публикация



Судья: Глебов Д.В. Дело № 22 – 4734/12

КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Кемерово 6 сентября 2012 года

    Судебная коллегия по уголовным делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего – Масловой Л.С.

судей – Кокуриной И.Я. и Шульгиной Л.А.

при секретаре Михайловой А.Н.

рассмотрела в судебном заседании от 6 сентября 2012 года кассационное представление заместителя прокурора Андрющенко А.В. и кассационные жалобы адвоката Косачева С.И. на приговор Кемеровского районного суда от 25 мая 2012 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р.,

уроженец <адрес>, нерабо-

тающий, несудимый

осужден по ч.3 ст.264 УК РФ (в редакции ФЗ от 07.12.2011 г. №420-ФЗ) к 3 годам лишения свободы с лишением права управлять транспортным средством сроком на 2 года.

    На основании ст.73 УК РФ наказание назначено условно с испытательным сроком в 3 года.

    Заслушав доклад судьи Кокуриной И.Я., объяснения осужденного ФИО1, поддержавшего доводы жалоб адвоката, потерпевшую ФИО5, просившую приговор суда изменить и исключить дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством, что позволит ФИО1 работать и возмещать ей ущерб, прокурора Антончик Л.А., поддержавшего доводы представления прокурора в части неправильной квалификации действий ФИО1 в редакции ФЗ от 07.12.11 г., судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

    ФИО1 признан судом виновным и осужден за совершение 8 февраля 2011 года лицом, управляющим автомобилем, нарушения правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

    Преступление совершено в Кемеровском районе при изложенных в описательно - мотивировочной части приговора обстоятельствах.

    В кассационном представлении прокурор просит приговор изменить, т.к. действия ФИО1 неверно квалифицированы по ч.3 ст.264 УК РФ в редакции ФЗ от 07.12.2011 г., т.к. преступление совершено 8 декабря 2011 года, а внесенные в ч.3 ст.264 УК РФ изменения ФЗ от 07.12.2011 г. –включение в санкцию альтернативного наказания в виде принудительных работ, ухудшают положение ФИО1.

    В кассационной жалобе адвокат Косачев С.И. просит приговор отменить ввиду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам, уголовное дело прекратить за отсутствием состава преступления.

     Суд признал ФИО1 виновным в нарушении п.п. 9.1, 9.4, 10.1 Правил дорожного движения, выразившихся в том, что ФИО1 выехал на встречную полосу движения, где допустил столкновение, в результате которого смертельно травмирован Гапонов. По мнения суда, все пункты находятся в причинной связи с наступившими последствиями.

    Вывод суда о том, что ФИО1 выехал на встречную полосу движения, не получил подтверждение и вызывает сомнение. Вызывает сомнение схема ДТП, согласно которой место ДТП обозначено в 30 см от разделительной полосы. На схеме четко обозначены линии разметки осевой и боковых линий, ограничивающих края проезжей части, но на фотографиях нет линий разметки. В удовлетворении ходатайства о признании схемы ДТП недопустимым доказательством отказано. Эксперт Ефимов в суде подтвердил, что разметку под слоем наледи практически не видно. Дуров подтвердил, что на месте ДТП не было продольной разметки.

    При проведении экспертизы эксперты по своей инициативе признали как достоверно установленный факт место столкновения в 30 см от осевой линии на стороне движения Дурова, зафиксированный на схеме. Эксперты при этом не оговорили, почему этот факт признают бесспорным, который не установлен следователем. Эксперты вышли за пределы автотехнической экспертизы.

    В связи с этими обстоятельствами защита вынуждена была допросить в суде эксперта Григорьева, который пояснил, что автомобиль Дурова в силу перекрытия ширины контакта между автомобилями частично мог находиться на встречной полосе движения. Суд констатировал нарушение п.п.9.1, 9.4,10.1 ПДД и наличие причинной связи, что недостаточно, а требует логически-правового анализа и нарушения каждого пункта Правил и конкретной причинной связи, что судом не сделано. При наличии сомнений о месте столкновения и возможности движения автомобиля Дурова по встречной полосе и отказе экспертов определять причинную связь в действиях Дурова, в 5 вопросе заключения у суда не было оснований признавать ФИО1 виновным.

    В дополнительной кассационной жалобе адвокат указывает о нарушениях ст.304 УПК РФ, т.к. во вводной части приговора отсутствуют данные о секретаре судебного заседания.

    В нарушении ст.307 УПК РФ суд при описании события преступления описывает нарушения п.9.1 ПДД, но также устанавливает вину в нарушении п.9.4 и 10.1 ПДД, однако обвинение в нарушении данных пунктов не предъявлялось. В автотехнических экспертизах нет указаний на нарушение данных пунктов ПДД, данные пункты безосновательно вменены следователем в обвинение.

