Дело № 1-30/2010
ПРИГОВОРименем Российской Федерации
07 июня 2010 года г.Суоярви
Суоярвский районный суд Республики Карелия в составе:
председательствующего судьи Кипяткова К.А.,
с участием:
государственного обвинителя - заместителя прокурора Суоярвского района Болгова О.В.,
подсудимого Талайковского М.И.,
защитника - адвоката Разживина Н.И.,
потерпевших Киуру А.В., Надежиной Г.В.,
при секретаре Архиповой Н.Ю.,
рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
Талайковского Михаила Ивановича, хх.хх.хх года рождения, уроженца д.... Карельской АССР, гражданина РФ, со средним образованием, работающего ..., женатого, имеющего на иждивении малолетнего ребенка, военнообязанного, юридически не судимого, зарегистрированного по адресу: ..., ..., ..., ..., ..., фактически проживающего по адресу: ..., ..., ..., ..., под стражей по настоящему делу не содержавшегося,
обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.264 УК РФ,
установил:
Талайковский М.И., хх.хх.хх года, в период времени с 01 часа 00 минут до 03 часов 50 минут, будучи в состоянии алкогольного опьянения, управляя автомобилем ..., перевозя пассажиров, не предвидя возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, двигаясь на .... автодороги ...» ... ... в направлении Майсинваара со скоростью не менее 70 км/ч и не более 80 км/ч, проехав по автодороге поворот влево по ходу своего движения, на прямом участке автодороги, не учел дорожные условия, а именно грунтовое покрытие автодороги в виде «гребенки», неправильно выбрал скоростной режим своего транспортного средства, который не обеспечивал ему возможность постоянного контроля за его движением, чем нарушил требования п.10.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которому: «Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства», вследствие чего не справился с управлением транспортным средством, совершил съезд с автодороги и опрокидывание в левый кювет по ходу своего движения в направлении Майсинваара, после чего автомобиль перевернулся через левую сторону, ударившись крышей об растущее дерево. В результате данного дорожно-транспортного происшествия находившимся на заднем пассажирском сиденье автомобиля пассажирам Б, Я., В. были причинены телесные повреждения:
- Б - в виде сочетанной травмы головы, грудной клетки, позвоночника, пояса и свободной верхней правой конечности, нижней правой конечности, квалифицирующейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, стоящий в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти на месте происшествия;
- Я. - в виде сочетанной травмы головы - с первичным ушибом стволового отдела головного мозга (ушибленная рана лоскутного вида на волосистой части головы в теменной области, кровоизлияние в теменной области кожно-мышечного лоскута головы соответственно ране, кровоизлияния под мягкую мозговую оболочку множественной локализации, кровоизлияния в ткань стволового отдела мозга), грудной клетки - неполные переломы 11, 12 ребер справа по средне ключичной линии, обширные кровоизлияния под плевру в области корней легких, кровоизлияния в легочную ткань, квалифицирующейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, стоящий в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти на месте происшествия;
- В. - в виде травмы головы с ссадинами на коже лба справа, ушибом мягких тканей лица с их отеком и кровоподтеком в области правого глаза, кровоизлиянием в соединительную и белочную оболочку правого глаза с ссадиной на спинке носа, кровоизлиянием в кожно-мышечный лоскут лобной области справа, вдавленным многооскольчатым переломом лобной кости справа, распространяющемся на основание черепа, кровоизлиянием (по гистологическим данным) под твердую мозговую оболочку лобной доли правого полушария, кровоизлиянием под мягкую мозговую оболочку соответственно лобной доле правого полушария, размозжением полюса лобной доли правого полушария, ушибленной раной и полным поперечным переломом нижней челюсти справа., квалифицирующейся как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, стоящий в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти на месте происшествия.
