город Няндома 10 марта 2011 года Няндомский районный суд Архангельской области в составе: председательствующего судьи Ермилова В.А., при секретаре Раковой И.А., с участием государственных обвинителей - помощников прокурора Няндомского района Архангельской области Коньковой Н.А., Школяренко А.В., Вантрусовой О.М., подсудимых /Д.В./, /Г.Г./, защитников /З./, представившего удостоверение № и ордер от ДД.ММ.ГГГГ, /В./, представившего удостоверение № и ордер от ДД.ММ.ГГГГ, потерпевшей /Т.Г./, при секретаре Раковой И.А., рассмотрев материалы уголовного дела в отношении: /Д.В./, <данные изъяты>, не судимого, содержащегося под стражей с 15 октября 2010 года, /Г.Г./, <данные изъяты>, не имеющего судимостей, содержащегося под стражей с 15 октября 2010 года, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, УСТАНОВИЛ: /Д.В./ и /Г.Г./ совершили умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Преступление совершено при следующих обстоятельствах. В период с 20 часов 00 минут до 21 часа 05 минут 12 октября 2010 года, /Д.В./ и /Г.Г./, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире /Л.Ю./, расположенной по адресу: <адрес>, в ходе ссоры, возникшей из личных неприязненных отношений с /Л.Ю./, с целью причинения тяжкого вреда здоровью последнего, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, группой лиц, совместно, умышленно причинили /Л.Ю./ телесные повреждения, при этом /Д.В./ нанес потерпевшему не менее двух ударов руками в голову, не менее двух ударов ногами в обуви в голову, являющуюся жизненно-важным органом, удар коленями ног в область груди, являющейся жизненно важным органом, и не менее двух ударов ногами в обуви в область конечностей, а /Г.Г./ нанес /Л.Ю./ не менее двух ударов руками в голову, являющуюся жизненно-важным органом, не менее двух ударов ногами в обуви в область груди, являющейся жизненно важным органом и не менее двух ударов ногами в обуви в область конечностей. Своими преступными действиями /Д.В./ совместно с /Г.Г./ причинили /Л.Ю./ телесные повреждения характера сочетанной травмы тела, выразившейся в наличии: тупой травмы головы, выразившейся в наличии: поверхностных ссадин: в правой и левой теменных областях (1), в окружности правого глаза (1), в лобной области слева с переходом в левую височную и левую скуловую области (1); кровоподтеков: в правой височной области (1), в окружности правого глаза (1), на слизистой оболочке верхней губы (1), на слизистой оболочке нижней губы (1); глубоких ушибленных ран: на слизистой оболочке верхней губы в проекции 3 зуба слева (1), на слизистой оболочке нижней губы в проекции 3 зуба слева (1); кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правой теменно-височной области (1), подострой субдуральной гематомы общим объемом 180 мл в левой теменной области, субархноидальных кровоизлияний в правой теменной, правой височной, левой теменной, левой височной долях головного мозга, очаговых и сливных кровоизлияний белого вещества; тупой травмы груди, выразившейся в наличии: кровоподтека на правой боковой поверхности грудной клетки в проекции края реберной дуги (1), закрытых переломов 10-12 ребер справа по околопозвоночной линии, 10 ребра слева по околопозвоночной линии, очаговых субарахноидального и периваскулярных кровоизлияний спинного мозга; травмы конечностей, выразившейся в наличии: кровоподтеков: на наружной поверхности левого плеча в средней трети (1), на наружной поверхности правого предплечья в верхней трети (1), осложнившейся межуточным отеком миокарда, отеком и дистелектазами легких, отеком головного мозга, являющиеся опасными для жизни в момент причинения, по этому квалифицирующему признаку расценивающиеся как тяжкий вред здоровью и состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти /Л.Ю./, последовавшей в 5 часов 30 минут 13 октября 2010 года в МУЗ «Няндомская ЦРБ». В судебном заседании подсудимый /Д.В./ с предъявленным ему обвинением по ст. 111 ч. 4 УК РФ не согласился, вину не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ему статьей 51 Конституции РФ. На основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, в судебном заседании исследовались показания /Д.В./, данные им в ходе предварительного следствия. Из показаний /Д.В./, допрошенного в качестве подозреваемого 16 октября 2010 года, оглашенных в суде, следует, что 12 октября 2010 года он с /Г.Г./ распивал спиртное в квартире у /Г.Г./. В ходе распития он рассказал /Г.Г./, что у него была собака, которую, по его предположению, съели /Е.В./ и /Л.Ю./. Он предложил /Г.Г./ разобраться с /Л.Ю./ и /Е.В./, на что /Г.Г./ согласился. В период с 19 до 21 часа они пришли к /Л.Ю./ и /Е.В./. В квартире он увидел, что /Е.В./ спал на полу, а /Л.Ю./ спал на кровати. В квартире также находились /Ф.Л./ и ее сестра. Он нанес /Е.В./ пару ударов ногой в область ягодиц, а затем взял того за ворот куртки и попытался вытащить в кухню, где /Е.В./ упал на пол. В это время в кухню зашел /Г.Г./ и нанес /Е.В./ три удара со всей силы ногами по спине. Он (/Д.В./) прошел в комнату и два раза шлепнул /Л.Ю./ по плечу ладонью, в результате чего тот проснулся. /Л.Ю./ сел на кровати и они стали ругаться, говорили о его собаке. Он ударил /Л.Ю./ ладонью по лицу или по уху. В этот момент в комнату вбежал /Г.Г./, вскочил на кровать и начал пинать /Л.Ю./ в область туловища, нанес не менее 5-6 ударов, при этом /Л.Ю./ лежал на боку и кричал от боли. Наносил ли он (/Д.В./) удары /Л.Ю./, он не помнит (т. 2, л.д. 76-80). При допросе в качестве обвиняемого от 22 октября 2010 года (т. 2, л.д. 125-128) /Д.В./ дал показания аналогичные его показаниям, данным при допросе в качестве подозреваемого от 16 октября 2010 года. Будучи допрошенным в качестве обвиняемого 13 декабря 2010 года (т. 2, л.