Судья <...> Дело № 22-920/2011 К А С С А Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е 12 января 2012 г. г.Биробиджан Судебная коллегия по уголовным делам суда Еврейской автономной области в составе председательствующего Пышкиной Е.В., судей Сегеды С.Ф., Сизовой А.В., при секретаре Главинской А.В., рассмотрела в открытом судебном заседании 12 января 2012 года дело по кассационной жалобе потерпевшего П.А. и кассационному представлению государственного обвинителя Шереметьева П.С. на приговор Биробиджанского районного суда от 25 ноября 2011 года, которым В.О., <...> года рождения, уроженец <...>, <...>, гражданин РФ, <...>, проживающий в г. <...> по ул. <...>, не судимый, оправдан по ст.105 ч.1 УК РФ за отсутствием в деянии состава преступления. Заслушав доклад судьи Сегеды С.Ф., мнение прокурора Шереметьева П.С., поддержавшего доводы кассационного представления, пояснение потерпевшего П.А.., поддержавшего свою кассационную жалобу и доводы кассационного представления, пояснения защитников Юдовина А.А., Алешина А.А., оправданного В.О. об оставлении приговора без изменения, судебная коллегия У С Т А Н О В И Л А: В.О. обвинялся в том, что, будучи в состоянии алкогольного опьянения, в период с 23 часов 45 минут 02 июня 2008 года до 00 часов 12 минут 03 июня 2008 года, в г. Биробиджане ЕАО у дома № <...> по ул.<...> встретил П.М.А. и К.. Находясь возле бомбоубежища, расположенного за указанным домом, В.О., имея личные неприязненные отношения с П.М.А.., поводом для которых послужили претензии В.О. о возврате денежного долга, в ходе возникшей ссоры умышленно, с целью причинения смерти П.М.А.., нанёс со значительной силой принесённым с собой кухонным ножом не менее 8 ударов в жизненно-важные части тела, от которых П.М.А. скончался на месте происшествия. В результате умышленных действий В.О. П.М.А. были причинены два проникающих колото-резаных ранения груди справа в третьем (между подмышечной и среднеключичной линиями) и в седьмом межреберье (по среднеключичной линии) с повреждением верхней доли правого легкого, диафрагмы, правой доли печени, гематоракс справа (1600 мл жидкой крови с единичными свёртками), малокровие внутренних органов, кровоизлияние под эндокардом сосочных мышц сердца, которые влекут тяжкий вред здоровью. Непосредственной причиной смерти П.М.А. явилась обильная кровопотеря, образовавшаяся в результате двух проникающих колото-резаных ранений груди справа, которые состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти потерпевшего. П.М.А. также были причинены непроникающие колото-резаные ранения в левом предплечье (одно), на животе (два), влекущие легкий вред здоровью, ссадины на лице, на животе, в области нижних реберных дуг, в области левого коленного сустава, в поясничной области справа, не повлекшие вреда здоровью. Кроме того, П.М.А. в результате самозащиты от нападения В.О. были причинены две резаные раны левого предплечья, повлекшие вред здоровью и поверхностные резаные раны пальцев правой кисти со второго по четвертый, не повлекшие вреда здоровью. В судебном заседании В.О. виновным себя в умышленном убийстве не признал и пояснил, что при встрече с П.М.А., с которым у него сложились неприязненные отношения, последний стал его оскорблять и нанёс ему несколько ударов кулаками в лицо и по ноге, отчего он упал. Когда удары прекратились, он поднялся. В это время П.М.А. бросился на него с ножом в руках, он правой рукой схватился за клинок ножа, а левой - за правую руку П.М.А.. В ходе борьбы они упали, находясь на земле, переворачивались. Когда П.М.А. выронил нож, то он схватил его левой рукой и встал. В это время П.М.А. бросился на него, он выставил вперёд нож и почувствовал, что тот получил ранение, но продолжил движение на него. Он ещё раз махнул ножом вперед, П.М.А. захрипел и упал. Он был в шоке после случившегося, нож выбросил, а увидев свет фар, стал убегать и был задержан сотрудниками милиции. В кассационном представлении государственный обвинитель Шереметьев П.С. просит приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, нарушением уголовно-процессуального закона. Прокурор указывает, что совокупностью доказательств, исследованных в судебном заседании, подтверждена вина В.О. в умышленном убийстве П.М.