К делу № 1-2-2011г. П Р И Г О В О Р Именем Российской Федерации ст. Кущевская, Краснодарского края 01 марта 2011 года Судья Кущевского райсуда, Краснодарского края Вертиева И.С., с участием государственных обвинителей: ст. пом. прокурора прокуратуры Кущевского района Ткаченко В.А., Омельницкого Д.И., Галицкой Я.И. прокуроров отделов прокуратуры Краснодарского края Мурза Д.В., Уварова О.А., Мамедова О.Я. подсудимого Романченко А.Г. защитников Пашкиной Т.А., Романченко В.А. представивших удостоверения №, № и ордеры №, № при секретаре Зиновец Л.В., Силаковой В.Ю. рассмотрев материалы уголовного дела в отношении Романченко А.Г., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <данные изъяты>, ранее не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 30, ч.3 ст. 159 УК РФ, У С Т А Н О В И Л: Романченко А.Г. совершил покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере, однако преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам. Преступление совершено при следующих обстоятельствах: 21 мая 2009 года, старший следователь следственного отделения при ОВД по Кущевскому району, Краснодарского края Романченко А.Г., назначенный на указанную должность приказом начальника Главного следственного управления при ГУВД по Краснодарскому краю № л/с от 2 июня 2003 года, являясь в соответствии со ст. 38 Уголовно-процессуального кодекса РФ должностным лицом, уполномоченным в пределах своей компетенции осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, и самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и процессуальных действий, в том числе предусмотренных ст. 212 УПК РФ – прекращать уголовное дело и уголовное преследование при наличии оснований, указанных в статьях 24-28 УПК РФ, возбудил, принял к своему производству и в дальнейшем до 3 августа 2009 года расследовал уголовное дело № в отношении бывшего руководителя СПК «<данные изъяты>», Кущевского района, Краснодарского края РСВ по факту сокрытия денежных средств предприятия, за счет которых должно было производиться взыскание недоимки по налогам в крупном размере, по признакам преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ. В этот же день, 21 мая 2009 года около 18 часов, старший следователь Романченко А.Г. встретился в своем служебном кабинете, расположенном в здании, по <адрес>, в ст. Кущевской с РСВ Романченко А.Г. зная, что он является должностным лицом, и в соответствии с законом может осуществлять уголовное преследование в пределах его компетенции, имея умысел на совершение мошеннических действий, действуя умышленно, из корыстных побуждений, путем обмана, понимая, что РСВ может поверить ему в силу его служебного положения, ввел его в заблуждение, и предложил РСВ передать ему денежное вознаграждение в сумме 300000,00 рублей за прекращение расследуемого в отношении него уголовного дела, при этом прекращать уголовное дело Романченко А.Г. не собирался, так как осознавал, что оснований для прекращения уголовного дела в отношении РСВ, предусмотренных законом не было, и имел намерение окончить предварительное следствие по уголовному делу в отношении РСВ и направить его в суд для рассмотрения по существу. Впоследствии, в период с 21 мая 2009г. по 31 июля 2009г. при встречах Романченко А.Г. с РСВ в своем служебном кабинете, во исполнение своего преступного умысла, направленного на хищение денежных средств, Романченко А.Г. неоднократно предлагал РСВ передать ему денежное вознаграждение в сумме 300000,00 рублей за прекращение уголовного дела, которое прекращать не собирался. 31 июля 2009 года, около 10 часов 40 минут, старший следователь СО при ОВД по Кущевскому району Романченко А.Г., находясь в используемом им автомобиле «Мазда-6», рядом со зданием ОВД по Кущевскому району, Краснодарского края, расположенным в ст. Кущевская, по <адрес>, действуя умышлено, из корыстных побуждений, реализуя свой преступный умысел, направленный на хищение денежных средств РСВ в крупном размере, в сумме 300000,00 рублей, путем обмана, ранее введя РСВ в заблуждение, сказав ему о том, что он прекратит в отношении него уголовное дело за указанную сумму, при этом зная, что РСВ может ему поверить в силу его служебного положения, не собираясь прекращать уголовное дело, получил лично от РСВ, находящегося под воздействием обмана денежные средства в размере 150000,00 рублей, а так же 123 листа, по своему виду похожие на денежные купюры банка России достоинством одна тысяча рублей. Однако Романченко А.Г., выполнив умышленные действия, непосредственно направленные на хищение денежных средств РСВ путем обмана, с использованием своего служебного положения в крупном размере, в сумме 300000,00 рублей, не довел преступление до конца по независящим от него обстоятельствам, так как РСВ, под видом указанной суммы денег передал ему три пачки, в которых находилось 150000,00 рублей, а также 123 листа, по своему виду похожие на денежные купюры банка России достоинством одна тысяча рублей. После этого преступная деятельность Романченко А.Г. была пресечена сотрудниками УФСБ России по Краснодарскому краю, проводившими оперативно-розыскные мероприятия по его изобличению в совершении преступления. Подсудимый Романченко А.Г. виновным себя в покушении на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере, однако преступление не было доведено до конца по независящим от него обстоятельствам, не признал полностью и пояснил, что в его производстве находилось уголовное дело, возбужденное им же в отношении РСВ по ст. 199.2 УК РФ. РСВ себя не признавал виновным в совершении инкриминированного ему деяния. С ним он общался только в присутствии адвоката в служебном кабинете. 29 июля 2009 года РСВ самовольно явился к нему в служебный кабинет, бросил на стол 150000,00 рублей и потребовал прекращения уголовного дела в отношении него. При этом присутствовал также следователь УЭА Он, Романченко А.Г. заставил РСВ забрать деньги, после чего он вышел из его кабинета. 31 июля 2009 года он планировал предъявить обвинение РСВ и вызвал его вместе с адвокатом на послеобеденное время. Однако РСВ пришел с утра и просил принять его. Он поговорил с ним некоторое время возле своего кабинета и пошел к машине. Шел ли за ним РСВ, он не видел. Он подошел к своей машине, завел двигатель и стоял рядом с ней, говоря по телефону. Обернувшись, он увидел, как РСВ отходит от его машины со словами: «До свидания, все как договорились». В этот момент он увидел, что заезжает микроавтобус серого цвета, как он после понял, это были сотрудники ФСБ, они оттеснили от его машины. М. сказал ему, чтобы он подумал что говорить, так же сказали, чтобы он положил руки на автомашину, заглушить автомашину не разрешили. Затем прибыл следователь и начал осматривать машину. Деньги он ни у кого не требовал, взятку не хотел получать. В том, что в машине находились деньги – не знал, откуда они там появились – так же не знает, полагает, что их положил РСВ или кто-то еще. Уголовное дело в отношении РСВ прекращать не собирался. Считает, что именно РСВ подбросил ему деньги в машину с целью избежать уголовной ответственности, поскольку ему известно о том, что около 15-17 раз он уходил от уголовной ответственности. После осмотра автомобиля на улице, осмотр продолжился в его кабинете. Его ход вспомнить не может, однако помнит, что у него спрашивали о том, желает ли он, чтобы в осмотре принял участие его адвокат, которая появилась под конец осмотра места происшествия. Считает, что все действия, проводимые в отношении него являются провокацией, поскольку РСВ являлся человеком, в отношении которого неоднократно выносились отказанные материалы, а так же он находился в хороших отношениях с заместителем начальника межрайонного следственного комитета в Кущевском районе, поэтому он хотел опорочить его, Романченко. Никаких денег он не видел и в руки их не брал. Полагает, что обнаруженная на его руке крупинка дактилоскопического порошка оказалась там оттого, что она осыпалась с лампы, которая коснулась его руки. При этом не может пояснить, почему он не обратился ранее с рапортом на имя руководства о том, что РСВ пытался вручить ему деньги. В свой автомобиль с РСВ он не садился. Его допрос в качестве подозреваемого закончился около 2-х часов ночи, он плохо себя чувствовал, был под постоянным присмотром группы поддержки, поэтому при допросе его в качестве обвиняемого полностью отказался от показаний, данных им в качестве подозреваемого. Кроме того, в прокуратуре района его неоднократно просили прекратить уголовное дело в отношении РСВ, однако он не соглашался, так как хотел направить уголовное дело в суд. Однако, будучи допрошенным в ходе предварительного следствия в качестве подозреваемого, в присутствии адвоката Мойшиной Т.С., Романченко А.Г. показывал (т.1, л.д. 157-161), что следователем в СО при ОВД по Кущевкому району он работает с 1997 года, старшим следователем с 2005 года. 21 мая 2009 года от руководителя отделения МТД поступил материал проверки в отношении РСВ по признакам преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ. Фактически материал ему принес оперативный работник ОРЧ № н.п. по Павловскому, Крыловскому и Кущевскому районам К.. Изучив материал проверки, он пришел к выводу, что имеются основания для возбуждения уголовного дела в отношении РСВ, что им было сделано в тот же день. РСВ он увидел, когда в середине июня вызвал его для допроса в качестве подозреваемого. Ранее с РСВ он был незнаком. РСВ пришел на допрос с адвокатом СЕВ В ходе допроса РСВ воспользовался правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ, отказался давать показания. Фактически РСВ сказал, что да, действительно была задолженность по налогам, но они все возместили. РСВ спрашивал насколько серьезно его положение, чем это сможет все для него закончиться. Он сказал, что все очень серьезно, что дело пойдет в суд, других вариантов нет. Вместе с тем он рассказал РСВ, что многое будет зависеть от его позиции, что в случае признания им вины может быть использован особый порядок рассмотрения дела в суде, что наказание для него в этом случае будет определено судом не большим. Между ним и РСВ после первой встречи сложились доверительные отношения, то есть он полагал, что тот ему доверяет. В ходе проведения предварительного следствия им допрошены бухгалтер СПК «<данные изъяты>» Д., руководители ООО «<данные изъяты>» А. и Волненко, последний ранее работал юристом в СПК «<данные изъяты>». Другие доказательства это: акт налоговой проверки, бухгалтерская документация, документы, прилагаемые к акту. По делу осталось предъявить обвинение РСВ, ознакомить его с материалами дела, составить обвинительное заключение. РСВ приходил к нему несколько раз, иногда по собственной инициативе, иногда он его вызывал, но он приходил один, без адвоката. РСВ все время просил его помочь ему, что-то сделать, чтобы его не осудили, не посадили. Он говорил РСВ, что посмотрим, подумаем, но определенно тому ничего не говорил. Примерно 15-16 июля 2009 года РСВ пришел к нему, он, Романченко, вызвал того, хотел предъявить хотя бы «дежурное» обвинение, так как поджимали уже сроки по делу. Вместе с тем он уже стал думать, что неплохо было бы, используя то, что РСВ просит его помочь, получить от РСВ деньги. С учетом всего этого, ему, Романченко А.Г., необходимо было как-то отсрочить окончание расследования. Поэтому он, когда РСВ вновь стал говорить о том, что надеется на его помощь, предложил тому предоставить ему, Романченко А.Г., справку о том, что тот находится на стационарном лечении. При этом он рассчитывал приостановить предварительное следствие по делу и тем самым, с одной стороны разрешить ситуацию со сроками следствия, получить запрошенные ранее в банке документы, а другой стороны, иметь время для того, чтобы подумать, чем он может помочь РСВ и как с него получить деньги и за что, так как на тот момент он понимал, что прекратить дело по реабилитирующим основаниям, например, за отсутствием состава преступления, не реально, так как это будет незаконно и в случае вынесения им постановления о прекращении уголовного дела, оно будет отменено. В случае прекращения дела по не реабилитирующим основаниям, требовалось согласие руководителя отделения. При этом фактически, даже прекращая дело по реабилитирующим основанием, он, по установленному порядку, по устному распоряжению руководителя отделения, должен был согласовать решение о прекращении дела. По каждому постановлению о прекращении дела руководитель отделения должен писать заключение об обоснованности прекращения, все прекращенные дела направляются для проверки в ГСУ при ГУВД по Краснодарскому краю, где проверяют законность и обоснованность прекращения дела, пишут заключение. Из материалов дела однозначно следует, что у РСВ имеется состав преступления, что дело необходимо направлять в суд. Каким-то образом он не мог исправить доказательства так, чтобы они свидетельствовали о невиновности РСВ, так как основное доказательство, это акт ОРЧ УНП ГУВД по краю, документы, представленные СПК «<данные изъяты>» в налоговую инспекцию, либо получить новые доказательства, которые подтверждали бы невиновность РСВ. То есть он понимал, что дело необходимо направлять в суд. После того, как он попросил РСВ принести справку о его стационарном лечении, РСВ пришел на следующий день и сказал, что у него не получается предоставить такую справку. Он ответил РСВ, чтобы тот еще пытался достать справку. При этом он, Романченко А.Г., решил обмануть РСВ, пообещать ему, что дело будет прекращено в случае, если тот ему вручит денежное вознаграждение, хотел получить от РСВ деньги, но самому дело не прекращать, а сказать РСВ, что благодаря тому, как он провел следствие, дело будет в отношении него прекращено в суде. Хотя естественно при этом он не мог достоверно знать, чем закончится рассмотрение дела в суде, и сам ничего не делал для того, чтобы дело могло быть прекращено в суде, либо РСВ мог бы быть там оправдан. Он, Романченко А.Г., рассчитывал, что, таким образом, то есть путем обмана и используя доверие, которое, как ему казалось, было у РСВ к нему, он получит от него деньги, дело направит в суд, обещая, что там дело прекратят, а после того, как РСВ осудят, признают в суде виновным, он скажет РСВ, что что-то не получилось, что РСВ в суде вел себя сам не так, как было нужно ввести, что тот сам виноват. Он полагал, что РСВ ему доверяет, поскольку встречается с ним без адвоката, при этом РСВ на него произвел впечатление человека, которого легко обмануть, доверчивого и который не будет жаловаться на него. Сам РСВ все время просил его помочь ему, и он думал, что тот ему полностью доверяет, ждет от него помощи. Учитывая все это, он решил общаться с РСВ насчет передачи ему, Романченко, денег напрямую, без каких-либо посредников. На одной из встреч с РСВ, он пообещал тому, что дело будет прекращено и предложил РСВ за это передать ему деньги. Сумму он не конкретизировал в разговорах с РСВ, решил подождать, когда тот сам определит эту сумму, которая будет для него, Романченко, приемлемая. В последствии РАВ в разговоре сказал, что хотел бы, чтобы дело было прекращено, и на листе бумаги написал цифру 300, то есть тем самым, предложил передать ему триста тысяч рублей. Он кивнул утвердительно головой в ответ РСВ, и таким образом он и РСВ договорились, что тот отдаст ему, Романченко, триста тысяч за прекращение в отношении него дела. При этом он, Романченко А.Г., на самом деле не собирался прекращать дело в отношении РСВ. Срок следствия был по его ходатайству продлен и.о. руководителя отделения ПЛМ до трех месяцев. 29 июля 2009 года около 11 часов РСВ пришел к нему в кабинет, сел перед его столом. Он, Романченко А.Г., сидел за столом, в кабинете никого не было. РСВ сказал, что принес справку о его стационарном лечении, он ответил РСВ, что срок следствия уже продлил, что справка ему уже не нужна, однако, тем не менее, пошел в соседний кабинет и сделал там копию справки, вернулся назад и отдал справку РСВ. Затем РСВ открыл свой портфель и достал из него деньги – пачку тысячных купюр и положил на стол перед ним. РСВ сказал: «Вот Вам сто пятьдесят, давайте порешаем». РСВ сказал, что остальную сумму принесет потом, как-то не определено. Он, Романченко, зная, что не будет прекращать дело, тем не менее, желая путем обмана получить от РСВ деньги, ответил РСВ, чтобы тот забрал принесенные деньги и принес всю сумму, оговоренную ранее. РСВ забрал со стола деньги и ушел. 30 июля 2009 года он подготовил постановление о привлечении в качестве обвиняемого, посоветовался по поводу постановления с УЭА Он, кроме того, на компьютере стал формировать документы для окончания расследования – протокол уведомления об окончании расследования и протокол ознакомления с материалами дела, шаблон обвинительного заключения сбросил в компьютере в папку «981031» Уголовное дело необходимо было оканчивать как можно быстрей, так как в производстве у него другие дела, которыми нужно заниматься. Он уже думал, что с РСВ деньги получить не получится. Поэтому он решил 31 июля 2009 года предъявить обвинение и в пять-шесть дней окончить следствие. 