К делу 1-163/2011
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
ст. Старощербиновская « 28 » декабря 2011 года
Щербиновский районный суд Краснодарского края в составе:
Председательствующего - судьи Деревянченко Н.В.,
с участием государственного обвинителя старшего помощника прокурора Щербиновского района Довбня А.А.,
подсудимого Ардашева Д.В.,
защитника - адвоката Ейского филиала № 1 некоммерческой организации Краснодарской краевой коллегии адвокатов Асатурян М.Р., представившей удостоверение № <---> и ордер № <--->,
а также допущенной наряду с адвокатом в качестве защитника Антонченко А.В.,
при секретаре Черновой Н.В.,
рассмотрев материалы уголовного дела в отношении:
Ардашева Д.В., <---> года рождения, уроженца и жителя ст. <--->, ул. <--->, гражданина РФ, образования не имеющего, женатого, имеющего ребенка Ардашеву К.Д., <---> года рождения, работающего животноводом СПК (колхоза) «Знамя Ленина», военнообязанного, не судимого,
обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ,
у с т а н о в и л:
Подсудимый Ардашев Д.В. совершил незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере при следующих обстоятельствах:
Ардашев Д.В. в июле - августе 2011 года, точное время и дата не установлены, в Щербиновском районе Краснодарского края, находясь на берегу реки Ея в районе ст. Старощербиновской, точное место не установлено, имея преступный умысел, направленный на незаконное приобретение и хранение наркотического средства в крупном размере, с целью личного употребления незаконно приобрел путем сбора листьев и соцветий с растения конопля вида «Cannabis L.», их сушки и измельчения наркотическое средство каннабис (марихуана) массой в сухом остатке не менее 29,7 гр., которое в дальнейшем незаконно хранил в чердачном помещении хозяйственной постройки занимаемого им домовладения № <---> по ул. <---> в ст. <---> до 02 сентября 2011 года.
02 сентября 2011 года в период с 17 часов 00 минут до 17 часов 45 минут в ходе проведенного оперативно-розыскного мероприятия - обследование жилого домовладения и хозяйственных построек по адресу: <--->, ст. <--->, ул. <--->, занимаемого Ардашевым Д.В., сотрудниками полиции между деревянной рейкой и шифером при входе в чердачное помещение хозяйственной постройки, расположенной за жилым домом, был обнаружен и изъят пакет, содержимым которого являлось наркотическое средство каннабис (марихуана) массой в сухом остатке 29,7 гр., что в соответствии с постановлением Правительства РФ от 07.02.2006 года № 76 «Об утверждении крупного и особо крупного размеров наркотических средств и психотропных веществ, а так же крупного и особо крупного размеров для растений, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, либо их частей, содержащих наркотические средства или психотропные вещества, для целей статей 228, 228.1 и 229 УК РФ», является крупным размером.
Подсудимый Ардашев Д.В. в судебном заседании свою вину в совершении указанного преступления не признал, и показал, что в доме № <---> по ул.<---> он живет с женой и двумя детьми, его младший брат живет отдельно. Он не употребляет алкоголь около трех лет, ни он, ни члены его семьи никогда не употребляли наркотические средства. Он держит голубей, круг его общения небольшой. Дом у него огорожен с фасада и отгорожен от соседей, соседи – пенсионеры. 2.09.2011 года около 16 часов к нему по месту работы приехали ранее незнакомые ему сотрудники полиции, одетые в гражданскую форму. Один из них – К. по дороге к машине сказал, что ищут патроны, ножи. Возле машины он увидел находившегося в алкогольном опьянении М., с которым он не общался около 7 лет, девушку, сотрудников полиции С. и К.. Он отказался подписать ордер на обыск своего подворья. Когда приехали к его дому, залаяла собака, вышла его жена, которой он объяснил, что его забрали с работы для обыска. Жена стала кому-то звонить, потребовала копию ордера на обыск, потом дала трубку С., С. затем кому-то перезвонил, оттолкнул жену, все зашли во двор. Поменять понятых им никто не предлагал. В ходе осмотра С. предложил залезть и во вторую голубятню, перед которой имеется шиферный навес. Он, Ардашев, залез по кирпичам на навес, за ним залез К.. К. был одет в черную майку и джинсы. Перед входом в голубятню никакого пакета не было, шифер был без повреждений. Он, Ардашев Д.В., наклонился, зашел в проем, вглубь не проходил, спина еще выглядывала из проема, оглянувшись, увидел, что К. отдергивает руку от пакета, шелеста пакета не слышал. Он стал кричать на К.: «Зачем ты это делаешь? Что ты мне срок подкинул!», хотел вытащить пакет, но К. не позволил, и жена крикнула, чтобы до пакета не дотрагивался. Пакет был белый, в месте надрыва пакета он увидел, что там конопля; наружный край пакета был на одном уровне с досками, которым было оббито горище, пакет был засунут неглубоко между доской и шифером, его можно было легко достать. Он стал кричать, что в пакете конопля, на что понятая поинтересовалась, откуда он знает, что там конопля, если она в двух пакетах. Когда на шиферный навес поднялись понятая, его жена и С., он спрыгнул вниз, и как доставали пакет не видел. Внизу он стал спрашивать Кукушкина, зачем они подкинули пакет. С. развернул пакет, показал содержимое, а когда слезли с горища К. продемонстрировал, что он не мог подложить пакет, хотя пакет вошел в карман джинсов К.. Затем П. и С. заходили в дом, а когда вышли, он, С., К., К., П. и М. поехали в отдел полиции. Он, Ардашев Д.В., выходил покурить, пока С. что-то в присутствии понятых печатал, а когда вернулся, то обнаруженный пакет был уже в синем пакете. К, возил его на освидетельствование, рассказал, что взяли понятых, когда они шли с магазина. Он не обсуждал с К., кто подкинул ему наркотики. С. уговаривал признаться, угрожал «закрыть в подвале», но он отрицал принадлежность ему пакета. В каком-то документе до приезда жены он, Ардашев, поставил 3 подписи, но не говорил, что сорвал коноплю на речке. Он слышал, что жена кричала ему, чтобы он ничего не подписывал. Так как он неграмотный, то когда жену пустили, ей продиктовали фразу: «с моих слов написано верно, мною прочитано». По его просьбе она прочитала документ, он сказал, что не будет это подписывать, тогда и супруга не стала ставить подпись. Через несколько дней он ездил к М., К. и К. спросить, зачем они так сделали (подбросили ему наркотики). От знакомого К. - Н. С. узнал, что на него «навел» М., считает, что М. мог на чем-нибудь попасться, и «перевести стрелки». Он, Ардашев, спрашивал после случившегося соседей, не заходил ли к нему в дом кто-нибудь накануне случившегося, но соседи никого не видели. Кроме него, на навес к голубятне обычно никто не поднимается.
