№ П Р И Г О В О Р Именем Российской Федерации <адрес> < дата > Моршанский районный суд <адрес> в составе: председательствующего – судьи Букатиной Е.В., с участием государственного обвинителя – ст. помощника прокурора <адрес> Колдашова В.А., подсудимого Щ., защитника – адвоката Матвеева С.К., представившего удостоверение № и ордер № от < дата >, при секретаре Ч.О.В., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Щ., родившегося < дата > в <адрес>, проживающего в <адрес>, гражданина РФ, с высшим образованием, женатого, имеющего малолетнего ребенка, работавшего заместителем начальника по кадрам и воспитательной работе <данные изъяты>, в настоящее время не работающего, ветерана боевых действий в <адрес>, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 285 УК РФ, У С Т А Н О В И Л: Подсудимый Щ. совершил злоупотребление должностными полномочиями, то есть использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. Преступление совершено в <адрес> при следующих обстоятельствах. В соответствии со ст.ст. 5, 24 закона РФ от < дата > №-I «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», ст. 21 Федерального закона от < дата > № 117-ФЗ «О внесении изменений и дополнений в законодательные акты Российской Федерации в связи с реформированием уголовно-исполнительной системы» и ст. 1 Положения о службе в органах внутренних дел Российской Федерации, а также на основании приказа № л/с от < дата > «Об утверждении штатной расстановки сотрудников среднего и старшего начальствующего состава следственного изолятора № Управления исполнения наказаний Минюста России по <адрес>», вынесенного начальником УИН по <адрес> Министерства юстиции Российской Федерации, Щ. - заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе <данные изъяты> с < дата > согласно приказу начальника УФСИН России по <адрес> полковника внутренней службы М. № л/с от < дата > «О назначении, возложении обязанностей, переносе отпуска», исполнял обязанности начальника ФБУ ИЗ-68/2 УФСИН России по <адрес> и являлся представителем власти и должностным лицом государственного органа – <данные изъяты> был наделен организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями. Служебные полномочия начальника <данные изъяты> регламентировались Должностной инструкцией, из раздела 1 которой следует, что Щ. был наделен полномочиями осуществлять непосредственное руководство работой учреждения; контролировать и координировать деятельность служб учреждения, а также отделов, в своей служебной деятельности он должен был руководствоваться Конституцией Российской Федерации, законами Российской Федерации, ведомственными актами Министерства юстиции России и Федеральной службы исполнения наказаний России. Кроме того, согласно разделу 2 Должностной инструкции начальника <данные изъяты>, Щ., в период исполнения обязанностей начальника учреждения, был обязан осуществлять текущее руководство деятельностью учреждения на принципах единоначалия, руководить действиями сотрудников при осложнении обстановки на охраняемых объектах до прибытия вышестоящих начальников, своевременно докладывать руководству вышестоящей организации о фактах побега осужденных. Однако, в период исполнения обязанностей начальника <данные изъяты>, Щ., являясь должностным лицом, умышленно, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, злоупотребил предоставленными полномочиями, не исполнив возложенные на него обязанности начальника учреждения. Так, < дата > в период с 20 часов 50 минут до 21 часа 30 минут осужденный Т., назначенный приказом начальника <данные изъяты> № от < дата >, в отряд хозяйственной обслуги учреждения <данные изъяты> пользуясь на этом основании правом передвижения без конвоя, самовольно покинул территорию учреждения и отправился к месту своего жительства в деревню <адрес>. Дежурный помощник начальника следственного изолятора дежурной службы <данные изъяты> С., являвшийся согласно п. 2 раздела 2 Инструкции «О приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации № от < дата >, ответственным за регистрацию поступающей в дежурную часть учреждения информации о преступлениях и происшествиях, руководствуясь п. 10 раздела 3 Должностной инструкции дежурного помощника начальника следственного изолятора дежурной службы <данные изъяты>, возлагающей на дежурного помощника начальника следственного изолятора обязанность докладывать руководству учреждения о случаях побега, а также п. 59.2 главы 59 Инструкции «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», утвержденной приказом Министерства юстиции Российской федерации от < дата > №-ДСП, согласно которому дежурный помощник начальника следственного изолятора, обнаружив отсутствие на территории учреждения осужденного, докладывает об этом начальнику учреждения и в дальнейшем действует по его указанию, < дата > около 22 часов доложил Щ., исполнявшему с < дата > согласно приказу начальника <данные изъяты> полковника внутренней службы М. № л/с от < дата > обязанности начальника <данные изъяты>, о побеге осужденного Т. < дата > в период с 00 до 03 часов Т. был разыскан оперативными сотрудниками учреждения <данные изъяты> в деревне <адрес> и доставлен в следственный изолятор, о чем было также доложено Щ. После доставления Т. на территорию <данные изъяты> у исполняющего обязанности начальника учреждения Щ. возник умысел на сокрытие факта совершения Т. уголовно-наказуемого деяния – побега. Реализуя свой преступный умысел, Щ., используя свои должностные полномочия вопреки интересам службы, действуя из иной личной заинтересованности, связанной с ложным понятием интересов службы – ухудшение в связи с фактом побега показателей работы <данные изъяты> в сравнении с другими подобными учреждениями области, а также с целью избежать наступления негативных для него последствий за допущенные ошибки и недостатки в работе, что повлекло бы за собой дисциплинарную ответственность и, как следствие, ухудшение материального положения – лишение премий, надбавок и иных дополнительных выплат, в нарушение п.п. 11, 12, 29, 31 и 32 Инструкции «О приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», дал указание дежурному помощнику начальника следственного изолятора дежурной службы <данные изъяты> С., ответственному за регистрацию сообщений о преступлениях в книге регистрации сообщений о преступлениях, факт побега Т. не регистрировать, в Управление Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> и органы внутренних дел <адрес> и <адрес>, уполномоченных на принятие соответствующих решений по факту побега осужденного Т., не сообщать. Дежурный помощник начальника следственного изолятора дежурной службы <данные изъяты> С., действуя в соответствии с требованиями п. 59.2 Инструкции «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от < дата > №-ДСП, был обязан подчиниться указанию исполняющего обязанности начальника <данные изъяты> Щ., и факт побега Т. в книге регистрации сообщений о преступлениях не зарегистрировал, о побеге в уполномоченные органы не сообщил. Факт побега осужденного Т. из учреждения <данные изъяты>, произошедшего в период исполнения Щ. обязанностей начальника учреждения <данные изъяты>, продолжал укрываться заместителем начальника по кадрам и воспитательной работе учреждения Щ. и по его указанию произошедшие события замалчивались, в связи с чем о совершении < дата > осужденным Т. преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 313 УК РФ за побег из мест лишения свободы, совершенный лицом, отбывающим наказание. Щ. осознавал, что в соответствии с пунктом 21 Инструкции «О приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», персональная ответственность за нарушение правил ведения в дежурных частях учреждений регистрационных книг возлагается на него, и, не зарегистрировав сообщение о факте побега осужденного Т., он действует незаконно, вопреки требованиям п. 24 указанной инструкции, согласно которому непринятие правомочным или уполномоченным должностным лицом мер к регистрации принятого сообщения о преступлении или отказ в регистрации представленного сообщения, недопустимы и расцениваются как факт укрытия такого сообщения от регистрации. Щ., в нарушение требований пункта 11 Инструкции «О приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», который возлагает на начальника учреждения обязанность организации работы по обеспечению приема, полноты регистрации, законности при рассмотрении информации о преступлениях, а также осуществление контроля за ее проведением; пункта 12 названной Инструкции, который предписывает, чтобы регистрация информации о преступлениях производилась в дежурных частях учреждений незамедлительно; пункта 31 вышеуказанной Инструкции, который предусматривает, что по сообщениям о преступлениях, требующим неотложного реагирования, и информация, содержащаяся в сообщении, должны быть предварительно переданы в соответствующий орган по подследственности, устно отдал заведомо незаконное распоряжение дежурному помощнику начальника следственного изолятора С., запретив последнему регистрировать в книге регистрации сообщений о преступлениях факт побега осужденного Т. из учреждения <данные изъяты> Помимо этого, Щ. были грубо нарушены нормы и положения статьи 1 Уголовно-исполнительного кодекса РФ от 08.01.1997 года № 1-ФЗ (с изменениями), в части основной цели уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации – исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений, и его задач – регулирования порядка и условий исполнения и отбывания наказаний. При этом Щ. осознавал, что его действия приведут к тому, что Т. избежит установленной уголовным законом ответственности за совершенное преступление – побег из мест лишения свободы лица отбывающего наказание, но, несмотря на это, злоупотребляя своими должностными полномочиями, факт побега от регистрации укрыл. Результатом противоправных действий Щ. явилось существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в сокрытии преступления, а значит, подрыве авторитета и репутации органов власти, их способности решать поставленные перед ними задачи в соответствии с законом, в грубом нарушении порядка прохождения службы в органах уголовно-исполнительной системы, в нарушении норм, регламентирующих основные цели и задачи уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, порядок исполнения наказания и режим содержания, а поскольку преступление, совершенное Т., является преступлением против правосудия, то оно подрывает способность государства в лице органов правоохранительной системы, обеспечивать нормальную и своевременную деятельность органов правосудия. В связи с тем, что Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> о факте побега Т. не было известно своевременно, оно было лишено возможности изучить обстоятельства побега Т. и использовать этот негативный опыт в работе по предотвращению побегов осужденных и лиц, содержащихся под стражей, тем способом, которым воспользовался Т. Подсудимый Щ. в судебном заседании виновным себя не признал. Несмотря на непризнание Щ. своей вины, суд, исследовав обстоятельства дела, считает доказанной вину подсудимого в совершении указанных в описательной части приговора действий. Это подтверждается совокупностью следующих доказательств. Свидетель П. показал, что с марта 2006 года он работает начальником <данные изъяты>, в январе 2008 года он находился в очередном отпуске, в этот период обязанности начальника следственного изолятора исполнял Щ., который был назначен на должность и.о. начальника следственного изолятора в связи с тем, что являлся наиболее опытным сотрудником, которому он (П.) полностью мог доверить руководство учреждением. Он (П.) написал рапорт на Щ., Щ. расписался в приказе о назначении его исполняющим обязанности начальника следственного изолятора. < дата > под утро он (П.) приехал в следственный изолятор, так как ему сообщили о побеге осужденного из изолятора, точное время, когда он прибыл в следственный изолятор, не помнит. Когда он приехал, в изоляторе находились Щ., а также заместители Ш. и Х., осужденный Т. в это время уже был в следственном изоляторе, его привезли, отсутствовал он непродолжительное время, поэтому он П. посоветовал Щ., что он может никуда о факте побега не сообщать, так как осужденный на месте, все обошлось без последствий. Поскольку Щ. в этот период исполнял обязанности начальника следственного изолятора, а он (П.) был в отпуске, Щ. мог прислушаться к его (П.) советам, но они не были обязательны для Щ., принятие решения оставалось за Щ., в период своего отпуска он (П.) не мог давать сотрудникам следственного изолятора распоряжения и указания. Когда он (П.) приезжал в следственный изолятор, после сообщения о совершении побега осужденным Т., он не собирал в следственном изоляторе совещания, с приглашением заместителей начальника учреждения. Он и не правомочен был в тот момент собирать какие-либо совещания, поскольку находился в отпуске. Был он в учреждении непродолжительное время, убедился, что все нормально и уехал. Из отпуска он вышел примерно в середине или конце февраля 2008 года. Когда вышел из отпуска, осужденного Т. в следственном изоляторе не было, ему (П.) не было известно, что факт побега осужденного не зарегистрирован. Факт побега также совпал с проведением учений, которые были запланированы. Ему известно, что сотрудники учреждения должны руководствоваться в своей служебной деятельности приказом № от < дата >, который утверждает инструкцию «О порядке, приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», данная инструкция изучалась со всем личным составом в системе служебно-боевой подготовки. Учетно-регистрационную дисциплину в следственном изоляторе контролирует начальник следственного изолятора или лицо, исполняющее обязанности начальника следственного изолятора, также дежурный помощник начальника следственного изолятора – ДПНС. Начальник следственного изолятора либо лицо, исполняющее обязанности начальника следственного изолятора, обязан проконтролировать внесены ли записи в учетные документы о совершенных ЧП на территории следственного изолятора. Свидетель Ш. показал, что работает заместителем начальника по оперативной работе <данные изъяты>, в