31 июля 2009 года, около 9 часов 30 минут, он позвонил адвокату СЕА и сказал ей, что ей необходимо будет прибыть к нему, в тот же день в 14 часов, что он намерен предъявлять обвинение РСВ. Адвокат сказала, что сможет приехать около 14 часов. Затем он после этого позвонил РСВ и предложил тому приехать к нему в 14 часов с адвокатом, при этом он не сказал РСВ, зачем. РСВ сказал, что хорошо, он созвонится с адвокатом. Минут через пятнадцать РСВ перезвонил ему, Романченко А.Г., и сказал, что с адвокатом он приехать не сможет, а приедет сейчас к нему один. Он ответил РСВ, чтобы тот приезжал. РСВ приехал примерно минут через пятнадцать. РСВ зашел к нему в кабинет, он в кабинете был один. РСВ сказал ему, что готов, принес. Он, Романченко А.Г. понял, что РСВ говорит о том, что принес ему деньги и готов их отдать. Он сказал РСВ, чтобы тот подождал в коридоре. Затем он пошел в туалет, вернулся и предложил РСВ пройти с ним на улицу. Выйдя из здания ОВД, он предложил РСВ прокатиться, тот ответил, что у него в машине сидят родственники, тогда он предложил РСВ прокатиться с ним, то есть на его, Романченко А.Г., машине. Он и РСВ прошли к его, Романенко А.Г., машине – Мазда-6 серого цвета, без гос. номера, которая находилась на стоянке ОВД. Он сел за руль автомобиля, а РСВ сел на переднее пассажирское сиденье. Он завел машину, сдал назад, хотел выехать со стоянки, проезд был загорожен, поэтому он остановился на стоянке. РСВ раскрыл папку. Он спросил Рыбальченко: «Что Вы делаете?», - тот ответил ему: «Принес». Он сказал Рыбальченко: «Под сиденье». РСВ стал спешно что-то искать в своих папках, открывать их, он, Романченко, в это время вышел из машины, РСВ остался на переднем пассажирском сиденье. Он прошел к задней части автомобиля, намеревался попросить отъехать автомобиль, который загораживал проезд. РСВ вышел из автомобиля, он спросил его, куда он, он ответил что все, надо это обмыть. Я сказал РСВ, что обмывать нечего. РСВ быстро пошел в сторону. Затем к нему, Романченко, подбежали ранее незнакомые мужчины и сказали, чтобы он оставался на месте, руки положил на крышу автомобиля, что он и сделал. Он не собирался совершать каких-либо действий в пользу РСВ и получать за это взятку. Он хотел путем обмана РСВ, используя его доверие к нему, завладеть его деньгами. Однако, допрошенный в качестве обвиняемого (т.3, л.д. 111), Романченко А.Г. полностью отказался от показаний, данных им в качестве подозреваемого, указав, что его допрос проводился в ночное время, после 22 часов, до 2 часов ночи, он был изолирован от общества, не имел возможности отдыха и приема пищи, было нарушено его право на конфиденциальную беседу с защитником до первого допроса. Он плохо осознавал происходящие события и, думая о том, что в отношении него могут быть применены недозволенные методы физического воздействия, вынужден был подписать протокол допроса его в качестве подозреваемого. Виновность подсудимого Романченко А.Г. подтверждается следующими доказательствами: Так, потерпевший РСВ пояснил, что в апреле 2009 года он был вызван сотрудником ОРЧ в Кущевском районе К., который пояснил, что по результатам проверки СПК «<данные изъяты>» установлена задолженность в федеральный и региональный бюджеты, и так как в проверяемый период он был председателем СПК «<данные изъяты>», вся ответственность по налогам ложится на него. Он пояснил, что по условиям общего собрания, так как была реорганизация, вся ответственность по неуплате налогов ложиться на ООО «<данные изъяты>». Но на все его доводы не обратили никакого внимания и пояснили, что вся ответственность ложиться на него. Его неоднократно вызывали, показывали документы и сказали, что если я ничего не докажу, то они передадут дело в следствие. Так оно и случилось. Примерно 10 июля 2009 года его вызвал следователь Романченко А.Г. и рассказал, что против него возбуждено уголовное дело по ст. 199.2 УК РФ и ему грозит ответственность до 5 лет лишения свободы. Он пояснил, что с его стороны никаких нарушений нет, и попросил назначить экспертизу документов. Ему было отказано в проведении экспертизы, адвокат и бухгалтер смогли доказать свою правоту. Сначала требование на 2,5 млн. рублей налоговая инспекция отозвала, затем мы доказали 1,5 млн. рублей. Когда его неоднократно вызывали Романченко А.Г. и УЭА, он просил назначить экспертизу, но ему всегда отказывали. Еще при встречах с К, тот намекнул ему о том, что для того чтобы не передавать дело в следствие, нужна денежная сумма 300000 рублей, на что он ему ответил, что денег я платить не будет, поскольку нет состава преступления, за все несет ответственность ООО «Рассвет». После того, как материал передали следователю Романченко, он спросил у него, что надо для этого сделать, чтобы прекратить дело, он сказал то же, что ему предложили в ОРЧ, - принести ту же сумму 300000 рублей. В кабинет к Романченко А.Г. они пришли все вместе: Андрющенко, он и Д.. В кабинете был УЭА и Романченко. УЭА, подсунул лист бумаги, когда они обсуждали вопрос о деле, и я написал цифру «100», имея в виду сто тысяч рублей за прекращение дела. Они, посмотрев на то, что я написал, сказали, что так дела не будет, после этого я ушел. Примерно через неделю Романченко вызвал его по телефону. Он пришел, Романченко разговаривал с Д.. После этого он зашел в кабинет с адвокатом СЕА и опять стал говорить о том, что не виновен. После этого СЕА вышла, и они остались с Романченко вдвоем, потом зашел УЭА. Он на бумажке опять написал сумму «300» и Романченко и УЭА, увидев эту цифру, сказали, что теперь они решат этот вопрос. На этой встрече мы оговаривали, чтобы я взял больничный лист. Я спросил для чего, но ему не ответили, как он потом понял, что это надо, чтобы продлить его уголовное дело. Так мы договорились на решение этого вопроса. Уйдя от Романченко, я принял решение обратиться в ФСБ, так как ему стало обидно, было нарушено его конституционное право. Незаконно были составлены документы. Трижды ему вменялись разные цифры, написана бумажка, которой не существует в природе и по которой его осудили. Когда чаша его терпения была переполнена, ему пришлось обратиться в ФСБ. Обратился в ФСБ где-то 27 или 28 июля 2009г., точно не помнит. Затем с письменным заявлением обратился в следственный комитет в г. Краснодаре, факт данного обращения подтверждается им полученным в следственном комитете уведомлением, которое просит приобщить к материалам дела. Дальше все происходило под наблюдением ФСБ. Его снабдили записывающим устройством. Он привез деньги, которые метили, ксерокопировали в присутствии понятых. Все это делал М., после чего деньги вручили ему, для передачи Романченко А.Г. Точно не помнит, но кажется, что он позвонил Романченко и сказал, что привезет больничный лист. Когда зашел в кабинет, там был УЭА и Романченко. Отдал им больничный лист, они сделали копию. Сказал, что я принес деньги. Это было примерно в обед. Достал деньги и положил на стол, но Романченко сказал – убери их в папку. Он убрал. У него они спросили: «сколько?». Он сказал: 150. Они ответили, что так дело не пойдет, надо нести всю сумму сразу. Сказал, что остальные после того, как закроют дело, но Романченко и УЭА сказали, что так не пойдет, надо везти все деньги сразу. Он сказал, что вечером привезет остальные деньги. Он ушел, позвонил М. и сказал, что нужно еще 150 тысяч. Они все перенесли на следующий день. На следующий день все деньги пометили, ему дали еще 150 тысяч, но сувенирных. Было три пачки денег без всяких пакетов, он положил их в папку. Он позвонил Романченко и сказал, что я приедет на следующий день. Должен был приехать с СЕА, но так получилось, что он приехал сам и решил зайти к Романченко и передать ему деньги. Когда зашел к Романченко, УЭА не было. Романченко вызывал УЭА, но тот не смог приехать. Было начало одиннадцатого. Романченко спросил у него, на чем он приехал, он сказал на «Ниве». Он спросил, где она стоит, я сказал, что возле трансформаторной будки. Затем он с Романченко вышли и проследовали к его машине Романченко. Это была «Мазда» темного цвета, без номерных знаков. Сели в машину, но выехать не смогли, так как вокруг стояли машины. Романченко сказал: «деньги под сиденье». Он положил и вышел. Когда я вышел, и прошел метров пять от машины, увидел, что остановился автомобиль «Фольксваген» из него вышли сотрудник ФСБ. Из машины вышли вместе с Романченко, машина осталась заведенной с открытой его левой дверью. Подбежали сотрудники ФСБ к Романченко, сказали ему руки на машину, на соседнюю. Он ушел и больше ничего не видел. Когда сидели в автомобиле, Романченко спрашивал об уговоре, который был, о том, что я должен был передать деньги, он спросил: вы согласны, я сказал да. Когда мы вышли, он сказал, что все будет документально оформлено. Он сказал буквально две фразы, и подбежали сотрудники ФСБ. Романченко говорил ему о том, что необходимо будет прийти с адвокатом оформить бумажные дела. Деньги в руки Романченко он не давал, а положил под сидение. Так же пояснил, что когда УЭА подсунул ему бумажку, он понял, что надо деньги. Там фигурировала одна фраза, после которой он все понял. Романченко ему сказал, ну тебе же в ОРЧ обозначали цифру, и я тогда все понял. Поэтому предложил деньги. О том, чтобы позвонить Романченко, принимал решение сам. Время же для передачи денег выбирали сотрудники ФСБ. Ему надо было явиться к Романченко 28 числа вечером, но он не смог. На следующий день он сам позвонил Романченко и объяснил, что не смог явиться, и они договорились на 29 число. И в половину одиннадцатого он зашел к нему в кабинет. Ни с прокурором ЗЮА, ни с его племянником Сереем он ни в каких отношениях не состоит. Кроме того, были оглашены его показания РСВ, данные им в качестве потерпевшего в ходе предварительного следствия, (т.1, л.д. 194-197, т.6 л.д. 319-325), где он показывал, что в период с ноября 2006 года по январь 2008 г он являлся председателем СПК «<данные изъяты>». Примерно феврале 2007 года на общем собрании предприятия было принято решение о принятии инвестором их хозяйства, предприятия «<данные изъяты>», для чего было создано предприятие ООО «<данные изъяты>», учредителями которого явились БСЮ с долей 51% и СПК «<данные изъяты>» с долей 49%.. При этом на общем собрании было принято решение, что всю ответственность за финансовые операции СПК «<данные изъяты>» будет нести ООО «<данные изъяты>». Директором «<данные изъяты> был назначен А.. Все имущество СПК «<данные изъяты>» как учредительный взнос передал в ООО «<данные изъяты>». В СПК «<данные изъяты>» остался кредит Сбербанка РФ Староминского отделения в сумме 46000000 рублей и залоговая база - техника и животные. Примерно октябре-декабре 2007 года образовалась задолженность СПК <данные изъяты>» по НДС в сумме 2500000 рублей. В ноябре 2007 года на счет СПК «<данные изъяты>» поступила компенсация из краевого бюджета средств, потраченных на приобретение удобрений в сумме 900000 рублей. РСВ, согласно существующему решению общего собрания, обратился к директору ООО «<данные изъяты>» А. с предложение потратить поступившие средства на погашение задолженности по налогам. А. распорядился перечислить данные деньги в ООО «<данные изъяты>» в виде займа, пообещав, что через два-три дня в «<данные изъяты>» поступят деньги за продукцию и эти средства будут потрачены на погашение налоговой задолженности СПК «<данные изъяты>». Причину, по которой ООО «<данные изъяты>» требовались 900000 рублей, А. не пояснил. В январе 2008 года РСВ ушел из СПК «<данные изъяты>». Позднее ООО «<данные изъяты>» погасил налоговую задолженность СПК «<данные изъяты>» в полном объеме. Примерно в мае 2009 года РСВ вызвал к себе оперуполномоченный Кролевецкий, разъяснил, что им проводится проверка в отношении него как бывшего руководителя СПК «<данные изъяты>» по факту укрытия денежных средств в сумме 900000 рублей, которые они должны были потратить на уплату налогов. Он разъяснил Кролевецкому все то, что он пояснил ранее, но тот не принял это во внимание, и сказал, что может ему помочь, чтобы в отношении него не возбуждали уголовное дело, что за это он должен будет ему отдать 300000 рублей. Ранее РСВ с Кролевецким был знаком, так как тот ранее проверял, примерно в 2004 году, ООО «<данные изъяты>», где РСВ был директором. Он отказался предавать Кролевецкому 300000 рублей, сказал ему, что он не виновен, что никаких денег не брал, все налоги уплачены, а СПК «<данные изъяты>» уже нет. Кролевецкий на это сказал, что в таком случае он передает материал в следствие, в отношении него будет возбуждено уголовное дело, которое направят в суд и его осудят. Насколько он помнит, примерно через неделю ему позвонил по телефону следователь Романченко А.Г. и вызвал к себе. РСВ явился к Романченко в кабинет, тот вручил ему уведомление о том, что в отношении него возбуждено уголовное дело и сказал, что примерно через неделю вызовет его для допроса, и он должен прийти с адвокатом. РСВ объяснил Романченко свою позицию по поводу обстоятельств, по которым было возбуждено дело. В кабинете они были одни. Романченко А.Г. спросил, была ли у него беседа с Кролевецким, РСВ ответил что да, была, что он Кролевецкому объяснял тоже самое. Романченко А.Г. спросил, говорил ли ему Кролевецкий, как можно решить вопрос с тем, чтобы дело не было направлено в суд. Он сказал Романченко А.Г., что да, что Кролевецкий говорил, что для того, чтобы дело не пошло в суд, он должен отдать 300000 рублей. Романченко А.Г. на это ответил, что примерно эта сумма нужна и сейчас для решения вопроса. Романченко не говорил конкретно, в чем заключается решение вопроса, но РСВ понимал, что это будет прекращение дела и дело не будет направлено в суд, его не будут судить. Он ответил Романченко А.Г., что он подумает. Второй раз он пришел в кабинет к Романченко примерно через неделю с адвокатом СЕА и бухгалтером Д. В кабинете так же находился следователь УЭА, который находился в кабинете не все время, он уходил из кабинета и возвращался обратно. Сначала Романченко допросил Д., затем Романченко с участием СЕА стал допрашивать РСВ в качестве подозреваемого. Он объяснил Романченко и УЭА, что требование налоговой инспекции было составлено неправильно, что оно было отозвано, затем налоговая выставила новое требование, что он ничего не укрывал, что согласно решению собрания и учредительному договору за СПК «<данные изъяты>» должен был платить налоги ООО «<данные изъяты>», что он и сделал, что средствами в сумме 900000 рублей он сам распорядиться не мог, так как ими распоряжался их учредитель и А., который обещал в течение двух дней погасить задолженность по налогам СПК «<данные изъяты>». Все его объяснения не принимались Романченко и УЭА, они говорили, что в его действиях все равно есть состав преступления, что другие уже за это сидят. Защитник в данной ситуации посоветовала отказаться от дачи показаний и давать показания потом, когда следствие соберет все материалы. После этого был оформлен протокол допроса подозреваемого, согласно которому он отказался от дачи показаний. Романченко сказал, что РСВ нужно взять больничный, заболеть, лечь на стационар. Он спросил Романченко зачем, он ответил, что это в интересах РСВ Он ответил, что попытается, что у него имеется знакомый в ст. Ленинградской. Затем адвокат ушла, а РСВ остался в кабинете с Романченко и УЭА. Он спросил Романченко, можно ли решить вопрос, не направлять уголовное дело в отношении него в суд. Романченко спросил, какие его предложения. УЭА подсунул ему лист бумаги, на нем написал цифру «100», имя в виду, что за прекращение дела готов отдать Романченко 100000 рублей. Увидев цифру на листке, УЭА и Романченко засмеялись, и УЭА сказал, что так дела не будет. После этого РСВ ушел. Еще примерно через неделю Романченко вызвал к себе РСВ и Д. УЭА находился в кабинете. С Дригой Романченко общался недолго. Д. ушла и в кабинет к Романченко зашли РСВ и СЕА. РСВ стал рассказывать Романченко, что он не виновен, что по двум требованиям были уплачены налоги, а по третьему требованию он уже не должен был платить, так как уволился. Романченко и УЭА сказали, что они все равно что-нибудь накопают на взаиморасчетах СПК «<данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>» и дело в отношении него пойдет в суд. Затем РСВ попросил адвоката выйти, она ушла. В кабинете остались он, Романченко и УЭА. РСВ сказал, что он согласен, ему УЭА подсунул бумажку, он на ней написал: «300». Романченко в ответ на это сказал, что хорошо, что РСВ все равно нужно взять больничный, а они соберут документы и упорядочат их. Таким образом, он и Романченко договорились о том, что он должен будет предать ему 300000 рублей, за что он прекратит в отношении РСВ дело. Уйдя от Романченко он подумал, что не виноват, что Романченко его вынуждает передать ему деньги, что его судить не за что, поэтому он решил обратиться с заявлением в правоохранительные органы. В дальнейшем он с Романченко встречался уже под контролем сотрудников ФСБ. Им в ЦРБ <адрес> у врача была взята справка о том, что он там находился на лечении 27 и 28 июля 2009 года. 29 июля 2009 года сотрудники ФСБ снабдили его записывающим устройством и передали ему помеченные денежные средства в сумме 150000 рублей. Деньги для пометки предоставил сотрудникам ФСБ. РСВ позвонил Романченко и сказал ему, что привезет ему справку, на что он ответил, чтобы он приехал. 