Судья: Букреева С.И.
Докладчик: Ключникова И.Л. Дело № 22 – 1558/2012 года
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Липецк 4 сентября 2012 года
Судебная коллегия по уголовным делам Липецкого областного суда в составе:
председательствующего Мартынова И.И.,
судей Ключниковой И.Л. и Новичкова Ю.С.,
с участием прокурора Боковой Е.В.,
адвоката Курдюкова В.И., осужденного Буракова К.О.,
при секретаре Подлужной Т.В.
рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по видеоконференцсвязи по кассационным жалобам адвоката Курдюкова В.И. и осужденного Буракова К.О. на приговор Октябрьского районного суда г. Липецка от 11 июля 2012 года, которым
Бураков К.О., <данные изъяты>
осужден по ч. 1 ст. 105 УК РФ к лишению свободы сроком на 9 лет с ограничением свободы сроком на 1 год с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.
На Буракова К.О. возложен ряд ограничений в соответствии со ст. 53 УК РФ.
Мера пресечения в отношении Буракова К.О. оставлена прежней - заключение под стражей.
Срок отбывания наказания Буракову К.О. исчислен с 11 июля 2012 года, зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с 25.09.2011 г. по 11.07.2012 г.
Определено, наказание в виде ограничения свободы отбывать после отбытия наказания в виде лишения свободы. Срок наказания в виде ограничения свободы определено исчислять со дня постановки осужденного на учет в уголовно – исполнительную инспекцию по месту жительства.
Определена судьба вещественных доказательств.
Заслушав доклад судьи Ключниковой И.Л., объяснения адвоката Курдюкова В.И., осужденного Буракова К.О., поддержавших доводы кассационных жалоб, мнение прокурора Боковой Е.В., просившей приговор суда оставить без изменения, судебная коллегия
У С Т А Н О В И Л А:
В кассационных жалобах адвокат Курдюков В.И. просит отменить приговор и постановление суда от 3 июля 2012 г., ссылаясь на незаконность вынесенных решений. Выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, также судом было допущено нарушение уголовно - процессуального закона, которое ограничило доступ осужденного к правосудию.
Предварительное следствие по уголовному делу проводилось с грубыми нарушениями уголовно - процессуальных норм, имея обвинительный уклон в отношении Буракова, основываясь на доказательствах признания вины осужденным и двух участников убийства - М и О.
Доказательства добывались с применением физического насилия со стороны работников полиции. Об этом заявили в судебном заседании все трое участников преступления: М, О и Бураков.
Явка с повинной осужденного не может быть положена в основу приговора, поскольку она была написана под угрозой применения физического насилия со стороны полицейских, под их диктовку, адвокат при написании явки с повинной отсутствовал, как появилась подпись адвоката в явке, осужденному не известно.
В судебном заседании стороной защиты было заявлено ходатайство о проведении экспертизы для установления характера написания текста явки с повинной, поскольку адвокатом были обнаружены обороты речи юридической направленности и несвойственные разговорному жанру Буракова. Она написана различными почерками, разными чернилами.
Суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении почерковедческой экспертизы, ссылаясь на то, что вопрос, поставленный адвокатом, не входит в компетенцию эксперта, хотя специалисты АНО «<данные изъяты>» могли бы ответить на вопрос имел факт физического насилия или иного воздействия на Буракова в момент написания явки с повинной.
Все, без исключения экспертизы (судебные психолого - психиатрические, судебно - медицинские, судебно - криминалистические), которые были представлены как доказательства обвинения, основывались исключительно на признательных показаниях Буракова.
Суд необоснованно не принял во внимание показания Буракова от 16.02.2012 г., где он изменил свои ранее данные показания в нанесении им ножевого ранения Ф, убедительно объясняя причину изменения показаний.
Невиновность Буракова в инкриминируемом ему преступлении подтверждается как показаниями самого осужденного, так и свидетелей М и О, которые утверждали, что нож в руках у Буракова они увидели только по окончании избиения потерпевшего. Суд их показаниям дал неверную оценку, хотя и на очной ставке О давала такие же показания.
В ходе судебного разбирательства нож, как главное доказательство вины Буракова, был исключен из числа доказательств вместе с фактами показаний и демонстраций в части механизма нанесения Бураковым ударов ножом потерпевшему из протокола проверки показаний на месте с участием М и О, и суд был не вправе ссылаться на это доказательство вины осужденного.
Проведенная по делу дополнительная судебно - медицинская экспертиза от 28.12.2011 г., опровергает первоначальные признательные показания подсудимого и свидетелей в части совпадения механизма причинения ножевых ранений и характеру удержания ножа, согласно которому, из позиции, в которой находился Бураков, он не мог нанести ножевое ранение потерпевшему Ф. Однако суд исключил из числа доказательств выводы этого экспертного заключения от 28.12.2011 года.
Суд необоснованно отверг доводы защиты о ложности показаний М в части нанесения им неоднократных ударов ногой и рукой в область спины потерпевшего, указав, что причинение побоев не всегда может сопровождаться образованием телесных повреждений.
Как было установлено, потерпевший уже лежал на правом боку на земле, когда к нему подбежал Бураков, он был вторым после М и сразу стал наносить удары ногами по туловищу в его передней части. Его удары, согласно заключению эксперта, происходили по поверхностям, имеющими на себе жидкую кровь. То есть, ножевые ранения уже были произведены по туловищу потерпевшего. А поскольку наносить удары одновременно ножом и ногами неудобно, то наличие ножа у Буракова в этот момент исключается. Данный вывод защиты подтверждается показаниями эксперта Евсеева.
На обуви М обнаружено сравнительно небольшое количество крови преимущественно при контакте с окровавленной поверхностью или предметом, однако обувь Буракова испачкана кровью (правый кроссовок), образованной от ударов по поверхностям, имеющую на себе жидкую кровь, что свидетельствует о нанесении потерпевшему ножевых ранений, ранее, чем подсудимый начал его избивать.
Ссылается на то, что в приговоре неправильно указано о согласии осужденного пройти проверку на полиграфе.
Осужденным и его защитником неоднократно в период судебного следствия заявлялись ходатайства перед судом об оказании содействия об истребовании доказательств невиновности подсудимого (в частности, проведение ситуационной экспертизы, почерковедческой экспертизы и т.п.), но эти ходатайства судом необоснованно отклонялись.
В кассационной жалобе и дополнении к ней осужденный Бураков К.О. просит приговор суда отменить, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение, ссылается на те же доводы, что и его адвокат Курдюков В.И., дополняя, что на ноже нет его отпечатков пальцев и потожировых следов, никто из свидетелей в судебном заседании не показал на него как на лицо, нанесшее потерпевшему удары ножом, удары ножом наносил М.
Суд не должен был доверять противоречивым показаниям свидетелей О и М которые состоят в близких отношениях. Судом не были допрошены ряд свидетелей, которые могли подтвердить его невиновность.
В судебном заседании была осмотрена футболка потерпевшего, но она не соответствовала описанной в материалах дела. Он (Бураков) сомневается в подлинности заявлений потерпевшей, поскольку они написаны разным подчерком, имеются разные подписи.
Суд не обратил внимания на то, что в экспертизе о наличии у него телесных повреждений указано о начале производства, но не указано об окончании. На ногтевых срезах была обнаружена кровь, однако ее принадлежность не установлена.
Показания свидетелей Х, Б, С, Г противоречивы.
Рисунок ножа в материалах дела не соответствует фотографии.
На обложке т. № 6 уголовного дела указано, что в нем 69 листов, а на самом деле их – 232.
В возражении на кассационные жалобы адвоката и осужденного государственный обвинитель Ушакова Т.А. просит приговор суда оставить без изменения, а кассационные жалобы – без удовлетворения.
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.
Вывод суда о виновности Буракова в убийстве Ф является правильным, он подтвержден исследованными в судебном заседании доказательствами, содержание и анализ которых приведен в приговоре.
Довод осужденного о том, что указанного преступления, кроме причинения потерпевшему ФИО156 вреда здоровью средней тяжести он не совершал, несостоятелен.
Так, в протоколе явки с повинной Бураков сообщил о нанесении им ударов ногами в область лица ФИО155 и о нанесении им ударов ножом в область лица, шеи и грудной клетки Ф ДД.ММ.ГГГГ у <адрес>.
При допросе в качестве подозреваемого Бураков пояснил, что избивал лежащего на земле Ф совместно с М и О, он нанес парню 5 - 7 ударов ножом в область лица, затем нанес один удар в область груди.
Свои ранее данные показания подозреваемый Бураков подтвердил в ходе проверки на месте с участием защитника Елисеева С.В., показав механизм нанесения им ударов потерпевшему.
При допросе в качестве обвиняемого дважды от 3.10.2011 г., один раз с видеосъемкой, Бураков пояснял, что М находился в области ног Ф когда он (Бураков) подбежал, и М наносил Ф удары ногами, как в область спины, так и спереди в область ног и живота. Он (Бураков) встал возле лица Ф и нанес ему около 5 - 7 ударов правой ногой в области головы, от которых тот руками старался закрыть голову. Часть его ударов приходилась как в область головы Ф, так и в область обеих его рук. Затем он (Бураков) достал из кармана нож, который до этого забрал у М, раскрыл и этим ножом нанес Ф около 5 - 7 ударов сверху вниз в область лица, головы, шеи и груди, из них в грудь нанес только один удар, и он был последним. Затем он увидел у головы Ф О, которая, опираясь руками на костыли, нанесла около 5 ударов правой ногой в область головы Ф.
Суд указал, что видеозапись данного допроса была просмотрена в судебном заседании, из которой усматривается, что при допросе присутствовал защитник, Буракову были разъяснены права и обязанности, показания он давал без подсказок, без оказания на него давления.