Подсудимый Талайковский М.А. в судебном заседании свою вину в совершении преступления признал частично, отрицал факт управления им автомобилем в состоянии алкогольного опьянения, исковые требования потерпевших о возмещении морального вреда не признал, дал показания, из которых следует, что хх.хх.хх он находился в гостях у матери в ... района ..., около 23 часов выехал из дома по делам на автомобиле, был трезв, по пути встретил компанию людей, среди которых был ему знакомый Б., его сын Я., а также В., Г., Х., данная компания распивала спиртные напитки у магазина. Б. сел к нему в машину и передал ему бутылку водки, но он сам пить не стал, только разливал ее другим. После употребления первой бутылки Я. принес еще одну, которую выпили на пляже, куда проехали на его машине, он на пляже водку не употреблял. После распития второй бутылки водки он повез всех в ..., чтобы купить еще водки. Он ехал со скоростью около 80 км/ч, дорога была плохая, во время пути Б., сидевший за ним на заднем пассажирском сиденье, находившийся в состоянии сильного опьянения, дергал его за уши, закрывал глаза, это продолжалось около 4 минут до момента ДТП, действия Я. отвлекали его, мешали ему управлять автомобилем, у него были опасения, что при таких обстоятельствах может произойти ДТП, однако скорости он не сбавлял, автомобиль не остановил, полагал, что в этом и заключается его вина. Кроме того, на повороте дороги у автомобиля лопнуло колесо, машина перестала слушаться, он стал бороться с управлением, повернул руль, пытался затормозить, но безрезультатно, в связи с чем автомобиль вылетел в кювет, произошло ДТП. Он после аварии пробовал вытащить из машины людей, однако у него не получилось, в связи с чем он побежал за помощью, пришел домой к матери. Дома он взял бутылку водки, промыл ею свои раны, умылся, выпил из горлышка, после чего вернулся к месту ДТП, где уже находились спасатели и скорая помощь.
В судебном заседании на основании п.1 ч.1 ст.276 УК РФ в части оглашены показания подсудимого, данные в ходе предварительного следствия, в которых Талайковский М.И. пояснял, что Б. во время движения пытался выдернуть подголовник с его сиденья, о других действиях Я. не говорил /т.2л.д.12/;
После оглашения указанных показаний подсудимый пояснил, что Я. действительно хотел вытащить у него подголовник, противоречия в части описания действий, выполнявшихся Я., объяснил тем, что и в ходе допроса на предварительном следствии он пояснял, что Я. закрывал ему глаза руками, но следователь этого в протоколе допроса не записал.
Анализируя указанные противоречия, суд считает необходимым в части описания действий Б руководствоваться показаниями подсудимого, данными в ходе судебного заседания, поскольку из совокупности указанных ниже в приговоре показаний свидетелей И., Д., Ю., Р. следует, что подсудимый изначально после ДТП пояснял, что один из пассажиров закрывал ему лицо руками, дергал за уши, что совпадает с показаниями подсудимого, данными в суде.
Несмотря на частичное признание вины подсудимым, его вина нашла свое подтверждение в полном объеме совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:
Доводы защитника о нарушении уголовно-процессуального закона при признании К. потерпевшей по настоящему уголовному делу в связи со смертью Б суд находит необоснованными.
Ч.1 ст.3 УПК РФ предусмотрено, что общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью законодательства Российской Федерации, регулирующего уголовное судопроизводство. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные настоящим Кодексом, то применяются правила международного договора.
Согласно Декларации основных принципов правосудия для жертв преступлений и злоупотребления властью от 29.11.1985, термином "жертвы преступлений" обозначаются лица, которым был причинен вред, включая телесные повреждения или моральный ущерб, эмоциональные страдания, материальный ущерб или существенное ущемление их основных прав в результате действия или бездействия, нарушающего действующие национальные уголовные законы государств - членов ООН (пункт 1); Пунктом 2 данной декларации предусмотрено, что понятие "жертва" включает в себя также близких родственников или иждивенцев непосредственной жертвы.
Судебным следствием установлено, что К. длительный срок, 25 лет, проживала совместной жизнью с Б вплоть до его гибели в результате ДТП, состояла с ним в фактических брачных отношениях, имела с ним совместных детей, Б в их семье являлся кормильцем, поскольку она не работала, что следует из ее показаний в судебном заседании, признанных судом допустимыми и достоверными доказательствами по данному делу.
