Дело № 1-02-2010
П Р И Г О В О Р П Р И Г О В О Р
Именем Российской Федерации
26 июля 2010 года, р.п. Сосновка Тамбовской области.
Сосновский районный суд Тамбовской области в составе судьи Амирасланова С.А.,
с участием государственного обвинителя – и.о. прокурора Сосновского района Тамбовской области Чепрасовой С.В.,
подсудимой Хортовой Т.В.,
защитника – адвоката НОКА «Вторая Тамбовская областная коллегия адвокатов» Тетушкина Е.Н., представившего удостоверение № хххх и ордер № хххх от хх.хх.хххх г. года,
потерпевшей Хортовой Е.Н.,
при секретаре Глумовой М.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении
Хортовой Т.В., 15 мая 1975 года рождения, уроженки и жительницы д. З.), работающей ведущим бухгалтером ТОГАУ "Ц" образование среднее, вдовы, имеющей на иждивении двоих малолетних детей, не судимой,
обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ суд
у с т а н о в и л:
Подсудимая умышленно причинила тяжкий вред здоровью Хортова А.Н., опасный для его жизни и повлекший по неосторожности его смерть. Преступление совершено при следующих обстоятельствах.
С 23 апреля 2004 года подсудимая состояла в зарегистрированном браке с Хортовым А.Н., 28 ноября 1966 года рождения. С мая 2008 года супруги Хортовы вместе с несовершеннолетними детьми - Павлом, 1998 года рождения и Данилой, 2004 года рождения проживали в доме д. З..
Вечером 28 апреля 2009 года около 22 часов в указанном доме между супругами, находившимися в состоянии алкогольного опьянения, произошла ссора, в ходе которой Хортова Т.В., имеющимся в доме кухонным ножом умышленно нанесла мужу один удар в область левого бедра, причинила ему колото-резаное ранение левого бедра с повреждением подкожной жировой клетчатки, фасции, поверхностных и глубоких мышц, глубокой артерии бедра, повлекший за собой острую кровопотерю - тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
От полученных телесных повреждений, потерпевший при доставлении в приемный покой МУЗ «Сосновская ЦРБ» в 0 час. 10 мин. 29 апреля 2009 года скончался.
В судебном заседании подсудимая виновной себя признала частично и пояснила, что причинять мужу тяжкий вред здоровью не хотела, она защищала себя. Не отрицает, что, возможно, превысила пределы необходимой обороны. При изложении обстоятельств происшедшего, также акцентирует внимание суда на неосторожный характер своих действий, указывая, что «даже не заметила как поранила мужа» и на возможное нахождение ее в этот момент в состоянии аффекта, вызванного длительным противоправным поведением пострадавшего и угрозой причинения ей ножевого ранения в тот вечер.
По существу обвинения указала, что муж последний год систематически злоупотреблял спиртными напитками, нигде не работал и, будучи в состоянии алкогольного опьянения, неоднократно подвергал ее избиению. Днем 28 апреля 2009 года сама находилась на работе, Павел - у бабушки, а Данила – в садике. Попросила мужа вечером забрать сына из детского сада. После работы, увидела его у магазина в нетрезвом состоянии, на ее просьбу уйти домой, ответил нецензурно. Пришел около 18 часов, был пьян и лег спать.
Сама она в тот вечер в честь праздника «Радоницы» выпила у соседки Пилягиной Р. 200 граммов вина. Около 21 часа муж ушел к Скворцову С., а затем к Чекмареву Д., у которого вновь стал распивать спиртное. Через некоторое время она с сыном пошла за ним, просила вернуться домой. В ответ тот начал обзывать и оскорблять ее. Затем схватил ее за руки и сказал: «пойдем, сейчас ты у меня получишь». Затолкал ее в ворота дома, замахивался детским велосипедом. Она забежала в спальню, села на кровать. Муж следом вбежал туда с ножом в руке. Одной рукой схватил ее за плечо, приставил нож к лицу и сказал: «тебе всё…». Испугавшись действий супруга, она схватила его руку за запястье, разжала пальцы, правой рукой выхватила нож и отмахнулась, даже не поняла, что попала в него ножом. Выбежала из спальни, он вышел следом, и только тут увидела у него кровь. Он согнулся, прошел в прихожую, лег на диван и захрипел. (т.2л.д. 35).