д. 134-137), /Д.В./ в целом дал показания аналогичные данным ранее, при предыдущих допросах, дополнив, что находясь в квартире, в которой проживал /Л.Ю./, он нанес один удар ногой в обуви в область груди спящему /Л.Ю./, а затем, когда от удара /Л.Ю./ проснулся, он нанес тому еще три удара ногой в область груди и четыре удара кулаком по лицу. После этого в комнату зашел /Г.Г./, который нанес ногой в обуви примерно четыре удара /Л.Ю./ в область груди, живота, а также один удар ногой в обуви в область лица. /Г.Г./ также наносил удары /Л.Ю./ руками по лицу, но об их количестве и способу нанесения он (/Д.В./) ничего сказать не может, так как в этот момент отвернулся. Травмы /Л.Ю./ они причинили совместными с /Г.Г./ ударами, так как били приблизительно с одинаковой силой и одинаковым способом. После оглашения показаний /Д.В./ их не подтвердил, пояснил, что на предварительном следствии он оговорил себя и /Г.Г./, причину оговора объяснять не желает. Подсудимый /Г.Г./ в судебном заседании с предъявленным ему обвинением по ст. 111 ч. 4 УК РФ не согласился, вину не признал, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ему статьей 51 Конституции РФ, пояснил при этом, что согласен с тем, что причинил легкий вред здоровью /Л.Ю./ На основании п. 3 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, по ходатайству государственного обвинителя, в судебном заседании исследовались показания /Г.Г./ данные им в ходе предварительного следствия. Из показаний /Г.Г./, допрошенного в качестве подозреваемого 15 октября 2010 года, оглашенных в суде, следует, что в октябре 2010 года он распивал спиртное с /Д.В./ у себя в квартире и в ходе этого /Д.В./ ему рассказал о том, что житель ст. Бурачиха /Л.Ю./ съел его (/Д.В./) собаку. /Д.В./ предложил ему сходить к /Л.Ю./ и отомстить за собаку, на что он согласился. В дом к /Л.Ю./ первым прошел /Д.В./, а он в это время прикрывал дверь. Затем он услышал из комнаты женские крики. Зайдя в комнату, он увидел, что там находятся две женщины, /Л.Ю./, /Е.В./ и /Д.В./. /Е.В./ лежал на полу, на лице у него была кровь, а /Л.Ю./ стоял на четвереньках на углу кровати. Он (/Г.Г./) вытащил /Е.В./ на кухню, и пока сам находился на кухне, то услышал грохот из комнаты. Когда он вновь зашел в комнату, то увидел, что /Л.Ю./ сидит на полу, по переносице у того текла кровь. /Д.В./ кричал на /Л.Ю./ и нанес тому около шести ударов кулаками по голове и лицу, затем встал правой ногой на грудь, а левой на шею /Л.Ю./, после чего нанес два удара пяткой левой ноги в лицо, в область носа и лба, затем прыгнул на /Л.Ю./ коленями в живот, в область солнечного сплетения. После этого он (/Г.Г./) нанес сидящему на диване /Л.Ю./ один удар ногой с размаху в грудь, два удара кулаком левой руки в правую скулу (т. 2, л.д. 23-25). При допросах в качестве обвиняемого 22 октября 2010 года и 13 декабря 2010 года (т. 2, л.д. 105-109, 117-120) /Г.Г./ дал показания, аналогичные его показаниям при допросе в качестве подозреваемого 15 октября 2010 года, дополнив, что сначала /Д.В./, обхватив /Л.Ю./ рукой в затылочной области головы, скинул того на пол и нанес не менее трех ударов рукой в область лица, а затем наносил последующие удары. В судебном заседании также оглашался протокол проверки показаний подозреваемого /Г.Г./ на месте от 20 октября 2010 года (том 2, л.д. 25-51), согласно которому /Г.Г./ подтвердил показания, данные им при допросе в качестве подозреваемого от 15 октября 2010 года. После оглашения показаний /Г.Г./ пояснил, что показания, данные на следствии он не подтверждает, себя и /Д.В./ он оговорил, так как был уставший. Свидетели /В.М./ и /Ф.Л./ также оговорили на предварительном следствии его и /Д.В./, причину оговора объяснить не может, лично с /В.М./ и /Ф.Л./ он знаком не был. Когда 12 октября 2010 года он с /Д.В./ был в квартире /Л.Ю./, то на полу в квартире уже была кровь. /Л.Ю./ и /Е.В./ они с /Д.В./ хотели наказать за то, что те якобы съели собаку /Д.В./. /Д.В./ два раза пнул /Л.Ю./ слегка в область таза, а он (/Г.Г./) ударил /Л.Ю./ кулаком в лоб и в левую область лица по одному разу. Других действий в отношении /Л.Ю./ и /Е.В./ они не совершали. Считает, что от их действий /Л.Ю./ умереть не мог. В той квартире могли быть и другие конфликты, но конкретных сведений об этом у него нет. Вина подсудимых /Д.В./ и /Г.Г./ нашла свое подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами. Так, потерпевшая /Т.Г./ в судебном заседании показала, что /Л.Ю./ был ее отцом. 13 октября 2010 года ей позвонила мать и сообщила, что отец умер. Мать ей рассказала, что отца убили, а именно ночью 12 октября 2010 года к отцу в квартиру ворвались двое человек, которые избили того до смерти. 13 октября 2010 года она поехала на ст. Бурачиха, где встретила /В.М./, которая ей рассказала, что 12 октября 2010 года в квартиру отца ночью пришел /Г.Г./ и /Д.В./. Сначала /Д.В./ стал бить /Е.В./, потом /Д.В./ подошел к кровати, стащил с кровати /Л.Ю./, и стал бить того. Сначала удары наносил /Д.В./, /Г.Г./ был на кухне. /Д.В./ наносил удары /Л.Ю./ по лицу, по телу. Считает, что в случае признания /Д.В./ и /Г.Г./ виновными, они заслуживают сурового наказания. Свидетель /Е.В./ суду показал, что 12 октября 2010 года он, /Л.Ю./, /В.М./ и /Ф.Л./ употребляли спиртное в квартире /Л.Ю./. Они легли спать, и в какой- то момент он услышал, что в квартиру /Л.Ю./ кто-то пришел. Затем кто-то нанес ему два - три удара ногой в обуви по голове, после этого он потерял сознание. Кто ему наносил удары, он не видел. В себя он пришел когда его грузили в машину скорой медицинской помощи. В машине скорой помощи также находился /Л.Ю./, который был без сознания. В тот же день он узнал от медсестры, что /Л.Ю./ умер. От /В.М./ ему стало известно, что его и /Л.Ю./ избили двое человек: один из них /Д.В./, а второй /Г.Г./ Ранее у него с /Д.В./ и /Г.Г./ конфликтов не было. С /Л.Ю./ у него также конфликтов не было, отношения были дружеские. Телесных повреждений у /Л.Ю./ до указанных событий не было. Были ли у /Л.Ю./ конфликты еще с кем-либо, ему не известно. В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя Коньковой Н.А. в судебном заседании оглашались показания потерпевшего /Е.В./ данные на предварительном следствии, согласно которым 12 октября 2010 года он, вместе с /Л.Ю./, /В.М./ и /Ф.Л./ употреблял спиртное в квартире /Л.Ю./. Они легли спать, и в какой- то момент он услышал, что в квартиру /Л.Ю./ кто-то пришел. Затем кто-то нанес ему два - три удара ногой в обуви по голове, после этого он потерял сознание. Кто ему наносил удары, он не видел. В себя он пришел когда его грузили в машину скорой медицинской помощи. В машине скорой помощи также находился /Л.Ю./, который был без сознания. В тот же день он узнал от медсестры, что /Л.Ю./ умер. По слухам в поселке Бурачиха ему стало известно, что его и /Л.Ю./ избили двое, один из которых /Д.В./, а имени второго он не помнит. Ему известно, что у /Д.В./ была собака, породы немецкая овчарка, которая потом пропала. Куда девалась собака, он не знает. Данную собаку он не ел, считает, что она просто убежала (т. 1, л.д. 66-67, 68-69). После оглашения показаний /Е.В./ полностью подтвердил показания, данные в ходе предварительного следствия. Наличие противоречий объяснил тем, что прошло много времени, и некоторые события он забыл. Свидетель /З.О./ в судебном заседании показала, что с 07 сентября 2003 года до 15 октября 2010 года она проживала совместно с /Д.В./, имеют двоих детей. 15 октября 2010 года в вечернее время /Д.В./ пришел домой с работы, был очень взволнован, сказал, что его могут арестовать за то, что он с /Г.Г./ избил человека, который в настоящее время умер. Других подробностей произошедшего /Д.В./ ей не рассказывал. До произошедшего /Д.В./ рассказывал, что у него кто-то на ст. Бурачиха съел собаку. Из показаний свидетеля /Г.Е./, данных в судебном заседании, следует, что /Г.Г./ является ее мужем. 12 октября 2010 года /Г.Г./ и /Д.В./ у них в квартире выпивали спиртное. Около 20 часов /Д.В./ предложил ее мужу куда-то сходить и они ушли. Приблизительно через 30 минут муж пришел обратно домой один, был спокоен, ей ничего не рассказывал и лег спать. 13 октября 2010 года к ним приехали сотрудники милиции, которые осмотрели дом и изъяли вещи мужа. Она слышала, как муж рассказал сотрудникам милиции, что вечером 12 октября 2010 года он вошел в дом, где проживает /Л.Ю./. Со слов /Г.Г./ она поняла, что в доме находились /Л.Ю./ и /Е.В./, а также две женщины. /Г.Г./ сказал, что вошел в дом вторым после /Д.В./, и когда вошел в комнату, то на полу лежал мужчина, на голове которого была кровь. Насколько поняла со слов /Г.Г./, тот не трогал мужчину, у которого на голове была кровь, а наоборот оттащил его в сторону. /Г.Г./ говорил, что бил только мужчину, который лежал на диване рядом с женщинами. Свидетель /К.Л./ в судебном заседании пояснила, что она работает на отделении скорой медицинской помощи фельдшером. 12 октября 2010 года она находилась на смене с 19 часов 00 минут. В 23 часа 25 минут поступил вызов на ст. Бурачиха. По прибытии, у дома, расположенного на одной из улиц ст. Бурачиха, их ожидали два сотрудника милиции, которые проводили внутрь дома. В комнате на полу имелись множественные стекла от разбитых бутылок, на полу в кухне у входа с улицы имелась лужица крови. /Л.Ю./ лежал на полу, /Е.В./ тоже сидел на полу рядом с /Л.Ю./. У Леонарда на лице имелись множественные ушибы и гематомы, он находился в коме. Женщина, находившаяся в доме сказала, что мужчин кто-то избил. Свидетель /Ф.Л./ суду показала, что с сентября 2010 года ее сестра /В.М./ проживала у /Л.Ю./. С конца сентября и до 12 октября 2010 года они с /В.М./, /Е.В./ и /Л.Ю./ в его квартире употребляли спиртные напитки, никаких конфликтов не происходило. 12 октября 2010 года она весь день находилась в квартире у /Л.Ю./. В вечернее время она спала и проснулась от того, что ее спросили: «Где /Л.Ю./». Она увидела, что это был /Д.В./. /Д.В./ нанес ей два удара кулаком левой руки по лицу. Потом /Д.В./ стащил с кровати /Л.Ю./ и стал того избивать. /Д.В./ говорил, что /Л.Ю./ съел у него собаку, поэтому они с /Г.Г./ пришли на разборки. Потом она заснула. /Д.В./ был не один, но кто был второй, она не видела. Она не знает, наносил ли кто-либо из них удары /Е.В./. Ее разбудила /В.М./ посмотреть, как избили /Е.В./ и /Л.Ю./. Когда она проснулась, в комнате на полу лежал /Л.Ю./ и /Е.В./, они были оба в крови. Она сказала /В.М./, чтобы та бежала вызывать скорую медицинскую помощь и милицию, а сама опять заснула. Со слов /В.М./ ей известно, что /Д.В./ был не один, но с кем он был, она не видела. До этого дня у /Л.Ю./ и /Е.В./ телесных повреждений не было. /В.М./ после произошедшего ей рассказала, что второй был /Г.Г./. У /В.М./ на следующий день она видела синяк под глазом, та сказала, что /Д.В./ ее также два раза ударил кулаком по лицу. Она не видела, чтобы /Д.В./ или кто-то другой наносил удары /Л.Ю./, слышала какую-то возню в квартире, кто-то боролся или дрался. /В.М./ ей также рассказала, что /Д.В./ и /Г.Г./ избили /Е.В./ и /Л.Ю./, /Д.В./ якобы пинал /Л.Ю./, а /Г.Г./ бил /Е.В./. Конфликтов между /Л.Ю./ и /Е.В./ 12 октября 2010 года не было. В соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя Коньковой Н.А. в судебном заседании оглашались показания свидетеля /Ф.Л./ данные на предварительном следствии, из которых следует, что 12 октября 2010 года, когда она спала в квартире у /Л.