Р Е Ш Е Н И Е Именем Российской Федерации Рязанская область, Новодеревенский район, р.п. Александро - Невский 21 декабря 2011 года Новодеревенский районный суд Рязанской области в составе: председательствующего - судьи В.В. Пучки, с участием представителей истца - Борисовского сельского поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области Т.В. Сельяновой, адвоката Е.Б. Михиной, ответчика И.И. Воронова, представителя ответчиков С.В. Морозовой и И.И. Воронова - Н.А. Соболь, при секретаре О.Н. Клюевой, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Новодеревенского районного суда Рязанской области гражданское дело № 2-93/2011 по иску муниципального образования - Борисовское сельское поселение Новодеревенского муниципального района Рязанской области к Морозовой С.В. о признании недействительными свидетельства о праве на наследство по закону и записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, о признании права собственности муниципального образования на недвижимое имущество и по иску Борисовского сельского поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области к Морозовой С.В. и Воронову И.И. о признании недействительной сделки купли-продажи недвижимого имущества и применении последствия недействительности сделки, У С Т А Н О В И Л: Борисовское сельское поселение Новодеревенского муниципального района Рязанской области обратилось в суд с иском к С.В. Морозовой о признании недействительными свидетельства о праве на наследство по закону и записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, о признании права собственности муниципального образования на недвижимое имущество. В обоснование своих требований истец указал, что жилой дом, расположенный по <адрес>, числится в составе казны администрации Борисовского сельского поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области. Архивным отделом администрации Новодеревенского муниципального района Рязанской области ошибочно была выдана справка о принадлежности спорного дома на праве собственности ФИО1, умершей < дата > На основании данной справки нотариусом Новодеревенского района выдано свидетельство С.В. Морозовой о праве собственности на спорный жилой дом в порядке наследования. Указанное свидетельство послужило основанием для регистрации за ней права собственности. В связи с чем просит суд: - признать недействительными свидетельство о праве на наследство по закону №, выданное < дата > нотариусом Новодеревенского района Рязанской области С.А. Тереховой, зарегистрированное в реестре нотариуса за № о наследовании С.В. Морозовой после ФИО1, умершей < дата >, жилого дома <адрес> и, как следствие, аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от < дата > № о регистрации права собственности С.В. Морозовой на жилой дом <адрес>; - признать за муниципальным образованием - Борисовское сельское поселение Новодеревенского муниципального района Рязанской области право собственности на жилой дом <адрес> общей площадью <данные изъяты> с условным № и инвентарным № Также Борисовское сельское поселение Новодеревенского муниципального района Рязанской области обратилось в суд с иском к С.В. Морозовой и И.И. Воронову о признании недействительной сделки купли-продажи недвижимого имущества в части. В обоснование своих требований истец указал, что с < дата > по настоящее время жилой дом, расположенный по <адрес>, числится в составе имущества казны МО - Борисовское сельское поселение Новодеревенского муниципального района Рязанской области за №. Однако < дата > С.В. Морозова получила свидетельство о государственной регистрации права на спорный жилой дом в порядке наследования после смерти бабушки ФИО1. С.В. Морозова произвела отчуждение спорного жилого дома, заключив < дата > с И.И. Вороновым договор купли-продажи жилого дома и земельного участка. Данная сделка была зарегистрирована Управлением Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Рязанской области. Истец считает сделку недействительной в части продажи жилого дома, поскольку она является мнимой, так как была совершена для видимости. Истец просит суд: - признать недействительной - мнимой сделку договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от < дата >, заключённого между С.В. Морозовой и И.И. Вороновым в части продажи жилого дома <адрес>, - применить последствия недействительности сделки, аннулировав в ЕГРП записи от < дата > о переходе права собственности на жилой дом <адрес> от С.В. Морозовой к И.И. Воронову; регистрации № прав собственности И.И. Воронова на спорный жилой дом, - привести стороны данного договора в отношении купли-продажи спорного жилого дома в первоначальное состояние. Определением суда данные дела объединены в одно производство. В процессе рассмотрения гражданского дела истец увеличил исковые требования, которые были приняты судом, окончательно просит: - признать недействительными свидетельство о праве на наследство по закону №, выданное < дата > нотариусом Новодеревенского района Рязанской области С.А. Тереховой, зарегистрированное в реестре нотариуса за № о наследовании С.В. Морозовой после ФИО1, умершей < дата >, жилого <адрес> и, как следствие, аннулировать запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним от < дата > № о регистрации права собственности С.В. Морозовой на жилой дом <адрес>; - признать за муниципальным образованием - Борисовское сельское поселение Новодеревенского муниципального района Рязанской области право собственности на жилой дом <адрес> общей площадью <данные изъяты> с условным № и инвентарным №; - признать недействительной - мнимой сделку договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от < дата >, заключённого между ответчиками С.