Дело № 2-57/11
П Р И Г О В О Р
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Кемерово 31 октября 2011 года
Судья Кемеровского областного суда Яковлев Е.Н.,
с участием государственного обвинителя Харчикова Ю.С.,
обвиняемых Алалыкина С.В., Лежакова С.М., Беловой Г.Ю.
защитников
Хитяник Т.Н., представившей удостоверение № 680 и ордер № 122,
Медведевой Л.В., представившей удостоверение № 400 и ордер № 9072,
Руденко К.Н., представившего удостоверение № 531 и ордер № 1170
потерпевших Ж.Н.Н., Ж.К.Н., В.В.Н., К.Ю.А., М.О.В.,
при секретаре Подкорытовой О.С.,
рассмотрев материалы уголовного дела по обвинению
Алалыкина С.В. <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 162 ч. 4 п.п. «а,в», ст. 30 ч. 3, ст. 105 ч. 2 п.п. «а,ж,з,к», ст. 105 ч. 2 п.п. «а,ж,з,к» УК РФ,
Лежакова С.М. <данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 162 ч. 4 п.п. «а,в», ст. 30 ч. 3, ст. 105 ч. 2 п.п. «а,ж,з,к», ст. 105 ч. 2 п.п. «а,ж,з,к» УК РФ,
Беловой Г.Ю. <данные изъяты>
в совершении преступлений, предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. «а», ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ,
У С Т А Н О В И Л:
Подсудимые Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. совершили нападение на Ж.А.Н. в целях хищения чужого имущества с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере, организованной группой.
Подсудимые Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. совершили открытое хищение чужого имущества у В.А.М. с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия не опасного для жизни и здоровья, организованной группой.
Подсудимые Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. совершили нападение на К. в целях хищения чужого имущества с применением насилия опасного для жизни и здоровья с применением предметов используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, организованной группой, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевших.
Подсудимый Алалыкин С.В. совершил умышленное причинение смерти К.А.И. <дата> года рождения сопряжённое с разбоем.
Подсудимый Лежаков С.М. совершил умышленное причинение смерти К.Л.П. <дата> года рождения сопряжённое с разбоем.
Подсудимый Алалыкин С.В. совершил покушение на убийство двух лиц, с целью скрыть другое преступление, выполнив умышленные действия непосредственно направленные на причинение смерти М.О.В. <дата> года рождения.
Преступления подсудимые совершили в <адрес> при следующих обстоятельствах.
Алалыкин С.В. и Лежаков С.М., познакомившиеся в местах лишения свободы и ранее судимые за корыстные преступления, после отбытия уголовного наказания в виде лишения свободы на путь исправления не встали и в конце <дата> года на основе добровольного согласия вступили в преступный сговор между собой в целях совершения насильственных и корыстных преступлений, нападения на граждан и завладения их имуществом и с конца <дата> года по <дата> года в составе организованной группы, которую отличала устойчивость, совершили особо тяжкие преступления.
Участников организованной группы объединял общий умысел на совершение преступлений, осознание цели создания данной группы, длительное знакомство, совместное отбытие уголовного наказания в местах лишения свободы, постоянное общение, сложившиеся доверительные отношения.
Участники организованной группы тщательно планировали совершаемые преступления, использовали форму сотрудников органов внутренних дел, ножи.
Устойчивая организованная группа, в которую входили Алалыкин С.В. и Лежаков С.М., представляла реальную угрозу для личной безопасности граждан и их имущества, характеризовалась наличием общей цели – совершения нападений на граждан с целью завладения принадлежащими им денежными средствами и имуществом, осознанием характера и направленности совершаемых деяний. Устойчивость и организованность групы выражалась в распределении ролей между участниками группы, стабильности и постоянстве состава её участников, рассчитывающих на дальнейшее совместное осуществление преступной деятельности; наличием постоянных связей между её участниками, поддержанием постоянного общения, как личного, так и с помощью средств телефонной связи, информированности друг друга о возможности совершить то или иное преступление, осознанием каждым участником группы своей принадлежности к этому преступному формированию, принятии совместных и согласованных мер к сокрытию следов совершенных преступлений, в постоянстве форм и методов преступных действий, объединении входящих в состав устойчивой вооруженной группы лиц общим умыслом на совершение серии нападений на граждан; совместности и согласованности их действий, тесном взаимодействии их друг с другом, применении общих способов и методов при совершении преступных посягательств.
В составе организованной группы Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. совершили следующие преступления.
<дата> Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. умышленно, из корыстных побуждений, в целях хищения чужого имущества в крупном размере, с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, действуя организованной группой, совершили разбойное нападение в <адрес> по адресу: <адрес> на Ж.А.Н. при следующих обстоятельствах.
В <дата>. в <адрес> Лежаков С.М. получил от своей знакомой Беловой Г.Ю. информацию о Ж.Н.Н., проживавшем по адресу: <адрес>, который имел денежные средства от продажи товаров народного потребления.
Лежаков С.М. в <дата>. в <адрес> предложил Алалыкину С.В. совершить нападение на квартиру Ж.Н.Н. В период с <дата>. до первых чисел <дата>. Лежаков С.М. и Алалыкин С.В. готовились к совершению преступления: путем личных посещений квартиры Ж. установили время, когда в квартире отсутствовал Ж.Н.Н., приобрели одежду для совершения преступления - милицейский бушлат и шапку, приискали оружие - пистолет самообороны бесствольный «<данные изъяты>, принадлежащий знакомому Алалыкина С.В. - А.Р.А., а также приискали знакомую Лежакова С.М.- У.Н.А., с помощью которой они должны были попасть в квартиру Ж.Н.Н.
<дата>, около 10 часов, Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. умышленно, для совершения нападения в целях хищения чужого имущества в крупном размере, с угрозой применением насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего, с применением предметов, используемыех в качестве оружия - пистолета самообороны бесствольный <данные изъяты>, сопряженного с незаконным проникновением в жилище, действуя организованной группой, обманным путем, представившись сотрудником милиции, незаконно с целью хищения чужого имужщества проникли в квартиру <адрес>, где Алалыкин С.В., угрожал находившейся в квартире дочери Ж.Н.Н. - Ж.А.Н. применением насилия опасного для жизни и здоровья - применением пистолета самообороны бесствольного «<данные изъяты> потребовали от Ж.А.Н. передачи им денег- долларов США, имевшихся в квартире.
Ж.А.Н., реально воспринимая высказанные в ее адрес угрозы о применении к ней насилия, опасного для жизни и здоровья, передала Алалыкину С.В. деньги в сумме <данные изъяты> долларов США, всего на сумму <данные изъяты> по курсу ЦБ РФ на <дата>. С похищенными деньгами Лежаков С.М. и Алалыкин С.В. с места преступления скрылись, похищенным распорядились по своему усмотрению.
Хищением имущества потерпевшему Ж.Н.Н. был причинён материальный ущерб на сумму <данные изъяты>, который подлежит возмещению Алалыкиным С.В. и Лежаковым С.М.
В <дата> в <адрес> Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. умышленно, из корыстных побуждений, с применением насилия не опасного для жизни или здоровья, с незаконным проникновением в жилище, организованной группой, совершили открытое хищение чужого имущества у В.А.М.. проживавшего по адресу <адрес>, при следующих обстоятельствах:
Лежаков С.М. получил от своей знакомой Беловой Г.Ю. информацию о В.А.М. проживавшем по адресу: <адрес>, который имел денежные средства.
В период с <дата> по <дата> Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. являясь участниками организованной группы, приискали транспортные средства используемые при совершении преступления и подготовили легенду для проникновения в квартиру В.А.М. путем обмана.
<дата>, в период между 13 и 14 часами, Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. умышленно, для совершения хищения чужого имущества, сопряженного с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия не опасного для жизни и здоровья потерпевшего, действуя организованной группой, путем обмана - под предлогом разговора о его племяннице, заставили В.А.М. открыть дверь в квартиру, незаконно с целью хищения чужого имущества проникли в <адрес>, и, примененяя насилие, не опасное для жизни и здоровья потерпевшего, Лежаков С.М. и Алалыкин С.В. нанесли В.А.М. не менее 1 удара руками по голове, каждый и открыто похитили принадлежащее В.А.М. имущество- <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> евро на сумму <данные изъяты>, по курсу ЦБ РФ на <дата>, <данные изъяты> долларов США на сумму <данные изъяты> по курсу ЦБ РФ на <дата>., две золотых булавки для галстуков общей стоимостью <данные изъяты>, золотую брошь в форме полумесяца, стоимостью <данные изъяты>, золотую подвеску в форме знака зодиака «Весы» стоимостью <данные изъяты>, золотое женское обручальное кольцо стоимостью <данные изъяты>, золотое женское кольцо с изумрудом стоимостью <данные изъяты>, золотую мужскую печатку стоимостью <данные изъяты>, золотую мужскую печатку с черной вставкой стоимостью <данные изъяты>, золотую мужскую цепочку стоимостью <данные изъяты>, золотой крест-распятие стоимостью <данные изъяты>, часы женские стоимостью <данные изъяты>, сотовый телефон «<данные изъяты>», стоимостью <данные изъяты> и банковскую карту банка «<данные изъяты>», не представляющую ценности, всего на сумму <данные изъяты>
С похищенным имуществом Лежаков С.М., Алалыкин С.В. с места преступления скрылись, похищенным распорядились по своему усмотрению.
Также, <дата> Алалыкин С.В., являясь участником организованной группы, предложил участнику организованной группы Лежакову С.М. совершить разбойное нападение на дом своих знакомых К. применяя в качестве оружия нож изготовленный самодельным способом.
<дата>, в период времени с 19 часов 45 минут до 20 часов 10 минут, Алалыкин С.В. и Лежаков С.М., действуя умышленнно, организованной группой в отношении разбойного нападения, путём обмана, под предлогом разговора о дочери К., незаконно с целью совершения нападения в целях хищения чужого имущества, проникли в <адрес>, где применяя предметы, используемые в качестве оружия: нож, изготовленный самодельным способом и кухонный нож с синей пластмассовой ручкой, применяя насилие опасное для жизни и здоровья потерпевших, выразившееся в нанесении потерпевшим ударов вышеуказанными ножами, напали на К.А.И. и К.Л.П., требуя передать им денежные средства, имеющиеся у потерпевших, при этом Лежаков С.М., с целью подавления сопротивления К.Л.П. и её убийства в ходе разбойного нападения, осознавая, что своими действиями может причинить смерть К.Л.П. и желая этого, нанес ножом с синей пластмассовой ручкой не менее 11 ударов по жизненно-важным органам - грудной клетке и верхним конечностям К.Л.П. и не менее одного удара не установленным в ходе расследования твердым тупым предметом по голове, причинив ей следующие телесные повреждения:
- Колото-резаные ранения: левой молочной железы с повреждением мягких тканей; левого плеча с повреждением мягких тканей; левой кисти с повреждением мягких тканей, сухожилий, артерии и вены; правого предплечья с повреждением мягких тканей; передней поверхности груди справа с повреждением мягких тканей. Полосовидную ссадину левой молочной железы. Кровоподтек с ссадиной на нижнем веке левого глаза с переходом на спинку носа. Перечисленные повреждения в причинной связи с наступлением смерти не находятся. Колото-резаные ранения левой молочной железы, передней поверхности груди справа с повреждением мягких тканей квалифицируются как в отдельности, так и в совокупности, как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства (временная нетрудоспособность продолжительностью не более 21 дня), ссадина левой молочной железы и кровоподтек с ссадиной области левого глаза как в отдельности, так и в совокупности, вред здоровью не причинили и тяжесть их не определяется. Колото-резаные ранения левого плеча, левой кисти, правого предплечья квалифицировать по тяжести вреда здоровью не представляется возможным, т.к. не ясен исход неопасных для жизни повреждений.
Проникающие колото-резаные ранения: передней поверхности груди справа с повреждением нижней доли правого легкого; левой передне-боковой поверхности груди с повреждением сердца; передней брюшной стенки с повреждением тонкой кишки, ее брыжейки и желудка; задней поверхности груди слева с повреждением левого легкого; задней поверхности груди справа с повреждением правого надпочечника, правой почечной вены. Перечисленные ранения находятся в причинной связи с наступлением смерти, в совокупности привели к развитию угрожающего для жизни состояния - обильной кровопотере и квалифицируются в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Кроме того, каждое из этих повреждений, в отдельности, является опасным для жизни и квалифицируется как тяжкий вред здоровью.
И тем самым Лежаков С.М. убил К.Л.П., смерть которой наступила на месте происшествия.
Алалыкин С.В., с целью подавления сопротивления потерпевшего К.А.И. и его убийства, в ходе разбойного нападения, осознавая что свими действиями может причинить смерть К.А.И. и желая этого, нанес К.А.И. не менее 16 ударов ножом изготовленным самодельным способом в жизненно-важные органы - голову, шею и туловище К.А.И. и не менее 6 ударов не установленным в ходе расследования твердым тупым предметом по голове и телу К.А.И., причинив ему следующие телесные повреждения:
- Колото-резаные ранения левого плеча и предплечья с повреждением мягких тканей, задней поверхности груди справа с повреждением мягких тканей и капсулы правого плечевого сустава квалифицировать не представляется возможным, так как не ясен исход неопасных для жизни повреждений. Колото-резаные ранения левого плеча, левой кисти с повреждением мягких тканей, резаные раны левого предплечья с повреждением мягких тканей, резаную рану затылочной области слева с повреждением мягких тканей, ушибленную рану лобной области слева, которые квалифицируются как в отдельности, так и в совокупности как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства (временная нетрудоспособность продолжительностью не более 21 дня). Полосовидную ссадину правой боковой поверхности живота, кровоподтеки в центре лобной области, в области наружного угла левого глаза на верхнем веке, на нижнем веке правого глаза, кровоизлияния слизистой верхней и нижней губ слева, в проекции 2-4 зубов, в кожно-мышечном лоскуте левой височной области, которые, как так в отдельности, так и в совокупности вред здоровью не причинили и тяжесть их не определяется.
- Колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи с повреждением общей сонной артерии, проникающее в просвет глотки, которое находится в причинной связи с наступлением смерти и квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
- Проникающие колото-резаные ранения: передней поверхности груди слева с повреждением левого легкого; левой передне-боковой поверхности груди без повреждения внутренних органов; левой боковой поверхности живота с повреждением тонкой кишки и ее брыжейки, корня брыжейки тонкой кишки; задней поверхности груди слева с повреждением левого легкого; задней поверхности груди справа с повреждением правого легкого; колото-резаное ранение левого плеча с повреждением мягких тканей, плечевой артерии, вены, сухожилия двуглавой мышцы плеча которые как в отдельности, так и в совокупно-сти квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;
Тем самым Алалыкин С.В. убил К.А.И., смерть которого наступила на месте происшествия.
Кроме того, Алалыкин С.В., ранее совершивший умышленное убийство К.А.И., <дата>, после совершения разбойного нападения на К. и их убийства, около 20 часов, в доме <адрес>, действуя умышленно, с целью скрыть другое преступление - разбойное нападение на К.А.И. и К.Л.П. и их убийство, совершил покушение на убийство М.О.В., которая являлась свидетелем преступлений.
При этом Алалыкин С.В. умышленно, с целью убийства двух и более лиц, с целью скрыть другое преступление, сознавая, что своими действиями может причинить смерть М.О.В. и желая этого, нанес М.О.В. не менее 8 ударов ножом изготовленным самодельным способом и заключением эксперта признанным холодным оружием, в жизненно-важные органы - грудную клетку, верхние и нижние конечности М.О.В., причинив потерпевшей следующие телесные повреждения:
-Резаную рану правой кисти с повреждением глубокого сгибателя 3-го пальца расценивающуюся как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью свыше трех недель.
- Колото-резаную рану передней поверхности левой половины грудной клетки с повреждением мягких тканей, непроникающую в плевральную полость, сквозную колото-резаную рану левого предплечья с повреждением мягких тканей, колото-резаную рану левого предплечья с повреждением мягких тканей и колото-резаную рану левого бедра с повреждением мягких тканей, котороые как в совокупности, так и в отдельности расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью до трех недель).
- Резаные раны тыльной поверхности правой кисти, ладонной поверхности левой кисти левой кисти с повреждением мягких тканей которые как в совокупности, так и в отдельности расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью до трех недель).
- Сквозную колото-резаную рану левого плеча с повреждением плечевой вены которая расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Довести свой преступный умысел на убийство М.О.В. Алалыкин С.В. не смог по независящим от него обстоятельствам - ввиду своевременно оказанной М.О.В. медицинской помощи.
Действиями Алалыкина С.В., связанными с покушением на убийство М.О.В., был причнён материальный ущерб связанный с затратами на лечение в сумме <данные изъяты>, связанный с затратами на адвоката в сумме <данные изъяты>, а также моральный вред, который подлежит компенсации Алалыкиным С.В. в сумме <данные изъяты>
В судебном заседании Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. свою вину по предъявленному обвинению признали частично, Белова Г.Ю. вину не признала.
Вина подсудимых в изложенных преступлениях подтверждается следующими доказательствами.
Подсудимый Алалыкин С.В. суду пояснил, что в <дата> познакомился с Лежаковым в следственном изоляторе, где он и Лежаков находились под стражей. После освобождения в <дата> он стал общаться с Лежаковым. У него с Лежаковым сложились доверительные отношения. В конце <дата> Лежаков сказал ему, что на <адрес> проживает мужчина, который занимается бизнесом и хранит дома большие суммы денег, предложил ограбить этого мужчину. Также Лежаков сказал, что эта информация у него от его знакомой по имени Г. которая работает в страховой компании и что третью часть похищенного нужно будет отдать ей. В начале <дата> Лежаков сказал ему, что узнал, кто проживает в квартире, что когда тщательно подготовится к преступлению сообщит ему. Через некоторое время Лежаков позвонил ему, затем подъехал за ним на машине. Они с Лежаковым и знакомой Лежакова по имени И. приехали на <адрес>. Лежаков сказал, что с помощью И. они проникнут в квартиру. Сам Лежаков был в милицейском бушлате с погонами звания капитана, шапке с кокардой. Он (Алалыкин) для устрашения потерпевшего взял с собой заряженный травматический пистолет, который перед нападением показал Лежакову. Также Лежаков ему говорил, что до этого два раза приходил к квартире, узнал, кто и когда уходит из дома. Они оставили машину во дворах, подошли к дому №, поднялись на № этаж. И. позвонила и под предлогом, что принесла заказное письмо, попросила открыть дверь. Когда дверь открыли, Лежаков и он зашли в квартиру, где находились девушка с маленьким ребёнком и бабушка. Это было для него (Алалыкина) неожиданным, так как до этого Лежаков говорил ему, что в квартире будет мужчина. Он предложил бабушке с ребёнком пройти в другую комнату пока милиционер (Лежаков) будет разговаривать с девушкой. Лежаков с девушкой прошли в зал, а он оставался в коридоре. Затем Лежаков его позвал и сказал, что девушка не хочет отдавать деньги. Он (Алалыкин) подошёл к девушке и продемонстрировал пистолет, который был у него, сказал, чтобы та отдала деньги. Девушка показала место, где в диване хранились деньги и он (Алалыкин) достал деньги, показал их Лежакову и положил себе в карман. Девушка в это время сидела в кресле. Лежаков предложил ему совершить с девушкой половой акт, но он отказался и по указанию Лежакова вышел в коридор. Лежаков закрыл дверь, какого-либо шума он не слышал. Через 1-2 минуты Лежаков выскочил из зала, сказал ему уходить и следом за Лежаковым он прошёл к машине. В машине он увидел, что у Лежакова перевязана рука в крови. Он спросил у Лежакова о том, когда тот порезался, после чего Лежаков сказал ему, что убил находившуюся в квартире девушку. На его вопрос о том, зачем Лежаков убил девушку, Лежаков ему сказал, что девушка не видела лицо Алалыкина и видела его (Лежакова) лицо и может опознать его. Его (Алалыкина) лицо во время нападения было закрыто воротником, козырьком кепки, очками. Также Лежаков передал ему кухонный нож с крепким лезвием, который он бросил под сидение. Они приехали к нему (Алалыкину) домой, пересчитали похищенные деньги, которых было более <данные изъяты>. Лежаков сказал, что нужно третью часть похищенных денег отдать Г., так как та ещё пригодится. Милицейскую одежду Лежакова и нож сложили в покрывало и затем выбросили в мусорный контейнер. Он выражал недовольство Лежакову по поводу убийства, но Лежакова это не беспокоило. Они съездили в <адрес>, где с помощью его отца в банке обменяли доллары на рубли, получилось около <данные изъяты>, две трети из которых с учётом доли Г. забрал Лежаков. Через 2-3 месяца Лежаков ему сказал, что по информации Г. к ответственности за убийство привлечён муж потерпевшей. Обнаруженные на месте преступления на косяке двери, на двери следы крови не его, как они образовались, он не знает, у него (Алалыкина) руки не были в крови.