Ю./, ее разбудил /Д.В./, который нанес /Л.Ю./ два удара кулаком левой руки по лицу, сказал, что пришел на разборки из-за того, что /Л.Ю./ съел у него собаку. На кухне она видела еще одного человека, но кто именно это был, она не видела. /Д.В./ ударил ее два раза ладонями по лицу. Она отвернулась к стенке и заснула. Проснулась от того, что ее разбудила /В.М./, сказав, что вызвала милицию. Она увидела, что /Е.В./ лежал на своем матрасе, был в сознании. /Л.Ю./ лежал на боку и не шевелился (т.1, л.д. 91-92). Свидетель /Ф.Л./ после оглашения показаний, данных ею в ходе предварительного следствия, полностью их подтвердила, наличие противоречий объяснила тем, что с момента событий прошло много времени. Свидетель /А.Н./ в судебном заседании показала, что 12 октября 2010 года, около 23 часов 25 минут ей позвонила диспетчер скорой помощи, которая сообщила, что в одном из домов ст. Бурачиха, находятся двое пострадавших, одного из которых убили. Когда прошла к данному дому, увидела машину милиции, которая располагалась у дома, где проживает /Д.В./. С сотрудниками милиции они проследовали к дому, где проживал /Л.Ю./. В кухне и комнате был беспорядок. В квартире находились /Л.Ю./, /Е.В./ и /Ф.Л./, которая сказала, что /Е.В./ и /Л.Ю./ кто-то избил, подробностей не рассказывала. /Л.Ю./ лежал на правом боку, голова упиралась в подушку от дивана, расположенную на полу в комнате. /Е.В./ лежал на полу рядом с /Л.Ю./, укрывшись черной курткой. У /Л.Ю./ на лице имелись множественные ушибы и гематомы, он находился в бессознательном состоянии. Из показаний свидетеля /В.М./, данных в судебном заседании, следует, что с сентября 2010 года она проживала с /Л.Ю./. 12 октября 2010 года они с /Л.Ю./, /Е.В./ и /Ф.Л./ распивали спиртное. Вечером они легли спать. Ее разбудила /Ф.Л./, которая сказала, чтобы она вызвала милицию. Когда она встала, то увидела /Л.Ю./ и /Е.В./ на полу в комнате. Она сходила и вызвала милицию, а когда вернулась, то /Ф.Л./ ей рассказала, что /Д.В./ и /Г.Г./ избили /Е.В./ и /Л.Ю./. /Л.Ю./ был без сознания, а /Е.В./ пришел в себя. /Ф.Л./ ей сказала, чтобы она говорила работникам милиции, что якобы /Д.В./ и /Г.Г./ избили /Е.В./ и /Л.Ю./, били ногами, руками, таскали их, говорила о количестве ударов. Сама она 12 октября 2010 года /Д.В./ и /Г.Г./ в квартире не видела и не видела, избивали они или нет /Е.В./ и /Л.Ю./. За 3-4 дня до этого у /Е.В./ с /Л.Ю./ был конфликт, в ходе которого /Е.В./ ткнул /Л.Ю./ ножом в область живота слева. Телесных повреждений у /Л.Ю./ она не видела, и тот за медицинской помощью не обращался. 12 октября 2010 года у /Е.В./ и /Л.Ю./ телесных повреждений на лице и руках не было, на здоровье они не жаловались. По ходатайству государственного обвинителя Коньковой Н.А., в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ в судебном заседании оглашались показания свидетеля /В.М./ данные на предварительном следствии (т. 1, л.д. 87-90), согласно которым 12 октября 2010 года она, /Ф.Л./, /Л.Ю./, /Е.В./ вчетвером выпили две бутылки портвейна, потом легли спать. Через некоторое время проснулась от шума, когда подняла голову, то увидела, что в комнату из кухни входит /Д.В./, за ним сразу зашел /Г.Г./. /Д.В./ сразу налетел на /Е.В./, начал пинать его в область туловища, в живот, при этом /Д.В./ нанес не менее 5 ударов /Е.В./, бил /Д.В./ со злостью и кричал на /Е.В./: «Ты съел мою собаку, я все знаю!». Потом /Д.В./ стал бить /Е.В./ кулаками в лицо, при этом нанес /Е.В./ не менее трех ударов, бил с размаху. Затем /Д.В./ схватил /Е.В./ за ворот куртки и потащил в кухню. После этого услышала звуки ударов, при этом /Д.В./ кричал: «Ты съел мою собаку!», также слышала стоны /Е.В./ от боли. Потом увидела, что из кухни в комнату полетели брызги крови, а затем, как /Е.В./ падает на пол, он упал на спину, влетев из кухни в комнату. После того как /Е.В./ упал, /Д.В./ подошел к дивану, схватил /Л.Ю./ за рукав и поднял его. /Д.В./ стащил /Л.Ю./ с кровати на пол и начал наносить удары ногами, нанес не менее 7 ударов. Затем /Г.Г./ нанес два удара ногами /Л.Ю./ в область головы или плеч. Затем /Д.В./ прыгнул коленями в живот /Л.Ю./. Потом /Д.В./ встал обеими ногами на /Л.Ю./, при этом наносил удары /Л.Ю./ ногами сверху, топтался на нем. Потом /Д.В./ схватил /Л.Ю./ за грудки и потащил его к тому месту, где лежал /Е.В./, и бросил /Л.Ю./ туда, рядом с /Е.В./. Убежав из дома /Л.Ю./, она сообщила о случившемся дежурной по станции, которая вызвала милицию. Вернувшись в квартиру к /Л.Ю./, там уже ни /Д.В./, ни /Г.Г./ не было, подошла к мужикам, они лежали на полу в комнате, при этом /Е.В./ стонал, а /Л.Ю./ был без сознания. После оглашения показаний, данных на предварительном следствии, /В.М./ пояснила, что показания на следствии она давала под воздействием своей сестры /Ф.Л./, которая выгоняла ее из квартиры. Оглашенные показания она не подтверждает. Судмедэксперт /Г.Д./ в судебном заседании показал, что брюшинное пространство - это часть внутреннего пространства туловища человека, которое при проецировании на его поверхность соответствует поясничной области. Травма забрюшинного пространства у /Л.Ю./ выражалась в забрюшинной гематоме слева и разрыве левой почки, в случае локального ударного воздействия, чтобы такие повреждения возникли должен быть удар в проекции в поясничную область слева. От прямого воздействия в область груди такие повреждения не могли образоваться. Тупая травма головы, имевшаяся у /Л.