А. При этом он считает, что суд дал неправильную оценку ряду доказательств по делу. В частности не были учтены показания на предварительном следствии свидетеля А. (У.), которые согласуются с другими доказательствами о том, что, инициатором конфликта был В.О., он имел при себе нож, в присутствии К. требовал от П.М.А. деньги, угрожал перерезать горло. Оснований оговаривать В.О. у А. не было. Суд необоснованно отказал стороне обвинения в удовлетворении ходатайства о приобщении к делу отказного материала по заявлению А., чем нарушил принцип состязательности сторон. Прокурор считает, что показания свидетелей П.А.., П.Е. и З. об обстоятельствах случившегося, в том числе о наличии у В.О. ножа, характере предъявляемых последним требований, которые они узнали от А., согласуются между собой, поэтому суд необоснованно отнёсся к ним критически. Об отсутствии у потерпевшего ножа свидетельствуют показания П.М., однако суд не дал им оценку. По мнению прокурора, показания свидетелей Г.В., П., М.В. и М.Е.., Б.В., Д.Н., которые согласуются с показаниями А. на предварительном следствии, опровергают версию В.О. о нападении на него потерпевшего и подтверждают, что последний, напротив, предлагал уладить конфликт. Однако показания этих лиц не получили надлежащей оценки и необоснованно не приняты судом во внимание. Судом не дана надлежащая оценка показаниям свидетеля К. об обстоятельствах случившегося, которые он неоднократно менял и которые опровергаются не заинтересованной в исходе дела свидетелем Ф., узнавшей от К., что инициатором конфликта был В.О., он же размахивал перед потерпевшим каким-то предметом. Однако показания последней судом не были приняты в качестве доказательства вины В.О.. Прокурор считает несостоятельными выводы суда о том, что инициатором конфликта являлся П.М.А. в связи с тем, что В.О. направлял в правоохранительные органы жалобы на его отца, а также об отсутствии у П.М.А. денежного долга перед В.О.. Прокурор полагает, что судом не дана правильная оценка показаниям оправданного, в том числе и при выходе на место происшествия, отсутствию следов крови В.О. на одежде П.М.А. и на месте происшествия, указанном В.О.. Показания свидетеля Ж. в части обнаружения на месте происшествия двух человек, также опровергают доводы В.О. о самообороне. Наличие у В.О. резаных повреждений пальцев правой кисти, по мнению прокурора, не влияет на квалификацию действий последнего, поскольку в какой-то момент принадлежащий оправданному нож мог оказаться в руках у П.М.А.. При новом рассмотрении уголовного дела суд не выполнил в полном объеме указание кассационной инстанции, так как в приговоре не получили оценку обстоятельства появления у П.М.А. ножа и получения им резаной раны пальцев правой руки. В кассационной жалобе потерпевший П.А. просит приговор отменить, дело направить на новое рассмотрение. Он считает, что вывод суда о невиновности В.О. сделан без учёта ряда фактических обстоятельств, а именно: - мотивом убийства были неприязненные отношения, сложившиеся между В.О. и его сыном по поводу автомобилей; - отсутствие у В.О. ножевых ранений на теле (кроме повреждения пальцев правой руки) ставит под сомнение его версию о самообороне; - количество, характер и механизм образования травм на теле П.М.А. указывают, что действия В.О. были направлены на умышленное убийство потерпевшего; - показания свидетелей - жильцов дома № <...> по ул. <...> об обстоятельствах случившегося указывают, что действия В.О. были направлены на убийство П.М.А. и одновременно ставят под сомнение показания свидетеля К.; - заключение эксперта о механизме получения В.О. резаных ран пальцев правой руки не свидетельствует о наличии у него состояния необходимой обороны. В возражениях на кассационные представление прокурора и жалобу потерпевшего, защитник Юдовин А.А. и оправданный В.О., считая приговор законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, а представление и жалобу - без удовлетворения. Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалобы и представления судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора по указанным в них доводам. Судебная коллегия не может согласиться с утверждениями стороны обвинения о том, что выводы суда первой инстанции об отсутствии в действиях В.О. состава преступления не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по уголовному делу. Принимая решение об оправдании В.О., суд первой инстанции правильно исходил из того, что обвинение не представило бесспорных доказательств, опровергающих доводы оправданного о наличии у него состояния необходимой обороны в момент причинения П.М.А. телесных повреждений. Напротив, показания оправданного о защите от нападения объективно подтверждаются другими доказательствами. Так, из показаний В.О. об обстоятельствах происшедшего следует, что при встрече с П.М.А., последний несколько раз ударил его в лицо, по ноге и пытался нанести удар ножом, поэтому он схватился рукой за лезвие находящегося у нападавшего ножа и удерживал его в ходе борьбы, а затем завладел ножом, и, удерживая его в левой руке, причинил им нападавшему П.М.А. ранения. Заключениями судебно-медицинских экспертиз подтверждено наличие у В.О. телесных повреждений в области правого голеностопного сустава, правого предплечья, орбит обоих глаз, подбородка, а также резаных ран 2-3-4 пальцев правой кисти с повреждением сухожилий сгибателей. Судебно - медицинские эксперты, выводы которых прокурор не оспаривает, пришли к заключению о том, что кровоподтеки лица и гематому ноги В.О. мог получить при нанесении ему П.М.А. ударов, резаные раны пальцев правой руки у В.О. могли образоваться в результате захвата им правой рукой клинка представленного экспертом ножа с одновременной фиксацией руки нападающего в области запястья с зажатым ножом и последующих движениях рук. Из заключения экспертов также следует, что имеющиеся у П.М.А. телесные повреждения могли быть ему причинены при обстоятельствах и в динамике, на которые указывает оправданный В.О.. Показания свидетеля К. о характере действий П.М.А. и В.О. в ходе происшедшего, заключение эксперта о механизме образования на одежде последнего следов крови П.М.А.., также подтверждают обстоятельства, изложенные оправданным в своих показаниях. Оценив эти обстоятельства, суд пришёл к обоснованному выводу, что именно В.О. причинил П.М.А. ножевые ранения, повлекшие смерть последнего, но действовал он при этом в состоянии необходимой обороны, так как защищался от посягательства, сопряжённого с насилием опасным для его жизни. С доводами стороны обвинения, которая в представлении и жалобе пытается опровергнуть вышеуказанное, судебная коллегия согласиться не может по следующим нижеследующим основаниям. Утверждая, что наличие у В.О. резаных повреждений пальцев правой руки, не влияет на квалификацию его действий как умышленного убийства, сторона обвинения высказывает предположение, что в какой-то момент принадлежащий оправданному нож, используемый им для расправы с П.М.А. мог оказаться в руках у последнего. Ссылаясь на это предположение, прокурор не учитывает, что оно не может быть положено в основу обвинительного приговора при отсутствии доказательств, подтверждающих эту версию. Утверждая, что нож принадлежит В.О., который инициировал конфликт с П.М.А. и использовал нож при расправе с последним, прокурор ссылается, в частности, на показания свидетеля А. (ранее допрошенной как У.). Однако из показаний этого свидетеля в судебном заседании следует, что она нож у В.О. не видела, очевидцем случившегося не была, на месте происшествия оказалась уже после того, как от сотрудников милиции узнала о совершённом убийстве. Одновременно А. пояснила о мотивах дачи ею показаний, уличающих В.О. в совершении преступления, указав на их недостоверность. Суд первой инстанции обоснованно признал первоначальные показания этого лица на предварительном следствии, в которых она рассказала об обстоятельствах случившегося, недостоверными. Делая такой вывод, суд правильно исходил также из того, что показания этого лица на предварительном следствии о месте совершения деяния, его обстоятельствах, опровергаются данными протокола осмотра места происшествия, результатами следственного эксперимента, установившими невозможность наблюдения А. за описываемыми событиями с указанного ею места. Проверяя версию обвинения о принадлежности ножа В.О., суд установил, что при обыске в квартире последнего не было обнаружено комплекта ножей, в который бы мог входить изъятый с места происшествия нож. Размеры данного ножа (длина рукоятки составляет 12,2 см., длина клинка - 19,8 см.) и характеристика одежды оправданного не позволяли носить его незаметно для окружающих, а каких-либо приспособлений для его ношения у В.