При выезде на место происшествия подсудимая частично изменила показания, пояснила, что ранение потерпевшему причинила, когда отняла у него нож, встала с кровати и оттолкнула от себя. Все произошло очень быстро, сразу даже не поняла, что ранила его. Сама была сильно взволнована происшедшим (т.2л.д. 58-59).
Подсудимая далее пояснила, что пыталась оказать супругу медицинскую помощь, вызвала скорую помощь, милицию, сообщила о случившемся его сестре и соседям. Причинять ему телесные повреждения либо смерть не хотела, все произошло по неосторожности. Она лишь хотела вырваться от него и выйти из комнаты, поскольку была угроза ее жизни. В содеянном глубоко раскаивается.
Допросив потерпевшую, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд находит подсудимую виновной в умышленном причинении Хортову А.Н. тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности его смерть.
Сестра пострадавшего – Хортова Е.Н., допрошенная в качестве потерпевшей, показала, что Андрей освободился из исправительной колонии в 2003 года, сразу же стал сожительствовать с подсудимой, через год у них родился сын - Данила. Вначале отношения были нормальные. Но затем они оба стали злоупотреблять спиртными напитками и на этой почве систематически ссорились друг с другом. Весной 2009 года брат собирался расторгнуть брак, жаловался на поведение жены, говорил, что та часто выпивает, устраивает скандалы и угрожает ножом. Он намеревался накопить деньги, купить себе дом и жить отдельно. Постоянной работы в Заречье не было, Андрей изготавливал деревянные срубы и продавал. Денег едва хватало на содержание семьи.
28 апреля 2009 года в 23 часа ей позвонила Хортова Т.Н. и сообщила: «Я убила мужа, вызови скорую помощь». Вначале она не поверила ей, подумала, что опять напились и поссорились. Но затем всё же позвонила на «02». Когда приехала в Заречье, скорая помощь уже увезла брата в больницу, его одежда валялась за домом. Татьяна не могла объяснить, что же все-таки произошло. То говорила, что она ударила его ножом, затем стала утверждать, что он сам наткнулся на нож. В день похорон племянник Данила рассказал, что в тот вечер родители ругались, «папа лежал на Пашкиной кровати, мама схватила с кухни нож и ударила им папу».
Хортова Е.Н. не согласна с показаниями подсудимой, данными в судебном заседании, указала, что та умышленно нанесла брату ножевое ранение. От ранее заявленного гражданского иска отказалась и, учитывая, что на ее иждивении двое малолетних детей, просит ее строго не судить.
Соседи подсудимой - супруги Орловы В.А. и Н.В. пояснили, что 28 апреля 2009 года в 22 часа 30 мин. Хортова Т.В. сообщила им, что «убила мужа», попросила вызвать скорую и милицию. Когда они пришли к ним в дом, Хортов А.Н. лежал на диване, без признаков жизни. На нем была майка и спортивные брюки, на полу – лужа крови. Про ссоры и скандалы в их семье никогда не слышали. Пострадавшего характеризуют с положительной стороны, как добросовестного семьянина, трудолюбивого и трезвого человека. Также с положительной стороны характеризуют и подсудимую.
Аналогичные показания дала и свидетель Илясова Л.И., указала, что проживает по соседству с подсудимой. Вечером 28 апреля 2009 года вместе с Орловой Н.В. приходила к ней в дом, видела Хортова А.Н., лежавшего на диване без признаков жизни, на полу кровь. При них прибыла скорая помощь и увезла его в больницу. Со слов Орловой Н.В. знала, что Татьяна ударила мужа ножом, о деталях происшедшего не слышала. Про семью Хортовых ничего плохого сказать не может; обычные люди, спиртными не злоупотребляли, воспитывали двоих несовершеннолетних детей. Тем не менее, свидетель отметила некоторую вспыльчивость характера подсудимой.
