Р Е Ш Е Н И Е
по результатам рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении.
Судья Тарского городского суда Омской области Н.И. Гречкань с участием лица, в отношении которого вынесено постановление о привлечении к административной ответственности Ильина Д.В.; рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Таре 14 мая 2010 года дело по жалобе на постановление по делу об административном правонарушении,
у с т а н о в и л:
23 апреля 2010 года Ильин Д.В. постановлением мирового судьи судебного участка № 104 Тарского района привлечен к административной ответственности за административное правонарушение, предусмотренное ст. 12.8 ч. 1 Кодекса РФ об административных правонарушениях за то, что дд.мм.ггг года в 23 часа 10 минут г. Таре на xxx управлял транспортным средством NNN, гос. регистрационный номер NNN в состоянии алкогольного опьянения, подвергнут административному наказанию в виде лишения права управления транспортным средством сроком на 1 год 6 месяцев.
Ильин Д.В. обратился с жалобой, в которой просит отменить постановление мирового судьи, а производство по делу прекратить. Указал, что не совершал данного административного правонарушения. Выводы мирового судьи сделаны бездоказательно, лишь на основе показаний сотрудников милиции, которые являются заинтересованными в исходе рассмотрения данного дела. При этом иные доказательства, которые были представлены им, мировым судьей безосновательно подвергнуты сомнению, а заслуживающие внимание обстоятельства не приняты во внимание. Вместе с тем, у мирового судьи имелось более чем достаточно оснований для сомнений в достоверности показаний сотрудников милиции. Мотивируя вынесенное постановление, мировой судья указал, что показания свидетелей Р. и Б. последовательны и согласуются с материалами дела, при этом мировой судья указывает, что у данных свидетелей отсутствуют основания оговаривать его, поэтому мировым судьей данные показания приняты за основу при вынесении постановления. Считает, что с данными выводами мирового судьи нельзя согласиться. Если причина для его оговора сотрудниками милиции при рассмотрении дела не была установлена, это не значит, что она отсутствует. Считает, что данные предположения мирового судьи содержат логическую ошибку и не носят правового характера. В то же время, как раз показания сотрудников милиции содержат противоречия с материалами дела и обстоятельства дела свидетельствуют о том, что у сотрудников милиции имелось более, чем достаточно оснований оговаривать его. Единственными материалами дела, которые как-либо могут согласовываться либо не согласовываться с показаниями данных сотрудников милиции, являются их рапорты, объяснения свидетелей Г. и Н. Свидетели Г. и Н. присутствовали уже в тот момент, когда он давал согласие на медицинское освидетельствование, практически ничего не объясняют и поэтому их объяснения не могут быть теми материалами дела, которые, согласуясь с показаниями Б. и Р. раскрыли мировому судье картину административного правонарушения. Таким образом, можно предположить, что данными материалами, по мнению мирового судьи согласующимися с показаниями свидетелей Р. и Б., являются их рапорты на имя начальника ГОВД. Однако данные рапорты содержат противоречия с показаниями данных свидетелей в судебном заседании, которые оставлены мировым судьей без внимания. Так, например, в рапортах, составленных данными сотрудниками милиции, указано, что он, выйдя из автомобиля, закрыл автомобиль на ключ. В то же время, в судебном заседании свидетель Р. пояснил, что поставил автомобиль на сигнализацию, а свидетель Б., что он закрыл автомобиль на ключ. Вместе с тем, эти обстоятельства имеют значение для дела, поскольку ими описываются его действия после остановки автомобиля. Противоречия имеются и в описании цвета автомобиля в рапорте, составленном Р., который указал, что преследовал автомобиль темного цвета, в то время, как он с супругой ехал на принадлежащем ей светлом автомобиле. Эти противоречия мировым судьей оставлены без внимания, также как и противоречия относительно расстояния между его автомобилем и автомобилем сотрудников милиции. В судебном заседании свидетели указали, что расстояние