О., задержанного сразу - же после происшествия, обнаружено не было. Эти обстоятельства, наряду с показаниями свидетелей, отрицавших наличие у В.О. перед конфликтом ножа, как правильно указал суд первой инстанции, должны толковаться в пользу оправданного. Показания П.Р. об отсутствии у П.М.А. ножа, на которые ссылается прокурор, не могут служить и доказательством, подтверждающим его наличие у В.О.. Потерпевший П.А., свидетели З., П.Е., Ф., ссылкой на показания которых сторона обвинения обосновывает свою версию, очевидцами события не являлись и поясняют, что рассказывают о нём со слов других лиц, которые, в свою очередь, не подтвердили сообщённые этими свидетелями факты. Показаниям этих лиц, а также показаниям свидетелей А., К., И., О. Л., в приговоре дана соответствующая оценка с указанием оснований, по которым приняты одни из них и отвергнуты другие. Показаниям свидетелей П.О. М.Е., М.В., Г.В., Б.В., Д.Н. - жителей дома № <...> по улице <...> в г.Биробиджане, в районе которого был обнаружен труп П.М.А. судом первой инстанции также дана надлежащая оценка. В приговоре обоснованно указано, что они сами по себе не могут опровергнуть доводы В.О. о самообороне, учитывая характер и механизм имеющихся как у него, так и у П.М.А.., повреждений. Сторона обвинения, ссылаясь на этих свидетелей, вместе с тем не представила доказательств, подтверждающих, кому конкретно принадлежат услышанные данными свидетелями фразы, кто их произносил, в адрес кого они направлены и относятся ли к исследуемому событию. Утверждая, что инициатором конфликта не мог являться П.М.А.., у которого отсутствуют мотивы для этого, сторона обвинения вместе с тем не отрицает наличие между ним и В.О. неприязненных отношений. Однако ссылаясь на свои умозаключения, она интерпретирует этот факт таким образом, что конфликт мог спровоцировать только В.О.. При этом доказательства, подтверждающие обратное, прокурором не учитываются. Потерпевший указывает, что мотивом убийства были неприязненные отношения, сложившиеся между В.О. и его сыном. Однако наличие неприязненных отношений не исключает состояние необходимой обороны при тех обстоятельствах, которые установил суд первой инстанции. Из представления прокурора не видно, каким образом показания свидетеля Ж. об обнаружении им на месте происшествия двух человек, опровергают доводы В.О. о самообороне, учитывая, что обвинение по данному факту было предъявлено лишь ему и никакое другое лицо к ответственности за причинение П.М.А. смерти, не привлекалось. Стороной обвинения не представлено достоверных доказательств того, что при указанных В.О. обстоятельствах, его кровь должна была остаться на одежде П.М.А. Поэтому из представления непонятно, каким образом отсутствие крови В.О. на одежде погибшего, опровергают доводы оправданного. На месте происшествия следы крови обнаружены были. Все указания кассационной инстанции, которые имели значение для правильного рассмотрения дела, в том числе касающиеся установления механизма образования у В.О. и П.М.А. телесных повреждений, принадлежности ножа, судом первой инстанции выполнены. Судебное разбирательство по данному уголовному делу проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципа состязательности сторон. Все доказательства, имеющие значение для дела, исследованы и получили в приговоре надлежащую оценку суда. Учитывая, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, если в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления доказана (ст. 302 УПК РФ), суд, исследовав имеющиеся версии, пришёл к обоснованному выводу, что сторона обвинения не представила достоверных доказательств, опровергающих доводы В.О. о необходимой обороне и, руководствуясь конституционным требованием о неукоснительном соблюдении принципа презумпции невиновности (ст. 49 Конституции Российской Федерации, ст. 14 УПК РФ), на законных основаниях постановил оправдательный приговор. На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия О П Р Е Д Е Л И Л А: Приговор Биробиджанского районного суда от 25 ноября 2011 года в отношении В.О. оставить без изменения, кассационные представление государственного обвинителя и жалобу потерпевшего - без удовлетворения. Председательствующий Е.В. Пышкина судьи областного суда С.Ф. Сегеда А.В. Сизова