При таких обстоятельствах суд, с учетом совокупности общепризнанных принципов международного права (Декларации от 29.11.1985) распространяющих понятие «жертвы преступления» (т.е. потерпевшего в результате преступления лица), в том числе на иждивенцев непосредственной жертвы, в данном случае погибшего Б, приходит к выводу, что К. на предварительном следствии по делу правомерно была признана потерпевшей по делу как в связи со смертью сына Я., так и в связи со смертью своего гражданского мужа Б, на чьем иждивении она находилась.
Показания указанных свидетелей являются последовательными, согласуются между собой и с исследованными письменными материалами дела, оснований не доверять им у суда не имеется, в связи с чем данные показания кладутся судом в основу приговора по делу.
Доводы стороны защиты о признании показаний свидетелей Ю., Р., Д., И. недопустимыми доказательствами по причине производства ими различных процессуальных действий в рамках расследования дела являются несостоятельными, поскольку защитой искажен смысл положений Определения Конституционного Суда РФ от 06.02.2004 № 44-О, в котором указывается лишь на то, что содержание показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденных им в суде, не может быть воспроизведено в ходе судебного разбирательства путем допроса в качестве свидетеля дознавателя или следователя, производившего дознание или предварительное следствие. При этом в данном же Определении содержится указание на то, что возможность допроса дознавателя и следователя, проводивших предварительное расследование по уголовному делу, в качестве свидетелей, в том числе об обстоятельствах производства отдельных следственных и иных процессуальных действий, не исключается. Свидетели Ю., Р., Д., И. в рамках предварительного и судебного следствия допрашивались не с целью воспроизведения показаний Талайковского М.И., данных на предварительном следствии, а в целях получения пояснений об обстоятельствах производства ими процессуальных действий, направленных на фиксацию обстановки на месте преступления, имевшихся у автомобиля, которым управлял подсудимый, повреждений, что уголовно-процессуальным законом не запрещено, в связи с чем их показания не могут быть признаны недопустимыми доказательствами по данному делу.
В судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания Г., данные на предварительном следствии в ходе допроса от хх.хх.хх, в целом аналогичные показаниям свидетеля в судебном заседании, однако из которых следует, что указанные ею события имели место конкретно с 25 на хх.хх.хх года, водку, привезенную Талайковским, они распили за столиком на ст.Найстенъярви, Талайковский пил ее вместе со всеми, очередность распития не пропускал, только после распития данной бутылки все поехали на пляж, по дороге купив еще водки /т.1л.д.87-90/;
После оглашения указанных показаний Г. в части имеющихся противоречий об употреблении Талайковским спиртных напитков на ст.Найстенъярви данные показания не подтвердила, просила доверять показаниям, данным в ходе судебного заседания, пояснила, что сомневается, что подсудимый на ст.Найстенъярви употреблял спиртное, однако точно помнит и уверена, что на пляже он водку употреблял.
Суд, анализируя указанные противоречия в показаниях Г., считает необходимым в данной части руководствоваться показаниями свидетеля, данными в судебном заседании, согласно которым Талайковский на ст.Найстенъярви спиртного не употреблял, поскольку данные показания согласуются с пояснениями самого подсудимого, а также изложенными ниже в приговоре суда показаниями свидетелей Х. и К..
В остальной части, в том числе и по обстоятельствам употребления подсудимым спиртных напитков на пляже, суд признает показания свидетеля Г. на предварительном следствии и в суде достоверными, кладет их в основу настоящего приговора, данные показания являются полными, последовательными, согласуются между собой и с другими доказательствами по делу, признанными судом достоверными, свидетель уверенно их подтвердила, оснований не доверять данным показаниям у суда не имеется, частичное изменение свидетелем в судебном заседании своих показаний в пользу подсудимого, однако подтверждение ранее данных показаний об употреблении им спиртного, по мнению суда, свидетельствует о желании свидетеля сообщить суду достоверную информацию о произошедших событиях, отсутствии у нее умысла на дачу показаний исключительно с целью помочь подсудимому избежать ответственности за содеянное либо, напротив, оговорить его, со стороны подсудимого доводов, свидетельствующих о наличии оснований для его оговора свидетелем Г. не приведено, таких оснований судом не усматривается.
В судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания Х., данные на предварительном следствии в ходе допроса от хх.хх.хх, в целом аналогичные показаниям, данным в судебном заседании, однако из которых следует, что указанные им события имели место конкретно с 25 на хх.хх.хх года, Талайковский, когда подъехал к компании, в которой находился Х., был трезв, с ними не выпивал, на пляже также не пил, когда они ехали с пляжа за спиртным в ..., то по ходу движения Б. разговорами отвлекал водителя, при этом бурно жестикулировал, его рука находилась у лица водителя и отвлекала его /т.1л.д.79-82/;
После оглашения указанных показаний свидетель Х. подтвердил, что события происходили ночью хх.хх.хх года, в части имеющихся противоречий подтвердил показания, данные на предварительном следствии.
Суд, оценивая показания свидетеля Х., критически относится к его показаниям в судебном заседании о лопнувшем колесе у автомобиля, признает их недостоверными и не учитывает при вынесении приговора по делу, поскольку в данной части показания свидетеля противоречат признанным судом достоверными показаниям свидетелей И., Р., ФИО5, Ю., протоколам осмотра места происшествия и транспортного средства. Также суд, оценивая противоречия между показаниями свидетеля в части употребления Талайковским спиртного на пляже, критически оценивает показания свидетеля, данные на предварительном следствии, о том, что подсудимый на пляже спиртного не употреблял, поскольку данные показания противоречат показаниям свидетеля Г., признанными судом достоверными, сам свидетель в судебном заседании уверенно не подтвердил, что Талайковский спиртного не употреблял, а лишь пояснил, что он не видел, чтобы тот пил, поскольку находился от него на отдалении. В остальной части показания Х. согласуются с показаниями Г., К., письменными материалами дела, оснований для их критической оценки не имеется, в связи с чем они кладутся судом в основу настоящего приговора.
В судебном заседании на основании ч.3 ст.281 УПК РФ оглашены показания К., данные на предварительном следствии в ходе допроса от хх.хх.хх, в целом аналогичные показаниям, данным в судебном заседании, однако из которых следует, что события, о которых сообщил свидетель, имели место хх.хх.хх года, водку, привезенную Талайковским М.И., пил в том числе и он сам, всего выпил 2-3 стопки.
После оглашения указанных показаний К. в части имеющихся противоречий их не подтвердил, уверенно утверждал, что Талайковский М.И. при нем водку не употреблял, пил лимонад, противоречия объяснил тем, что и на предварительном следствии давал такие же показания, однако следователь их неправильно записал, чего он не заметил, поскольку его допрашивали на работе и он был уставший, в связи с чем протокол допроса внимательно не прочитал.
Суд, анализируя указанные противоречия, считает необходимым при вынесении приговора руководствоваться показаниями К., данными в ходе судебного заседания, поскольку они согласуются с показаниями свидетелей Г., Х., пояснявших, что Талайковский за столиком на ст.Найстенъяври спиртного не употреблял.
Оснований не доверять показаниям указанного свидетеля у суда не имеется, в связи с чем они используются при вынесении приговора в полном объеме.
Кроме того, вина Талайковского М.И. в инкриминируемом ему преступлении подтверждается письменными материалами дела:
Протокол очной ставки с Г. в части указанных в нем показаний свидетеля суд использует при вынесении приговора с учетом оценки ее показаний, данной выше в приговоре суда, в связи с чем не использует содержащиеся в нем сведения об употреблении подсудимым спиртного на ст.Найстенъярви.
Суд не находит оснований для признания протоколов очных ставок с участием свидетелей Р. и Ю., протоколов осмотра места происшествия и транспортного средства, акта освидетельствования на состояние опьянения, акта обследования дорожных условий, заключения эксперта Номер от хх.хх.хх недопустимыми доказательствами по данному уголовному делу.
ФИО26 в приговоре при оценке показаний свидетелей Ю. и Р. дана оценка доводам стороны защиты об их недопустимости, по тем же основаниям, по которым показания данных свидетелей является допустимыми, суд находит и протоколы очных ставок с их участием допустимыми доказательствами по делу.
В протоколе осмотра места происшествия от хх.хх.хх отсутствует подпись специалиста Б. о разъяснении ей прав и обязанностей, предусмотренных ст.58 (57) УПК РФ, вместе с тем в других необходимых местах протокола подписи специалиста имеются.