    Версия ФИО1 о том, что он не выезжал на встречную полосу движения, судом не проверена. ФИО1 пояснял, что автомобиль Дурова занесло на его полосу движения.

    Показаниям свидетеля Одинцовой не дана оценка. О заносе автомобиля Дурова пояснял Дресвянин, который выяснял обстоятельства ДТП у Шубкина. Суд не указал, по каким причинам принял одни показания, а не принял другие.

    Не устранены противоречия и в показаниях о том, каким было покрытие - скользким или сухим, хотя данное обстоятельство имеет существенное значение.

    По той же причине не установлено расположение автомобилей в момент ДТП, и не установлено, состоят ли действия водителя автомобиля Ниссан-Лаурел в причинно-следственной связи с ДТП, данный пробел возможно было устранить только путем направления дела на автотехническую экспертизу.

    Судом не устранены противоречия в части местоположения автомобиля Ниссан непосредственно после ДТП, наличии линии разметки осевой и боковых линий, ограничивающих края проезжей части.

    В нарушении ч.3 ст.286 УПК РФ суд огласил показания свидетелей Черногорова, Шубкина, Птицына, хотя в показаниях свидетелей в суде и на следствии не было противоречий.

    Суд ссылается на показания свидетеля Птицины, однако в качестве понятого в участии ряда следственных действий указан Птицын.

    Судом не учтено, что автомобиль Ниссан был перемещен на 0, 5 метра, и что с ним также было совершено еще одно касательное столкновение с автомобилем ВАЗ-2112. Данные факты в схеме не были отражены.

    Искажение обстановки места ДТП, перемещение одного из автомобилей повлекло неверное составление схемы ДТП и впоследствии могло повлиять на неправильную и необъективную оценку действий водителей.

    При определении вида и размера наказания судом не отражено частичное возмещение ущерба? не разрешен вопрос о возможности либо невозможности применения ч.1 ст.62 и ст.64 УК РФ.

    Судом необоснованно сделана ссылка на ст.47 УК РФ и действия квалифицированы в редакции ФЗ от 7 декабря 2011 года.

    Судом неправильно указано о возможности обжалования осужденным приговора в течение 10 дней с момента получения копии приговора, т.к. ФИО1 под стражей не содержался.

    Суд не исследовал доказательства, а скопировал текст обвинительного заключения в приговоре при приведении доказательств.

    Бесспортных доказательств виновности ФИО1 ни в ходе предварительного, ни в ходе судебного следствия не добыто.

    В возражениях на жалобу государственный обвинитель Андрющенко просит доводы жалобы оставить без удовлетворения, т.к. они опровергнуты исследованными материалами.

    Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб адвоката и представления прокурора, коллегия находит приговор суда подлежащим изменению в части назначенного наказания.

ФИО1 вину в совершенном преступлении не признал и показал, что ехал из Кемерово в г. Анжеро—Судженск по своей полосе движения, частично был гололед. Внезапно он увидел автомобиль, который ехал ему навстречу с большой скоростью. Он пытался уйти от столкновения, но ему не удалось. Он четко видел, что автомобиль двигался по его полосе движения, столкновение произошло на его полосе. В дальнейшем Дуров пояснял, что его вытолкнуло на встречную полосу движения. Разметки на дороге не было.

    Несмотря на то, что ФИО1 вину не признал, его вина в полном объеме судом установлена и подтверждена доказательствами, приведенными в приговоре.

    Свидетель Дуров в суде подтвердил, что ехал в г. Кемерово. Ехал он по своем полосе. Вдруг произошел удар. Его автомобиль развернуло. Следом на автомобиле ехали Шубкины, Гопонов и Присухин. Удар был точно на его полосе движения. Жидкость на проезжей части после ДТП была на его полосе. Асфальт был сухой, по краю обочины лежал снег. На разделительной полосе снега не было. На этой трассе водители всегда прижимаются к центру дороги. Когда вырывали стойку, то автомобиль смещался к центру дороги. Когда ему на телефон в истерике позвонила жена ФИО1, то он стал ее успокаивать и сказал, что выехал на встречную полосу, чтобы она успокоилась. На месте происшествия он ни с кем ДТП не обсуждал.