Несмотря на отрицание вины подсудимым, его вина подтверждается совокупностью следующих доказательств:
Свидетель П. В.А. в судебном заседании показала, что она и ее знакомый М. шли из магазина, когда их остановили сотрудники полиции и предложили участвовать в качестве понятых. Они согласились, заехали за сотрудником полиции К. – мужем ее родной сестры. Вместе они поехали к дому Ардашева, но дети сказали, что он на работе. Они поехали на работу к Ардашеву, один из сотрудников полиции сходил за Ардашевым. Ардашеву показали постановление судьи, но он сказал, что читать не умеет, тогда постановление ему прочитали, Ардашев стал возмущаться, сказал, что у него ничего нет. Поехали домой к Ардашеву, из дома вышла его жена, прочитала постановление; они вновь отказались выдать что-либо запрещенное добровольно. Жена Ардашева пускать их во двор отказалась, стала кому-то звонить и дала трубку сотруднику полиции. Ардашевым предлагали взять понятыми их соседей, но жена Ардашева отказалась, сказав, что не хочет позориться. Когда их пустили во двор, стали осматривать место хранения зерна, одну голубятню, хозяйственные постройки. Все ходили вместе. Ардашев и один из сотрудников полиции К. залезли по кирпичам на шиферный навес к другой голубятне. Шифер был хрупким, проломился. Кто-то зашел в голубятню, а потом Колесников спросил Ардашева: «Что это за пакет?». Ардашев стал кричать, что это не его, что пакет ему подкинули сотрудники полиции. Она, С. и жена Ардашева, до этого стоявшие внизу возле навеса, поднялись к Ардашеву и К. Белый пакет находился рядом с дверкой голубятни в дощечках под шифером. С. достал пакет величиной как шар из пальцев двух рук, развернул, показал ей, жене Ардашева, самому Ардашеву и К.. Ей кажется, что пакетов была два – оба белые, рублевые. Когда слезли с крыши, К. демонстрировал Ардашеву, что никак не мог подкинуть ему пакет: положил этот пакет в карманы джинсов, но пакет сильно выпирал, его бы было заметно. К. был одет в майку и джинсы, майка, как она помнит, была заправлена. Этот пакет С. положил к себе в портфель, упаковали пакет уже в отделе полиции, куда потом все приехали. В отделе полиции Ардашев сказал, что пакет принадлежит ему. Были составлены документы про осмотр, схема, С. их опросил, Ардашев расписался в протоколе своего опроса. Жена Ардашева приехала в отдел позже. Она видела ее на улице, когда с М. уходили.
Свидетель М. А.Е. в судебном заседании показал, что он с кумой шли из магазина, остановилась машина с сотрудниками полиции, которые представившись, попросили их выступить свидетелями. Заехав за сотрудником полиции К., они вместе поехали на ул. <--->, к дому, где живет Ардашев Д. Когда позвали Ардашева, кто-то вышел и сказал, что Ардашев на работе. Узнав на 1-ой ферме, где работает Ардашев, приехали к месту работы. За Д. сходил К.. Д. прочитали постановление, после чего поехали к нему домой. Из дома вышла жена Ардашева, ей показали постановление, о чем-то долго разговаривали, жена Ардашева кому-то звонила, давала трубку С.. Он, М., сказал, что знаком с Ардашевым. Д. и его жена отказались поменять понятых на кого-то из соседей, чтобы не позориться. Во дворе сотрудник полиции сказал, чтобы все вместе ходили, осматривали корма, сараи, голубятни. Д. с сотрудником полиции К. залезли по кирпичам наверх на голубятню, было видно, как они ходили, а когда стали вылазить, К. произнес: «Что это за пакет?». Д. стал говорить, что это не его, пакет ему подложили. Снизу было видно, как в том месте – между шифером и деревянной облицовкой, чуть выше железной решетки, которая закрывала лаз, что-то белело. Наверх поднялись П., сотрудник полиции С. С. достал пакет, пакет был «рублевый», не новый, мятый, без грязи, см 10 в длину, скручен – обернут вокруг себя, поэтому был как двойной, объемом как вязанная сложенная шапка. Его раскрыли, показали содержимое сначала всем наверху, а потом еще раз - внизу. В нем находилась зеленая масса некрупно измельченная, были видны какие-то листики. К. был одет в черную майку, майка была заправлена в джинсы с ремнем, и когда Ардашев стал кричать, что ему пакет подбросили, К. со словами: «Как бы я мог?», засовывал пакет в карманы джинсов, при этом пакет сильно выпирал, его было бы видно. С крыши пакет передали К., потом спустились вниз. Пакет затем С. положил в какой-то чемодан, этот чемодан был пустым, чемодан находился при С. и по дороге в полицию, его никто не открывал больше до опечатывания пакета. В отделе полиции пакет завязали, опечатали, на бирках расписались. Там же Д. сказал, что пакет принадлежит ему, он сорвал коноплю где-то на речке, положил и забыл про пакет. После опроса Д., П. и его, М., приехала жена Д., С. позвал ее, чтобы прочитать, что составили. Пока находились в отделе, он и Д. выходили курить, и Д. ему говорил, что его кто-то подставил. Д. был голубятник с детства, у них были общие друзья, но последние 5-6 лет он и Д. не общались, и про Д. ему ничего известно не было. В день обследования он, М., не находился в алкогольном опьянении.