Глава администрации П-го сельского Совета Сосновского района Тамбовской области Сибилев Ю.А. не подтвердил имеющуюся в материалах уголовного дела отрицательную характеристику на пострадавшего и пояснил, что тот, хотя иногда и выпивал, но спиртными напитками не злоупотреблял, подрабатывал изготовлением срубов, был тихим и спокойным человеком. Были слухи, что у него с женой часто возникают конфликты, но обращений от супругов в администрацию села не было, на административных комиссиях они не обсуждались.
Супруги Тетелюхины В.А. и Л.И. указали, что работали вместе с подсудимой. Вечером 28 апреля 2009 года около 23-х часов та приходила в контору лесхоза, чтобы позвонить в больницу. Татьяна вызвала машину скорой помощи, сообщила, что муж истекает кровью, но в милицию не дозвонилась и ушла обратно. Тетелюхина Л.И. пояснила, что Татьяна иногда жаловалась на поведение мужа, на то, что тот часто выпивает. По ее просьбе она однажды беседовала с Андреем, просила его одуматься и бросить пить. Свидетель также подтвердила, что в 2009 года дважды видела подсудимую с синяками, с ее слов известно, что ударил ее Андрей.
Свидетели Пилягина Т.А. и Ламзин А.В. также подтвердили заявление подсудимой об избиении ее мужем. Пилягина Т.А. указала, что летом 2008 года в Семикинском лесоучастке в доме у Кольцовой Е.И. в ее присутствии была ссора между супругами Хортовыми, в процессе которой Андрей избил Татьяну. Ламзин А.В. указал, что в середине апреля 2009 года на работе видел подсудимую с синяком под глазом. Та жаловалась на мужа. Также она звонила ему в ночь на 2 января 2009 года, просила отвезти в больницу, говорила, что муж подверг ее избиению.
Свидетели Чербаева Л.Н. и Чербаева Н.А. заявили, что как педагогические работники хорошо знают семью подсудимой. Её старший сын – Павел ходил к ним в детский сад и начальную школу. Характеризуют её как отзывчивую, добросовестную женщину, мать. Она систематически интересовалась обучением сына, занималась с ним дома, никогда не видели ее в состоянии алкогольного опьянения. Семья у них была положительная и благополучная.
Свидетель Бабенкова Н.М. указала, что вечером 28 апреля 2009 года видела подсудимую на дороге, она с ребенком прошла в сторону здания лесхоза, затем – обратно. Встретив ее, сказала: «если не боишься, пойдем ко мне в дом, у нас случилось страшное». Затем она позвала в дом Чекмарева Павла и Скворцова Николая. Они пытались оказать помощь Хортову А.Н., перевязывали рану полотенцем. Перед дверью на полу и в коридоре была кровь, Андрей лежал на диване, нож находился на столе в прихожей, в зале на полу была кровь.
Свидетель Скворцов Н.С. подтвердил, что вечером 28 апреля 2009 года вместе с Хортовым А.Н., Чекмаревым П.В. и Скворцовым Е.В. приходил к Чекмареву Д.В., пили пиво, все были трезвые. Через некоторое время пришла Татьяна – жена Хортова А.Н. и стала ругаться на него, велела идти домой. Тот ушел. Через некоторое время она снова пришла, просила помочь Андрею. Сказала, что он порезался. Он с Чекмаревым Д.В. прибежали к нему в дом. Андрей лежал на полу, возле дивана, голый. Они положили его на диван и попытались перевязать рану. Нож лежал возле двери у зала, следов крови на нем не было. На полу была лужа крови.
Аналогичные показания дали, допрошенные в качестве свидетелей братья Чекмаревы - Дмитрий и Павел Викторовичи. Чекмарев П.В. подтвердил, что вместе со Скворцовым Н.С. по просьбе подсудимой пытался оказать помощь Хортову А.Н.. Когда они прибежали в дом, Андрей лежал на полу возле дивана. Он стащил с него майку, штаны, в паху была кровоточащая рана, они сделали перевязку. В зале на полу была лужа крови, там же у двери валялся нож.