Показания осужденного при допросе в качестве подозреваемого, обвиняемого от 3.10.2011 г., а также сообщенные им в явке с повинной, при проверке показаний на месте сведения о характере и последовательности своих действий, суд обоснованно признал достоверными, поскольку они подтверждены другими доказательствами, в том числе показаниями свидетелей М и О, заключениями экспертов, протоколами осмотра места происшествия и вещественных доказательств.
Что касается доводов осужденного и его защиты о том, что явка с повинной, первоначальные показания были даны им в результате оказываемого на него давления со стороны сотрудников правоохранительных органов, о чем он в присутствии адвоката сообщал следователю, при написании явки с повинной, адвокат не присутствовал, об оказываемом на него давлении следователю он не сообщал, т.к. боялся, что сотрудники правоохранительных органов осуществят свои угрозы, то они были предметом судебного разбирательства.
Отвергая эти доводы, суд правильно отметил, что явку с повинной и показания Бураков давал в присутствии адвоката. До начала допроса ему разъяснялись процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя, и он предупреждался о том, что при согласии дать показания они могут быть использованы в качестве доказательства, в том числе при его последующем отказе от этих показаний. Никаких замечаний по поводу порядка проведения следственного действия и оформления его результатов от Буракова и его адвоката не поступило.
В судебном заседании тщательно проверялась версия защиты о том, что явка с повинной была написана Бураковым под давлением со стороны работников полиции, адвокатом было заявлено ходатайство о назначении почерковедческой экспертизы. Постановлением суда от 3.07.2012 г. защитнику Курдюкову В.И., по мнению коллегии, было правомерно отказано в удовлетворении ходатайства по следующим основаниям.
Собственноручное написание явки с повинной, что не отрицается и защитой в кассационной жалобе, подтверждает достоверность сведений, сообщенных осужденным, в конце явки с повинной Бураков написал, что протокол написан без какого – либо давления со стороны сотрудников правоохранительных органов. Также адвокатом Елисеевым С.В. в явке с повинной было указано, что она получена в его (адвоката) присутствии, что опровергает довод осужденного о том, что при отобрании явки с повинной адвокат не присутствовал, и что явка написана под давлением со стороны сотрудников полиции.
Довод осужденного и его защиты о том, что на него оказывалось давление опровергают пояснения адвоката Елисеева С.В. в судебном заседании о том, что он присутствовал при всех следственных действиях с участием Буракова К.О. В его присутствии, никто, никакого давления на Буракова не оказывал, и Бураков о таком давлении не сообщал.
Суд первой инстанции тщательно проверил доводы защиты о составлении протокола явки с повинной юридически выверенным языком, что не свойственно Буракову, указав, что из явки с повинной не усматривается юридических терминов, текст изложен простыми выражениями, доступными для понимания каждого, изложение явки с повинной с различным уклоном написания также не свидетельствует о порочности данного документа. Судебная коллегия согласилась с мнением суда, не нашедшего оснований для назначения почерковедческой экспертизы.
Суд исследовал протокол судебного заседания по рассмотрению ходатайства следователя об избрании Буракову меры пресечения в виде заключения под стражу, материалы о продлении Буракову срока содержания под стражей от 23.11.2011 г., 21.12.2011 г., 21.01.2012 г., из которых усматривается, что Бураков не заявлял об оказываемом на него давлении, указав на добровольность написания им явки с повинной и дачу признательных показаний, не согласившись лишь с квалификацией его деяния, что следует из постановления от 21.12.2011 г. При допросе Буракова в качестве обвиняемого от 14.02.2012 г. после предъявления обвинения с участием адвоката Курдюкова В.И. по ст. 105 ч.1 УК РФ, он не опроверг предыдущих показаний, не заявлял об оказываемом на него давлении, указав лишь на отсутствие умысла на убийство. Не следовало таких заявлений и от защитника Курдюкова В.И., осуществлявшего защиту подсудимого с 23.11.2011 г.
Постановлением старшего следователя следственного отдела по Октябрьскому округу г. Липецка СУ СК РФ по Липецкой области Свинцовым А.Г. от 2.07.2012 г. отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступлений, предусмотренных ст. ст. 285, 286 УК РФ по основаниям п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях сотрудника ОП № 7 УМВД России по г. Липецку Трубицина А.В., следователя – криминалиста Смирнова А.А. составов преступлений. Вопреки доводу защиты, судебная коллегия не усмотрела порочности данного процессуального документа.
Помимо признательных показаний Буракова на следствии его вина подтверждается показаниями:
- потерпевшей Ф о том, что потерпевший Ф - ее брат, 26.09.2011 г. ей стало известно, что брата убили.
- свидетеля О в суде и на следствии о том, что когда она подошла к месту происшествия, то ФИО159 лежал на правом боку, за его спиной находился М, который нанес Ф не мене пяти ударов обеими ногами в область спины и не менее пяти ударов кулаками обеих рук в область спины Ф. Бураков нанес не менее семи ударов обеими ногами в область лица Ф. Затем Бураков произвел от 5 до 10 махательных движений в области лица Ф и они достигли цели. При этом Бураков удерживал нож в своей правой руке, клинок которого был обращен от мизинца вниз, но возможно клинок и был обращен и вверх от большого пальца, точно она не помнит положение ножа в его руке, и поэтому могла неверно это указать при проведении следственного эксперимента с ее участием. Далее, Бураков ножом нанес один удар в область шеи, а затем один удар ножом в область груди спереди Ф, не исключает, что ударов в область шеи Бураков мог нанести и больше. Когда она подошла к Ф, то встала, опираясь на костыли, возле теменной области головы Ф и нанесла ему два удара обеими ногами в теменно - затылочную область головы. Удары ножом Ф наносил только Бураков.
В ходе очной ставки с Бураковым, 17.02.2012 г. О подтвердила свои ранее данные показания, указав, что именно Бураков К.О. наносил удары Ф ножом (т.4, л.д.169-173);
- показаниями свидетеля М на следствии и в суде о том, что когда он подбежал к Ф, то последний упал на правый бок, и он с ходу нанес ему удары ногами по спине около 10 ударов, не дав подняться, он (М) находился со стороны спины потерпевшего, и нанес Ф около 10 ударов кулаками обеих рук в область спины, живота и ребер. Бураков находился со стороны лица и наносил удары ногами и руками в область груди и лица потерпевшего, Бураков нанес Ф не менее 5 ударов правой ногой и не менее 7 ударов кулаками обеих рук в область лица. Чуть позже подошла О с той же стороны, что и Бураков, и нанесла несколько ударов ногами по голове парня. Во время драки он видел в руках у Буракова нож, которым он нанес не менее пяти ударов ножом в левую область головы, лица и шеи Ф, а затем нанес один удар ножом в область грудной клетки спереди Ф;
- свидетеля Б - водителя такси в суде и на следствии о том, что когда он вышел из машины и прошел несколько метров, то увидел на траве, на правом боку лежал парень, за которым ранее гнались двое, один из них - парень в куртке с капюшоном на голове стоял возле ног лежавшего мужчины спиной к нему (Б) и наносил удары ногой в область спины. Он (свидетель) видел 3 - 4 нанесенных удара. Второй парень, с длинными волосами стоял лицом к потерпевшему и свидетелю, и, нагнувшись вперед над потерпевшим, наносил удары ногами и кулаками рук в область туловища и головы лежащего парня. В общей сложности он нанес не менее 10 ударов. Возле головы потерпевшего стояла девушка, которая, опираясь правой рукой на костыль, левой рукой наносила удары сверху вниз в область головы потерпевшего. Девушка нанесла не менее трех ударов;
- свидетелей Х О Я, Х Е В и А в суде и на следствии о том, что с балкона они видели драку, во время которой двое парней и девушка на костылях, избивали парня, который лежал на земле сначала на спине, а затем на правом боку. Мужчина, который был одет в куртку с капюшоном, находился за спиной потерпевшего и по отношению к ним также обращен спиной. Он наносил потерпевшему удары ногами. Мужчина в темной одежде также наносил потерпевшему удары ногами. Девушка на костылях находилась возле головы потерпевшего и наносила тому удары ногами в область головы;
- свидетеля С на следствии о том, что с балкона она видела, как парень в белой толстовке и второй парень в темной одежде избивали парня, упавшего на газон. Спустя две минуты, со стороны первого подъезда ее дома, мимо проследовал в их сторону быстрым шагом человек, который передвигался на костылях, который был одет, как ей показалось в спортивный костюм темного цвета. Избиение продолжалось около 5 минут.
- свидетеля БД на следствии о том, что он и Ф после <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ возвращались к нему домой, когда их у дома <адрес> кто – то окликнул из компании из трех человек. Они подошли поближе, двое парней с выкриками немецких слов побежали в их направлении. Он (БД) и Ф побежали от них, он спрятался на стоянке, где, подождав немного, пошел искать Ф, но не нашел.
Как видно из приговора, показания свидетелей М и О не имели какого - либо преимущественного значения перед другими доказательствами и их показаниям, равно как и показаниям подсудимого, свидетелей Х, Б С, Г судом дана соответствующая оценка в совокупности с другими как устными, так и письменными источниками доказательств.
О правильности оценки показаний свидетелей, вещественных доказательств и других фактических данных свидетельствует и то, что они в основном согласуются как между собой, так и с другими, имеющимися в материалах дела и приведенными в приговоре доказательствами. Оснований не доверять показаниям свидетелей М и О, вопреки доводам кассационных жалоб, у судебной коллегии, как и у суда первой инстанции, не имеется.
Суд дал оценку показаниям свидетелей О и М в суде о том, что нож в руках у Буракова они увидели только по окончании избиения потерпевшего. Суд указал, что эти показания были даны только в судебном заседании 10 июля 2011 г., что противоречит ранее данным ими в судебном заседании показаниям. В дальнейших допросах в суде они отказались от этих показаний, подтвердив правильность показаний в этой части на следствии.
Указание в судебном заседании на то, что свидетели увидели нож в руках у подсудимого после избиения потерпевшего, суд обоснованно расценил, как способ защиты подсудимого, поскольку и после оглашения показаний, данных в рамках предварительного расследования, свидетели полностью их подтвердили.
Ссылка защиты на протокол очной ставки между О и Бураковым в обоснование вышеприведенных доводов, является несостоятельной, поскольку во время данного следственного действия О показывала, что подойдя к Ф, она увидела в руках Буракова нож, которым он нанес несколько ударов Ф. Не ставит под сомнение вышеприведенные показания О фраза адвоката в кассационной жалобе о том, что «…после того как Бураков и М помыли руки, у Буракова в руках находился тот самый нож, которым он наносил удары Ф…» и это, по мнению адвоката, свидетельствует о том, что нож О видела только после избиения Ф. Исходя из фактических данных, установленных судом, нож О видела как во время избиения Ф, так и позднее, на другом микрорайоне, во время отмывания рук от крови.
Довод осужденного Буракова о том, что в показаниях на следствии 25.09.2011 г. свидетель Б показывал, что человек с длинными волосами находился к нему (свидетелю) спиной, по правую руку от молодого человека в капюшоне, а в показаниях от 15.02.2012 г. он говорит о том, что молодой человек с длинными волосами стоял лицом к нему, был предметом исследования судом первой инстанции.
Суд указал, что в судебном заседании свидетель подтвердил все данные им показания, указав, что некоторые обстоятельства забыл, но подтвердил, что парень в капюшоне находился со спины потерпевшего, а парень с длинными волосами в середине, и лицом к потерпевшему и к нему (свидетелю).
Виновность Буракова подтверждается также протоколами осмотра места происшествия; протоколами осмотра вещественных доказательств; протоколами выемок, освидетельствования; медико - криминалистическими экспертизами одежды Буракова, М, О, Ф; протоколом предъявления предмета для опознания, в ходе которого ФИО157 опознала нож, который был обнаружен и изъят в ходе проведения осмотра места происшествия. При проведении опознания О пояснила, что опознала нож, которым в ночь ДД.ММ.ГГГГ Бураков нанес более 2 - х ударов в область шеи и груди незнакомого парня; заключением эксперта № 490 от 18.01.2012 г. о том, что на ноже, изъятом в ходе осмотра места происшествия, не исключается присутствие крови Ф; заключением эксперта № 466 от 19.01.2012 г. о том, что на одежде, кроссовках О, М, Буракова обнаружена кровь, происхождение которой не исключается от Ф, на костылях О обнаружена кровь человека, происхождение которой не исключается от крови Ф; в срезах ногтевых пластин с подногтевым содержимым с рук Буракова обнаружены кровь, белок человека, происхождение которых не исключается как от самого Буракова, так и от Ф
Согласно акта судебно - медицинского исследования №1325 от 07 ноября 2011 года и заключению эксперта №210/1325-11 от 08 ноября 2011 года, при судебно-медицинском исследовании трупа Ф. обнаружены:
- рана передней поверхности грудной клетки по средней линии на уровне тела грудины, с повреждением кожи, подкожно - жировой клетчатки, большой грудной мышцы, тела грудины, сердечной сорочки, передней стенки левой легочной артерии. Глубина раневого канала около 8 см.
Рана является колото - резаной, образована прижизненно, в результате одного травматического воздействия острого колюще - режущегося орудия с плоским клинком, имевшим длину клинка не менее 8 см; ширину клинка на уровне погружения около 2.4 - 2.7 см; острое лезвие; слегка затупленное или деформированное в области острия.
Смерть Ф наступила в результате проникающего колото-резаного ранения грудной клетки, с повреждением мягких тканей, грудины, клетчатки средостения, сердечной сумки и левой легочной артерии, левосторонний гемоторакс (около 300 мл), осложнившегося скоплением крови в околосердечной сумке с тампонадой сердца.
Вышеописанное ранение грудной клетки состоит с наступлением смерти Ф в прямой причинно-следственной связи и расценивается как причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни человека.
Кроме вышеуказанного колото - резаного ранения грудной клетки, явившегося непосредственной причиной наступления смерти, при исследовании трупа Ф обнаружены множественные раны лица, шеи, рук, которые являются резаными и образованы прижизненно, в результате травматических воздействий орудий или предметов, обладавших режущими травмирующими свойствами, со смертью в причинно -следственной связи не состоят и расцениваются как причинившие легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья на срок не свыше 21 дня;
- ссадины и кровоподтеки лица, челюсти, кровоподтек на шее, ссадина поясничной области, которые образованы в результате не менее девяти травматических воздействий твердых предметов, возможно с ограниченными контактирующими поверхностями, часть из которых могли быть образованы от касательного воздействия, причинно-следственной связи со смертью не имеют; и расценивается как не причинившее вред здоровью человека.