В. Морозовой, продавцом, и И.И. Вороновым, покупателем, о продаже земельного участка и жилого дома <адрес>; - применить последствия недействительности данной сделки, аннулировав в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записей от < дата >, в том числе: - о переходе права собственности на земельный участок и жилой дом <адрес> от С.В. Морозовой к И.И. Воронову; - о регистрации № права собственности И.И. Воронова на спорный жилой дом; - о регистрации № права собственности И.И. Воронова на спорный земельный участок; - привести стороны данного договора в первоначальное состояние. В судебном заседании представители истца - Борисовского сельского поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области Т.В. Сельянова и адвокат Е.Б. Михина поддержали исковые требования по тем же основаниям, пояснив, что Постановлением Правительства Рязанской области от < дата > г. за № было разграничено имущество, находящееся в собственности Новодеревенского муниципального района Рязанской области. Согласно Перечню, являющемуся приложением № к вышеуказанному Постановлению, спорный жилой дом, числящийся за №, был передан в собственность Борисовского сельского поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области на основании передаточного акта, и с < дата > у истца возникло на него право собственности, после чего дом стал указываться в списке казны данного муниципального образования. При этом Новодеревенскому району спорный дом был передан на основании акта приёма-передачи имущества от конкурсного управляющего колхоза «Прожектор». По всем похозяйственным книгам этот дом после 2009 г. числится за поселением. В июне 2011 г. истцу стало известно о приобретении С.В. Морозовой права собственности на спорный дом в порядке наследования по закону после смерти бабушки. Основанием для оформления наследства послужила архивная справка от < дата > за №, в которой было указано, что дом <адрес> принадлежит ФИО1. Данная справка была выдана на основании похозяйственной книги за 1997-2001 г.г. Однако при её исследовании было установлено, что содержание архивной справки не соответствует данным первоисточника. Таким образом, нотариус не располагала действительными сведениями и выдала свидетельство о праве на наследство С.В. Морозовой на основании неверной справки, т.е. С.В. Морозова не могла унаследовать спорный дом, поскольку он не принадлежал её умершей бабушке. Дом изначально принадлежал колхозу «Прожектор», который его построил. В последней похозяйственной книге за 2006 - 2010 г.г. нет сведений о принадлежности этого дома ФИО1 когда-либо. Архивная справка о принадлежности имущества должна была выдаваться на основании данных на день смерти ФИО1. Спорный жилой дом не мог быть включён в наследственную массу, а, следовательно, не мог быть унаследован С.В. Морозовой. В связи с чем свидетельство о праве на наследство в виде спорного жилого дома, выданное на имя С.В. Морозовой, является недействительным. Несмотря на то, что отсутствует государственная регистрация права собственности истца на спорный дом, полагают, что истец является его собственником. < дата > С.В. Морозова продала дом И.И. Воронову. Договор зарегистрирован в Новодеревенском отделе Росреестра < дата > Данную сделку считают мнимой, поскольку она совершена для видимости, без намерения создать какие-либо юридические последствия, так как на момент её совершения стороны договора знали о притязаниях на спорный дом со стороны истца. < дата > С.В. Морозова обратилась в администрацию Борисовского сельского поселения с заявлением о выдаче ей справки для нотариуса о зарегистрированных в спорном доме. Справку выдали за №, в ней содержалась информация о принадлежности спорного жилого дома истцу, а также, что в нём никто не зарегистрирован. С.В. Морозова, ознакомившись со справкой, вернула её. После этого была совершена сделка купли-продажи < дата > в простой письменной форме. Поскольку в п. 6 Договора купли-продажи указано, что в доме никто не зарегистрирован, это свидетельствует о том, что С.В. Морозова и И.И. Воронов располагали этой информацией, почерпнув её из справки администрации. Кроме того, в договоре указано, что спорные дом и земельный участок переданы И.И. Воронову на основании передаточного акта. Фактически же недвижимое имущество передано покупателю не было, так как на дату составления передаточного акта в доме проживали посторонние лица - семья ФИО3. И.И. Воронов на момент составления договора купли-продажи дом не осматривал, ключи от него не получал, т.е. не вступал в права владения, в связи с чем сделка купли-продажи является мнимой. В суде ответчик С.В. Морозова не признала исковые требования истца, пояснив, что всю свою жизнь проживала в спорном доме, который в 1973 г. был построен её деду - инвалиду Великой Отечественной войны ФИО2. Дом строился на личные средства деда, а также ему была оказана материальная помощь на его строительство на основании его обращения. Кто именно выделял материальную помощь, она не знает. Дом был построен взамен ветхого на том же земельном участке, предоставленном для ведения личного подсобного хозяйства, который в 1992 г. был закреплён в собственность бабушки ФИО1. Признаёт, что архивная справка, представленная ею при оформлении наследства нотариусу, выдана сотрудником архива ошибочно, однако не считает, что она была основным документом, позволившим ей оформить наследство. Полагает, что спорный дом являлся наследственным имуществом, а она является его законным собственником в порядке наследования. Получив свидетельство о праве на наследство на жилой дом и земельный участок, расположенные по <адрес>, летом 2011 г. решила продать его И.