Свидетель Пилягина Р.В. сообщила, что видела подсудимую вечером 28 апреля 2009 года. Она была расстроена тем, что муж запил, говорила, что он три недели не пил, а сегодня запил. Пилягина Р.В. предложила ей выпить красного вина и успокоиться. Они распили грамм 300 вина и разошлись.
Свидетель Саяпин Е.В. пояснил, что работал с потерпевшим вместе в течение 7 месяцев, изготавливали деревянные срубы по заказам частных лиц. Характеризует его только с положительной стороны. Днем 28 апреля 2009 года они работали до 15 час. 30 мин., затем в Заречье выпили по 1,5 литра пива, около 19 часов тот ушел домой. Более он Хортова А.Н. не видел. О том, что подсудимая нанесла ему удар ножом, узнал на следующий день от жителей села. Хортов А.Н. никогда не жаловался на жену, о ссорах между ними ничего не слышал.
Свидетель Саяпин С.Н. указал, что днем 28 апреля 2009 года в д. Семикино зять - Саяпин Е.В. и его друг – Хортов А.Н. помогали ему по огороду. В 15 час. 30 мин. они вернулись в Заречье, он их угостил пивом. Вечером около 21 часа 30 мин. Хортов А.Н. приходил сделать ему угол от воспаления легких. Был трезвый, спокойный. Сделав укол, ушел. Следом приходила Татьяна, искала мужа.
Свидетель Середа И.А. заявил, что пострадавший – родной брат его жены. Подсудимая в нетрезвом состоянии систематически устраивала дома скандалы, оскорбляла и унижала Хортова А.Н., говорила «ты бомж, я тебя на помойке нашла и приютила». Ссоры были в основном из-за денег.
Несовершеннолетние сын подсудимой – Андрюхин П.Я., 1998 года рождения, отметил, что отчим часто выпивал, приходил домой пьяный, из-за чего и возникали ссоры. В день происшествия он находился у бабушки, про случившееся ничего пояснить не может.
Малолетний сын Хортовой Т.Н. - Хортов Д.А., 2004 года рождения, очевидец происшедшего, будучи допрошенным в присутствии социального педагога, показал, что вечером 28 апреля 2009 года была ссора между родителями, «папа хотел ударить маму велосипедом, та убежала в дом. В доме папа лежал на Пашкиной кровати. Мама взяла нож и зарезала его. Потом папа перешел в коридор». Свидетель уточнил, что нож лежал на кухне.
Доказательствами вины подсудимой суд признает также материалы уголовного дела:
- протокол осмотра места происшествия от 28 и 29 апреля 2009 года, в процессе которого на полу в коридоре возле двери в зал на площади 1 на 1 метр обнаружены пятна бурого цвета, похожие на кровь. Рядом обнаружен кухонный нож, длиной лезвия 15 см., без следов крови. Обширные пятна бурого цвета, похожие на кровь обнаружены и у прохода в спальню. Во дворе, за домом на расстоянии 7 метров от входной двери на земле обнаружены спортивные брюки и трусы пострадавшего со следами бурого цвета, похожими на кровь (т.1л.д. 7-18);
- протокол освидетельствования Хортовой Т.В. от 30 апреля 2009 года, согласно которому каких-либо телесных повреждений у нее на лице и на теле не обнаружено, жалоб на состояние здоровья не заявлено (т.1л.д.45-46);
- заключение судебно-медицинской экспертизы трупа Хортова А.Н. № хххх от 22 мая 2009 года, в соответствии с которым у пострадавшего обнаружены колото-резаное ранение левого бедра с повреждением подкожной жировой клетчатки, фасции, поверхностных и глубоких мышц, глубокой артерии левого бедра, осложнившегося наружным кровотечением, повлекшим за собой развитие угрожающего жизни состояния – острой кровопотери. Причиненные телесные повреждения отнесены к категории тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Колото-резаная рана в медиальной области возникла от действия предмета, обладающего колюще-режущими свойствами, имеющего клинок с наличием обуха, режущей кромки и острия и образовалась незадолго от наступления смерти. Учитывая локализацию, направление и длину раневого канала, можно предположить, что потерпевший в момент причинения повреждения был обнаружен передней частью тела к нападавшему. Раневой канал направлен сверху вниз, несколько слева направо, спереди назад. Общая длина раневого канала составляет 9,3 см. При исследовании крови и мочи пострадавшего найден этиловый спирт в количестве 1,9 промилле, что у живых лиц соответствует средней степени алкогольного опьянения (т.1л.д.60-64);