его служебные обязанности входит предотвращение преступлений, получение оперативной информации, её реализация, руководство оперативной группой. В январе 2008 года в учреждении <данные изъяты> отбывал наказание осужденный Т., он работал в хозяйственной обслуге. < дата > года на территории учреждения была поднята тревога, ему позвонил дежурный С., сказал, что объявлена тревога. Через несколько минут С. вновь позвонил и сообщил, что в ходе проведения вечерней проверки не был обнаружен осужденный Т.. Он (Ш.) позвонил оперативным сотрудникам, чтобы они прибыли в учреждение. Когда он и оперативные сотрудники прибыли в следственный изолятор, первоначально посмотрели, поискали, Т. нигде обнаружен не был. В учреждении, после того как стало известно о факте побега осужденного Т., находились начальник изолятора П., исполняющий обязанности начальника изолятора Щ., а также заместители начальника - он (Ш.) и Х. Он (Ш.) и Х., каждый в своем направлении начали разрабатывать план по поиску Т.. Общего руководства по поиску осужденного Т. не было, каждый отрабатывал свое направление, была задача разыскать осужденного. Он дал указание оперативным работникам Ц. и С., которые находились у него в подчинении, съездить по месту жительства Т., они поехали. Через некоторое время, примерно около 00 часов < дата >, оперативные сотрудники позвонили и сообщили, что Т. нашли. Затем Т. доставили в <данные изъяты>, по прибытии поместили в камеру. Вечером < дата > была объявлена учебная тревога, при объявлении тревоги выполняются определенные действия, проверяется хозобслуга, в результате выполнения этих действий не нашли осужденного Т., объявление учебной тревоги и побег Т., это совпадение. Сотрудники УФСИН по <адрес> приезжают в следственный изолятор каждую неделю, видел ли он (Ш.) сотрудников УФСИН У. и Ч. в ночь с < дата > < дата >, не помнит. Сотрудники УФСИН приезжали, кто конкретно приезжал, не помнит, в какой день приезжали, также не помнит, могло пройти несколько дней /3-5 дней/ с момента побега, или несколько дней до побега. Был ли связан приезд работников УФСИН с побегом Т., не знает. После обнаружения Т., ему (Ш.) никто не говорил о том, чтобы не регистрировать факт побега осужденного в книге учета регистрации сообщений о преступлениях, за регистрацию в данной книге отвечает дежурный. Чтобы в его присутствии говорили об этом, не помнит. Совещание – планерка проводится каждое утро, собирается руководство учреждения, что говорилось на совещании, которое проводилось на следующее утро после побега, не помнит, но вопрос о побеге осужденного обсуждался, он (Ш.) на этом совещании присутствовал. О приказе № от < дата > «Об утверждении Инструкции о приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях» знали все, так как он находится в дежурной части. На момент совершения побега осужденным Т., обязанности начальника следственного изолятора исполнял Щ., начальник учреждения П. в это время находился в отпуске, только в ночь совершения побега он приезжал в <данные изъяты> Из показаний свидетеля Х. следует, что он работает заместителем начальника по охране <данные изъяты>, в настоящее время исполняет обязанности начальника учреждения. < дата > был установлен факт совершения побега из следственного изолятора № <адрес> осужденного Т., была объявлена тревога. Ему о побеге осужденного сообщил дежурный С., было это примерно после 22 часов, точное время не помнит. Примерно через полчаса он прибыл в следственный изолятор, там уже находился Ш., потом приехали П. и Щ.. По местам, где мог находиться Т., были направлены люди. Лицам, направленным на задержание Т., он выдал оружие, боеприпасы. Через некоторое время Т. был задержан и доставлен в следственный изолятор, после чего личный состав сдал оружие и боеприпасы, сотрудников отпустили домой. Осужденный Т. отбывал наказание в <данные изъяты> в отряде хозяйственной обслуги. Нашли Т. быстро, в группе по поиску Т. были задействованы оперативные сотрудники изолятора, младшие инспектора, которые прибыли по тревоге. После задержания Т. и доставления его в изолятор, он (Х.) сделал соответствующий доклад начальнику следственного изолятора П., также он докладывал Щ. В его (Х.) обязанности не входит регистрация в книге учета сообщений о преступлениях факта побега осужденного, но насколько он знает, факт побега Т. зарегистрирован не был. Начальник следственного изолятора П. в это время находился в отпуске, но в ночь побега Т., он был в изоляторе. Докладывали о результатах проведенных мероприятий и П. и Щ.. И.о. начальника учреждения Щ., совместно с начальником учреждения П., принимал решения по выполнению мероприятия, он (Х.) также совместно с ними принимал участие в данном мероприятии, решения они принимали вместе. В ночь побега Т. в изолятор приезжал сотрудник УФСИН У., которого он видел в изоляторе, а Ч., возможно, приезжал утром следующего дня, сам он (Х.) Ч. не видел, приезжали они по факту побега или нет, не знает, цель их приезда не знает. Поступали ли от работников УФСИН У. и Ч. какие-либо указания по поводу того, чтобы не регистрировать сообщение о побеге осужденного Т., ему неизвестно, ему (Х.) указаний от них не поступало. Утром следующего после побега дня, в 8 часов на планерке, которую проводил начальник изолятора П., при сдаче дежурства С., П. сказал, что сообщать о побеге Т. никуда не будут. На данном совещании (планерке) помимо П. присутствовали он (Х.), Ш., Щ., то есть три зама и начальник. П. сказал, чтобы факт побега Т. нигде не освещать, это был не приказ, но говорил об этом начальник и он (Х.) понял для себя, что нигде не нужно говорить о данном факте. Поскольку он (Х.) в настоящее время исполняет обязанности начальника учреждения, в случае совершения чрезвычайного происшествия на территории следственного изолятора, он должен сообщить о случившемся происшествии в вышестоящую инстанцию - УФСИН, затем сообщить начальнику учреждения П.. В изоляторе есть мероприятия, которые проводятся в связи с побегом, массовыми беспорядками и пр., на каждое событие, которое может произойти, готовится соответствующий план, который разрабатывается совместно с начальником, зам. начальника. Учебные мероприятия проводятся ежемесячно, согласно плану, который разрабатывает Управление ФСИН, например <данные изъяты> В ночь побега проводились учебные мероприятия, произошло совпадение - побег Т. совпал с учебной тревогой. В системе служебной подготовки он (Х.) изучал инструкцию, утвержденную приказом № «О порядке приема, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях». Из показаний свидетеля Х., ранее данных при производстве предварительного расследования, и оглашенных по ходатайству государственного обвинителя в соответствии с ч. 3 ст. 281 УПК РФ, в связи с существенными противоречиями между ранее данными показаниями и показаниями, данными в суде, следует, что в январе 2008 года исполняющим обязанности начальника следственного изолятора был заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе Щ. Начальник учреждения П. находился в очередном отпуске. После того, как о побеге Т. стало известно, в следственный изолятор приехали Щ., другие заместители начальника. Приезжал ли в следственный изолятор начальник П., он точно не помнит. Кто руководил мероприятиями по поискам Т., не знает. Приезжал ли кто-либо из сотрудников <данные изъяты> из <адрес> после побега Т. в следственный изолятор <адрес>, он сообщить не может, так как сам лично никого не видел. Он ушел из учреждения около 1–2 часов < дата >, сразу после того, как сотрудники учреждения с Т. прибыли в следственный изолятор. По поводу того, что начальником учреждения П. после побега было проведено совещание, на котором П. попросил руководящий состав не распространяться о факте побега, сообщить ничего не может, он на подобном совещании не был (т. 1 л.д. 198-200). Свидетель Х. в судебном заседании показал, что в ходе предварительного расследования он давал данные показания, показания давал добровольно, они записаны с его слов, подписи в протоколе допроса его, к даче показаний его никто не принуждал, давления на него оказано не было, но в настоящем судебном заседании он говорит правду, причину изменения показаний объяснить не может. Показания Х. при допросе в качестве свидетеля при производстве предварительного расследования, четкие, последовательные, получены с соблюдением норм УПК РФ. Перед началом допроса ему разъяснялась ст. 51 Конституции РФ, он был предупрежден об ответственности по ст. 307 УК РФ. В протоколе в графе «заявления» о неправомерных действиях сотрудников милиции, не указано, замечаний к протоколу допроса у Х. не было. Суд признает показания свидетеля Х., данные при производстве предварительного расследования (т.1 л.д. 198-200), объективными и соответствующими действительности, они согласуются с доказательствами, исследованными в судебном заседании, в их совокупности. Суд отвергает показания свидетеля Х., данные в суде, о том, что в ночь побега Т. в изолятор приезжал сотрудник УФСИН У., которого он видел в изоляторе, а также о том, что утром следующего после побега дня, в 8 часов на планерке, которую проводил начальник изолятора П., при сдаче дежурства С., П. сказал, что сообщать о побеге Т. никуда не будут, чтобы факт побега Т. нигде не освещать. На данном совещании (планерке) помимо П. присутствовали он (Х.), Ш., Щ.. Данные показания существенно противоречат показаниям, данным свидетелем Х. при производстве предварительного расследования. Свидетель С. показал, что работал дежурным помощником начальника следственного изолятора с 2000 года по 2008 год, в силу служебных обязанностей он должен был смотреть за тем, чтобы не было никаких происшествий, противоправных действий, также в его обязанности входила регистрация сообщений о преступлениях в книге учета. В конце января 2008 года примерно в 21 час исполняющим обязанности начальника учреждения Щ. ему (С.) было дано указание об оповещении личного состава о тревоге по плану «<данные изъяты>», он стал обзванивать всех сотрудников изолятора, сообщать им, что объявлена тревога, что необходимо прибыть в учреждение. Также он дал указание сотрудникам отдела режима провести проверку хозяйственной обслуги и закрыть данную категорию осужденных на время учебной тревоги. При проведении проверки во время учений, выяснилось, что на территории учреждения отсутствует один осужденный, ему (С.) об этом в устной форме сообщил, по его мнению, П., который занимал должность заместителя дежурного, но точно он не помнит. Вспомнили, что данного осужденного выводили на хозяйственный двор, где имеется подсобное хозяйство. В связи с этим была проверена вся территория учреждения с собаками, все помещения, однако осужденный обнаружен не был. Он (С.) начал обзванивать службы такси, так как данный осужденный Т. проживает в <адрес>. В одной из служб такси сообщили, что был заказ такси в <адрес>, по описанию осужденный совпал. В это время уже собрались сотрудники, была создана оперативная группа, Х. направил оперативную группу по месту жительства осужденного, там осужденный был задержан в домовладении у брата и доставлен в изолятор, в дежурную часть, его опросили, затем поместили в одиночную камеру. Когда было обнаружено отсутствие осужденного Т., он (С.) поставил об этом в известность по телефону руководство изолятора - начальника П., и.о. начальника Щ., заместителей Х., Ш., в эту ночь они все прибыли в учреждение. П. прибыл в учреждение позже других, одним из последних. Щ. он (С.) позвонил и сообщил о происшествии примерно в 22 часа или чуть позже. Ответственным по учреждению в это время был начальник отдела режима ИЗ-68/2 <адрес> К. В УФСИН по <адрес> он (Стрельников) сообщил, что объявлена учебная тревога, о факте совершения побега не сообщал. Когда он сообщил о факте побега Т. Щ. и П., ему сказали, что сообщать в УФСИН по <адрес> о факте побега Т. пока не надо, но кто это конкретно говорил, не помнит. При сдаче им (С.) дежурства, он зашел в кабинет к Щ. с другим дежурным помощником начальника СИЗО К., который присутствовал при его разговоре с Щ.. Он (С.) задал вопрос Щ. о том, регистрировать или нет факт побега осужденного, Щ. ответил «мы решили не регистрировать». Щ. сделал запись в книге приема сдачи дежурств, что проверил ведение регистрационных книг и журналов и поставил свою подпись. Он (С.) написал рапорт в данной книге, что никаких чрезвычайных происшествий за время дежурства не произошло. Данный рапорт зафиксировал и.о. начальника Щ., поставил свои подписи - подпись вверху, что ознакомлен с данным рапортом, а внизу, что проверил ведение регистрационных книг и журналов. В день побега он (С.) приносил данные журналы учета сообщений о преступлениях Щ. на подпись, так как Щ. в то время исполнял обязанности начальника учреждения. Он сдал Щ. смену и ушел домой. Впоследствии, когда он вышел на работу, видел, что факт побега осужденного в книге учета сообщений о происшествиях не зарегистрирован. Сообщения о происшествиях и преступлениях в следственном изоляторе должны регистрироваться в обязательном порядке. Он (С.) не зарегистрировал факт совершения побега в книге учета регистраций сообщений о преступлениях, так как подчинился указанию и.