И. Воронову, который искал жильё для своих родителей. Перед составлением договора купли-продажи И.И. Воронов изучил имеющиеся у неё документы на недвижимость, затем осмотрел дом в присутствии супругов ФИО3, семья которых проживала без регистрации в это время в спорном доме, не имея на то законных оснований. При обращении < дата > в администрацию Борисовского сельского поселения за справкой о зарегистрированных в доме, получила неправильно оформленную для нотариуса справку, в связи с чем решили с И.И. Вороновым заключить договор в простой письменной форме. Сделали это в тот же день, поскольку И.И. Воронов торопился возвращаться в Москву. Получила от И.И. Воронова за продажу дома и земельного участка <данные изъяты>, о чём выдала ему расписку, договор на регистрацию сдали в регистрационную палату. Сделка купли-продажи спорного дома и земельного участка является действительной, так как влекла за собой реальные последствия: она получила деньги за проданную недвижимость и передала её покупателю И.И. Воронову, который в свою очередь принял дом и землю, и после получения свидетельств о государственной регистрации права установил свой замок в доме, стал его ремонтировать. Ответчик И.И. Воронов исковые требования не признал, пояснив, что искал для своих родителей дом <адрес>, так как здесь проживают его родственники и знакомые. Одному из продавцов даже оставил задаток, однако, когда приехал в двадцатых числах июля 2011 г. для оформления сделки, оказалось, что у того человека не готовы документы. С.В. Морозова предложила приобрести у неё дом и земельный участок, доставшиеся ей по наследству. Изучив документы и убедившись, что они в полном порядке, осмотрев дом в присутствии проживающего там ФИО3, согласился на оформление сделки. После того, как не получилось получить для нотариуса справку в администрации Борисовского сельского поселения о зарегистрированных в доме лицах, договор оформили в простой письменной форме и сдали его в регистрационную палату. Сделка была направлена на реальное отчуждение дома и земельного участка. С.В. Морозовой были переданы денежные средства в размере <данные изъяты>, о чём она составила расписку. Осматривая дом, он предупредил ФИО3 о необходимости скорого выселения, предоставил ему время для этого. После получения документов из регпалаты показал их ФИО3, и тот с семьёй выехал. Сам же заменил замок, оформил расчётную книжку на электроэнергию, завёз песок для благоустройства территории. С августа 2011 г. в этом доме живут его родители, это единственное их жилье, т.к. они для его приобретения продали имевшийся у них в собственности дом. Представитель ответчиков С.В. Морозовой и И.И. Воронова - Н.А. Соболь в судебном заседании исковые требования истца не признала, пояснив, что требование о признании права собственности истца на спорный жилой дом не может быть судом удовлетворено, так как ссылка истца на Постановление Правительства Рязанской области от < дата > № является несостоятельной, поскольку право собственности у С.В. Морозовой на спорный жилой дом в порядке наследования возникло уже в 2007 г. после смерти бабушки ФИО1. Никаких подтверждающих документов о своём праве на спорный дом истцом суду не представлено. С данным способом защиты своего права в суд может обратиться лицо, которое имеет это право. Поскольку не имеется доказательств о принадлежности спорного жилого кроме как ФИО1, она и являлась его собственником, в связи с чем у С.В. Морозовой были все основания для оформления своих наследственных прав после смерти бабушки. Доказательств, опровергающих это, суду представлено не было. Полагает, что спорный дом включён конкурсным управляющим в список передаваемых объектов недвижимости Новодеревенскому району Рязанской области ошибочно, так как нет данных о его строительстве или приобретении колхозом «Прожектор». В то же время имеются доказательства строительства данного дома семьёй ФИО1 на земельном участке, предоставленном им для ведения личного подсобного хозяйства, взамен ветхого жилого дома, находящегося в собственности ФИО1 который после строительства нового дома был снесён. Право колхоза на данный дом не было зарегистрировано, а, значит, и не могло возникнуть. Передача имущества от конкурсного управляющего колхоза «Прожектор» представляла собой сделку, но она не была зарегистрирована. Требование о признании сделки купли-продажи спорного дома является необоснованным, поскольку условия сделки были соблюдены: С.В. Морозова получила деньги и передала дом и земельный участок И.И. Воронову. Сделка была исполнена, а то обстоятельства, что в доме в это время проживали другие люди, не имело правового значения. И.И. Воронов приобрёл дом для своих родителей, и цель этой сделки для Воронова была найти жилье для проживания родителей. Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика - администрации Новодеревенского муниципального района Рязанской области Т.В. Блохина не возразила против удовлетворения судом иска и пояснила, что действительно выдала С.В. Морозовой ошибочную справку от < дата > за № о принадлежности спорного дома её умершей бабушке ФИО1, в результате чего та смогла получить дом в наследство. Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика - Новодеревенского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии в судебное заседание не явился по неизвестной причине, о дате, месте и времени судебного разбирательства уведомлён надлежащим образом. Третье лицо - нотариус Новодеревенского района Рязанской области С.