Судья Орлова И.Н. Дело № 22-513/2011
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
город Салехард 21 апреля 2011 года
Судебная коллегия по уголовным делам суда Ямало-Ненецкого автономного округа в составе:
председательствующего Школина А.В.,
судей Васильева Э.А. и Завадского Н.П.
при секретаре Лысовой О.Г.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе защитника осужденного Князева Д.Ю. - адвоката Кисилева М.С. на приговор Надымского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 16 февраля 2011 года, по которому
КНЯЗЕВ Д.Ю., родившийся ДД.ММ.ГГГГ, судимый:
осужден по ч. 1 ст. 228 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.
На основании ст. 70 УК РФ, по совокупности приговоров, окончательно назначено 3 года 3 месяца лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
Заслушав доклад судьи Школина А.В., выступление защитника - адвоката Широкопояса А.В., поддержавшего доводы кассационной жалобы, мнение прокурора Белоус С.А., полагавшей приговор оставить без изменения, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
По приговору суда Князев признан виновным в незаконном хранении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере - 0,75 граммов дезоморфина.
Согласно приговора преступление совершено 01 октября 2011 года в период времени с 19 часов 55 минут до 20 часов 45 минут в г. Надыме Ямало-Ненецкого автономного округа, при обстоятельствах, изложенных в приговоре.
Князев в судебном заседании виновным себя не признал.
В кассационной жалобе адвокат Кисилев М.С. просит приговор отменить, Князева оправдать.
При этом автор жалобы указывает, что Князев в судебном заседании наличие изъятых в его кабинете шприцов объяснил тем, что в этот день к нему приходил его знакомый, который мог принести шприцы с собой, а затем оставить их. Данные показания Князева стороной обвинения не опровергнуты.
Согласно показаниям свидетелей Р., К. и Щ., шприцы и ватные тампоны, содержащие дезоморфин, были обнаружены в кабинете Князева в мусорном ведре, что подтверждает доводы Князева о том, что его знакомый мог выбросить их.
Кроме того, адвокат Кисилев выражает несогласие с протоколом осмотра места происшествия, который считает недопустимым доказательством, поскольку согласно данному протоколу в ходе осмотра кабинета Князева изъятые шприцы и ватные тампоны были обнаружены на полу, а свидетели пояснили, что сотрудники обнаружили их в мусорном ведре и из которого их вытряхнули на пол.
Таким образом, сотрудники наркоконтроля фактически произвели обыск помещения, который мог быть произведен лишь на основании постановления следователя в рамках возбужденного уголовного дела. Федеральный закон «Об оперативно-розыскной деятельности» не предусматривает такого оперативно-розыскного мероприятия как обыск, следовательно, все что было изъято во время следственного действия, равно как и сам протокол осмотра места происшествия, являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу обвинения.
Невиновность Князева также подтверждают показания свидетеля У., а также акт судебно-химического исследования, согласно которым дезоморфин в моче Князева не обнаружен. Из спорного протокола осмотра места происшествия следует, что наркотическое средство было обнаружено в шприцах и тампонах в следовом количестве, что явно указывает на то, что кем-то наркотическое средство употреблялось. Данные обстоятельства также подтверждают показания Князева в части того, что наркотическое средство мог употребить его знакомый, который приходил к нему и находился у него в кабинете.
В возражениях на кассационную жалобу государственный обвинитель Малышенко А.М. указывает на необоснованность изложенных в ней доводов и просит оставить ее без удовлетворения, а приговор без изменения.
Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений на нее, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.
В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 379 УПК РФ несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, является основанием к отмене приговора.
При этом приговор признается несоответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, если суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на его выводы.
В соответствии со ст. 87 УПК РФ проверка доказательств производится судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.
Эти положения закона судом не выполнены. Ряд обстоятельств дела, имеющих существенное значение для решения вопроса о виновности или невиновности Князева в инкриминируемом ему преступлении, оставлен судом без внимания.
Как видно из приговора, суд признал Князева виновным в незаконном хранении без цели сбыта наркотического средства в крупном размере. Данное наркотическое средство в следовых количествах было обнаружено в служебном кабинете Князева в использованных медицинских шприцах и ватных тампонах, часть из которых находилась на полу в кабинете, а один из шприцов в личных вещах осужденного.
При обосновании своих выводов о виновности Князева в совершении данного преступления, суд признал недостоверными показания Князева в части того, что наркотическое средство, изъятое в его кабинете, возможно было оставлено его знакомым, чью фамилию он называть отказывается.
Отвергая данные показания Князева, суд указал в приговоре, что версия Князева ничем не подтверждена, а, напротив, опровергается протоколом осмотра места происшествия, согласно которому шприцы и ватные тампоны были обнаружены в разных местах.
Судебная коллегия, учитывая обстоятельства настоящего дела, находит данную мотивировку суда недостаточно обоснованной и опровергающей версию Князева.
