФИО8») поехал его провожать. Однако около 03 час., «ФИО9» снова появился в баре и когда ушел оттуда, он не видел;

Давая оценку показаниям перечисленных свидетелей, суд отмечает, что никто из них не являлся очевидцем обстоятельств причинения «ФИО9» телесных повреждений, и из их показаний лишь следует, что до момента произошедших событий «ФИО9» находился в баре.

Как следует из показаний допрошенной в судебном заседании свидетеля «ФИО14» в ночь с 06 мая 2000 г. на 07 мая 2000 г. она работала в своей палатке, расположенной на пересечении «адрес4» и «адрес», и помнит, что в палатку заходил молодой человек, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, покупал водку, а рано утром 07 мая 2000 г. к ней пришел участковый уполномоченный милиции и показав фотографию того молодого человека, стал спрашивать по поводу него, сообщив о его убийстве.

Согласно показаний свидетеля «ФИО12», допрошенной при производстве предварительного расследования и оглашенных на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, 06 мая 2000 г., примерно в 22-23 часа, она, будучи в состоянии сильного алкогольного опьянения, находясь на автобусной остановке, расположенной на пересечении «адрес» и «адрес4» встретила своих знакомых: двух женщин по имени «ФИО23», «ФИО3», «ФИО», «ФИО6», «ФИО17» и «ФИО22», которые также находились в состоянии алкогольного опьянения. Все вместе они стали распивать спиртные напитки и в это время к ним подошел молодой человек, который как и они был в состоянии алкогольного опьянения, и стал вместе с ними распивать водку. Затем она уснула и проснулась примерно в 06 час., 07 мая 2000 г. О том, что молодой человек был убит она узнала только «дата6» в отделении милиции;

Анализируя показания вышеуказанных свидетелей, суд отмечает, что они не могут являться доказательством причастности Музалевской Е.Е. к преступлению, предусмотренному ч.4 ст.111 УК РФ, поскольку никто из них не являлся непосредственным очевидцем рассматриваемых обстоятельств.

Показания свидетелей «ФИО13», «ФИО11», «ФИО2», «ФИО15» также не могут быть положены в основу приговора, как доказательства, уличающие подсудимую Музалевскую Е.Е. в совершении предъявленного ей органом следствия обвинения, поскольку показания указанных свидетелей относятся только к событиям, связанным с задержанием «ФИО18»

Так, из показаний свидетеля «ФИО13», допрошенной при производстве предварительного расследования и оглашенными на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, следует, что 06 мая 2000 г. и 07 мая 2000 г. она разговаривала с «ФИО17» по телефону, которая говорила, что «ФИО18» и его девушка по имени «ФИО» все праздники были дома, однако с самим «ФИО18» она («ФИО13») не разговаривала.

Как следует из показаний свидетелей «ФИО11» и «ФИО2», допрошенных при производстве предварительного расследования и оглашенных на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, 07 мая 2000 г. на территории ОВД Дмитровский было совершено убийство «ФИО9» По оперативной информации стало известно, что к убийству причастен «ФИО18» «дата4» они прибыли на пересечение «адрес4» и «адрес», и примерно в 19-20 час. около автобусной остановки ими был замечен «ФИО18», находившийся в состоянии алкогольного опьянения. Представившись и предъявив служебные удостоверения, они потребовали проследовать с ними в отделение милиции, на что «ФИО18» оттолкнул его («ФИО11») рукой и сделал движение намереваясь ударить, в связи с чем к «ФИО18» были применены приемы борьбы и спец.средства – наручники;

Согласно показаниям свидетеля «ФИО15», допрошенного при производстве предварительного расследования и оглашенным на основании ч.1 ст.281УПК РФ в судебном заседании по ходатайству государственного обвинителя, 07 мая 2000 г. на территории ОВД Дмитровский было совершено убийство «ФИО9» По оперативной информации стало известно, что к убийству причастен «ФИО18», который «дата4» был задержан сотрудниками ОВД Дмитровский. При проведении беседы «ФИО18» написал чистосердечное признание, в котором указал, что в ночь с 06 мая 2000 г. на 07 мая 2000 г. совместно со своими знакомыми «ФИО1», «ФИО22» и двумя женщинами по имени «ФИО23», после совместного распития спиртных напитков подвергли избиению неизвестного молодого человека;

Допрошенная в судебном заседании «ФИО23» показала, что 06 мая 2000 г. вместе с «ФИО5», «ФИО18», «ФИО22» находилась в парке у пруда, расположенного на «адрес», где распивали спиртные напитки. Также в их компании была Музалевская Е.Е. и погибший «ФИО9», находившийся в состоянии алкогольного опьянения. По какой причине произошел конфликт с «ФИО9» ей не известно, но Музалевская Е.Е. участия в избиении потерпевшего не принимала. Его били она («ФИО23»), «ФИО5», «ФИО18» и «ФИО22».

Таким образом, суд приходит к убеждению, что ни один из свидетелей, показания которых приведены выше, не подтверждает достоверно факт причинения Музалевской Е.Е. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего «ФИО9», и учитывая предложение государственного обвинителя о применении уголовного закона, исключает из предъявленного Музалевской Е.Е. обвинения умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, квалифицируя ее действия по ч.1 ст.116 УК РФ, так как она совершила нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в статье 115 УК РФ.

Также Музалевская Е.Е. обвинялась органом предварительного следствия в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст.162 УК РФ (в редакции ФЗ № 158-ФЗ от 09.07.1999 г.), а именно, в совершении разбоя, то есть нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевшего. В связи отказом государственного обвинителя от поддержания обвинения, уголовное преследование в данной части прекращено в отношении Музалевской Е.Е. отдельным постановлением Тимирязевского районного суда г. Москвы от 01 сентября 2011 г., на основании п.1 ч.1 ст.27 УПК РФ.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося в соответствии со ст.15 УК РФ к категории небольшой тяжести, личность подсудимой, которая «…», по месту работы характеризуется положительно.

Обстоятельств, отягчающих наказание, предусмотренных ст.63 УК РФ, суд не усматривает.

Исходя из фактических обстоятельств дела, данных о личности подсудимой, суд приходит к выводу, что исправление Музалевской Е.Е. и предупреждение совершения ее новых преступлений возможно при назначении наказания в виде исправительных работ. Назначая такой вид наказания, суд считает, что работа Музалевской Е.Е. в должности помощника консьержа без заключения трудового договора (соглашения), не может рассматриваться как наличие у подсудимой основного места работы.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.299, 307, 308 и 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать МУЗАЛЕВСКУЮ ЕЛЕНУ ЕВГЕНЬЕВНУ виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.116 УК РФ и назначить ей наказание в виде исправительных работ сроком на 6 (шесть) месяцев, с удержанием из заработка осужденной 10 % ежемесячно в доход государства, которое исходя из положений п. «в» ч.1 ст.71 УК РФ, считать отбытым.

Меру пресечения Музалевской Е.Е. в виде заключения под стражей, до вступления приговора в законную силу, изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении, освободить Музалевскую Е.Е. из-под стражи в зале суда.

Зачесть в срок отбытия назначенного Музалевской Е.Е. наказания время нахождения ее под стражей с «дата3» по «дата1», а также срок задержания в порядке ст.ст.91-92 УПК РФ – с «дата5» по «дата6».

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Московский городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: