дело об административном правонарушении



ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г. Сегежа25 июля 2011 года

Сегежский городской суда Республики Карелия
под председательством судьи Макарова СЮ.
при секретаре Фирсове A.M.,

рассмотрев дело об административном правонарушении предусмотренном частью 3 статьи
19.20 Кодекса РФ «Об административных правонарушениях» в отношении Федерального казенного
учреждения «... Управления Федеральной службы
исполнения наказаний по ...» ...,
.... <...> (далее учреждение).

установил:

В Сегежский городской суд на рассмотрение из Управления Федеральной службы по надзору
в сфере здравоохранения и социального развития по ... поступил протокол №... об
административном правонарушении в отношении названного юридического лица, согласно которому:

В ходе плановой проверки в отношении названного лица ХХ.ХХ.ХХ. в период с 10 часов 30
минут по 12 часов 00 минут ХХ.ХХ.ХХ. установлены нарушения Правил хранения лекарственных
средств утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ
ХХ.ХХ.ХХ. №...н, а именно, в нарушение п.п. 12 названных Правил, лекарственные препараты
<...> с истекшим сроком
годности хранились не в специально выделенной и обозначенной (карантийной) зоне, отдельно от
других лекарственных средств.

В судебном заседании представитель привлекаемого лица М.. не признала виновность
учреждения в инкриминируемом правонарушении, пояснила о том, что проверка проведена
поверхностно, акт и протокол об административных правонарушениях противоречат фактическим
обстоятельствам, поскольку все указанные медицинские препараты хранились в специальном
металлическом ящике, отдельно от используемых в работе. В данном металлическом ящике
медикаменты были заперты. Никто их использовать не собирался. Отметила, что данный медицинский
ящик действительно не имел надписи с указанием на хранимое в нем. Считала, что указанные
препараты не могут создавать угрозы поскольку все они относятся к области стоматологии, в
которой все используемые препараты, пломбировочный материал априори безопасны и угрозы жизни
и здоровью создавать не могут. Пояснила о противоречии и протокола и акта объективным
обстоятельствам, поскольку в деревянных ящиках ни одного препарата найдено не было, все они
находились в указанном металлическом ящике. Также пояснила о том, что никаким образом
учреждение не было уведомлено о времени и месте составления протокола о правонарушении, чем
оно было лишено возможности выражения своих доводов, ознакомления с материалами на основе
которых протокол был составлен. Все материалы поступили в учреждение уже по почте вместе с
протоколом.

Административный орган, уведомленный о времени и месте судебного заседания, своего
представителя в него не направил, ранее сообщали суду о том, что учреждение о времени и месте
составления протокола было уведомлено ХХ.ХХ.ХХ., однако своего представителя не направило, в связи с чем протокол был составлен в отсутствие их представителя. Позднее, после указания суда о необходимости представления доказательств должного уведомления учреждения, представлены сведения о неоднократных уведомлениях учреждения (ХХ.ХХ.ХХ. в ХХ.ХХ.ХХ., ХХ.ХХ.ХХ. в ХХ.ХХ.ХХ., ХХ.ХХ.ХХ. в ХХ.ХХ.ХХ.). При этом представленные сведения не содержат указаний на конкретное должностное лицо, которое было бы уведомлено о составлении протокола и о компетентности данного лица.

Заслушав представителя учреждения, исследовав представленные доказательства, суд
приходит к следующему:

Часть 3 статьи 19.20 КоАП РФ предусматривает административную ответственность за
осуществление деятельности, не связанной с извлечением прибыли, с грубым нарушением
требований или условий специального разрешения (лицензии), если такое разрешение (такая
лицензия) обязательно (обязательна).

Допрошенные в судебном заседании в качестве свидетелей Б., Г.,
показали суду о том, что все обнаруженные медикаменты хранились в отдельном запертом
металлическом ящике отдельно от других препаратов, были там заперты. Данный ящик
действительно не имел надписи указывающей на его содержимое. В деревянных шкафах ничего не
хранилось.

Учитывая, что показания свидетелями даны после предупреждения об ответственности за
дачу заведомо - ложных показаний, сведений о наличии личной заинтересованности их не представлено, поскольку к произошедшему они имеют отношение исключительно в силу служебной
деятельности, суд оснований не доверять им не видит.

Кроме того, протокол о правонарушении, представленный акт, указаний на факт
хранения указанных препаратов совместно с используемыми и какими именно - не содержат.

Формальное отсутствие на металлическом ящике надписи о его содержимом, достаточным
основанием к назначению административного наказания являться не может.

В соответствии с п.б Постановления Правительства РФ от 16.04.2012 № 291 "О
лицензировании медицинской деятельности...) осуществление медицинской деятельности с грубым
нарушением лицензионных требований влечет за собой ответственность, установленную
законодательством Российской Федерации.

При этом под грубым нарушением понимается невыполнение лицензиатом требований,
предусмотренных пунктом 4 и подпунктами "а" и "б" пункта 5 настоящего Положения, повлекшее за
собой последствия, установленные частью 11 статьи 19 Федерального закона "О лицензировании
отдельных видов деятельности".

Статьей 19 Федерального закона от 04.05.2011 N 99-ФЗ (ред. от 25.06.2012) "О
лицензировании отдельных видов деятельности" Исчерпывающий перечень грубых нарушений
лицензионных требований в отношении каждого лицензируемого вида деятельности устанавливается
положением о лицензировании конкретного вида деятельности. При этом к таким нарушениям
лицензионных требований могут относиться нарушения, повлекшие за собой:

  1. возникновение угрозы причинения вреда жизни, здоровью граждан, вреда животным,
    растениям, окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры)
    народов Российской Федерации, а также угрозы чрезвычайных ситуаций техногенного характера;
  2. человеческие жертвы или причинение тяжкого вреда здоровью граждан, причинение
    средней тяжести вреда здоровью двух и более граждан, причинение вреда животным, растениям,
    окружающей среде, объектам культурного наследия (памятникам истории и культуры) народов
    Российской Федерации, возникновение чрезвычайных ситуаций техногенного характера, нанесение
    ущерба правам, законным интересам граждан, обороне страны и безопасности государства.

Вопреки приведенным выше положениям закона, административным органом в
представленных материалов каких-либо сведений о возникшей в следствие действий учреждения
угрозе, жертвах - не представлено. Формальная ссылка в протоколе на положения закона,
объективным доказательством такового, по мнению суда служить не может.

Как пояснял представитель учреждения все указанные препараты хранились отдельно в
запертом металлическом ящике, сведений о намерениях их использовать по назначению - не
представлено.

При таких обстоятельствах, в вышеуказанном, инкриминируемого учреждению правонарушения суд не усматривает, находит доказанным в судебном заседании факт раздельного хранения препаратов с истекшим сроком годности и используемых, с обособлением места хранения в металлическом ящике закрытом на ключ. Факт формального отсутствия на металлическом ящике с выявленными препаратами надписи указывающей на его содержимое, суд достаточным основанием к признанию факта совершенного правонарушения не находит, поскольку объективно доказано, что в целом необходимые условия хранения таких препаратов, установленные пунктом 12 Правил были соблюдены.

Кроме того, статья 25.4 КоАП РФ предусматривает, что защиту прав и законных интересов юридического лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, осуществляют его законные представители. Законными представителями юридического лица являются его руководитель, а также иное лицо, признанное в соответствии с законом или учредительными документами органом юридического лица. Полномочия законного представителя юридического лица подтверждаются документами, удостоверяющими его служебное положение.

Согласно ст. 28.2 КоАП РФ орган, возбудивший дело об административном правонарушении,
обязан обеспечить участие лица, в отношении которого ведется производство по делу об
административном правонарушении, в составлении протокола об административном правонарушении.