В судебном заседании эксперт Звонищук А.В. поддержал выводы экспертного заключения и пояснил, что положение лица, наносившего потерпевшему удары, ножом могло быть различным относительно тела потерпевшего.
Приведенные в приговоре в обоснование осуждения Буракова доказательства исследованы в судебном заседании надлежащим образом. Как и суд первой инстанции, судебная коллегия находит показания допрошенных лиц последовательными, все обстоятельства дела судом тщательно проверялись, письменным источникам доказательств также дана правильная оценка.
В ходе судебного следствия проверялись доводы Буракова и адвоката Курдюкова о том, что телесные повреждения Ф были нанесены М, однако они не нашли своего подтверждения, поскольку опровергаются совокупностью доказательств, приведенных в приговоре.
Согласно заключению дополнительной судебно - медицинской экспертизы №275/1325-11 от 28 декабря 2011 года, из сопоставления протокола проверки показаний на месте с участием подозреваемых Буракова К.О., М, ФИО158.25.09.2011 г. и комплекса телесных повреждений, обнаруженных при исследовании трупа Ф следует:
при экспертизе трупа Ф обнаружена ссадина в поясничной области в 3.5см влево от средней линии.
Локализация указанного повреждения, не исключает вероятность его образования от действий М при указанных Бураковым К.О., М, О обстоятельствах в ходе проверки их показаний на месте 25.09.2011г.
При экспертизе, в области лица Ф, обнаружены ссадины, кровоподтеки лица и кровоподтек шеи.
Исходя из локализации указанных повреждений и механизма их причинения, нельзя исключить вероятности их образования от действий Буракова К.О., при обстоятельствах указанных Бураковым К.О., М и О
Не исключается возможность причинения Ф трех колото - резаных ран шеи, лица, рук от действий Буракова К.О. при изложенных и продемонстрированных им обстоятельствах, так как в данном случае имеется совпадение по фактической локализации причинения повреждений, а также направление длинника клинка и характер удержания ножа и движение руки Буракова К.О. в общем соответствуют с установленным механизмом причинения данных телесных повреждений.
При экспертизе трупа Ф в области передней поверхности грудной клетки по средней линии обнаружено проникающее колото - резанное ранение грудной клетки с повреждением мягких тканей, грудины, клетчатки средостения, сердечной сумки и левой легочной артерии.
В данном случае имеется совпадение по фактической локализации причинения повреждения (передняя поверхность грудной клетки). Но характер удержания ножа (ориентация плоскости клинка) и движение руки Буракова К.О. не соответствует с установленным механизмом причинения колото-резанного ранения передней поверхности грудной клетки (ориентация длинника раны, направление раневого канала).
В обоснование невиновности Буракова защита и осужденный в кассационной жалобе сослались на заключение указанной экспертизы.
Постановлением суда от 04.06.2012 г. из числа доказательств были исключены, как недопустимые показания О и М в части указания на механизм нанесения Бураковым ударов ножом потерпевшему. В обоснование своего вывода суд указал, что свидетели М и О судебном заседании указали, что в момент нанесения ударов потерпевшему не видели, как именно наносились удары, а указав на механизм, исходили лишь из движений рук подсудимого в момент избиения потерпевшего. Вывод суда судебная коллегия считает правильным.
Поскольку судом из числа доказательств по делу были исключены показания свидетелей М и О в части механизма нанесения Бураковым ножевого ранения, то суд правомерно исключил из числа доказательств и выводы экспертного заключения №275/1325-11 от 28 декабря 2011 г., основанные на демонстрации этими свидетелями механизма нанесения ножевого ранения.
Судебная коллегия не может согласиться с мнением защиты о том, что указанное экспертное заключение опровергает первоначальные признательные показания подсудимого и свидетелей в части совпадения механизма причинения ножевых ранений и характеру удержания ножа. Суд исследовал данный вопрос и правомерно указал, что сами выводы данной экспертизы не опровергают показаний свидетелей и обвинение в целом. Как следует из показаний свидетелей, заключений экспертиз, избиение потерпевшего происходило в короткий промежуток времени, в темное время суток, подсудимый и свидетели находились в состоянии алкогольного опьянения, каждый из них наносил удары потерпевшему и не следил за конкретными действиями друг друга. В судебном заседании, в частности О показала, что она не видела, как конкретно наносил удары Бураков ножом потерпевшему, а, указав на механизм, она исходила лишь из движений рук подсудимого в момент избиения потерпевшего.
Вопреки доводу жалобы защиты, нож не был исключен судом из числа доказательств, поскольку исключение показаний О и М в части демонстрации механизма нанесения Бураковым ударов ножом, не свидетельствует об исключении из числа доказательств и самого ножа, поэтому суд был вправе сослаться на нож, как на доказательство вины Буракова.
Довод жалобы адвоката Курдюкова В.И. о том, что судебно – психиатрическая, судебно – медицинские, судебно – криминалистические экспертизы основывались исключительно на признательных показаниях Буракова, не может служить основанием для признания указанных экспертиз недопустимыми доказательствами, поскольку экспертизы соотносятся не только с признательными показаниями осужденного Буракова, но и с другими доказательствами, анализ которых подробно был приведен в приговоре.
Суд обоснованно посчитал несостоятельными доводы защиты о ложности показаний М, поскольку он показал на нанесение им неоднократных ударов ногой и рукой в область задней поверхности туловища потерпевшего, в область живота слева, а в данных областях обнаружена только незначительная ссадина. Суд правильно указал, что данное обстоятельство не порочит показаний М. Вопреки доводу жалобы, вывод суда о том, что причинение побоев не всегда может сопровождаться образованием телесных повреждений, основан на фактических обстоятельствах по делу.
Судом был проверен и доводы защиты и подсудимого Буракова о его невиновности в виду того, что на его обуви обнаружена кровь, которая возникла от контакта обуви с поверхностью, содержащей на себе жидкую кровь, что свидетельствует об уже нанесенных потерпевшему ножевых ранениях, ранее, чем подсудимый начал его избивать. Суд обоснованно посчитал данный довод несостоятельным.
В судебном заседании эксперт Евсеев пояснил, что на обуви Буракова имеются помарки и брызги. Помарки образованы в результате контакта с поверхностью, содержащей жидкую кровь, брызги от попадания на поверхность крови. В то же время эксперт указал, что источник образования крови мог быть различным, как от причинения ножевых ранений, так и от воздействия иных предметов и орудий. Суд правомерно сослался на показания эксперта, не усмотрев в них предположений.
Ссылка защиты на то обстоятельство, что у потерпевшего к моменту начала его избиения Бураковым уже имелась кровь, является предположением. Суд проанализировал заключение судебно - медицинских экспертиз, согласно которым у Ф помимо колото - резаных ранений, были обнаружены ссадины, кровоподтеки, кровоизлияния, которые образованы в результате травматических воздействий тупого твердого предмета (предметов) и сделал правильный вывод о том, что из заключения судебно - медицинских экспертиз следует, что весь комплекс телесных повреждений у Ф был получен им в короткий промежуток времени, телесные повреждения образовались от неоднократных травматических воздействий, что объясняет наличие крови на одежде и обуви подсудимого и свидетелей, наносивших удары потерпевшему и действовавших около погибшего в ограниченном пространстве.
Не обнаружение на одежде и обуви свидетеля М жидкой крови не свидетельствует о его причастности к нанесению ножевых ранений потерпевшему. На одежде и обуви М обнаружены отдельные пятна крови. При нанесении им ударов потерпевшему он находился сзади относительно тела потерпевшего, где согласно заключению судебно - медицинских экспертиз выявлено только одно телесное повреждение в виде ссадины.
Из заключения экспертизы одежды Буракова и приложенных к заключению фотографий усматривается, что на нижней части задней стороны правого рукава джемпера Буракова имеются пятна крови, являющиеся помарками, образованными в результате контакта с поверхностью, содержащей на себе различное количество жидкой крови.
Из показаний свидетелей и подсудимого Буракова, данных им на предварительном следствии, следует, что нож у него находился в правой руке и им наносились неоднократные удары в переднюю часть тела потерпевшего.
Большее количество телесных повреждений обнаружено у Ф в передней поверхности тела, где, как следует из показаний свидетелей, находился Бураков, что и объясняет появление пятен крови на его одежде и обуви.
При таких обстоятельствах довод осужденного и его защиты о том, что ножевое ранение Ф было причинено не Бураковым опровергнут совокупностью исследованных в суде доказательств.
Желание или нежелание обвиняемого пройти полиграф, не свидетельствует о доказанности или недоказанности виновности подсудимого, поскольку данное следственное действие нормами УПК РФ не предусмотрено.
Довод жалобы осужденного Буракова о том, что на листах дела 3 и 38 т. 2 стоят разные подписи потерпевшей Ф, является голословным, не подтвержденным материалами дела.
Довод жалобы осужденного Буракова о том, что в заключении эксперта № 5394 не указаны часы окончания проведении экспертизы, не может повлечь за собой признание данного доказательства недопустимым, поскольку не указание часов окончания экспертизы не влияет на существо экспертизы и принятого судом решения.
Является голословным и утверждение осужденного Буракова в той части, что экспертиза проводилась не 26.09.2011 г., а позднее. Не основан на материалах дела и довод жалобы Буракова о том, что опись т. 6 уголовного дела содержит 69 листов, на самом деле указанный том содержит 232 листа, что и отражено в описи данного тома.