29 июля 2009 года, около 12 часов, РСВ зашел в кабинет к Романченко А.Г., он был один. РСВ сказал, что он принес больничный и деньги. В кабинет зашел УЭА. Он отдал Романченко больничный и достал с папки деньги и хотел положить на стол. Деньги были в одной пачке в тысячных купюрах. Романченко спросил сколько, он ответил, что сто пятьдесят, а остальное после закрытия дела. Романченко сказал, чтобы он деньги убрал, РСВ убрал их в папку. Романченко ушел, сделал копию больничного, отдал ему больничный. Затем Романченко сказал, что так не пойдет, что РСВ должен отдать все, как договаривались и после этого получит решение. РСВ сказал Романченко, что возможно сможет все отдать вечером в тот же день. Романченко согласился. 30 июля 2009 года ему позвонил Романченко и сказал, что 31 июля он должен прийти с адвокатом, чтобы урегулировать бумажные дела. РСВ забыл позвонить адвокату в тот день. 31 июля он около 9 часов позвонил СЕА и сказал, что их вызывает Романченко, она сказала, что позвонит Романченко и договорится с ним на после обеденное время. В следующий раз он и Романченко встретились 31 июля 2009 года утром, точного времени он не помнит, в ст. Павловской. Сотрудник ФСБ, в присутствии двух мужчин, как он понял представителей общественности, составил акт и передал РСВ 150 тысяч рублей купюрами достоинством одна тысяча рублей каждая, а так же сувенирные билеты банка, похожие по виду на денежные билеты банка России достоинством одна тысяча рублей. Деньги и сувенирные билеты были обработаны люминесцентным порошком, сформированы в три пачки, скрепленные бумажными банковскими лентами. Эти пачки без какой-либо упаковки РСВ положил в свою папку, которая застегивалась застежкой «молния». Пояснил, что 30 июля 2009 года Романченко А.Г. позвонил ему по телефону и сказал, что Рыбальченко С.В. должен к нему явиться 31 июля 209 года. Поэтому 31 июля 2009 года он с Романченко А.Г. не созванивался перед встречей. Около 10 часов 30 минут, он приехал один на своем автомобиле «Нива» к зданию ОВД Кущевского района на ул. Советская, оставил машину от входа в ОВД примерно в семидесяти метрах, взял папку с деньгами и пошел в здание ОВД. На входе в здание его встретил постовой, кто именно он не помнит, спросил к кому он идет, РСВ сказал, что к Романченко, постовой записал его сведения в журнал, и он прошел на территорию ОВД, затем поднялся в кабинет к Романченко. Романченко в кабинете был один. Он зашел в кабинет, поздоровался с Романченко и сел на стул в кабинете, папку с деньгами он держал в руках. Романченко сначала спросил его о здоровье, затем они с ним поговорили о том, что защитник, адвокат СЕА, не смогла прийти с ним и сможет только после обеда. Романченко А.Г. спросил, нашел ли он деньги, РСВ ответил ему, что принес. Романченко А.Г. засуетился, спросил на какой машине РСВ ездит, он сказал, что на «Ниве». Романченко А.Г. позвонил по телефону УЭА, из их разговора он понял, что Романченко А.Г. хотел, чтобы УЭА подъехал, но тот не мог. Затем Романченко А.Г. спросил, где РСВ оставил свою машину. Затем Романченко А.Г. спросил, где РСВ нашел деньги, он ответил, что продал овец. Затем Романченко А.Г. попросил подождать его в коридоре, закрыл кабинет и ушел, куда, ему не известно. Он подождал Романченко минут пять, папка с деньгами у него была в руках. Когда Романченко вернулся, он стал спрашивать, где его машина, с кем он приехал. РСВ понял, что Романченко А.Г. хочет, чтобы он ему предал взятку в его машине, РСВ этого не хотел и придумал, что он приехал с сестрой и племянницей. Было видно, что Романченко А.Г. думает, где взять от него деньги, как это аккуратней, «техничней», сделать, при этом он уже решился их сразу взять и не хотел откладывать получение от него денег. Романченко А.Г. предложил прокатиться и вывел его на улицу, на стоянку ОВД, где они подошли к машине «Мазда-6», он понял, что это машина Романченко А.Г. Затем Романченко А.Г. открыл его машину, и сел за руль автомобиля, а РСВ сел на переднее пассажирское сиденье. Романченко А.Г. завел его машину, попытался выехать со стоянки, проехал вперед метра два, затем сдал назад, на тоже место. Пояснил, что когда они находились в машине, работало радио. Романченко А.Г. был сильно возбужден. Романченко спросил, согласен ли РСВ с тем, о чем они с ним договорились, то есть передать ему взятку. Он ответил, что согласен, Романченко еще раз уточнил, согласен ли РСВ, он ответил, что да. РСВ расстегнул папку, Романченко А.Г., чтобы рассмотреть точно, какие именно деньги находятся в папке, попросил опустить папку пониже. РСВ опустил папку пониже и показал деньги Романченко. Романченко А.Г. рассмотрев деньги в трех пачках, находившиеся у меня в папке, тихо сказал «Под сиденье». РСВ стал доставать пачки денег из папки, а Романченко А.Г. вышел из машины и стал рядом с ней с левой стороны. РСВ достал три пачки денег из своей папки, и как указал ему Романченко, положил их под своё сиденье, после чего вышел из машины. Романченко уточнил у него, положил ли он деньги, РСВ ответил, что положил. Затем Романченко сказал, что после обеда необходимо будет прийти к нему с защитником, для того, чтобы соблюсти все тонкости по делу в отношении него, что решение будет принято. После этого Романченко был задержан. По поводу противоречий в показаниях РСВ по поводу того, что в ходе разговора с Романченко А.Г. и УЭА, ему пододвинул лист бумаги УЭА, на котором он написал цифру «100», имея ввиду, что за не направления уголовного дела в отношении него в суд, он готов предать Романченко А.Г. 100000 рублей, а в ходе очной ставки он дал показания о том, что УЭА ему подсунул листок, на котором было написано «300», а РСВ ответил что нет, что может отдать сто, может пояснить, что Романченко А.Г. на него при встречах сильно давил, все время говорил, что он совершил преступление, за которое суд его осудит и он будет «сидеть» пять лет. Романченко не соглашался провести экспертизу по делу, допросить свидетелей. Романченко А.Г. говорил, что если РСВ будет доказывать свою невиновность, приводить свидетелей, то он возьмет его под стражу. В результате этого давления, он стал думать, что у него нет никакой надежды на справедливое расследование дела и справедливое его рассмотрение в суде и стал опасаться, что как обещал ему Романченко А.Г., его приговорят к пяти годам лишения свободы. РСВ плохо себя чувствовал, у него постоянно поднималось давление, при встречах с Романченко А.Г. ему становилось еще хуже, поэтому он не очень хорошо запомнил, как эти встречи проходили, и может путаться в изложении обстоятельств этих встреч, в ходе которых Романченко А.Г. предлагал ему дать деньги за прекращение уголовного дела в отношении него. Относительно листков бумаги может сказать, что в этой части в его показаниях никаких противоречий нет, так как с Романченко А.Г. в присутствии УЭА он встречался дважды, при этом на первой встрече, после того, как он спросил Романченко А.Г. можно ли не направлять дело в суд, УЭА написал на листке «300» и пододвинул листок ему. РСВ сказал, что столько не может, Романченко спросил, какие у него предложения по поводу суммы взятки, которую он с него требовал, РСВ на этом же листке написал цифру «100». После этого Романченко А.Г. рассмеялся и сказал, что так ничего не получится. Повторяет, что он тогда при встречах плохо себя чувствовал и при первом допросе в августе 2009 года не смог точно вспомнить обстоятельства требования Романченко А.Г. от него денег за прекращение дела. На очной ставке с УЭА, он вспомнил события точнее, в настоящее время РСВ уже не помнит деталей встреч с Романченко А.Г., так как этих встреч было несколько и их обстоятельства у него в памяти перепутались. Так же РСВ по поводу того, как мог попасть порошок на руку Романченко А.Г., пояснил, что 31 июля 2009 года он пришел в кабинет к Романченко, они с ним за руку не здоровались. Затем, когда в машине после того, как он положил по указанию Романченко деньги под сиденье, он вышел из машины, и они с Романченко А.Г. руками не соприкасались, стояли по разные стороны автомобиля. Прикасался ли в тот день Романченко А.Г. к моей одежде каким-либо образом, либо РСВ к его одежде, он не помнит, из предметов, которыми пользовались он и Романченко, могли быть только дверные ручки на двери входной в следственное отделение и на двери в кабинет Романченко. Он не знаю, каким образом мог оказаться порошок на руке Романченко. Кроме того, РСВ дополнил, что он действительно обращался в следственное управление Следственного комитета по Краснодарскому краю с заявлением о привлечении к ответственности следователя Романченко А.Г. Данное заявление и первоначальные объяснения он давал следователю в здании следственного управления Следственного комитета по краю. Кроме того он подтверждает, что после того как у него было принято заявление и отобрано объяснение, он самостоятельно подписывал заявление на имя начальника управления ФСБ по Краснодарскому краю, о том что он не возражает, чтобы в отношении него проводили оперативно-технические мероприятия, прослушивание телефонных переговоров его сотового телефона с №. Данное заявление насколько он помнит, он подписывал в г. Краснодаре, то ли в здании ФСБ, то ли в здании Следственного комитета точно указать не может, так как прошло уже много времени. Кто именно из сотрудников ФСБ принимал у него данное заявление, он сейчас уже не помнит, так как прошло длительное время, но в судебном заседании ходатайствовал о приобщении к материалам дела талона-уведомления, выданного ему сотрудником следственного комитета от 22.07.2009г. о принятии от него заявления о вымогательстве у него денег Романченко А.Г. в размере 300000,00 рублей. РСВ сотрудники ФСБ объяснили, что данное мероприятие в отношении него проводить необходимо и это будет способствовать изобличению преступных намерений Романченко А.Г. и он добровольно, самостоятельно дал свое согласие на проведения данного оперативного мероприятия. На предъявленном заявлении от 22 июля 2009г., от его имени на имя начальника ФСБ, стоит его подпись и подтверждает, что именно он подписывал данное заявление. Свидетель Д. показала, что с 1976г. по 2009г. она работала в СПК «<данные изъяты>», у предприятия была задолженность по налогам, в связи с чем следователь Романченко А.Г. и УЭА вызывали её на допрос. От РСВ ей стало известно о том, что было возбуждено уголовное дело за неуплату налогов, далее полностью подтвердила показания, данные ею в качестве свидетеля в ходе предварительного следствия (т.1, л.д.175-177), где поясняла, что в период с 20 июля 1992 года по 30 апреля 2009 года она работала главным бухгалтером СПК «<данные изъяты>». В июне 2009 года приехал участковый инспектор милиции, привес повестку, согласно которой она на следующий день явилась к следователю СО при ОВД по <адрес> Романченко А.Г. примерно около 11 часов. Когда она пришла к Романченко А.Г. то она встретила там РСВ с адвокатом СЕА, они зашли в кабинет к РСВ вместе, ей РСВ сказал подождать, она вышла в коридор, а РСВ и СЕА остались в кабинете. Примерно минут через 40 из кабинета вышли РСВ и СЕА. Затем она зашла в кабинет к Романченко, который допросил её в качестве свидетеля по уголовному делу. Романченко рассказал ей, что в отношении РСВ возбуждено уголовное дело в связи с тем, что СПК «<данные изъяты>» занял ООО «<данные изъяты> 800000 рублей и тем самым якобы увел деньги, за счет которых должна была быть погашена задолженность по налогам СПК «<данные изъяты>». Романченко предъявил ей требование налоговой инспекции об уплате налогов от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 2149000 рублей. Дальше она рассказала Романченко, что 800000 рублей были перечислена в ООО «<данные изъяты>» по приказу директора ООО «<данные изъяты>» А.. При этом А. пообещал, что ООО «<данные изъяты>» погасит долги СПК «<данные изъяты>» в ближайшее время. Романченко сказал ей, что он вызовет её для допроса еще раз, пригласит специалиста, который разбирается в налогах. Второй раз её вызвали примерно дней через десять. О том, что ей необходимо прийти на допрос к Романченко, по телефону сообщил РСВ. Она и РСВ приехали вместе к зданию ОВД и прошли в кабинет к Романченко, там находился так же УЭА. Первым в кабинет зашел РСВ, пробыл примерно пол часа, затем он вышел. В кабинет зашла она и её допросили в качестве свидетеля. Никаких средств по её мнению, за счет которых должны были быть уплачены налоги, РСВ не укрывал, будучи руководителем СПК «<данные изъяты>». Обо всем этом она рассказала Романченко А.Г. и УЭА, они ответили, что они не принимают её объяснения и что они еще найдут укрытие средств, в частности во взаиморасчетах между СПК «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» по которым работникам «<данные изъяты>» СПК выдавал продукты на общую сумму около 300000 рублей. Хотя это была вынужденная мера. Романченко и УЭА сказали ей, что она наверно тоже буду привлечена к уголовной ответственности за укрытие средств. РСВ с ней ход расследования уголовного дела, привлечение его к уголовной ответственности, не обсуждал. Она просто объяснила РСВ свое видение тех обстоятельств, которые исследовал Романченко в уголовном деле. РСВ с ней соглашался о том, что по бухгалтерии было сделано все правильно и он ни в чем не виноват; Свидетель ААИ пояснил, что работал следователем СО при ОВД по Кущевскому району. 31июля 2009 года приехал на работу до 8 часов утра. На тот момент зам. начальника СО ПЛМ составляла отчеты и он помогал ей в этом. В это время ему позвонила его жена и попросила отвезти её домой, дома он нарвал яблок, после чего поехал на работу. Проходя мимо кабинета Романченко А.Г., я заглянул и сказал, что если он захочет яблок, то они в холодильнике. В кабинете Романченко А.Г. сидел какой то мужчина. После этого он пошел в кабинет к ПЛМ Через некоторое время пришел Романченко А.Г. и принес на согласование к ПЛМ постановление о привлечении в качестве обвиняемого. Затем он с ПЛМ и РВВ вышли в коридор покурить. После этого он увидел, как прошел Романченко А.Г. за ним тот мужчина, который был с ним в кабинете, как он позже узнал, это был РСВ. Автомобиль Романченко А.Г. стоял на площадке перед РОВД. Затем он увидел как люди в «черном» подбежали к Романченко А.Г. Он видел лобовое стекло автомобиля Романченко. Мужчина, которого он видел в кабинете Романченко, т.е. РСВ, сидел на пассажирском сидении в его, Романченко, автомобиле. Когда РСВ шел к автомобилю, Романченко хотел ему что-то сказать. Они заходили к автомашине слева сзади. Он не наблюдал не прирывно за происходящим. Потом сразу появились люди в «черном», Романченко поставили возле автомобиля, но не его. Руки его были на машине и он был нагнут. При этом велась видеосъемка. Когда открывали сотрудники дверь автомобиля Романченко, то он находился при этом рядом. Все происходило до обеда. С работы он ушел около 22 часов, но следственные действия еще не закончились. Романченко А.