Ю./, сама по себе тоже представляет сгруппированные повреждения по атомическому признаку, сама по себе также оценивается как тяжкий вред здоровью. От данной травмы наступила смерть потерпевшего, поскольку это является тяжким вредом здоровью опасным для жизни человека, любой опасный для жизни тяжкий вред приводит к наступлению смерти. Травма забрюшинного пространства также является опасной для жизни человека тяжким вредом и соответственно, она тоже закономерно приводит к наступлению смерти. В выводах экспертизы указано, что причиной смерти /Л.Ю./ явилась сочетанная травма тела, имелись в виду все повреждения, которые были причинены в короткий промежуток времени и два из этих повреждений являлись тяжкими и опасными для жизни, поэтому они взаимно отягощали друг друга и соответственно ускорили наступление смерти. Причиной смерти была сочетанная травма тела. Полагает, что разрыв почки от ударов в голову не мог наступить. В связи с повреждениями, имевшимися на голове и в области груди потерпевшего, наступила его смерть. Повреждение почки повлияло на время наступления смерти, то есть ускорило смерть /Л.Ю./. Также вина подсудимых подтверждается другими материалами дела, исследованными в судебном заседании. Согласно данным протокола осмотра места происшествия от 13 октября 2010 года и протокола дополнительного осмотра места происшествия от 14 октября 2010 года, была осмотрена квартира, расположенная в доме <адрес>. В коридоре квартиры на полу обнаружена жидкость красного цвета. При входе на кухню разбросаны вещи, на полу у выхода из кухни в коридор имеется пятно красного цвета, перед порогом входа в комнату справой стороны было обнаружено пятно красного цвета. В комнате у входа обнаружена часть дивана, возле которого на полу имеется пятно красного цвета в виде подтека. В ходе осмотра произведены смывы вещества (т.1, л.д. 12-34, 40-45). Из протокола осмотра места происшествия от 13 октября 2010 года, следует, что были осмотрены помещения дома, расположенного по адресу: <адрес>., изъяты вещи, принадлежащие /Г.Г./ (т. 1, л.д. 35-39). Как следует из протокола явки с повинной /Д.В./ от 15 октября 2010 года, /Д.В./ сообщил о том, что 12 октября 2010 года он, вместе с мужчиной по имени /Г.Г./ пошел к мужчинам по имени /Е.В./ и /Л.Ю./ и когда зашли в дом, он (/Д.В./) ударил /Л.Ю./ несколько раз рукой по голове, но попал по плечу. /Г.Г./ запрыгнул на кровать и начал его бить ногами в различные части тела (т. 1, л.д. 46). Согласно протоколу выемки от 19 октября 2010 года (т.1, л.д. 107-111), у /З.О./ изъяты ботинки /Д.В./ В соответствии с протоколом выемки от 25 октября 2010 года, в МУЗ «НЦРБ» изъята одежда потерпевшего /Л.Ю./ - брюки спортивные синего цвета, брюки спортивные темно-синего цвета, брюки спортивные темно-коричневого цвета, футболка синего цвета (т.1, л.д. 114-115). Из протокола выемки от 08 ноября 2010 года, следует, что у /Д.В./ в помещении ИВС ОВД по Няндомскому району была изъята одежда и обувь - брюки рабочие, рубашка, куртка, пара резиновых сапог, ботинки (т.1, л.д. 122-123). Согласно протоколам осмотра предметов от 19 октября 2010 года, от 25 октября 2010 года и от 08 ноября 2010 года были осмотрены ботинки /Д.В./; одежда и обувь /Г.Г./: двое мужских брюк черного цвета, тельняшка с полосами белого и черного цветов, куртка демисезонная, ботинки мужские черного цвета; одежда /Л.Ю./: брюки спортивные синего цвета, брюки спортивные темно-синего цвета, брюки спортивные темно-коричневого цвета, футболка спортивная синего цвета; одежда и обувь /Д.В./: брюки рабочие, рубашка, куртка, пара резиновых сапог (т.1, л.д. 124-125, 126-128, 129-132, 135-136). Заключением эксперта № от 13 ноября 2010 года установлено, что смерть /Л.Ю./, ДД.ММ.ГГГГ г.р. наступила от сочетанной травмы тела, выразившейся в наличии: тупой травмы головы, выразившейся в наличии: поверхностных ссадин: в правой и левой теменных областях (1), в окружности правого глаза (1), в лобной области слева с переходом в левую височную и левую скуловую области (1); кровоподтеков: в правой височной области (1), в окружности правого глаза (1), на слизистой оболочке верхней губы (1), на слизистой оболочке нижней губы (1); глубоких ушибленных ран: на слизистой оболочке верхней губы в проекции 3 зуба слева (1), на слизистой оболочке нижней губы в проекции 3 зуба слева (1); кровоизлияния в кожно-мышечный лоскут головы в правой теменно-височной области (1), подострой субдуральной гематомы общим объемом 180 мл в левой теменной области, субархноидальных кровоизлияний в правой теменной, правой височной, левой теменной, левой височной долях головного мозга, очаговых и сливных кровоизлияний белого вещества; тупой травмы груди, выразившейся в наличии: кровоподтека на правой боковой поверхности грудной клетки в проекции края реберной дуги (1), закрытых переломов 10-12 ребер справа по околопозвоночной линии, 10 ребра слева по околопозвоночной линии, очаговых субарахноидального и периваскулярных кровоизлияний спинного мозга; травмы забрюшинного пространства, выразившейся в наличии: забрюшинной гематомы слева объемом 200 мл, разрыва левой почки в области ворот; травмы конечностей, выразившейся в наличии: кровоподтеков: на наружной поверхности левого плеча в средней трети (1), на наружной поверхности правого предплечья в верхней трети (1), осложнившейся межуточным отеком миокарда, отеком и дистелектазами легких, отеком головного мозга, являющиеся опасными для жизни в момент причинения, по этому квалифицирующему признаку расценивающиеся как тяжкий вред здоровью и состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти /Л.Ю./, последовавшей в 5 часов 30 минут 13 октября 2010 года в МУЗ «Няндомская ЦРБ». Имевшаяся у /Л.Ю./ сочетанная травма тела могла образоваться от неоднократных ударных воздействий твердыми тупыми предметами. С учетом множественности имевшихся у /Л.Ю./ телесных повреждений, их различной локализации, характера и тяжести, представляется крайне маловероятной возможность их образования при самоповреждении (т.1, л.д. 164-173). Из заключения эксперта № от 16 ноября 2010 года следует, что на двух смывах №№ 1, 2, изъятых при ОМП 13 октября 2010 года в квартире <адрес>, обнаружена кровь человека. В случае происхождения крови от одного человека, кровь от /Л.Ю./, /Г.Г./ и /Д.В./ произойти не могла. Величина и характер пятен на смывах №№ 1,2 не позволяет исключить смешение крови нескольких лиц. В данном случае происхождение крови от /Л.Ю./, /Г.Г./ и /Д.В./ возможно лишь в качестве примеси. В смыве №, изъятом при ОМП 13 октября 2010 года обнаружена кровь человека, групповая характеристика которой не исключает происхождение ее от потерпевшего /Л.Ю./ Кровь от подозреваемых /Г.Г./ и /Д.В./ произойти не могла (т.1, л.д. 188-190). Согласно заключению эксперта № от 06 декабря 2010 года (т. 1, л.д. 237-239) в подногтевом содержимом рук /Д.В./ найдены клетки поверхностных слоев кожи человека, происхождение которых не исключается, как от самого /Д.В./, так и от потерпевшего /Л.Ю./ В подногтевом содержимом рук /Г.Г./ найдены клетки поверхностных слоев кожи человека, происхождение которых не исключается, как от самого /Г.Г./, так и от потерпевшего /Л.Ю./ Заключением эксперта № от 01 декабря 2010 года установлено, что в пятне объекта № на брюках № /Г.Г./ и в пятнах объектов №,№ на его ботинках обнаружена кровь человека. Не исключается происхождение крови в данных пятнах от /Е.В./ Кровь от /Л.Ю./, /Г.Г./, /Д.В./ произойти не могла. В пятне объекта № на брюках № /Г.Г./, его тельняшке куртке и в остальных пятнах на его ботинках; на одежде потерпевшего /Л.Ю./: брюках спортивных синего цвета, брюках спортивных темно-синего цвета, брюках спортивных темно-коричневого цвета, футболке синего цвета обнаружена кровь человека. Не исключается происхождение крови на вышеперечисленных предметах от /Л.Ю./ Кровь от /Е.В./, /Г.Г./, /Д.В./ произойти не могла (т.2, л.д. 2-9). У суда не имеется оснований сомневаться в достоверности выводов изложенных экспертных исследований, поскольку указанные выводы оформлены надлежащим образом, в соответствии с законом, мотивированы и объективно подтверждаются обстоятельствами дела, не оспариваются сторонами, в связи с чем, суд принимает их за основу. С учетом всех исследованных судом материалов дела, поведения подсудимых /Д.В./ и /Г.Г./, как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, у суда не имеется оснований сомневаться в их психическом состоянии. Исследовав и оценив собранные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о виновности /Д.В./ и /Г.Г./ в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью /Л.Ю./ опасного для жизни человека, совершенном группой лиц, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего. Суд считает, что доводы в показаниях каждого из подсудимых о незначительности своих действий при нанесении телесных повреждений потерпевшему являются способом уклонения от ответственности за совершенное преступление, а поэтому показания в данной части у каждого из подсудимых не в полной мере соответствуют фактическим обстоятельствам произошедшего. Как следует из показаний подсудимого /Д.В./, данных в ходе предварительного следствия 13 декабря 2010 года, находясь в квартире /Л.Ю./, он (/Д.В./) нанес один удар ногой в обуви в область груди спящему /Л.Ю./, а затем, когда от удара /Л.Ю./ проснулся, он нанес тому еще три удара ногой в область груди и четыре удара кулаком по лицу. После этого в комнату зашел /Г.Г./, который нанес ногой в обуви примерно четыре удара /Л.Ю./ в область груди, живота, а также один удар ногой в обуви в область лица. /Г.Г./ также наносил удары /Л.Ю./ руками по лицу, но об их количестве и способу нанесения он (/Д.В./) ничего сказать не может, так как в этот момент отвернулся. Травмы /Л.Ю./ они причинили совместными с /Г.Г./ ударами, так как били приблизительно с одинаковой силой и одинаковым способом. Из показаний подсудимого /Г.Г./ на предварительном следствии следует, что /Д.В./ нанес /Л.Ю./ не менее трех ударов рукой в лицо, затем нанес около шести ударов кулаками по голове и лицу, затем встал правой ногой на грудь, а левой на шею /Л.Ю./, после чего нанес два удара пяткой левой ноги в лицо, в область носа и лба, затем прыгнул на /Л.Ю./ коленями в живот, в область солнечного сплетения. После этого он (/Г.Г./) нанес сидящему на диване /Л.Ю./ один удар ногой с размаху в грудь, два удара кулаком левой руки в правую скулу. Показания подсудимых в ходе предварительного следствия суд считает достоверными в части изобличения друг друга в совершении преступления. Указанные показания согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, дополняют друг друга. Согласно показаниям свидетеля /В.М./ на предварительном следствии (т. 1, л.д. 87-90), 12 октября 2010 года, находясь в квартире /Л.Ю./, /Д.В./ налетел на /Е.В./, наносил тому удары. Затем /Д.В./ наносил удары /Л.Ю./, нанес не менее 7 ударов ногами. /Г.Г./ нанес два удара ногами /Л.Ю./ в область головы или плеч. Затем /Д.В./ прыгнул коленями в живот /Л.Ю./, после чего встал обеими ногами на /Л.Ю./, при этом наносил удары ногами сверху, топтался на нем. Данные показания суд считает достоверными, так как они согласуются с показаниями подсудимых, данными на предварительном следствии, иными доказательствами, исследованными судом. Показания подсудимых /Д.В./ и /Г.Г./, а также свидетеля /В.М./ на предварительном следствии подтверждаются также заключением судебной медицинской экспертизы, согласно которой телесные повреждения у потерпевшего были сосредоточены в области головы, груди и конечностей. Количество телесных повреждений и их локализация соответствуют показаниям подсудимых и указанного свидетеля о количестве нанесенных ударов и способе их нанесения. Показания свидетеля /В.