Свидетель К. А.В. в судебном заседании показал, что он и К. входили в группу НОН. 02 сентября 2011 года ему позвонил С. и сказал, что надо выехать на мероприятие – обыск. С., К. приехали за ним с понятыми. Понятой оказалась сестра его жены, проживающая от них отдельно. С М. он тоже знаком, но с ним и его семьей его семья не общается. Он их лично для участия в оперативном мероприятии не приглашал; родственниками или знакомыми С., проводившего мероприятие они не являются. Когда приехали домой к Ардашеву, кто-то вышел и сказал, что он на работе. Найдя Ардашева, сотрудники полиции представились, С. зачитал постановление, предложил добровольно выдать запрещенные предметы, но Ардашев сказал, что таких нет, стал возмущаться, говорить, что ему что-нибудь подкинут, отказался расписываться. Когда приехали к дому Ардашева, вышла жена Ардашева, прочитав постановление, стала возмущаться, кому-то звонить, дала трубку С. На предложение выдать запрещенные предметы, Ардашевы ответили, что таковых нет. Ардашевым не понравились понятые, но позвать соседей не захотели, Ардашева сказала, что не хочет позориться. Так как Ардашев говорил, что ему подложат что-нибудь, всем было сказано, чтобы никто друг от друга никуда не отходил. Обследовали двор, зерно, один из голубятников, курятник. Возле навеса на другой голубятник, который находился на чердаке, Ардашев сказал, что навес хрупкий и предложил залезть с кем-то вдвоем. По кирпичам поднялись на навес К. и Ардашев, остальные, включая супругу Ардашева, остались возле навеса, откуда все происходящее было видно. Ардашев открыл сетку у входа в голубятню, залез, за ним К., там недолго покрутились, а когда К. выходил, то спросил у Ардашева, что это за пакет. Ардашев стал кричать, что пакет ему подложили. Наверх поднялись С, П. и супруга Ардашева. С. достал белый пакет, который находился возле дверки в уголку сбоку, был скручен, размером 10 см на 15 см, с небольшой мячик, который в согнутых пальцах рук не помещался, показал содержимое. Так как Ардашев возмущался, что пакет ему подложили, К. со словами: «Как бы я мог?», засунул пакет в карман джинсов, было видно, что пакет выпирает, пакет хрустел, шелестел. Ардашев согласился, что его подложить невозможно. Сверху пакет передали ему, К., он показал содержимое М., запах конопли чувствовался. Когда все спустились с навеса, С. положил пакет в чемодан, который до этого С. отдал ему, К.. Чемодан был пустой, за исключением файлов с бумагой и веревочками. После этого чемодан открыли только в кабинете в отделе. Затем С. с супругой Ардашева и понятой зашли в дом, после чего поехали в отдел. В отделе пакет опечатали, расписались в акте. В кабинете Ардашев пояснил, что пакет принадлежит ему, коноплю он собрал на речке или в «защитке», хотел попробовать, но забыл про пакет; о его наличии его супруге не известно. После опроса Ардашева и понятых, он, К., отвез понятых по домам. Жена Ардашева приехала позже, читала объяснения Ардашева, что-то писала. Ардашев говорил, что ни читать, ни писать не умеет. Через день вечером Ардашев приехал к нему, К., домой с какой-то девушкой, спрашивал, как «порешать», чтобы бумаг про обыск не было, он объяснил, что это не возможно. Ардашев спросил, где живет К., а утром К. рассказал, что утром его возле дома его встретил Ардашев, просил «замять» дело. Со стороны знакомых, родственников, коллег Ардашева было много упреков, что они (сотрудники милиции) подкинули ему наркотики, звонила жена М., говорила, что их упрекают, что М. «сдал» Ардашева, им угрожают физической расправой, П. говорила, что из-за угроз боится выходить.
Свидетель К. А.С. в судебном заседании показал, что 02 сентября 2011 года после обеда ему перезвонил оперуполномоченный С., сказал прибыть в отдел, забрать его на обследование дома по ул.<--->, у Ардашева Д.В. С С. он поехал за коллегой К.; они оба входили в группу НОН, оказывая помощь оперативным сотрудникам. По дороге они встретили молодую пару, которых попросили участвовать в качестве понятых. Молодые люди были трезвые. К., увидев понятую, удивился, так как это оказалась сестра его жены. На адрес они приехали около 16 часов. Вышла девочка, которая сказала, что ее отец на работе. Узнав на ферме, что Ардашев работает на молочном комплексе, они проехали на комплекс. К. позвал Ардашева. Ардашеву зачитали постановление судьи на обыск, но Ардашев стал возмущаться, отказался подписывать, пояснив, что он неграмотный. Поехали домой к Ардашеву. Вышла жена Ардашева, сотрудники представились, С. прочитал постановление вслух и дал ей самой прочитать. Ардашева сказала, что отказывается их пускать без определенных документов, которые ей продиктовал по телефону судья или адвокат из г.Ейска, с ним по телефону разговаривал и С. Ардашева сказала, что понятые «милицейские», она их не пустит. Ей предложили пригласить любых граждан, но она отказалась, сказав, что не хочет позора. Когда их пустили во двор дома, они обследовали двор, место, где хранилось зерно, хоз. постройки. На чердак одного из сараев, где была голубятня, надо было пройти по шиферному навесу. Он и Ардашев по стенке поднялись на навес, остальные остались перед навесом. Ардашев отодвинул сетку, загораживающую вход на голубятню, пролез в проем. Когда он, К. А.С., наклонился, чтобы пройти следом, он под шифером увидел уголок белого пакета. Ардашев выскочил и попытался забрать пакет, но он отстранил Ардашева. Ардашев стал кричать, что это не его, что ему подбросили. Жена Ардашева кричала, чтобы Ардашев не дотрагивался до пакета. На навес залезли С., жена Ардашева и П.. С. стал доставать пакет, который был просунут внутрь, сплюснут, когда стали его тащить, пакет стал рваться, пришлось отгибать доску. С. достал пакет размером 15см на 20 см, пакет был скручен, скомкан, обернут вокруг себя, получилось, что внутренний пакет как бы был обернут в пакет. С. развернул – внутри находилась измельченная зеленая масса с характерным запахом конопли. Ардашев утверждал, что он - К. ему подкинул пакет. Он продемонстрировал Ардашеву и его супруге, что не мог бы этого сделать: попытался засунуть пакет в карман, но не смог; он был в черной майке, заправленной в джинсы с ремнем. С. передал пакет К., после чего все спустились с навеса. Ардашев кричал и на К., что он ему подсунул пакет, К. тоже пытался засунуть пакет к себе в карман, но и у него не получилось. К. отдал пакет С., и С. положил его в чемоданчик. Чемоданчик все время находился при С., он его больше не открывал. После того, как С. с женой Ардашева за 3-4 минуты осмотрели дом, поехали в отдел. В отделе пакет опечатали, понятые расписались, был составлен акт об изъятии, схема. Ардашев в отделе успокоился, в присутствии понятых пояснил, что сорвал коноплю на р.Ея, хранил для себя, жена об этом не знает, он этот пакет засунул под шифер и забыл про него. Потом С. стал составлять акты опроса. После опроса Ардашева, опросили понятых и их отпустили. Он отвез Ардашева на освидетельствование. Каких-либо претензий ему после обследования дома Ардашев не предъявлял. Когда приехала жена Ардашева, Ардашев, поговорив с ней, стал отрицать, что пакет принадлежит ему, пояснив, что его посадят. Через 3 дня после случившегося, Ардашев приехал к нему (К.) домой, стал говорить, что готов заплатить, не хочет судимости, а через пару дней жена сообщила, что Ардашев приезжал еще раз ночью. От К. узнал, что Ардашев приезжал и к нему и к понятому М., говорил, что если М. будет на стороне милиции, то ему отомстит.