Г. может охарактеризовать только положительно; Свидетель <данные изъяты>. пояснил, что до 5 августа 2009 года работал старшим оперуполномоченным МРО по налоговым преступлениям ГУВД по Краснодарскому краю. В его обязанности входило выявление, пресечение налоговых преступлений и оперативная работа в сфере налоговых преступлений. В конце 1998 года ими проводились рейдовые мероприятия по контролю за незаконным оборотом алкогольной продукции. В поле зрения попал магазин «<данные изъяты>», директором которого был РСВ, так он с ним познакомился. Кроме того, ими проверялась работа СПК «<данные изъяты>», директором которого был РСВ При проведении проверки было выявлено, что при запрете списания денежных средств со счетов предприятия, списание все же проводилось. РСВ была вменена ст. 199.2 УК РФ. О проделанной работе докладывалось прокурору района ЗЮА, он пояснил, что дальше необходимо работать со следователем. На тот момент преступлениями в сфере налогов занимался следователь УЭА. В то время он находился в отпуске. В связи с чем, он обратился к начальнику следствия МТД и она ему сказала, чтобы он проехал к УЭА, для того чтобы он посмотрел материалы дела. В последствии ему стало известно о том, что уголовное дело по данному факту было возбуждено. Считает, что оснований для прекращения дело не было, он лично об этом никого не просил. От Романченко ему стало известно о том, что хотел довести это дело до конца. З. ему говорил о том, что по этому делу на Романченко оказывалось давление со стороны прокуратуры. Кроме того, свидетель К полностью подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия (т.1, л.д. 184-187) о том, что в период примерно с января 2009 года по середину мая 2009 года он проводил проверку в отношении РСВ. Проверка была начата в порядке, установленном Законом РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», поводом для проведения проверки явились результаты оперативно-розыскной деятельности по мониторингу должников по уплате налогов, имеющих задолженность свыше 250000 рублей. Было установлено, что СПК «<данные изъяты>», имея задолженность по налогам, несмотря на меры, принимаемые налоговой инспекцией по принудительному взысканию задолженности, провело сделки, в результате которых скрыло средства, за счет которых могло быть произведено погашение задолженности по налогам. В период проведения этих операций, руководителем СПК «<данные изъяты>» являлся РСВ После получения указанных сведений он обратился к руководителю ИФНС по Кущевскому району МВН, сообщил ему о полученных по СПК «Шкуринское» указанных сведений и предложил им обратиться с письмом в адрес начальнику МРО о рассмотрении вопроса о привлечении к уголовной ответственности РСВ по ст. 199.2 УК РФ. Из налоговой инспекции к ним поступило заявление, которое было зарегистрировано как сообщение о преступлении, после чего им была проведена проверка в порядке ст. 144 УПК РФ, в ходе которой ревизором МРО РАС была проведена ревизия. По результатам проверки материалы были переданы по подследственности в СО при УВД по Кущевскому району. В ходе проверки было установлено, что РСВ, являясь руководителем СПК «<данные изъяты>», получив требование из налоговой инспекции, не исполнив его, а путем направления распорядительных писем в адрес руководителя ООО «<данные изъяты>», осуществил, минуя расчетные счета погашение кредиторской задолженности за потребление электроэнергии, газа, за пользование связью. В действиях РСВ усматривались признаки преступления, предусмотренный ст. 199.2 УК РФ. РСВ в ходе проверки он встречался дважды, в первый раз он побеседовал с ним по предмету проверки, второй раз он по предмету проверки опросил РСВ. Обе встречи происходили у него в кабинете. С РСВ он был ранее знаком, так как в конце 90-х годов он проводил административную проверку в отношении РСВ. Когда РСВ стал руководителем СПК «<данные изъяты>», то он с ним несколько раз встречался для профилактических бесед по поводу имеющихся задолженностей по налогам. Кроме того, в декабре 2008 года их отделом проводилась проверка по заявлению ДНА в отношении ПСЮ, инициировал написание заявления РСВ, по результатам этой проверки он с ним беседовал. Личных взаимоотношений с РСВ у него не имеется. Передав материал в СО, он беседовал по поводу результатов проверки с начальником СО МТД, которая сказала, что проблема в том, что следователь УЭА, который специализировался на расследовании таких преступлений, находился в отпуске. МТД сказала, что попросит УЭА посмотреть материал и если он увидит основания для возбуждения уголовного дела, то она поручит возбудить и расследовать уголовное дело другому следователю. Перед возбуждением уголовного дела он созванивался с УЭА, они обсудили сведения, которые содержались в материале проверки, лично они не встречались. От МТД он узнал, что УЭА усматривает основания для возбуждения уголовного дела, и материал она передала следователю Романченко А.Г. Накануне возбуждения уголовного дела, 20 мая 2009 года, он встретился с Романченко А.Г., который попросил его объяснить, что и как, так как тот ранее не занимался такими материалами. Романченко позвонил УЭА, попробовал объясниться с ним по материалу по телефону, но затем взял материал и поехал к УЭА, вернулся часа через два и напечатал постановление о возбуждении уголовного дела в отношении РСВ по ст. 199.2 УК РФ. Потом в расследовании уголовного дела наступила длительная пауза, недели две, затем он по заданию руководства по их инициативе получил от Романченко А.Г. поручение о проведение оперативно-розыскных мероприятий. После чего в середине июня он стал увольняться и уже этим делом не занимался; Свидетель БЛА пояснила, что летом 2009 года она находилась возле здания Кущевского РОВД и видела, как подъехал микроавтобус и из него выбежали люди в «черном», затем она увидела мужчину возле машины, руки которого лежали на крыше машины, марку которой назвать не может, в дальнейшем полностью подтвердила показания, данные ею в ходе предварительного следствия (т.4, л.д. 76-78), из которых следует, что 31 июля 2009 года около 10 часов она находилась в своем автомобиле «Калина» на стоянке ОВД по Кущевскому району, автомобиль стоял задом к зданию ОВД. В какой-то момент подъехал сзади её автомобиля к зданию ОВД микроавтобус, остановился посередине дороги, она обернулась посмотреть, что это за автомобиль, и увидела, что из микроавтобуса выскочило несколько мужчин в черной форме, без головных уборов, и побежали влево от неё к автомобилю на стоянке, окружили, блокировали какого-то мужчину (Романченко). Затем, в момент, когда люди расступились, она увидела, что задержали незнакомого ей мужчину, который стоял около автомобиля, положив руки на крышу машины. Данного мужчины перед его задержанием она не видела. Этот мужчина стоял молча, ничего не говорил. Затем из здания ОВД вернулся её супруг БАВ, и они на их машине уехали; Свидетель ЗЮА пояснил, что работал прокурором Кущевского района с ДД.ММ.ГГГГ. по ДД.ММ.ГГГГ., надзор за уголовным делами следователей осуществлял его заместитель ТАГ Неприязненных отношений у него ни к Романченко, ни к РСВ нет, конфликтов так же не было, помимо служебных отношений с Романченко никогда не общался. Никакого давления ни лично, ни через кого-либо на Романченко не оказывал. В ходе предварительного следствия по делу, он был приглашен в следственный комитет для допроса по поводу того, что ПЛМ стало известно от Романченко А.Г. о том, что он требовал от него прекратить уголовное дело в отношении РСВ, хотя он этого не делал. Это не входило в его обязанности. Надзор за налоговыми преступлениями в то время осуществлял его заместитель ТАГ Что касается Романченко А.Г., то у него к нему есть недоверие и негативное отношение, поскольку он вел дело по обвинению ДА по факту ДТП, в ходе которого он сбил девочку, а потом хотел прекратить его. Как к сотруднику у него сложилось негативное впечатление. Что касается того, что супруга Романченко А.Г. поехала на телевидение, то считает, что тем самым она пытается оказать давление на суд, так как в настоящее время идет судебный процесс. Может пояснить, почему Романченко А.Г. говорит о том, что он заставлял его прекратить уголовное дело в отношении РСВ. Подсудимый был заинтересован пустить такой слух для того, чтобы оправдать себя, когда получит деньги от РСВ. Как прокурор, он осуществлял надзор за делами, расследуемыми следственным комитетом, который руководил его племянник З Сергей; Свидетель З. пояснил, что в 2009 году приходил к следователю УЭА на работу и от него ему стало известно о том, что на Романченко А.Г. оказывается давление по поводу расследования им дела в отношении РСВ. С РСВ он был знаком, но неприязненных отношений между ними не было. С Романченко А.Г. знаком с 2004 года, личных отношений нет. Он поручению УЭА осуществлял оперативное сопровождение дела по РСВ, но обстоятельства расследования его с Романченко не обсуждал. По факту задержания Романченко ему ничего не известно. РСВ охарактеризовать не может никак, а Романченко может охарактеризовать как хорошего, порядочного человека. От УЭА ему стало известно о том, что при расследовании дела в отношении РСВ он столкнулся в том, что РСВ отказывался знакомиться с материалами уголовного дела; Свидетель ЕИВ показал, что в конце июля 2009 года к нему подъехал водитель Павловского отделения ФСБ и попросил участвовать при пометке денежных средств в ФСБ ст. Павловской. При этом присутствовали сотрудники ФСБ и еще один понятой КАП. Им с другим понятым были разъяснены их права и обязанности. Они пометили купюры, достоинством 1 тысяча рублей, больше 100 тысяч, карандашом, которым писали на них, но что не помнит, и так же порошком. При этом взяли образцы и порошка и карандаша. Переписывали номера купюр. После чего составили акт, который подписал он и другой понятой. Через 2-3 дня ему опять позвонили, сказали, что для того, что кому предназначались деньги, отказался их брать, так как денег оказалось мало и необходимо еще пометить. При этом были деньги и сувенирные изделия. Все происходило так же, как и в первый раз. Так же был другой представитель общественности КАП. Денег было больше 100 тысяч чьи они были – не помнит. После пометки, деньги светили лампой, при этом высвечивалась надпись и порошок. Так же взяли их образцы, поместили в пакет, который опечатали и он и другой понятой расписались на бирке. После чего вновь был составлен акт, который они прочитали и подписали с КАП. При этом никакого давления со стороны сотрудников ФСБ на них не оказывалось. После чего помеченные деньги упаковали в три пачки, деньги находились вперемежку с сувенирной продукцией. После чего свидетель ЕИВ полностью подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия (т.1, л.д. 178-180), где он показывал, что 29 июля 2009 года около 8 часов находился на ул. Горького ст. Павловской, к нему подошел сотрудник ФСБ М. и предложил ему поучаствовать в оперативном мероприятии как представителю общественности. Он согласился и прошел вместе с М. в здание ФСБ, где был еще один мужчина, приглашенный как и он, для участия в оперативных мероприятиях в качестве представителя общественности, как он позже узнал – КАП. М. пояснил им, что сотрудниками ФСБ проводятся оперативные мероприятия по изобличению следователя Романченко в получении взятки. Для проведения мероприятий необходимо было осуществить пометку денег, которые будут переданы гражданину РСВ, который так же находился в кабинете. Когда он пришел, на столе в кабинете лежали денежные купюры. Данные денежные купюры, все достоинством одна тысяча рублей, были ксерокопированы при нём и КАП, пересчитаны, их оказалось 150 штук, номера купюр были переписаны в акт. На нескольких купюрах специальным карандашом была сделана невидимая надпись «Взятка», которая высветилась синим цветом, когда на данные купюры посветили ультрофиолетовой лампой. Затем все купюры были пересыпаны порошком светлого цвета, который при простом освещении на купюрах был невидимым, а при освещении ультрофиолетовой лампой порошок светился синим цветом. Образцы карандаша и порошка были упакованы в отдельные пакеты, которые были заклеяны и опечатаны, на пакетах расписались он и КАП. Помеченные денежные средства были переданы гражданину, который представился как РСВ, имя отчество его он не помнит. При этом М. им пояснил, что денежные средства будут использованы в ходе оперативного эксперимента с участием РСВ для изобличения следователя милиции Романченко в получении взятки. Обо всем происходившем М. составил акт, который подписал он и КАП. Ознакомившись с актом пометки и передачи денежных купюр от 29 июля 2009 года он подтвердил, что обстоятельства в нем изложены верно, акт подписан им. Далее его и КАП отпустили домой, при этом записали их телефоны. 31 июля 2009 года утром ему позвонил по телефону около 8 часов М. и попросил прийти в здание ФСБ. Когда он пришел, КАП уже был в здании, там же был уже и РСВ. М. рассказал ему и КАП, что необходимо еще раз пометить денежные средства, так как требуется большая сумма. Опять были ксерокопированы денежные купюры, переписаны их номера в акт, всего купюр было 150 штук достоинством каждая по одной тысячи. Как он понял, купюры были те же, что и 29 июля 2009 года. Ему и КАП в свете ультрафиолетовой лампы показали несколько купюр, на которых синим цветом высвечивалась надпись «Взятка», которую наносили на эти купюры при них 29 июля 2009 года. Кроме того, им были предъявлены для осмотра сувенирные банковские билеты, похожие на однотысячные купюры Банка России, количество их было более ста штук, точно он не помнит. С сувенирных билетов так же была сделана ксерокопия. Настоящие деньги и сувенирные билеты перемешали, разложили на три пачки и скрепили каждую пачку банковской бумажной лентой Денежные купюры и сувенирные билеты посыпали опять порошком, который светился, когда на него посветили ультрафиолетовой лампой. Образец порошка был упакован в пакет, который был опечатан и на котором расписались он и КАП. Помеченные и переписанные денежные купюры в сумме ста пятидесяти тысяч рублей и сувенирные билеты в трех пачках вручили тому же мужчине, что и 29 июля 2009 года – РСВ, при этом им пояснили, что будут продолжены дальнейшие действия по изобличению следователя Романченко в получении взятки от РСВ. После этого он и КАП прочитали составленный М. акт и расписались в нем. Осмотрев акт пометки и передачи денежных купюр от 31 июля 2009 года он подтверждает, что обстоятельства в нем изложены верно, акт подписан им; Свидетель М. показал, что в отделение ФСБ в ст. Павловской 20.07.2009г. обратился гражданин РСВ с заявление по факту вымогательства у него денежных средств в сумме 300000,00 рублей следователем Романченко. Ими ему было рекомендовано обратиться в следственный комитет, в связи с тем, что заявление поступило в отношении спецсубъекта - следователя Романченко А.Г., а через 2 дня к ним пришло поручение о проведении проверки по данному факту. После чего им было вынесено постановление о проведении по делу оперативного эксперимента № от 23.07.2009г., на основании которого был составлен акт пометки и передачи денежных купюр от 29.07.2009г., а на акте пометки и передаче денежных купюр от 31.07.2009г. им ошибочно указано, что он проведен в рамках оперативного эксперимента на основании постановления № от 30.07.2009г., тогда как необходимо было указать номер первого постановления, то есть №. Была произведена пометка подлинных денежных купюр достоинством 1 тыс. рублей, в размере 150000,00 рублей. Оперативный эксперимент проводился дважды, так как Романченко отказался от суммы 150 тысяч рублей, поскольку было мало, поэтому мероприятие перенесли на другую дату. Оба раза велась видеозапись и прослушивание. По данному делу им производилось руководство оперативно-розыскными мероприятиями и производилась пометка денег, в которой участвовали понятые: ЕИВ и КАП, а так же М. и РСВ. Деньги помечались два раза. По продолжительности это занимало 30-40 минут. Состав лиц, присутствующих при этом, был один и тот же. Несколько денежных купюр помечались карандашом, а затем все посыпались порошком. Перед этим все купюры ксерокопировались и представлялись представителям общественности для сличения, о чем они расписывались в акте. Образец карандаша отламывали, а так же порошок помещали в конверт, где расписывались понятые. Разговоры записывались на компакт-диски. По-поводу разного количества купюр, которые ксерокопировали может пояснить то, что когда их ксерокопировали, то возможно произошло их смещение на ксероксе и получилось большее количество листов. Надпись на купюрах «Взятка» была примерно до 10 штук. Я в осмотре места происшествия участия не принимал, хотя находился от него метрах в 7-8. М. на видеокамеру УФСБ производил видеозапись осмотра места происшествия, который прерывался для смены диска. В осмотре места происшествия принимал участие Романченко и понятые, деньги обнаружили под сидением автомобиля. Осмотр после этого продолжился в кабинете. Когда просвечивал следователь руки Романченко в кабинете лампой, то не видел, что с лампы сыпался какой-нибудь порошок. За действиями Романченко до его задержания наблюдало спецподразделение. Производили так же прослушивание разговоров Романченко с РСВ, потом эти два диска были переданы следствию. Встреча происходила в кабинете Романченко. Затем Романченко с РСВ вышли во двор и прошли к автомобилю Мазда без номеров. Романченко прошел к водительскому сиденью, а РСВ на переднее пассажирское. Так же пояснил, что а акте пометки денежных купюр от 31.07.2009г. ошибочно идет ссылка на постановление № от 30.07.3009г. Сроки оперативного эксперимента были установлены: с 24 июля по 30 июля, а поскольку передача денег до указанной даты не состоялась, то проведение эксперимента продолжалось до достижения результата, т.е. до 31.07.2009г. При этом пометка денежных средств длилась 25-30 минут, при этом присутствовал он, сотрудник ФСБ Москаленко и два представителя общественности. Ксерокопии денежных купюр делал он, посыпал их порошком – М., так же на нескольких купюрах было нанесены надписи карандашом. После чего образцы карандаша и образцы порошка упаковывались в отдельный пакет. Все опечаталось, скреплено печатями и ставились подписи понятых. 31 июля все происходило так же. Понятым разъясняли их права и обязанности. РСВ так же оба раза присутствовал при пометке денег и сувенирной продукции. После чего свидетель М. полностью подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия (т.4, л.д. 12-15), где пояснял, что в рамках исполнения поручения СУ СК при прокуратуре РФ по Краснодарскому краю по заявлению РСВ, которое ему поступило 23 июля 2009 года из УФСБ России по Краснодарскому краю, им проводились мероприятия по проверке изложенных в заявлении сведений по изобличению Романченко А.Г. в получении взятки. В ходе проведения данных мероприятий был проведен оперативный эксперимент на основании его постановления, утвержденного начальником УФСБ России по Краснодарскому краю ЗАВ В ходе оперативного эксперимента 29 июля 2009 года и 31 июля 2009 года с участием двух представителей общественности производилась пометка и ксерокопирование денежных средств, которые были переданы РСВ. Согласно сведениям, полученным от РСВ, следователь Романченко А.Г. за прекращение уголовного дела в отношении РСВ предложил передать ему 300000 рублей. 29 июля 2009 года утром, точно время он не помнит, РСВ предоставил ему деньги в сумме 150000 рублей, которые в присутствии двух мужчин, приглашенных им с улицы – ЕИВ и КАП, были помечены люминесцентными порошком и карандашом, купюры достоинством по одной тысячи рублей каждая были скопированы и были переписаны их номера. Деньги были переданы РСВ В этот же день РСВ встретился со следователем Романченко А.Г. В ходе состоявшегося разговора Романченко А.Г. отказался получать от РСВ половину оговоренной суммы – 150000 рублей, и заявил, что РСВ должен передать ему всю сумму – 300000 рублей и тогда получит от него постановление о прекращении дела. Беседа между РСВ и Романченко фиксировалась с использованием специальной техники, сведения о которой не подлежат разглашению. 31 июля 2009 года, утром он созвонился по телефону с ЕИВ и КАП, пригласил их в отдел ФСБ в ст. Павловской, в их присутствии и с участием РСВ были вновь ксерокопированы те же самые деньги, дополнительно посыпаны порошком, на нескольких купюрах просмотрена в свете люминесцентной лампы надпись «взятка», нанесенная еще 29 июля 2009 года, номера купюр были переписаны в акт пометки и передачи денег. К данным купюрам были добавлены сувенирные билеты, по виду похожие на билеты банка России достоинством одна тысяча рублей в количестве более ста двадцати штук. Все билеты были сформированы в три пачки, скрепленные банковской бумажной лентой. Данные три пачки были переданы РСВ. Мероприятия по пометке денег и их вручению РСВ 29 и 31 июля были зафиксированы в соответствующих протоколах. 31 июля 2009 года РСВ в ст. Кущевской встретился со следователем Романченко А.Г. в его служебном кабинете, в ходе разговора между ними Романченко А.Г., узнав, что РСВ принес ему оговоренную сумму, предложил ему, РСВ, пройти в его, Романченко, машину – «Мазда-6». Они прошли на стоянку ОВД по Кущевскому району, сели в эту машину, Романченко А.Г. указал РСВ, чтобы тот положил деньги под переднее пассажирское сиденье, что тот и сделал. После этого Романченко вышел из своей машины и затем был задержан сотрудниками ФСБ. 31 июля 2009 года разговор между Романченко и РСВ фиксировался с использованием специальных средств, сведения о которых не подлежат разглашению. Передача денег РСВ следователю Романченко состоялась 31 июля 2009 года около 10 часов 40 минут. В проведении мероприятий, связанных с фиксацией разговоров между РСВ и Романченко участвовали сотрудники подразделения ФСБ по специальным техническим мероприятиям, сведения о которых не могут быть разглашены. Поясняю, что в ходе проведения мероприятий им слушались разговоры Романченко и РСВ при их фиксации с использованием специальной техники. После задержания Романченко, сотрудники, производившие технические мероприятия составили стенограммы разговоров между РСВ и Романченко, кто именно ему не известно, сведения о них не подлежат разглашению. Им, М, на ноутбуке в автомобиле был составлен акт оперативного эксперимента, внесены в него все необходимые сведения, акт был подписан им и сотрудником УФСБ России по Краснодарскому краю МСВ, который принимал участие в данном оперативном действии. Кроме того, он подготовил от имени руководителя УФСБ России по Краснодарскому краю постановление о рассекречивании результатов оперативно-розыскной деятельности и постановление о предоставлении результатов ОРД следователю, так же сотрудники проводившие технические мероприятия отдали ему два СД-диска, на которых были записаны записи разговоров РСВ и Романченко. Кто и каким образом переписывал записи на диски, ему не известно, занимались этим вероятно сотрудники, которые производили запись. Так же им от имени руководителя УФСБ России по Краснодарскому краю было составлено сопроводительное письмо о направлении результатов оперативно-розыскной деятельности в СУ СК при прокуратуре РФ по Краснодарскому краю. Составление документов не заняло много времени, так как документы типовые, образцы которых имелись в ноутбуке, при этом для составления документов использовались одни и те же сведения в электронном виде. Письмо, передаваемые материалы, он отдал сотрудникам технического подразделения, которые примерно около 14 часов уехали из ст. Кущевской в г. Краснодар. Примерно около 16 часов сотрудник технического подразделения сообщил ему, что документы переданы на подпись руководству. Каким образом предавались документы в СУ СК, ему не известно. Свидетель ЦСС показал, что летом 2009 года он шел по улице. Ко нему подошел человек, представился сотрудником ФСБ и попросил поучаствовать в качестве понятого, он согласился и они приехали к зданию РОВД, где стоял автомобиль Мазда, без номеров. Двигатель был заведен и сотрудники задержали человека, который сейчас является подсудимым. Нам разъяснили наши права. Начался осмотр автомобиля. Под правым сиденьем автомобиля обнаружили три пачки денег по тысяче рублей в банковской ленте. Взяв деньги, все проследовали в кабинет Романченко. Там провели осмотр денежных средств, кабинета, компьютера. Затем все спустились в дежурную часть и там изъяли диск с видеозаписью. Деньги просвечивали лампой, на некоторых из них просвечивалась слово «взятка», таких купюр было не больше 10, после чего деньги положили в пакет, так же делали смывы с рук Романченко, все опечатывали, мы подписали. Руки Романченко светились фиолетовым цветом. О том, что порошок на его руки осыпался с лампы – ни от кого не слышал. Так же смотрели видео. После был составлен протокол, который зачитывали, в нем все соответствовало действительности. Не помнит, чтобы Романченко заявлял о том, что это провокация, говорил, что не знает, откуда деньги. Никто из присутствующих никакого давления на Романченко не оказывал, в действиях его так же не ограничивали, если он хотел в туалет – его водили, если хотел пить – пил. Когда осматривали 31 июля машину, все присутствующие наблюдали за этим. Деньги в кабинете раскладывал я. Когда они были в кабинете, пришел адвокат, общаться с которым у Романченко была возможность. Со время задержания Романченко находился возле машины и мог наблюдать за происходящим. Осмотр её принудительно не проводился. Двигатель автомобиля работал, были открыты двери. Когда деньги достали из автомобиля, в здание ОВД их нес сотрудник. Лично я никуда не отлучался. После того, как все поднялись в кабинет Романченко, были блокированы только двери его кабинета, а не всего крыла, хотя точно этого утверждать не может. Во время осмотра я никуда не отлучался. Факт обнаружения денег в машине я видел лично, их было три пачки, они не находились в пакете. Затем эти деньги они осматривали в кабинете. Так же на руке Романченко было обнаружено светящееся вещество, на что он пояснил, что не знает, откуда оно взялось; Свидетель ПЛМ показала, что31 июля 2009 года пришла на работу до 8 часов, так как надо было сделать отчет. Находилась в кабинете, где-то в 10 часов пришел Романченко А.Г. и пояснил, что сегодня после двух часов будет предъявлять обвинение РСВ, и принес на согласование постановление. Она у него спросила, почему после двух часов, на что он пояснил, что нет адвоката РСВ. Через некоторое время я вышла покурить в коридор. Мы стояли с ААИ РВВ курили, к нам подошла Вика Романченко и спросила что с Сашей. Я спросила у неё, а что с Сашей, на что она сказала, чтобы я посмотрела в окно. Я увидела, что люди в форме окружили Романченко. До этого Романченко рассказывал мне, что ЗЮА просил его прекратить дело в отношении РСВ, но дело по нему было направлено в суд. В тот момент, когда я посмотрела в окно, Романченко находился возле машины, я увидела, что подошли люди в форме и руки Романченко были на крыше машины. Было несколько человек в гражданской одежде и в форме. После этого я видела, как из его машины достали деньги и положили на крышу, затем всех завели в следствие, закрыли дверь и никого не пускали. Потом пришел адвокат, его тоже не пустили, потом пришел второй адвокат и только потом его пустили. Дело РСВ следователь Романченко А.Г. хотел направлять только в суд. Романченко А.Г. знает с 1996 года только с положительной стороны. РСВ – не знает. О люминесцентной лампе от своих сотрудников я слышала, что с неё сыпался порошок. После допроса Романченко А.Г. ничего не пояснял, был сильно подавлен и говорил, что хочет домой. Ни РСВ, ни его адвокат не обращались к ней с просьбой прекратить дело; Свидетель РВВ пояснил, что 31 июля 2009 года находился на рабочем месте. Примерно после десяти часов вышел покурить, там уже находились ПЛМ и ААИ, окна здания выходят на ул. Советскую. Видел, что на стоянке возле автомобиля стоит Романченко А.Г. в это время подъехал микроавтобус, люди в «черном» подбежали к Романченко и отвели его через один автомобиль от его автомобиля. Начался осмотр места происшествия. Так же видел, что из автомобиля выложили деньги и положили их на крышу автомобиля. Романченко в это время находился с другой стороны автомобиля, возле водительской двери, была ли она открыта – не помнит. Когда подъехал автобус, Романченко находился возле водительской двери автомобиля, а в момент задержания – примерно через 3 машины от своей. Садился ли кто-нибудь в его машину – не видел. После этого все прошли в кабинет Романченко. Ему известно о том, что дело РСВ Романченко был намерен направить в суд. При осмотре места происшествия адвоката Романченко не было, он появился уже вечером, были ли понятые – не знает, но там находилось больше двух человек в гражданской одежде. Романченко А.Г. был подавлен, может охарактеризовать его только с положительной стороны; Свидетель МСВ показал, что в конце июля 2009 года по указанию руководства управления был направлен для оказания методической помощи сотрудникам отделения ст. Павловской, которые проводили оперативные мероприятия по проверке информации, поступившей из следственного комитета, указанной в заявлении РСВ о том, что у него вымогаются денежные средства. Так же в конце июля 2009 года принимал участие в пометке денежных купюр в сумме 150 тыс. руб. купюрами по 1 тыс. рублей, которые были переданы гр-ну РСВ, который ранее предоставил их сотрудникам ФСБ, представители общественности. Участвующие при пометке денег никуда при этом не отлучались. Все купюры обрабатывались люминесцентным порошком, на некоторых из них карандашом наносилась надпись «взятка». Порошок на деньги наносился с одной стороны. После того, как М произвел ксерокопирование денег, они были переданы РСВ. Представители общественности так же присутствовали при ксерокопировании, которые за всем наблюдали. Во время первой встречи между гражданином Романченко и РСВ со слов РСВ было ясно, что Романченко отказался от ранее оговоренной суммы т.е. до этого он называл сумму 300 тысяч, а в ходе беседы он отказался от суммы 150 тысяч, эта информация подтверждалась средствами объективного контроля, мероприятия по которым проводили сотрудники специального технического подразделения. После чего, 31 июля 2009 года РСВ были вручены 150 тысяч тысячными купюрами и сувенирная продукция внешне похожие на билеты банка России достоинством 1 тысяча рублей. Далее в ходе беседы, состоявшейся в кабинете Романченко, по его предложению РСВ вместе с ним проследовал к автомобилю «Мазда», где и были переданы денежные средства, которые по указанию Романченко были положены под переднее пассажирское сидение. Поскольку велось оперативное прослушивание разговора в автомобиле, то ему известно о том, что от Романченко А.Г. последовало устное указание РСВ о том, чтобы он положил денежные средства под пассажирское сидение. Передача денег происходила около 11.30 час., на стоянке перед Кущевским РОВД. Старшим группы, проводящим данный оперативный эксперимент был назначен М Он, МСВ, проводил видеосъемку осмотра места происшествия, как специалист. Задержание Романченко А.Г. произошло после того, как была произнесена условная фраза о том, что деньги переданы. Я в это время находился недалеко и видел происходящее. До начала осмотра места происшествия никто не имел доступа к автомобилю Романченко. Кто-либо из посторонних либо сам Романченко в машину не садились. Сам Романченко все время находился возле машины. Осмотр машины начался примерно в 12.30час., деньги нашли под передним пассажирским сидением, после чего их выложили на крышу автомобиля, при этом следователь обратил внимание понятых, что деньги он забирает и все проследовали в кабинет Романченко, чтобы продолжить осмотр. В кабинете деньги разложили на столе Романченко, при этом присутствовали все участники осмотра места происшествия и Романченко. Он, МСВ, знакомился с актом оперативного эксперимента, который составлял М где-то через час, полтора после начала осмотра места происшествия и подписывал его, после чего вернул М При производстве видеосъемки места происшествия запись несколько раз приостанавливалась для замены нового диска. Всего было использовано 4 или 5 дисков. Когда начался осмотр возле машины, где были обнаружены денежные средства, которые были выложены на крышу автомобиля, была описательная часть, потом запись была прекращена. Он, МСВ, все время находился рядом со следователем когда шли в кабинет, понятые так же находились рядом. Каким либо образом заменить денежные средства возможности не было, поскольку никто никуда не отлучался. Во время осмотра в кабинеты следователь делал смывы с рук Романченко. РСВ с письменным заявлением в ФСБ не обращался, он обратился с заявлением в следственный комитет, а со следственного комитета было направлено поручение для поверки информации. Так же РСВ писал заявление в ФСБ, на имя начальника управления о том, что он дает свое добровольное согласие на проведение в отношении него управлением ФСБ оперативно-розыскных мероприятий, ограничивающих его конституционные права, а именно: на прослушивание телефонных переговоров и наблюдение с использованием специальных технических средств в местах пребывания. С протоколом осмотра места происшествия он, МСВ, знакомился, с нем все соответствовало действительности, о чем и поставил свою подпись. При производстве видеозаписи, использовалась видеокамера «Soni». По просьбе адвоката данная видеозапись просматривалась в тот же день. Были ли замечания – не помнит. Кроме того, еще раз пояснил, что два раза участвовал в пометке денежных купюр: первый раз помечались денежные средства, от которых Романченко отказался, т.е. 150 тысяч рублей, а потом сувенирная продукция. 29 июля участвовали два представителя общественности, он, МСВ, РСВ, разъяснялись права, он, МСВ, осуществлял ксерокопирование, после чего была произведена пометка денежных знаков, для чего использовался порошок и люминесцентный карандаш, образцы которых были взяты и помещены в пакет. Помеченные деньги были переданы РСВ Деньги для оперативного эксперимента были предоставлены РСВ, поскольку если бы деньги было не его, то все бы рассматривалось как провокация. 31 июля 2009г. примерно на 15 купюрах были сделаны надписи карандашом слова «взятка». Пометка денежных купюр длилась до часа, химические реактивы: порошок и образец карандаша упаковывались в отдельные пакеты. Порошок насыпали на лист бумаги, затем его сворачивали и запечатывали в конверт, так же происходило и с образцом карандаша. На конвертах точно расписывались представители общественности. Следователем составлялся протокол осмотра места происшествия, начался он с осмотра машины, а закончился в кабинете. При осмотре машины Романченко А.Г. находился все время рядом и наблюдал за происходящим. В кабинете Романченко А.Г. были разложены изъятые денежные средства, все это снималось на видеокамеру. Понятые все время находились рядом. Потом проводился осмотр компьютера, стола. Через некоторое время после начала осмотра появился адвокат. С рук Романченко А.Г. следователь делал смывы. Осматривали ли лампу до применения – не помнит. Следы люминесцентного порошка были обнаружены на деньгах, на сувенирной продукции, на руке Романченко. Осмотр места происшествия проходил часов до семи. При этом ничего необычного я не заметил. Производился ли повторно осмотр автомобиля – не помнит. Так же пояснил, что когда подошли к автомобилю Романченко, двери его были закрыты. Когда двери автомобиля открывались, то и Романченко А.Г. и понятые при этом присутствовали. Романченко А.Г. был задержан примерно в 1 метре от своего автомобиля, подбросить денежные средства в автомобиль не было никакой возможности. Деньги в автомобиле были обнаружены под передним пассажирским сидением. Кроме того, салон автомобиля просвечивался люминесцентной лампой. Не помнит, было ли что обнаружено при этом. Кроме того, в дежурной части изымался жесткий диск с компьютера в присутствии руководства и понятых, но просматривался ли он – не знаю; Свидетель ПСВ пояснил, что 31 июля 2009 года его вызвали с работы присутствовать в качестве понятого. Подъехал к Кущевскому РОВД в тот момент, когда уже произошло задержание, но деньги еще не обнаружили. Присутствовал он с другим понятым с самого начала осмотра места происшествия и никуда не отлучались. Осмотр автомашины длился около 20 минут. Во время осмотра подсудимый Романченко все время находился возле автомашины Мазда-6, которая сначала работала, двери её были закрыты, затем их открыли, из-под сидения достали деньги. Осмотр начался в обеденное время, кроме него были сотрудники и еще один понятой, им при этом разъяснялись права понятого. За время осмотра они никуда не отлучались, наблюдали за всем происходящим. По результатам осмотра места происшествия составлялся акт, который он лично читал, в нем все соответствовало действительности, о чем он и другой понятой поставили свои подписи. В ходе осмотра места происшествия проводилась видеозапись, которая иногда прерывалась для замены диска, о чем их предупреждали. Производился осмотр автомобиля Мазда-6 сероватого цвета, который открывали в присутствии его, другого понятого, а так же подсудимого. Что-либо подбросить в автомобиль не было возможности, потому как это сразу бы все заметили. Осмотр все время проходил в присутствии его и другого понятого. Из-под переднего пассажирского сидения достали три пачки денег, купюрами по одной тысяче рублей, которые затем осматривали в кабинете, были ли деньги в пакете, точно сказать не может. Когда переходили от автомобиля в кабинет, все были рядом. В осмотре кабинета Романченко представитель руководства не присутствовал, двери кабинета Романченко были блокированы, но в действиях Романченко ограничен не был, он выходил в туалет, но с охранником. В это время никакие действия не производились. Романченко с адвокатом наедине не беседовал, он не видел. Каких либо заявлений Романченко не делал. В кабинете делами смывы с рук Романченко, потому что при помощи лампы у него обнаружили какие-то крапления. Так же лампой светили изъятые деньги, при этом просвечивалось слово «взятка» на некоторых купюрах. Сувенирные экземпляры были перемешаны с настоящими купюрами, некоторые купюры были помечены, из них несколько штук светилось. Он с другим понятым переписывали номера купюр, а так же откладывали помеченные. При этом все время велась видеосъемка, которая прерывалась для замены диска, её осуществлял МСВ. Так же в дежурной части изымали жесткий диск с камеры видеонаблюдения. Протокол осмотра места происшествия читал, в нем все соответствовало действительности, о чем он поставил свою подпись. Примерно через час после начала осмотра появился адвокат, которой осматривалась люминесцентная лампа и она сказала, что с неё сыпался порошок, это он слышал со слов адвоката, сам он не видел, что порошок сыпался с лампы. После чего следователь осмотрел лампу и ничего на ней не обнаружил. Осмотр длился долго, где-то 6 часов и закончился около 18 часов. Романченко говорил, что деньги не его, но какие-либо просьбы не высказывал. Так же свидетель ПСВ полностью подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия (т.4, л.д. 79-81), где пояснял, что 31 июля 2009 года он был приглашен сотрудником ФСБ для участия в осмотре места происшествия. Осмотр места происшествия был начат около 11 часов. Осмотр был начат с автомобиля «Мазда-6» без государственных номеров, осматривали всю машину, даже багажник. В осмотре принимал участие следователь Романченко А.Г., в распоряжении которого находился данный автомобиль. На момент начала осмотра двигатель автомобиля работал. В ходе осмотра места происшествия под передним пассажирским сиденьем с правой стороны были обнаружены три пачки денег. После этого участники осмотра проследовали в кабинет Романченко А.Г. в здании ОВД на втором этаже, где был осмотрен рабочий стол Романченко, его компьютер, а так же изъятые в его машине деньги, которыми оказались банковские билеты достоинством одна тысяча рублей и сувенирные билеты по виду похожие на билеты банка России достоинством одна тысяча рублей. После осмотра кабинета участники прошли в дежурную часть ОВД, где был изъят жесткий диск с видеоаппаратуры. Где-то в середине осмотра, еще когда все находились в кабинете Романченко, появилась адвокат из г.Ростова, которая была допущена следователем к участию в осмотре места происшествия. После осмотра места происшествия следователь составил протокол осмотра, который был прочитан им (<данные изъяты>), другим понятым, адвокатом и Романченко А.Г., потом всем участникам следователем вслух, все участвующие лица подписали протокол осмотра места происшествия. В ходе осмотра места происшествия осуществлялось видеозапись. Романченко А.Г. в ходе осмотра места происшествия при нем вел себя спокойно, был подавлен, в шоковом состоянии. Он никаких заявлений относительно того, откуда появились деньги, не делал. Какого-либо давления на Романченко А.Г. ни кто не оказывал, Романченко никаких просьб не высказывал, Романченко водили в туалет, он пил воду, не просил, чтобы его накормили. На вопрос следователя - заявлял ли Романченко А.Г. или нет, о том, что производимые в отношении него действия это провокация, что деньги ему подбросили, что его незаконно удерживают, нарушают каким–либо образом его права, - ПСВ пояснил, что нет, Романченко А.Г. ничего такого не говорил. По поводу денег он говорил, что он не знает, откуда они появились. Свидетель АРН пояснил, что летом 2009 года в конце июля ему позвонила супруга Романченко А.Г. и сообщила о том, что её мужа задержали и попросила прийти по присутствовать в качестве адвоката, после чего перед обедом он пришел в следственное отделение. Одна часть помещения была закрыта. Стояли люди в черной форме. Он представился, показал удостоверение и сказал, что ему необходимо поговорить со страшим группы. На что ему сказали, что сообщат о его прибытии, после его ему сказали подождать несколько минут. Так повторилось несколько раз, но его так и не пустили, он прождал около часа. Затем ему сказали, что приехала адвокат Мойшина и его помощь не нужна; Свидетель ТАГ показал, что об обстоятельствах задержания Романченко А.Г. ему стало известно от ПЛМ из телефонной беседы. Никаких подробностей до этого он не знал. В дальнейшем он по поручению прокуратуры края запрашивал уголовное дело в отношении РСВ, а так же утверждал обвинительное заключение. С Романченко в ходе расследования дела РСВ не общался, не проверял материалы, послужившие основанием для возбуждения уголовного дела, поскольку, согласно устного распоряжения прокурора Кущевского района ЗЮА, надзор за налоговыми преступлениями в то время он осуществлял самостоятельно. Он, ТАГ, осуществлял надзор за ОВД, кроме налоговых преступлений и преступлений следственного комитета. Ему неизвестно ничего о том, что на Романченко оказывалось давление в ходе расследования уголовного дела РСВ. Об отношениях между РСВ и ЗЮА ему так же ничего не известно. З сам проверял материалы, послужившие основанием для возбуждения уголовного дела по РСВ и после интересовался им, но своего мнения при этом не высказывал. В первый день выхода из отпуска З просто поинтересовался, где находится дело РСВ. Ему известно, что от РСВ поступали заявления о передаче его дела в следственный комитет. На тот момент следственным комитетом в ст. Кущевской руководил СВ. Так же ему известно о том, что РСВ затягивал процесс ознакомления его с материалами дела в отношении него; Свидетель ЕИА показал, что 31 июля 2009 года около 11 часов находился на работе в СО, услышал крики и вышел в коридор. Окна коридора выходят на улицу перед ОВД. Увидел, что Романченко А.Г. стоял, подняв руки вверх возле автомобиля, который находился через один автомобиль от автомобиля Мазда-6, которым он управлял. Там что-то происходило, внимания он, ЕИА, не обращал. Возле автомобиля Романченко стояли сотрудники в черной форме, а так же автомобиль Газель, из которой выбегали люди, но он этого не видел. В автомобиле Мазда была открыта передняя пассажирская дверь, возле автомобиля находилось около 6-7 человек, человек в гражданской одежде садился в автомобиль, на переднее пассажирское сидение, сидел там 5 минут, видеосъемка велась с того момента, как Романченко поднял руки вверх, при этом следователя он, ЕИА, не видел, после чего Романченко повернули к автомобилю и начали его осмотр, который длился около 40 минут. РСВ он, ЕИА, не знает. Я все время находился у окна и периодически наблюдал за происходящим, никуда не отходил. От кого-то он слышал, что из автомобиля достали пакет, но что в нем было - не знает. В этот момент Романченко был рядом, были ли понятые – не знает. Когда доставали пакет, съемка велась. На крыше автомобиля так же стояла барсетка. До начала осмотра автомобиль был заведен, горели передние фары. После того, как начался осмотр автомобиля – его заглушили. Затем все присутствующие пошли в сторону дежурной части, человек с видеокамерой так же. Человек в гражданской одежде нес пакет. Потом Романченко завели в его кабинет, выставили охрану и никого не запускали. Пришел АРН, пытался зайти туда, выступить в роли защитника, его не пустили. После этого, около часа дня приехала адвокат М. из Ростова. Она попросила, чтобы вышел следователь, и с ним стала беседовать, на каком основании её не пускают, говорила, что позвонит в краевую прокуратуру и расскажет об этом, после чего её пропустили к Романченко. Позже, примерно в 16-17 часов туда зашли МТД, которая на тот момент была начальником следствия и жена Романченко. А до этого все участники выходили из кабинета и проводили повторный осмотр автомобиля. После того, как они вышли, все стали задавать вопрос, что случилось, на что он пояснили, что сами ничего не поймут. Романченко сидит там изнеможенный, тоже не понимает, что произошло. Это длилось до 21 вечера, потом он, ЕИА, ушел домой. На следующий день пришел на работу и кто-то сказал, что допрос длился до часу ночи, и что с Романченко была заключена сделка с правосудием, ему сказали, что если он не расскажет все как надо, то его задержат. Ему, ЕИА, известно, что 31 июля Романченко составлял постановление о привлечении в качестве обвиняемого РСВ и консультировался с ПЛМ по данному вопросу, так как в это время он, ЕИА, находился у неё в кабинете. Романченко знает с 1997 года, может охарактеризовать его как добросовестного и работоспособного человека. В момент допроса Романченко выходил мужчина с одеялом, но сам Романченко и понятые не выходили, однако проходил ли осмотр без понятых, сказать не может. О трудностях, с которыми столкнулся УЭА при расследовании дела РСВ, ему не известно. Так же свидетель ЕИА подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия (т.6, л.д. 254-256), где показывал, что 31 июля 2009 года, примерно в 12 часов, он находился в помещении СО при ОВД <адрес>, где ему стало известно о том, что его коллегу по работе – Романченко А.Г., подозревают в получении взятки от РСВ за якобы прекращение в отношении того уголовного дела. Выглянув в окно, он увидел, что Романченко А.Г. окружен людьми в черной форме с надписью «антитеррор». Их было 4 человека. Также рядом с ним находились двое понятых, следователь и два сотрудника ФСБ. Следователь сразу приступил к осмотру места происшествия с применением видеосъемки. ЕИА периодически выглядывал в окно, наблюдая за происходящим. Примерно через 1 час, все участники проследовали в помещение ОВД по Кущевскому району. Левое крыло здания СО, где находился кабинет Романченко А.Г. было полностью блокировано. Сначала все зашли к нему в кабинет, а примерно через 20-25 минут все вышли из него и проследовали в дежурную часть. Какие именно там происходили события, ЕИА уже знал позже. Там изымался диск с камер наружного наблюдения. Затем все вновь вернулись в кабинет, где следователь начал писать осмотр места происшествия. В это время жена Романченко А. – Виктория пыталась вызвать адвоката. Лесная не смогла, Герасименко была в процессе. Она дозвонилась до АРН и тот пришел. Его к Романченко А.Г. не впустили, не объяснив причин отказа. Ему даже не разрешили пройти к Романченко А.Г. Тогда жена Романченко А.Г. дозвонилась до адвоката из г. Ростов-наДону, которая приехала и стала требовать впустить ее к Романченко А.Г. К этому моменту времени было примерно 14-15 часов. Мужчина в черной форме пошел к следователю. Выйдя, он сказал, чтобы адвокат посидела, подождала, пока ее услуги понадобятся. Тогда адвокат стала кричать на них, сказала, что будет звонить в прокуратуру края, если ее не пустят к подзащитному. Обстановка была крайне напряженной. Спустя около 20-30 минут, адвокат все же добилась, чтобы ее впустили. После этого он, ЕИА длительное время находился у себя в кабинете, работал – готовил дело в суд. О том, какие следственные действия происходили в течение последующего времени вплоть до 20 ч. 30 мин., он сказать не может, так как никого в левое крыло не пускали. Примерно в 20 ч. 30 мин. к ним вышла адвокат Романченко А.Г. – М. и сообщила, что следователь закончил писать протокол осмотра места происшествия и теперь с ней и с Романченко А.Г. ведутся переговоры по поводу того, что Романченко А.Г. должен дать признательные показания и тогда его не повезут в СИЗО. Жена Романченко А. и адвокат отошли в сторону и обсуждали данный вопрос. К ним подходили сотрудники ФСБ – один маленький, другой среднего роста, лысоватый. Со слов адвоката М. ему, ЕИА стало известно о том, что те предлагают как бы сделку: Романченко А. дает признательные показания и его оставляют на свободе, в противном случае его повезут в СИЗО, где он, все равно, во всем признается. Затем на пять минут к Романченко А. пустили его жену и МТД Когда они от него вернулись, то сказали, что следователь тоже настаивает на даче признательных показаний, говорил, что заключит с Романченко А. сделку с правосудием и тогда его не посадят, что в его интересах не уехать сегодня (31.07.09 г.) в СИЗО. Также со слов жены Романченко, а также МТД и М., ему, ЕИА стало известно о том, что Романченко А.Г. вообще замкнут, молчит, как бы не понимает, что вокруг происходит, произошедшее никак не комментирует, истощен. К моменту допроса он уже практически был задержан в течение 9 часов. Кроме того, со слов адвоката и жены Романченко А.Г., не смотря на такое состояние, сотрудники ФСБ и следователь давили, угрожали арестом и пребыванием в ИВС, требовали дать нужные следствию показания. Под давлением ФСБ и следователя, обсудив этот вопрос с присутствующими и с их руководителем, жена Романченко А.Г. пришла к выводу, что в целях личной безопасности ее мужа, ему лучше дать показания, признав факт мошенничества, так как о взятке и речи не могло идти, так как с ее слов им было известно, что Романченко А.Г. готовился к окончанию дела в отношении РСВ с направлением его в суд. Такое решение было связано еще и с тем, что Романченко Виктория сама работала следователем и знала, что в ИВС в отношении ее мужа могут быть применены методы нетрадиционного допроса, что может сказаться на его здоровье, кроме того, она понимала, что, находясь на свободе, ее мужу будет легче бороться с беззаконием, совершенным в отношении него. Примерно в 20 ч. 40 мин. следователь начал допрашивать Романченко А.Г. Примерно в 21ч., он, ЕИА ушел домой. На следующий день ему от коллег стало известно, что допрос Романченко А. закончился в 2 часа ночи и его не задержали. Кроме того, от ПЛМ ему стало известно о том, что Романченко А.Г. 31 июля 2009 года приносил ей для согласования постановление о привлечении РСВ в качестве обвиняемого и обсуждал с ней иные вопросы по данному уголовному делу, в частности, что планирует окончить дело направлением его в суд в первых числах августа. Свидетель РЕВ пояснила, что в июле 2009 года находилась в отпуске. 31 июля 2009 года ей позвонили с работы и сообщили, что Романченко А.Г. подозревается в получении взятки. Она подумала, что это недоразумение, поэтому решила съездить на работу и узнать что произошло. Около 18 часов она приехала на работу. Левое крыло следственного отдела было блокировано людьми в черной форме. Она прошла в правое крыло и зашла в кабинет, в котором находились МТД, Романченко Вика, адвокат М.. От супруги Романченко ей стало известно, что Романченко долго находился в кабинете, к нему не пускали адвоката, пустили только вечером. Когда она, РЕВ пришла, то защитник общалась с Романченко и пояснила, что он находится в подавленном состоянии. Затем к нему пустили МТД и супругу. От супруги Романченко ей стало известно, что Романченко предложили признать вину, иначе его поместят в следственный изолятор. Около двух часов ночи закончился допрос. От супруги Романченко и адвоката ей стало известно, что Романченко пришлось признать вину по поводу мошеннических действий. Когда Романченко вышел из кабинета, он был расстроен, так же ей было известно, что в производстве Романченко находилось дело РСВ, и 31 числа он собирался предъявлять обвинение РСВ и в дальнейшем направить его в суд, прекращать дело он не собирался. Романченко знает с 2006 года, может охарактеризовать его как дисциплинированного, ответственного, опытного работника. О применении люминесцентной лампы в тот вечер, 31.07.2009г. ей ничего не известно; Свидетель СЕА показала, что осуществляла защиту РСВ 31 июля 2009 года они были приглашены к следователю на два часа. Примерно перед обедом ей позвонил РСВ и сказал, что он дал взятку. Я спросила, нужна ли её помощь, на что он ответил, что нет. По делу РСВ примерно 2 раза она участвовали в его допросах, так же были Д., вину РСВ признавал и они собирались подавать ходатайство о прекращении дела ввиду деятельного раскаяния, но с Романченко перспективы дела не обсуждали. Следователя УЭА знает, он сидел с Романченко в одном кабинете. В отношении РСВ дело приостанавливалось из-за болезни. Адвокатом работает с 2008 года. Романченко до этого не знала. Свидетель СЕА полностью подтвердила показания, данные ею в ходе предварительного следствия (т.1, л.д. 188-189), где показывала, что в период с 24 июня 2009 года по середину сентября 2009 года она по соглашению осуществляла защиту РСВ, в отношении которого следователем Романченко А.Г. в мае 2009 года было возбуждено уголовное дело по ст. 199.2 УК РФ. Она участвовала в допросе в качестве подозреваемого РСВ в конце июня 2009 года, допрос проводил следователь Романченко А.Г. На допросе РСВ отказался от дачи показаний. Встреч у неё с Романченко А.Г. с участием РСВ без проведения следственных действий не было. У РСВ была позиция, что его необоснованно привлекают к уголовной ответственности. РСВ высказывал желание провести финансовую экспертизу. Она высказывала мнение РСВ о том, что по делу можно подать ходатайство о прекращении уголовного дела за деятельным раскаянием, но РСВ выслушав её предложение, ничего в ответ не сказал. 31 июля 2009 года до 10 часов ей позвонил РСВ и сказал, что Романченко А.Г. интересуется, может ли она в этот день прийти с ним на следственные действия, какие именно, РСВ не пояснил. Она ответила РСВ, что перезвонит Романченко и уточнит время, когда она сможет участвовать в следственных действиях. Она позвонила на мобильный телефон Романченко А.Г., спросила его, приглашает ли он её и РСВ на следственные действия, тот сказал, что да, она попросила назвать время, которое бы устроило и его и её, они договорились на 14 часов. Романченко А.Г. не пояснял ей, для производства каких следственных действий он вызывает её и РСВ Она перезвонила РСВ и сказала ему, что с Романченко договорилась на 14 часов и что они встретятся в милиции. Примерно в 11 часов 20 минут ей позвонил РСВ и сказал, что он дал взятку Романченко А.Г. и его задержали. Она спросила, РСВ, как он мог это сделать, на что РСВ ответил, имея в виду Романченко А.Г.: «Он попросил, я принес». Больше с РСВ она о передачи взятки Романченко не разговаривала. При ней Романченко А.Г. говорил, что все доказательства по делу собраны, и уголовное дело будет направлено в суд. О возможности прекращения дела при ней Романченко не говорил. РСВ ей ничего не говорил о том, что он каким-либо образом добьется прекращения дела. Наоборот, по поведению РСВ было видно, что он готовится к рассмотрению дела в суде и переживает, чем может закончиться судебное разбирательство. При допросе РСВ в качестве подозреваемого, присутствовал следователь УЭА, при ней он в допрос не вмешивался, вопросов РСВ не задавал, свое мнение по поводу действий РСВ не высказывал. Романченко А.Г. вызывал её и РСВ в середине июля 2009 года, следственные действия не проводил, а предложил за болезнью РСВ приостановить производство по делу. Романченко А.Г. сказал, что ему не хватает десяти дней, чтобы закончить дело, хотя при этом он ей не пояснил, какие конкретно следственные действия он намерен провести, зачем конкретно ему эти десять дней. Романченко А.Г. сказал ей, чтобы она «сделала» больничный РСВ, на что она ответила ему, что она этим заниматься не будет, что у неё нет ни возможности, ни желание этим заниматься. Свидетель УЭА пояснил, что с 12 мая 2009 года по 02 июля 2009 г. находился в отпуске. Примерно 15 мая на сотовый телефон позвонил оперуполномоченный Павловского МРО Кроливецкий и сообщил, что у него находятся материалы проверки в отношении РСВ как руководителя СПК «Шкуринкий». При этом К. попросил оказать методическую помощь тому следователю, которому поручат проводить проверку по данному делу. В последующем позвонил Романченко А.Г. и сообщил о том, что ему поручена проверка по данному материалу. Романченко приехал к нему домой, он ознакомился с материалом и высказал мнение о том, что для возбуждения уголовного дела оснований достаточно и дал ему, Романченко, образец постановления о возбуждении уголовного дела по таким преступлениям. Позже узнал, что Романченко А.Г. возбудил уголовное дело. Из отпуска он, УЭА вышел 02 июля 2009 года. Так как его, УЭА, рабочий кабинет находится в кабинете Романченко, то узнал от него, что он намеревается закончить дело с обвинительным заключением. В разговоре с ним, УЭА, и с ПЛМ Романченко говорил о том, что на него оказывается давление со стороны прокуратуры, в частности он называл фамилию прокурора. В тот период, когда дело находилось в производстве Романченко к нему приходил РСВ Он всегда приходил с адвокатом СЕА РСВ разъяснялась диспозиция и санкция статьи, было предложено признать вину и согласиться на особый порядок, но на тот момент он отказывался от этого. 29 июля 2009 года примерно около полудня пришел РСВ без адвоката, это был единственный раз, когда он пришел без адвоката. Он зашел в кабинет, он, УЭА вышел, а потом зашел. Он, УЭА увидел, что РСВ бросил пачку денег и попытался встать и уйти. Романченко остановил его и попросил забрать деньги. РСВ забрал деньги и положил в папку. Он, УЭА несколько раз выходил и заходил, а РСВ оставался в кабинете. Дверь в кабинете была открыта. 31 июля 2009 он, УЭА сменился с наряда. Примерно в 9 часов зашел в кабинет, пришел Романченко и сообщил, что намерен предъявить обвинение РСВ спросил, чем он, УЭА собирается заниматься и попросил присутствовать при допросе РСВ в случае если ему понадобиться помощь. Он, УЭА сказал, что будет дома, и при необходимости он может позвонить, после чего уехал домой. Примерно в 10 часов 30 минут ему позвонил Романченко и попросил подъехать. Подъехал со стороны налоговой инспекции и увидел, что напротив здания ОВД слева от него, УЭА, стоял автомобиль «Мазда-6», без гос. номеров. Он стоял передней частью автомобиля к зданию ОВД. Фары автомобиля были включены, автомобиль работал. Пассажирская дверь была открыта, был ли кто в автомобиле, - не заметил, так как сразу обратил внимание на Романченко, который стоял через один автомобиль от автомобиля «Мазда» спиной к автомобилю, руки его были на крыше того автомобиля, у которого он стоял. Возле Романченко находились люди в «черном». На проезжей части стоял автомобиль сотрудника ОВД ДЛВ, а за ним микроавтобус серого цвета. Около автомобиля находились люди в гражданской одежде. Он, УЭА, зашел в кабинет, но видел, что примерно 20 минут Романченко стоял в вышеуказанном положении, никаких действий не производилось. Позже начался осмотр места происшествия. При этом присутствовали, как он, УЭА, позже узнал, следователь О, двое понятых, оперуполномоченный ФСБ Мирошников, один человек с камерой. Через время он, УЭА выглянул в окно, обратил внимание на то, что мероприятие продолжается, на крыше автомобиля находятся три пачки, похожие на деньги. Проводился осмотр автомобиля, затем все прошли в кабинет Романченко. Коридор был полностью блокирован, никого не пускали. В районе 12-13 часов прибыл адвокат АРН, но его не пропустили. Примерно в 15 часов прибыла адвокат М., её так же не пускали, но после вышел М и пропустил её. В какой то момент все из кабинета выходили в дежурную часть. Как он, УЭА, позже узнал от работников дежурной части, было произведено изъятие носителей с регистраторов камер наружного наблюдения. Позже проводился повторный осмотр автомобиля. Одеялом было накрыто лобовое стекло. В этот момент адвокат М. взяла лампу в руки и, постучав по блокноту, обратила внимание понятых на то, что с лампы сыпется люминесцентный порошок. Следователь подошел к М. и забрал лампу, но он, УЭА, видел, что один понятой подходил и обратил на это внимание. После этого все вернулись в кабинет. Примерно в 18 часов к УЭА подошел сотрудник ФСБ, который представился М и показал служебное удостоверение. Он попросил пройти с ним для беседы. Они с ним зашли в кабинет, который находился в охраняемом крыле. Примерно 30 минут он, УЭА, с ним беседовал. Он задавал ему, УЭА, вопросы относительно происшедшего, делал для себя какие-то пометки. После он, УЭА, прошел к своим коллегам. Позже ко нему подошел следователь О и попросил проследовать с ним для дачи объяснений. Объяснение он от него принимал в том же кабинете, в котором он беседовал с М. Через время супруга Романченко вместе с М. обсуждали давать или не давать показания, говорили о том, что Романченко А.Г. находится в подавленном состоянии. В районе 9 часов вечера начался допрос. М. неоднократно выходила из кабинета, говорила о том, что Романченко практически ничего не говорит, молчит, показания печатает следователь. Все крыло здания было блокировано. В районе двух часов ночи следственные действия с Романченко были окончены, Романченко вышел из кабинета ни с кем не общался и ушел домой. При нем, УЭА, ПЛМ, как исполняющей обязанности начальника СО не предлагали участвовать в осмотре места происшествия. Адвокат АРН ушел уже после того, как пришла адвокат М.. О том, что с люминесцентной лампы сыпался порошок, он, УЭА не видел, но слышал об этом от других. После того, как Романченко выставил РСВ с деньгами, Романченко говорил ему, УЭА о том, что РСВ пытается его провоцировать. Романченко может охарактеризовать только с положительной стороны. Так же пояснил, что примерно в середине июля приходил З. и в его присутствии состоялся разговор, в котором Романченко рассказывал, что его вызывал прокурор и попросил выполнить минимум следственных действий по делу РСВ и принять решение о прекращении уголовного дела. РСВ хотел, чтобы его дело проверял З, поэтому не хотел знакомиться с материалами дела. Романченко УЭА может охарактеризовать его как порядочного гражданина, честного работника правоохранительных органов, то, что он склонен к совершению преступлений это нонсенс, исполнительный порядочный законопослушный. РСВ же он, УЭА считает изворотливым, склонным к обману, непорядочный. УЭА пояснил так же, что неприязненных отношений к РСВ не испытывает, но считает, что он проявил свою непорядочность в ходе следствия, когда уклонялся от ознакомления с материалами дела. Так же пояснил, что 31 июля, когда он подошел к зданию ОВД и увидел, что Романченко стоит около машины и руки его на крыше машины, в этот момент осмотр еще проводился. Когда начался осмотр, не может сказать, в каком положении находились двери автомобиля, так же; Свидетель ПАА пояснил, что 31 июля 2009 года он заступил дежурным по ОВД. В его обязанности входило осуществление пропускного контроля. Примерно около 11 часов в ОВД пришел гр-н РСВ Он записал его в журнал, РСВ пояснил, что он идет к следователю Романченко. Примерно через полчаса из ОВД вышел Романченко, а за ним шел РСВ. Он спросил у РСВ уходит ли он, на что он ответил, что он уходит. Он сделал отметку в журнале о том, что РСВ ушел из здания ОВД. После увидел момент задержания. После того как сделал запись в журнале, увидел, что Романченко стоял возле автомобиля Мазда, который находился на стоянке возле ОВД, РСВ в это время выходил из этого же автомобиля с пассажирского переднего сиденья. Потом он, ПАА, переключил свое внимание на то, что к ОВД подъехал микроавтобус, из которого вышли люди в форме, и проследовали быстрым шагом к Романченко и произвели его задержание. Когда Романченко и РСВ выходили из здания, первым шел Романченко и говорил по телефону, а так же с РСВ, который шел за ним, у РСВ в руках была барсетка черного цвета. Когда Романченко задержали, РСВ уже вышел из автомобиля. Он видел, что Романченко в момент задержания находился недалеко от своего автомобиля. Вначале он стоял в задней части своего автомобиля и разговаривал по телефону, в последствии проследовал к передней части автомобиля со стороны водителя. РСВ же вышел из его автомобиля и проследовал мимо здания ОВД. После задержания Романченко у автомобиля находилось человек 5 в черной форме, остальные в гражданской одежде, снимали на видеокамеру. На стоянке было много машин и автомобиль Мазда был ими заставлен; Свидетель УИГ пояснила, что 31 июля 2009 года пришла на работу около 12 часов, поднялась на второй этаж в следственное отделение. От коллег узнала о том, что Романченко А.