А. Терехова в суд не явилась, направила заявление о рассмотрении дела в её отсутствие. На основании ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся третьих лиц. Выслушав доводы участников процесса, изучив доказательства по делу, допросив свидетелей, суд полагает, что исковые требования муниципального образования - Борисовское сельское поселение Новодеревенского муниципального района Рязанской области удовлетворению не подлежат по следующим основаниям. На основании ч. 1 ст. 213 ГК РФ в собственности граждан может находиться любое имущество. Как следует из ч. 1 ст. 1112 ГК РФ, в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. В соответствии с ч. 1 ст. 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя. Согласно ч. 1 и ч. 2 ст. 1152 ГК РФ для приобретения наследства наследник должен его принять. Принятие наследником части наследства означает принятие всего причитающегося ему наследства, в чём бы оно ни заключалось и где бы оно ни находилось. Часть 4 данной статьи устанавливает, что принятое наследство признаётся принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации. На основании ч. 1 ст. 1153 ГК РФ принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство. ФИО1 умерла < дата >, что подтверждается свидетельством о смерти от < дата >, выданным территориальным отделом по Новодеревенскому району Главного Управления ЗАГС Рязанской области. Как следует из справки администрации Борисовского сельского поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области от < дата > за №, ФИО1 постоянно по день смерти была зарегистрирована по месту жительства и проживала по <адрес> С.В. Морозова приходится ей внучкой, что подтверждается документами, имеющимися в наследственном деле к имуществу ФИО1. Из материалов того же дела к имуществу ФИО1 следует, что С.В. Морозова приняла наследство < дата >, обратившись к нотариусу с заявлением о его принятии. В состав наследственного имущества ФИО1 вошёл на основании свидетельства о праве собственности на землю от < дата > земельный участок площадью <данные изъяты> га, предоставленны ей постановлением главы администрации Борисовского сельского поселения от < дата > за № для ведения личного подсобного хозяйства, а также расположенный на нём дом, принадлежащей наследодателю на праве собственности на основании записи в похозяйственной книге администрации Борисовского сельского округа Новодеревенского района Рязанской области за 1997 -2001 годы, расположенный по <адрес>. Основанием включения в наследственную массу жилого дома, расположенного по <адрес>, послужила архивная справка, выданная архивным отделом администрации Новодеревенского муниципального района Рязанской области < дата > за №. Из содержания вышеуказанной архивной справки следует, что в похозяйственной книге № администрации Борисовского сельского округа Новодеревенского района Рязанской области за 1997-2001 годы имеется запись о принадлежности по праву собственности ФИО1, жилого дома, расположенного по <адрес>. Согласно копии лицевого счёта № похозяйственной книги Борисовского сельского округа Новодеревенского района за 1997-2001 г. (послужившим основанием для выдачи архивной справки) ФИО1 и её сын ФИО4 проживают в колхозном доме. Т.В. Блохина в судебном заседании пояснила, что, работая ведущим специалистом организационно-правового отдела администрации Новодеревенского муниципального района Рязанской области, ошибочно выдала < дата > С.В. Морозовой архивную справку за №. Таким образом, как установлено в судебном заседании и не оспаривается сторонами, в похозяйственной книге № администрации Борисовского сельского округа Новодеревенского района Рязанской области за 1997-2001 годы не имеется записи о принадлежности по праву собственности ФИО1 жилого дома, расположенного по <адрес>, в связи с чем архивная справка была выдана ошибочно. Нотариусом Новодеревенского района Рязанской области С.А. Тереховой < дата > С.В. Морозовой выдано свидетельство о праве на наследство по закону после смерти её бабушки ФИО1 на жилой дом, расположенный по <адрес>, на основании записи в похозяйственной книге администрации Борисовского сельского округа Новодеревенского района Рязанской области за 1997-2001 годы, что было подтверждено архивной справкой, выданной архивным отделом администрации Новодеревенского муниципального района Рязанской области < дата > за № (причём наследодатель умер < дата >). Согласно свидетельству о государственной регистрации права от < дата > № С.В. Морозова является собственником жилого дома, расположенного по <адрес>, на основании свидетельства о праве на наследство по закону от < дата >, выданного нотариусом С.А.Тереховой. Как следует из справки администрации Борисовского сельского поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области от < дата > за №, выданной на основании оборотной ведомости основных средств, вышеуказанный жилой дом числится в администрации в составе имущества казны за №. Истец, учитывая, что дом, расположенный по <адрес>, находится в составе имущества его казны, оспаривает на него право собственности С.В. Морозовой, полагая, что тем самым его права на данную недвижимость были нарушены. В соответствии с п. 1 ст. 131 ГК РФ, право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней. В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с ГК РФ. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Зарегистрированное право на недвижимое имущество может быть оспорено только в судебном порядке. Согласно п. 3 ст. 2 ФЗ N 122-ФЗ от 21 июля 1997 г. N 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», датой государственной регистрации прав является день внесения соответствующих записей о правах в ЕГРП. При этом права на недвижимое имущество, возникшие до 31.01.1998 г., признаются юридически действительными при отсутствии их государственной регистрации, введённой указанным выше федеральным законом. < дата > конкурсный управляющий колхоза «Прожектор» ФИО5 на основании Федерального закона № 6-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» от 08.01.1998 г. передал имущество социальной и коммунальной сферы, ранее принадлежащее колхозу, главе Новодеревенского района Рязанской области В.Ф. Оводкову, где в прилагаемом к нему Перечне за № значится спорный жилой дом. Постановлением Правительства Рязанской области от < дата > за № был утверждён Перечень имущества, находящегося в собственности Новодеревенского муниципального района Рязанской области, передаваемого в собственность Борисовского сельского поселения Новодеревенского района Рязанской области. Согласно Перечню, являющемуся приложением № к вышеуказанному Постановлению, жилой дом, расположенный по <адрес> числится за № и был передан на основании передаточного акта от < дата > В пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что, если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Иски о признании права, заявленные лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, могут быть удовлетворены в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Закона о регистрации и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного Закона, либо возникли независимо от их регистрации в соответствии с пунктом 2 ст. 8 ГК РФ. Согласно уведомлению от < дата > в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним отсутствуют сведения о правах на объект недвижимого имущества - жилой дом, расположенный по <адрес> Из сообщения БТИ следует, что < дата > была первичная инвентаризация объекта капитального строительства жилого дома, расположенного по <адрес>. В техническом паспорте на спорный жилой дом сведения о правообладателе отсутствуют. Исходя из того, что право собственности на спорный дом никогда не было зарегистрировано в установленном законном порядке, условием удовлетворения заявленных требований об оспаривании права собственности ответчиков и признании за истцом права собственности, является установление судом обстоятельств, которые в силу закона влекут возникновение такого права, независимо от его государственной регистрации. В судебном заседании бесспорно установлено, что ФИО2 и ФИО1 имели в собственности жилой дом 1953 года возведения в <адрес> и находящийся под ним в личном пользовании земельный участок площадью <данные изъяты> (данные похозяйственной книги за 1967-1970 годы). Свидетель ФИО6 в суде показала, что проживает по соседству со спорным домом с 1963 г., была дружна с бывшими соседями Бесковыми, которые сначала проживали в ветхом саманном доме. Поскольку ФИО2 был инвалидом Великой Отечественной войны, то его дочь от его имени стала писать в различные инстанции по поводу оказания помощи в улучшении жилищных условий. Это письмо ей лично показывали, чтобы она помогла его отредактировать. Куда оно было адресовано, не помнит. Строительство дома было где-то в начале 70-х годов. В тот период её муж В.Д. Куликов был председателем колхоза «Прожектор», поэтому от него знала, что дом строит колхоз непосредственно ФИО2, деньги на это были перечислены в колхоз для Бескова. Когда началась приватизация, то ФИО1 сообщила, что ей из колхоза прислали квитанцию об оплате квартплаты, что вызвало у неё недоумение, поскольку имелся документ о передаче дома ФИО2 в собственность, который она ей показала. Из показаний свидетеля ФИО7 следует, что он с 1973 г. по 1977 г. работал председателем сельского Совета в <адрес>. Спорный жилой дом строился в 1973 г. ФИО2 как инвалиду Великой Отечественной войны, имеющему большую семью и старый ветхий дом, по просьбе последнего об оказании ему материальной помощи. Его, как председателя сельского Совета, первый секретарь райкома партии Новодеревенского района ФИО8 вызвал на заседание бюро райкома партии и обязал в кратчайшие сроки построить жильё семье Бесковых, пояснив, что деньги будут перечислены в колхоз «Прожектор». Строительство велось на личные сбережения ФИО2 и при помощи колхоза, который нанимал строительную бригаду, выделял материал. Часть средств на строительство спорного дома было перечислено в колхоз государством в ответ на обращения ФИО2 поскольку в частные руки нельзя было перечислять деньги. Вопрос о строительстве этого дома стоял на контроле в районном исполнительном комитете, поэтому каждый день на заседаниях правления колхоза «Прожектор», где он (ФИО7) присутствовал, обсуждалось строительство дома, которое было завершено в кратчайшие сроки. После строительства дома он был решением правления колхоза передан ФИО2. В похозяйственной книге за тот период была запись о том, что ФИО2 является собственником спорного дома, так как книги велись в сельском Совете. Дом был построен на земельном участке, предоставленном ФИО2 для ведения личного подсобного хозяйства взамен старого дома. Не доверять показаниям данных свидетелей у суда оснований не имеется, кроме того, они подтверждаются письменными доказательствами. Так, из письма зам. председателя исполнительного комитета районного Совета депутатов трудящихся от < дата > за №, адресованного секретарю исполкома областного Совета депутатов трудящихся, и в копии направленного ФИО2, следует, что дом, в котором проживает семья ФИО2, является ветхим и требует капитального ремонта. Вопрос об оказании помощи в строительстве дома ФИО2 будет рассмотрен на общем собрании колхозников «Прожектор» в феврале 1972 г. Страховые