Свидетель С. А.Ю. в судебном заседании показал, что в ОРЧ поступила конфиденциальная информация, что в ст. <---> по ул. <--->, гражданин Ардашев занимается незаконным хранением и употреблением наркотических средств. Было принято решение о проведении оперативно-розыскного мероприятия – обследования жилого дома и хозяйственных построек, занимаемого Ардашевым, ходатайство Щербиновским судом было удовлетворено. 02.09.2011г. примерно в послеобеденное время он пригласил сотрудников ППС К. А.С. и К. А.В. для проведения ОРМ.
Об обстоятельствах приглашения понятых, поездок к дому Ардашева и к нему на работу, ознакомления Ардашева на работе, а потом и возле дома в присутствии его супруги с постановлением судьи, их поведении свидетель дал показания, существенно не отличающиеся от показаний К. А.С.
Свидетель С. А.Ю. также сообщил, что разговаривал с человеком, назвавшемся судьей Ейского района по телефону Ардашевой уже в ходе обследования двора и хозяйственных построек, М. стоял сзади рядом, в это время Ардашев и К. залезли на чердак, где находится голубятня, но внутрь не заходили. Он услышал крик Ардашева, что это не его, что его «подставили», Ардашев стал обвинять К., что он это принес. Он - С. А.Ю., П. и жена Ардашева залезли на чердак, снаружи в расщелине под опорными досками под шифером был обнаружен пакет. Он вытащил его: пакет был большой, свернут в овальную или яйцевидную форму, примерно 15см на 10 см, был сильно заткнут за доски, такой пакет под одеждой не пронесешь. К. был в черной майке, заправленной в джинсы, все были в летних одеждах. В пакете находилась измельченная растительная масса со специфическим запахом конопли. После поверхностного осмотра дома уже в отделе полиции были оформлены необходимые документы. В кабинет зашел Ардашев, в присутствии представителей общественности он сообщил, что данный пакет принадлежит ему, в июле 2011 года он сорвал коноплю в плавнях, высушил, измельчил и спрятал от жены на голубятню, хранил для себя. После опроса понятые ушли. К этому времени приехала супруга Ардашева, в ее присутствии он распечатал акт опроса Ардашева, прочитал вслух, так как Ардашев пояснил, что он не умеет читать и писать, этот акт прочитала жена Ардашева, сказала, что всё верно. Ардашев в акте расписывался. Ардашев был направлен на освидетельствование – на наличие побоев, признаков опьянения, у него ничего этого выявлено не было. Материалы оперативно-розыскной деятельности были переданы в отдел дознания. 04.09.2011г. К. и К. сообщили, что на них оказывается давление со стороны Ардашева. К. сказал, что в 7 часов утра к нему домой приехал Ардашев на велосипеде и предложил уладить вопрос, ссылался, что это М. его подставил.
Свидетель К. С.А. в суде показал, что он приехал к Ардашеву 2 сентября после 17 часов, его жена сказала, что Ардашева забрала милиция. Он и жена Ардашева поехали в милицию, зашли в здание, но в кабинеты не заходили, голоса Д. он не слышал, и его самого не видел. Жена Ардашева громко сказала: «Д., не подписывай», кто-то сказал их вывести на улицу. Милиционер К. их вывел из здания. Затем вышла девочка – понятая, к ним подошел за спичками М., и он почувствовал от последнего запах перегара. М., отходя от них, сказал: «Д., что ты наделал». Потом К. сказал понятым, что отвезет их домой, и они уехали. Затем Д. повезли на освидетельствование, а когда привезли, в отдел зашла жена Д.. Д. и его жены не было минут 10, а затем он отвез их домой. По дороге жена Д. говорила ему, что не надо было ничего подписывать. Через несколько дней он встретил Д., тот рассказал, что к нему приезжали 3 человека, а он отказался подписать бумажки на улице. О случившемся Д. рассказал, что за ним приезжали сначала на 1-ю ферму, потом – на комплекс, сначала говорили, что ищут ножи, оружие, а когда приехали домой сказали, что ищут наркотики. Жена стала читать документ суда, но ее «сбили с темпа». Говорил, что понятая лазила в зерне, а когда были на чердаке, Д. в щель увидел, что милиционер отдернул руку. Д. рассказал, что стал возмущаться, что ему подкинули срок, а понятая ему ответила: «Откуда ты знаешь, что там конопля, если она в двух пакетах?». Д. он знает с детства, не видел, чтобы он употреблял наркотики, не знает, чтобы в компании знакомых Д. голубятников кто-то употреблял наркотики.