о. начальника учреждения Щ. и факт побега не зарегистрировал. Он обязан подчиняться начальнику учреждения, в тот момент исполняющему обязанности начальника учреждения Щ. Сотрудники УФСИН приезжали в учреждение после обнаружения Т., кто конкретно приезжал, сказать не может, потому что к нему в дежурную часть они не заходили, ему (С.) позвонили ночью с КПП, сказали, что из <адрес> приехали сотрудники УФСИН, 3 или 4 человека. Сотрудники УФСИН регулярно приезжают в изолятор с проверкой, даже ночью, в большинстве случаев по 3-4 человека. Свидетель К. – начальник отдела режима <данные изъяты>, показал, что < дата > он заступил на дежурство ответственным по учреждению на сутки - с 8 часов утра до 8 часов утра следующих суток, согласно графику, утвержденному начальником учреждения. В вечернее время, точное время не помнит, ему в кабинет поступил звонок от дежурного помощника начальника следственного изолятора о том, что на территории следственного изолятора отсутствует осужденный Т., находившийся в отряде хозяйственной обслуги. Сразу начались поисковые мероприятия. В дальнейшем от начальника учреждения поступило распоряжение о том, чтобы произвести сбор, была объявлена тревога. Какая была тревога, он не знал, потому что и при учебных тревогах производятся такие же действия, например, при захвате заложника, никто из сотрудников не знает, учебная тревога или нет. Дежурный дал вводную, он (К.) действовал согласно инструкции, когда начали прибывать сотрудники следственного изолятора, он стал распределять их по группам, чтобы организовать поиски. В момент совершения чрезвычайного происшествия с ним (К.) по внутреннему телефону разговаривал Ш., он был в учреждении, но лично он Ш. не видел. Утверждать не может, но, по его мнению, в учреждении он видел исполняющего обязанности начальника изолятора Щ., Щ. напрямую ему (К.) указаний не давал. После совершения побега он (К.) в учреждении постоянно не находился, находился в разъездах, он развез фотографии Т. в ОВД по <адрес> и <адрес>, ЛОВД, при этом объяснял, что на момент проверки отсутствовал осужденный, что объявлена тревога, о том, что произошел побег, не говорил, потому что еще не знал об этом, говорил, что осужденный отсутствует, также направил группы по направлению к городским постам, поехал в службу такси, расположенную на углу улиц Мичурина и Кирова <адрес>, потому что собака взяла след и повела именно в ту сторону. В службе такси было выяснено, что человек заказывал такси в д. <адрес>, где проживал Т.. Непосредственно с руководящим составом он (К.) не общался. В дальнейшем Т. был разыскан в д. <адрес> и доставлен в изолятор, после чего сотрудники отдела режима следственного изолятора были отпущены домой. Он (К.) в дальнейшем находился у себя в кабинете. Начальника изолятора П. в ту ночь он не видел, также он не видел на территории следственного изолятора никого из сотрудников УФСИН России по <адрес>. Регистрировался ли факт побега Т., не знает. Согласно Приказу №, регистрация сообщений находится в ведении дежурного и контролируется начальником учреждения. После побега осужденного Т., П. не собирал совещание, на котором озвучивалось бы, чтобы не сообщать о факте побега осужденного. Инструкцию, утвержденную приказом № от < дата > «О приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», он (К.) знает, ему известно, что в соответствии с данной инструкцией, сотрудник, которому стал известен факт совершенного преступления, обязан подать рапорт на имя начальника учреждения. Он (К.) данный рапорт не подал, так как о побеге стало известно дежурному, а не ему, о том, что дежурный не зарегистрировал факт побега, он не знал. Согласно приказу № непосредственный контроль за состоянием и ведением учетно-регистрационной книги закреплен за начальником учреждения и его заместителем. Он (К.) несет ответственность непосредственно за несение службы, а не за ведение книг. Согласно указанному приказу, ежедневно начальнику учреждения утром при сдаче дежурства, дежурный приносит журнал учета сообщений о нарушениях и начальник расписывается в данном журнале. В его (К.) должностных обязанностях этого нет. Сообщал ли дежурный о случившемся побеге в УФСИН, не знает. Он (К.) писал в книге дежурств о ходе несения службы, отдельным рапортом ход дежурства не отражается, в книге дежурств о ЧП он не указывал. После побега, в 8 часов утра, он пытался доложить начальнику учреждения о случившемся, но около кабинета и в кабинете начальника было много людей, его туда не пустили. Кто находился в кабинете начальника, П. или Щ., он (К.) не видел, так как в кабинет не заходил. В отсутствие начальника учреждения П., его кабинет занимают, например, если проводится совещание заместителем начальника учреждения. Свидетель Ц. – старший оперуполномоченный оперативной группы <данные изъяты>, показал, что в январе 2008 года в вечернее время примерно около 22 часов ему позвонил заместитель начальника по оперативной работе учреждения <данные изъяты> Ш. и сообщил, что в учреждении объявлена тревога по плану «<данные изъяты>», которая означает побег из-под стражи содержащегося в учреждении лица. Он (Ц.) позвонил С. и сообщил о тревоге, после чего выдвинулся в следственный изолятор, где узнал, что осужденный Т. отсутствует на территории учреждения. Сначала Т. искали на территории следственного изолятора, проверяли все помещения, хозяйственные постройки, но Т. не нашли. Было принято решение выдвинуться по месту жительства Т. в д. <адрес>. В <данные изъяты> Т. был найден, после чего был доставлен в следственный изолятор, распределен в свободную камеру. Затем он (Ц.) ушел из изолятора, домой он пришел примерно в 2 – начале 3-го часа. Ему неизвестно, регистрировался ли факт побега осужденного Т., поскольку регистрацией он не занимается. Когда он прибыл в следственный изолятор, после того, как ему позвонил Ш., то видел в учреждении Ш., а также начальника изолятора П., больше никого из начальствующего состава он не видел. Сотрудники УФСИН по <адрес> Ч. и У. часто приезжают в изолятор, видел ли он этих сотрудников в день побега осужденного, позже или раньше побега, не помнит. На момент совершения побега осужденным, обязанности начальника учреждения исполнял Щ., начальник учреждения П. в это время находился в отпуске, но в момент побега Т. он был в следственном изоляторе. Все указания и приказы он (Ц.) получал только от заместителя начальника Ш. Из показаний свидетеля С. - оперуполномоченного <данные изъяты> следует, что в январе 2008 года, в день побега Т. из <данные изъяты> <адрес>, ему позвонил сотрудник СИЗО Ц. и сообщил, что не могут найти Т., чтобы он (С.) приехал в изолятор. В начале 23 часа он приехал в учреждение, были обнаружены следы побега Т., что он вышел из хоздвора. В изоляторе в этот момент он видел Х., Ш.. Видел ли он в этот момент в изоляторе Щ., сказать не может, не помнит, позже он Щ. видел. В учреждении имеются розыскные пакеты, ориентировки, с описанием родственников осужденных, знакомых, близких. Он предложил взять пакет на Т. и выдвинуться по адресу проживания родственников Т.. Вместе с И., Ц., на автомобиле И., он направился по месту проживания родственников Т.. Т. они нашли в д. <адрес> у его родственника Б.. Они задержали Т., привезли в изолятор, сдали под охрану ДПНСИ С. После этого Ц. ушел в дежурную часть, где оформил документы для размещения Т. в отдельную камеру, а он (С.) еще некоторое время находился в кабинете, потом пришел заместитель начальника СИЗО Ш, который сказал некоторое время подождать, а затем отпустил его (С.), он уехал домой. Кто принимал организационные решения по поводу того, каким образом разыскивать Т., пояснить не может, данный вопрос решало руководство, кто конкретно не знает. Он (С.) все указания получал от своего непосредственного начальника Ш. - заместителя начальника учреждения по оперативной работе. Он (С.), являясь оперуполномоченным, входит в состав следственно-оперативной группы учреждения, и все указания получает от Ш.. При решении вопроса об установлении места передвижения Т., со слов Ш., планировалось обзвонить службы такси, было ли это сделано, он (С.) не знает. Инициатива выдвинуться в д. <адрес>, была его (С.), потому что это был наиболее приемлемый вариант места нахождения Т.. В январе 2008 года, когда точно не помнит, в учреждение приезжала плановая проверка из УФСИН, данные проверки проводятся раз в квартал. В день побега Тумаева – 28 января 2008 года, ответственным по учреждению был Коротаев - начальник отдела режима. Щ. в ночь побега он видел, но в какое точно время, не помнит. В день побега Т. в учреждении была учебная тревога. То, что Т. отсутствовал, было обнаружено при проверке и подсчете осужденных во время учебной тревоги. В ночь побега Т., П. в изоляторе он не видел. Начальником <данные изъяты> в январе 2008 года был Щ. Согласно приказу №, учетом и регистрацией преступлений и происшествий занимаются начальник учреждения и ДПНСИ - дежурный помощник начальника следственного изолятора. В следственный изолятор регулярно приходят обобщения, обзоры о фактах побега, совершенных в других следственных изоляторах, колониях. Личный состав с данными обзорами знакомится под роспись. Обзоры доводятся до сведения в системе служебной подготовки, если указано в данном обзоре, чтобы провести дополнительные занятия, то проводятся занятия. Свидетель И. показал, что работает младшим инспектором дежурной службы <данные изъяты>, в один из дней, 2,5 года назад, он работал в день до 20 часов, после работы пришел домой, около 22 часов ему позвонил дежурный С., сказал, что объявлена тревога. Он собрался и поехал на работу, в изолятор прибыл около 22 часов. Когда приехал, от дежурного узнал, что осужденного отряда хозобслуги Т. не могут найти. Когда он (И.) сдавал смену в 20 часов, все осужденные были на месте. Затем к нему подошли оперативные сотрудники С. и Ц., сказали, что нужно съездить в д. <адрес>, так как там проживают родственники Т. - мать, дядя. На его личном автомобиле он, С. и Ц., примерно между 22-23 часами, выехали в д. <адрес>. Приехали они к матери Т., которая сказала, что Т. был, ушел. Затем он, С. и мать Т. поехали к родственнику Т. - Б.. Ц. остался в доме у матери Т.. Когда приехали к Б., Т. был у него в доме, смотрел телевизор. Затем Т. посадили в машину и привезли в следственный изолятор. В тот период, в январе 2008 года, обязанности начальника <данные изъяты> исполнял Щ. Когда вечером он (И.) приехал в изолятор, после того как ему сообщили, что объявлена тревога, из сотрудников УФСИН <адрес> в изоляторе никого не было, а, когда привезли Т., он (И.) остался в машине, Т. завели в изолятор С. и Ц.. Он (И.) в учреждение не заходил, поехал домой, дома он был около 1 часа ночи. Свидетель К-а показала, что работает старшим инспектором группы специального учета <данные изъяты>, занимается оформлением личных дел, количественным учетом, статистикой, контролирует сроки содержания лиц, находящихся под стражей. О побеге осужденного Т. в январе 2008 года из <данные изъяты> ей известно. Подробности, как ей стало известно о данном факте и когда, не помнит, так как прошло много времени. Помнит, что о побеге ей стало известно не сразу, с момента побега прошло какое-то время. Видела ли она < дата > на территории <данные изъяты> сотрудников УФСИН Ч. и У., сказать не может, не помнит, поскольку прошло много времени. Свидетель К. показала, что работает в <данные изъяты> младшим инспектором отдела охраны, осуществляет дежурство на контрольно-пропускном пункте следственного изолятора. В изоляторе пропускной режим. Лиц, которые посещают учреждение, она записывает в соответствующий журнал посещений, просит сдать удостоверение личности. Личность лиц, посещающих учреждение, сверяет с подлинными документами, затем пропускает в учреждение. На КПП во время дежурства она обязана находиться постоянно в течение рабочего дня, покинуть свой пост может только в обеденный перерыв, но вместо неё находится другой человек, заменяющий её. Сотрудников, работающих в <данные изъяты>, в журнал посещений она не записывает. Сотрудники следственного изолятора сдают пропуска, а она им выдает жетоны. Сотрудников УФСИН по <адрес> она записывает в журнал посещений, если они предъявляют документы и сдают их на КПП. Если приезжает, например, начальник УФСИН по <адрес>, или кто-то еще из начальствующего состава, они не сдают документы, их проводит в учреждение начальник следственного изолятора. Если приезжают сотрудники ниже рангом, то они сдают на КПП свои удостоверения, эти сотрудники фиксируются в журнале. Вопрос о том, пропустить человека в учреждение или нет, она согласовывает с начальником караула. Сотрудники КПП подчиняются начальнику караула, но также сообщают дежурному, когда кто-то приходит в учреждение, потому что начальник караула находится далеко, не в дежурной части. По должностной инструкции она должна доложить начальнику караула и сообщить оперативному дежурному. Если начальник учреждения проходит с человеком, то возможно, что данный человек не регистрируется в журнале посещений, она пропускает его без записи в журнале посещений. Днем < дата > она работала, дежурила в день. Приезжал ли кто-либо из сотрудников УФСИН по <адрес> в тот день в изолятор, не помнит, так как прошло много времени. Сотрудники УФСИН часто посещают изолятор в связи со своей служебной деятельностью, они приезжают и днем и ночью. Когда < дата > она заступила на работу, сообщили, что произошел побег осужденного, сказали, что Т. совершил побег из штаба, вылез через окно. Из показаний свидетеля А. следует, что с сентября 2007 года по < дата > она работала в учреждении <данные изъяты> в качестве инспектора ОКБ и ХО, исполняла обязанности экспедитора. В один из дней, зимой 2008 года, она пришла на работу, зашла в кабинет, расположенный в штабе, и увидела, что в её служебном кабинете решетка на окне сильно повреждена, стекло разбито. В кабинете находился оперативный сотрудник, который сообщил ей, что один из осужденных совершил побег. После побега она видела двух мужчин, один из них был крупного телосложения, сказали, что приехала комиссия из <адрес>, один из мужчин заходил в кабинет к начальнику. В какой именно день она видела людей из <адрес>, сказать не может, не помнит, возможно, это было на следующий день после побега, точно не помнит. Свидетель К. показал, что работал начальником отдела коммунально-бытового и хозяйственного обеспечения <данные изъяты> России по <адрес>. В ночь побега Т. в изоляторе он (К.) не находился. Он пришел на работу, о побеге осужденного ничего не знал, ему никто ничего не говорил. Потом уже стало известно, что сбежал осужденный Т., что его нашли. Приезжал ли кто из сотрудников УФСИН в связи с побегом осужденного, ему неизвестно, лично он никого не видел. Регистрировалось ли сообщение о побеге и сообщалось ли о нем в вышестоящие инстанции, ему неизвестно. Указание, распоряжение начальника следственного изолятора, исполняющего обязанности начальника следственного изолятора, обязательно для исполнения всех подчиненных. Свидетель Ч. – заместитель начальника оперативного управления УФСИН России по <адрес>, показал, что о факте побега осужденного Т. из <данные изъяты> <адрес> ему стало известно, когда следственный комитет <адрес> возбудил уголовное дело. По данному факту УФСИН по <адрес> проводилась служебная проверка. Он принимал участие в работе комиссии. Были установлены лица, виновные в совершении побега осужденного Т. из следственного изолятора. Заключение комиссии было передано в следственный комитет. На данный момент, он не помнит, кто был привлечен к дисциплинарной ответственности в связи с побегом осужденного Т., но привлечено было много лиц, в том числе Щ.. 28 и < дата > в следственный изолятор <адрес> он (Черемисин) не приезжал, приезжали ли другие сотрудники УФСИН по <адрес> в следственный изолятор № <адрес> в указанный период, ему неизвестно. Побеги в следственных изоляторах он не проверяет и не курирует. В его должностные обязанности входит проверка личного состава и обеспечение собственной безопасности в следственном изоляторе. В следственные изоляторы он приезжает по инициативе и направлению вышестоящего руководства. По своей инициативе, без направления руководства, приехать в следственный изолятор он не может. Свидетель У. показал, что работал старшим оперуполномоченным по особо важным делам УФСИН России по <адрес>. В его обязанности входило курирование следственных изоляторов области. Во всех следственных изоляторах он бывал часто, в том числе в <данные изъяты>. Цель посещений следственных изоляторов - объезды, плановые проверки, комиссионные обследования в составе групп и одиночные. По факту побега Т. из <данные изъяты> он (У.) выезжал с комиссионной проверкой, когда было возбуждено уголовное дело, на основании этого начальник Управления издал приказ о проверке, он (У.) вошел в состав комиссии и в конце 2009 года приезжал в составе комиссии в ИЗ-68/2 <адрес>. В начале февраля 2008 года или в конце января 2008 года он был в ИЗ-68/2 <адрес>, потому что в это время происходит подведение итогов работы полугодия и года. Его приезд в следственный изолятор не был связан с побегом Т., весь личный состав собирали в зале, подводили итоги работы за год. По факту побега с осужденным Т. он не беседовал. Т. он никогда не видел и не знает его. В 2008 году ему никто не сообщал о побеге Т., о побеге осужденного ему стало известно после возбуждения уголовного дела по факту побега Т., когда его (Удалова) включили в состав комиссии по проверке. Когда совершается чрезвычайное происшествие, руководство следственного изолятора отсылает донесение в дежурную часть УФСИН. Дежурный УФСИН после донесения докладывает начальнику УФСИН, на основании этого донесения начальник УФСИН издает приказ о проведении служебной проверки, создается комиссия, которая выезжает с проверкой в следственный изолятор. При совершении побега, ответственность несет начальник следственного изолятора. Если совершен побег, выезжает комиссия, которая выясняет условия и причины преступления, выявляет виновных лиц. Затем издается приказ начальника Управления ФСИН о наказании виновных лиц. Начальник Управления ФСИН наказывает начальника изолятора, а других виновных лиц наказывает начальник изолятора. Начальник изолятора издает собственный приказ о наказании виновных лиц и копию представляет в Управление ФСИН. Свидетель Б. показал, что в конце января 2008 года в ночное время, когда он уже спал, в дом, в котором он находился, в д. <адрес>, кто-то постучал. Он открыл дверь и увидел своего родственника Т., который, как он (Б.) знал, отбывал наказание в виде лишения свободы и содержался в учреждении ИЗ-68/2 <адрес>, работал в учреждении в хозобслуге. Он спросил у Т., в отпуске ли тот, на что Т. ответил, что не в отпуске. Он понял, что Т. самовольно покинул следственный изолятор и сказал Т., что его за данный поступок могут наказать и добавить срок отбывания наказания, но Т. на это ничего не ответил. Минут через 40 после прихода Т., к нему в дом постучали, когда он открыл дверь, то увидел двух мужчин, одного из которых сразу узнал, это был оперативный сотрудник ИЗ-68/2 <адрес> по имени Максим, фамилии не знает. Данные сотрудники показали удостоверения и сказали, что Т. сбежал из следственного изолятора, спросили, не знает ли он местонахождение Т., он ответил, что Т. находится у него в доме. Сотрудники следственного изолятора прошли в дом, Т. сразу оделся, сотрудники изолятора увезли Т. на машине. Свидетель Т. показал, что в конце января 2008 года, сразу после отбоя, в начале 23 часа, он покинул территорию изолятора, где отбывал наказание в отряде хозяйственной обслуги. Затем на такси он уехал домой. Впоследствии, примерно через 4 часа, он был задержан сотрудниками изолятора в доме своего родственника Б., и, примерно в 3 часа ночи, доставлен в изолятор. В изоляторе сначала с ним беседовали оперативные сотрудники Ц., С., Ш., затем начальник изолятора П., который спрашивал в связи с чем он совершил побег. Ц. заставил его написать объяснение по факту побега, а затем заставил написать заявление о переводе в колонию по собственному желанию, Ц. наносил ему удары руками в грудь, по голове, после чего он написал заявление о переводе в колонию. Со стороны Ш. было предложение, чтобы он никому ничего не рассказывал, уехал спокойно и все. С. ему также говорил, чтобы он ничего никому не говорил о побеге, чтобы написал заявление о переводе в другое учреждение, чтобы вопрос о побеге не обсуждался. Начальник изолятора П. сказал оперативным сотрудникам Ш., С. и Ц., решить данный вопрос, чтобы все было «ровно», чтобы ему (Т.) ничего не было и администрации ничего не было, также сказал, чтобы в журнале написали, что проходили учения. В этот же день с ним разговаривал сотрудник УФСИН по факту побега. На следующий день, примерно в 9 часов, приехал другой сотрудник УФСИН, который также разговаривал с ним по данному факту, говорил ему, чтобы он делал так, как ему говорят сотрудники изолятора. Фамилии сотрудников УФСИН, которые беседовали с ним, он не знает. В ночь побега, Щ. в изоляторе он видел, когда писал объяснение, Щ. заходил в оперативный кабинет, спросил его, зачем он (Т.) так сделал. На следующий после побега день был издан приказ о переводе его в колонию, и он был этапирован для отбывания наказания в ИК-3. Впоследствии он был осужден по ст. 313 УК РФ. Также выясняли, каким способом он убежал, он все рассказывал и показывал. В приговоре суда изложены другие обстоятельства, указано, что он вышел через КПП, а на самом деле он покинул территорию изолятора через окно штаба, отогнул решетку, вышел на хозяйственный двор, а оттуда через забор на улицу. Оперативные сотрудники Ц., Ш., С. в октябре или ноябре 2009 года приезжали в ЛИУ-7, где он отбывал наказание, они говорили ему, чтобы он во время рассмотрения уголовного дела по факту побега, дал те показания, которые необходимы сотрудникам изолятора, что он не убежал, а вышел через КПП. Сотрудники изолятора говорили, что если он скажет, что-то другое, то ему плохо будет. Он ответил, что скажет как надо. Когда он был доставлен в изолятор, к настоящему судебному заседанию, написал заявление на имя Ш. и отдал его в спец. часть, чтобы ему объяснили для чего его привезли в изолятор, его вызвал к себе оперативный сотрудник изолятора Ц., который пояснил, что его привезли в качестве свидетеля по уголовному делу. Ц. сказал ему, чтобы он дал те показания, которые давал ранее по уголовному делу при вынесении в отношении него (Т.) приговора и не менял их, если он изменит показания, то будет жить плохо, он (Ц.) испортит ему (Т.) жизнь. До этого, сотрудник изолятора Ц. говорил ему, что унизят его мужское достоинство, такие же слова ему говорил начальник изолятора П., когда он (Т.) содержался в изоляторе и обжаловал приговор в апелляционном, а затем в кассационном порядке. В надзорной жалобе он (Т.) указывал, что у него был другой способ покидания изолятора. В кассационной жалобе указывал, что неправильно было указано место совершения побега, чтобы отменили данный приговор, но приговор отменен не был. По приговору мирового судьи судебного участка № <адрес> от < дата > Т. признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений с приговором Моршанского районного суда от < дата > окончательно назначено наказание в виде 4 лет лишения свободы в ИК строгого режима (т. 3 л.д. 53-54). В судебном заседании исследованы доводы свидетеля Т. о том, что когда он был доставлен в изолятор, к настоящему судебному заседанию, его вызвал к себе оперативный сотрудник изолятора Ц., который пояснил, что его (Т.) привезли в качестве свидетеля по уголовному делу, при этом сказал ему, чтобы он дал те показания, которые давал ранее по уголовному делу при вынесении в отношении него (Т.) приговора и не менял их, если он изменит показания, то будет жить плохо, он (Ц.) испортит ему (Т.) жизнь. Однако данные доводы не нашли своего подтверждения. В судебном заседании в качестве свидетеля был допрошен Ц., который показал, что с его стороны никакого давления на Т. оказано не было. После того как Т. был этапирован в <данные изъяты> (для допроса в качестве свидетеля по настоящему уголовному делу), он (Ц.) с ним неоднократно встречался, так как, когда заключенный этапирован в следственный изолятор, в течение 10 дней с ним проводятся разведопросы, разведбеседы. Т. совершил побег, был осужден за побег, он (Ц.) с ним выяснял такие вопросы, как состоит ли он на профилактическом учете, какие с ним проводятся работы, какие он высказывает намерения. По поводу того, какие Т. необходимо давать показания в суде при его допросе, он ничего не говорил Т.. О том, какие ранее Т. давал показания, ему неизвестно. Оснований сомневаться в правдивости вышеуказанных показаний свидетеля Ц., у суда нет. Суд признает их объективными и соответствующими действительности. Доводы осужденного Т. о том, что после совершения побега и доставления его в следственный изолятор, Ц. заставил его написать объяснение по факту побега, а затем заставил написать заявление о переводе в колонию по собственному желанию, при этом наносил ему удары руками в грудь, по голове, после чего он (Т.) написал заявление о переводе в колонию, а также о том, что в приговоре суда изложены другие обстоятельства совершения им побега, указано, что он вышел через КПП, а на самом деле он покинул территорию изолятора через окно штаба, оперативные сотрудники Ц., Ш., С. в октябре или ноябре 2009 года приезжали в ЛИУ-7, где он отбывал наказание, они говорили ему, чтобы он во время рассмотрения уголовного дела по факту побега, дал те показания, которые необходимы сотрудникам изолятора, что он не убежал, а вышел через КПП, сотрудники изолятора говорили, что если он скажет, что-то другое, то ему плохо будет, он ответил, что скажет как надо, не могут быть предметом разбирательства при рассмотрении настоящего уголовного дела, поскольку в судебном заседании достоверно установлено, что осужденный Т., отбывая наказание в <данные изъяты>, совершил < дата > побег из данного учреждения, за что был осужден вышеуказанным приговором мирового судьи судебного участка № <адрес> от < дата >, вступившим в законную силу < дата > (т. 3 л.д. 53-54, 55-57, 58-59). Свидетель М. – старший инспектор группы кадров и работы с личным составом <данные изъяты>, показал, что в его служебные полномочия входит комплектование кадров, прием и увольнение работников, работа с личным составом и т.д. Все сотрудники УФСИН осуществляют свою деятельность на основании должностных инструкций. Существует приказ, который находится у старшего инспектора организационно-аналитической группы, по разработке данных инструкций. Срок действия должностных инструкций не ограничен, они действуют до внесения каких-либо изменений во внутриведомственные нормативные акты. В период его работы с 2006 года, в 2009 году изменились должностные инструкции, но менялся не сам текст инструкций, а менялась форма должностных инструкций, приходил приказ с Управления ФСИН, но суть инструкций не менялась. Текст должностной инструкции заместителя начальника следственного изолятора Щ. не изменился, изменилась только форма. Каждый сотрудник следственного изолятора знаком со своими должностными обязанностями, с должностной инструкцией. Копия должностной инструкции хранится непосредственно у сотрудников, оригинал инструкции хранится в канцелярии. Свидетель С. - начальник юридической службы УФСИН России по <адрес>, показал, что в 2009 году на основании приказа УФСИН России по <адрес> № от < дата > были внесены изменения и переработаны все должностные инструкции сотрудников уголовно-исполнительной системы. Данные изменения произошли в связи с изданием двух приказов, это приказ УФСИН России по ЦФО от < дата > № и приказ ФСИН России от < дата > №. Данные изменения коснулись лишь изменения формы должностных инструкций, т.е. были введены обязательные разделы, их последовательность и было указано, что каждая инструкция утверждается не на какую-то должность, а на каждого конкретного человека, т.е. при назначении человека на должность, именно на данного человека, на его фамилию готовилась инструкция. С января 2009 года должностные инструкции персональные, а до этого времени, в том числе в январе 2008 года, инструкции разрабатывались на конкретную должность, а не на человека, т.е. по должности начальника изолятора, по должности заместителя начальника изолятора, не было предусмотрено, чтобы он были персональными, пофамильными. А по своей сути, по содержанию, служебные обязанности существенных отличий не имели. То есть прошлая инструкция руководства следственного изолятора была написана в соответствии с приказом Минюста РФ №-дсп от < дата >. В данной инструкции во втором разделе было написано, что начальник изолятора несет персональную ответственность за организацию работы сотрудников вверенного ему учреждения и т.д. Также и в настоящей инструкции начальника следственного изолятора, в последнем разделе, в главе «Ответственность», предусмотрена персональная ответственность за деятельность вверенного учреждения или подразделения, то есть такая ответственность возлагается не только на начальника изолятора, но и на начальников отделов, которые должны следить за деятельностью вверенных им отделов, на начальников служб, групп, т.е. начальник любого уровня несет персональную ответственность за деятельность вверенного ему подразделения, в этом плане, изменений не было. В случае командировки, отпуска либо болезни начальника изолятора, начальник учреждения должен немедленно направить рапорт в УФСИН, где указывает срок, с которого он не может исполнять свои обязанности и указывает должностное лицо, на которое просит возложить исполнение должностных обязанностей. На основании данного рапорта начальник отдела кадров готовит приказ о возложении исполнения обязанностей на то лицо, которое указывает начальник учреждения, если начальник УФСИН согласен с данной кандидатурой. Приказ утверждается, в нем указывается время, период, в течение которого данное лицо исполняет обязанности начальника учреждения, лицо, исполняющее обязанности, исполняет обязанности в полном объеме начальника учреждения и несет ответственность в том же объеме, как и начальник учреждения. В данной ситуации, при болезни, командировке, отпуске, согласие лица, на которое возлагается данная обязанность, не требуется, потому что в должностных инструкциях заместителей начальника учреждения предусмотрено, что они могут исполнять обязанности начальника учреждения в случае его отсутствия. Согласно протоколу осмотра документов от < дата >, органами следствия были осмотрены и приобщены к материалам уголовного дела в качестве иных документов: - приказ УИН МЮ России по <адрес> от < дата > № л/с «Об утверждении штатной расстановки следственного изолятора № УИН Министерства юстиции Российской Федерации по <адрес>»; - штатная расстановка Следственного изолятора № УИН МЮ РФ по <адрес>»; - приказ от < дата > № л/с «Об утверждении штатной расстановки сотрудников среднего и штатного состава следственного изолятора № УИН МЮ России по <адрес>»; - штатная расстановка следственного изолятора № УИН МЮ России по <адрес>; - должностная инструкция начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> подполковника внутренней службы П.; - выписка из приказа от < дата > № л/с «О возложении на Щ. обязанностей начальника ФГУ «Следственного изолятора №»; - должностная инструкция заместителя начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> по кадрам и воспитательной работе Щ.; - приказ ФГУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> от < дата > № «По спецконтингенту»; - приказ ФГУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> от < дата > № ос «Об исключении из списка осужденных отряда хозяйственного обслуживания»; - ксерокопия страницы «Книги 4/21 регистрации сообщений о преступлениях ФГУ ИЗ-68/2 УФСИН России по <адрес>»; - план проведения тренировки с сотрудниками ФГУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> от < дата > «Действия по ведению розыска бежавших осужденных в зимнем периоде»; - приложение к приказу Министерства юстиции Российской Федерации от < дата > № «Инструкция о приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях» (т. 2 л.д. 100-108, 109-111). Согласно протоколу осмотра документов от < дата >, органами следствия были осмотрены и приобщены к материалам уголовного дела в качестве иных документов: - ксерокопии страницы Книги учета сообщений о происшествиях ОВД по <адрес>; - ксерокопии страницы Книги учета сообщений о происшествиях ОВД по городу <адрес> - ксерокопии страницы Книги регистрации сообщений о преступлениях <адрес> межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета при прокуратуре Российской Федерации по <адрес>; - ксерокопии страницы Книги учета сообщений о преступлениях прокуратуры <адрес>; - инструкция «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», утвержденной приказом Министерства юстиции РФ от < дата > №-ДСП (т. 3 л.д. 45-49, 50-51). В соответствии с приказом Управления исполнения наказаний Минюста России по <адрес> от < дата > № л/с, утверждена штатная расстановка следственного изолятора № УИН Министерства юстиции Российской Федерации по <адрес> (том 2 л.д. 67). Согласно штатной расстановке Следственного изолятора – <данные изъяты> УИН МЮ РФ по <адрес>, заместителем начальника следственного изолятора по кадрам и воспитательной работе назначен майор внутренней службы Щ. (том 2 л.д. 68). Приказом Минюста Российской Федерации УИН России по <адрес> от < дата > № л/с, утверждена штатная расстановка сотрудников среднего и старшего начальствующего состава следственного изолятора № УИН МЮ РФ по <адрес> (том 2 л.д. 69). Согласно штатной расстановке следственного изолятора № УИН Минюста России по <адрес>, заместителем начальника следственного изолятора по кадрам и воспитательной работе назначен майор внутренней службы Щ. (том 2 л.д. 70). Согласно выписке из приказа начальника УФСИН России <адрес> от < дата > № л/с, исполнение обязанностей начальника ФГУ следственный изолятор № УФСИН по <адрес> на период отпуска подполковника внутренней службы П., с < дата > возложено на майора внутренней службы Щ. - заместителя начальника того же учреждения по кадрам и воспитательной работе. Основание: рапорт П. от < дата > (том 2 л.д. 54). В силу п. 1.7 раздела 1 должностной инструкции заместителя начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> по кадрам и воспитательной работе майора внутренней службы Щ., заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе отвечает за координацию работы подчиненного аппарата, обеспечивает соблюдение дисциплины и законности личным составом, точное и единообразное применение нормативных актов по работе с кадрами и службе в органах УИС, в своей служебной деятельности руководствуется Конституцией РФ, законом РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», другими законами РФ, указами Президента РФ, Постановлениями и Распоряжениями Правительства РФ, Инструкцией о порядке применения Положения о службе, нормативными актами Минюста России, приказами, распоряжениями и указаниями ФСИН России, УФСИН России по <адрес>, Положением о группе кадров и работы с личным составом и должностной инструкцией; в силу раздела 3, заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе обязан обеспечивать соблюдение дисциплины и законности личным составом, точное и единообразное применение нормативны актов по работе с кадрами и службе в органах УИС, регулярно выступать с сообщениями и разъяснениями действующего законодательства перед личным составом и спецконтингентом, изучать нормативные документы, касающиеся соблюдения прав человека в УИС, неукоснительно руководствоваться ими на практике в установленном законом порядке, повышать свое профессиональное мастерство как в системе служебной подготовки, так и самостоятельно, доводить подчиненным работникам под роспись планов работы группы, положения о группе, их должностных инструкций (том 2 л.д. 24 – 30). В силу п. 1.9 раздела 1 должностной инструкции начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> П., в период отсутствия начальника учреждения (отпуск, командировка, болезнь, учеба) его обязанности в полном объеме исполняет заместитель начальника (том 2 л.д. 20– 23). Кроме того, в силу раздела 1 вышеуказанной должностной инструкции, начальник ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> осуществляет непосредственное руководство работой учреждения, несет персональную ответственность и обеспечивает выполнение возложенных на учреждение задач, обеспечивает контроль и координацию деятельности служб учреждения, а также отделов, в своей служебной деятельности начальник учреждения должен руководствоваться Конституцией РФ, законом РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», УИК РФ, другими законами РФ, указами Президента РФ, Постановлениями и Распоряжениями Правительства РФ, Инструкцией о порядке применения Положения о службе, нормативными актами Минюста России, приказами, распоряжениями и указаниями ФСИН России, УФСИН России по <адрес>, должностной инструкцией; в силу разделу 2 начальник учреждения обязан осуществлять текущее руководство деятельностью учреждения на принципах единоначалия, руководить действиями сотрудников при осложнении обстановки на охраняемых объектах до прибытия вышестоящих начальников, своевременно докладывать руководству вышестоящей организации о фактах побегов осужденных, подозреваемых и обвиняемых, преступлениях и происшествиях, допущенных сотрудниками охраны, принимать необходимые меры по их профилактике; Согласно разделу 4 Положения о следственном изоляторе уголовно-исполнительной системы Министерства Юстиции РФ, утвержденного приказом Министерства Юстиции РФ от 25.01.1999 г. № 20 /в редакции Приказов Минюста РФ от 15.03.2001 г. № 85, от 05.03.2004 г. № 54/, следственный изолятор возглавляет начальник, который назначается на должность и освобождается от должности начальником территориального органа УИС; начальник следственного изолятора несет персональную ответственность за ненадлежащее выполнение возложенных на следственный изолятор задач и функций, обеспечивает организацию исполнения законодательства РФ по вопросам деятельности следственного изолятора, соблюдение государственной штатной и финансовой дисциплины; осуществляет текущее руководство деятельностью следственного изолятора на принципах единоначалия, определяет пределы полномочий своих заместителей и начальников структурных подразделений; издает в соответствии со своей компетенцией приказы по вопросам деятельности следственного изолятора. Приказом начальника Учреждения ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> П. от < дата > № «По спецконтингенту», осужденный Т. был назначен в отряд хозяйственного обслуживания учреждения ИЗ-68/2 на должность грузчика по 1 разряду (том 2 л.д. 51). Приказом и.о. начальника учреждения ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> Щ. от < дата > № ос «Об исключении из списка осужденных отряда хозяйственного обслуживания», осужденный Т. исключен из списка осужденных отряда хозяйственного обслуживания ФГУ ИЗ-<данные изъяты> с < дата >, осужденный Т. направлен для отбывания дальнейшего срока наказания в ИК общего режима (том 2 л.д. 52). Согласно копии страницы книги 4/21 регистрации сообщений о преступлениях ФГУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес>, в период с < дата > по < дата > сообщение о факте побега осужденного Т. отсутствует (том 2 л.д. 62). В соответствии с п. 2 раздела 2 Инструкции «О приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях», утвержденной приказом Минюста РФ от < дата > №, сообщения преступлениях и происшествиях принимаются в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы круглосуточно. Согласно п. 11 раздела 2 данной Инструкции, организация работы по обеспечению приема, полноты регистрации, законности при рассмотрении информации о преступлениях и происшествиях, а также осуществление контроля за ее проведением, возлагаются на начальников учреждений и органов УИС. Согласно п. 12 раздела 3 Инструкции, регистрация информации о преступлениях и происшествиях производится в дежурных частях учреждений и органов УИС незамедлительно. Согласно пункту 21 Инструкции, персональная ответственность за нарушение правил ведения в дежурных частях учреждений регистрационных книг и журналов, возлагается на дежурного и начальника учреждения или органа УИС, согласно п. 24 Инструкции, непринятие правомочным или уполномоченным должностным лицом мер к регистрации принятого сообщения о преступлении или отказ в регистрации недопустимы и расцениваются как факт укрытия такого сообщения о регистрации. Согласно пунктам 25–31 раздела 4 Инструкции, при поступлении сообщения о совершенном или готовящемся преступлении дежурный по учреждению или органу УИС принимает меры к его немедленной проверке. О принятых мерах неотложного реагирования и их результатах должно быть в максимально короткий срок доложено соответствующему руководителю учреждения или органа УИС для организации дальнейшей проверки этого сообщения. Поступившая в дежурную часть учреждения или органа УИС информация о преступлениях и происшествиях после ее регистрации незамедлительно докладывается начальнику учреждения или органу УИС. По каждому заявлению или сообщению о преступлениях и происшествиях начальник учреждения или органа УИС (или лицо, его заменяющее) обязан дать письменные указания конкретным исполнителям о рассмотрении их в соответствии с законодательством. В соответствии с пунктом 32 раздела 5 Инструкции, организация контроля за соблюдением порядка приема, регистрации и проверки сообщений о преступлениях и происшествиях возлагается на начальника учреждения или органа УИС (том 2 л.д. 55 – 60). Согласно п. 59.2 раздела 59 Инструкции «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в следственных изоляторах и тюрьмах уголовно-исполнительной системы», утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от < дата > №-ДСП, если осмотр территории (в случае побега осужденного) не дал положительных результатов, ДПНСИ (ДПНТ) докладывает об этом начальнику СИЗО (тюрьмы) либо его заместителю, или начальнику отдела режима и в дальнейшем действует по его указанию (том 2 л.д. 217– 219). Согласно копиям страниц книг правоохранительных органов <адрес> и <адрес>, имеющимся в материалах уголовного дела (том 2 л.д. 221 – 232, 234 – 241, 244 – 248; том 3 л.д. 2– 44), сообщения о побеге осужденного Т. из ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> не поступало. Согласно сообщению УФСИН России по <адрес> от < дата > №, при проверке учетно-регистрационной документации дежурной службы, узла связи и секретариата УФСИН (дело № т. 1 в дежурной службе, журнала учета информации №, т. 1, 2, журнала учета информации о происшествиях, журнала приема-сдачи дежурств, журнала № т. 2 «Учета входящей корреспонденции» в секретариате, журнала регистрации входящих телетайпограмм и факсимильных сообщений узла связи ЦИТО), информации о побегах (попытках совершить побег) из учреждений области, а также сообщений из учреждений области (устно, факсом, по телефону, телеграммой и другим путем) за период с < дата > по < дата > не поступало. В учетно-регистрационных журналах УФСИН, номенклатурных делах, сведений и документов о факте побега нет (том 2 л.