В судебном заседании допрошенная специалист Б. пояснила, что участвовала в осмотре места происшествия от хх.хх.хх в составе опергруппы совместно со следователем И., сотрудниками ДПС, производила фотосъемку места происшествия и транспортного средства. Поскольку на тот момент она работала недолго, данный выезд являлся одним из ее первых, то следователь И. ей подробно разъяснял все необходимые моменты, связанные с работой, в том числе разъяснял ей ее права и обязанности как специалиста, давал на подпись протокол осмотра, в котором она расписывалась, под графой о разъяснении ей ее прав и обязанностей не расписалась случайно.
Оснований не доверять показаниям Б. у суда не имеется, при таких обстоятельствах суд считает установленным, что специалисту права и обязанности были следователем разъяснены в соответствии с положениями ч.5 ст.164, ст.168 УПК РФ, само по себе отсутствие подписи специалиста в протоколе с учетом установленного фактического разъяснения ей прав и обязанностей специалиста не может расцениваться как существенное нарушение требований Уголовно-процессуального кодекса РФ, влекущее признание протокола осмотра места происшествия недопустимым доказательством.
Доводы защитника о признании протокола осмотра транспортного средства недопустимым доказательством со ссылкой на ст.ст.86, 38 УПК РФ по причине его составления инспектором ДПС Р., не получившим письменного поручения о производстве данного следственного действия являются несостоятельными, поскольку протокол осмотра транспортного средства был составлен сотрудником ДПС Р. при фиксации обстановки на месте ДТП, что входит его в прямые обязанности с силу занимаемой должности, поручение о производстве осмотра было им получено от непосредственного начальника Д., которому, в свою очередь, распоряжение об организации и проведении осмотра транспортного средства было поручено следователем, т.е. по существу, осмотр транспортного средства был произведен на основании поручения следователя. Кроме того, ссылка стороны защиты на ст.ст.38, 86 УПК РФ являются несостоятельными, поскольку на момент проведения осмотра транспортного средства уголовное дело в отношении Талайковского М.И. возбуждено еще не было.
При таких обстоятельствах составленное с использованием вышеуказанных протоколов заключение эксперта Номер от хх.хх.хх также нельзя считать недопустимым доказательством по делу.
Доводы защитника о признании акта освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и акта обследования дорожных условий недопустимыми доказательствами по причине того, что они не входят в перечень доказательств по уголовному делу, указанный в ст.74 УПК РФ, допускаются в качестве доказательств по уголовному делу.
Учитывая изложенное, все указанные выше письменные материалы дела признаются судом допустимыми и достоверными доказательствами по делу, используются при постановлении настоящего приговора.
Таким образом, нарушение Талайковским М.И. п.10.1 Правил дорожного движения РФ, предусматривающего, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, обеспечивающей ему возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований правил и обязывающего его при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, подтверждено признанным судом допустимыми и достоверными доказательств, а именно:
- показаниями самого подсудимого, согласно которым он вел машину по грунтовой дороге со скоростью около 80 км/ч, в ходе движения потерпевший Б отвлекал его от управления автомобилем, закрывал глаза, дергал за уши, что продолжалось на протяжении около 4 минут до момента ДТП, действия Я. отвлекали его, мешали ему управлять автомобилем, у него были опасения, что при таких обстоятельствах может произойти ДТП, однако скорости он не сбавлял, автомобиль не остановил, продолжал двигаться в прежнем скоростном режиме;
- показаниями свидетеля Х., согласно которым Талайковский М.А. вел машину со скоростью около 70-80 км/ч, при этом дорога, по которой они передвигались, была плохая, по ходу движения Б. разговорами отвлекал водителя, при этом бурно жестикулировал, его рука находилась у лица водителя и отвлекала его;
- актом обследования дорожных условий в месте совершения ДТП от хх.хх.хх, согласно которому дорога, по которой двигался автомобиль под управлением Талайковского М.И., имела дефект покрытия в виде «гребенки»;
- заключением эксперта Номер от хх.хх.хх, согласно которому действия водителя автомобиля Mazda 626 по выбору скорости движения с экспертной точки зрения не соответствовали требованиям ч.1 п.10.1 Правил дорожного движения, что при условии исправности колес автомобиля явилось наиболее вероятной причиной данного происшествия.