- заключение дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа Хортова А.Н. № хххх от 9 ноября 2009 года, согласно которому исходя из направления раневого канала на теле потерпевшего (спереди назад и сверху вниз) указанный подсудимой в судебном заседании вариант нанесения травмы Хортову А.Н. представляется маловероятным;
-заключение судебно-биологической экспертизы № хххх от 20 мая 2009 года, в соответствии с которым на тампоне с места происшествия, ноже, фрагменте паласа, срезах ногтей с левой руки Хортовой Т.В., спортивных брюках Хортова А.Н. обнаружена кровь, происхождение которой за счет подсудимой исключается и не исключается за счет пострадавшего Хортова А.Н. (т.1л.д.78-87);
- заключение медико-криминалистической экспертизы № хххх от 22 июня 2009 года, согласно которому на спортивных брюках Хортова А.Н. обнаружено одно резаное и три колото-резаных повреждения, а на его трусах – три колото-резаных повреждения. Резаное повреждение на брюках образовалось в результате воздействия предметом, обладающим режущими свойствами, колото-резаные повреждения – от однократного ударного воздействия предметом, обладающим колюще-режущими свойствами. Таким предметом является, вероятно, один и тот же нож, плоский клинок которого имеет острие, обух и режущую кромку, ширина клинка на уровне погружения - 1,2 – 1,5 см., толщина обуха 0.05-0,15 см. Не исключена возможность образования данных повреждений ножом, изьятым с места происшествия (т.1л.д.95-101);
- заключение дополнительной медико-криминалистической экспертизы № хххх от 23.09.2009 года, в соответствии с которым различное количество повреждений на одежде и на теле потерпевшего объясняется тем, что ткань в момент нанесения колото-резаного повреждения была собрана в складки, а также тем, что резаное повреждение на брюках носит поверхностный характер и не отобразилось на подлежащем слое одежды и теле. Эксперт пришел к выводу, что повреждения резаного и колото-резаного характера образовались от двукратных ударных воздействий предметом, обладающим колюще-режущими свойствами, типа ножа (т.2л.д.90-92).
Заключением стационарной психолого-психиатрической экспертизы установлено, что подсудимая психическим расстройством не страдает и не страдала им ранее. У нее выявляются акцентуированные черты характера в виде категоричности суждений, негибкости, эмоциональной неустойчивости, раздражительности, что не лишает ее возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В отношении инкриминированного деяния признана вменяемой, находилась в состоянии простого алкогольного опьянения, в принудительных мерах медицинского характера по психическому состоянию не нуждается. Личностная сфера ее характеризуется такими особенностями, как требовательность к лицам ближайшего окружения в плане соответствия их поведения ее ожиданиям и представлениям, пониженная терпимость и негибкость, склонность настаивать на своем, недостаточная уступчивость, ослабление самоконтроля в конфликтной ситуации и т.д….
Исследовав психологическое состояние подсудимой комиссия экспертов пришла к заключению, что в момент совершения преступления она находилась не в состоянии аффекта, а в состоянии выраженного эмоционального напряжения, которое отличаясь по динамике и феноменологии протекания от физиологического и кумулятивного аффекта, тем не менее оказало существенное влияние на ее поведение в криминальной ситуации, ограничив ее произвольную регуляцию (т.2л.д. ).
При оценке доказательств суд учитывает, что утверждения подсудимой о нанесении потерпевшему ножевого ранения в состоянии аффекта, в условиях превышения необходимой обороны либо по неосторожности, не нашли объективного подтверждения в ходе предварительного и судебного следствия. Показания её в этой части суд признает недостоверными, данными в целях защиты от предъявленного обвинения.