Свидетель Ш. А.В. в суде показал, что 2 сентября около 15 часов он приехал домой к Ардашеву посмотреть голубей. Дома никого не было, на двери висел замок. У Д. 2 голубятни, на старую голубятню на горище на навес он не поднимался, так как туда не сможет залезть. Он дал голубям воды и дал воды уткам. Обычно кормит голубей Д., если его нет, то жена Д.; чистит у голубей Д. сам. Территория двора дома Ардашевых огорожена невысоким забором с улицы, с других сторон - сеткой, в огород со двора ведет калитка. Соседей Ардашева он не видел, справа от дома Ардашева живет одна бабушка, она обычно постоянно дома, с другой стороны живут пенсионеры – дед и бабка. О каких-либо конфликтах Ардашева с соседями он не слышал. Он знает Д. хорошо, так как его, Ш., жена – крестная Ардашева. Он не слышал, чтобы Д. употреблял наркотики.
Свидетель А. О.В. в судебном заседании показала, что она проживает с мужем Ардашевым Д.В. и двумя детьми. 2 сентября муж заступил на «сутки» на дежурство, она младшую дочь отвела в садик, а когда вернулась с ней вечером, дома была старшая дочь. Она услышала, как залаяла их собака, увидела, что к дому подъехали «Жигули», вышли ее муж, 4 мужчины в гражданской одежде и девушка. Она подошла к ним, несколько раз спросила, что случилось. Сотрудники показали удостоверения, и С. сказал, что будет обыск на предмет наличия колющего, режущего оружия. Ей дали какую-то бумагу, которую она не успела рассмотреть, и снова ее забрали. Муж сказал, что это «подстава». Она стала говорить, что понятые, с которыми приехали сотрудники полиции, не устраивают. Ей сказали, что если ей надо, то пусть она их ищет. Она не стала этого делать, позвонила брату, который лучше разбирается в вопросах права, потом дала поговорить трубку С. Она попросила копию бумаги, что ей показали. С. сказал, что сделает копию в отделе и оттолкнул ее. Сотрудники и понятая во дворе рылись в зерне, понятой – мужчина шатался пьяный возле туалета, С. был с перегаром. С. показал, что надо залезть на голубятню на шифер. Места там было мало, поэтому туда по кирпичам залезли Д. и К.. Д. отодвинул решетку и залез внутрь. К. стоял, опершись руками в колени, пригнувшись, смотрел. В это время она отвлеклась на пьяного понятого и услышала крик мужа: «Что ты мне срок подсовываешь», в это время К. убрал руку. Д. выскочил, стал ругаться, она попросила мужа ничего не трогать, чтобы не было отпечатков. Она залезла, К. вытащил белый рублевый пакет, в это время поднялись С. и понятая. Д. сказал, что это конопля, а понятая ответила, что он не может этого видеть через 2 пакета. Пакет был замотан, а не завязан. С. показал содержимое – там была сухая трава. К. говорил, что они не могли этот пакет засунуть, показывал, что будет видно пакет в одежде. К. был в темной рубашке на замке с длинным рукавом, навыпуск. Куда потом делся пакет, она не видела. Когда спустились с навеса, она с С., К. и понятой прошли по дому, она хотела показать им свои документы. Потом мужа повезли в отдел. Она позже с К. С.А. поехала в отдел, прошли в здание, и услышала, что кто-то говорит: «Да подпиши ты документы». Она стала кричать: «Д., не подписывай, адвокат приедет», тогда вышел К. и вытолкал ее и К. на улицу. К. повез Д. в больницу, потом К. отвез понятых, а К. позвал ее. С. стал ее убеждать, чтобы она подписала бумагу, угрожал, что мужу «светит» 20 лет, но Д. говорил, что это не его. В отпечатанной С. бумаге она написала: «с моих слов написано верно, прочитано», потом прочитала текст. Д. сказал, что не будет подписывать, что нашел коноплю на речке, и она не стала подписывать. Потом С. ее и ее мужа отпустил. Она считает, что пакет мужу не принадлежит. Муж читать и писать не умеет. Муж увлекается голубями, на навес на голубятню поднимается только он.
Оценивая показания подсудимого и приведенные показания свидетелей, суд считает возможным положить их в основу приговора в той части, в которой они согласуются между собой и с другими доказательствами, полученными в соответствии с уголовно-процессуальным законом.
Согласно акту обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств от 02 сентября 2011 года, с 17 часов до 17 часов 45 минут сотрудником ОРЧ С. А.Ю. в присутствии представителей общественности П. В.А. и М. А.Е. с участием Ардашева Д.В., А. О.В., К. А.С., К. А.В. проводилось обследование помещений, зданий, сооружений и участков местности по ул. <--->, № <--->, в ст. <--->. В акте отражен факт предложения Ардашеву Д.В. выдать добровольно оружие, боеприпасы, наркотические средства и другие предметы, запрещенные в гражданском обороте, имеется запись, что Ардашев от подписи отказался, заявив, что таковых нет. В ходе обследования на чердаке был изъят пакет с веществом зеленого цвета с характерным запахом конопли, который упакован в пакет № 1 (л.д.15-17). На план-схеме к данному акту (л.д.18) отражено место обнаружения пакета.
На фотографиях, представленных стороной защиты, свидетелями П. В.А. и С. А.Ю. было указано место, где они видели до изъятия белый пакет, при этом свидетель . В.А. пояснила, что за давностью место может указать только примерно. Суд не находит оснований считать, что показания свидетелей обвинения, в том числе П. В.А. и С. А.Ю., о месте обнаружения пакета существенно различаются, и названное в суде свидетелями место противоречит месту, отраженному в акте обследования и план-схеме.
Показания свидетелей обвинения о месте, где находился пакет, его внешнем виде и о его содержимом, соответствуют в этой части показаниям подсудимого Ардашева Д.В.
Указанные допрошенными свидетелями сведения о расположении голубятни в составе других строений на земельном участке, составных частях этой голубятни, месте подъема на навес для прохода к ней, соответствуют план-схеме, не противоречат плану земельного участка с отраженными на нем строениями, предоставленному стороной защиты как план участка дома Ардашева.
Согласно заключению эксперта № <---> от 04.10.2011 года, проводившего химическую экспертизу, представленная на исследование сухая грубоизмельченная растительная масса серо-зеленого цвета с характерным запахом конопли, упакованная в полимерный пакет белого цвета, находящийся в полимерном пакете № 1 синего цвета с черными звездами, обвязанный нитью, концы которой оклеены биркой с оттиском печати эксперта Ейского МРО РУФСКН РФ по Краснодарскому краю, является наркотическим средством каннабис (марихуана), массой в сухом остатке 29,2 гр.; марихуана изготовлена путем сбора листьев и соцветий растения конопля вида Cannabis L. их сушки, измельчения (л.д. 56).