Из совокупности указанных доказательств следует, что Талайковский М.И., перевозя 5 пассажиров в ночное время суток, по грунтовой дороге, находившейся в плохом состоянии, имевшей дефекты покрытия, в условиях, когда находившийся в машине пассажир мешал ему управлять транспортным средством и отвлекал от дороги, что создавало опасность для движения, которую водитель был в состоянии обнаружить, не снизил избранную им скорость движения около 70-80 км/ч, чем нарушил п.10.1 Правил дорожного движения.
Указанное нарушение Правил дорожного движения стоит в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП в виде съезда автомобиля в кювет и соударения его с деревом, в результате которого погибли Б, Я. и В.
Показания подсудимого, согласно которым ДТП произошло по причине лопнувшего на повороте дороги колеса, суд находит несостоятельными, воспринимает их как избранный подсудимым способ защиты с целью избежать либо снизить степень ответственности за содеянное. Указанные доводы убедительно опровергаются совокупностью доказательств по делу, а именно показаниями свидетелей И., Д., Р., Ю., согласно которым при визуальном осмотре ими транспортного средства после ДТП колеса повреждений не имели, давление в шинах имелось, при эвакуации автомобиля тот ехал на своих колесах; и протоколами осмотра места происшествия и транспортного средства, в которых в списке имевшихся у автомобиля Мазда 626 внешних повреждений каких-либо повреждений у колес автомобиля не зафиксировано;
Факт употребления Талайковским М.И. алкоголя после ДТП, участником которого он являлся, установлен показаниями свидетеля Т., постановлением о привлечении Талайковского М.И. в административной ответственности по ст.90 УПК РФ.
Вместе с тем указанное обстоятельство не исключает возможности подсудимого употребить алкогольные напитки и до ДТП, в связи с чем не может расцениваться как основание для переквалификации его действий на ч.5 ст.264 УК РФ, поскольку нахождение подсудимого в состоянии алкогольного опьянения в момент ДТП подтверждается признанными судом достоверными и допустимыми показаниями свидетеля Г. в судебном заседании и на предварительном следствии об употреблении Талайковским М.И. водки на пляже в количестве 2-3 стопок перед тем, как сесть за руль автомобиля.
Учитывая изложенное, суд, в совокупности исследовав доказательства, приходит к выводу о том, что вина подсудимого Талайковского М.И. в совершении инкриминируемого ему преступления доказана в полном объеме, его действия суд окончательно квалифицирует по ч.6 ст.264 УК РФ - как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, совершенное лицом, находящимся в состоянии опьянения, повлекшее по неосторожности смерть двух или более лиц.
При назначении наказания Талайковскому М.И. суд учитывает характер общественной опасности совершенного преступления - неумышленное преступление средней тяжести против безопасности дорожного движения, степень общественной опасности данного преступления - наступившие в его результате последствия в виде смерти трех лиц, данные о личности подсудимого, юридически не судимого, к административной ответственности не привлекавшегося, на учетах у врачей нарколога и психиатра не состоящего, по месту жительства характеризующегося удовлетворительно, по месту работы характеризующегося положительно, его имущественное положение, влияние назначаемого наказания на его исправление, обстоятельства, смягчающие наказание - наличие малолетнего ребенка, действия, направленные на оказание медицинской помощи потерпевшим непосредственно после совершения преступления (вызов скорой помощи), добровольное частичное возмещение морального вреда, причиненного преступлением, что подтверждено расписками потерпевших Н. и К. о получении денежных средств от подсудимого, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.
С учетом наличия смягчающего обстоятельства, предусмотренного ст.62 УК РФ, согласно которому в таком случае срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса.
Санкция ч.6 ст.264 УК РФ предусматривает наказание только в виде лишения свободы, альтернативных видов наказания за совершение данного преступления не установлено. При этом суд, с учетом установленных обстоятельств совершения преступления, его общественной опасности, наступивших последствий, считает, что в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения им новых преступлений, подсудимому необходимо назначить наказание в виде реального лишения свободы. Оснований для применения положений ст.ст.64 и 73 УК РФ при назначении наказания суд не усматривает.