составляло 20 метров. В рапортах же ими указано, что расстояние составляло 50 метров, и, более того, в рапорте, составленном Р. указано расстояние в 50-70 метров. Подвергая сомнению показания свидетелей К., В. и А. мировым судьей взяты за основу аналогичные расхождения в указании удаленности между автомобилями. В таком случае, почему мировым судьей, также не поставлены под сомнения и показания сотрудников милиции, которые, к тому же, по характеру исполнения должностных обязанностей каждый день сталкиваются с вопросом об удаленности одно объекта дорожного движения от другого, а граждане могут добросовестно ошибаться относительно расстояний, поскольку не имеют соответствующих навыков и элементарного глазомера и специально не засекали время, прошедшее между появлениями автомобилей. Кроме того, данные рапорты сотрудников милиции не содержат указания об их регистрации, как этого требует Инструкция о порядке приема, регистрации и разрешения в органах внутренних дел Российской Федерации заявлении, сообщений и иной информации о происшествиях. Рапорты составлены на имя начальника ГОВД, однако, не содержат ни визы руководителя, ни штампов регистрации. Это свидетельствует о том, что эти рапорты впоследствии были пересоставлены и в них изложена картина, соответствующая версии совершения правонарушения. Считает, что нельзя согласиться с предположением, сделанным мировым судьей относительно того, что у сотрудников милиции не имелось оснований оговаривать его. Сама ситуация говорит о том, что сотрудники милиции изначально желали привлечь его к административной ответственности и принимали к этому все меры. Как можно поверить в непредвзятость, когда сотрудники милиции, видя, (по их словам), что на его автомобиле не был включен сигнал поворота при повороте, начали его преследовать для составления протокола об административном правонарушении. В вечернее время, при отсутствии интенсивного движения, данное нарушение никак не могло подвигнуть сотрудников милиции к преследованию, разве, что желание во что бы то ни стало составить протокол об административном правонарушении. И для этого, также, были поводы - данные сотрудники милиции, по их словам, находились в наряде по усиленному автопатрулированию, объявленному накануне пасхального воскресенья. Безусловно, что по окончании патрулирования сотрудники милиции должны отчитаться о том, сколько ими составлено протоколов об административных правонарушениях, а Р., как сотрудник ОГИБДД, должен был выявить больше правонарушений, чем подчиненные ему сотрудники. Конечно, сотрудники милиции никак не могли оставаться без протокола об административном правонарушении после того, как потратили время и силы на его выслеживание и преследование. Это мотивы, по которым в отношении его было начато административное преследование. Сотрудникам ГИБДД не понравилось, что он не признал факт совершения административных правонарушений, поскольку не управлял автомобилем. Поэтому ими по отношению к нему была незаконно применена физическая сила. Он незамедлительно сообщил об этом по телефону доверия в УВД Омской области, обратился с заявлением о незаконных действиях в прокуратуру и начальнику УВД Омской области. По его заявлениям в отношении данных сотрудников милиции проводятся служебные проверки. От результатов рассмотрения данного дела об административном правонарушении зависят и результаты служебных проверок, поэтому сотрудники милиции напрямую заинтересованы в исходе рассмотрения дела и будут давать такие показания. Мировым судьей сделан вывод о том, что на момент правонарушения у сотрудников милиции не было оснований его оговаривать. Это не вполне соответствует действительности. Когда Б. и Р., не выслушав его и не разобравшись в обстоятельствах, применили к нему физическую силу, он тут же при них позвонил на телефон доверия, поэтому им ничего не оставалось, как начать в отношении его административное преследование, поскольку иных оснований для применения физической силы у них бы не было. Перечисленное необоснованно оставлено мировым судьей без внимания. Мировым судьей не проверены его доводы, не истребованы материалы по его заявлениям о неправомерных действиях должностных лиц. В то же