д. 72). Из сообщения УФСИН России по <адрес> от < дата > № следует, что сведений о выезде служебного автотранспорта и убытии сотрудников УФСИН России по <адрес> Ч. и У. в <адрес> в связи с побегом осужденного Т. в ночь с 28 на < дата > в УФСИН России по <адрес> не имеется. Командировочные удостоверения указанным сотрудникам для выезда в СИЗО-2 <адрес> 28 и < дата > не выписывались, руководством УФСИН России по <адрес> данные сотрудники не направлялись. Оперативная информация в дежурную часть УФСИН по факту побега осужденного отряда хозобслуживания Т. из СИЗО-2 не поступала (том 2 л.д. 84). Согласно постановлению старшего следователя Моршанского МСО СУ СК по <адрес> от < дата >, в возбуждении уголовного дела в отношении С. отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 285 УК РФ (том 3 л.д. 64-68). Все вышеизложенные доказательства по делу суд признает допустимыми, поскольку они получены с соблюдением требований УПК РФ. Приведенных доказательств в их совокупности достаточно для вывода о виновности подсудимого Щ. в совершении преступления. В судебном заседании подсудимый Щ., отрицая свою вину в совершении преступления, показал, что в учреждении ИЗ-68/2 <адрес> он работает с 1990 года, в должности заместителя начальника по кадрам и воспитательной работе работает с 1994 года. В его должностные обязанности входит работа кадрового аппарата – увольнение, прием на работу, контроль за работой, оформление документов, аттестационные комиссии, выдвижение, присвоение званий, организация воспитательной работы с личным составом, также организация воспитательной работы со спецконтингентом, в его подчинении находится психологическая группа, тестирование сотрудников на допуск к несению службы, как с оружием, так и самостоятельное несение службы. В декабре 2007 года в связи с уходом в очередной отпуск начальника ИЗ-<данные изъяты> <адрес> П., он (Щ.) был назначен приказом начальника УФСИН России по <адрес> на должность исполняющего обязанности начальника учреждения ИЗ-68/2 <адрес>, без его (Щ.) согласия. Обязанности начальника следственного изолятора он исполнял с декабря 2007 года по февраль 2008 года. С копией приказа о возложении на него обязанностей начальника учреждения, он был ознакомлен < дата >. С должностной инструкцией он ознакомлен не был, не изучал её и подпись нигде не ставил. В системе служебной подготовки, в составе учебной группы вопрос должностной инструкции не изучался. Он исполнял обязанности начальника учреждения, выполняя в основном свои должностные обязанности и ряд организационных вопросов по учреждению. Так как он не имеет допуск к совершенно секретной работе, он не касался оперативной работы, также не имел права подписи финансово-хозяйственных документов и банковских документов. Право подписи было только у начальника учреждения, у заместителя Ш. и главного бухгалтера. < дата > примерно в начале 1-го часа ему позвонил дежурный помощник начальника следственного изолятора С. и сообщил, что в учреждении объявлена тревога, а также, что в учреждении отсутствует осужденный отряда хозяйственной обслуги Т., что ему (Щ.) нужно прибыть в учреждение. В начале третьего часа ночи он (Щ.) прибыл в учреждение. По прибытии в учреждение дежурный сообщил ему, что в учреждении по сигналу тревоги находится личный состав, находятся начальник учреждения П., заместители – Ш., Х., оперативные работники и уже проводятся оперативно-розыскные мероприятия. Дежурный пояснил, что выдвинутыми группами Т. в учреждении найти не смогли и по предварительной информации на то время, Т. покинул учреждение после проверки, где-то после 22 часов. Проведенными мероприятиями было обнаружено, что Т. отрыл отмычкой дверь, прошел в штаб и через кабинет начальника отдела коммунально-бытового и хозяйственного обеспечения, где проходил ремонт, отогнул решетку, вышел в режимный двор, перелез через забор. По имеющейся информации оперативных работников, выдвинулась группа по месту жительства Т.. Он (Щ.) заходил в штаб учреждения, зашел в кабинет начальника учреждения, доложил, что прибыл, так как видел, что начальник учреждения П., заместитель начальника по оперативной работе Ш. вели руководство по оперативно-розыскным мероприятиям. Он спросил у начальника, какие ему будут указания. Начальник учреждения сказал, что никаких указаний ему не будет, что он свободен. Он (Щ.) вышел из кабинета начальника и пошел смотреть, что происходит в учреждении, какие проводятся мероприятия. Примерно в 2 часа 30 минут дежурный ему сообщил, что Т. найден по месту жительства и его везут в изолятор. Примерно в это время он видел старшего оперуполномоченного оперативной группы УФСИН подполковника У., который находился в кабинете у начальника. Когда он (Щ.) зашел в дежурную часть узнать события случившегося, привезли осужденного Т.. Т. сразу завели к начальнику учреждения. Потом Т. отвели в оперативный кабинет, где он давал объяснения. Он (Щ.) тоже зашел в оперативный кабинет и задал вопрос Т. «Зачем он это сделал?». Т. пояснил, что у него были проблемы в семье, что он хотел решить вопросы и под утро вернуться. После того как Т. поймали и доставили в изолятор, начальники служб и заместители дали команды своим подчиненным распускать личный состав. Т. поместили в отдельную камеру. Он (Щ.) и другие заместители остались работать в учреждении до утра. П. и У. он больше не видел. П. убывал из учреждения, но утром перед планеркой, когда у них в 8 часов проводится планерка, он (Щ.) исполнял обязанности начальника и собирал у себя заместителей начальника учреждения для постановки задач по учреждению и других мероприятий, начальник учреждения П. собрал у себя в кабинете перед планеркой его (Щ.) и заместителей Ш. и Х., и дал указание по данному случаю не распространяться, пояснить личному составу, что якобы была учебная тревога, сослаться на учебную тревогу и никуда не сообщать, так как оценка происходящему работниками из Управления уже дана, осужденный Т. недолгое время находился вне территории изолятора, что в Управление было сообщено, а в вышестоящую инстанцию сообщать не надо. Утром после планерки, к нему (Щ.) пришли дежурные на сдачу дежурства. Сдавал дежурство капитан С., принимал дежурство капитан К.. Дежурный вопросов ему на счет сообщения в отношении Т., на счет регистрации в журнале данного факта, не задавал. Он (Щ.) понял, что начальник дал указание заместителям по линии служб, чтобы они дали указание своим подчиненным не сообщать о факте побега осужденного Т. из изолятора. Учебная тревога по плану была утверждена < дата >, так как она по плану должна была состояться, но учебная тревога не проводилась, так как тревога уже была реальной. Когда в октябре проводилась проверка прокуратурой, стали ссылаться на учебную тревогу. Он (Щ.) в тот момент находился в отпуске, был в санатории и не знал, что происходит. Он (Щ.) дал первоначальные объяснения, что при проверке якобы дал сигнал учебной тревоги дежурному, хотя этого не было. Ему (Щ.) просто стало жалко заместителя начальника по охране, который сказал, что если все раскроется, то это будет расцениваться как обман, подлог, его за это накажут. Он (Щ.) пожалел его, поэтому дал первоначально показания, что объявил учебную тревогу. Хотя указание на сигнал учебной тревоги, он не давал. Руководил всеми мероприятиями на тот момент начальник, который находился в очередном отпуске, но он был в учреждении. В это время в учреждении находился старший оперуполномоченный УФСИН У.. Когда он (Щ.) приехал в учреждение, сначала он не уточнял у дежурного помощника, почему У. приехал, сообщал ли дежурный помощник или нет о побеге. Он понял, что сообщение о побеге в Управление было, так как приехал У.. Когда впоследствии в октябре проводилась служебная проверка, у дежурного он интересовался, кто звонил в Управление, дежурный С. сказал ему, что он звонил в Управление и сообщил, что в учреждении произошел побег, объявлена тревога по команде «<данные изъяты>». Он (Щ.) в Управление не звонил, когда он прибыл в учреждение, У. уже находился в учреждении. Под утро приехал Ч. с сотрудниками, сотрудники были со службы охраны Управления, они сразу прошли в караульное помещение. Он (Щ.) видел Ч., с которым не беседовал, Ч. проверял на окнах как работает противопобеговое устройство. После того как начальник учреждения П. собирал заместителей и дал такое указание, чтобы никуда о побеге не сообщать, а ссылаться на учебную тревогу, начальник ему (Щ.) также сказал подготовить приказ на Т., чтобы исключить его из отряда хозяйственной обслуги и направить в колонию общего режима. Данный приказ был издан и был им (Щ.) подписан. Он (Щ.) решил, что данный вопрос был согласован с работниками Управления. С ним (Щ.) сотрудники УФСИН не разговаривали и указаний ему никаких не давали. Все указания поступали от начальника П.. У него (Щ.) не было умысла скрыть факт побега осужденного Т., он не знал, что есть журнал учета и регистрации, в соответствии с Приказом №, так как он не компетентен в этом вопросе, это работа не по его должностным обязанностям, выполнение данных приказов, потому что он (Щ.) их не изучал. Когда в октябре проводилась проверка, он только ознакомился с Приказом №, до этого он (Щ.) не был знаком с данным приказом, не изучал его, данный приказ до него доведен не был. Все сотрудники заняли такую позицию, что молчали про регистрацию, никто к нему не подошел и не сказал, надо ли регистрировать побег или не надо регистрировать, ни дежурный, ни заместитель по оперативной работе, ни начальник П.. Начальник только сказал, что не нужно никуда сообщать о побеге, что вопрос решен, осужденного отправим в колонию, с работниками Управления ФСИН вопрос решен, а если что, была учебная тревога. Если бы он (Щ.) не выполнил указание начальника, то понес бы дисциплинарное взыскание. Он (Щ.) как исполняющий обязанности начальника учреждения на тот период не должен был выполнять указания начальника, находившегося в отпуске, а должен был принять решение сам. Указание дежурному ДПНС, чтобы он не регистрировал в журнале данное чрезвычайное происшествие, он (Щ.) не давал. Он не знал, что побег необходимо регистрировать, если бы он знал, то дал бы указание о регистрации побега, независимо от того, что ему сказал начальник учреждения. В данный момент он понимает, что должен был принимать решение, независимо от того, что начальник находился в учреждении, приехали работники УФСИН, в данной ситуации должен был принимать решение только он (Щ.). Умысла на совершение преступления - на сокрытие побега, у него не было, он не имел умысла уйти от ответственности. Однако вышеизложенные показания подсудимого суд расценивает как способ защиты, желание уклониться от уголовной ответственности за содеянное. Доводы подсудимого Щ. и его защитника – адвоката М. о том, что Щ., исполняя обязанности начальника учреждения ИЗ-<данные изъяты> с декабря 2007 года по февраль 2008 года в соответствии с приказом начальника УФСИН России по <адрес>, не был ознакомлен с должностной инструкцией начальника учреждения, другие необходимые документы, регламентирующие деятельность начальника учреждения не изучал, до него никто не доводил и соответственно он не знал о их требованиях, в частности о существовании инструкции «О приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах УИС сообщений о преступлениях и происшествиях, утвержденной Приказом Минюста РФ № от < дата >, так как он не компетентен в этом вопросе, назначение Щ. исполняющим обязанности начальника следственного изолятора произошло без его согласия, являются несостоятельными, они опровергаются совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств, изложенных выше. Так, согласно выписке из приказа начальника УФСИН России <адрес> <адрес> от < дата > № л/с, исполнение обязанностей начальника ФГУ следственный изолятор № УФСИН по <адрес> на период отпуска П., с < дата > возложены на Щ. - заместителя начальника того же учреждения по кадрам и воспитательной работе, основание: рапорт П. от < дата >, в данном приказе имеется подпись Щ. о том, что он ознакомлен с приказом < дата > (том №, л.д. 54). В судебном заседании достоверно установлено, что с < дата > по < дата > Щ. исполнял обязанности начальника ФГУ следственный изолятор № УФСИН по <адрес>, что не отрицал в судебном заседании подсудимый Щ.. Кроме того, длительное время, а именно с 1994 года Щ. работал в должности заместителя начальника следственного изолятора № по кадрам и воспитательной работе. В силу должностной инструкции заместителя начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> по кадрам и воспитательной работе, заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе обеспечивает, в том числе, точное и единообразное применение нормативных актов по работе с кадрами и службе в органах УИС, в своей служебной деятельности руководствуется Конституцией РФ, законом РФ «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы», другими законами РФ, указами Президента РФ, Постановлениями и Распоряжениями Правительства РФ, Инструкцией о порядке применения Положения о службе, нормативными актами Минюста России, приказами, распоряжениями и указаниями ФСИН России, УФСИН России по <адрес>, Положением о группе кадров и работы с личным составом, должностной инструкцией; помимо этого заместитель начальника по кадрам и воспитательной работе обязан обеспечивать соблюдение дисциплины и законности личным составом, точное и единообразное применение нормативны актов по работе с кадрами и службе в органах УИС, регулярно выступать с сообщениями и разъяснениями действующего законодательства перед личным составом и спецконтингентом, изучать нормативные документы, касающиеся соблюдения прав человека в УИС, неукоснительно руководствоваться ими на практике в установленном законом порядке, повышать свое профессиональное мастерство как в системе служебной подготовки, так и самостоятельно, доводить подчиненным работникам под роспись планов работы группы, положения о группе, их должностных инструкций (т. 2 л.