М./ в судебном заседании о том, что она не видела как /Д.В./ и /Г.Г./ избивали 12 октября 2010 года потерпевшего /Л.Ю./, а о произошедшем ей стало известно со слов /Ф.Л./, суд считает недостоверными, так как они опровергаются показаниями подсудимых и ее самой на предварительном следствии, признанными судом достоверными, другими доказательствами, приведенными выше и исследованными судом. Также суд считает не соответствующими действительности доводы /В.М./ в суде о том, что у /Е.В./ и /Л.Ю./ был конфликт за 3-4 дня до 12 октября 2010 года, так как указанные доводы свидетеля не нашли подтверждения в судебном заседании. Оснований, по которым свидетель /В.М./ могла бы оговорить подсудимых на предварительном следствии, судом не установлено. Доводы в судебном заседании /Г.Г./ о том, что в квартире потерпевшего /Л.Ю./ могли быть и другие конфликты, также не нашли подтверждения. Исследовав обстоятельства дела, суд полагает уменьшить объем обвинения, предъявленного /Д.В./ и /Г.Г./ в части характера повреждений, причиненных потерпевшему /Л.Ю./, по следующим основаниям. Органами предварительного следствия подсудимым вменяется в том числе причинение телесных повреждений потерпевшему характера травмы забрюшинного пространства, выразившейся в наличии: забрюшинной гематомы слева объемом 200 мл, разрыва левой почки в области ворот, при этом, при описании действий подсудимых указано, что удары они наносили потерпевшему /Л.Ю./ в голову, область груди и по конечностям. Судебно-медицинский эксперт /Г.Д./ в судебном заседании в целом подтвердил выводы экспертного заключения № от 13 ноября 2010 года о причине смерти потерпевшего /Л.Ю./, при этом пояснив, что от прямого ударного воздействия в грудь и в голову повреждения в виде разрыва левой почки образоваться не могли. Таким образом, суд считает, что в обвинении, предъявленном подсудимым органом предварительного следствия, отсутствует указания на те их действия, которые могли бы повлечь причинение потерпевшему /Л.Ю./ телесных повреждений характера травмы забрюшинного пространства, выразившейся в наличии: забрюшинной гематомы слева объемом 200 мл, разрыва левой почки в области ворот, в связи с чем из обвинения подсудимым следует исключить причинение потерпевшему повреждений характера забрюшинной гематомы слева объемом 200 мл, разрыва левой почки в области ворот. В то же время, как следует из показаний эксперта /Г.Д./ в суде, сама по себе травма головы, имевшаяся у потерпевшего /Л.Ю./ расценивается как тяжкий вред здоровью и от данной травмы наступила смерть потерпевшего, повреждение почки в данном случае лишь ускорило наступление его смерти. В связи с изложенным, суд приходит к выводу о том, что тяжкий вред здоровью /Л.Ю./, повлекший смерть потерпевшего, был причинен именно в результате совместных и умышленных действий подсудимых /Д.В./ и /Г.Г./ При решении вопроса о содержании умысла подсудимых, суд исходит из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывает при этом: физические данные подсудимых, которые были физически сильнее /Л.Ю./, численное и физическое превосходство подсудимых над потерпевшим, способ совершения преступления, характер, интенсивность и локализацию причиненных телесных повреждений, нанесение с большой силой ударов кулаками и ногами в обуви в жизненно важные органы по голове и груди, поведение подсудимых до и после совершения преступления, их взаимоотношение с потерпевшим и между собой, и другие обстоятельства по делу. Действия подсудимых /Д.В./ и /Г.Г./ суд квалифицирует по части четвертой статьи 111 Уголовного кодекса РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. В судебном заседании установлено, что в период с 20 часов 00 минут до 21 часа 05 минут 12 октября 2010 года, /Д.В./ и /Г.Г./, находясь в состоянии алкогольного опьянения в квартире /Л.Ю./, расположенной по адресу: <адрес>, в ходе ссоры, возникшей из личных неприязненных отношений с /Л.Ю./, с целью причинения тяжкого вреда здоровью последнего, осознавая общественную опасность и противоправность своих действий, группой лиц, совместно, умышленно причинили /Л.Ю./ телесные повреждения, являющиеся опасными для жизни в момент причинения, по этому квалифицирующему признаку расценивающиеся как тяжкий вред здоровью и состоящие в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти /Л.Ю./ Подсудимые, нанося потерпевшему удары кулаками и ногами в обуви в жизненно важные органы - по голове и груди, осознавали общественную опасность своих действий, желали причинить потерпевшему вред здоровью, и их совместными действиями был причинен тяжкий вред здоровью /Л.Ю./ По отношению к наступлению общественно-опасных последствий, в виде наступления смерти потерпевшего, /Д.В./ и /Г.Г./ действовали с неосторожной формой вины. При решении вопросов, связанных с определением вида и размера назначаемого наказания, суд в соответствии со ст. ст. 6, 43, ч.3 ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимых, их отношение к совершенному деянию, обстоятельства смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных, на условия жизни их семей, состояние здоровья и возраст, а также иные обстоятельства, влияющие на наказание. /Д.В./ и /Г.Г./ совершили умышленное преступление, которое в соответствии с ч. 5 ст. 15 УК РФ относится к категории особо тяжких преступлений. Подсудимый /Д.В./ по месту жительства характеризуется отрицательно, злоупотребляет спиртным, ведет антиобщественный образ жизни, склонен к совершению преступлений и правонарушений, по характеру самоуверенный и высокомерный (т.2, л.д. 88, 89), за время учебы в Бурачихинской школе характеризуется удовлетворительно (т. 2, л.