Системный анализ положений ст. 25.4 и ст. 28.2 КоАП РФ позволяет сделать вывод о том, что должностное лицо при составлении протокола об административном правонарушении обязано
известить (уведомить) законного представителя юридического лица о факте, времени и месте
составления названного протокола в целях обеспечения ему возможности реализовать гарантии,
предусмотренные ст. 28.2 КоАП РФ. (Аналогичная позиция содержится в обзоре законодательства и
судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за четвертый квартал 2005 г.,
утвержденном Постановлением Президиума Верховного Суда Российской Федерации от 1 марта 2006
г. (вопрос N 18).

КоАП РФ не содержит каких-либо ограничений, связанных с таким извещением, в связи с этим оно в зависимости от конкретных обстоятельств дела может быть произведено с использованием любых доступных средств связи, позволяющих контролировать получение информации лицом, которому такое извещение направлено.

Между тем, орган административной юрисдикции не представил суду каких-либо
доказательств принятия им всех необходимых мер для извещения учреждения, его законного
представителя о времени и месте составления протокола и рассмотрении дела об административном
правонарушении.

Представленные сведения о времени и дате извещения, судом не могут быть приняты как доказательств обратного в силу их взаимной противоречивости. Они надлежащим образом не
оформлены, соответствующих телефонограмм не представлено, данных о том, кто, кого уведомил
не представлено. Сам факт телефонных соединений в качестве уведомления о времени и месте
составления протокола об административном правонарушении, расценен быть не может, поскольку не позволяет идентифицировать переданную информацию.

Учреждение утверждает об отсутствии его извещения о времени и месте составления
протокола о чем суду представлены сведения от оперативного дежурного учреждения трижды контактировавшего с административным органом, который пытался выяснить телефон руководителя учреждения, а также сведениями руководителя об отсутствии его извещения о времени и месте составления протокола об административном правонарушении.

Судом неоднократно предлагалось административному органу представить должные
доказательства надлежащего извещения привлекаемого лица, в том числе выносилось определение
о возвращении материалов по этому основанию, однако таковых суду представлено не было.

По смыслу пункта 4 части 1 статьи 30.7 КоАП РФ с учетом разъяснений высших судебных
органов составление протокола об административном правонарушении в отсутствие законного
представителя привлекаемого к ответственности юридического лица является существенным
нарушением, если это лицо не было надлежащим образом извещено о времени и месте совершения
соответствующего процессуального действия.

В соответствии со статьей 26.2 КоАП РФ протокол является основной формой фиксации
доказательств по делам об административных правонарушениях, в связи с чем административным
законодательством подробно регламентирована процедура его составления. При нарушении
установленной процедуры протокол не может рассматриваться в силу части 3 статьи 26.2 КоАП РФ в
качестве доказательства, поскольку несоблюдение процессуального порядка получения
доказательства делает его недопустимым доказательством.

При таких обстоятельствах, протокол №... об административном правонарушении не может
быть признан должным доказательством по делу и подлежит исключению из них.

Учитывая указанное, суд не находит доказанной вину учреждения в инкриминируемом
правонарушении, производство подлежит прекращению в связи с отсутствием состава
правонарушения.

На основании изложенного, руководствуясь п.2 ч.1 ст. 24.5,ст. 29.9, ст. 29.10 Кодекса РФ «Об административных правонарушениях», судья

постановил:

Производство по делу об административном правонарушении предусмотренном частью 3
статьи 19.20 Кодекса РФ «Об административных правонарушениях» в отношении Федерального
казенного учреждения «... Управления Федеральной службы исполнения наказаний по ...» прекратить в связи с отсутствием состава
административного правонарушения.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия в течение 10
дней со дня вручения или получения копии постановления.

СудьяподписьСЮ. Макаров

Копия верна: Судья