Как следует из заключения специалиста № <---> от 05.09.2011 года, проводившего химическое исследование на основании постановления оперуполномоченного ОРЧ УР отдела МВД по Щербиновскому району С. А.Ю. по материалам ОРД, поступивший на исследование объект - сухая грубоизмельченная растительная масса серо-зеленого цвета с характерным запахом конопли, находился в полимерном белом пакете, упакованном в полимерный пакет № 1 синего цвета с черными звездами, горловина которого была обвязана нитью. Концы нити оклеены бумажной биркой с пояснительным текстом и наклейкой с оттиском печати Щербиновского ОВД, поверх которой имеются подписи понятых. Масса наркотического средства каннабис (марихуаны), изъятой при осмотре домовладения в ст.<--->, ул. <--->, занимаемого Ардашевым, в сухом остатке составила 29,7 гр. (л.д.27).
Внешний вид бирок, содержание пояснительного текста, внешний вид вещественного доказательства - 2 пакетов (белого цвета и синего с черными звездами, один в одном) с зеленой растительной массой со специфическим запахом, осмотренных по инициативе стороны защиты в судебном заседании, соответствуют изложенному в вышеназванных заключениях, показаниям в суде свидетелей обвинения о содержимом белого пакета и способе его упаковки, содержанию протокола осмотра предметов (документов) от 05.10.2011 года (л.д.61-62). При этом, белый полимерный пакет имеет следы надрывов, что согласуется с показаниями свидетеля К. А.С.; пакет в руках издает звук шелеста, что соответствует показаниям К. А.В.
Содержание осмотренных судом оперативно-служебных документов, составленных в ходе оперативно-розыскных мероприятий, предоставленных органу дознания в порядке ч. 3 ст. 11 Федерального закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности» и межведомственной Инструкции о порядке представления результатов оперативно-розыскной деятельности дознавателю, органу дознания, следователю, прокурору или в суд от 17.04.2007 года, утвержденной Приказами МВД РФ N 368, ФСБ РФ N 185, ФСО РФ N 164, ФТС РФ N 481, СВР РФ N 32, ФСИН РФ N 184, ФСКН РФ N 97, Минобороны РФ N 147 от 17.04.2007 года, и признанных вещественными доказательствами, соответствует содержанию этих документов, отраженному в протоколе осмотра предметов (документов) от 05.10.2011 года (л.д. 58-60).
Доводы стороны защиты о том, что доказательства вины подсудимого, представленные стороной обвинения, являются недопустимыми, были предметом проверки в ходе судебного разбирательства. Нарушений Федерального закона РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», Федерального закона РФ «О государственной экспертной деятельности», требований УПК РФ при собирании доказательств и их закреплении судом не установлено.
Необоснованными признаются и доводы защитника Асатурян М.Р. о том, что срок дознания был продлен до 60 суток по истечению 30 суток со дня возбуждения уголовного дела, в связи с чем полученные после 6.10.2011 года доказательства являются недопустимыми, и обвинительный акт вынесен за сроком дознания.
Как следует из материалов дела, постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству дознавателем вынесено 7.09.2011 года (л.д.1), 7.10.2011 года дознавателем вынесено мотивированное постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока дознания и в этот же день срок дознания по уголовному делу был продлен прокурором Щербиновского района до 30 суток, то есть до 6.11.2011 года (воскресенье).
Обвинительный акт составлен 7.11.2011 года, утвержден и.о. начальника отдела МВД России по Щербиновскому району 7.11.2011 года, а прокурором Щербиновского района - 9.11.2011 года.
Нарушений требований ст.ст. 223, 225, 226, 129, ч.ч.1 и 2 ст.128 УПК РФ не усматривается.
Доводы защитника о нарушении п.19 Приказа Генерального прокурора РФ от 6 сентября 2007 года № 137 «Об организации прокурорского надзора за процессуальной деятельностью органов дознания», предусматривающего право прокурора требовать от дознавателя представления ходатайства о продлении срока дознания до 60 суток за 5 дней до истечения срока, не могут быть приняты во внимание, так как продление срока прокурором в последний день тридцатидневного срока дознания ограничения либо стеснения прав Ардашева Д.В. не повлекло.
Не свидетельствуют о виновности либо невиновности Ардашева Д.В. обращение в различные органы Ардашева Д.В. и его сестры Антонченко А.В. с жалобами на действия сотрудников полиции. Заявитель Антонченко А.В. не являлась очевидцем событий; о происходившем в доме у Ардашева Д.В. ей известно со слов Ардашева Д.В. и его супруги.
Также не свидетельствуют о виновности или невиновности ФИО1 его показания, показания свидетелей защиты А. О.В., Ш. А.В., К. С.А. о том, что им не известно о фактах употребления Ардашевым Д.В. наркотических средств.
Доводы стороны защиты о том, что Ардашеву Д.В. наркотические средства были подброшены в ходе оперативно-розыскного мероприятия, основаны на предположениях. Ни подсудимый Ардашев Д.В., ни его супруга Ардашева О.В. не видели, чтобы сотрудник полиции К. А.С. откуда-то достал и положил пакет, в котором потом были обнаружены наркотическое средство.
Показания свидетеля А. О.В. о том, что К. был одет в рубашку на молнии с длинным рукавом, навыпуск, противоречат не только показаниям свидетелей С. А.Ю., П. В.А., М. А.Е., К. А.С., К. А.В., но и показаниям подсудимого Ардашева Д.В., подтвердившего, что К. был одет в черную майку и джинсы.
Доводы стороны защиты о том, что пакет с наркотическим средством, мог находиться у К. А.С. в обуви, под одеждой, сложен так, чтобы его не было заметно, являются надуманными.
Судом не установлено оснований для оговора подсудимого свидетелями С. А.Ю., П. В.А., М. А.Е., К. А.С., К. А.В., как и личной их заинтересованности в привлечении Ардашева Д.В. к уголовной ответственности.