По эпизоду в отношении В. Алалыкин С.В. пояснил, что <дата> Лежаков ему сообщил, что от той же Г. из <данные изъяты> получил информацию, что по <адрес> проживает семейная пара с девочкой и у мужчины дома хранятся два-три миллиона рублей, предложил ему совершить ограбление. Он согласился. Лежаков сказал, что по этому объекту проследит и соберёт ещё информацию. Лежаков ему сообщил, что они совершат преступление когда мужчина будет дома один, что этот мужчина не большой и не сильный. До нападения на В. Лежаков ему пообещал, что убийств больше не будет. <дата> они встретились с Лежаковым. У Лежакова с собой была бумага, на которой было записано, кто проживает в квартире потерпевшего. Лежаков сказал, что эти данные по составу семьи от Г.. Лежаков предложил проникнуть в квартиру потерпевшего под предлогом, что якобы его дочь взяла у их девочки диск с порнографией. В автомашине его (Алалыкина) знакомого М. они с Лежаковым находились во дворе дома и дождались когда супруга мужчины поведёт ребёнка в школу. По его просьбе М. сходил к квартире потерпевшего и сообщил, что какого-либо шума в квартире потерпевшего нет, сосед потерпевшего по карману по звонку дверь не открыл. Когда кто-то выходил из подъезда потерпевшего, они с Лежаковым прошли в подъезд. Лежаков позвонил в квартиру потерпевшего, открыл мужчина, и под предлогом просмотра диска с порнографией якобы переданного его девочкой он с Лежаковым прошли в квартиру. В квартире они с Лежаковым потребовали у мужчины деньги. Мужчина передал им из своей сумочки <данные изъяты>. Так как денег было мало, для того чтобы мужчина отдал деньги он нанёс мужчине в лоб два удара кулаком, также мужчину ударил Лежаков. Мужчина сообщил, что в другой комнате имеется сейф. Он с мужчиной прошли в комнату, где под окном располагался сейф. Мужчина достал из сейфа отдал ему около <данные изъяты>. Также в сейфе лежал травматический пистолет «<данные изъяты>», который Лежаков захотел также забрать, но после того как он сказал об имевшихся на пистолете номерах, передумал. Тогда Лежаков забрал только патроны. Он забрал находившееся в квартире и на потерпевшем золотые изделия, сказал, что пора уходить. Мужчина в это время сидел на кровати. Лежаков неожиданно достал из-за пазухи охотничий нож и нанёс им 3-4 удара мужчине в грудь. Лежаков оставил нож в груди потерпевшего, он (Алалыкин) достал из груди потерпевшего нож и отдал Лежакову. После этого они скрылись из квартиры потерпевшего. По дороге в автомашине Лежаков пересчитал похищенные деньги, сказал, что третью часть отдаст Галине, и отдал ему (Алалыкину) третью часть похищенных денег, также Лежаков сказал, что похищенное золото сначала будет находиться у него. Они с Лежаковым на <адрес> выбросили сотовый телефон, банковскую карту, по дороге выбросили очки с футляром, которые забрали в квартире потерпевшего. Через 2-3 дня Лежаков отдал ему для сбыта в другом городе похищенное золото, и он со своим знакомым М. съездили в <адрес>, где сдали золото в ломбард.
По эпизоду в отношении К. и М.О.В. Алалыкин С.В. пояснил, что по предложению Лежакова они встретились утром <дата>. Лежаков ему сообщил, что по информации от Беловой на <адрес> проживает её знакомая, у которой дома хранится крупная сумма денег. Они решили совершить ограбление этой женщины, но когда приехали по адресу, то со слов находившегося в квартире лица выяснилось, что эта знакомая Беловой в этой квартире больше не живёт. Так как им были нужны деньги он (Алалыкин) вспомнил о том, что у его знакомой К. родители занимаются бизнесом и у них дома имеются денежные средства. Он договорился с Лежаковым, что они под предлогом якобы имеющихся проблем у дочери К. обманом заберут деньги у К.. Он специально предупредил Лежакова что это преступление они должны совершить без убийства как это было в предыдущих случаях. Он ранее был дома у К. и знал их адрес. Вечером он с Лежаковым приехал к дому К.. К. его (Алалыкина) не узнал, под высказанным ими предлогом якобы имеющегося долга у его дочери впустил его и Лежакова в дом, но деньги давать отказался. Он сказал Лежакову, что нужно уходить. Но Лежаков достал имевшийся у него нож и сказал, что без денег они не уйдут. Он сказал Лежакову чтобы тот убрал нож. Находившаяся с ними на кухне К. стала кричать, Лежаков направился в её сторону. К. чтобы помочь своей супруге двинулся в её сторону. Тогда он чтобы воспрепятствовать сопротивлению, которое пытался оказать К., схватил К., стал наносить ему удары кулаками в лицо, от которых К. падал. Лежаков передал ему нож, который был в крови. Он слышал, как в это время кричала К.. Также он увидел кровь на Лежакове. К. стал его выталкивать из дома, вместе с К. он упал на пол, он стал наносить удары К. по туловищу сначала рукой, а затем 5-6 раз ножом. К. удалось забрать у него нож и встать, но он (Алалыкин) снова завладел ножом, уронил К. на пол и с целью убийства нанёс К. несколько ударов ножом в жизненно-важные органы в переднюю часть тела. После этого К. перестал сопротивляться. Он увидел, что К. также без движения лежит на полу, он понял, что Лежаков убил К.. В поисках своей обуви, которую он не обнаружил в том месте, где разулся, он, открывал двери мебели, открыв дверь, прошёл в комнату, где увидел ранее ему не знакомую М.О.В. с ребёнком на руках. Выйдя из комнаты, он сказал об этом Лежакову, Лежаков сказал, что её нужно убить, он понял, что это для того чтобы не оставлять свидетелей. Он сначала отказался, но Лежаков сказал ему, чтобы он не боялся. У него (Алалыкина) оставался в руках нож, который ему перед убийством К. предал Лежаков. Он с ножом зашёл в комнату к М.О.В., М.О.В. в это время разговаривала по телефону. Он сказал М.О.В., чтобы та убрала ребёнка, и когда М.О.В. положила ребёнка, он с целью убийства стал наносить М.О.В. удары ножом, М.О.В. сопротивлялась, в связи с этим часть ударов попадала по рукам и ногам М.О.В.. Когда Лежаков сказал, что пора уходить, он вслед за Лежаковым скрылся из дома. Он не может объяснить, почему перестал бить М.О.В.. По дороге он выбросил нож и телефон, который забрал из дома К.. Позже он сжег одежду, в которой находился во время убийства. Когда они находились в доме К., он видел там нож с синей пластмассовой ручкой, но при каких обстоятельствах не помнит.
Он считает, что Лежаков его оговаривает чтобы самому уклониться от ответственности.
В ходе предварительного следствия он опознавал Белову, у него отличное зрение и хорошая память на лица и Белова именно та женщина, которая поздней осенью или зимой садилась в районе <адрес> в машину Лежакова и разговаривала с Лежаковым, когда он по просьбе Лежакова выходил из машины и в нескольких метрах от них ждал на улице, а затем, Лежаков ему говорил, что эта женщина и есть Г., которая давала информацию о потерпевших. Также он вместе с Лежаковым несколько раз приезжал к офису страховой компании на <адрес>, где Лежаков ходил разговаривать с Г. В настоящее время у Беловой другой цвет волос. Во время опознания Беловой ему никто не подсказывал.
Подсудимый Лежаков С.М. суду пояснил, что в местах лишения свободы познакомился с Алалыкиным, поддерживал с ним отношения. Белова являлась супругой его одноклассника, с <дата> он стал общаться с Беловой в связи с тем, что она работала в страховой компании, с которой он заключил договор страхования, он ежемесячно передавал Беловой взносы по договору страхования.
По эпизоду в отношении Ж. Лежаков С.М. суду пояснил, что у него (Лежакова) имелся милицейский бушлат. В <дата> Алалыкин предложил ему с использованием этого бушлата сыграть роль участкового милиционера в разговоре с должником по кредиту, за плату <данные изъяты>. Он согласился, для роли участкового купил милицейскую шапку с кокардой. С Алалыкиным в <дата> около 9 часов утра они приехали на <адрес>, прошли к дому №, поднялись на № этаж, он (Лежаков) одетый в приготовленную форму сотрудника милиции позвонил в дверь, но дверь им не открыли. Алалыкин, объяснил, что должник прячется, предложил ему пригласить его (Лежакова) знакомую чтобы та сыграла роль почтальона, чтобы им открыли дверь, сказал, что заплатит ему <данные изъяты>. Форму сотрудника милиции он (Лежаков) увёз к себе домой. Через 3-4 дня <дата> с его знакомой У. они около 9 часов утра вновь приехали на <адрес> и пришли к той же квартире. Он (Лежаков) был опять в той же форме сотрудника милиции, позвонил, дверь открыли, он увидел бабушку с ребёнком и девушку. Они зашли в квартиру. Алалыкин назвал фамилию, девушка сказала, что этого человека нет дома. Бабушка с ребёнком ушли в комнату. Он (Лежаков) остался в прихожей, а Алалыкин с девушкой прошли в другую комнату. Через 2-3 минуты Алалыкин вышел из комнаты, и они с Алалыкиным ушли. Никаких признаков противоправных действий Алалыкина (шума, следов крови) он не видел, сам не интересовался у Алалыкина, получил ли он деньги. Затем Алалыкин предложил ему съездить в <адрес> к его отцу. Они приехали в <адрес>, где встретились с мужчиной, с которым съездили в банк. По дороге обратно в <адрес> Алалыкин отдал ему <данные изъяты>, о произошедшем в квартире Алалыкин ему не рассказывал.
По эпизоду в отношении В. Лежаков С.М. суду пояснил, что в середине <дата> Алалыкин предложил ему съездить с ним по его (Алалыкина) делам, подробности не объяснял, сам он у Алалыкина не интересовался. Они с Алалыкиным на его (Лежакова) машине чуть позже 12 часов дня приехали к дому <адрес>. Сначала они около 20 минут находились в машине, затем Алалыкин ушёл из автомашины, сам он (Лежаков) из машины не выходил. Когда через 30 минут Алалыкин вернулся в его машину, и они уехали от дома, по дороге заехали на <адрес>. Алалыкин из карманов достал мобильный телефон, банковские карточки, золотые изделии. По просьбе Алалыкина он выбросил банковские карточки в окно машины. Он попросил у Алалыкина телефон, но тот телефон ему не дал, выбросил в окно машины. Алалыкин дал ему <данные изъяты> в долг, после чего они расстались. О совершённом в отношении В. он (Лежаков) узнал уже после задержания.
По эпизоду в отношении К. и М.О.В. Лежаков С.М. суду пояснил, что <дата> встретился с Алалыкиным. Вечером Алалыкин предложил свозить его в <адрес>, постоять рядом с ним для вида, когда он будет разговаривать с какими-то должниками. Около 20 часов они приехали в частный сектор, сначала зашли по ошибке не в тот дом, затем пошли к другому дому, на стук вышел мужчина, Алалыкин стал спрашивать Н.. Вместе они прошли на кухню. Алалыкин стал требовать у мужчины деньги, но мужчина отказался дать деньги. Находившаяся на кухне женщина стала кричать что денег нет. Тогда Алалыкин два раза ударил женщину кулаком по лицу, женщина оставалась на ногах. Мужчина встал, заступился за женщину, тогда Алалыкин достал из кармана нож нанёс мужчине два удара ножом в грудь. Нож упал, он увидел, что это его (Лежакова) нож, который хранился у него в машине. Мужчина попытался убежать, но Алалыкин догнал мужчину в коридоре и стал наносить ему удары ножом. Мужчина сопротивлялся, эта борьба Алалыкина с мужчиной продолжалась 5-7 минут. Он (Лежаков) хлопнул Алалыкина по плечу и сказал убрать нож, но Алалыкин продолжил наносить мужчине удары. Тогда он (Лежаков) отошёл от Алалыкина, почувствовал удар по спине, его ударила стулом женщина. Он забрал у женщины стул, сказал женщине чтобы та успокоилась. Тогда женщина достала из кухонной мебели кухонный нож с синей пластмассовой ручкой (приобщённый в качестве вещественного доказательства) и пошла с ним на него, остановилась, держа в руке нож. Он увидел, что Алалыкин забежал на кухню, увидел, как Алалыкин замахнулся на женщину. Он (Лежаков) побежал на выход, увидел в коридоре мужчину, который стоял на четвереньках. Он (Лежаков) поскользнулся и упал, стал обуваться, увидел, что Алалыкин вытащил женщину, которая была в крови, и положил в коридоре, бросил на пол нож, который доставала женщина, сказал ему (Лежакову) подождать, пока он заберёт деньги. Затем Алалыкин куда-то ушел, затем крикнул ему, что в доме ещё кто-то есть. Он (Лежаков) заглянул в комнату и увидел ранее не знакомую ему М.О.В. с ребёнком на руках, после чего вернулся к порогу. Алалыкин предложил ему расправиться с девушкой, но он отказался, тогда Алалыкин ушёл в комнату, откуда стали раздаваться крики девушки. Он (Лежаков) хлопнул дверью, крикнул «валим, милиция»). Они с Алалыкиным скрылись из дома.
В ходе предварительного следствия <дата> он давал показания о том, что это он убил К., так как ему пообещали, что если он даст такие показания, не брать его под стражу. Но его обманули и взяли <дата> под стражу, после чего он снова <дата> дал показания о том, что он убил К.. Показания в ходе предварительного следствия о том, что у него был с собой нож, когда они пришли в дом К., и он его выронил он дал по предложению оперативных работников и следователя.
Показания Алалыкина он может объяснить только тем, что он заключил соглашение о сотрудничестве с органами предварительного следствия, конфликтов у него с Алалыкиным не было. В район <адрес> он с Алалыкиным не ездил, Белову Алалыкин не видел. На <адрес> он не ездил, о том, что там живёт Л., не знал.
В явке с повинной (т. 1 л.д. 159-161) Лежаков С.М. <дата> указал, что прежде чем ехать к К. он по просьбе Алалыкина «для острастки» он взял с собой нож. В доме К. Алалыкин повёл разговор о деньгах. Находившиеся в доме мужчина и женщина говорили, что денег у них нет. Имевшийся у него (Лежакова) нож у него случайно выпал из-под одежды на пол. Этот нож поднял Алалыкин и стал им наносить удары находившемуся в доме мужчине. Когда его (Лежакова) ударила находившаяся в доме женщина, Алалыкин переключился на женщину и стал бить её по туловищу. Затем Алалыкин сказал, что заберёт деньги и пошёл в комнату, где обнаружил молодую женщину с ребёнком, предложил ему (Лежакову) расправиться с ней. Он (Лежаков) отказался, выбежал на улицу, увидел свет фар подъезжающей машины, подбежал к входной двери и крикнул Алалыкину, что едет милиция, после чего Алалыкин также выбежал из дома.
Допрошенный в ходе предварительного следствия <дата> (т. 1 л.д. 140-149) Лежаков С.М. пояснял, что перед тем как ехать к К. он по предложению Алалыкина «для острастки» взял с собой охотничий нож, который положил во внутренний карман шубы. Затем, находясь в доме К., Алалыкин стал требовать у К. деньги. У него (Лежакова) из кармана выпал нож, этот нож поднял Алалыкин и стал этим ножом наносить удары К.. В это время его ударила стулом К., он забрал у К. стул. К. взяла нож с пластмассовой ручкой и с ножом пошла в его сторону, чтобы причинить ему телесные повреждения. К К. подбежал Алалыкин, схватил левой рукой кухонный нож, который находился в руке К. и правой рукой стал наносить К. множественные удары в область грудной клетки. Затем Алалыкин пошёл по дому искать деньги, обнаружил кого-то в комнате. Он (Лежаков) заглянул в эту комнату и увидел там девушку с ребёнком. Алатыкин предложил ему совершить убийство этой девушки, хотел для этого дать нож, но он отказался. Тогда Алалыкин прошёл в комнату и сам стал убивать эту девушку. Он понимал, что девушка уже могла позвонить в милицию, ему было жалко девушку, и он сказал Алалыкину, что едет милиция, после чего они с Алалыкиным скрылись. Алалыкин ему сказал, что его охотничий нож он выбросил по дороге в огороде.
Согласно протоколу проверки показаний на месте от <дата> (т. 1 л.д. 150-158) Лежаков С.М. также указывал на то, что нож в дом К. принёс он, что он видел как после того как К. достала нож с синей ручкой к К. подбежал Алалыкин и стал наносить ей удары ножом.
Не соответствие этих показаний данным в суде показаниям Лежаков С.М. объяснил тем, что он находился в состоянии наркотического опьянения, его показания на предварительном следствии корректировал следователь Г., обещая избрать меру пресечения в виде подписки о невыезде. Ложные показания он давал по предложению оперуполномоченных Ш. и следователя Г..
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Г.Ю.А. суду пояснил, что никакого давления на Лежакова не оказывал. Во время допроса Лежаков был адекватен, признаков опьянения у Лежакова не наблюдалось. Показания были записаны со слов Лежакова. Лежаков тогда был отпущен под подписку о невыезде, так как оснований для избрания более строгой меры пресечения на то время не было.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Ш.А.В. суду пояснил, что никакого давления на Лежакова не оказывал, ложные показания Лежакову давать не предлагал, об обстоятельствах произошедшего узнал от Лежакова. Явку с повинной Лежаков после доставления в милицию писал в его присутствии, после того как он разъяснил Лежакову положения уголовного закона касающихся явки с повинной. Он с Лежаковым по поводу меры пресечения не договаривался.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля Ш.Е.В. суду пояснил, что никакого давления на Лежакова не оказывал, ложные показания Лежакову давать не предлагал. После получения информации в отношении Лежакову он вместе с другими сотрудниками милиции прибыли в дом Лежакова, где обнаружили Лежакова, который прятался под диваном. Лежакова они доставили в отделение милиции. Лежаков был в трезвом состоянии. По поводу дачи показаний и меры пресечения он с Лежаковым не общался.
В ходе очной ставки с Алалыкиным С.В. <дата> (т. 2 л.д. 27-30) Лежаков С.М. утверждал, что убийство К.Л.П. совершил Алалыкин. При этом Лежаков отрицал показания Алалыкина о том, что передал Алалыкину нож, настаивал, что нож он выронил, а Алалыкин поднял нож с пола. Также Лежаков настаивал на том, что видел как Алалыкин наносил К.Л.П. удары ножом по телу на кухне и в прихожей дома.
Допрошенный в ходе предварительного следствия <дата> и <дата> (т. 1 л.д. 173-179, 187-192) Лежаков С.М. давал показания о том, что перед тем как приехать к К. Алалыкин предложил ему взять с собой нож, чтобы напугать родителей знакомой Алалыкина. Когда они пришли в дом К., Алалыкин стал требовать у К. деньги. К. говорили, что денег у них нет. Алалыкин поднял с пола охотничий нож, который выпал у него (Лежакова) из-под одежды и стал им наносить удары К.. Между К. и Алалыкиным завязалась борьба. В это время К. нанесла ему удар по спине стулом. Он выхватил стул и отбросил в сторону. Затем К. достала из ящика кухонного гарнитура нож с пластмассовой рукояткой синего цвета и направилась с ножом в его сторону. Действия К. его сильно разозлили и у него возник умысел на совершение её убийства. Он схватил обеими руками её державшую правую руку нож и держа её руку с ножом надавил со всей силы, нанеся ей удары в область груди живота таким образом не менее четырёх раз. Также он не исключает, что в процессе борьбы мог нанести К. удары ножом в область верхних конечностей и спины. Нож, которым он наносил колото-резаные ранения К., упал на пол. Подошёл Алалыкин, а он (Лежаков) пошёл в прихожую, где увидел лежавшего в крови К.. Он увидел, как находившийся около К. Алалыкин пытался замахнуться кистью руки, услышал звук не менее двух ударов. Затем Алалыкин обнаружил девушку с ребёнком, предложил совершить убийство этой девушки, но он отказался, тогда Алалыкин сам стал убивать находившуюся в комнате девушку. Он понимал, что девушка могла позвонить в милицию, ему было жалко девушку, и он сказал Алалыкину, что едет милиция, после чего Алалыкин вслед за ним выбежал из дома.
По поводу показаний данных <дата> и <дата> Лежаков С.М. пояснил суду, что его показания о том, что он наносил ножевые ранения К., связаны с тем, что сотрудник милиции Ш.Е. и следователь Л. пообещали ему, что в случае признания в убийстве К. ему изберут меру пресечения – подписку о невыезде. Однако под подписку о невыезде его не отпустили.
Допрошенный в ходе предварительного следствия <дата> (т. 1 л.д. 205-208) Лежаков С.М. пояснял, что после знакомства с Алалыкиным в <дата> в местах лишения свободы они стали поддерживать тесные дружеские отношения. После освобождения снова стали встречаться, дружили, отношения у них были равноправные. По поводу событий связанных с эпизодами предъявленного обвинения Лежаков С.М. давал показания соответствующие его пояснениям в судебном заседании.
Допрошенный в ходе предварительного следствия <дата> (т. 1 л.д. 232-234) Лежаков С.М. заявил, что он не желает давать показания.
В суде Лежаков С.М. по поводу своего отказа давать показания <дата> заявил, что это следователь Б. не пожелал записывать его показания.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля следователь Л.М.В. пояснил, что проводил следственные действия с Лежаковым <дата> и <дата>. Лежакова давать какие-либо показания он не уговаривал. О подписке о невыезде в качестве меры пресечения он с Лежаковым не договаривался.
Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля следователь Б.С.И. пояснил, что после предъявления обвинения <дата> Лежаков долго совещался со своим адвокатом и в итоге отказался давать показания.
Проанализировав показания подсудимых Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия в совокупности с материалами дела, пояснениями допрошенных в качестве свидетелей следователей Г.Ю.А., Л.М.В., Б.С.И., оперативных работников Ш.А.В., Ш.Е.В. суд приходит к выводу, что все показания Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. были получены в соответствии с требованиями закона, при этом Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. обладали необходимой свободой волеизъявления о чем свидетельствуют как пояснения указанных сотрудников правоохранительных органов, так и обстоятельства при которых Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. давали показания в присутствии защитников после ознакомления с процессуальными правами. Кроме того, пояснения Лежакова С.М. о том, что он признательные показания в убийстве К.Л.П. дал под обещание меры пресечения в виде подписки о невыезде опровергаются тем, что после дачи Лежаковым С.М. этих признательных показаний <дата> в 19 часов 20 минут, Лежаков С.М. был в тот же день задержан, однако и на следующий день <дата> в присутствии защитника пояснял, что наносил К.Л.П. ножевые ранения. А свою позицию о том, что он принёс нож в дом К., который у него затем выпал на пол, Лежаков С.М. отстаивал и в ходе очной ставки с Алалыкиным С.В.
Таким образом, учитывая содержание показаний, суд приходит к выводу, что Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. в своих взаимоуличающих показаниях защищаются от предъявленного обвинения.
Подсудимая Белова Г.Ю. суду пояснила, что подсудимый Лежаков знакомый её бывшего супруга, она знает Лежакова с <дата>. С <дата> она стала работать в страховой компании и общалась с Лежаковым по поводу того, что Лежаков застраховался и привозил ей ежемесячные платежи по договору страхования. Алалыкина С.В. она, до привлечения её по настоящему уголовному делу, не знала. С начала <дата> она знакома с потерпевшим Ж.Н.Н., так как тот занимался продажей товаров, приходил в организацию, где она работала, и она приобретала у Ж.Н.Н. вещи. В <дата> она также со своего домашнего телефона звонила домой Ж.Н.Н. по поводу приобретения вещей. Она с <дата> знала племянницу потерпевшего В. – Т., которая говорила ей, что её дочь живёт с В.. Т. говорила ей, что у неё (Т.) нет таких материальных возможностей содержать дочь, как у В.. Самих В. она (Белова) не знала. С Л.А.С. она работала в одной страховой компании, обладала информацией о месте прописки и месте жительства Л.А.С.
Вместе с тем Белова Г.Ю. последовательно утверждала, что с Лежаковым С.М. по поводу Ж., В., Л. никогда не разговаривала, к инкриминируемым преступлениям она не причастна.
Потерпевший Ж.К.Н. суду пояснил, что его сестра Ж.А.Н. <дата> года рождения проживала со своим ребёнком, родителями и престарелой бабушкой в квартире по адресу <адрес>. Его и сестры отец - Ж.Н.Н. занимался коммерческой деятельностью, реализовывал среди своих знакомых, в учреждениях, в том числе в детских садах, одежду, занимал под проценты деньги. Вырученные деньги Ж.Н.Н. хранил в своей квартире. Ж.А.Н. находилась в отпуске по уходу за ребёнком, рассказывала, что утром <дата> приходил худощавый мужчина невысокого роста в очках в форме милиционера, который удостоверение не показывал, интересовался, кто проживает в квартире, когда родители уходят из дома и возвращаются обратно, свои вопросы объяснил якобы совершённой по соседству кражей. Также Ж.А.Н. рассказала, что утром <дата> приходил тот же мужчина в милицейской форме и ещё один мужчина в гражданской одежде, которых она увидела через дверной глазок, но дверь им не открыла, так как кормила ребёнка. <дата> около 11 часов позвонила его мать и сказала, что у них дома что-то случилось. Когда он приехал в квартиру родителей, то увидел, что там находятся сотрудники милиции, в зале в кресле он увидел труп Ж.А.Н., также он увидел следы крови. От отца он узнал, что из квартиры пропали деньги, <данные изъяты> долларов. От престарелой бабушки, Р., которая во время произошедшего убийства находилась в квартире, он узнал, что в квартиру зашли два человека, один из которых был в форме. Позже он узнал, что никаких краж по соседству в последнее время не было. Уже увидев в зале судебного заседания подсудимого Лежакова он понял, что объяснения Р. о том, что приходил Ф. связаны с тем, что Ф. и Лежаков внешне очень похожи и Р. могла обознаться.
В возмещение материального ущерба Ж.К.Н. просил взыскать с виновных <данные изъяты> – затраты на похороны Ж.А.Н., <данные изъяты> стоимость памятника на могиле. Кроме того, Ж.К.Н. просил компенсировать моральный вред в сумме <данные изъяты>, который выразился в переживаниях по поводу смерти Ж.А.Н., у Ж.А.Н. остался маленький ребёнок. В подтверждение исковых требований к исковому заявлению (т. 9 л.д. 237) были приложены квитанции согласно которых затраты на похороны составили <данные изъяты>, стоимость памятника <данные изъяты> (т. 9 л.д. 238, 239).
Подсудимые Алалыкин С.В., Лежаков С.М., Белова Г.Ю. с иском Ж.К.Н. были не согласны.
Потерпевший Ж.Н.Н. суду пояснил, что его дочь Ж.А.Н. в <дата> проживала в их квартире по адресу <адрес>. Он занимался коммерческой деятельностью, реализовывал среди своих знакомых, в учреждениях, в том числе в детских садах, одежду, занимал под проценты деньги, вырученные деньги он хранил в своей квартире. С подсудимой Беловой он знаком с <дата>, Белова приобретала у него вещи, брала в долг деньги, знала номер его домашнего телефона. В <дата> года Белова сильно нуждалась в деньгах, звонила ему и просила занять ей любую сумму денег под любые проценты, но он отказал. Ж.А.Н. находилась в отпуске по уходу за ребёнком, рассказывала, что утром <дата> приходил мужчина в форме милиционера, который сказав, что ограбили их соседей, интересовался, когда родители уходят из дома и возвращаются обратно. Затем, через 1-2 дня, Ж.А.Н. рассказала, что приходил тот же мужчина в милицейской форме и ещё один мужчина в гражданской одежде, которых она увидела через дверной глазок, но дверь им не открыла. <дата> он утром около 9 часов ушёл из дома, дома оставалась его престарелая тёща Р. и Ж.А.Н. со своим малолетним ребёнком. После того как ему позвонила супруга, он приехал домой, где уже находились сотрудники милиции, увидел, что его дочь убита, на груди Ж.А.Н. три раны. Были открыты дверки в находившейся в квартире мебели. Из квартиры пропали принадлежавшие ему <данные изъяты> долларов США, которые хранились в диване. Р. в связи с престарелым возрастом и связанным с этим расстройством здоровья ясных пояснений о произошедшем дать не могла, поясняла, что приходили два человека, что приходил бывший сожитель Ж.А.Н. – Ф., что один из приходивших был в бушлате. Также им до настоящего времени из объяснений Р. не ясно кто преступникам открыл дверь. На самом деле никаких хищений по соседству у них в то время не было. Уже увидев в зале судебного заседания подсудимого Лежакова, он понял, что объяснения Р. о том, что приходил Ф. связаны с тем, что Ф. и Лежаков внешне очень похожи и Р. могла обознаться. В настоящее время здоровье Р. только ухудшилось и она вообще не помнит произошедшее.
В возмещение материального ущерба связанного с хищением его денег он просит взыскать с виновных по курсу Центрального банка на <дата> <данные изъяты>
Подсудимый Алалыкин С.В. с иском Ж.Н.Н. был согласен, Лежаков С.М., Белова Г.Ю. с иском Ж.Н.Н. были не согласны.
Потерпевшая В.В.Н. суду пояснила, что вместе со своим супругом В.А.М. <дата> года рождения и малолетней дочерью племянницы Т.А. проживала по адресу <адрес>. Её племянница – Т.Г.Н. ранее, до <дата> также проживала в их квартире, до <дата> приходила в их квартиру в гости, а затем отношения у них испортились. В.А.М. являлся директором и совладельцем фирмы. <дата> В.А.М. находился в отпуске. В 12 часов 30 минут она с Т.А. ушли из их квартиры, где остался В.А.М. Когда они в 13 часов 30 минут вернулись домой, то обнаружили, что двери в карман и в квартиру открыты. В спальне на кровати лежал мёртвый В.А.М. с ранениями на груди. Был открыт их сейф, располагавшийся в спальне в стене за шторой, открыты дверцы в мебели. Из сейфа пропали деньги, также из квартиры пропали принадлежавшие им золотые изделия, хранившийся в сейфе травматический пистолет лежал на груди убитого В.А.М. Из квартиры были похищены <данные изъяты> рублей, <данные изъяты> евро, <данные изъяты> долларов США, две золотых булавки общей стоимостью <данные изъяты> рублей, золотая брошь стоимостью <данные изъяты> рублей, золотая подвеска стоимостью <данные изъяты> рублей, золотое обручальное кольцо стоимостью <данные изъяты> рублей, золотое кольцо с изумрудом – <данные изъяты> рублей, две золотые мужские печатки стоимостью по <данные изъяты> рублей, золотая цепочка – <данные изъяты> рублей с золотым крестом – <данные изъяты> рублей, женские часы – <данные изъяты> рублей, сотовый телефон «<данные изъяты>» - <данные изъяты> рублей, банковская карта «<данные изъяты>» не представляющая ценности.
От ранее заявленного иска В.В.Н. в судебном заседании отказалась.
Потерпевший К.Ю.А. суду пояснил, что его родители К.А.И. <дата> года рождения, К.Л.П. <дата> года рождения с его сестрой К.Н.А. проживали в частном доме по адресу <адрес> Его родители и сестра работали в одной фирме, для расчёта с экспедиторами, привозившими товар, дома всегда имелись деньги около <данные изъяты> рублей. <дата> его супруга М.О.В. с их ребёнком в возрасте <данные изъяты> находилась в доме у его родителей. Около 20 часов М.О.В. позвонила ему и сказала, что в дом пришли двое незнакомых мужчин и требуют у его родителей деньги, которые якобы должна им его сестра, просила его приехать. Он поехал домой к родителям, М.О.В. в это время несколько раз звонила ему и говорила, что родителей убивают, он сам слышал по телефону шум, а затем М.О.В. позвонила и сказала, что сама ранена и истекает кровью, что родителей убили. Когда он подъехал к дому родителей, М.О.В. была уже в машине скорой помощи, М.О.В. сказала ему, что его родителей убили из-за проблем его сестры. В доме он обнаружил убитых родителей. Позже ему М.О.В. рассказала, что когда находилась в доме его родителей и в комнате играла с ребёнком, а его отец и мать находились на кухне, отец открыл кому-то дверь, она слышала, что пришедшие, двое незнакомых мужчин, сначала разговаривали официально, спрашивали про его сестру, ей показалось, что это сотрудники милиции, после чего пришедшие стали требовать деньги, отец отказывался давать деньги, требовал, чтобы пришедшие ушли. Она спряталась в комнате с ребёнком слышала крики, шум борьбы. Когда крики стихли, она слышала как пришедшие что-то искали в мебели. Затем один из мужчин зашёл в комнату, где находилась она с ребёнком, потребовал чтобы она убрала ребёнка, которого держала на руках, и стал наносить ей удары ножом, хотел её убить, она сопротивлялась. Мужчин спугнул свет приближающихся к дому фар и мужчины скрылись из дома. Также в ноутбуке своей сестры он видел фотографию Алалыкина, от сестры он узнал, что она была знакома с Алалыкиным.
Потерпевшая М.О.В. суду пояснила, что <дата> вместе со своей малолетней дочерью находилась в комнате в доме родителей супруга. К.А.И. в дом на кухню впустил двух незнакомых мужчин, которых она в настоящее время узнаёт как подсудимых Алалыкина и Лежакова. Алалыкин и Лежаков сначала разговаривали официальным тоном, спрашивали дочь К., говорили, что та должна деньги. К.А.И. говорил, что не будет отвечать по долгам дочери. После этого она услышала требования о передаче денег, а К.А.И. говорил, что денег нет. Затем она услышала звуки драки, К.Л.П. кричала, она поняла, что К. убивают. Она по сотовому телефону звонила своему супругу, в милицию с просьбой о помощи. Когда крики стихли в комнату, где она находилась с ребёнком, зашёл Алалыкин с ножом в руке. Она в это время держала в руке сотовый телефон, на руках у неё был ребёнок. Алалыкин сначала опешил, а затем сказал, чтобы она убирала от себя ребёнка. Она поняла, что Алалыкин будет её убивать, сначала ребёнка от себя не убирала, но после того как Алалыкин потребовал снова убрать ребёнка и сделал в её сторону шаг, поняла, что Алалыкин может убить и ребёнка, и положила дочь на кровать. После этого Алалыкин стал наносить ей удары ножом, стараясь попасть в жизненно важные органы, она находилась на кровати в полу сидячем положении, активно сопротивлялась защищалась руками и ногами, хватала руками нож. Алалыкин, нанеся ей несколько ударов ножом, отошёл от неё в зал, а затем вернулся и продолжил наносить удары ножом, она продолжала активно сопротивляться. После того как Алалыкин нанёс ей уже несколько ударов ножом она через дверной проём видела, как Лежаков спокойным шагом прошёл вдоль зала по направлению от коридора к окну, где вид на дорогу. Затем Алалыкин резко отошёл от неё, быстро выбежал в зал, крикнул «валим» и побежал на выход из дома. Она считает, что Алалыкин, увидев у неё в руках сотовый телефон, понимал, что она позвонила в милицию, и могут приехать сотрудники милиции и задержать его. Всего ей Алалыкин нанёс около 8 ударов ножом, в том числе, и в область грудной клетки.
Также М.О.В. пояснила суду, что считает, что изначально нож находился у Лежакова, так как мужской голос, которым была сказана фраза «убери нож» не принадлежал К. и Лежакову.
В возмещение затрат на лечение М.О.В. просила взыскать с обвиняемых Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. <данные изъяты>, в возмещение затрат на адвоката <данные изъяты> рублей, в возмещение морального вреда связанного с причинением ей ранений, повлекших потерю здоровья, получением тяжёлой психологической травмы <данные изъяты> рублей.
Подсудимый Алалыкин С.В. с иском М.О.В. о возмещении затрат на лечение и услуги адвоката был согласен полностью, о возмещении морального вреда был согласен частично, пояснив, что не имеет столько средств для возмещения морального вреда. Подсудимый Лежаков С.М. с иском М.О.В. был не согласен.
Свидетель А.В.Б. суду пояснил, что в <дата> по просьбе своего сына – подсудимого Алалыкина С.В., проживавшего в то время в <адрес> по своему паспорту в банке в <адрес> обменял <данные изъяты> долларов, которые были <данные изъяты> долларовыми купюрами, за которые в банке дали более <данные изъяты> рублей. При этом его сын приезжал вместе с подсудимым Лежаковым. Алалыкин говорил, что эти деньги получены в результате коммерческой деятельности, кому принадлежали деньги он (А.В.Б.) не понял.
Свидетель Ж.В.П. суду пояснила, что <дата> ушла из дома в 6 часов 45 минут. Дома оставался её супруг, мать – Р. и дочь А. со своим малолетним ребёнком. В 11 часов 20 минут, когда она находилась на работе, ей позвонили и сказали, что у неё дома произошло несчастье. Приехав домой, она увидела труп дочери, в шкафах были открыты дверки, узнала, что из квартиры похищены принадлежавшие её супругу деньги. Её мать – престарелая Р. связно не могла объяснить, что произошло, говорила, что зашли двое в бушлатах. В настоящее время Р. о произошедшем не помнит вообще. До произошедшего дочь ей рассказывала, что <дата> к ним домой приходил милиционер, говорил, что по соседству совершена кража. Затем дочь рассказывала, что приходили двое мужчин, которых она видела через дверной глазок и которым не открыла, при этом один из этих мужчин был тот же что приходил накануне, в милицейской форме.
Таким образом, показаниями потерпевших Ж.К.Н., Ж.Н.Н., свидетеля Ж.В.П. о том, что Ж.А.Н. рассказывала по поводу приходившего мужчины в милицейской форме, который интересовался тем, кто проживает в квартире, кто когда уходит и возвращается, опровергаются показания подсудимого Лежакова С.М. о том, что он приходил только два раза к квартире потерпевшего Ж.Н.Н., чтобы помочь Алалыкину вернуть кредит, причём в первый раз дверь не открыли, и подтверждаются показания Алалыкина С.В. о том, что они с Лежаковым тщательно готовились к совершению нападения на Ж., для чего Лежаков заранее дважды приходил к квартире Ж. и узнал кто и когда уходит из дома.
Свидетель Х.Е.И. суду пояснила, что в <дата> проживала по соседству с Ж.. Утром <дата> к ней пришла Р. – бабушка Ж.А.Н. и сказала, что А. порезали. Она в квартире Ж. увидела в зале в кресле мертвую Ж.А.Н., вызвала скорую помощь. Ей Р. сказала, что в их квартиру зашли два человека в милицейской форме, А. толкнула её в свою комнату к ребёнку. Также в квартире Ж. она увидела, что открыты дверцы серванта.
Свидетель А.Л.Н. суду пояснила, что проживала в одном подъезде с потерпевшими В., квартира которых на <данные изъяты> этаже. В тот день, когда убили В., она около 12 часов 30 минут выходила из подъезда своего дома. Когда она открыла дверь подъезда, то на улице у двери увидела двух мужчин, которые ожидали, чтобы открыли дверь. Так как она открыла дверь, эти мужчины зашли в подъезд. Одним из этих мужчин был подсудимый Лежаков, второй мужчина, когда она выходила из подъезда, отвернулся от неё.
Свидетель Т.А.Е. суду пояснила, что проживала со своими родственниками В.. <дата> около 13 часов она с бабушкой В. ушла в магазин, её дед В. оставался в квартире. Когда они около 13 часов 30 минут вернулись домой, то дверь в карман, где располагалась их квартира, была открыта, она прошла в квартиру и увидела лежавшего поперёк кровати В., на котором была кровь. Дверцы шкафов в квартире были открыты, ящики в мебели выдвинуты.
Свидетель Т.Г.Н. суду пояснила, что её дочь Т.А.Е. в <дата> проживала с её (Т.Г.Н.) тётей и дядей В., она сама с ними общалась мало. Она с <дата> знает подсудимую Белову. С Беловой они поддерживали отношения, в <дата> у них была одна компания, они регулярно встречались. В настоящее время у неё с Беловой также дружеские отношения.
Также Т.Г.Н. подтвердила, что данные ей в ходе предварительного следствия показания соответствуют действительности. Согласно этих показаний (т. 4 л.д. 234 – 235), она делилась со своей подругой Беловой Г. тем, что у неё проблемы в отношениях с В., с которыми жила её дочь. С её слов Белова примерно знала, где живут В., что они состоятельные люди, знала их имена и отчества. Со слов Беловой она знала, что у той есть друг по имени С., который хочет жениться на Беловой.
Свидетель М.Д.А. суду пояснил, что в <дата> подрабатывал частным извозом. Иногда он на своей машине возил подсудимого Алалыкина, в том числе осенью <дата> возил Алалыкина вместе с подсудимым Лежаковым. Во время одной из поездок они подъехали к какому-то дому в районе пересечения <адрес> и <адрес> (район дома В.), где они кого-то ждали, он по просьбе Алалыкина ходил к указанной Алалыкиным квартире на третьем этаже в доме послушать дома ли человек, которого они ждут. Когда он уходил, Алалыкин и Лежаков оставались в машине. Он вернулся и сообщил, что в квартире тихо, после этого Алалыкин и Лежаков ушли из машины. Куда уходил Алалыкин и Лежаков он не видел, так как по указанию Алалыкина переехал в другое место. Когда Алалыкин и Лежаков снова сели к нему в машину, то по дороге Алалыкин выбросил в окно носовой платок и очки. Через два дня после этого он по просьбе Алалыкина отвёз Алалыкина в <адрес>. В <адрес> Алалыкин сказал ему, что нужно продать золотые изделия и поспросил его сдать золотые изделия в ломбард. Он сдал переданные ему Алалыкиным золотые изделия (два кольца, цепочку с крестом, серёжку, заколку для галстука) в два ломбарда в <адрес>. За золотые изделия в ломбардах дали около <данные изъяты>, которые он передал Алалыкину.
Также свидетель М.Д.А. в ходе проверки показаний на месте (т. 3 л.д. 160-167) указал в <адрес> ломбарды, в которые по просьбе Алалыкина сдавал золотые изделия.
Таким образом, показаниями свидетелей А.Л.Н. и М.Д.А. опровергаются показания подсудимого Лежакова С.М. о том, что он только находился в автомашине недалеко от дома В., когда Алалыкин куда-то уходил и подтверждаются показания подсудимого Алалыкина С.В. о том, что для нападения на В. он с Лежаковым пришли в квартиру В..
Свидетель А.Р.А. суду пояснил, что его друг Алалыкин С.В. сожительствовал с К. являвшейся подругой К.Н., знал, где проживают родители К.. <дата> Алалыкин приехал к нему, одежда Алалыкина была в крови. Он дал Алалыкину одежду, в которую Алалыкин переоделся. Часть одежды Алалыкина оставалась у него дома, а часть одежды Алалыкина выбросил. Алалыкин сказал ему, что был дома у К., где с целью хищения совершено убийство матери и отца К. и он убивал девушку. Алалыкин рассказывал ему, что был с Лежаковым, он (Алалыкин) ударил ножом мужчину, а Лежаков расправлялся с женщиной. В комнате он увидел девушку с ребёнком. До этого Алалыкин рассказывал ему о совершённых убийствах на <адрес> и <адрес>. Его (А.) дважды допрашивали во время предварительного следствия. Во время первого допроса он рассказал не всё, так как боялся ответственности, после этого ему позвонил Алалыкин и попросил рассказать, всё как было, и он дал соответствующие действительности показания.
Допрошенный в ходе предварительного следствия <дата> (т. 3 л.д. 49-50) А.Р.А. давал показания о том, что в начале весны <дата> Алалыкин обратился к нему с просьбой поменять доллары США, но он отказался. Алалыкин говорил, что ему самому менять доллары нельзя, что они с Лежаковым на <адрес> убили девушку. Алалыкин сказал, что девушку убил Лежаков. Через некоторое время Алалыкин рассказал ему, что они с Лежаковым на <адрес> убили мужчину. Мужчина в квартире был один, убивали совместно он и Лежаков. <дата> Алалыкин пришёл к нему весь в крови и, рассказывая об убийстве К., говорил ему, что боролся с мужчиной и убил его, также он говорил, что убивал девушку, но ребёнка не трогал.
В судебном заседании А.Р.А. также пояснил, что Алалыкин говорил ему, что информация по <адрес> и <адрес> была у Лежакова, информация Лежакову поступила от какой-то девушки с <адрес>, которая сообщила о наличии денег.
Таким образом, свидетель А.Р.А. подтвердил показания подсудимого Алалыкин С.В. о том, что тот с Лежаковым совершили нападение на Ж., В., К., при этом именно Лежаков совершил убийство К..
Свидетель К.Н.А. суду пояснила, что была знакома с подсудимым Алалыкиным, который сожительствовал с её подругой К.. В <дата> Алалыкин с К. были у неё дома в гостях по адресу <адрес> где она проживала с родителями. Никаких долговых обязательств она и её родители перед Алалыкиным не имели. Она вместе с родителями работала в коммерческой фирме, её родители принимали наличные деньги за товар, что были известно К. и, возможно, было известно Алалыкину. <дата> ей позвонила подруга и сказала, что убивают её родителей. Когда она приехала домой, там уже было много людей.
Свидетель К.Н.А. суду пояснила, что сожительствовала с подсудимым Алалыкиным, являлась подругой К.Н.А., которая проживала со своими родителями. Вместе с Алалыкиным они были в гостях дома у К. в <дата>. Вечером <дата> Алалыкин говорил, что ему нужно скрыться.
Кроме того, К.Н.А. подтвердила в суде данные ею в ходе предварительного следствия (т. 3 л.д. 110 – 120) показания о том, что Алалыкин присутствовал когда К.Н.А. рассказывала о коммерческой деятельности своих родителей, осенью <дата> она говорила Алалыкину о том, что в доме К. сделан хороший ремонт.
Свидетель Б.Е.С. суду пояснила, что сожительствовала с подсудимым Лежаковым, в пользовании у Лежакова была легковая автомашина марки «<данные изъяты>». Лежаков иногда употреблял наркотики. <дата> Лежаков пришёл домой расстроенный. Одежда на Лежакове была замарана, как в крови. На её вопрос Лежаков сказал, что подрался. Лежаков переоделся, и куда-то ушел с одеждой, в которой был до этого. Больше она этой одежды не видела. Е. пасынок Лежакова, Е. и Лежаков находятся в дружеских отношениях.
Свидетель К.К.С. суду пояснила, что договорилась со своей подругой М.О.В., что на машине <дата> заберёт её с ребенком в 19 часов 30 минут из дома родителей супруга по адресу <адрес>. Но по дороге она попала в пробку, потом не сразу нашла дом и поэтому опоздала. Когда она искала нужный дом, позвонила М.О.В. и та ей сказала, что она вся в крови. Подъехав к дому, который она искала, она увидела открытую калитку и на улице удаляющийся силуэт мужчины. Она в дом проходить не стала, ждала в машине. Через 15-20 минут приехала милиция. Ей М.О.В. рассказала, что в дом зашли два человека разговаривали с К., затем в комнату, где находилась она, зашёл мужчина с ножом. На М.О.В. была кровь.
Свидетель Б.О.В. суду пояснил, что ранее состоял в браке с подсудимой Беловой. С подсудимым Лежаковым он ранее вместе учился и познакомил Белову с Лежаковым, когда Белова стала работать в страховой компании. На <адрес> ни Белова, ни их знакомые не проживали. У Беловой были короткие волосы.
Свидетель Н.Ж.И. суду пояснила, что познакомилась с Беловой в <дата>. У Беловой были короткие волосы, до плеч она волос у Беловой не видела.
Свидетель Л.Т.А. суду пояснила, что с <дата> работала вместе с Беловой в страховой компании «<данные изъяты>». У Беловой была короткая стрижка «каре», волос до плеч не было. Лежаков С. был у Беловой клиентом из круга знакомых. Лежаков звонил Беловой, предлагал подвезти. Их офис располагался на <адрес>.
Допрошенный в ходе предварительного следствия (т. 4 л.д. 142-145) свидетель А.В.Ю. пояснил, что в <дата>, работая дворником, раскидывал снег у <адрес> и в снегу нашёл сотовый телефон «<данные изъяты>» вмерзший в кусок льда. До этого, в <дата> он видел, что в двух метрах от места, где он обнаружил телефон, раскидывали снег какие-то люди, а рядом стояла автомашина с надписью «прокуратура».
Допрошенная в ходе предварительного следствия (т. 4 л.д. 72-75) свидетель Р.А.А. <дата> года рождения пояснила, что проживает в квартире по адресу <адрес>. У неё плохая память. В <дата>, когда убили её внучку А., утром из квартиры ушли её дочь и зять. После этого в квартиру постучали и она открыла дверь. В квартиру зашли два незнакомых мужчины в милицейской форме. Их внешность она не запомнила. Говорили ли что-то мужчины она не помнит. А. ей сказала убрать ребёнка к себе в комнату. Мужчины с А. зашли в зал. Она видела как кто-то из них толкнул А. руками в кресло. Она зашла в свою комнату, дверь в её комнату была закрыта. Она слышала как мужчины требовали от А. деньги. Затем она услышала шаги в коридоре, как открылась входная дверь. Она поняла, что мужчины ушли. Она зашла в зал, увидела, что в зале в кресле сидела А., на груди у А. кровь. В шкафу были открыты ящики. После этого она пошла к соседке и сказала, что у А. идёт кровь.
Допрошенная в ходе предварительного следствия (т.3 л.д. 189-192) свидетель Р.М.В. пояснила, что в <адрес> работает в ломбарде. Согласно содержащихся в их компьютере данных о клиентах ломбарда М.Д.А. в <дата> сдал в ломбард цепь с крестом, кольцо и две печатки, за что получил <данные изъяты>. Данные предметы М.Д.А. своевременно не выкупил и они были реализованы.
Допрошенная в ходе предварительного следствия (т. 3 л.д. 179-182) свидетель П.Т.Ф. пояснила, что проживает в <адрес> по соседству с К.. <дата> около 21 часа её дочь в ограде обнаружила кроссовок, который был весь в крови. В это же время она от пришедшего участкового узнала об убийстве К..
Согласно протоколу выемки с участием П.Т.Ф. (т. 7 л.д. 180-184) был изъят кроссовок на поверхности которого имеются пятна бурого цвета похожие на кровь.
Допрошенный в ходе предварительного следствия (т. 4 л.д. 251-253) свидетель Г.С.В. пояснил, что в качестве оперуполномоченного, располагая информацией по эпизоду убийства В., о том, что часть похищенного Алалыкин и Лежаков выбросили в снег у <адрес>, поскольку при осмотре этого места с целью отыскания телефона и банковской карты это имущество найдено не было, он получил указание следователя по мере таяния снега во дворе приходить во двор и осматривать оттаявшие участки. <дата> он, придя в очередной раз во двор <адрес>, обнаружил банковскую карту «<данные изъяты>» принадлежащую В..
Согласно протоколу выемки (т. 6 л.д. 243-245) у Г.С.В. была изъята пластиковая карта «<данные изъяты>» на имя В.А.М..
Свидетель Л.А.С. суду пояснила, что работала в одной страховой компании с подсудимой Беловой. Дом по адресу <адрес> принадлежит ей, она прописана по этому адресу, до лета <дата> проживала в этом доме, затем там проживали её родственники. Со слов её снохи проживавшей в этом доме в <дата> утром приходили двое мужчин и спрашивали её (Л.) по фамилии, имени, отчеству. Сноха сказала этим мужчинам, что она (Л.) в этом доме уже не проживает. По описанию снохи внешние признаки приходивших тогда мужчин совпадают с данными подсудимых. Детали указанные Алалыкиным по поводу посещения её дома соответствуют действительности. Подсудимая Белова знала её паспортные данные, в том числе прописку, так как в <дата> помогала составлять договор на её (Л.) имя, при этом в общении она (Л.) говорила Беловой, что у неё много денег. Кроме того, в их компании знали, что она успешный работник, имеет самую большую зарплату, так как она сдавала полученные от клиентов деньги один раз в три дня, то приносила домой крупные суммы денег.
Свидетель С.А.А. суду пояснила, что в <дата> проживала с братом Л.А.С. в доме Л.А.С. по адресу <адрес>. В <дата> рано утром, когда позвонили в дверь и она открыла, то увидела двух мужчин, которых в судебном заседании узнаёт как подсудимых Алалыкина и Лежакова, которые спросили по фамилии, имени, отчеству Л.А.С. как владелицу дома. Она сказала Алалыкину и Лежакову, что Л.А.С. в этом доме в настоящее время не проживает и те ушли.
Подсудимый Алалыкин С.В. подтвердил суду, что в <дата> года именно свидетель С. открыла им дверь, когда они с целью совершения хищения спрашивали Л..
Таким образом, показаниями свидетелей Л.А.С. и С.А.А. опровергаются показания Лежакова С.М. о том, что он не находился в организованной преступной группе с Алалыкиным, которая занималась нападениями на жилища граждан с целью хищения чужого имущества с использованием имевшейся информации о потерпевших и подтверждаются показания подсудимого Алалыкина С.В. о том, что непосредственно перед нападением на К. он и Лежаков для нападения в целях хищения имущества приезжали к дому Л., об адресе и хорошем материальном положении которой Лежаков узнал от Беловой, и не совершили в отношении нее преступление, так как Л. больше не проживала в этом доме, после чего и совершили преступление в отношении К., также используя имевшуюся информацию о потерпевших.
Свидетель Ш.Т.А. суду пояснила, что проживает в <адрес>. В <дата> около 18 – 19 часов к ней домой постучали два мужчины, спрашивали Н.. Она сказала, что Н. здесь не проживает и мужчины ушли.
Вина подсудимых в совершении преступлений подтверждается также письменными материалами дела.
Согласно протоколу осмотра места происшествия (т. 8 л.д. 97-112) местом осмотра является квартира №, расположенная в <адрес>. Квартира расположена на № этаже №-этажного жилого дома. Вход в квартиру осуществляется через металлическую дверь. На входной двери, на расстоянии 89-90 см. от пола имеется пятно бурого цвета, похожего на кровь. После двери в квартиру располагается коридор, на полу которого стоит телевизор, на нем лежат рекламные буклеты, на одном из которых имеются следы крови. В комнате № 1 и 2 порядок не нарушен. В комнате № 3, вход в которую осуществляется через дверь, расположенную напротив входной двери имеются диван, мебельная стенка, столик. Справа от входа в комнату имеется 2 кресла, в ближнем к двери кресле, в положении полусидя, находится труп женщины. Труп женщины находится в кресле, туловище отклонено вправо, прижато к спинке и правому подлокотнику, ноги полусогнуты в коленных суставах, стопы касаются пола. Руки чуть согнуты в локтевых суставах, левая кисть расположена на уровне передней брюшной стенки. На правой руке трупа лежит цветное покрывало, в клетку. На трупе одет халат, цветной, с замком молния, замок расстегнут до уровня брюшной стенки, пояс на халате девушки завязан на один узел. На передней поверхности грудной клетки, справа, чуть выше молочной железы, косо-горизонтальная, зияющая щелевидная рана, размером 6х2 см., в области левой молочной железы косо-горизонтальная, зияющая щелевидная рана, размером 8х1,5 см., на передней поверхности левого предплечья в нижней трети, косо-горизонтальная, щелевидная рана размером 2,2 см. На наружней поверхности левого плеча, в средней трети щелевидная рана длиной 2,5 см. На левой и правой полах халата в проекции ран сквозные щелевидные повреждения.
При выходе из квартиры осмотрен подъезд. На двери в подъезд, открывающейся из подъезда в тамбур обнаружен след бурого цвета, на расстоянии 8 см. от ручки двери на внутренней поверхности. С места происшествия изъяты смывы крови.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа (т.5 л.д. 218-220) смерть Ж.А.Н. наступила от проникающих колото-резаных ранений груди слева и справа №№ 1,2 с повреждением левого и правого легких, сердечной сорочки, сердца, грудного отдела аорты, пищевода, 3-го ребра справа, 3-5 ребер слева, осложнившихся развитием острой кровопотерей (малокровие внутренних органов, 2500 мл крови в левой и правой плевральных полостях).
Смерть наступила в срок около 1-4 часов до момента осмотра трупа на месте происшествия <дата> в 12.15.
На трупе обнаружены следующие телесные повреждения, причиненные прижизненно, незадолго до наступления смерти, в короткий промежуток времени:
-проникающее колото-резаное ранение груди справа № 1 с повреждением хрящевой части 3-го ребра справа, верхней доли правого легкого, мягких тканей задней поверхности грудной клетки справа. Ранение образовалось от однократного воздействия клинка колюще-режущего предмета. Направление раневого канала спереди назад, несколько снизу вверх и слева направо, длина раневого канала 16см. В момент получения ранения пострадавшая могла находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа). После получения ранения она могла совершать целенаправленные действия короткий промежуток времени. Проникающее ранение груди справа расценивается как повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и (в совокупности с проникающим ранением № 2) стоит в причинной связи со смертью;
-проникающее колото-резаное ранение груди слева № 2. Ранение имеет два раневых канала, обозначенные как верхнее и нижнее:
-проникающее колото-резаное ранение груди слева (верхнее повреждение раны № 2) с повреждением хрящевых частей 3 и 4 ребер слева, верхней и нижней долей левого легкого, мягких тканей задней поверхности грудной клетки слева, направление раневого канала спереди назад, несколько справа налево и сверху вниз, длина раневого канала 16см;
-проникающее колото-резаное ранение груди слева (нижнее повреждение раны № 2) с повреждением 3-го ребра слева, сердечной сорочки, сквозным повреждением сердца (левого и правого желудочков сердца, межжелудочковой перегородки), нижней трети пищевода, грудного отдела аорты, межпозвоночного диска между 11 и 12 грудными позвонками. Направление раневого канала спереди назад, слева направо, сверху вниз, длина его 14см. Ранение груди № 2 образовалось от двух воздействий клинка колюще-режущего предмета (предметов). В момент получения ранения № 2 пострадавшая могла находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа). После получения ранения она могла совершать целенаправленные действия короткий промежуток времени. Каждое из проникающих ранений груди слева № 2 расценивается как повреждение, повлекшее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и (в совокупности с проникающим ранением № 1) стоят в причинной связи со смертью;
-колото-резаная рана левого плеча № 3. Она образовалась от однократного воздействия клинка колюще-режущего предмета. Направление раневого канала (при опущенной вниз левой руке) слева направо, сверху вниз, несколько спереди назад, длина его 5 см. В момент получения ранения пострадавшая могла находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа). Причинение раны не повлияло существенно на возможность пострадавшей совершать целенаправленные действия. В причинной связи со смертью рана не стоит. При жизни, при благоприятном исходе, такая рана расценивается как повреждение, повлекшее легкий вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья;
-резаная рана № 4 левого предплечья. Она образовалась от однократного воздействия твердого предмета, имеющего острую режущую кромку. В момент получения ранения пострадавшая могла находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа). Причинение раны не повлияло существенно на возможность пострадавшей совершать целенаправленные действия. В причинной связи со смертью рана не стоит. При жизни, при благоприятном исходе, такая рана расценивается как повреждение, повлекшее легкий вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья.
Согласно заключению судебно-биологической экспертизы (т.5 л.д. 230-233) что кровь трупа Ж.А.Н. группы А?. В пятнах на покрывале (объекты 2-6), представленном на исследование, обнаружена кровь человека группы А?; в смыве с внутренней поверхности двери в квартиру (объект № 7) и в смыве с двери в подъезд (объект № 8) где так же установлена кровь человека, при определении групповой принадлежности антиген В не найден, выявлен антиген А, что также не исключает возможности принадлежности крови в смывах к группе А?. Следовательно, происхождение крови в пятнах на покрывале и в смывах с двери в квартиру и с двери в подъезд oт потерпевшей Ж.А.Н. не исключается.
Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы (т.5 л.д. 240-243) раны №№ 1,2,3 на кожных лоскутах передней поверхности груди справа и слева, левого плеча, повреждения 3-го правого ребра и два повреждения фрагмента грудной стенки слева от трупа Ж.А.Н., <дата> г.р., повреждение №5 на передней поверхности левого рукава халата Ж.А.Н. являются колото-резаными и могли быть причинены одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух, возможно, с более выраженным левым ребром. Наибольшая ширина погрузившейся части клинка могла составлять около 3,9-4,0 см.
В повреждениях №№1-4 на обеих полах халата выявлены лишь общие видовые морфологические признаки действий предмета (предметов), имеющего лезвие. Учитывая локализацию ран на теле, повреждений на халате следует полагать, что они могли образоваться одномоментно. Несоответствие количества повреждений на левой половине передней поверхности груди (одна рана) и повреждений на поле халата (три) может быть обусловлено как наличием двух раневых каналов, идущих от раны №2, так и нахождением ткани халата в складках.
Согласно заключению судебно-биологической экспертизы (т. 5 л.д. 258-261) в подногтевом содержимом левой руки потерпевшей Ж.А.Н. найдены следы крови человека, при определении которой антигены не выявлены, что не позволило высказаться о групповой принадлежности этой крови и происхождении её от какого-либо конкретного лица.
Согласно заключению дактилоскопической экспертизы (т. 5 л.д. 268-272) след участка ладони руки, обнаруженный на задней ножке левой боковой спинки от дивана оставлен не Ж.Н.Н., а другим лицом.
Согласно заключению дактилоскопической экспертизы (т. 5 л.д. 278-282) след пальца руки, обнаруженный на полиэтиленовом пакете, изъятом при осмотре места происшествия оставлен большим пальцем правой руки Ж.Н.Н.
Согласно протоколу осмотра (т. 6 л.д. 147-148) был осмотрен бумажный пакет изъятый при осмотре места происшествия по факту убийства Ж.А.Н. На бумаге множественные следы вещества бурого цвета похожего на кровь и рукописная цифровая запись «<данные изъяты>». Согласно заключению почерковедческой экспертизы (т. 6 л.д. 156-158) рукописные цифровые записи обнаруженные на бумажном пакете выполнены вероятно не Алалыкиным С.В., Беловой Г.Ю., Лежаковым С.М., а другим лицом.
Согласно заключению судебно-биологической экспертизы (т. 6 л.д. 168-171) кровь из трупа Ж.А.Н. группы А?, MN. Кровь обвиняемого Алалыкина С.В. группы А?, MN. Кровь обвиняемого Лежакова С.М. группы Ва. В смыве с внутренней поверхности двери в квартиру № обнаружена кровь человека группы А?, MN. Дальнейшее дифференцирование крови в пятнах на поверхности смыва по системе Hp и определение половой принадлежности крови не проводили ввиду незначительного количества материала(крови).
Таким образом, в пределах систем АВО и MNSs, не исключается возможность происхождения крови в смыве с внутренней поверхности двери в квартиру № от потерпевшей Ж.А.Н. и обвиняемого Алалыкина С.В. ( как от каждого в отдельности, так и от обоих вместе). От обвиняемого Лежакова С.М. кровь в данном смыве произойти не могла.
В смыве с двери в подъезд обнаружена кровь человека, при исследовании которой на групповую принадлежность антиген В не обнаружен; выявлен антиген А, что не исключает возможность происхождения крови от лица(лиц) группы А?, каковыми являются потерпевшая Ж.А.Н. и обвиняемый Алалыкин С.В. Дальнейшее дифференцирования крови не проводили ввиду незначительного количества материала( крови). От обвиняемого Лежакова С.М. кровь в смыве с двери в подъезд произойти не могла.
Сведениями о разговорах по телефону установленному в квартире Ж.А.Н. (т. 8 л.д. 191-201) подтверждаются пояснения потерпевшего Ж.Н.Н. о том, что Белова звонила ему.
Согласно карты вызова (т.8 л.д. 178) зафиксирован вызов в квартиру Ж. <дата> в 9-53.
Согласно справке <данные изъяты> отделения Сберегательного банка РФ (т. 9 л.д. 83) А.В.Б. <дата> продал <данные изъяты> долларов США на сумму <данные изъяты> рублей.
Согласно протоколу осмотра места происшествия (т.8 л.д. 1-15) <адрес>. Квартира расположена на № этаже №- этажного жилого дома. Перед квартирой имеется карман, с металлической дверью. После входной двери в квартиру находится коридор, из которого через дверные проемы осуществляется проход в другие комнаты квартиры. Запорное устройство на входной двери исправно. Справа от входной двери расположен вход в зал. В зале общий порядок не нарушен, только открыты две секции в мебельной стенке. На ковре в зале, обнаружена СИМ-карта. Справа от входной двери в зал располагается вход в комнату № 1, порядок в комнате не нарушен. Прямо из коридора, напротив входа в квартиру расположен вход в коридор № 2. С коридора № 2 справа располагается дверной проем в кухню. В кухне порядок не нарушен. Из этого же коридора осуществляется вход в туалет и ванну. Влево по коридору располагается вход в комнаты 2 и 3. В комнате 2 порядок не нарушен. Вход в комнату № 3 осуществляется из коридора № 2 вправо, в противоположной стороне от кухни. Внешний порядок в комнате нарушен. Ящики стола выдвинуты, вещи разбросаны по комнате. Под окном в стене установлен сейф, в дверце сейфа имеются ключи, сейф пустой. На кровати, имеющейся в комнате, поперек кровати лежит труп В.А.М.
Согласно протоколу осмотра трупа (т. 8 л.д. 16-20), труп В.А.М. лежит на спине, на двухспальной кровати, поперек. Ноги свисают через край кровати. Правая стопа касается пола, голова прямо, руки выпрямлены. Левая рука слегка отведена в сторону. На майке, слева по передней поверхности, в верхней части, захватывая левую бретель и с переходом на левую боковую поверхность майки, ткань пропитана кровью. На майке, по передней поверхности слева. В верхней части имеются 3 сквозных повреждения. С признаками колото-резаных, по 3,2х1,5 см. на левой руке трупа часы из желтого металла. На передней поверхности тела, на груди слева в проекции 3-6 ребер, на участке 9х7см. имеются 3 раны с признаками колото-резаных от 3,5 х1.5 см. до 4,3х1,5 см. На груди трупа находится бесствольный пистолет <данные изъяты>
Согласно карты вызова (т.8 л.д. 248) зафиксирован вызов в квартиру В. <дата> в 13-58.
Согласно протоколу выемки (т. 8 л.д. 84-85) в КОБ СМЭ изъята одежда В.А.М.
Согласно протоколу осмотра (т. 8 л.д. 86-92) <дата> осматривался сугроб у <адрес>, ничего обнаружено не было. ( Согласно показаниям Г.С.В. <дата> он, выполняя указание следователя придя в очередной раз во двор <адрес>, обнаружил банковскую карту «<данные изъяты>» принадлежащую В..)
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа В.А.М. (т. 6 л.д. 102-104) причиной смерти В.А.М.. явились проникающие колото-резаные ранения: груди слева с повреждением верхней доли левого легкого, сердечной сорочки (рана №1), груди слева с повреждением нижней доли левого легкого, сердца ( рана №2), торакоабдоминальное с повреждением сердца, купола диафрагмы, печени, печеночно-желудочной связки, клетчатки малого сальника (рана №3), осложнившиеся обильной кровопотерей.
Давность наступления смерти, согласно стадии развития трупных явлений, зафиксированных врачом-судмедэкспертом в регистрационной карте трупных явлений на месте обнаружения трупа, около 1-2-х часов до момента осмотра, проведенного <дата> в 15 часов 30 минут.
Из повреждений при исследовании трупа обнаружены:
- Проникающие колото-резаные ранения: груди слева с повреждением верхней доли левого легкого, сердечной сорочки ( рана №1), груди слева с повреждением нижней доли левого легкого, сердца (рана №2), торакоабдоминальное с повреждением сердца, купола диафрагмы, печени, печеночно-желудочной связки, клетчатки малого сальника ( рана №3), которые находятся в причинной связи с наступлением смерти, в совокупности привели к развитию угрожающего для жизни состояния -обильной кровопотери и квалифицируются в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Перечисленные ранения образовались незадолго до наступления смерти - минуты- десятки минут от 3-х воздействий плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющего лезвие и обух, по передней поверхности груди слева. Раневой канал раны №1 направлен сверху вниз, слева направо, спереди назад, длина его около 11см. Раневой канал раны №2 направлен слева направо, спереди назад, сверху вниз, длина его около 12см. Раневой канал раны №3 направлен спереди назад, сверху вниз и прямо, длина его около 15см. Направления раневых каналов соответствуют направлению нанесений повреждений (ранений). Перечисленные ранения образовались в короткий промежуток времени между собой, исчисляемый минутами, ввиду чего установить последовательность их причинения не представляется возможным.
Совершение потерпевшим активных действий после причинения повреждений не исключается в течение минут-десятков минут. Однако, высказаться однозначно, совершал ли потерпевший активные действия после причинения ему повреждений, не представляется возможным.
Возможное взаиморасположение потерпевшего и нападавшего в момент причинения повреждений могло быть любым (стоя, сидя, лежа), когда передняя поверхность груди слева потерпевшего была доступна для нанесения повреждений нападавшим. Установить, менялось ли их взаимоположение и если, да, то как, не представляется возможным.
При исследовании одежды В.А.М.. было отмечено обильное пропитывание кровью ткани майки спереди и сзади, что говорит о том, что причинение колото-резаных ранений груди сопровождалось обильным наружным кровотечением без фонтанирования.
Признаков, характерных для самоповреждений, т.е. повреждений, причиненных собственной рукой, не обнаружено.
Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы (т. 6 л.д. 121-125) раны №№ 1-3 на кожном лоскуте груди от трупа В.А.М. и соответствующие им по характеру, локализации и взаиморасположению повреждения №№ 1-3 на его майке обладают морфологическими признаками колото-резаных и образовались от действия плоского клинка (клинков) колюще-режущего предмета, имеющего лезвие и обух. Более конкретно высказаться о конструктивных особенностях предполагаемого травмирующего предмета, а также решить вопрос о возможности причинения ран одним клинком, не представляется возможным, как ввиду выраженных гнилостных изменений кожного лоскута, повлекших утрату первоначальных морфологических признаков, так и ввиду слабых следовоспринимающих способностей ткани майки. Максимальная ширина погрузившейся части клинка составила около 3,7см.
На представленных на экспертизу майке и брюках потерпевшего В.А.М. обнаружены следующие следы «крови»:
брызги: 1) на майке: в верхней трети передней поверхности, образовавшиеся в результате падения «крови» с ускорением под прямыми и острыми углами к поверхностям майки, возможно как при размахивании «окровавленным» предметом (предметами), так и при ударе по «окровавленной» поверхности (поверхностям);
помарки: 1) на майке: в верхней, средней и нижней третях передней поверхности, в верхней, средней и нижней третях спинки справа; 2) на брюках: в верхней трети задней половинки (в том числе на наружной поверхности ремня), образовавшиеся при непосредственном контакте поверхностей одежды с «окровавленным» предметом (предметами);
участки пропитывания: 1) на майке: в верхней трети передней поверхности слева; в верхней, средней и нижней третях спинки слева, образовавшиеся при непосредственном контакте майки с «кровью»;
пятна: 1) на майке: в верхней трети передней поверхности справа; в средней и нижней третях передней поверхности слева; в средней трети спинки справа, определить механизм образования которых не представляется возможным в связи с нечеткостью контуров данных следов.
Согласно заключению трасологической экспертизы (т. 6 л.д. 132-133) следов воздействия посторонним предметом на замок изъятый при осмотре места происшествия (квартиры, где был обнаружен труп В.А.М.) не обнаружено.
Согласно протоколу выемки (т. 6 л.д. 248-252) <дата> в <адрес> в помещении ООО «<данные изъяты>» был изъят залоговый билет от <дата> на имя М.Д.А., что подтверждает показания подсудимого Алалыкина С.В. о способе реализации похищенных у В. золотых изделий при помощи М..
Согласно протоколу осмотра (т. 6 л.д. 253-265) были осмотрены, в том числе, карта банка «<данные изъяты>» на имя А.В., мобильный телефон «<данные изъяты>», залоговый билет ООО «<данные изъяты>» на имя М.Д.А., согласно которому были сданы в ломбард золотые изделия: цепь с крестом, кольцо, два мужских кольца-печатки.
Согласно протоколу осмотра места происшествия (т. 7 л.д. 1-20) двери дома по адресу <адрес> повреждений не имеют. В ходе осмотра в доме были обнаружены трупы К.А.И., в коридоре, и К.Л.П., с признаками насильственной смерти, пятна вещества бурого цвета похожего на кровь, перевёрнутые стулья. На полу в доме около лестницы, рядом с лужами крови, обнаружен нож с деревянной ручкой, на столе на кухне обнаружен кожаный чехол от ножа. В спальне на полу лужа крови, на кровати обнаружено большое пятно бурого цвета. На крыльце дома обнаружен мужской ботинок.
Допрошенный в судебном заседании проводивший этот осмотр следователь Л.М.В. пояснил, что на самом деле в доме К. был обнаружен и изъят нож с синей пластмассовой ручкой, в описании ножа он допустил ошибку. Потерпевшая М.О.В. подтвердила, что приобщенный в качестве вещественного доказательства нож с синей пластмассовой ручкой принадлежал К. и она его видела на полу когда вышла из комнаты, где до этого ей наносил ножевые ранения Алалыкин.
Согласно протоколу осмотра трупа (т. 7 л.д. 24-28) труп К.А.И. располагается в коридоре, на полу, у входной двери, на животе, лицом вниз. Ноги вытянуты, касаются порога, правая рука согнута в локте, левая вытянута вдоль туловища. На майке К., по задней поверхности, по три щелевидных сквозных повреждения, длиной от 1,5 до 3 см и одно повреждение ближе к левому рукаву, ткань вокруг повреждений обильно пропитано кровью. Спереди, слева на майке по два сквозных повреждения ткани, подобных вышеописанных. На голове имеются следующие повреждения: в затылочной области горизонтальная линейная ссадина. Имеются раны в правой скуловой области, в левой подчелюстной области, на груди- 2, на животе слева, на левом предплечье- 4. Все раны с ровными кровоподтечными краями, длина ран от 1 до 3 см.
Согасно протоколу осмотра трупа (т. 7 л.д. 29-33) труп К.Л.П. располагается на полу коридора, перед входом в санузел, в коленно-локтевом положении. Руки согнуты в локтях, ноги в коленях. На спине слева имеется сквозное, щелевидное повреждение, длинной около 3 см, с ровными краями. Аналогичные повреждения имеются на передней поверхности груди- 4, на животе слева, на задней поверхности правого предплечья, на наружней и внутренней поверхностях левого плеча- по одной, в области возвышения первого пальца левой кисти- 2.
Согласно протоколам выемки (т. 7 л.д. 171-173, 175-177) в помещении КОБ СМЭ были изъяты образцы крови, одежда и подногтевое содержимое К.А.И. и К.Л.П.
Согласно протоколу выемки (т. 7 л.д. 186-188) <дата> у П.А.В. был изъят нож с рукояткой коричневого цвета, переданный ему Н.А.А. На лезвии и рукоятке ножа имеются следы вещества бурого цвета похожего на кровь.
Подсудимые Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. подтвердили суду, что этот приобщённый в качестве вещественного доказательства нож с рукояткой коричневого цвета принадлежал Лежакову С.М. и затем в качестве орудия преступления использовался в доме К..
Согласно протоколу осмотра автомашины «<данные изъяты>» гос. номер № (т. 7 л.д. 189-196) в бардачке обнаружены две пачки патронов.
Подсудимый Алалыкин С.В. пояснил, что эти патроны были похищены из квартиры В. и забрал их оттуда именно Лежаков.
Согласно протоколу выемки (т. 7 л.д. 198-200) у Лежакова С.М. <дата> были изъяты джинсы и сертификат соответствия на нож.
Согласно протоколу обыска (т. 7 л.д. 203-207) в доме Лежакова С.М. <адрес> обнаружены и изъяты две кофты, пуховик, штаны, на которых обнаружены пятна бурого цвета похожие на кровь.
Согласно протоколу обыска (т. 7 л.д. 216-219) у К.Е.Г. была изъята футболка Алалыкина, на которой обнаружено слабовыраженное пятно бурого цвета.
Согласно протоколу обыска (т. 7 л.д. 227-231) в квартире у А.Н.В. изъяты джинсы и футболка, со слов А. не принадлежащие её супругу.
Согласно протоколу выемки (т. 7 л.д. 235-237) в ИВС <адрес> <дата> была изъята футболка Алалыкина С.В.
Согласно протоколу выемки (т. 7 л.д. 264-266) у А.Р.А. был изъят травматический пистолет «<данные изъяты>», принадлежащий А.Р.А.
Подсудимый Алалыкин С.В. подтвердил суду, что именно этим пистолетом он угрожал потерпевшей Ж..
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа К.А.И. (т. 5 л.д. 11-14) причиной смерти К.А.И. явилось колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи с повреждением общей сонной артерии, проникающее в просвет глотки (рана №1), осложнившееся острой кровопотерей. Давность наступления смерти около 2-6 часов до момента осмотра, проведенного <дата> в 23 часа 30 минут.
При исследовании трупа из повреждений обнаружены:
-Колото-резаное ранение левой боковой поверхности шеи с повреждением общей сонной артерии, проникающее в просвет глотки (рана №1), которое находится в причинной связи с наступлением смерти и квалифицируется как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
- Проникающие колото-резаные ранения: передней поверхности груди слева с повреждением левого легкого ( рана №3): левой передне-боковой поверхности груди без повреждения внутренних органов (рана №4); левой боковой поверхности живота с повреждением тонкой кишки и ее брыжейки, корня брыжейки тонкой кишки (рана №5); задней поверхности груди слева с повреждением левого легкого (раны №№12.13); задней поверхности груди справа с повреждением правого легкого (рана № 15). Колото-резаные ранения: левого плеча с повреждением мягких тканей, плечевой артерии, вены, сухожилия двуглавой мышцы плеча (рана №6); левого плеча и предплечья с повреждением мягких тканей (раны №№7,8); задней поверхности груди справа с повреждением мягких тканей и капсулы правого плечевого сустава (рана №14); левого плеча (рана №16), левой кисти (рана №17) с повреждением мягких тканей. Полосовидная ссадина правой боковой поверхности живота; резаные раны левого предплечья с повреждением мягких тканей ( раны №№9,10); резаная рана затылочной области слева с повреждением мягких тканей (рана №11); ушибленная рана №2 лобной области слева, кровоподтеки в центре лобной области, в области наружного угла левого глаза на верхнем веке, на нижнем веке правого глаза, кровоизлияния слизистой верхней и нижней губ слева, в проекции 2-4 зубов, в кожно-мышечном лоскуте левой височной области. Пе-речисленные повреждения в причинной связи с наступлением смерти не находятся. Проникающие колото-резаные ранения груда, живота (раны №№3-5,12,13,15) и колото-резаное ранение левого плеча с повреждением плечевой артерии и вены (рана №6) как в отдельности, так и в совокупно-сти квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Колото- резаные ранения левого плеча и предплечья с повреждением мягких тканей (раны №№7,8); задней поверхности груди справа с повреждением мягких тканей и капсулы правого плечевого сустава (рана 14) квалифицировать не представляется возможным, т.к. не ясен исход неопасных для жизни повреждений.
Колото-резаные ранения левого плеча (рана №16), левой кисти (рана №17) с повреждением мягких тканей, резаные раны левого предплечья с повреждением мягких тканей ( раны №№9,10) резаная рана затылочной области слева с повреждением мягких тканей (рана 11), ушибленная рана №2 лобной области слева, квалифицируются как в отдельности, так и в совокупности как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства (временна нетрудоспособность продолжительностью не более 21 дня).
Полосовидная ссадина правой боковой поверхности живота, кровоподтеки в центре лобной области, в области наружного угла левого глаза на верхнем веке, на нижнем веке правого глаза, кровоизлияния слизистой верхней и нижней1 губ слева,, в проекции 2-4 зубов, в кожно-мышечном лоскуте левой височной области, как так в отдельности так и в совокупности вред здоровью не причинили и тяжесть их не определяется.
Колото-резаные ранения образовались от 12-ти воздействий плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющего лезвие и обух. Резаные раны и полосовидная ссадина образовались от 4-х воздействий острым предметом, имеющим лезвие или острый режущий край. Ушибленная рана, кровоподтеки и кровоизлияния на голове образовались от не менее 6-ти воздействий твердым тупым предметом (ами). Направления и длина раневых каналов колото-резаных ран: раневой канал раны №1 направлен сверху вниз, слева направо и спереди назад, длина его около 6см; раневой канал раны №3 направлен спереди назад и прямо, длина его около 6см; раневой канал раны №4 направлен спереди назад и слева направо, длина его около 2,5см; раневой канал раны №5 направлен спереди назад, слева направо и снизу вверх, длина его около 11см; раневой канал раны №12 направлен сзади наперед, несколько снизу вверх и несколько слева направо, длина его около 10см; раневой канал раны №13 направлен несколько слева направо и сзади наперед, длина его около 10см; раневой канал раны №14 направлен снизу вверх, слева направо и сзади наперед, длина его около 11см; раневой канал раны №15 направлен сзади наперед и прямо, длина его около 12см; раневой канал раны № 16 направлен слева направо и сзади наперед, длина его около 3 см; раневой канал раны №17 направлен снизу вверх, длина его около З см; раневой канал раны №6 направлен сверху вниз, несколько спереди назад и несколько слева направо, длина раневого канала около 9см; раны №№ 7,8 имеют общий раневой канал, в направлении (при согнутой в локтевом суставе руке) снизу вверх, слева направо и сзади наперед, длина его 6,5см.
Все перечисленные повреждения образовались незадолго до наступления смерти -минуты-десятки минут.
Перечисленные повреждения обладают однотипными морфологическими свойствами (кровоизлияния с сосудистой реакцией, кровоподтеки красновато-синюшные), т.е. причинены в короткий промежуток времени между собой, исчисляемый секундами-минутами-десятками минут, ввиду чего установить последовательность их образования не представляется возможным.
Положение потерпевшего к нападавшему в момент причинения повреждений могло быть любым (стоя, сидя, лежа), когда голова, шея, туловище, конечности потерпевшего были доступны для нанесений повреждений нападавшим.
При судебно-химическом исследовании этилового спирта в крови и моче не обнаружено.
Совершение потерпевшим активных целенаправленных действий после получения перечисленных повреждений не исключается в течение минут-десятков минут.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа К.Л.П. (т. 5 л.д. 29-32) причиной смерти К.Л.П. явились проникающие колото-резаные ранения груди, живота с повреждением легких, сердца, аорты, правой почечной вены, тонкого кишечника с брыжейкой, желудка (раны №№1-4, 6,7, 14,15), осложнившиеся обильной кровопотерей.
Давность наступления смерти около 2-6 часов до момента регистрации, проведенной <дата> в 22 часа 30 минут.
При исследовании трупа из повреждений обнаружены:
Проникающие колото-резаные ранения: передней поверхности груди слева с повреждением аорты (рана № 1), сердца (рана №2); передней поверхности груди справа с повреждением нижней доли правого легкого (рана №3); передней поверхности груди слева с повреждением сердца (рана №4); левой передне-боковой поверхности груди с повреждением сердца( рана №6); передней брюшной стенки с повреждением тонкой кишки, ее брыжейки и желудка ( рана №7); задней поверхности груди слева с повреждением левого легкого (рана №14); задней поверхности груди справа с повреждением правого надпочечника, правой почечной вены (рана №15). Перечисленные ранения находятся в причинной связи с наступлением смерти, в совокупности привели к развитию угрожающего для жизни состояния - обильной кровопотери и квалифицируются в совокупности как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Кроме того, каждое из этих повреждений, в отдельности, является опасным для жизни и квалифицируется как тяжкий вред здоровью.
Колото-резаные ранения: левой молочной железы с повреждением мягких тканей (рана №5); левого плеча с повреждением мягких тканей (раны №№8,9); левой кисти с повреждением мягких тканей, сухожилий, артерии и вены (раны №№10,11); правого предплечья с повреждением мягких тканей (рана №12); передней поверхности груди справа с повреждением мягких тканей (рана №13). Полосовидная ссадина левой молочной железы. Кровоподтек с ссадиной на нижнем веке левого глаза с переходом на спинку носа. Перечисленные повреждения в причинной связи с наступлением смерти не находятся. Колото-резаные ранения левой молочной железы (рана №5), передней поверхности груди справа (рана №13) с повреждением мягких тканей квалифицируются как в отдельности, так и в совокупности, как легкий вред здоровью по признаку кратковременного его расстройства (временная нетрудоспособность продолжительностью не более 21 дня), ссадина левой молочной железы и кровоподтек с ссадиной области левого глаза как в отдельности, так и в совокупности, вред здоровью не причинили и тяжесть их не определяется. Колото-резаные ранения левого плеча (раны №№8,9), левой кисти (раны №№10,11), правого предплечья (рана №12) квалифицировать по тяжести вреда здоровью не представляется возможным, т.к. не ясен исход неопасных для жизни повреждений.
Колото-резаные ранения образовались от 13-ти воздействий плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющего лезвие и обух, полосовидная ссадина образовалась от 1-го воздействия острым предметом, имеющим лезвие или острый режущий край, кровоподтек с ссадиной образовались одномоментно от не менее 1 -го воздействия твердым тупым предметом. Направление и длина раневых каналов колото-резаных ран : раневой канал раны №1 направлен спереди назад и прямо, длина его около 11см; раневой канал раны №2 направлен спереди назад и прямо, длина его около 11,5 см; раневой канал раны № 3 направлен спереди назад, несколько слева направо и несколько снизу вверх, длина его около 11 см; раневой канал раны №4 направлен спереди назад и прямо, длина его около 10,5см; раневой канал раны №6 направлен слева направо и прямо, длина его около 10,5см; раневой канал раны №14 направлен сзади наперед и прямо, длина его около 12см; раневой канал раны № 15 направлен сверху вниз и сзади наперед, длина его около 11 см; раневой канал раны №7 направлен снизу вверх и спереди назад, длина раневого канала около 11,5см; раневой канал раны №5 направлен несколько сверху вниз, спереди назад и слева направо длиной 0,5см; раны №№8,9 имеют общий раневой канал, который направлен слева направо, сверху вниз и сзади наперед, длина его около 6см; раны №№10,11 имеют общий раневой канал, направленный снизу вверх, спереди назад и справа на-лево, длиной 3,5см; раневой канал раны №12 направлен снизу вверх, длина его около 9см; раневой канал раны №13 направлен сверху вниз, спереди назад, справа налево, длина его около 0,4см,
Все перечисленные повреждения образовались незадолго до наступления смерти -минуты-десятки минут.
Все перечисленные повреждения причинены в короткий промежуток времени между собой, исчисляемый секундами-минутами-десятками минут, ввиду чего установить последовательность их образования не представляется возможным.
Положение потерпевшей к нападавшему в момент причинения повреждений могло быть любым (стоя, сидя, лежа), когда голова, туловище, конечности потерпевшей были доступны для нанесений повреждений нападавшим.
При судебно-химическом исследовании этилового спирта в крови и почке не обнаружено.
Совершение потерпевшей активных целенаправленных действий после получения перечисленных повреждений не исключается в течение минут-десятков минут.
Согласно заключению дополнительной судебно-медицинской экспертизы проникающие колото-резаные ранения: передней поверхности груди справа с повреждением нижней доли правого легкого (рана №3); левой передне-боковой поверхности груди с повреждением сердца (рана №6); передней брюшной стенки с повреждением тонкой кишки, ее брыжейки и желудка ( рана №7); задней поверхности груди слева с повреждением левого легкого (рана №14); задней поверхности груди справа с повреждением правого надпочечника, правой почечной вены (рана №15) находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы (т. 5 л.д. 48-51) М.О.В. были причинены:
-Резаная рана правой кисти с повреждением глубокого сгибателя 3-го пальца образовалась от однократного воздействия твёрдого предмета, имеющего режущую кромку, возможно от воздействия лезвия ножа, которая расценивается как вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью свыше трех недель).
- Колото-резаная рана передней поверхности левой половины грудной клетки с повреждением мягких тканей, непроникающая в плевральную полость, сквозная колото-резаная рана левого предплечья с повреждением мягких тканей, колото-резаная рана левого предплечья с повреждением мягких тканей и колото-резаная рана левого бедра с повреждением мягких тканей образовались от четырёх воздействий колюще-режущего предмета и как в совокупности, так и в отдельности расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью до трех недель).
-Резаные раны тыльной поверхности правой кисти, ладонной поверхности левой кисти левой кисти с повреждением мягких тканей образовались от не менее двух воздействий твёрдого предмета, имеющего режущую кромку, возможно от воздействий лезвия ножа, и, как в совокупности, так и в отдельности расцениваются как легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья (временная нетрудоспособность продолжительностью до трех недель).
-Сквозная колото-резаная рана левого плеча с повреждением плечевой вены образовалась от однократного воздействия колюще-режущего предмета и расценивается как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.
Все перечисленные повреждения образовались в короткий промежуток времени. В момент причинения повреждений положение потерпевшей и нападавшего могло быть каким угодно. Срок образования всех повреждений не противоречит указанному в обстоятельствах дела – <дата>.
Потерпевшая М.О.В. суду пояснила что локализация обнаруженых у неё ранений объясняется тем, что Алалыкин старался нанести ей удар ножом в сердце, а она закрывалась от ударов руками и ногами.
Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы (т. 5 л.д. 59-65) раны №№ 1-4, непронумерованная несквозная рана на кожных лоскутах передней поверхности грудной клетки от трупа К.Л.П., раны №№ 12-14 на кожном лоскуте грудной клетки от трупа К.А.И. являются колото-резаными, причем раны №№ 1-3 на кожных лоскутах от трупа К.Л.П. и рана № 14 на кожном лоскуте от трупа К.А.И. состоят из основных и дополнительных разрезов, и могли быть нанесены как одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух с неравномерно выраженными на протяжении ребрами, так и разными клинками, при этом раны №№ 12-14 на кожном лоскуте от трупа К.А.И., а также раны №№ 1,2,4 на кожном лоскуте передней поверхности грудной клетки от. трупа К.Л.П. могли быть нанесены одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух с более выраженным правым ребром или левосторонней заточкой скоса, а рана № 3 и непромаркированная несквозная рана на кожных лоскутах от трупа К.Л.П. могли быть нанесены одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух с ребрами. В области раны № 1 на кожном лоскуте шеи от трупа К.А.И. выявлены лишь видовые морфологические признаки действия предмета, имеющего лезвие или острую кромку, а групповых и индивидуальных, признаков орудия травмы не выявлено, в связи с чем ни исключить, ни подтвердить возможность образования данной раны от воздействия клинка, представленного на экспертизу ножа (ножа с литой пластмассовой рукояткой синего цвета), нельзя. Учитывая результаты экспериментально-сравнительного исследования, возможность нанесения раны № 3 и непромаркированной несквозной раны на кожных лоскутах от трупа К.Л.П. клинком представленного на экспертизу ножа исключить нельзя. Возможность нанесения ран №№ 12-14 на кожном лоскуте грудной клетки от трупа К.А.И., ран №№ 1,2,4 на кожном лоскуте передней поверхности грудной клетки от трупа К.П.Л.. клинком данного ножа следует исключить.
Повреждения №№ 1-8 майки К.Л.П., №№ 1,3,4,7-10 майки № 1 К.А.И., №№ 1,5,7-9 майки № 2 К.А.И. обладают морфологическими признаками колото-резаных нанесенных плоским колюще-режущим предметом (предметами), имеющим лезвие и обух. Более конкретно охарактеризовать конструктивные особенности предмета (предметов), решить вопрос о возможности нанесения повреждений одним или разными предметами нельзя ввиду крайне слабых следовоспринимающих свойств легкорастяжимых трикотажных материалов маек. Для I идентификации предмета по групповым морфологическим признакам данные повреждения непригодны, в связи с чем, ни исключить, ни подтвердить возможность их образования от воздействий клинка представленного на экспертизу ножа, нельзя. В области повреждений №№ 2,6 майки № 1 К.А.И., №№ 2-4,6,10 майки № 2 К.А.И. выявлены лишь видовые морфологические признаки действия предмета, имеющего лезвие или острую кромку, а групповых и индивидуальных признаков не выявлено, в связи с чем ни исключить, ни подтвердить возможность образования вышеуказанных повреждений от воздействий лезвия клинка представленного на экспертизу ножа, нельзя. Повреждения №№ c 5,11,12 майки № 1 К.А.И. обладают морфологическими признаками разрывов, образовавшихся в результате перерастяжения нитей материала майки.
Согласно протоколу осмотра (т. 5 л.д. 178-183) был осмотрен изъятый у П.А.В. нож. Рукоятка ножа из материала коричневого цвета. Металлический клинок ножа длиной 15,5 см. на клинке и рукоятке ножа имеются следы вещества бурого цвета похожего на кровь.
Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы (т. 5 л.д. 204-208) раны № 1-3 на кожных лоскутахпередней поверхности груди справа и слева, левого плеча, повреждение 3-го правого ребра и два повреждения фрагмента грудной стенки слева от трупа Ж.А.Н. являются колото-резаными и могли быть нанесены одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух, возможно с более выраженным левым ребром. Наибольшая ширина погрузившейся части клинка могла составить около 3,9-4 см. Учитывая результаты экспериментально-сравнительного исследования, возможность нанесения вышеуказанных ран кожи, повреждений ребра и грудной стенки клинком представленного на экспертизу ножа (нож кустарного изготовления с рукояткой из тёмно-коричневого материала) следует исключить.
Раны №№ 1-4, непронумерованная несквозная рана на кожных лоскутах передней поверхности грудной клетки от трупа К.Л.П., раны №№ 12-14 на кожном лоскуте грудной клетки от трупа К.А.И. являются колото-резаными, причем раны №№ 1-3 на кожных лоскутах от трупа К.Л.П. и рана № 14 на кожном лоскуте от трупа К.А.И. состоят из основных и дополнительных разрезов, и могли быть нанесены как одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух с неравномерно выраженными на протяжении ребрами, так и разными клинками, при этом раны №№ 12-14 на кожном лоскуте от трупа К.А.И., а также раны №№ 1,2,4 на кожном лоскуте передней поверхности грудной клетки от. трупа К.Л.П. могли быть нанесены одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух с более выраженным правым ребром или левосторонней заточкой скоса, а рана № 3 и непромаркированная несквозная рана на кожных лоскутах от трупа К.Л.П. могли быть нанесены одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух с ребрами. Результаты экспериментально-сравнительного исследования не позволяют исключить возможность образования истинных колото-резаных ран № 1,2,4 на кожном лоскуте от трупа К.Л.П., ран № 12-14 на кожном лоскуте от трупа К.А.И. от действия клинка представленного на экспертизу ножа (нож кустарного изготовления с рукояткой из тёмно-коричневого материала). Установленные в ходе экспериментально-сравнительного исследования различия между экспериментальными повреждениями, истинной колото-резаной раной № 3 и непронумерованной несквозной раной на кожных лоскутах от трупа К.Л.П. позволяют исключить возможность их образования от воздействий клинка представленного на экспертизу ножа. В области раны № 1 на кожном лоскуте шеи от трупа К.А.И. выявлены лишь видовые морфологические признаки действия предмета, имеющего лезвие или острую кромку, в связи с чем ни исключить, ни подтвердить возможность образования данной раны от воздействия клинка представленного на экспертизу ножа, нельзя.
Раны № 1-3 на кожном лоскуте от трупа В.А.М. обладают морфологическим признаками колото-резаных и образовались от действия плоского клинка (клинков) колюще-режущего предмета, имеющего лезвие и обух. Ни исключить, ни подтвердить возможность образования данных ран от действия клинка представленного на экспертизу ножа нельзя. Максимальная ширина клинка на уровне погружения для данных ран составила около 3,7 см.
Согласно заключению криминалистической экспертизы (т. 5 л.д. 196-197) представленный на исследование нож ( с рукояткой коричневого цвета) изготовлен самодельным способом по типу охотничьих ножей и относится к холодному оружию.
Согласно заключению генотипической судебной экспертизы (т. 5 л.д. 188-189) на представленном на исследование ноже (с рукоятко тёмно-коричневого цвета) обнаружена кровь, установить генетические признаки которой не представляется возможным.
Согласно заключениям криминалистических экспертиз (т. 6 л.д. 28-31, 39-41) раны № 1-3 на кожных лоскутахпередней поверхности груди справа и слева, левого плеча, повреждение 3-го правого ребра и два повреждения фрагмента грудной стенки слева от трупа Ж.А.Н. являются колото-резаными и могли быть нанесены одним плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух, возможно с более выраженным левым ребром. Наибольшая ширина погрузившейся части клинка могла составить около 3,9-4 см. Учитывая результаты экспериментально-сравнительного исследования, возможность нанесения вышеуказанных ран кожи, повреждений ребра и грудной стенки клинком представленного на экспертизу ножа (изъятого у Л.К.А.) следует исключить.
Повреждение № 5 на передней поверхности левого рукава халата Ж.А.Н. является колото-резаным и нанесено плоским клинком колюще-режущего предмета, имеющим лезвие и обух. Учитывая результаты экспериментально-сравнительного исследования, возможность нанесения данного повреждения клинком представленного на экспертизу ножа с затупленым дефрмированным острием (изъятого у Л.К.А.) следует исключить.
Согласно заключению судебно-биологической экспертизы (т. 5 л.д. 98-102) кровь трупа К.А.И. группы O??, кровь трупа К.Л.П. группы АВо с сопутствующим антигеном Н. Кровь потерпевшей М.О.В. группы В? с сопутствующим антигеном Н.
В смывах пятен бурого цвета: с левой поверхности косяка (объект № 4), внутренней поверхности железной входной двери (объект № 5), со стены за дверью в комнаты (коридоре за рольставнями) (объект №6), с пола в спальне № 1 объект № 7), с косяка в спальне (объект № 8), с дивана в зале (объект № 9), с пола в спальне № 2 (объект № 10), с двери в комнате (рольставни в коридоре) объект № 11), со снега на улице (объект № 12), в пятнах на фрагменте покрывала из спальни № 1 (объект № 13), фрагменте обоев со стены в зале (объект №4) , фрагменте простыни из спальни № 2 (объект № 15), в образце извести со стены на веранде (объект № 20) обнаружена кровь человека. При определении групповой принадлежности получены следующие результаты:
в смыве с внутренней поверхности железной входной двери (объект № 5) установлена группа Oa?, в смывах с левой поверхности косяка (объект № 4), со стены за дверью в комнаты (коридоре за рольставнями) (объект №6), скосяка в спальне (объект № 8), с двери в комнате (рольставни в коридоре) (объект № 11), со снега на улице (объект № 12), фрагмента обоев со стены в зале (объект № 14) антигены А и В не найдены, выявлен антиген Н, что также не исключает возможность принадлежности крови к группе O?? и происхождении ее от потерпевшего К.А.И. Данных за присутствие крови потерпевшей К.Л.П. и потерпевшей М.О.В., в вышеуказанных смывах не получено;
в смыве с пола в спальне № 2 (объект № 10), в пятнах на фрагменте покрывала из спальни № 1 (объект № 13), фрагменте простыни из спальни № 2 (объект № 15) установлена кровь человека группы В?, которая могла произойти от потерпевшей М.О.В. и не могла - от потерпевших К.А.И. и К.Л.П.; - в смывах с пола в спальне № 1 (объект № 7) и с дивана в зале (объект № 9) при определении групповой принадлежности выявлены антигены В и Н, антиген А не найден. Следовательно, данных за присутствие крови потерпевшей К.Л.П. в данных смывах не получено. Таким образом, в пределах проведенного исследования, если эта кровь произошла от одного лица, то им мог быть один человек группы В? с сопутствующим антигеном Н, каковой является потерпевшая М.О.В., и в этом случае от потерпевшего К.А.И. происхождение этой крови исключается. Если же кровь в вышеуказанных смывах произошла от нескольких лиц с различным сочетанием у них, выявленных групповых факторов, то исключить присутствие крови потерпевшей М.О.В. ОБ., потерпевшего К.А.И. в данных смывах не представляется возможным
- в образце извести со стены на веранде (объект № 20) при определении групповой принадлежности антигены А, В и Н не найдены, что не позволили высказаться о групповой принадлежности этой крови и происхождении ее от какого-либо конкретного лица.
В подногтевом содержимом пальцев рук потерпевшего К.А.И. обнаружена кровь человека. При определении групповой принадлежности крови выявлены антигены А, В и Н. Если эта кровь произошла от одного лица, то им мог быть один человек группы АВо с сопутствующим антигеном Н, каковой является потерпевшая К.Л.П. и в этом случае от потерпевшего К.А.И. и потерпевшей М.О.В. происхождение этой крови исключается. Если же кровь в вышеуказанных пятнах произошла от нескольких лиц с различным сочетанием у них, выявленных групповых факторов, то исключить присутствие крови потерпевших К.А.И., К.Л.П., М.О.В. в подногтевом содержимом пальцев рук потерпевшего К.А.И. не представляется возможным,
В подногтевом содержимом пальцев рук потерпевшей К.Л.П. обнаружена кровь человека. При определении групповой принадлежности крови выявлены антигены А, В и Н. Если эта кровь произошла от одного лица, то им мог быть один человек группы АВо с сопутствующим антигеном Н, каковой является сама потерпевшая К.Л.П. и в этом случае от потерпевшего К.А.И. и потерпевшей М.О.В. происхождение этой крови исключается. Если же кровь в вышеуказанных пятнах произошла от нескольких лиц с различным сочетанием у них, выявленных групповых факторов, то исключить присутствие крови потерпевших К.Л.П., К.А.И., М.О.В. в подногтевом содержимом пальцев рук потерпевшей К.Л.П. не представляется возможным.
Согласно заключению судебно-биологической экспертизы (т. 5 л.д. 111-118) кровь из трупа К.А.И. группы O??. Кровь из трупа К.Л.П. группы АВо, с сопутствующим антигеном Н.
Кровь потерпевшей М.О.В. группы В?, с сопутствующим антигеном Н.
Кровь обвиняемого Лежакова С.М. группы В? с сопутствующим антигеном Н.
Кровь обвиняемого Алалыкина С.В. группы А?, с сопутствующим антигеном Н.
В пятнах на передней лицевой поверхности левой половины спортивных штанов обвиняемого Лежакова С.М. обнаружена кровь человека. При исследовании на групповую принадлежность по системе АВО в пятнах выявлены антигены В и Н; антиген А не обнаружен. Таким образом, в пределах проведенного исследования по системе АВО, не исключается возможность происхождения выявленных групповых факторов В и Н за счет крови лица(лиц) группы В? с сопутствующим антигеном Н, каковыми являются : обвиняемый Лежаков С.М, а также потерпевшая М.О.В. От потерпевшего К.А.И., в этом случае, кровь произойти не могла. Такие же результаты, могли быть получены при наличии крови в этих пятнах двух и более лиц с различным сочетанием у них выявленных антигенов и тогда не исключается возможность присутствия крови лица (лиц) группы В?, каковыми являются и обвиняемый Лежаков С.М. и потерпевшая М.О.В., а также лица (лиц) группы O??, каковым является и потерпевший К.А.И.
Данных за наличие крови потерпевшей К.Л.П. и обвиняемого Алалыкина СВ. в пятнах крови на спортивных штанах обвиняемого Лежакова С.М. не получено.
В двух смывах, изъятых с места происшествия по адресу: <адрес>, автомобиль « <данные изъяты> » № ( объекты №№ 9,10) обнаружена кровь человека. Групповую принадлежность крови не определяли ввиду чрезвычайно малого количества материала и сохранения его для проведения геномной экспертизы.
На кофте черного цвета обвиняемого Лежакова С.М. ( объекты №№ 11,12) и его пуховике ( объекты №№ 13,14), изъятых по адресу: <адрес> обнаружены незначительные следы крови, видовая принадлежность которой не определена. В остальных исследованных участках ткани на кофте черного цвета н пуховике обвиняемого Лежакова С.М., а также на кофте светлого( светло-бежевого) цвета, принадлежащих Лежакову С.М. и изъятых по адресу: <адрес>, в 30-ти участках на джинсах, изъятых в ходе выемки у обвиняемого Лежакова С.М. <дата>, в 24-х участках ткани на джинсах обвиняемого Алалыкина С.В., 23-х участках ткани на его футболке светло-серого цвета и 22-х участках ткани на его футболке темного (темно-синего) цвета, изъятых <дата> в ходе обыска по адресу: <адрес> 28-ми участках ткани на футболке обвиняемого Алалыкина СВ., изъятой по адресу: <адрес>,28-ми участках( ткани и смывах) с поверхности пары перчаток. 6-ти смывах с поверхности складного ножа, 5-ти смывах с поверхности второго ножа, 19-ти участках с тканевой поверхности коврика с правого сиденья водителя, 23-х участках с тканевой поверхности коврика с левого переднего пассажирского сиденья, изъятых по адресу: <адрес>, автомобиль « <данные изъяты>» № кровь не обнаружена.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы (т. 5 л.д. 127) у Лежакова С.М. обнаружены ссадины (2) задней поверхности левого локтя, задней поверхности правого предплечья, кровоподтёки (2) передней поверхности грудной клетки справа и передней поверхности левого бедра, которые образовались от воздействий тупого твёрдого предмета (предметов), причинены в срок около 7-14 суток до момента проведения экспертизы (<дата>) и как в отдельности, так и в совокупности не расцениваются как вред здлровью и тяжесть их не определяется.
Лежаков С.М. пояснил суду, что эти повреждения им получены вне связи с настоящим уголовным делом.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы (т. 5 л.д. 157-158) у Лежакова С.М. обнаружены раны ладонной поверхности правой кисти в проекции основной фаланги 2 пальца (1), ладонной поверхности левой кисти в проекции 4 пястной кости (1), 2 пальца левой кисти (1), тыльной поверхности левой листи в проекции 4 пястной кости (1), образовались в срок свыше 1,5 лет до проведения объективного обследования <дата>.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы (т. 5 л.д. 165-166) у Алалыкина С.В. обнаружены рана тыльной поверхности правой кисти в проекции 3 пястно-фалангового сустава (1), которая образовалась в срок от 7 месяцев до 1,5 лет до проведения объективного обследования <дата>. Также у Алалыкина С.В. обнаружены раны ладонной поверхности правой кисти в проекции 2 пястной кости (1), ладонной поверхности правой кисти в проекции 1 пястной кости (1), тыльной поверхности правой кисти в проекции 4 пястно-фалангового сустава (1), тыльной поверхности правой кисти в проекции 5 пястно-фалангового сустава (1), тыльной поверхности левой кисти в проекции 4 пястно-фалангового сустава (1), которые образовались в срок свыше 1,5 лет до проведения объективного обслевдования <дата>.
Согласно заключению судебно-баллистической экспертизы (т. 5 л.д. 174-175) изъятый у А.Р.А. пистолет является пистолетом самообороны бесствольным под патрон травматического действия калибра <данные изъяты> модели «<данные изъяты>» №. Данный пистолет относится к огнестрельному бесствольному гражданскому оружию самообороны.
Суд считает, что заключение специалиста № 13-ПИ/10 (т. 6 л.д. 177-181) является недопустимым доказательством поскольку согласно справке <адрес> клинического наркологического диспансера Лежаков С.М. <дата> на дату проведения этого психофизиологического исследования находился в состоянии одурманивания (опьянения) вызванного наркотическими веществами группы опиоидов (опиатов).
Согласно заключение специалиста-полиграфолога № 66- ПИ/10 (т. 6 л.д. 191-200) в ходе психофизиологического исследования с использованием полиграфа были выявлены психофизиологические реакции, свидетельствующие о том, что гр. Алалыкин С.В. наносил удары ножом Ж.А.Н. <дата> в <адрес>; наносил удары ножом В.А.М.. <дата> в <адрес>.
Судя по характеру, степени выраженности и соотношению психофизиологических реакций на вопросы тестов, предъявленных Алалыкину С.В., специалист приходит к выводу, что информация, которой располагает обследуемый, вероятно, была получена им вследствие отражения обстоятельств, связанных с нанесением <дата> ножевых ранений Ж.А.Н. в <адрес> и нанесением <дата> ножевых ранений В.А.М.. в <адрес>.
Согласно заключению психофизиологической экспертизы (т. 6 л.д. 208-215), в ходе ПФИ с использованием полиграфа у Алалыкина С.В. выявлены реакции свидетельствующие о том, что он располагает информацией о деталях убийства, совершенного в отношении Ж.А.Н., а именно:
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не держал в руках нож во время преступления и не замахивался им на Ж.А.Н.;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не угрожал Ж.А.Н. ножом и не был рядом с ней, когда ей наносились удары ножом;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не держал в руках нож, когда наносились ножевые ранения в квартире Ж.А.Н., и что у него не было крови на руках, когда он выходил из этой квартиры;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не видел Ж.А.Н. во время нанесения ей ударов ножом, и что не слышал от нее слова о пощаде;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не делал ничего намеренно, что бы погибла Ж. A.Н., и что он не причастен к ее гибели.
Судя по характеру и степени выраженности реакций, информация о деталях убийства Ж.А.Н. могла быть получена Алалыкиным С.В. в момент совершения преступления.
Подсудимый Алалыкин С.В. суду пояснил, что выразил свое желание на проведение психофизиологической экспертизы в связи с тем, что он хотел доказать правдивость своих показаний. Он сильно волновался и считает, что результаты проведённой в отношении него психофизилогической экспертизы связаны с особенностями его организма.
Согласно сведений о разговорах по телефону № стационарно установленному в квартире Ж.А.Н. (т. 8 л.д. 193-201) в <дата> происходили разговоры с абонентом телефона №. Подсудимая Белова Г.Ю. пояснила суду, что у неё дома стационарно установлен телефон с указанным номером и она действительнов <дата> звонила домой своему знакомому Ж.Н.Н. по поводу приобретения одежды. Ж.Н.Н. пояснил суду, что Белова ему звонила по поводу займа денег.
При определении обстоятельств содеянного подсудимыми суд учитывает, что подсудимые Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. дали взаимоуличающие показания и считает, что соответствуют действительность показания Алалыкина С.В. о совершённых им совместно с Лежаковым С.М. нападениях на Ж., В., К., поскольку эти показания последовательны, подтверждаются другими доказательствами, фактом знакомства именно Лежакова С.М. с Беловой Г.Ю., обладавшей информацией о Ж., В., Л.. Показания Лежакова С.М. об его непричастности к совершению преступлений, стремлении быстрее покинуть дом К. где якобы неожиданно для него было совершено разбойное нападение, опровергаются вышеуказанными показаниями потерпевших Ж.Н.Н., Ж.К.Н. и свидетеля Ж.В.П. указывающих на то, что именно Лежаков С.М. предварительно собирал информацию о проживающих в их квартире лицах, времени ухода из квартиры и возвращении домой, показаниями свидетелей А.Л.Н. и М.Д.А. о том, что Лежаков С.М. совместно с Алалыкиным С.В. заходил в подъезд, где проживал В.А.М., показаниями свидетелей Л.А.С. и С.А.А., подтвердившими показания Алалыкина С.В. о намерении Лежакова С.М. в день совершения нападения на К. совершить с Алалыкиным нападение на Л., показаниями потерпевшей М.О.В. о том, что во время совершения нападения на К. и покушения на её убийство Лежаков С.М вёл себя уверенно, спокойно ходил по дому К., а о том, что пора скрываться с места преступления сказал именно Алалыкин, показаниями свидетеля А.Р.А. пояснившего, что ему от Алалыкина С.В. было известно о его совместном с Лежаковым совершении преступлений по эпизодам в отношении Ж., В., К..
Вместе с тем, суд считает, что у Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. была предварительная договорённость не только на нападение на Ж. и В., но и на нападение на К., поскольку Лежаков С.М. пояснял, что по предложению Алалыкина С.В. он взял с собой нож, чтобы для завладения деньгами К. напугать К.. Суд считает, что эти показания Лежакова С.М. соответствуют действительности, поскольку получены с соблюдением требований закона, судом установлено, что непосредственно перед нападением на К. Лежакову С.М. и Алалыкину С.В. не удалось совершить нападение в целях хищения имущества Л.А.С., Алалыкин С.В. пояснял, что именно Лежаков принёс в дом потерпевших К. нож, сам Лежаков С.М. подтвердил, что при совершении нападения использовался его нож. Несмотря на то, что М.О.В. указала, что фраза «убери нож» принадлежала Алалыкину С.В., она не могла пояснить в каком контексте эта фраза была произнесена, поэтому эта фраза не свидетельствует об отстуствии у Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. предварительного намерения совершить разбойное нападение на К.. Суд считает, что пояснения Алалыкина С.В. о том. что они предварительно не договаривались совершать разбойное нападение на К. не соответствуют действительности и направланы на смягчение ответственности, поскольку умысел на совершение разбойного нападения у Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. прослеживается на основании признательных показаний Лежакова С.М. о совместном намерении взять нож чтобы им напугать К., последующего требования у К. денег, нанесения Алалыкиным и Лежаковым С.В. ножевых ранений К.А.И. и К.Л.П. и последующем обыске дома К., в том числе мебели. При этом пояснения Алалыкина С.В. о том, что он стал обыскивать дом К. и в том числе мебель в доме якобы с целью найти свою обувь явно не соответствуют действительности, так как каких либо данных о том, что его обувь могла оказаться в других помещениях дома, где он до этого не был, или в мебели К., по делу нет. Лежаков С.М пояснил, что Алалыкин С.В. после совершённых в отношении К. действий хотел забрать деньги после чего м обнаружил в доме М.О.В..
Суд считает, что во время разбойного нападения ножевые ранения К.А.И. наносил Алалыкин С.В., а К.Л.П. ножевые ранения наносил Лежаков С.М., поскольку об этом в своих показаниях указал Алалыкин С.В. и об этом в показаниях, полученных на предварительном следствии с соблюдением требований закона, указывал Лежаков С.М. и эти показания Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. подтверждаются показаниями свидетеля А.Р.А. о том, что непосредственно после совершения этого прступления Алалыкин С.В. <дата> ему сообщил, что он убил отца К.Н., наносил удары ножом находившейся в доме К. девушке, а Лежаков убил мать К. Натальи. При этом суд считает, что из действий вменяемых Лежакову С.М. и связанных с убийством К.Л.П. следует исключить причинение ранений, которые согласно заключению медико-криминалистической экспертизы не могли быть причинены ножом с синей пластмассовой ручкой, поскольку причиение Лежаковым С.М. ранений К.Л.П. вменяется с примением именно этого ножа. Суд считает, что остальные колото-резаные ранения обнаруженные на трупе К.Л.П. были причинены К.Л.П. Лежаковым С.М. ножом с синей пластмассовой ручкой, поскольку Лежаков С.М. признавал, что нанёс этим ножом К.Л.П. не менее четырёх ударов в область груди и живота, а также во время борьбы с К.Л.П. мог нанести удары этим ножом в область верхних конечностей и спины.
Суд считает, что нож с синей пластмассовой ручкой был установлен, так как был не только изъят с места совершения преступления и приобщён к делу в качестве вещественного доказательства, но по нему также была проведена медико-криминалистическая экспертиза.
Оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, учитывая требования ст. 14 УПК РФ о том, что обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и все сомнения в виновности обвиняемого, котрые не могут быть устранены в порядке установленном УПК РФ толкуются в пользу обвиняемого, суд приходит к выводу, что действия Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. следует квалифицировать следующим образом.
По эпизоду в отношении Ж. действия Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. следует квалифицировать как нападение в целях хищения чужого имущества с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья с применением предметов, используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, в крупном размере, организованной группой, поскольку умысел на совершение хищения у них возник до проникновения в жилище потерпевших, при совершении нападения в целях завладения чужим имуществом Алалыкин С.В. угрожал Ж.А.Н. травматическим пистолетом, который похож на боевой пистолет, о чём пояснял и сам Алалыкин С.В. Эти действия связанные с угрозой потерпевшей в целях завладения чужим имуществом охватывались умыслом Лежакова С.В. поскольку, как пояснил Алалыкин С.В., перед нападением на Ж. он поставил Лежакова в известность о наличии у него пистолета и затем Лежаков предложил ему с целью хищения имущества воздействовать на Ж., что Алалыкин С.В. и сделал, угрожая потерпевшей пистолетом. Суд считает, что подсудимые действовали с применением предметов используемых в качестве оружия, поскольку угрожали Ж.А.Н. заряженным травматическим пистолетом, которым потерпевшей могли быть причинены повреждения опасные для жизни и здоровья. Суд считает, что подсудимые совершили разбой в отношении Ж. в крупном размере, поскольку намеревались похитить большую сумму денег и фактически похитили <данные изъяты> долларов США, то есть имущество, стоимость которого превышала <данные изъяты> рублей. Действовали Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. организованной группой, поскольку предварительно сорганизовались для совершения преступлений. Между Алалыкиным С.В. и Лежаковым С.М. была устойчивая связь, поскольку эта связь между ними была постоянной, они тщательно подготовились к совершению преступления, для совершения нападения приискали и использовали форму сотрудника милиции, травматический пистолет, собрали информацию о потерпевших, для проникновения в жилище потерпевших для обмана привлекли знакомую. Во время совершения нападения Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. действовали согласованно между собой, использовали специфический метод совершения преступления – нападение на потерпевших с использованием собранной информации о потерпевших, с проникновением в жилища потерпевших путём обмана. Нападения Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. совершали в течение продолжительного периода времени.
По эпизоду в отношении В. действия Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. следует квалифицировать как открытое хищение чужого имущества с незаконным проникновением в жилище, с применением насилия не опасного для жизни и здоровья, организованной группой, поскольку умысел не совершение хищения у них возник до проникновения в жилище потерпевших, для совершения хищения чужого имущества Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. каждый наносили В.А.М. удары руками по голове. Действовали Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. организованной группой, поскольку предварительно сорганизовались для совершения преступлений. Между Алалыкиным С.В. и Лежаковым С.М. была устойчивая связь, поскольку эта связь между ними была постоянной, они тщательно подготовились к совершению преступления, для совершения нападения собрали информацию о потерпевших, для проникновения в жилище потерпевших для обмана подготовили и использовали легенду. Перед нападением на квартиру В. Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. следили когда В.С.М. останется дома один, проверяли обстановку в квартире и по соседству с квартирой В. с использованием третьих лиц. Во время совершения нападения Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. действовали согласованно между собой, использовали специфический метод совершения преступления – нападение на потерпевших с использованием собранной информации о потерпевших, с проникновением в жилища потерпевших путём обмана. Нападения Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. совершали в течение продолжительного периода времени.
Органы предварительного следствия квалифицировали действия Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. по этому эпизоду как разбойное нападение указывая, что Алалыкин С.В. и Лежаков С.М в целях завладения чужим имуществом угрожали В.А.М. ножом. Однако доказательств того, что Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. для завладения чужим имуществом угрожали В.А.Н. ножом, сторона обвинения не представила. Лежаков С.М. вообще отрицал своё участие в совершении хищения у В., а Алалыкин С.В. последовательно утверждал, что для завладения имуществом они с Лежаковым только наносили удары руками В..
По эпизоду в отношении К. действия Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. следует квалифицировать как нападение в целях хищения чужого имущества с применением насилия опасного для жизни и здоровья с применением предметов используемых в качестве оружия, с незаконным проникновением в жилище, организованной группой, с причинением тяжкого вреда здоровью потерпевших, поскольку умысел на совершение хищения у них возник до проникновения в жилище потерпевших, при совершении нападения в целях завладения чужим имуществом Алалыкин С.В. наносил удары используемым в качестве оружия ножом К.А.И., а Лежаков С.М. наносил удары используемым в качестве оружия ножом К.Л.П., в результате чего был причинён тяжкий вред здоровью К.А.И. и К.Л.П. В соответствии со ст. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» если лицо во время разбойного нападения совершает убийство потерпевшего содеянное им следует квалифицировать по п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ и по п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ. Действовали Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. организованной группой, поскольку предварительно сорганизовались для совершения преступлений. Между Алалыкиным С.В. и Лежаковым С.М. была устойчивая связь, поскольку эта связь между ними была постоянной, они тщательно подготовились к совершению преступления, для совершения нападения приискали и использовали нож, использовали имеющуюся информацию о потерпевших, для проникновения в жилище потерпевших для обмана подготовили и использовали легенду. Во время совершения нападения Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. действовали согласованно между собой, использовали специфический метод совершения преступления – нападение на потерпевших с использованием собранной информации о потерпевших, с проникновением в жилища потерпевших путём обмана. Нападения Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. совершали в течение продолжительного периода времени.
Суд считает, что умысел Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. был направлен на разбойное нападение, поскольку они ещё до проникновения в жилище потерпевших приняли решение об использовании угрозы ножом К. для хищения их имущества.
Суд считает, что действия Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. следует также квалифицировать как умышленное причинение смерти другому человеку сопряженное с разбоем по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ, поскольку Алалыкин С.В. в ходе разбойного нападения убил К.А.И., а Лежаков С.М. в ходе разбойного нападения убил К.Л.П. Суд считает, что умысел Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. был направлен на убийство указанных потерпевших и действовали они при этом с прямым умыслом, поскольку с силой наносили многочисленные удары ножом в жизненно важные органы Алалыкин С.В. К.А.И., а Лежаков С.М. К.Л.П.
При этом суд считает, что из обвинения Лежакова С.М. следует исключить причнение К.Л.П. проникающих колото-резаных ранений передней поверхности груди слева с повреждением аорты (рана № 1), сердца (рана №2), передней поверхности груди слева с повреждением сердца (рана №4), поскольку эти ранения согласно проведённой медико-криминаличтической экспертизе, не могли быть причинены ножом с синей пластмассовой рукояткой, как это вменяется Лежакову С.М.
Суд считает, что действия Лежакова С.М. следует квалифицировать как умышленное причинение смерти К.Л.П. поскольку, несмотря на то, что часть причинённых К.Л.П. колото-резаных ранений из обвинения Лежакова С.М. исключена, судом установлено, что Лежаков С.М. наносил К.Л.П. с целью её убийства с силой множественные удары ножом с синей пластмассовой рукояткой в жизненно важные органы, причинив колото-резаные ранения находящиеся в прямой причинной связи с наступлением смерти К.Л.П., что также подтверждается заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы в отношении К.Л.П.
Суд считает, что из обвинения Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. по ст. 105 ч. 2 п. «а,ж,з,к» УК РФ подлежит исключению убийство Ж.А.Н. и В.А.М. поскольку хоть и установлено, что смерть этих потерпевших наступила после совершённых в отношении них Алалыкиным С.В. и Лежаковым С.М. нападений, однако не собрано достаточных доказательств того, что удары ножом повлекшие смерть этих потерпевших были нанесены Алалыкиным С.В., как это указано в обвинительном заключении. Сам Алалыкин С.В., признавая вину в совершении нападений на Ж.А.Н. и В.А.М., последовательено отрицал свою вину в нанесении им ножевых ранений, Лежаков С.М., вообще отрицая вину в совершении преступлений в отношении Ж. и В. также не указывал на Алалыкина как на лицо причинившее ножевые ренения Ж.А.Н. и В.А.М. Впервые показания о причастности к преступлениям в отношении Ж. и В. были даны именно Алалыкиным С.В. Суд не может строить свои выводы на предположениях. Каких-либо доказательств того, что ножевые ранения Ж.А.Н. и В.А.М. наносил именно Алалыкин С.В. в ходе проведённого следствия не собрано. Более того, согласно показаниям свидетеля А.Р.А. Алалыкин, рассказывая ему о совершённых преступлениях, в том числе и признаваясь в совершении убийств, сообщил, что девушку на <адрес> убил Лежаков. Обнаружение крови на двери квартиры Ж. и двери в их подъезд, которая согласно заключению судебно-биологической экспертизы могла произойти от потерпевшей Ж.А.Н. объясняется тем, что удары ножом потерпевшей Ж. были нанесены с силой, сопровождались массивным кровотечением и не опровергает показания Алалыкина С.В. о том, что удары ножом Ж.А.Н. наносил Лежаков С.М., сам Лежаков С.М. утверждал, что крови на Алалыкине он не видел. Также не опровергнуты показания Алалыкина С.В. о том, что ножевые ранения В.А.М. причинил Лежаков С.М. Таким образом, имеются неустранимые сомнения в виновности Алалыкина С.В. в нанесении ножевых ранений Ж.А.Н. и В.А.М., которые должны в соответствии со ст. 14 УПК РФ толковаться в пользу обвиняемого.
В заключение специалиста С.Е.И. (т. 6 л.д. 191 – 201) указавшего на наличие психофизилогических реакций в ходе психофизиологического исследования с использованием полиграфа свидетельствующих о том, что Алалыкин С.В. наносил удары ножом Ж.А.Н. и В.А.М. указано, что тесты были ориентированы на проверку показаний, данных Алалыкиным С.В. по делу.
Это заключение специалиста и заключение психофизиологической экспертизы (т. 6 л.д. 208 – 218) поставившей под сомнение достоверность показаний Алалыкина С.В. не является доказательством того, что Алалыкин С.В. наносил ножевые ранения Ж.А.Н. и В.А.М. Выводы эксперта К.А.В. проводившего психофизилогическое исследование Алалыкина С.В. состоят в том, что в ходе ПФИ с использованием полиграфа у Алалыкина С.В. выявлены реакции свидетельствующие о том, что он располагает информацией о деталях убийства, совершенного в отношении Ж.А.Н., а именно:
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не держал в руках нож во время преступления и не замахивался им на Ж.А.Н.;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не угрожал Ж.А.Н. ножом и не был рядом с ней, когда ей наносились удары ножом;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не держал в руках нож, когда наносились ножевые ранения в квартире Ж.А.Н., и что у него не было крови на руках, когда он выходил из этой квартиры;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не видел Ж.А.Н. во время нанесения ей ударов ножом, и что не слышал от нее слова о пощаде;
-Психофизиологические реакции подэкспертного не подтверждают ранее сообщенную им информацию о том, что он не делал ничего намеренно, что бы погибла Ж. A.Н., и что он не причастен к ее гибели.
Судя по характеру и степени выраженности реакций, информация о деталях убийства Ж.А.Н. могла быть получена Алалыкиным С.В. в момент совершения преступления.
То есть, по сути специалист С.Е.И. и эксперт К.А.В. после проведения исследований высказали суждения относительно достоверности сведений которые ранее сообщил Алалыкин С.В.
Согласно ст.ст. 87 и 88 УПК РФ проверка и оценка доказательств (в данном случае показаний обвиняемого Алалыкина С.В.) в том числе с точки зрения их достоверности, относится к компетенции следователя, если дело находится в стадии предварительного следствия, или суда при вынесении приговора.
По смыслу ст. 58 УПК РФ и главы 27 УПК РФ вопросы, поставленные перед специалистом и экспертом, и заключения по ним не могут выходить за пределы их специальных знаний.
Постановка перед специалистом и экспертом правовых вопросов, связанных с оценкой собранных в ходе предварительного или судебного следствия доказательств, разрешение которых относится к исключительной компетенции органа, осуществляющего расследование, прокурора, суда (в данном случае, достоверности или недостоверности показаний допрошенных лиц), как не относящихся к компетенции эксперта, не допустима.
Именно следователь и суд согласно закону оценивают доказательства путем сопоставления их с другими доказательствами по делу.
Ни следователь, ни суд не вправе передавать свои полномочия по оценке доказательств (достоверности сообщенных допрошенными лицами сведений) иным лицам, в том числе специалистам или экспертам.
Показания Алалыкина С.В. о том, что именно по его ходатайству, для того чтобы он смог подтвердить правильность своих показаний о том, что убийство Ж. и В. совершил Лежаков С.М. была проведена в отношении него психофизиологическая экспертиза, соответствуют имеющемуся в материалах дела постановлению следователя об удовлетворении ходатайства Алалыкина С.В. о проведении по уголовному делу судебной психофизиологической экспертизы обвиняемого Алалыкина С.В. (т.2 л.д. 122). В судебном заседании Алалыкин С.В. объяснил в какой части он в предшествующих экспертизе допросах исказил события, которые происходили во время убийства В.А.М.
Кроме того, в ходе проведённого следствия не установлено, что Лежаков С.М. организовал преступную группу и руководил ею, поскольку сам Лежаков С.М. отрицал свою причастность к инкриминируемым преступлениям, из показаний Алалыкина С.В. также не следует, что именно Лежаков С.М. создал организованную группу и руководил его действиями, каких либо доказательств того, что организовал группу именно Лежаков С.М. и затем руководил ею в ходе проведённого следствия не собрано. Как видно из обстоятельств дела, деятельность организованной группы, в которую входили Лежаков С.М. и Алалыкин С.В. была основана на соисполнительстве, поскольку Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. друг другу не подчинялись, преступления совершались как по предложению Лежакова С.М., так и по предложению Алалыкина С.В. Согласно показаниям Алалыкина С.В. именно он сказал Лежакову чтобы тот проследил за Ж. и сообщил ему о результатах, чтобы Лежаков точно установил, когда дома будет один В., и тогда они совершат хищение, что он забрал у Лежакова и сдал в ломбард золото похищенное у В., когда узнал, что Лежаков хочет оставить золото себе (т. 2 л.д. 66, 68, 69, 109, 111, 112). Как следует из показаний потерпевшей М.О.В. именно Алалыкин С.В. определил, что пора скрываться с места происшествия. Как следует из обвинительного заключения, и как это было установлено судом, ножевые ранения потерпевшим К. наносили как Алалыкин С.В., так и Лежаков С.М., при этом каждый из них действовал в отношении одного потерпевшего без каких-либо указаний, имеющих определяющий характер.
Также у Алалыкина С.В. подлежит исключение обвинение в убийстве К.Л.П., а у Лежакова С.М. подлежит исключение обвинение в убийстве К.А.И., поскольку в обвинительном заключении не указано, какие именно действия направленные на убийство К.А.И. выполнял Лежаков С.М. и какие именно действия направленные на убийство К.Л.П. выполнял Алалыкин С.В. Как установлено в ходе проведённого следствия до выполнения объективной стороны убийств К. Алалыкин С.В. и Лежаков С.М. о предстоящих убийствах не договаривались.
В соответствии с изложенным из обвинения Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. по ст. 105 ч. 2 п. «а,ж,з,к» подлежат исключению квалифицирующие признаки совершения убийства как совершённого в отношении двух и боле лиц, организованной группой, с целью скрыть другое преступление и их действия следует квалифицировать по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ как убийство сопряжённое с разбоем.
Суд считает, что действия Алалыкина С.В. также следует квалифицировать как покушение на убийство двух лиц, с целью скрыть другое преступление, поскольку он, являясь лицом, ранее совершившим убийство К.А.И., с целью скрыть другое преступление – разбойное нападение на К. и их убийство, выполнил действия непосредственно направленные на лишение жизни М.О.В., которая являлась свидетелем преступлений.
Суд считает, что Алалыкин С.В. во время покушения на убийство на М.О.В. действовал с прямым умыслом, и умысел его был направлен именно на лишение жизни М.О.В., поскольку об этом свидетельствует характер совершённых Алалыкиным С.В. действий – нанесение множественных ударов ножом М.О.В., его стремление при этом попасть в жизненно-важные органы, пояснения самого Алалыкина С.В. о том, что ножевые ранения М.О.В. он причинял с целью её убийства, чтобы не оставлять свидетелей совершённых в отношении К. преступлений.
Суд считает, что покушение на убийство М.О.В. Алалыкин С.В. не довёл до конца по независящим от него обстоятельствам, так как Алалыкин С.В., понимая, что М.О.В., которая сопротивлялась действиям Алалыкина, по телефону могла успеть вызвать милицию, скрылся с места преступления, а М.О.В. была своевременно оказана медицинская помощь.
Вместе с тем суд считает, что Лежакова С.М. по обвинению в покушении на убийство М.О.В. следует оправдать за отсутствием состава преступления, поскольку согласно обвинительному заключению по этому эпизоду действия Лежакова С.М. выразились в том, что он, являясь организатором и руководителем организованной группы, передал Алалыкину С.В. нож, которым тот с целью убийства нанёс М.О.В. ранения. Однако исследованными доказательствами не подтверждается создание Лежаковым С.М. организованной группы и руководство ею, как было указано выше Лежаков С.М. и Алалыкин С.В. входили в организованную группу как соисполнители. Как пояснил Алалыкин С.В., и как следует из обстоятельств дела, нож Алалыкину С.В. Лежаков С.М. передал ещё до совершения убийства К.А.И., когда ни Алалыкин С.В., ни Лежаков С.М. не знали о факте нахождения в доме К. М.О.В. и этот нож в последующем оставался у Алалыкина С.В. и, следовательно, умыслом Лежакова С.М. при передаче Алалыкину С.В. ножа не охватывалось убийство М.О.В.
На основании изложенного суд считает, что действия Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. следует квалифицировать по ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ по эпизоду в отношении Ж., по ст. 161 ч. 3 п. «а» УК РФ по эпизоду в отношении В., по ст. 162 ч. 4 п. «а, в» УК РФ по эпизоду в отношении К. и по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ, а действия Алалыкина С.В. кроме того и по ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. «а, к» УК РФ.
Белова Г.В. органами предварительного следствия обвиняется в том, что, действуя в составе организованной группы с Лежаковым С.М. и Алалыкиным С.В., совершила разбойные нападения на Ж.А.Н. и В.А.М. При этом действия Беловой Г.В., по мнению органов предварительного следствия вовлечённой в организованную группу Лежаковым С.М., по эпизоду в отношении Ж., выразились в том, что она в <дата> в <адрес> предложила Лежакову С.М. совершить нападение на квартиру своего знакомого Ж.Н.Н. по указанному адресу, который имел денежные средства от продажи товаров, сообщила Лежакову С.М. адрес квартиры Ж.Н.Н., данные о членах его семьи и возможном времени совершения преступления, а затем Белова Г.В. совместно с Лежаковым С.М. и Алалыкиным С.В. распорядилась похищенным из квартиры Ж.. По эпизоду в отношении В. действия Беловой Г.В., по мнению органов предварительного следствия, выразились в том, что она в <дата> предложила Лежакову С.М. совершить разбойное нападение на родственников своей знакомой Т.Г.Н. – В., в период до <дата> в <адрес> собрала сведения о месте проживания В.А.М., распорядке дня, наличии у В.А.М. денежных средств, а затем Белова Г.В. совместно с Лежаковым С.М. и Алалыкиным С.В. распорядилась похищенным из квартиры В..
Суд считает, что Белову Г.Ю. по предъявленному обвинению следует оправдать за отсутствием состава преступления. К такому выводу суд приходит исходя из того, что, несмотря на то, что судом установлено, что информацию о потерпевших Ж. и В. Лежаков С.М. получил от Беловой Г.В., о чём свидетельствуют как показания Алалыкина С.В. о том, что по пояснениям Лежакова информация у Лежакова о потерпевших Ж. и В. была от Беловой, так и факты обладания Беловой Г.В. сведениями о Ж., В., Л., общения Лежкова С.М. с Беловой Г.Ю. Однако судом не только не установлено совершение какой формы хищения охватывалось умыслом Беловой Г.Ю., но и не собрано доказательств о том что умыслом Беловой Г.Ю. при предоставлении информации о потерпевших охватывалось что на основании этой информации будет совершено какое-либо преступление, что Белова Г.Ю. умышленно предоставила инфомацию о потерпевших Ж. и В. Лежакову С.М. Несмотря на то, что установлено, что Лежаков С.В. брал часть похищенного у Ж. и В. для передачи Беловой Г.Ю., но не установлено передавал ли фактически Лежаков С.М. Беловой Г.Ю. похищенное. Белова Г.Ю. и Алалыкин С.В. даже не были знакомы между собой, как следует из показаний Алалыкина С.В., он лишь один раз видел Белову Г.В., знал от Лежакова С.М., что информация о Ж. и В. у него от Беловой и Лежаков С.М. брал часть похищенного для передачи, со слов Лежакова, Беловой Г.Ю. Однако, как следует из показаний Алалыкина С.В., сам он никогда не присутствовал при общении Лежакова С.М. с Беловой Г.Ю. и не знает, каким образом и с какой целью Белова Г.Ю. предоставила Лежакову С.М. информацию о Ж. и В., получила ли она фактически долю от похищенного. Как видно из характера совершённых преступлений поведение Лежакова С.М. характеризовалось корыстной направленностью. Употреблённое Лежаковым С.М. в общении с Алалыкиным С.В. выражение о том, что Белова дала «наводку» выражает лишь оценку Лежаковым С.М. характера полученной информации, а не умысел Беловой Г.Ю. При этом других доказательств причастности Беловой Г.Ю. к инкриминируемым ей преступлениям органами предварительного следствия не собрано. Каких-либо доказательств того, что Белова Г.Ю. предлагала совершить преступление, как это указано в обвинительном заключении, по делу не имеется. Белова Г.Ю. и Лежаков С.М. последовательно отрицали какую-либо причастность Беловой Г.Ю. к инкриминируемым преступлениям. В соответствии со ст. 14 УПК РФ обвинительный приговор не может быть основан на предположениях.
Согласно заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы (т. 5 л.д. 138-140) Алалыкин С.В. каким-либо психическим расстройством не страдает. Что же касается периода времени, относящегося к моментам совершения правонарушений, то тогда Алалыкин СВ. каких-либо признаков временного расстройства душевной деятельности (в том числе и патологического опьянения), лишающего его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не обнаруживал, поскольку у него была сохранена ориентировка и адекватный контакт с окружающими, действия его носили последовательный и целенаправленный характер и не сопровождались психопатологическими расстройствами в виде бреда и галлюцинаций. В настоящее время Алалыкин С.В. также может сознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания.
Согласно заключения психолога, в момент совершения преступления Алалыкин С.В. в состоянии физиологического аффекта не находился.
Согласно заключению судебной психолого-психиатрической экспертизы ( т. 5 л.д. 149-150) Лежаков С.М. каким-либо психическим расстройством не страдает. Что же касается периода времени, относящегося к моменту совершения правонарушения, то тогда Лежаков С.М. каких-либо признаков временного болезненного расстройства, в том числе и патологического опьянения, лишающего его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не обнаруживал, поскольку у него была сохранена ориентировка и адекватный контакт с окружающими, действия его носили последовательный и целенаправленный характер и - не сопровождались психопатологическими расстройствами в виде бреда и галлюцинаций.
В настоящее время Лежаков С.М. также может сознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела и давать о них показания.
Из заключение психолога следует, что в период противоправной ситуации Лежаков С.М. в состоянии физиологического аффекта не находился.
Акты судебных психолого-психиатрических экспертиз научно обоснованные, полные, ясные, соответствуют установленному судом и сомнений не вызывают. Как видно из обстоятельств дела, поведения подсудимых в суде, каких-либо сомнений по поводу способности подсудимых осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими на период времени, относящийся к моменту совершения преступлений, так и в настоящее время нет. Поэтому суд признает всех подсудимых вменяемыми в отношении инкриминируемых им деяний.
При назначении подсудимым наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённых Алалыкиным С.В. и Лежаковым С.М. преступлений, характер, степень и значение фактического участия каждого из подсудимых в совершении преступлений, обстоятельства, в силу которых покушение на убийство М.О.В. не было доведено до конца. Также при назначении подсудимым наказания суд учитывает возраст и состояние здоровья подсудимых, положительные и отрицательные данные, изложенные в характеристиках подсудимых Алалыкина С.В. и Лежакова С.М., влияние назначаемого наказания на исправление подсудимых и условия жизни их семей. Кроме того, суд учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершённых Алалыкиным С.В. и Лежаковым С.М. преступлений, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным.
В качестве смягчающих наказание Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. обстоятельств суд учитывает наличие у них малолетних детей, активное способствование Алалыкина С.В. раскрытию и расследованию преступлений. Суд считает, что имеющаяся в материалах дела явка с повинной (т. 1 л.д. 159-161) не может учитываться в качестве смягчающего наказание обстоятельства, поскольку была написана Лежаковым С.М. после доставления его в милицию по подозрению в совершении преступления, и не содержит достоверного сообщения Лежакова С.М. о совершённом им преступлении.
Учитывая то, что в действиях Алалыкина С.В. содержится особо опасный рецидив преступлений, в действиях Лежакова С.М. содержится опасный рецидив преступлений, в качестве отягчающих наказание Алалыкинеа С.В. и Лежакова С.М. обстоятельств суд учитывает наличие у Алалыкина С.М. и Лежакова С.М. рецидива преступлений.
Таким образом, у Алалыкина С.В. наряду с активным способствованием раскрытию и расследованию преступлений имеется отягчающее обстоятельство – рецидив преступлений и при назначении ему наказания не подлежит применению ст. 62 УК РФ.
С учётом материального положения подсудимых суд считает нецелесообразным назначать им дополнительное наказание в виде штрафа.
С учетом материального положения подсудимых Алалыкина С.В. и Лежакова С.М., их отношения к исковым требованиям, суд считает, что заявленные потерпевшим Ж.Н.Н. исковые требования о возмещении материального ущерба причинённого хищением его имущества подлежат удовлетворению с учётом установленного судом размера похищенного - <данные изъяты>, указанная сумма подлежит взысканию в солидарном порядке с Алалыкина С.В. и Лежакова С.М., поскольку установлено, что материальный ущерб потерпевшему Ж.Н.Н. был причинён в результате виновных действий Лежакова С.М. и Алалыкина С.В.
С учётом материального положения подсудимого Алалыкина С.В., его отношения к исковым требованиям, представленных потерпевшей М.О.В. платёжных документов, суд считает, что заявленные потерпевшей М.О.В. исковые требования о возмещении материального ущерба связанного с затратами на лечение и адвоката в размере <данные изъяты> подлежат удовлетворению, указанная сумма подлежит взысканию с Алалыкина С.М., поскольку установлено, что материальный ущерб потерпевшей М.О.В. был причинён в результате виновных действий Алалыкина С.В.
С учётом характера перенесённых потерпевшей М.О.В. нравственных и физических страданий, степени вины подсудимого Алалыкина С.В., его материального положения и отношения к исковым требованиям, суд считает, что иск потерпевшей М.О.В. о возмещении морального вреда подлежит удовлетворению в полном размере Алалыкиным С.В. виновным в причинении вреда.
Суд считает, что поскольку у Лежакова С.М. и Алалыкина С.В. из обвинения исключено убийство Ж.А.Н. гражданский иск Ж.К.Н. следует оставить без рассмотрения.
Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 301 – 309 УПК РФ,
П Р И Г О В О Р И Л:
Алалыкина С.В. признать виновным в совершении преступлений предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении Ж.), ст. 161 ч. 3 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении В.), ст. 162 ч. 4 п. «а, в» УК РФ (по эпизоду в отношении К.) ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ, ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. «а, к» УК РФ.
Лежакова С.М. признать виновным в совершении преступлений предусмотренных ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении Ж.), ст. 161 ч. 3 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении В.), ст. 162 ч. 4 п. «а, в» УК РФ (по эпизоду в отношении К.), ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ,
Лежаков С.М. по ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. «а,ж,з,к» УК РФ оправдать за отсутствием состава преступления.
Белову Г.Ю. по ст. ст. 162 ч. 4 п. «а», 162 ч. 4 п. «а» УК РФ оправдать за отсутствием состава преступления.
Назначить наказание Алалыкину С.В. по ст. ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении Ж.) в виде тринадцати лет лишения свободы,
по ст. 161 ч. 3 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении В.) в виде десяти лет лишения свободы,
по ст. 162 ч. 4 п. «а, в» УК РФ (по эпизоду в отношении К.) в виде четырнадцати лет лишения свободы,
по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ в виде семнадцати лет лишения свободы,
по ст.ст. 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. «а, к» УК РФ в виде пятнадцати лет лишения свободы.
На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначить Алалыкину С.В. наказание путём частичного сложения назначенных наказаний в виде двадцати пяти лет лишения свободы в исправительной колонии особого режима.
С учётом времени предварительного содержания под стражей срок отбытия наказания Алалыкину С.В. исчислять с 14 января 2010 года.
Назначить наказание Лежакову С.М. по ст. 162 ч. 4 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении Ж.) в виде четырнадцати лет лишения свободы,
по ст. 161 ч. 3 п. «а» УК РФ (по эпизоду в отношении В.) в виде одиннадцати лет лишения свободы,
по ст. 162 ч. 4 п. «а, в» УК РФ (по эпизоду в отношении К.) в виде четырнадцати лет лишения свободы,
по ст. 105 ч. 2 п. «з» УК РФ в виде семнадцати лет лишения свободы.
На основании ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений назначить Лежакову С.М. наказание путём частичного сложения назначенных наказаний в виде двадцати пяти лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
С учётом времени предварительного содержания под стражей срок отбытия наказания Лежакову С.М. исчислять с 25 января 2010 года.
Взыскать с Алалыкина С.В. и Лежакова С.М. солидарно в пользу Ж.Н.Н. в возмещение материального ущерба <данные изъяты>.
Взыскать с Алалыкина С.В. в пользу М.О.В. в возмещение материального ущерба <данные изъяты>, в возмещение морального вреда <данные изъяты>
Гражданский иск Ж.К.Н. оставить без рассмотрения.
Взыскать в доход государства с Алалыкина С.В. 1551 рубль 55 копеек, с Лежакова С.М. 40340 рублей 30 копеек, выплаченных оказывавшим им юридическую помощь по назначению адвокатам.
Меру пресечения в отношении Алалыкин С.В., Лежаков С.М. оставить – заключение под стражу. В отношении Белову Г.Ю. меру процессуального принуждения – обязательство о явке отменить.
Признать за оправданной Беловой Г.Ю. право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием.
Уголовное дело направить руководителю следственного управления Следственного комитета РФ по <адрес> для производства предварительного расследования и установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (эпизоды убийства Ж.А.Н., В.А.М.).
Вещественные доказательства – одежду, обувь, ножи, телефон, банковскую карту, покрывало, травматический пистолет, залоговую карту ломбарда, смывы передать в следственное управление Следственного комитета РФ по <адрес>.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Верховный Суд РФ в течение 10 суток со дня провозглашения, а осуждёнными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы, осуждённые вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Судья _________________ Е.Н. Яковлев