время, из данных материалов следовало бы, что в отношении сотрудников милиции действительно проводятся служебные проверки, в ходе которых дается оценка их действиям и во многом результаты проверок зависят от исхода дела об административном правонарушении. До настоящего времени ему не известны результаты проверок, не удивительно, что после вынесения мировым судьей постановления о привлечении его к административной ответственности, проверки на основании этого были окончены под предлогом законности их действий. Мировой судья должен был поставить под сомнение показания свидетелей Р. и Б. и рассмотреть дело об административном правонарушении не принимая их во внимание. В арсенале правоохранительных органов, включая органы ГИБДД имеется ряд технических средств, использование которых является допустимым доказательством по делу об административном правонарушении, например, комплексы фотовидеофиксации. В условиях, исключающих возможность фиксирования факта административного правонарушения свидетелями, должностные лица органов ГИБДД должны были использовать указанные средства. Кроме этого, должностные лица ГИБДД имели возможность использовать фото и видеосъемку элементарными устройствами, включая личные мобильные телефоны, которые есть у каждого и оснащены качественными диктофонами, фото и видеокамерами. При доказывании по всем уголовным и административным делам, когда преступление или правонарушение совершается без свидетелей, лишь в присутствии сотрудников правоохранительных органов (дела о получении и даче взяток, браконьерство), правоохранительные органы используют именно съемку, как единственно возможный способ получения допустимых доказательств. Однако это не было сделано Р. и Б., и это свидетельствует только о том, что административное правонарушение им не совершалось. При рассмотрении в отношении его данного дела об административном правонарушении, указанный принцип презумпции невиновности не принят во внимание, при наличии сомнений в его виновности и отсутствии доказательств совершения административного правонарушения, незаконно вынесено решение о привлечении к административной ответственности. Мировым судьей не принято во внимание, что сотрудники милиции двигались на автомобиле лишь на включенных габаритных огнях и без проблесковых маячков, что подтверждается показаниями свидетелей. Наряду с изложенным, мировым судьей не учтено расположение его дома и места, где стоял автомобиль, что на расстоянии удаленности сотрудников милиции от его автомобиля, они не могли видеть происходящее, поскольку находились от места остановки автомобиля за углом дома. Не принимая во внимание показания свидетелей А., Н., В. и К. мировой судья сделал не обоснованный вывод о том, что данные свидетели желают помочь избежать наказания по его просьбе. Данные выводы суда субъективны, не подтверждаются материалами дела. Эти свидетели потому свидетелями по данному делу и являются, поскольку он с ними знаком и общался в этот вечер. Иных свидетелей в столь поздний час быть не могло. К тому же, с учетом позиции, закрепленной ст. 25.6 КоАП РФ и главы 25 КоАП РФ, должностные лица, участвующие при производстве по делу, не могут быть свидетелями факта совершения им административного правонарушения, а могут лишь давать пояснения по возникшим в ходе дальнейшего рассмотрения дела об административном правонарушении вопросам. Европейский Суд по правам человека, принимая решение в пользу граждан, в отношении которых незаконно осуществлялось уголовное или административное преследование, неоднократно, высказывался о том, что органы власти должны доказать факт нарушения гражданином закона определенными средствами доказывания, за основу таких решений не может приниматься лишь информация должностных лиц указанных органов власти, что было сделано при производстве по данному делу об административном правонарушении.
Выслушав Ильина Д.В., изучив материалы дела, жалобу, суд на основании ст. 30.7 Кодекса РФ об административных правонарушениях оставляет постановление мирового судьи без изменения, а жалобу Ильина Д.В. без удовлетворения по следующим причинам.
В судебном заседании при рассмотрении жалобы Ильин Д.В. полностью поддержал доводы жалобы.