д. 90), работает сучкорубом у индивидуального предпринимателя, женат, имеет двоих несовершеннолетних детей, не судим. Подсудимый /Г.Г./ по месту жительства характеризуется отрицательно, образ жизни ведет недостойный, злоупотребляет спиртным, склонен к совершению правонарушений и преступлений, (т.2, л.д. 59), не работает, женат, имеет на иждивении малолетнего ребенка, судимостей не имеет. В соответствии со ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого /Д.В./ суд относит явку с повинной, наличие на иждивении двоих малолетних детей. На основании ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание подсудимого /Г.Г./ суд относит явку с повинной, наличие на иждивении малолетнего ребенка. В соответствии со ст. 63 УК РФ обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, суд не усматривает. Принимая во внимание степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновных, характер и тяжесть совершенного ими преступления, наступившие последствия, отношение подсудимых к ним, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание подсудимых обстоятельств, влияние назначаемого наказания на исправление осужденных, условия жизни семей подсудимых, состояние их здоровья, и другие обстоятельства, влияющие на наказание, суд считает, что подсудимым /Д.В./ и /Г.Г./ необходимо назначить наказание в виде лишения свободы, связанного с реальным его отбытием, поскольку они представляют опасность для общества и их исправление возможно только в условиях изоляции от общества. В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы /Д.В./ и /Г.Г./ должны отбывать в исправительной колонии строгого режима. Согласно ст. 81 УПК РФ суд полагает разрешить судьбу вещественных доказательств, следующим образом: одежду потерпевшего /Л.Ю./ - брюки спортивные синего цвета, брюки спортивные темно-синего цвета, брюки спортивные темно-коричневого цвета, футболка синего цвета – уничтожить; одежду и обувь /Е.В./ - рубашку голубого цвета, куртку черного цвета, свитер черного цвета, спортивные брюки черного цвета, пару резиновых сапог черного цвета – возвратить /Е.В./; одежду и обувь /Г.Г./ - брюки черного цвета, брюки серого цвета, тельняшку с полосами белого и черного цветов, куртку демисезонную, ботинки мужские черного цвета – возвратить /Г.Г./; одежду и обувь /Д.В./ - брюки рабочие, рубашку, куртку, пару резиновых сапог, ботинки – возвратить /Д.В./ Меру пресечения в отношении подсудимых на кассационный период суд полагает оставить без изменения – заключение под стражу. С учетом обстоятельств дела, суд считает возможным не применять к подсудимым дополнительное наказание в виде ограничения свободы. В соответствии со ст.ст.131, 132 УПК РФ суд взыскивает с подсудимых процессуальные издержки, состоящие из сумм, выплаченных адвокатам, участвовавшим на предварительном следствии и в судебном заседании по назначению, в пользу федерального бюджета. При таких обстоятельствах суд полагает взыскать процессуальные издержки с /Д.В./ и /Г.Г./ в сумме 5072 рубля 30 копеек с каждого за участие адвокатов на предварительном следствии. Оснований, предусмотренных ч. 6 ст. 132 УПК РФ, для полного или частичного освобождения /Д.В./ и /Г.Г./ от уплаты процессуальных издержек суд не находит. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд П Р И Г О В О Р И Л: Признать /Д.В./ виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 8 (восьми) лет лишения свободы, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок отбывания наказания /Д.В./ исчислять с 15 октября 2010 года. Признать /Г.Г./ виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 7 (семи) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. Срок отбывания наказания /Г.Г./ исчислять с 15 октября 2010 года. Меру пресечения /Д.В./ и /Г.Г./ на кассационный период оставить прежней – заключение под стражу. Взыскать с /Д.В./ в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвоката, в сумме 5072 (пять тысяч семьдесят два) рубля 30 копеек. Взыскать с /Г.Г./ в доход федерального бюджета процессуальные издержки, связанные с оплатой услуг адвоката, в сумме 5072 (пять тысяч семьдесят два) рубля 30 копеек. Вещественные доказательства: одежду потерпевшего /Л.Ю./ - брюки спортивные синего цвета, брюки спортивные темно-синего цвета, брюки спортивные темно-коричневого цвета, футболка синего цвета – уничтожить; одежду и обувь /Е.В./ - рубашку голубого цвета, куртку черного цвета, свитер черного цвета, спортивные брюки черного цвета, пару резиновых сапог черного цвета – возвратить /Е.В./; одежду и обувь /Г.Г./ - брюки черного цвета, брюки серого цвета, тельняшку с полосами белого и черного цветов, куртку демисезонную, ботинки мужские черного цвета – возвратить /Г.Г./; одежду и обувь /Д.В./ - брюки рабочие, рубашку, куртку, пару резиновых сапог, ботинки – возвратить /Д.В./ Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Архангельском областном суде, через Няндомский районный суд Архангельской области, в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденными, содержащимися под стражей, - в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы осужденные, содержащиеся под стражей, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции, о чем должны указать в кассационной жалобе, а в случае подачи кассационного представления или жалобы другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу (представление) в течение 10 суток со дня вручения копии жалобы (представления). Осужденные также вправе ходатайствовать о кассационном рассмотрении дела с участием защитника, о чем должны подать в суд, постановивший приговор, соответствующее заявление в срок, установленный для подачи возражений на кассационные жалобы (представление). Судья В.А. Ермилов