    Свидетель Шубкин в суде подтвердил, что он ехал на автомобиле за автомобилем Дурова. Когда они выехали из-за поворота, то чуть не столкнулись с автомобилем Дурова, объехали его и слегка задели. Они вытащили Дурова. Долго не могли вытащить Гопонова. Дверь стали тащить автомобилем «Нива», но дверь им так и не удалось открыть. От действий «Нивы» автомобиль не смещался, а когда дверь стали открывать джипом, то автомобиль переместился к центру дороги примерно на 0,5 метра. На дороге были следы ДТП, вся жидкость была под машиной, которой управлял Дуров, осколки были разбросаны рядом.    Свидетель Смолеха подтвердил, что составлял схему ДТП, основная осыпь была на той полосе движении, где был пострадавший Гопонов. Удар пришел в переднюю левую часть автомобиля. Разметка на дороге была частями, разметку было видно.

    Суд обоснованно принял во внимание показания указанных свидетелей, т.к. они подтверждены показаниями свидетелей ФИО8, ФИО12 о том, что когда они двигали автомобиль Дурова, то он смещался к центру дороги на встречную полосу и сместился примерно на 30-50 сантиметров, показаниями свидетеля Птицина? Чернюгова, которые участвовали в качестве понятых при составлении схемы, и в суде подтвердили правильность составления схемы.

    Кроме того, вина Тряснина подтверждается протоколом осмотра места происшествия и схемой к нему, заключением судебно-медицинского эксперта о характере, степени тяжести телесных повреждений Гопонова и причине смерти, заключением автотехнической экспертизы №283/04-1-19/11, 450/04-1-20/11, согласно которому автомобиль «Сузуки» находился полностью или частично на полосе встречного движения в момент столкновения автомобилей, при этом действия водителя не соответствовали п. 9.1 ПДД, и действия водителя стоят в причинно-следственной связи с ДТП.

    Суд всесторонне, полно и объективно исследовал все доказательства в их совокупности и дал им правильную оценку. Судом указано, почему он принимает одни доказательства как достоверные, а другие доказательства как недостоверные.

    Правильная оценка дана судом показаниям свидетеля Одинцовой о том, что со слов Дурова ей известно, что именно он выехал на встречную полосу движения.

    Суд сделал правильный вывод о том, что данные показания не свидетельствуют о невиновности ФИО1, т.к. Дуров пояснил, что он хотел успокоить Одинцову непосредственно после ДТП, поэтому сказал, что выехал на встречную полосу.

    Показания Одинцовой также опровергнуты схемой ДТП и показаниями сотрудник, составившего схему, понятых.

    Показания Дресвянина о том, что со слов водителя «Ниссан Лаурел» ему известно, что у него произошел занос, суд обоснованно принял как недостоверные, т.к. в суде установлено, что Дресвянин у мужчины, стоявшего около указанного автомобиля, личность не устанавливал, а Дуров в судебном заседании отрицал факт общения с Дресвяниным.

    Судом обоснованно принят во внимания протокол осмотра места происшествия и схема к нему, т.к. они составлены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе и ст.166 УПК РФ, согласуются с другими доказательствами.

    Доводы жалобы о том, что с автомобилем «Нисан» было касательное столкновение и автомобиль был перемещен после ДТП, судом исследовались, свидетели пояснили, что автомобиль был перемещен примерно на 50 см. к центру дороги, однако данные показания и обстоятельства не ставят под сомнение вывод суда о виновности ФИО1, т.к. схема составлена на основе обнаруженных на трассе следов: жидкости и осколков, которые были обнаружены на месте ДТП, и которые объективно указывали на место ДТП.

    Доводы жалобы о том, что суд ссылается на показания понятого Птицина, а в схеме указан понятой Птицын, не являются основанием для отмены приговора суда, т.к. при написании фамилии допущена техническая ошибка, которая не свидетельствует о том, что при составлении схемы присутствовал один человек, а в суде допрошен другой.

    Доводы жалобы о том, что не устранены противоречия в показаниях о том, каким было покрытие, коллегия находит неубедительными, т.к. все участники процесса, свидетели и лица, составляющие процессуальные документы, опрошены по состоянию покрытия проезжей части дороги.

    Судом установлено, что в результате нарушения требований п.9.1, 9.4, 10.1 ПДД ФИО1 выехал на встречную полосу движения, где совершил столкновение с автомобилем под управлением Дурова, в салоне которого находился Гопонов, и смертельно его травмировал. Действия ФИО1 состоят в прямой причинной связи с происшествием.

    Доводы о том, что ФИО1 не предъявлялось обвинение в нарушении п.9.4 и 10.1 ПДД, являются необоснованными, т.к. из текста постановления о привлечении в качестве обвиняемого усматривается, что ФИО1 обвинялся в нарушении указанных пунктов.

    Доводы жалобы о том, что суд не исследовал доказательства, а скопировал обвинительное заключение, являются необоснованными, т.к. в приговоре приведены показания, данные в суде, а также показание, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные судом, а также дана им оценка.