В соответствии с Правилами медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, и оформления его результатов, утверждёнными постановлением Правительства РФ от 26 декабря 2002 г. N 930 медицинское освидетельствование проводится врачом, имеющим соответствующую специальную подготовку в соответствии с нормативными правовыми актами Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации. Согласно акту медицинского освидетельствования NNN от дд.мм.ггг года, проведённому врачом МУЗ « ЦРБ» Е., Ильин Д.В. находился в состоянии алкогольного опьянения. Данное освидетельствование соответствует требованиям Инструкции по проведению медицинского освидетельствования на состояние опьянения лица, которое управляет транспортным средством, утверждённой Приказом Минздрава РФ от 14 июля 2003 г. N 308 "О медицинском освидетельствовании на состояние опьянения". На основании результатов освидетельствования выносится заключение о состоянии свидетельствуемого на момент освидетельствования. Основой для вынесения заключения является наличие или отсутствие клинических признаков опьянения. В соответствии с п. 16 Инструкции заключение о состоянии опьянения в результате употребления алкоголя выносится при наличии клинических признаков опьянения и положительных результатах определения алкоголя в выдыхаемом воздухе при помощи одного из технических средств измерения, проведенного с интервалом 20 минут, или при применении не менее двух разных технических средств индикации на наличие алкоголя в выдыхаемом воздухе с использованием их обоих при каждом исследовании, проведенном с интервалом 20 минут. Из акта, подписанного врачом Е., следует наличие у Ильина Д.В. многих клинических признаков опьянения (гиперемия лица, горизонтальный нистагм, тремор пальцев рук, запах алкоголя из полости рта, положительные пробы Ташена, данные алкотестера «Drivesafe» 1,3-1,2 % алкоголя в крови и проч.). Сам Ильин Д.В. не отрицал факт употребления алкоголя - 2 стакана пива вечером дд.мм.ггг г., но считает, что не доказан факт его управления автомобилем при этом. Однако в постановлении мирового судьи изложены доказательства, на основании которых суд установил вину в Ильина Д.В. в совершении административного правонарушения, даны оценки всем доказательствам по делу, у городского суда нет оснований ставить под сомнение данные выводы. Несогласие Ильина Д.В. с некоторыми показаниями свидетелей, не является основанием для прекращения производства по делу. Суд считает доводы Ильина Д.В. о том, что он не управлял автомобилем, не соответствующими действительности, они опровергаются изложенными в постановлении мирового судьи доказательствами. Постановление Пленума Верховного Суда РФ 24 марта 2005 г. N5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" указывает, что органы и должностные лица, составившие протокол об административном правонарушении, при рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, в случае необходимости имеют право и возможность вызова в суд указанных лиц для выяснения возникших вопросов. Кроме того, в соответствии со ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.
По этим причинам мировой судья при принятии решения по делу в отношении Ильина Д.В. обоснованно принял во внимание, в том числе и пояснения инспекторов ГИБДД О. и Р., они согласуются с другими доказательствами по делу, о чём также указано в постановлении мирового судьи. Указанные свидетели подтвердили свои показания в Тарском городском суде.
Никаких доказательств совершения в отношении Ильина Д.В. неправомерных действий сотрудниками ГИБДД суду не представлено. Наоборот согласно результатам рассмотрения жалобы Ильина на действия сотрудников ОГИБДД ГОВД по Тарскому району Тарской межрайонной прокуратурой, а так же УВД Омской области в отношении действий сотрудников Тарского ГОВД при составлении в отношении Ильина протокола каких-либо нарушений закона не установлено. Доводы Ильина о том, что сотрудники ОГИБДД Р. и Б. испытывали к нему личные неприязненные отношения, так же оцениваются судом критически.
В постановлении мирового судьи изложены доказательства, на основании которых суд установил вину Ильина Д.В. в совершении административного правонарушения, даны оценки всем доказательствам по делу, у городского суда нет оснований ставить под сомнение данные выводы.В соответствии со ст. 26.11 КоАП РФ судья оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности. Мировым судьей верно дана критическая оценка показаниям свидетеля А., так как она является близкой родственницей Ильина, показания ею даны с целью помочь мужу избежать административной ответственности. При этом суд учитывает, что никто из свидетелей, допрошенных в судебном заседании мировым судьей Ильину на месте совершения административного правонарушения не видел, ее показания противоречат показаниям самого правонарушителя. Так, в ходе судебного заседания Ильин пояснил, что вернулся к машине, так как не сработала противоугонная сигнализация, в этот момент и был задержан сотрудниками ГИБДД. Из показаний же свидетеля А. следует, что Ильин вернулся к автомашине, чтобы забрать оттуда документы и деньги, хотя опять же Ильин пояснил, что документы находились у него во внутреннем кармане куртки.