Подсудимая по разному излагает обстоятельства и механизм причинения ранения пострадавшему. Также по-разному она объясняла происшедшее и соседям. Потерпевшей Хортовой Е.Н. и свидетелям - супругам Орловым заявила, что «убила» мужа, а Скворцову Н.С. и Чекмареву П.В. - что тот сам порезался ножом.
Объяснения ее противоречат друг другу и не соответствуют имеющимся в деле доказательствам.
В ходе предварительного следствия при допросе в качестве обвиняемой (в присутствии защитника) Хортова Т.В. призналась, что сидя на кровати и выхватив нож у мужа, она «сразу же ударила его лезвием ножа в область левой ноги, для того чтобы отпугнуть его и убежать» (т.1л.д. 166-170). На первоначальном допросе в суде стала утверждать, что отняв нож она «отмахнулась» и не поняла, что попала в него (т.2л.д.35). При выезде на место происшествия и воссоздании картины происшествия заявила, что выхватив нож, она встала с кровати и попыталась выбежать из комнаты. При этом толкнула мужа от себя. Как, каким образом ранила его, объяснить не может, поясняет лишь, что умысла на его ранение не преследовала (т.2л.д.59).
Между тем, эти показания противоречат объективным обстоятельствам, установленным при судебно-медицинском исследовании трупа потерпевшего. Согласно экспертному заключению раневой канал направлен сверху вниз, несколько слева направо и спереди назад, что делает маловероятным возможность причинения потерпевшему ножевого удара из положения сидя на кровати. Глубина проникновения ножа (около 93 мм.), характер и локализация раневого канала, исключают, по мнению суда, и возможность причинения указанного телесного повреждении вследствие неосторожных, не умышленных действий подсудимой, поскольку указывают на нанесение удара ножом со значительной силой.
Результаты судебно-медицинского исследования трупа (локализация, направление и глубина раневого канала) а также иные представленные обвинением доказательства с очевидностью указывают на то, что нож, изначально находился в руках у подсудимой, а пострадавший в момент причинения ранения - лежал на кровати, лицом кверху.
Об этом свидетельствуют показания очевидца происшедшего, малолетнего свидетеля – Хортова Д., 2004 года рождения, данные им в судебном заседании. Как видно из его показаний в момент причинения ранения «папа лежал на кровати в детской комнате. Мама взяла с кухни нож и ударила им папу».
Оценивая их, суд учитывает, что согласно заключению судебно-психологической экспертизы Хортов Д.А. в силу своих возрастных и психологических особенностей может давать правильные, в соответствии с его возрастом показания. В доступной форме интерпретирует действия матери в отношении отца, как проявление физического насилия, как несущий явный вред здоровью и угрожающие жизни, как аморальные по своей природе. Излагаемые им обстоятельства дела, связанные с использованием ножа в качестве орудия нанесения телесных повреждений, нанесения ножом удара жертве в область корпуса позволяют полагать, что Хортов Д.А. мог быть непосредственным участником данных событий. При беседе с ним не выявлено проявлений озлобленности, отгороженности от окружающих, установлен необходимый уровень откровенности, контактность и коммуникабельность, интерес к происходящему, достаточно развитое воображение без склонности к фантазированию (т.1л.д.116-119).
Приведенное экспертное заключение констатирует способность указанного свидетеля, несмотря на малолетний возраст (пять лет), адекватно воспринимать происходящие события и, правдиво и объективно рассказать о них. То, что он был очевидцем происшествия, подсудимой не оспаривается. Показания его суд признает объективными и достоверными.
Доводы обвинения о нахождении пострадавшего в момент причинения ему ножевого ранения, в положении лежа, лицом кверху, а подсудимой – напротив него, подтверждаются также и заключением медико-криминалистической экспертизы.
Из акта судебно-медицинского экспертизы трупа видно, что Хортову А.Н. причинено одно ножевое ранение в область левого бедра. А при осмотре его одежды - спортивных брюк и трусов при медико-криминалистическом исследовании на них в левой передней части (в паховой области) обнаружены три колото-резаных повреждений. Их происхождение объясняется экспертом наличием на них складок, что исключает версию подсудимой о нахождении потерпевшего в момент причинения ножевого ранения в вертикальном положении. При нахождении его положении стоя, тройная складка на трусах и брюках образоваться не могла (наличие их указывает на то, что пострадавший находился в положении лежа либо сидя).