свидетельства за 1973 - 1978 годы подтверждают факт уплаты ФИО2 обязательного окладного страхования строения, расположенного в д. Борисовка как за жильё, находящееся в собственности. Согласно выпискам из годовых отчётов колхоза «Прожектор» за 1973 г. формы № «Капитальные вложения» и за 1974 г. формы № «Капитальные вложения» усматривается, что в эти годы колхозом строительство не осуществлялось, что подтверждается данными, представленными ГКУ «Государственный архив Рязанской области» от < дата > за №. В спорном жилом доме были зарегистрированы по месту жительства постоянно и проживали с < дата > по < дата > ФИО1, её сын ФИО4 - с < дата > по < дата >, что следует из справки сельского поселения, выданной на основании домовой книги. Архивные справки, выданные на основании похозяйственных книг, содержат противоречивые сведения о собственнике спорного дома. Впервые данные о собственнике спорного дома указаны в похозяйственных книгах за 1980-1982 годы - владельцем хозяйства указана ФИО1. Далее похозяйственные книги за 1983-1985, 1986-1990, 1991-1995, 1997-2001, 2002-2006 годы содержат сведения о принадлежности дома колхозу. Исходя из требований относимости, допустимости и достоверности, с учётом взаимной связи со всей совокупностью приведённых выше доказательств суд, согласно ст. 67 ГПК РФ принимает за достоверные сведения, содержащиеся в похозяйственной книге за 1980-1982 годы, и отвергает сведения содержащиеся в похозяйственных книгах за последующие годы, поскольку данные сведения внесены позднее и при этом не указано, на каком основании право собственности на дом перешло от ФИО1 к колхозу. Согласно закону РСФСР «О земельной реформе» от 23.11.1990 г. N 374-1 и указу Президента РФ от 27 декабря 1991 г. N 323 «О неотложных мерах по осуществлению земельной реформы в РСФСР» земельные участки, выделенные для личного подсобного хозяйства, садоводства, жилищного строительства в сельской местности, передавались в собственность граждан. Исходя из смысла действующего в тот период времени законодательства выделение гражданам в собственность земельных участков осуществлялось под принадлежащими им домами и не предусматривалось выделение в собственность земельных участков для личного подсобного хозяйства под домами иных собственников. На основании свидетельства о праве собственности на землю от < дата > ФИО1 является собственником земельного участка площадью 0,40 га, предоставленного ей постановлением главы администрации Борисовского сельского поселения от < дата > за № для ведения личного подсобного хозяйства. Таким образом, спорный жилой дом, расположенный по <адрес>, был построен колхозом «Прожектор» для семьи ФИО1 на земельном участке, предоставленном им для ведения личного подсобного хозяйства, взамен принадлежащего им на праве собственности ветхого жилого дома, который был снесён. С момента строительства с 1973 г. и до < дата > в нём проживала семья ФИО1 Сведений о заключении с ними договора найма колхозом «Прожектор», либо в последующем социального найма администрацией Новодеревенского муниципального района Рязанской области сторонами не представлено. В силу ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Истец не представил объективных и бесспорных доказательств суду, с достоверностью позволяющих установить, что право собственности на спорный жилой дом возникло у колхоза «Прожектор», было передано колхозом «Прожектор» Новодеревенскому муниципальному району Рязанской области и зарегистрировано за ним на праве собственности и, как следствие, было передано истцу на законных основаниях. В то же время ответчиком С.В. Морозовой и её представителем Н.А. Соболь представлены относимые, достоверные, допустимые и в своей совокупности достаточные доказательства, подтверждающие факт возникновения за Морозовой права собственности - строительство спорного объекта недвижимости для семьи ФИО1, который в последствии и был включён в наследственную массу после смерти ФИО1. Указанные доказательства в судебном заседании истцом опровергнуты не были. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для признания за истцом права собственности на жилой дом за недоказанностью оснований возникновения у него права собственности на спорный объект недвижимости, в связи с чем полагает необходимым отказать в удовлетворении исковых требований в данной части. Учитывая, что у истца не имеется оснований для признания за ним права собственности на спорный дом, то соответственно требования о признании недействительными свидетельства о праве на наследство по закону, записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним заявленными им необоснованно и удовлетворению не подлежат. В соответствии с п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену). В силу ст. 455 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, предусмотренный договором купли-продажи. Если иное не предусмотрено договором купли-продажи, продавец обязан одновременно с передачей вещи передать покупателю её принадлежности, а также относящиеся к ней документы (технический паспорт, сертификат качества, инструкцию по эксплуатации и т.п.), предусмотренные законом, иными правовыми актами или договором. Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершённая лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению только в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имели намерений ее исполнять или требовать её исполнения. Факт неисполнения одной стороной сделки своих обязательств сам по себе не свидетельствует о мнимом характере сделки. При этом исполнение (полное или частичное) договора одной из сторон свидетельствует об отсутствии оснований для признания договора мнимой сделкой. В соответствии с п. 2 ст. 167 ГК РФ, при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой всё полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Согласно договору купли-продажи от < дата > С.