Показания этих свидетелей в судебном заседании согласуются между собой, дополняют друг друга, в основном совпадают в деталях и не содержат существенных противоречий. Некоторые же расхождения в показаниях этих свидетелей, не ставят под сомнение достоверность этих доказательств в целом, поскольку эти расхождения касаются второстепенных и несущественных обстоятельств дела и объясняются особенностями субъективного восприятия очевидцами происходящих событий.
Показания свидетеля А. О.В. о том, что С. А.Ю. и М. А.Е. при проведении обследования домовладения были в алкогольном опьянении, показания свидетеля К. С.А. о том, что М. А.Е. вечером 2.09.2011 года, находясь на территории отдела полиции, имел запах перегара, показания Ардашева Д.В. о том, что М. при обследовании был в алкогольном опьянении, опровергаются показаниям самого М. А.Е., свидетелей К. А.В., К. А.С. Судом не установлено каких-либо данных, свидетельствующих о том, что состояние С. и М. препятствовало им правильно воспринимать происходившие события и повлияло на достоверность излагаемых ими сведений в дальнейшем.
Показания подсудимого Ардашева Д.В. о том, что перед обследованием его дома ему и его супруге никто не предлагал поменять представителей общественности на других, не только противоречат показаниям свидетелей С. А.Ю., П. В.А., М. А.Е., К. А.С. и К. А.В., но и противоречат показаниям свидетеля А. О.В., подтвердившей, что она не стала приглашать кого-либо другого.
Суд не соглашается с доводами стороны защиты о том, что свидетели М. А.Е. и К. А.В. давали иные показания в ходе предварительного следствия, поэтому показания этих лиц в суде не являются достоверными.
Так, из оглашенного по ходатайству стороны защиты в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ протокола допроса от 24.09.2011 года свидетеля М. А.Е. (л.д.42) следует, что на чердак Ардашев и сотрудник милиции поднимались по лестнице, С. оставался внизу; после обнаружения пакета сотрудник милиции спустился с лестницы с пакетом в руках; этот пакет был опечатан на месте. Свидетель в суде пояснил, что по лестнице поднимались на другую голубятню еще до обнаружения пакета, наверх ко второй голубятне на навес поднимался сначала К., а потом С., возможно, дознаватель его не правильно понял; свидетель подтвердил правильность своих показаний в суде.
Противоречия в аналогичной части имеются между показаниями свидетеля К. А.В. в суде и изложенными в протоколе его допроса от 28.09.2011 года (л.д. 48-50). Свидетель К. А.В. также подтвердил правильность данных им показаний в суде, пояснив, что при подписании протокола допроса обратил внимание на несоответствие изложенного дознавателем в протоколе его показаниям, но не посчитал расхождения настолько существенными, чтобы писать замечания.
Учитывая, что показания названных свидетелей в суде о том, что С. поднимался наверх и доставал пакет, разворачивал его, в основном подтвердил и подсудимый Ардашев Д.В., проанализировав показания иных свидетелей, суд считает, что достоверными являются именно показания М. и К. в суде.
Принимая во внимание показания в суде свидетелей С. А.Ю., П. В.А., М. А.Е., К. А.С., К. А.В., А. О.В., Ш. А.В., иные доказательства о месте расположения и высоте постройки, где был обнаружен пакет, месте расположения постройки в середине территории двора Ардашевых за жилым домом, об отгороженности территории, позволяющей просматривать двор и видеть находящихся в нем лиц, как со стороны улицы, так и со стороны соседей, наличие собаки рядом с постройкой, показания Ардашева Д.В. о том, что соседи после случившегося ему подтвердили, что не видели накануне во дворе его дома посторонних лиц, что он не успел даже войти в проем голубятни, когда увидел, что К. отдергивает руку от места, где был обнаружен пакет, при этом шелеста пакета не слышал, показания свидетелей С. А.Ю. и К. А.С., о том, что пакет размещался глубоко внутрь дощечек, его доставали с трудом, объем пакета, показания А. О.В. о том, что на эту голубятню поднимается только ее муж, показания Ш. А.В., что в голубятне убирает только Ардашев Д.В., подняться туда трудно; учитывая также тот факт, что за Ардашевым и К. во время обследования наблюдали как представители общественности, работники полиции, так и супруга Ардашева, не заметившие какие-либо действий Колесникова с пакетом до момента обнаружения пакета, отсутствие других сотрудников полиции возле места обнаружения пакета, и иные установленные фактические обстоятельства, суд приходит к выводу, что стороной защиты не представлено каких-либо объективных данных, свидетельствующих о том, что обнаруженный пакет с растительной массой не принадлежал Ардашеву Д.В. или был подложен иными лицами. При этом исключается возможность совершения неправомерных действий, приведших к обнаружению пакета с наркотическим средством со стороны работников полиции.
Кроме того, постановлением следователя Ейского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Краснодарскому краю по заявлению Ардашева Д.В. по факту неправомерных действий сотрудников ОМВД России по Щербиновскому району по результатам проверки в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ 29.09.2011 года в возбуждении уголовного дела в отношении С. А.Ю., К. А.В., К. А.С. по признакам преступлений, предусмотренных ст.ст.285, 286, 299 УК РФ, отказано по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ за отсутствием состава преступления.
Суд не может согласиться со стороной защиты, что обнаруженная растительная масса в пакете не являлась наркотическим средством, так как опечатывание изъятого пакета произошло только в отделе. Тот факт, что обнаруженная растительная масса являлась измельченными частями растения конопля, в суде подтвердил подсудимый Ардашев Д.В., сообщив, что разглядел ее до того, как пакет достали и развернули. Оснований не доверять показаниям свидетелей обвинения о том, что пакет С. А.Ю. после того, как показали всем его содержимое, положил к себе в чемодан, который не выпускал из рук и не открывал до того момента, когда этот пакет был опечатан в отделе полиции, у суда не имеется.
Доводы стороны защиты о том, что стороной обвинения не доказан факт приобретения Ардашевым Д.В. наркотических средств, опровергаются показаниями свидетелей С. А.Ю., П. В.А., М. А.Е., К. А.С., К. А.В., из которых следует, что еще до опроса Ардашева, последний в кабинете в отделе полиции сообщил, что сорвал для себя растения конопли в июле-августе 2011 года на берегу реки Ея в ст. Старощербиновской и спрятал их; осмотренным судом вещественным доказательством – пакетами с наркотическим средством – измельченной растительной массой зеленого цвета, не имеющей признаков гниения, местом, где находилось наркотическое средство до его обнаружения, исключающим доступ иных, помимо Ардашева Д.В., лиц, и другими исследованными судом доказательствами.