Медико-криминалистической экспертизой одежды пострадавшего также установлено наличие на его спортивных брюках (в левой верхней передней части), помимо трех колото-резаных, и одного резаного повреждения, что свидетельствует о двукратном ударном воздействии на потерпевшего колюще-режущим предметом, типа ножа (т.2л.д.91-92). Данное обстоятельство, наряду с характеристикой раневого канала (его локализацией и глубиной) объективно исключает версию подсудимой о неосторожном характере ее действий.
В силу ч.ч.1 и 2 ст.37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу при защите личности и прав обороняющегося, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия. Превышением пределов необходимой обороны признаются умышленные действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося, либо с реальной угрозой применения такого насилия.
Исследованные судом доказательства не подтверждают заявление подсудимой о нападении на нее Хортова А.Н. Материалы дела свидетельствуют об обратном; а именно, что в момент причинения ранения, последний лежал на кровати и насилия в отношении подсудимой не применял, непосредственной реальной угрозы ее жизни и здоровью не создавал, Хортова Т.В. в процессе ссоры умышленно ударила его ножом в область левого бедра.
При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют какие-либо основания для признания факта нахождения её в состоянии необходимой обороны, либо в условиях превышения ее пределов.
Не могут быть приняты во внимание заявления Хортовой Т.В. и о нахождении её вечером 28 апреля 2009 года в состоянии аффекта. Согласно заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы она в состоянии физиологического или кумулятивного аффекта в момент совершения преступления не находилась; находилась в состоянии простого алкогольного опьянения.
Судом установлено, что в тот вечер между подсудимой и потерпевшим произошла ссора на бытовой почве. Присутствовавшие при этом свидетели Скворцов Н.С. и Чекмарев П.В. подтвердили, что они действительно ругались, но при них Хортов А.Н. жену не ударял и не пытался ударить. Как следует из анализа показаний Хортова Д., потерпевший, будучи недовольным требованием жены, вернуться домой, во дворе дома замахнулся на нее детским велосипедом, но удара не нанес. Войдя в дом, он сразу же прошел в спальню и лег на кровать, насилия в отношении супруги не применял и угроз в ее адрес не высказывал, ввиду чего отсутствовали объективные предпосылки для возникновения состояния внезапного сильного душевного волнения.
При оценке доказательств, суд учитывает и поведение подсудимой непосредственно после совершения преступления; то, что после нанесения ранения она смыла с ножа следы крови и выбросила за дом окровавленную одежду мужа, то есть предприняла целенаправленные действия на сокрытие и уничтожение следов преступления. Объяснить причины подобного поведения Хортова Т.В. в судебном заседании не смогла.
Из материалов дела видно, что между подсудимой и потерпевшим в течение 2008-2009 г.г. систематически возникали конфликты, в процессе которых последний неоднократно подвергал жену избиению. Учитывая изложенное, комиссия экспертов-психологов и психиатров пришла к заключению, что в момент совершения инкриминируемых действий подсудимая находилась в состоянии выраженного эмоционального напряжения, которое, отличаясь по динамике и феноменологии протекания от физиологического или кумулятивного аффекта, тем не менее, оказало существенное влияние на ее поведение в криминальной ситуации, ограничив его произвольную регуляцию.
При таких обстоятельствах, оснований для переквалификации ее действий на ч.1 ст.107, ч.1 ст.108 и ч.1 ст.109 УК РФ не имеется.
Содеянное Хортовой Т.В. суд квалифицирует по ч.4 ст.111 УК РФ (в редакции Федерального закона № 64 от 13 июня 1996 г.), как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью человека, опасного для его жизни и повлекшее по неосторожности его смерть.