д. 24 – 30). Таким образом, доводы подсудимого Щ. и его защитника о том, что Щ. не был ознакомлен с должностной инструкцией начальника учреждения, не изучал другие необходимые документы, регламентирующие деятельность начальника учреждения, до него их никто не доводил и он не знал о их требованиях, нельзя признать состоятельными. Кроме того, из показаний свидетеля С. - начальника юридической службы УФСИН России по <адрес>, следует, что лицо, исполняющее обязанности начальника следственного изолятора, в полном объеме исполняет обязанности начальника учреждения и несет ответственность в том же объеме, как и начальник учреждения. При болезни, командировке, отпуске, согласие лица, на которое возлагается данная обязанность, не требуется, потому что в должностных инструкциях заместителей начальника учреждения предусмотрено, что они могут исполнять обязанности начальника учреждения в случае его отсутствия. В материалах уголовного дела имеются должностные инструкции начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес>, и заместителя начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по Тамбовской области, утвержденные приказом начальника УФСИН от < дата >. Согласно сообщению начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> от < дата >, представить в суд должностную инструкцию начальника ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес>, действующую на момент побега из учреждения осужденного Т. – < дата >, не представляется возможным, поскольку в соответствии с приказом УФСИН России по <адрес> № от < дата >, во исполнение приказов ФСИН России № от < дата >, УФСИН России по ЦФО № от < дата >, в целях упорядочения работы по кадровому обеспечению деятельности учреждений и органов УИС, установления единства в определении должностных обязанностей работника УИС и предъявляемых к ним требований, приказано в срок до < дата > обеспечить переработку должностных инструкций сотрудников УИС в соответствии с требованиями вышеперечисленных приказов. Срок хранения должностных инструкций в соответствии с перечнем типовых управленческих документов, образующихся в деятельности организаций – до замены новыми. Из показаний свидетеля С., начальника юридической службы УФСИН России по <адрес>, следует, что в 2009 году на основании приказа УФСИН России по <адрес> № от < дата > были внесены изменения и переработаны все должностные инструкции сотрудников уголовно-исполнительной системы. Данные изменения произошли в связи с изданием двух приказов, это приказ УФСИН России по ЦФО от < дата > № и приказ ФСИН России от < дата > №. Данные изменения коснулись лишь изменения формы должностных инструкций, т.е. были введены обязательные разделы, их последовательность и было указано, что каждая инструкция утверждается не на какую-то должность, а на каждого конкретного человека, т.е. при назначении человека на должность, именно на данного человека, на его фамилию готовилась инструкция. С января 2009 года должностные инструкции персональные, а до этого времени, в том числе в январе 2008 года, инструкции разрабатывались на конкретную должность, а не на человека, т.е. по должности начальника изолятора, по должности заместителя начальника изолятора, не было предусмотрено, чтобы он были персональными. А по своей сути, по содержанию, служебные обязанности существенных отличий не имели. То есть прошлая инструкция руководства следственного изолятора была написана в соответствии с приказом Минюста РФ №-дсп от < дата >. В данной инструкции во втором разделе было указано, что начальник изолятора несет персональную ответственность за организацию работы сотрудников вверенного ему учреждения и т.д. Также и в настоящей инструкции начальника следственного изолятора, в последнем разделе, в главе «Ответственность», предусмотрена персональная ответственность за деятельность вверенного учреждения или подразделения, то есть такая ответственность возлагается не только на начальника изолятора, но и на начальников отделов, которые должны следить за деятельностью вверенных им отделов, на начальников служб, групп, т.е. начальник любого уровня несет персональную ответственность за деятельность вверенного ему подразделения, в этом плане, изменений не было. Аналогичная информация содержится и в показаниях свидетеля М. – старшего инспектора группы кадров и работы с личным составом ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес>, согласно которым, все сотрудники УФСИН осуществляют свою деятельность на основании должностных инструкций, срок действия должностных инструкций не ограничен, они действуют до внесения каких-либо изменений во внутриведомственные нормативные акты. В 2009 году изменились должностные инструкции, но менялся не сам текст инструкций, а менялась форма должностных инструкций, но суть инструкций не менялась. Текст должностной инструкции заместителя начальника следственного изолятора Щ. не изменился, изменилась только форма. Каждый сотрудник следственного изолятора знаком со своими должностными обязанностями, с должностной инструкцией. Копия должностной инструкции хранится непосредственно у сотрудников, оригинал инструкции хранится в канцелярии. Кроме того, из показаний свидетеля защиты П., работавшей инспектором канцелярии в ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес>, следует, что должностные инструкции, которые были в следственном изоляторе, периодически обновлялись, по сути, в инструкциях ничего не менялось, менялись некоторые слова, например, ранее были функциональные обязанности, затем стали должностные обязанности, но суть инструкций не менялась. Также судом исследованы доводы подсудимого Щ. о том, что он не давал указания ДПНСИ Стрельникову не регистрировать факт побега осужденного и не сообщать о нем в УФСИН России по <адрес>, что это начальник учреждения П. дал указание заместителям Ш., Х. и ему (Щигореву) по факту побега не распространяться, пояснить личному составу, что была учебная тревога, не сообщать о побеге в вышестоящую инстанцию, так как оценка происходящему работниками из Управления уже дана, а также, что когда впоследствии проводилась служебная проверка, дежурный С. сказал ему (Щ.) что звонил в Управление и сообщил о побеге. Данные доводы подсудимого не нашли своего подтверждения и являются несостоятельными, они опровергаются совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств, изложенных выше, в том числе, показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля С., согласно которым, при сдаче им дежурства, он зашел в кабинет к Щ. и задал ему вопрос о том, регистрировать или нет факт побега осужденного, Щ. ответил «мы решили не регистрировать». Щ. сделал запись в книге приема сдачи дежурств, что проверил ведение регистрационных книг и журналов и поставил свою подпись. Он (С.) написал рапорт в данной книге, что никаких чрезвычайных происшествий за время дежурства не произошло. Данный рапорт зафиксировал и.о. начальника Щ., поставил свои подписи - подпись вверху, что ознакомлен с данным рапортом, а внизу, что проверил ведение регистрационных книг и журналов. В день побега он (С.) приносил данные журналы учета сообщений о преступлениях Щ. на подпись, так как он в то время исполнял обязанности начальника учреждения. В УФСИН по <адрес> он (С.) о факте совершения побега не сообщал. Он (С.) не зарегистрировал факт совершения побега в книге учета регистраций сообщений о преступлениях, так как подчинился указанию и.о. начальника учреждения Щ. Показания свидетеля С. признаны судом достоверными и соответствующими действительности, они подтверждаются и исследованными в судебном заседании документами - книгой № Т-1 ДСП дежурств по следственному изолятору УФСИН России по <адрес>, в которой имеется страница с записями, сделанными за время дежурства С. с 28 на < дата >, на данной странице имеется рапорт С. с записью, что за время дежурства происшествий не случилось, а также подпись Щ., что с рапортом ознакомлен и запись Щ. о том, что ведение регистрационных книг и журналов проверил, замечаний нет. Согласно сообщению УФСИН России по <адрес> от < дата > №, при проверке учетно-регистрационной документации дежурной службы, узла связи и секретариата УФСИН, информации о побегах из учреждений области, а также сообщений из учреждений области (устно, факсом, по телефону, телеграммой и другим путем) за период с < дата > по < дата > не поступало, в учетно-регистрационных журналах УФСИН, номенклатурных делах, сведений и документов о факте побега нет. Из сообщения УФСИН России по <адрес> от < дата > № следует, что оперативная информация в дежурную часть УФСИН по факту побега осужденного отряда хозобслуживания Т. из СИЗО-2 не поступала (том 2 л.д. 84). Кроме того, из показаний свидетеля П. следует, что поскольку он находился в период совершения побега в отпуске, то и.о. начальника изолятора Щ. он дал дружеский совет о том, что Щ. может никуда о факте побега не сообщать, так как осужденный на месте, Щ. мог прислушаться к его советам, но они не были обязательны для Щ., так как в период отпуска он (Петров) не мог давать сотрудникам следственного изолятора распоряжения и указания. Все вышеуказанные доказательства признаны судом допустимыми доказательствами по делу. В судебном заседании по ходатайству стороны защиты в качестве свидетелей допрошены К., Ш., П., П., Д. Из показаний свидетеля защиты К., работающего дежурным помощником начальника следственного изолятора (ДПНСИ) ФБУ <данные изъяты> УФСИН России по <адрес>, следует, что в январе 2008 года, в день после побега осужденного Т., он заступил на дежурство. Смену он принимает в 8 часов, после того как происходит обход камер заключенных. В то время исполняющим обязанности начальника изолятора был Щ. Он (К.) и дежурный С. приходили в этот день с докладом к Щ., потому что он (Киселев) менял С., который дежурил в ночь, когда был совершен побег, и заступал на дежурство. Он и С. вошли в кабинет к Щ. в 8 часов 45 минут, доложили Щ. о смене дежурства, были в кабинете минуты 3-4. В кабинете они были втроем: он, С. и Щ.. Дежурный С. доложил Щ., что из учреждения ИЗ-<данные изъяты> <адрес> совершен побег осужденным Т. При нем (К.) Щ. никаких распоряжений по вопросу регистрации или не регистрации побега осужденного, не давал. В момент сдачи С. смены, он (К.) находился в кабинете, никуда не выходил. Без него С. в кабинете Щ. не оставался, он и С. вышли из кабинета Щ. вместе. В системе служебной подготовки приказ № от < дата >, который определяет порядок регистрации, приема, учета в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ заявлений, явок с повинной, сообщений о совершенных или готовящихся преступлениях, а также информации об иных происшествиях, изучался. Занятия по изучению данного приказа проводились со всеми службами. В день, когда он (К.) заступил на службу, после побега осужденного Т., в учреждение ИЗ<данные изъяты> <адрес> приезжали сотрудники УФСИН У. и Ч.. Данные работники УФСИН в дежурную часть не заходили, лично он с ними не здоровался, но то, что они были, он видел, по какому вопросу они приезжали, не знает. Дежурный помощник начальника следственного изолятора подчиняется непосредственно начальнику учреждения, указания начальника изолятора обязательны для исполнения. Если в период дежурства случается какое-то чрезвычайное происшествие, то он, являясь дежурным помощником начальника следственного изолятора, обязан доложить о чрезвычайном происшествии начальнику изолятора или лицу, исполняющему обязанности начальника изолятора, а в дальнейшем, согласно должностным обязанностям, действует по его указанию, также должен сообщить в УФСИН по <данные изъяты>, в прокуратуру. В целом за работу следственного изолятора отвечает начальник изолятора, либо лицо, исполняющее обязанности начальника изолятора, если начальник изолятора или и.о. начальника отсутствуют, то за работу изолятора отвечает дежурный изолятора. Свидетель Ш. показал, что работает в ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес> младшим инспектором отдела безопасности, при несении службы он находится на посту, отвечает за заключенных, которые находятся в камерах, чтобы они соблюдали установленный распорядок. В ночь побега осужденного Т. из изолятора, он (Ш.) дежурил с 20 часов до 8 часов, стоял на втором посту. Осужденный Т. прошел через его пост в туалет, его не было 15-20 минут. Он (Ш.) доложил дежурному, что Т. назад не проходил. Когда проверили, оказалось, что Т. отсутствует в изоляторе. В тот момент в изоляторе проводился ремонт, была открыта дверь в другое помещение. Он (Ш.) слышал разговор, что приезжали сотрудники УФСИН по <адрес>, лично данных сотрудников он не видел. К нему на пост никто из сотрудников УФСИН по <адрес> не поднимался. Объяснения по факту побега осужденного Т., он (Ш.) писал, отдал данное объяснение дежурному. Свидетель П. показал, что в день побега осужденного Т., он дежурил в качестве помощника корпусного дежурного с 20 часов до 8 часов утра следующего дня. Когда он принял дежурство, проверил все объекты, все заключенные были на местах. Он проверил заключенных хозяйственной обслуги, все они были на месте, в том числе осужденный Т.. С 20 часов до 22 часов у заключенных хозяйственной обслуги было свободное время, они занимались личными делами. Когда в 22 часа был произведен отбой, он (П.) пошел проверять заключенных. Сначала он изъял ключи на постах, все камеры были закрыты, ключи он занес в дежурную часть, положил в сейф до утра. Посчитал заключенных хозяйственной обслуги, потому что данные заключенные не закрывались на ночь, в здании на тот момент проводился ремонт, данные заключенные имели свободный выход в другой корпус в туалет на несколько минут, при этом контролеры на посту видят их передвижение по изолятору. После этого он обошел всю территорию изолятора, все было в порядке. Все подсобные помещения были закрыты - баня, столовая. Он (П.) закрыл все ворота, проходные двери, сдал ключи и когда находился в дежурной части, примерно через 20 минут, поступил сигнал со второго этажа помещения изолятора от постового Ш., который находился на втором посту, о том, что заключенный Т. вышел в туалет, после того как был произведен осмотр, прошло 15-20 минут, но Т. назад не вернулся. Он (П.) сразу прошел на второй этаж, проверил заключенных хозяйственной обслуги, действительно не было осужденного Т.. Он проверил туалет, Т. там не оказалось. Осужденного Т. нигде не было. Затем он (П.) прошел по изолятору и увидел, что открыты двери, которые он закрывал. Он спросил у дежурного, почему открыты двери, кто проходил. Затем он сообщил дежурному, что отсутствует заключенный. Он и дежурный проверили все канализационные люки, но не нашли осужденного Т.. Дежурный заставил охранников пройти по периметру изолятора. В тот день шел снег, могли остаться следы, но охрана с собакой ничего не обнаружила. Когда он еще раз стал обходить территорию, то увидел, что в штабе открыто окно со стороны хозяйственного двора. Когда он совместно с охраной подошел к окну, то обнаружил, что окно открыто и решетка отогнута. Было понятно, что осужденный Т. совершил побег оттуда. Со стороны штаба в этот день дверь была закрыта, всегда была открыта, а в это время закрыта, в данном помещении проходил ремонт, данный заключенный Т. этот ремонт делал. После этого он (П.) обошел посты. Затем дежурный стал звонить начальнику изолятора, какому начальнику звонил дежурный – начальнику изолятора П. или и.