Показания свидетелей К. и В. так же правомерно оценены мировым судьей критически, так как ни один из них не помнил даты, когда они видели Ильина, который выходил к магазину с пассажирского сиденья автомобиля своей жены. При этом суд учитывает, что оба свидетеля Ильина знают, как Ильин, так и свидетели проживают в районе, где расположен магазин поэтому у данного магазина они могли встречаться неоднократно, какие-либо доказательства того, что это произошло именно дд.мм.ггг года не представлено. Кроме того, как свидетели К., В., так и свидетель Н. не были на месте совершения административного правонарушения, не могут являться свидетелями того, управлял Ильин в момент задержания автомобилем или нет, так как тот факт, что Ильин садился в машину к своей супруге на пассажирское сиденье, абсолютно не исключает возможности того, что через некоторое время после этого он уже сам мог управлять данным автомобилем.
Факты, изложенные в жалобе Ильина Д.В. о том, что рапорта сотрудников ОГИБДД ГОВД по Тарскому району Р. и Б. не зарегистрированы соответствующим образом, что они двигались на автомобиле лишь при включенных габаритных огнях, без проблесковых маячков, а так же, что они могли использовать при его задержании съемку камерой мобильного телефона, однако не сделали этого, не могут повлиять на выводы суда о виновности Ильина в совершении административного правонарушения.
Кроме того, городским судом так же учитывается, что показания Ильина противоречат данным, полученным судом при анализе распечатки его телефонных звонков за дд.мм.ггг года (время звонков в распечатке указано московское). Так, в соответствии с показаниями Ильина его супруга позвонила ему, когда он находился в xxx и попросила прийти домой, что действительно подтверждается входящим звонком с номера NNN (который со слов Ильина принадлежит его супруге) в 22 часа 37 минут. Из показания Ильина следует, что он пояснил жене, что выпил пива, поэтому приехать домой не может, она через некоторое время пришла к xxx, внутрь не заходила, а позвонила ему и сказала, чтобы он спускался вниз. Однако в соответствии с вышеуказанной распечаткой звонков входящих звонков А. на телефон мужа дд.мм.ггг года больше не было. Кроме того, в 21 час 51 минуту Ильин сам звонил на телефон супруге, хотя из его показаний в это время она уже должна была находиться у xxx, что свидетельствует о том, что Ильина у здания xxx не находилась.
Кроме того, из показаний Ильина в Тарском городском суде следует, что он вместе с супругой, которая была за рулем, подъехал к своему дому, после чего она ушла домой, а он сразу был задержан сотрудниками ОГИБДД. В момент задержания он попытался войти в подъезд и свою квартиру, сотрудники ОГИБДД применили к нему физическую силу, они боролись в подъезде, возможно, он и нажимал на телефон, кому-то прошел вызов, возможно и жене. После того, как сотрудники ГИБДД выволокли его на улицу, он позвонил в «Службу доверия ГИБДД». Однако данные доводы так же опровергаются распечаткой телефонных звонков Ильина.
Так, в соответствии с вышеуказанной распечаткой Ильин в 23 часа 14 минут вновь звонил своей супруге, что еще раз подтверждает тот факт, что ее не было с ним в автомобиле. Кроме того, у суда вызывает сомнение тот факт, что Ильин знал наизусть городской телефон службы доверия ГИБДД, однако после вышеуказанного звонка жене ему поступил входящий вызов 23 часа 19 минут, после чего в 23 часа 27 минут он позвонил на телефон службы доверия. Из показаний Ильина, как указано выше, следует, что сразу после его задержания он попытался войти в подъезд, был задержан сотрудниками, ГИБДД к нему применили физическую силу, о чем он незамедлительно сообщил в службу доверия. В соответствии с распечаткой телефонных звонков указанные события происходили в 23 часа 27 минут. Однако своей жене в последний раз он звонил в 23 часа 14 минут, что соответствует тому времени, когда он двигался в автомобиле, а так же подтверждает тот факт, что ее в машине не было.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 29.10 Кодекса РФ об административных правонарушениях, судья
Р Е Ш И Л :
Постановление мирового судьи судебного участка № 104 Тарского района от 23 апреля 2010 года, которым Ильин Д.В. подвергнут административному наказанию в виде лишения права управления транспортным средством на 1 год 6 месяцев, оставить без изменения, а его жалобу без удовлетворения.
Решение вступило в законную силу 15 мая 2010 года.