Судом достоверно установлено, что она на почве ссоры умышленно нанесла потерпевшему, лежавшему на кровати, имевшимся при себе кухонным ножом один удар в область левого бедра, причинила тяжкий вред здоровью, опасный для его жизни и повлекший по неосторожности его смерть. Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы смерть пострадавшего находится в прямой причинной связи с причиненным ему повреждением. Характер ранения, его локализация объективно указывают на направленность умысла подсудимой на причинение ему тяжкого вреда здоровью.
Вина ее в полном обьеме предьявленного обвинения, помимо собственных показаний, установлена показаниями свидетелей, протоколами осмотров, выемок, заключениями судебных экспертиз и иными материалами уголовного дела. Оснований не доверять представленным обвинением доказательствам у суда не имеется.
При определении вида и меры наказания суд принимает во внимание обстоятельства дела, степень и характер общественной опасности содеянного и данные о личности виновной. Учитывает смягчающие ее вину обстоятельства, а именно, что она ранее к уголовной ответственности не привлекалась, вину частично признала, в содеянном раскаялась, по месту жительства и работы характеризуется положительно, имеет на иждивении двоих малолетних детей, в апреле 2010 года перенесла смерть матери – Андрюхиной А.Я.; учитывает неправомерное поведение пострадавшего, который в течение длительного времени злоупотреблял спиртными напитками, устраивал доме конфликты и то, что в момент совершения преступления подсудимая находилась в состоянии выраженного эмоционального напряжения, что существенно повлияло на ее поведение; что после происшествия она принимала меры по оказанию пострадавшему медицинской помощи и доставлению его в лечебное учреждение, что в соответствии с п. «К» ч.1 ст.61 УК РФ суд также признает обстоятельством, смягчающим ее ответственность. Суд принимает во внимание и состояние ее здоровья, наличие заболеваний в виде хронической язвы двенадцатиперстной кишки, хронического панкреатита и ряда других хронических заболеваний и что в ходе расследования и рассмотрения дела она перенесла несколько сложных хирургических операций. Обстоятельств, отягчающих её ответственность, следствием и судом не установлено.
Указанные смягчающие вину Хортовой Т.В. обстоятельства в их совокупности суд признает исключительными, существенно уменьшающими общественную опасность содеянного и позволяющими в соответствии со ст. 64 УК РФ назначить ей наказание ниже низшего предела, предусмотренного санкцией части 4 статьи 111 УК РФ.
В то же время, исходя из повышенной общественной опасности содеянного, тяжести преступления и характера наступивших последствий, суд считает необходимым назначить ей наказание, реально связанное с лишением свободы.
Оснований для применения ч.5 ст.15 УК РФ к особо тяжким преступлениям.
Федеральным законом № 377 от 27 декабря 2009 года внесены изменения в редакцию ч.4 ст.111 УК РФ в редакции Федерального закона № 64 от 13 июня 1996 года, не предусматривавшего дополнительного наказания в виде ограничения свободы.
На основании изложенного и руководствуясь ст.307, 308 и 309 УПК РФ, суд
п р и г о в о р и л:
Хортову Т.В. признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 64 УК РФ назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 3 года, с отбыванием в исправительной колонии общего режима.
Меру пресечения в отношении Хортовой Т.В. изменить с подписки о невыезде на заключение под стражу, взяв ее под стражу в зале суда. До вступления приговора в законную силу осужденную содержать в СИЗО № хххх г.М..
Срок наказания исчислять с 26 июля 2010 года. Засчитать ей в срок отбытия наказания время содержания под стражей с 29 апреля 2009 года по 27 августа 2009 года и на стационарной судебно-психиатрической экспертизе с 23 ноября 2009 года по 01 декабря 2009 года.
Вещественные доказательства: фрагмент паласа, половик, кухонный нож, спортивные брюки и трусы Хортова А.Н., спортивные брюки Хортовой Т.В. и марлевый тампон с места происшествия – у н и ч т о ж и т ь.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Тамбовский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденной Хортовой Т.В. – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.
В случае подачи кассационной жалобы осужденная вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному ей защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.
Судья С.А.Амирасланов
Приговор вступил в законную силу 06 августа 2010 года.