Так, в ходе судебного заседания на вопрос государственного обвинителя: «Согласно заключению эксперта в шприце на 6 мл, в двух шприцах на 12 мл и на тампонах из ложки содержится наркотическое средство - смесь, содержащая дезоморфин, откуда это появилось ?» (т. 2 л.д. 135-138), Князев пояснил, что это мог оставить его знакомый, который находился в его кабинете до того, как в дверь кабинета стала стучать заведующая отделением Р.. Поскольку Р. запретила ему впускать в кабинет своих знакомых, он побоялся открывать дверь. После этого его знакомый что-то выбросил из карманов и ушел через окно.
Согласно показаниям свидетеля Р., которые признаны судом допустимыми и положены в основу обвинения следует, что она, будучи заведующей патологоанатомического отделения МУЗ ЦРБ, категорически запретила вход посторонним. На вопрос защитника: «Вы можете исключить возможность, что кто-то мог прийти, а вы не видели?» (т. 2 л.д. 99), Р. пояснила, что она, может быть и не видела, но в коридоре у них стоит стол медрегистратора.
При этом, суд надлежащим образом не проверил данные сведения, не приняв меры к установлению и допросу лица, которое в указанный период могло находиться у стола медрегистратора.
Между тем, в обоснование виновности Князева положены показания свидетеля С., старшего фельдшера МУЗ ЦРБ, которая пояснила, что 01 октября 2010 года в течение дня Князев был встревожен, спрашивал, не приходил ли кто к нему.
Указанные показания свидетеля С. не опровергают версию Князева, а, наоборот, подтверждают, что Князев 01 октября 2010 года ждал какого-то посетителя.
Помимо всего указанного, в ходе судебного следствия был допрошен врач-психиатр У. который пояснил, что 01 октября 2010 года Князев находился в состоянии одурманивания, вызванного употреблением кодеиносодержащих препаратов. Согласно акту судебно-химического исследования дезоморфин в моче Князева обнаружен не был.
Таким образом, свидетель У. подтвердил то обстоятельство, что Князев накануне изъятия в его кабинете наркотического средства дезоморфин не употреблял. Тогда как согласно проведенной судебной химической экспертизе в трех шприцах и ватном тампоне обнаружено наркотическое средство - дезоморфин суммарная масса которого, составляла 0,75 грамма, то есть в указанных предметах имелись следы уже употребленного наркотического средства.
Вместе с этим, свидетель У. пояснил, что 01 октября 2010 года он проводил экспресс тест на наличие наркотических препаратов в моче, отобранной у Князева, по результатам которого были выявлены бензодиазепин и морфин. А по результатам судебно-химического исследования (акт которого приобщен к материалам уголовного дела т. 2 л.д. 130), в моче Князева обнаружены кодеин, норкодеин, не обнаружены морфин, дезоморфин.
При этом, в судебном заседании не выяснено в чем заключается проведение экспресс теста. Мог ли обнаруженный У. морфин и бензодиазепин, свидетельствовать об употреблении дезоморфина Князевым, судом также не выяснялось.
С учетом выдвинутой осужденным версией об оставлении части шприцов посторонним лицом, указанные обстоятельства могут иметь существенное значение для правильного разрешения настоящего дела.
Выводы суда о том, что незаконное хранение наркотического средства не предполагает обязательное их употребление, тем более непосредственно перед обнаружением и изъятием, судебная коллегия находит правильными.
Вместе с тем, преступление, предусмотренное ч.1 ст. 228 УК РФ может быть совершено только с прямым умыслом. Это как минимум обязывает суд установить, имело ли лицо умысел на незаконное хранение наркотического средства. Между тем данные обстоятельства по настоящему делу должным образом не выяснены.
Судебная коллегия находит, что приведенные выше обстоятельства не были надлежащим образом учтены и оценены судом первой инстанции, несмотря на то, что они могли существенно повлиять на принятие правильного решения по делу, в связи с чем приговор не может считаться законным, обоснованным и справедливым и подлежит отмене, а дело направлению на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе судей.
Учитывая основания отмены приговора, судебная коллегия не дает оценки доводам кассационной жалобы защитника о допустимости доказательств, положенных в основу приговора, которые подлежат обсуждению при новом рассмотрении уголовного дела.
При новом рассмотрении дела, суду следует устранить отмеченные нарушения, проверить и оценить все доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и в их совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела.
Учитывая обстоятельства дела, данные о личности Князева, а также то, что избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении было достаточно для обеспечения надлежащего судопроизводства по делу, судебная коллегия находит необходимым изменить в отношении него меру пресечения на подписку о невыезде и надлежащем поведении.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Приговор Надымского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 16 февраля 2011 года в отношении КНЯЗЕВА Д.Ю. отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение со стадии судебного разбирательства в тот же суд в ином составе судей.
Меру пресечения в отношении Князева Д.Ю. в виде заключения под стражу изменить на подписку о невыезде и надлежащем поведении, освободив его из-под стражи.
Председательствующий: подпись
Судьи: подписи
Копия верна:
Заместитель председателя суда А.В. ШКОЛИН
Подлинник кассационного определения хранится в деле № 1-22/2011 том № 2 в Надымском горсуде.