Что касается довода осужденного Буракова о том, что свидетель О при ее допросе 26.09.2011 г. и в протоколе ее задержания не указывает на наличие у него ножа, а 29.09.2011 г. она изменила показания, указывая, что ножевые ранения Ф причинил он, то в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ суд по ходатайству стороны вправе принять решение об оглашении показаний свидетеля, ранее данных при производстве предварительного расследования либо в суде, при наличии существенных противоречий между ранее данными показаниями и показаниями данными в суде.
Суд был лишен возможности исследования допроса О от 26.09.2011 г., поскольку стороны (обвинения, защита, подсудимый) не заявили ходатайства об оглашении указанного протокола допроса.
Не может дать оценку этому обстоятельству и суд кассационной инстанции, поскольку данное доказательство не было предметом рассмотрения судом первой инстанции.
Довод осужденного Буракова о том, что судом не было удовлетворено ходатайство о допросе в качестве свидетелей Д, С Андрея и Михаила, И, ББ, является несостоятельным, поскольку в судебном заседании указанного ходатайства заявлено не было, что следует из протокола судебного заседания.
Довод жалобы о том, что футболка погибшего, продемонстрированная в зале судебного заседания, не соответствует футболке, описанной в материалах дела, является надуманным.
В судебном заседании осматривалась футболка Ф, пакет с ее содержимым был вскрыт судом в присутствии лиц, участвующих в деле, пакет повреждений не имел, были оглашены все пояснительные надписи на пакете. Государственный обвинитель обратила внимание суда на то, что на фото футболка изображена с изнаночной стороны, где она имеет однотонную белую поверхность. В жалобе осужденный ссылается на описание футболки, которая была надета на Ф в момент осмотра места происшествия, где указано, что на трупе одета футболка хлопчатобумажная серого цвета с рисунком из поперечных полос серо – белого цвета. Данная футболка была изъята с места совершения преступления в присутствии понятых, помещена в пакет, снабженный пояснительными надписями и подписями понятых, следователя и опечатана печатью. При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает порочности вещественного доказательства.
Во время осмотра футболки в судебном заседании от лиц, участвующих в деле, замечаний и заявлений не поступило.
Ссылка в жалобе осужденного Буракова на то, что вид ножа, изображенного на рисунке, не совпадает с видом ножа, фотография которого имеется в уголовном дела, не может свидетельствовать о незаконности доказательств, поскольку оценка изображений предметов – это субъективное мнение смотрящего. В судебном заседании обозревался нож, как вещественное доказательство, по правилам ст. 284 УПК РФ. Замечаний и возражений от участников производства не последовало.
Из протоколов судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273 - 291 УПК РФ. Все представленные суду доказательства были исследованы, все ходатайства разрешены в установленном законом порядке. При окончании судебного следствия от сторон ходатайств о дополнении не поступило.
При таких обстоятельствах с доводами жалоб о нарушении уголовно - процессуального закона, в том числе об отклонении ходатайств подсудимого и защиты, судебная коллегия согласиться не может.
Вопреки доводам жалоб, приговор построен на допустимых и достоверных доказательствах, которые в совокупности являются достаточными для постановления судом обвинительного приговора.
Не установлено нарушений действующего уголовно – процессуального законодательства и в период предварительного следствия, все доказательства были получены в соответствии с законом, в связи с чем, доводы жалоб защиты и осужденного являются необоснованными.
Анализ фактических данных, имеющихся в материалах дела, свидетельствует, что суд правильно установил фактические обстоятельства дела и на основе исследованных доказательств обоснованно пришел к выводу о виновности Буракова в совершении преступления в отношении потерпевшего Ф
Правовая оценка действий Буракова по ч. 1 ст. 105 УК РФ является правильной.
При назначении наказания суд учел характер и степень общественной опасности совершенного преступления, которое является умышленным, особо тяжким; личность подсудимого, который ранее не судим, привлекался к административной ответственности, на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным, по месту учебы в МОУ <данные изъяты> и в <данные изъяты> характеризуется посредственно, соседями и индивидуальным предпринимателем, у которого проходил практику – положительно, суд учел влияние назначенного наказания на исправление Буракова, условия жизни его семьи, а также смягчающие наказание обстоятельства: явку с повинной, состояние здоровья подсудимого, что позволило суду назначить наказания с применением положения ч.1 ст. 62 УК РФ.
Суд обосновал назначение наказания Буракову в виде лишения свободы, полагая, что достижение целей наказания возможно лишь в условиях его изоляции от общества, при этом обоснованно не найдя оснований для изменения категории преступления и назначения подсудимому наказания с применением ст. 15 ч. 6, 64, 73 УК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
приговор Октябрьского районного суда г. Липецка от 11 июля 2012 года в отношении Буракова К.О. оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного Буракова К.О., адвоката Курдюкова В.И. - без удовлетворения.
Председательствующий (подпись) И.И. Мартынов
Судьи (подписи) И.Л. Ключникова
Ю.С. Новичков
Копия верна.
Докладчик – судья И.Л. Ключникова