    Судом полно установлены все обстоятельства по делу без направления дела на автотехническую экспертизу для установления вопросов, поставленных защитой. Проведенным судом автотехническим экспертизам судом дана правильная оценка.

    Доводы жалобы о том, что при отказе экспертов отвечать на вопрос о причинной связи между действиями Дурова и ДТП, не было основания для признания виновным ФИО1, коллегия находит неубедительными, т.к. дело рассматривалось по предъявленному ФИО1 обвинению, которое нашло подтверждение в суде на основе исследованных доказательств.

    Версия защиты о том, что ФИО1 не выезжал на встречную полосу движения, судом тщательно проверялась, но опровергнута совокупностью исследованных доказательств.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч.3 ст.264 УК РФ, т.к. он, являясь лицом, управляющим автомобилем, совершил нарушение ПДД, повлекшее по неосторожности смерть человека.

    Все выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют фактическим обстоятельствам.

    Вместе с тем, как правильно указано в представлении прокурора? действия ФИО1 неверно квалифицированы по ч.3 ст.264 УК РФ в редакции ФЗ от 07.12.2011 г., т.к. преступление совершено 8 декабря 2011 года, а внесенные в ч.3 ст.264 УК РФ изменения ФЗ от 07.12.2011 г. – включение в санкцию альтернативного наказания в виде принудительных работ, ухудшают положение ФИО1, поэтому действия ФИО1 необходимо квалифицировать по ч.3 ст.264 УК РФ в редакции ФЗ от 13 февраля 2009 года №20-ФЗ).

    При назначении наказания в соответствии с ч.3 ст.60 УК РФ суд учел характер и степень общественной опасности содеянного, конкретные обстоятельства, данные о личности, обстоятельства смягчающие наказание, отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

    Доводы жалобы о том, что частично возмещен ущерб, не являются основанием для применения ч.1 ст.62 УУК РФ, т.к. данных о полном возмещении ущерба нет.

    Коллегия не находит каких-либо оснований для снижения основного наказания, назначенного ФИО1.

    Вывод суда о том, что с учетом обстоятельств дела и данных о личности на основании ст.47 УК РФ следует назначить дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством, коллегия находит необоснованным, т.к. назначение дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортным средством в санкции ч.3 ст.264 УК РФ является обязательным.

    Вместе с тем, совокупность смягчающих обстоятельств: состояние здоровья, молодой возраст, положительные характеристики ФИО1, частичное возмещение ущерба, а также мнение потерпевшей, просившей не назначать дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством, коллегия находит необходимым признать исключительными обстоятельствами, на основании ст.64 УК РФ не применять дополнительное наказание в виде лишения права управления транспортным средством.

    Доводы жалобы адвоката об оглашении показаний свидетелей без наличия в них противоречий, не являются нарушением уголовно-процессуального закона, т.к. показания оглашены с согласия участников процесса, как не является нарушением уголовно-процессуального закона указание суда в резолютивной части о том, что судом неправильно указано о возможности обжалования осужденным приговора в течение 10 дней с момента получения копии приговора, т.к. ФИО1 под стражей не содержался.

    Доводы жалобы о том, что во вводной части приговора отсутствуют данные о секретаре судебного заседания, не являются основанием для отмены приговора суда, т.к. в протоколе судебного заседания секретарь указан, секретарь вел протокол в ходе судебного заседания, который подписал, в жалобе не оспаривается присутствие секретаре в судебном заседании, поэтому отсутствие фамилии секретаря в приговоре является технической ошибкой, которая не повлекла вынесение незаконного и необоснованного приговора.

    Коллегия не находит оснований для отмены приговора суда по доводам жалоб адвокат, которые являются необоснованными.

    Приговор суда подлежит изменению по доводам представления прокурора, которые являются обоснованными.

    Руководствуясь ст.ст.377, 378, 382, 387, 388 УПК РФ, коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

    Приговор Кемеровского районного суда от 25 мая 2012 года в отношении ФИО1 изменить.

    На основании применения ст.64 УК РФ исключить из приговора указание о назначении дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортным средством сроком на 2 года.

    Считать ФИО1 осужденным по ч.3 ст.264 УК РФ (в редакции ФЗ от 13 февраля 2009 года №20-ФЗ) к 3 годам лишения свободы.

    На основании ст.73 УК РФ наказание назначить условно с испытательным сроком в 3 года.

    В остальной части приговор суда оставить без изменения, кассационные жалобы адвоката Косачева С.И. без удовлетворения.

    Представление заместителя прокурора Андрющенко А.В. удовлетворить.

Председательствующий: Л.С. Маслова

судьи: И.Я. Кокурина

Л.А.Шульгина

Копия верна: судья Кокурина И.Я.

    

.