Доводы Ардашева Д.В. о том, что сведения о приобретении и хранении им наркотического средства, изложенные в акте опроса от 2.09.2011 года, придуманы оперативным работником полиции, он расписался в акте, не зная, что в нем отражено, как и показания свидетеля А. О.В. о том, при каких обстоятельствах в этом акте ею сделана запись «с моих слов записано верно, мною прочитано», и о психологическом воздействии на них со стороны сотрудников полиции, как противоречащие исследованным доказательствам, суд оценивает как несостоятельные.
Оценивая показания подсудимого Ардашева Д.В. о его непричастности к приобретению и хранению наркотического средства в совокупности с другими доказательствами, суд приходит к выводу, что они не соответствуют установленным обстоятельствам дела, противоречивы, продиктованы желанием уйти от уголовной ответственности за совершенное преступление.
По заключению первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от 01.11.2011 года № <--->, Ардашев Д.В. хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным расстройством психической деятельности не страдал в момент совершения инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время, а обнаруживает признаки легкой умственной отсталости, о чем свидетельствуют анамнестические данные, медицинская документация, а также выявленные при обследовании: легкое снижение мнестико-интеллектуальных функций, эмоционально-волевая неустойчивость, конкретность мышления, неустойчивость внимания. Указанные особенности психики Ардашева Д.В. выражены не столь значительно, не сопровождаются грубыми нарушениями памяти, интеллекта, мышления, какой-либо психотической симптоматикой, нарушением критических способностей, и не лишали его способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими в период инкриминируемого ему деяния. Нет признаков какого-либо временного болезненного расстройства психической деятельности. По своему психическому состоянию в настоящее время он может в полной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного судопроизводства и своего процессуального положения, обладает способностью к самостоятельному совершению действий, направленных на реализацию указанных прав и обязанностей, давать показания, участвовать в производстве следственных действий и судебном разбирательстве по делу. Данное психическое расстройство не связано с опасностью для него или других лиц, либо возможностью причинения им иного существенного вреда. В применении принудительных мер медицинского характера Ардашев Д.В. не нуждается (л.д. 79-81);
Оценив заключение первичной амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы в совокупности с другими доказательствами, установленными обстоятельствами дела и данными о личности, суд признает подсудимого Ардашева Д.В. вменяемым.
Действия подсудимого Ардашева Д.В. квалифицируются по ч. 1 ст. 228 УК РФ, так как он совершил незаконные приобретение, хранение без цели сбыта наркотического средства в крупном размере.
Согласно справке администрации Старощербиновского сельского поселения № <---> от 27.09.2011 года, Ардашев Д.В. имеет следующий состав семьи: брат - А. В.В., <---> года рождения: дочь – А. К.Д., <---> года рождения.
Со слов подсудимого и свидетеля А. О.В., Ардашев Д.В. имеет в составе семьи супругу А. О.В., дочь А. К.Д., дочь жены К. И.А., <---> года рождения; брат подсудимого проживает отдельно.
По общественной характеристике, данной руководителем ТОС № <--->, Ардашев Д.В. характеризуется с положительной стороны, пользуется уважением со стороны соседей.
Согласно производственной характеристике, данной заведующим молочным комплексом, Ардашев Д.В. за время работы показал себя с положительной стороны как трудолюбивый, отзывчивый, добросовестно выполняющий свою работу работник. К своим поручениям относится ответственно, нареканий со стороны руководства не имеет, пользуется уважением среди специалистов и работников коллектива.
В силу п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим наказание Ардашеву Д.В. обстоятельством, суд признает наличие малолетних детей у виновного.
Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому Ардашеву Д.В., судом не установлено.
В соответствии со ст. 60 УК РФ при назначении наказания Ардашеву Д.В. суд учитывает: характер и степень общественной опасности преступления, относящегося к категории небольшой тяжести; личность виновного, положительно характеризующегося по месту работы и по месту жительства; смягчающее наказание обстоятельство, а также влияние назначаемого наказания на исправление подсудимого и условия жизни его и его семьи.
Суд приходит к выводу, что цели наказания, в том числе исправление подсудимого Ардашева Д.В., могут быть достигнуты при назначении наказания в виде исправительных работ в размере, определяемом в пределах санкции ч.1 ст.228 УК РФ в редакции Федерального закона РФ от 06.05.2010 N 81-ФЗ.
На основании п.5 ч.3 ст. 81 УПК РФ вещественные доказательства по делу: материалы оперативно-розыскной деятельности, предоставленные ОРЧ (УР) отдела МВД России по Щербиновскому району, следует хранить в материалах дела.
В соответствии с п.2 ч.3 ст.81 УПК РФ вещественные доказательства по делу: пакет № 1 с наркотическим средством - марихуаной весом в сухом остатке 28,7 гр., хранящийся в камере хранения вещественных доказательств отдела МВД России по Щербиновскому району, - уничтожить.
Руководствуясь ст. ст. 307, 308 и 309 УПК РФ,
п р и г о в о р и л:
Ардашева Д.В. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, и назначить ему наказание в виде исправительных работ сроком на 1 год 6 месяцев с удержанием из заработной платы в доход государства 5% ежемесячно.
Меру пресечения Ардашеву Д.В. до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - подписку о невыезде и надлежащем поведении.
Вещественные доказательства по делу: материалы оперативно-розыскной деятельности, предоставленные ОРЧ (УР) отдела МВД России по Щербиновскому району, хранить в материалах дела.
Вещественные доказательства по делу: пакет № 1 с наркотическим средством - марихуаной весом в сухом остатке 28,7 гр., хранящийся в камере хранения вещественных доказательств отдела МВД России по Щербиновскому району, - уничтожить.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Краснодарский краевой суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Судья: Н.В. Деревянченко
Приговор вступил в законную силу с 11.01.2012 г.
«согласовано»
Судья Щербиновского районного суда
Н.В. Деревянченко