Также санкцией ч.6 ст.264 УК РФ предусмотрено обязательное назначение виновному дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами на срок до 3 лет.
С учетом изложенного суд, учитывая все обстоятельства совершения подсудимым преступления, наличие в действиях Талайковского М.И. грубых нарушений ряда требований Правил дорожного движения, имеющих существенную степень общественной опасности, в том числе о запрете употребления спиртных напитков за рулем, считает необходимым назначить Талайковскому М.И. дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на максимально предусмотренный ч.6 ст.264 УК РФ срок.
В соответствии с п.«а» ч.1 ст.58 УК РФ отбывание наказания Талайковскому М.И., как лицу, осужденному за преступление, совершенное по неосторожности, следует назначить в колонии-поселении.
Потерпевшими К. и Н. были заявлены гражданские иски к подсудимому о взыскании денежных средств в счет компенсации морального вреда, причиненного им преступлением, К. - в сумме 600 000 рублей, Н. - в сумме 500 000 рублей.
Подсудимый Талайковский М.И. в судебном заседании исковые требования не признал.
В соответствии со ст.151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно ст.1079 Гражданского кодекса РФ, граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (в т.ч. использование транспортных средств) обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании.
Судом установлено, что в результате виновных действий осужденного Талайковского М.И. потерпевшим К. и Н. причинен моральный вред, выразившийся в нравственных страданиях - переживаниях в связи с гибелью близких родственников.
При этом транспортное средство, в результате использования которого причинен вред, было передано Талайковскому М.И. во временное пользование (на основании доверенности), он пользовался им по своему усмотрению, в силу чего признается судом его законным владельцем по смыслу ст.1079 Гражданского кодекса РФ (в соответствии с разъяснениями, данными в п.20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что основания для взыскания компенсации морального вреда с Талайковского М.И. в пользу К. и Н. имеются, в соответствии со ст.ст.151, 1101 Гражданского кодекса РФ, принимая во внимание совокупность всех заслуживающих внимания обстоятельств по делу, а именно: степень вины причинителя вреда, степень перенесенных истцами нравственных страданий, обстоятельства, при которых причинен вред, учитывая требования разумности и справедливости, а также частичное добровольное удовлетворение заявленных требований подсудимым, которым, согласно имеющимся в материалах дела распискам, выплачено К. 49 500 рублей, Н. - 28 000 рублей, находит иск К. подлежащим частичному удовлетворению в сумме 550 500 рублей (по 300 000 рублей за смерть Б и Я. за вычетом добровольно выплаченной подсудимым суммы), иск Н. частичному удовлетворению в сумме 272 000 рублей (300 000 рублей за смерть В. за вычетом добровольно выплаченной подсудимым суммы).
Вещественные доказательства по делу: тормозные шланги, 2 части тормозной трубки, штуцер в соответствии с п.6 ч.3 ст.81 УПК РФ подлежит хранению при уголовном деле.
Процессуальных издержек, подлежащих взысканию либо возмещению, по данному делу не имеется.
На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.296-309 УПК РФ, суд
приговорил:
Талайковского Михаила Ивановича признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.6 ст.264 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 (четыре) года 6 (шесть) месяцев с лишением права управления транспортными средствами на срок 3 (три) года с отбыванием основного наказания в колонии-поселении.
Осужденному следовать в колонию-поселение самостоятельно.
Срок отбывания наказания исчислять со дня прибытия осужденного в колонию- поселение.
Меру пресечения Талайковскому М.И. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора суда в законную силу оставить без изменения.
Гражданские иски К. и Н. удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО5 в пользу К. 550 500 рублей (пятьсот пятьдесят тысяч пятьсот) рублей.
Взыскать с ФИО5 в пользу Н. 272 000 рублей (двести семьдесят две тысячи) рублей.
Вещественные доказательства по делу: тормозные шланги, 2 части тормозной трубки, штуцер - передать Талайковскому М.И., CD-диск с видеофайлом «дтп2» - хранить при деле.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Верховный суд Республики Карелия через Суоярвский районный суд в течение 10 суток со дня провозглашения.
Судья К.А. Кипятков