о. начальника изолятора Щ., он не знает. От начальника поступил сигнал, чтобы объявляли тревогу и начинали поисковые действия, сбор личного состава. Сотрудников изолятора собирали по реальной тревоге «<данные изъяты>». Через два часа были подняты все ориентировки на заключенных, ответственный К. звонил в службу такси и узнавал, дежурный звонил в ОВД, ГАИ. Затем, после сбора личного состава, оперативная группа выдвинулась по месту жительства осужденного Т., были получены сведения из такси, что действительно был пассажир, напоминавший Т.. После этого пришел начальник П., хотя он сам его не видел, но знал, что он в изоляторе, заместитель Ш. приехал примерно около часа ночи. Щ. прибыл в изолятор позднее П., примерно через час. Щ. ему (Перевозчикову) никаких указаний не давал, все указания он получал от дежурного. Дежурный С. сразу сообщил о факте побега в УФСИН России по <адрес>, об этом ему сообщил дежурный, в его присутствии дежурный в УФСИН не звонил. После того, как осужденный Т. был доставлен в изолятор, приехали сотрудники УФСИН – М., У., также ещё майор с розыскного отдела, он (П.) его не знает, был еще кто-то, кто именно, не знает, сам их он (П.) не видел. Утром они, а также дежурный, начальник, решали, что делать по факту побега, какие они принимали решения, ему неизвестно. Когда он утром сдавал дежурство, им было написано объяснение по поводу происшествия, данное объяснение было направлено в <адрес> в УФСИН. Впоследствии дежурный С. говорил, что сделали учебную тревогу. После того как приезжали сотрудники УФСИН по <адрес>, было решено, что проходила учебная тревога. Кто именно это решал, он (П.) не знает. Из показаний свидетеля П. следует, что она на протяжении 11 лет работала инспектором канцелярии в ИЗ-<данные изъяты> <адрес>. Утром < дата >, когда она пришла на работу, прошла через КПП, все разговаривали, что ночью произошел побег осужденного из изолятора. В это утро она ходила в дежурную часть, чтобы позвонить в <адрес>, в дежурной части она брала электронную почту, в коридоре она видела представителя УФСИН У., а в кабинете, через который совершил побег осужденный, она увидела другого представителя УФСИН - Ч., дверь в кабинет была открыта, около двери стоял Ш.. До этого, когда она находилась в своем кабинете, кабинеты расположены рядом, она слышала какой-то шум, разговор, а когда она заходила в штаб, слышала, как Ч. сказал: «Какого черта здесь делает К.?». Имелось ввиду, что в тот момент данный кабинет занимала служба коммунально-бытового и интендантского обеспечения и начальником данной службы был К.. Самого К. в это время не было. Видела она представителей УФСИН У. и Ч. в этот день до обеда неоднократно. Указаний от сотрудников УФСИН У. и Ч. о не регистрации факта побега осужденного Т., она не слышала. Свидетель Д. - младший инспектор отдела охраны ФБУ ИЗ-<данные изъяты> УФСИН России по <адрес>, показала, что её рабочее место находится на КПП, она занимается пропуском людей в учреждение через КПП. В ночь с 28 на < дата > она работала с 18 часов 28 января до 08 часов < дата >. В этот период произошел побег осужденного Т.. Через КПП Т. побег не осуществлял. После того как произошел побег, произошло усиление охраны учреждения, приехали начальник учреждения П., а также его заместители Ш., Щ., прибыли оперативные группы, резервные группы. Поздно вечером, во сколько часов не помнит, примерно после 23 часов, приехали представители УФСИН из <адрес> – У. и Ч.. Сотрудников УФСИН, когда они проходили в учреждение, не регистрировали. Для чего приезжали сотрудники УФСИН У. и Ч. в учреждение, она не знает, ей об этом не говорили. Данные сотрудники УФСИН часто приезжали в ИЗ-<данные изъяты> <адрес>, были случаи, что они приезжали и ночью. Сразу после того, как выяснился факт побега осужденного, у неё начальником охраны Х. были взяты объяснения по данному факту. Однако вышеуказанные показания свидетелей К., Ш., П., П., Д. не служат доказательством непричастности Щ. к совершению преступления. Содержащиеся в показаниях свидетелей защиты сведения о том, что в ночь побега, а также на следующий после побега день в следственный изолятор приезжали сотрудники УФСИН России по <адрес>, а также показания свидетеля Т. о том, что после того как его доставили в изолятор с ним беседовали сотрудники УФСИН, не нашли своего подтверждения в судебном заседании. Так, согласно сообщению УФСИН России по <адрес> от < дата > №, сведений о выезде служебного автотранспорта и убытии сотрудников УФСИН России по <адрес> Ч. и У. в <адрес> в связи с побегом осужденного Т. в ночь с 28 на < дата > в УФСИН России по <адрес> не имеется. Командировочные удостоверения указанным сотрудникам для выезда в СИЗО№ <адрес> 28 и < дата > не выписывались, руководством УФСИН России по <адрес> данные сотрудники не направлялись. Оперативная информация в дежурную часть УФСИН по факту побега осужденного отряда хозобслуживания Т. из СИЗО-№ не поступала (том 2, л.д. 84). Указанные сведения подтвердили в судебном заседании и допрошенные в качестве свидетелей сотрудники УФСИН России по <адрес> У. и Ч. Кроме того, никто из указанных свидетелей защиты не сообщил, что сотрудники УФСИН прибыли в ФБУ ИЗ-68/2 <адрес> в связи с побегом осужденного Т.. По ходатайству стороны защиты к материалам уголовного дела приобщены: приказ № от < дата > «О создании комиссии для осуществления ежеквартальных сверок, полноты учета, регистрации и соответствия информации о преступлениях и происшествиях, зарегистрированной в регистрационных документах»; приказ № от < дата > «О возложении персональной ответственности за работу по предупреждению и пресечению побегов», журнал учета работы личного состава смены № учреждения ИЗ-№ УФСИН России по <адрес> № Т 2 с записями за январь 2008 года; журнал учета занятий, посещаемости и успеваемости по служебной и боевой подготовке учебной группы № < дата > учебный год; план-конспект проведения занятий по специальной подготовке с личным составом учреждения ИЗ № <адрес>, зачетная ведомость учета результатов сдачи зачета по знанию требований приказа МЮ РФ от < дата > №, сопроводительное письмо из УФСИН России по <адрес> исх. № от < дата > о направлении Инструкции о приеме, регистрации и проверке в учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы сообщений о преступлениях и происшествиях; акты ежеквартальной внутренней проверки состояния учетно-регистрационной дисциплины в учреждении ИЗ-68/2 за 1, 3, 4 квартал 2008 года. Указанные документы исследованы в судебном заседании. Вместе с тем, вышеуказанные документы не служат доказательством непричастности Щ. к совершению преступления. Суд вину подсудимого Щ. считает доказанной и квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 285 УК РФ, как использование должностным лицом своих служебных полномочий вопреки интересам службы, если это деяние совершено из иной личной заинтересованности и повлекло существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства. Квалифицируя действия подсудимого, суд исходит из того, что Щ., работая заместителем начальника по кадрам и воспитательной работе учреждения ФБУ ИЗ-№ УФСИН России по <адрес>, с < дата > приказом начальника УФСИН России по <адрес> № л/с от < дата >, исполняя обязанности начальника ФБУ ИЗ-№ УФСИН России по <адрес>, являясь должностным лицом государственного органа – учреждения ИЗ-№ УФСИН России по <адрес>, осуществляя функции представителя власти и выполняя организационно-распорядительные, административно-хозяйственные функции в данном государственном учреждении, умышленно, вопреки интересам службы, из иной личной заинтересованности, злоупотребил предоставленными полномочиями, не исполнив возложенные на него обязанности начальника учреждения, с целью сокрытия факта совершения осужденным побега, устно отдал заведомо незаконное распоряжение дежурному помощнику начальника следственного изолятора С., запретив ему регистрировать в книге регистрации сообщений о преступлениях факт побега осужденного из учреждения ИЗ-№ УФСИН России по <адрес>. При этом Щ. осознавал, что его действия приведут к тому, что Т. избежит установленной уголовным законом ответственности за совершенное преступление – побег из мест лишения свободы лица отбывающего наказание, но, несмотря на это, злоупотребляя своими должностными полномочиями, факт побега от регистрации укрыл. О наличии у Щ. иной личной заинтересованности свидетельствует то, что он злоупотребил должностными полномочиями с целью не допустить в связи с фактом побега ухудшения показателей работы учреждения в сравнении с другими подобными учреждениями области, а также с целью избежать наступления негативных для него последствий за допущенные ошибки и недостатки в работе, что повлекло бы за собой дисциплинарную ответственность и, как следствие, ухудшение материального положения – лишение премий, надбавок, иных дополнительных выплат. Результатом противоправных действий Щ. явилось существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, выразившееся в сокрытии преступления, подрыве авторитета и репутации органов власти, их способности решать поставленные перед ними задачи в соответствии с законом, в грубом нарушении порядка прохождения службы в органах уголовно-исполнительной системы, в нарушении норм, регламентирующих основные цели и задачи уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации, порядок исполнения наказания и режим содержания, а поскольку преступление, совершенное Т., является преступлением против правосудия, то оно подрывает способность государства в лице органов правоохранительной системы, обеспечивать нормальную и своевременную деятельность органов правосудия. В связи с тем, что Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по <адрес> о факте побега Т. не было известно своевременно, оно было лишено возможности изучить обстоятельства побега Т. и использовать этот негативный опыт в работе по предотвращению побегов осужденных и лиц, содержащихся под стражей, тем способом, которым воспользовался Т. Преступление, совершенное подсудимым, является оконченным. Решая вопрос о виде и мере наказания подсудимому, суд учитывает характер совершенного им преступления, относящегося к категории средней тяжести, степень его общественной опасности, данные о личности виновного, обстоятельства дела, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Суд учитывает, что Щ. ранее не судим, характеризуется по месту работы и жительства положительно, дисциплинарных взысканий за время работы не имел, на учете у врачей психиатра и нарколога не состоит, кроме того, суд учитывает семейное положение подсудимого, наличие на иждивении малолетнего ребенка, а также, что Щ. в настоящее время находится в отставке, ему назначена пенсия за выслугу лет. Наличие у Щ. малолетнего ребенка, суд в силу п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ, признает обстоятельством, смягчающим наказание. Помимо этого, суд учитывает, что Щ. участвовал в боевых действиях на территории Республики Афганистан, пользуется льготами, предусмотренными ст. 16 п. 1 ФЗ «О ветеранах», награжден грамотой Президиума Верховного Совета СССР за мужество и воинскую доблесть, проявленные при выполнении интернационального долга в Республике Афганистан, а также медалью «Воину-интернационалисту от благодарного афганского народа», данные обстоятельства, суд, в силу ч. 2 ст. 61 УК РФ, учитывает в качестве смягчающих наказание. Обстоятельств отягчающих наказание, по делу не установлено. С учетом всех обстоятельств дела, данных о личности подсудимого, его возраста, состояния здоровья, семейного и материального положения, наличия обстоятельств, смягчающих наказание, суд считает возможным назначить Щ. наказание в виде лишения свободы в условиях осуществления контроля со стороны специализированного государственного органа, осуществляющего исправление и перевоспитание осужденного, в соответствии со ст. 43 УК РФ – восстановлению социальной справедливости, исправлению осужденного, предупреждению совершения новых преступлений. На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 307 - 309 УПК РФ, суд П Р И Г О В О Р И Л : Щ. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.285 УК РФ и назначить наказание в виде 1 (ОДНОГО) ГОДА 6 (ШЕСТИ) МЕСЯЦЕВ ЛИШЕНИЯ СВОБОДЫ. Применить ст. 73 УК РФ, назначенное наказание СЧИТАТЬ УСЛОВНЫМ С ИСПЫТАТЕЛЬНЫМ СРОКОМ 1 (ОДИН) ГОД. Возложить на Щ. исполнение обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного. Меру пресечения Щ. до вступления приговора в законную силу оставить без изменения - подписку о невыезде и надлежащем поведении. Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Тамбовский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы, принесения кассационного представления или кассационной жалобы, затрагивающих интересы осужденного, осужденный Щ. вправе в течение 10 суток со дня вручения ему копии приговора или иного решения, и в тот же срок со дня вручения копии кассационного представления или кассационной жалобы, затрагивающих его интересы, ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий судья: Е.В.Букатина. Копия верна Судья - Е. В. Букатина. Секретарь - Л.Е.А.. СПРАВКА: Приговор вступил в законную силу: «___»_______________2011 года Судья - Е. В. Букатина.