В. Морозова продала И.И. Воронову жилой дом и земельный участок, расположенные по <адрес> Из передаточного акта от < дата > следует, что С.В. Морозова передала в собственность И.И. Воронову вышеуказанные объекты недвижимости, а последний их принял. С.В. Морозова приняла от И.И. Воронова <данные изъяты> Право собственности И.И. Воронова на жилой дом и земельный участок зарегистрировано < дата >, что подтверждается свидетельствами о государственной регистрации права <адрес> и <адрес>. Как видно из материалов дела, на момент совершения договора купли-продажи жилой дом и земельный участок принадлежали С.В. Морозовой на праве собственности, которое зарегистрировано в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Рязанской области < дата > В данном жилом помещении никто не был зарегистрирован, проживали ФИО3. В настоящий момент в доме проживают родители ответчика И.И. Воронова. Свидетель В.А. Куликова в суде показала, что после смерти всех Бесковых в этом доме жили разные люди, в 2011 г. там жила семья ветврача хозяйства, в конце августа они переехали в другой дом. Через некоторое время в доме стала проживать пожилая супружеская пара. Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что он приходится отцом ответчику И.И. Воронову, который в августе 2011 г. купил ему и супруге дом в <адрес> куда в конце августа он стал периодически приезжать, чтобы делать ремонт. Свой дом в <адрес> продали в сентябре 2011 г., и теперь с супругой постоянно проживают в <адрес>. Как пояснили ответчик И.И. Воронов и его представитель Н.А. Соболь в судебном заседании, жилой дом в <адрес> был приобретён Вороновым для своих пожилых родителей, в связи с чем принадлежащий им дом в <адрес> был продан < дата > Указанные обстоятельства подтверждаются договором купли-продажи и передаточным актом от < дата >, а также свидетелем ФИО9. Свидетель ФИО10 в суде пояснила, что И.И. Воронов намеревался приобрести дом у ФИО11 <адрес>, однако данная сделка не состоялась, ей известно, что после этого И.И. Воронов сразу же приобрёл дом у С.В. Морозовой. Судом установлено, что произошёл переход права собственности на спорный дом и земельный участок к покупателю, продавец получил денежные средства за проданный дом и земельный участок, что следует из передаточного акта и расписки о получении денежных средств. Положениями ст. 8, ст. 131, ст. 164, п. 2 ст. 223 ГК РФ, предусмотрено, что права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом. Наличие таковой, свидетельствует о соответствии воли сторон спорного договора результатам совершенной сделки, и таким образом о действительности правоотношений, возникших между ответчиками. Правовые последствия договора купли-продажи от < дата >, заключённого между С.В. Морозовой и И.И. Вороновым возникли. < дата > договор купли-продажи зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>. И.И. Воронову выдано свидетельство о государственной регистрации права, договор исполнен сторонами в полном объёме: спорный дом и земля переданы И.И. Воронову, что подтверждается передаточным актом от < дата > Согласно пояснениям ответчиков С.В. Морозовой и И.И. Воронова перед заключением договора купли продажи жилой дом осматривался покупателем Вороновым. При получении свидетельств о государственной регистрации права И.И. Воронов предъявил их проживавшим в доме ФИО3 и потребовал их выезда, что было сделано последними в течении двух дней. После чего он поменял замок на входной двери, застеклил окна, завёс строительные материалы, оформил расчётную книжку для внесения платежей за электроэнергию, копию которой он представил в судебном заседании. В подтверждении мнимости сделки и опровержении доводов ответчиков С.В. Морозовой и И.И. Воронова истцом суду доказательств согласно ст. 56 ГПК РФ не представлено. В судебном заседании была допрошена свидетель со стороны истца - ФИО12, ведущий специалист Борисовского сельского поселения пояснившая, что < дата > С.В. Морозова обращалась в поселение для получения справки о зарегистрированных в <адрес> лицах. При этом присутствовал И.И.Воронов. Указанная справка была выдана главой поселения Т.В. Сельяновой, и в ней содержалась информация о принадлежности спорного жилого дома поселению и что в нём никто не зарегистрирован. Ознакомившись с содержанием справки, С.В. Морозова и И.И. Воронов общались с Т.В. Сельяновой на повышенных тонах, что она слышала из соседнего кабинета. Ранее работала в колхозе «Прожектор» экономистом и знает, что спорный дом был колхозным, ФИО1 вносила за него квартплату в бухгалтерию хозяйства. Страховые платежи также вносились ФИО1, поскольку средств у колхоза не было, а страхование имущества было обязательным. Показания ФИО12 не свидетельствуют о мнимости сделки купли-продажи спорных земельного участка и дома, а также не подтверждают факт их недобросовестности при её заключении. К показаниям свидетеля ФИО12 в части принадлежности спорного дома колхозу суд относится критически, поскольку свидетель не указала, на каком основании у колхоза возникли права на дом. Показания свидетеля ФИО12 в части внесения квартплаты ФИО1 опровергаются показаниями свидетеля ФИО6 о том, что вопрос о внесении квартплаты за дом колхозом «Прожектор» действительно ставился, однако ФИО12 не стала её оплачивать считая себя собственником. Документального подтверждения факта внесения ФИО12 квартплаты за дом суду не представлено, как и не представлено оснований для её внесения. Ссылку истца на то обстоятельство, что на момент купли-продажи в спорном жилом доме проживала себя ФИО3, что препятствовало заключению сделки-купли продажи дома, суд отклоняет. Данное обстоятельство о проживании в спорном доме посторонних лиц было известно как продавцу, так и покупателю. Указанные лица проживали в доме без регистрации и наличия для проживания каких-либо правовых оснований. При этом совершение сделки купли-продажи недвижимости возможно, в том числе и с обременением. Наличие проживающих в доме ФИО3 было отражено в договоре купли-продажи земельного участка и жилого дома <адрес> от < дата >, заключённого между С.В. Морозовой и И.И. Вороновым, и не препятствовало заключению данного договора, в том числе указанное обстоятельство никоим образом не может свидетельствовать о мнимости данной сделки. При этом в договоре отражены фамилия имена, отчества и года рождения всех ФИО3, проживающих в доме, что свидетельствует о том, что продавец и покупатель получили данную информацию не от истца, т.к. в справке от < дата > №, на которую ссылается истец, отсутствуют данные сведения. Доводы истца о наличии у него права собственности на дом, что было известно продавцу Морозовой и покупателю Воронову на момент заключения договора купли-продажи, судом также отклоняются, поскольку на момент заключения данного договора за Морозовой было зарегистрировано право собственности на дом и в установленном законном порядке это право оспорено не было. Наличие у истца намерений заявить о своих правах на недвижимость, не может ограничивать право пользования и распоряжения собственника до того времени, пока зарегистрированное право собственности не оспорено в судебном порядке. Обращаясь с иском о признании следки купли-продажи жилого дома и земельного участка недействительным на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ истец обязан представить суду доказательства, свидетельствующие о мнимости сделки и отсутствии намерений создать иные правовые последствия, чем правовые последствия купли-продажи жилого дома и земельного участка. Достоверных и убедительных доказательств в подтверждение мнимости сделки, то есть сделки лишь для вида без намерения создать соответствующие правовые последствия, истцом суду не представлено и в ходе судебного разбирательства по делу не добыто. При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении исковых требований о признании договора купли-продажи земельного участка и жилого дома <адрес> от < дата >, заключённого между ответчиками С.В. Морозовой и И.И. Вороновым, как необоснованных должно быть отказано. Требования о применении последствий недействительности данной сделки, аннулировании в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним записей от < дата >, в том числе: о переходе права собственности на земельный участок и жилой дом <адрес> от С.В. Морозовой к И.И. Воронову; о регистрации № права собственности И.И. Воронова на спорный жилой дом; о регистрации № права собственности И.И. Воронова на спорный земельный участок; приведении сторон данного договора в первоначальное состояние, также не подлежат удовлетворению, поскольку они являются требованиями, производными от требования о признании сделки недействительной. Таким образом, в удовлетворении исковых требований муниципального образования - Борисовское сельское поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области к С.В. Морозовой о признании недействительными свидетельства о праве на наследство по закону, записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, о признании права собственности муниципального образования на недвижимое имущество и к С.В. Морозовой и И.И. Воронову о признании недействительной сделки купли-продажи недвижимого имущества и применении последствия недействительности сделки надлежит отказать в полном объёме. В силу ч. 1 ст. 144 ГПК РФ обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению лиц, участвующих в деле, либо по инициативе судьи или суда. В соответствии с ч. 3 ст. 144 ГПК РФ в случае отказа в иске принятые меры по обеспечению иска сохраняются до вступления в законную силу решения суда. Определениями судьи Новодеревенского районного суда Рязанской области от 01.08.2011 г. и от 13.09.2011 г. по настоящему делу применены меры по обеспечению иска. В связи с тем, что судом принято решение об отказе в удовлетворении исковых требований, меры по обеспечению иска надлежит сохранить до вступления в законную силу решения суда, после чего отменить. На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194 - 198, 199 ГПК РФ, суд Р Е Ш И Л: в удовлетворении исковых требований муниципального образования - Борисовское сельское поселения Новодеревенского муниципального района Рязанской области к Морозовой С.В. о признании недействительными свидетельства о праве на наследство по закону, записи в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, о признании права собственности муниципального образования на недвижимое имущество и к Морозовой С.В. и Воронову И.И. о признании недействительной сделки купли-продажи недвижимого имущества и применении последствия недействительности сделки, отказать. Меры по обеспечению иска, принятые определениями Новодеревенского районного суда Рязанской области от 01.08.2011 г. и от 13.09.2011 г., сохранить до вступления в законную силу решения суда, после чего отменить. Решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Рязанском областном суде через Новодеревенский районный суд Рязанской области в течение десяти суток со дня принятия решения в окончательной форме. Судья -