Г. подозревается в покушении на получение взятки, а, посмотрев в окно, обратила внимание на стоянку, расположенную перед зданием ОВД, и поняла, что происходит осмотр места происшествия, производилась видеосъемка. После этого прошла в свой рабочий кабинет и стала общаться с коллегами. Через некоторое время услышала, что много людей поднимается по лестнице на их этаж, после чего вышла из кабинета и увидела, что все люди проследовали в кабинет Романченко. Когда зашел последний человек, дверь закрыл сотрудник в черной форме и сказал, что заходить в кабинет и общаться с Романченко нельзя. Через некоторое время супруга Романченко дозвонилась адвокату АРН и попросила помочь. АРН пришел через несколько минут, но сотрудник в черной форме не пустил его, тогда она позвонила адвокату М., которая приехала через несколько часов. Сразу она направилась к Романченко, но её не пустили. Она стала кричать и сказала, что позвонит в прокуратуру, и её пропустили. Примерно после 16 часов все участники вышли из кабинета и спустились вниз. Она, УЭА, увидела, что происходит повторный осмотр места происшествия, при этом она услышала фразу М., которая обращалась к понятым, говоря им, чтобы они обратили внимание на то, что с лампы сыпется порошок. При этом М. стучала лампой по своему блокноту. На это один из сотрудников сказал, чтобы она не вносила дисбаланс в следственное действие и ничего подобного в протокол вноситься не будет. При этом М. акцентировала внимание на то, что пятно, обнаруженное на тыльной стороне ладони Романченко, при осмотре его рук лампой, образовалось после того, как порошок высыпался из лампы. После этого все проследовали опять на второй этаж. Примерно в 9 часов вечера М. вышла и сказала всем, что Романченко будут допрашивать, но при этом с ним торговались в том плане, что либо он дает показания и остается на свободе, либо он не дает показания и его увозят в г.Краснодар в СИЗО и там он обязательно даст показания. Как ей потом стало известно, допрос длился до двух часов ночи. После чего Романченко вышел и был молчалив и замкнут. Так же от коллег стало известно о том, что у Романченко в производстве находилось дело по линии налоговых преступлений в отношении РСВ. 31 июля года во второй половине дня Романченко намеревался предъявить обвинение РСВ. Романченко может охарактеризовать исключительно с положительной стороны. Обладает авторитетом среди коллег, является наставником, она, УЭА, с ним дружит. Так же пояснила, что она знала о том, что Романченко А.Г. возбудил уголовное дело в отношении РСВ по материалу УНП, а так же она слышала, что именно 31 июля 2009г. он во второй половине дня Романченко хотел предъявить обвинение РСВ. Насколько она знает, Романченко А.Г. не собирался прекращать уголовное дело, а наоборот хотел направить его в суд, у него, насколько она знает, даже был подготовлен проект обвинительного заключения. После того как Романченко А.Г. вышел после допроса ночью, он ни на что не жаловался, молчал, был подавлен и даже вообще не смотрел на людей; Так же свидетель УИГ полностью подтвердила показания, данные в ходе предварительного следствия (т. 6, л.д. 223), где показывала, что в июле 2009г. она находилась в декретном отпуске по уходу за ребенком. Однако, по причине того, что ребенку должно было исполнится 2 года, и она хотела уже выйти на работу, 31 июля 2009г. она пришла на работу, чтобы позвонить в ГСУ и узнать процедуру выхода из декрета. Она пришла на работу около 12 часов. Когда она зашла в помещение следственного отдела, то от коллег узнала, что старшего следователя Романченко А.Г. подозревают в покушении на получение взятки. Далее поднявшись по лестнице в коридоре в окно, которое выходит на ул. Советскую, она увидела, что на улице, на стоянке транспорта УВД стоит Романченко А.Г., который держал руки на капоте автомобиля Мазда, на котором ездил судья ЛАА Около Романченко А.Г. находились люди в черной форме с надписями на спинах «Антитерор». Она поняла, что проводится осмотр места происшествия, так как там использовалась видеокамера. Далее она прошла к себе в кабинет, где работала, и изредка выглядывала в окно и видела, что осмотр продолжался, но детали пояснить не может. Далее примерно через 1 час она видела, что все участники осмотра и сам Романченко А.Г. проследовали в кабинет Романченко А.Г. Когда они зашли в кабинет, то дверь, ведущую в крыло, в котором находится кабинет Романченко А.Г., зарыли и оставили сотрудников в черной форме с надписью «Антитеррор» перед дверью. Доступ в крыло был закрыт. Она и другие следователи находились в другом крыле, а также с ними находилась и супруга Романченко А.Г. - Романченко В.А., которая на тот момент так же работала следователем в нашем отделе. Она пыталась дозвонится до различных адвокатов, чтобы пригласить их для участия в данном следственном действии, но дозвонилась только до адвоката АРН, который пришел спустя несколько минут. Он попытался войти в крыло, где находится кабинет Романченко А.Г., чтобы поучаствовать в осмотре. Однако сотрудник милиции в черной форме, который охранял вход, пояснил АРН, что он его не пустит, потому что ему не положено. Так же Романченко Виктория дозвонилась до адвоката М., которая так же спустя некоторое время прибыла и попросила, чтобы ее пропустили к Романченко. Ее сначала так же не пускал милиционер в черной форме, но спустя некоторое время он отлучился, в кабинет Романченко А.Г. и, вернувшись, пустил ее к Романченко А.Г. Затем примерно около 16 часов все участники следственного действия вместе с Романченко А.Г. и адвокатом снова направились к автомобилю, зачем она пояснить не может. Она, УИГ в это время стояла возле окна и слышала, как адвокат М. хотела акцентировать внимание понятых на то, что из лампы, которой светили для определения наличия люминесцентного порошка, сыпался порошок и что это необходимо внести в протокол. Однако какой-то оперативный работник пресек ее слова и указал ей, чтобы она не вносила дисбаланс в следственное действие и ничего подобного в протокол вноситься не будет. Судя по словам М., которая разговаривала очень громко, в автомобиле следов люминесцентного порошка установлено не было. На руках Романченко А.Г. в верхней части кисти какой-то из рук было обнаружено маленькое пятнышко порошка, которое могло образоваться, по словам М., когда при осмотре рук Романченко А.Г. потрясли указанной лампой. Затем снова все участники проследовали обратно в кабинет Романченко А.Г. Затем примерно около 21 часа вышла М. из кабинета Романченко А.Г. и пояснила, что перед Романченко А.Г. кто-то из оперативной группы, поставил условие о том, что либо он дает признательные показания сразу и его не возьмут под стражу, либо он не дает признательных показаний и его сразу увозят в СИЗО г. Краснодара, где он в любом случае даст признательные показания. Затем к нему пропустили жену и начальника СО МТД Затем они вышли, и с Романченко остался только адвокат. Затем адвокат периодически выходила и поясняла, что Романченко А.Г. замкнут, молчит, а следователь печатает сам. Допрос длился до 2- часов ночи. После чего Романченко А.Г. вышел ничего не говорил, был подавлен; Свидетель МТД показала, что с 2002 года по 2009 года работала в должности начальника СО при ОВД по Кущевскому району. Романченко А.Г. являлся её подчиненным. Уголовное дело в отношении Романченко А.Г. было возбуждено 31 июля 2009 года за взятку, в последствии было переквалифицировано на мошенничество. В производстве Романченко А.Г. находилось уголовное дело в отношении РСВ, материал этот она ему отписывала. Материал был предоставлен из ОРЧ оперуполномоченным К.. Материал сама изучала, там были все признаки состава преступления, предусмотренные ст. 199.2 УК РФ в последствии Романченко А.Г. по этой статье было возбуждено уголовное дело и находилось у него в производстве. С 1 июля 2009 года она, МТД, ушла в отпуск и в течение месяца её не было, поэтому не может сказать как шло следствие по данному делу. 31 июля 2009 года находилась в г. Краснодаре. Ей позвонила заместитель ПЛМ и сообщила о том, в СО происходит какая-то неясность, задержали Романченко А.Г., якобы ему предлагали или дали сумму денег. Она, МТД, сразу решила поехать в Кущевскую. По приезду сразу пришла в следственное отделение, это было во второй половине дня ближе к 17,18 часам вечера, точно не помнит и стала выяснять у ПЛМ об обстоятельствах. ПЛМ пояснила, что сама ничего не знает. С утра к ней приходил Романченко А.Г., принес постановление о привлечении в качестве обвиняемого, он собирался предъявить РСВ обвинение. В следствии сложилась такая практика, что следователи приносят на согласование постановление о привлечении в качестве обвиняемого. ПЛМ отложила постановление, так как был конец месяца, и она составляла отчеты, обещала его посмотреть. Затем она пояснила, что примерно в 10-11 часов она выглянула в окно и увидела, что во дворе стоит микроавтобус, а Романченко стоит возле машины, и она поняла, что его задержали. Она, МТД, находилась в следственном отделении, пока Романченко А.Г. не допросили. Вечером возник вопрос о том, задерживать Романченко или нет. Романченко А.Г. находился в своем кабинете. Она попросила у следователя пообщаться с Романченко. Её пропустили, после чего она зашла в кабинет к Романченко А.Г. и спросила у него, может ли он пояснить, что происходит. Романченко А.Г. с непонимающими взглядом смотрел на неё, и сказал, что он ничего не понимает, ничего не знает. Она, МТД, ничего от него не могла добиться и поняла, что в данный момент с человеком не о чем было общаться. Понятно, что у него было стрессовое состояние, но, тем не менее, было принято решение допросить его в этот день в качестве подозреваемого, в это время у него уже была адвокат М.. Шла речь о том, чтобы заключить сделку с правосудием. К ней, МТД, подходил оперативный работник и просил, чтобы она поговорила с Романченко и попросила его дать признательные показания, на что она ответила, что не вправе решать за Романченко, у него есть адвокат, который приехал с Ростова. Романченко допрашивали до двух часов ночи. В два часа ночи Романченко вышел из кабинета, никто не стал с ним разговаривать об этом, так как у него был нездоровый вид. После расследованием дела против РСВ занимался УЭА, который направил его в суд. С момента возбуждения уголовного дела в отношении РСВ у неё с Романченко не было никаких разговоров по этому делу, ни какие вопросы не обсуждали.. Само по себе преступление средней тяжести, никакой сложности в расследовании дела не было. Романченко не высказывал никаких предложений о прекращении уголовного дела. Романченко знает с первого дня своей работы в следствии и считает, что он один из опытных следователей, который бездумно никаких поступков не совершает. У него прекрасное воспитание, у неё никаких претензий к нему никогда не возникало. Следователи ей, МТД, так же рассказывали об инциденте с применением люминесцентной лампы. Окна следственного отделения выходят на территорию перед зданием ОВД, на которой стояла машина Романченко, которую осматривали. Осматривали её в присутствии адвоката. Несколько следователей: УЭА, УЭА и Г говорили о том, что когда начали осматривать машину, то адвокат М. попросила лампу и встряхнула её на записную книжку, а затем включила её и она, якобы, светилась, но у неё эту лампу забрали и сказали, чтобы она не вносила дисбаланс в следственные действия. А потом М. сама об этом говорила; Свидетель Г показала, что 31 июля 2009 года в 8 часов утра заступила на суточное дежурство, находилась в своем рабочем кабинете № следственного отделения. Примерно в 12 часов вышла в коридор выглянула в окно и увидела, что Романченко А.Г. стоит около машины напротив здания ОВД, он был повернут лицом к автомобилю, а рядом с ним люди в черной форме и гражданской одежде. После Романченко А.Г. проследовал со всеми людьми в свой служебный кабинет в левое крыло следственного отделения, крыло заблокировали, и следователей никого туда не пропускали. Все следователи вышли и находились в правом крыле. Позже она, Г, увидела, что все проследовали на улицу к тому автомобилю, возле которого стол Романченко А.Г., кому принадлежал этот, автомобиль не знает. После ко ней подошла следователь УЭА и они вместе наблюдали за происходящим. Она, Г, увидела, что автомобиль накрыли одеялом. В руках следователя увидела лампу. Когда Романченко привели в кабинет первоначально, она слышала о том, как говорили, чтобы пригласили адвоката. Пришел адвокат АРН его не пустили, все ждали приезда адвоката с Ростова - М.. После того, как очередной раз посмотрела в окно, увидела там адвоката, понятых, следователей, и видела, как М. просила у следователя лампу и потом она стучала по своей записной книжке и показывала всем. Она, Гнгедаш, поняла, что она просила всех посмотреть, что порошок высыпается с лампы на записную книжку. Потом все снова зашли в здание. Постоянно она не наблюдала за происходящим, так как была на дежурстве. Где-то в конце рабочего дня супруга Романченко А.Г. зашла к ней в кабинет и сказала, что поехала домой собирать мужу сумку. Её спросили для чего, на что она ответила, что Александра будут задерживать и увозить в <адрес>. Еще её, Г, известно, что М. сказала, что если Романченко даст признательные показания, то его не арестуют. Позже прибыла МТД и они с супругой Романченко заходили в нему в кабинет. О чем они говорили ей Г, не известно. В последствие она узнала от Виктории Романченко, что она убедила Романченко А.Г. дать признательные показания по факту мошенничества. Допрос Романченко А.Г. начался примерно в 21 час и длился до двух часов ночи. Мы следователи находились на работе. Когда Романченко вышел из кабинета, она видела, что он был сильно подавлен. Он ни с кем не разговаривал. Состояние его здоровья было плохое. Позже ей стало известно, что Романченко был задержан за взятку по делу РСВ. От ПЛМ ей, Г, стало известно, что Романченко приносил ей постановление о привлечении в качестве обвиняемого по делу РСВ и собирался в этот день предъявить ему обвинение. Романченко может охарактеризовать положительно, как грамотного специалиста, уравновешенного человека. После того, как Романченко отпустили, он находился в подавленном состоянии, ни с кем не желал разговаривать, вид у него был нездоровый; Свидетель КАП пояснил, что в конце июля 2009г. он проходил мимо ФСБ в ст. Павловской, где ему предложили участвовать понятым при пометке денег. Он зашел, там сидел мужчина, потом еще один пришел, Ваня его звали. Пометили при них деньги 150 тысяч купюрами по тысяче рублей, делами надписи где-то до 10 штук «взятка», деньги ксерокопировали, затем посыпали порошком. Карандаш отломили, затем упаковали, они расписались. Где-то через день, его вызвали и сказали, что денег надо больше, опять все так же пометили и доложили дубликаты денег. В качестве понятого был привлечен два раза, как ему пояснили, деньги метились для дачи взятки милиционеру. После того, как деньги пометили второй раз, их отдали РСВ. Далее свидетель КАП полностью подтвердил показания, данные им в ходе предварительного следствия (т.1, л.д. 181-183), где показывал, что 29 июля 2009г., около 8 часов, он находился на ул. Горького в ст. Павловской, где к нему подошел мужчина, представителя сотрудником ФСБ, но фамилию его он не запомнил. Вместе с ним они прошли в здание ФСБ и прошли в кабинет. Через некоторое время пришел второй незнаковый ему мужчина по имени Иван, фамилию его он не помнит, со слов следователя, его фамилия ЕИВ. Так же в кабинете находился еще один мужчина – РСВ, ранее ему не знаковый. Сотрудник ФСБ пояснил ему и ЕИВ, что они будут присутствовать при пометке денег, при этом денежные купюры помечаются для проведения мероприятий по изобличению сотрудника милиции в получении взятки. Денежные купюры, которые должны быть помечены, лежали на столе, они все были достоинством одна тысяча рублей. Купюры пересчитал сотрудник ФСБ, их было 150 штук. С данных денежных купюр были сделаны ксерокопии, а затем в акт были переписаны номера всех этих купюр. Затем на семи купюрах карандашом светлого цвета была сделана надпись «взятка», которая при простом освещении была невидима, надпись на купюрах высветилась, когда на них посветили лампой ультрафиолетового цвета. Надпись на купюрах светилась синим цветом. Все денежные купюры посыпали светлым порошком, затем посветили на них указанной лампой и порошок на купюрах в свете лампы светился синим цветом. При простом освещении порошка на купюрах не было видно. Все помеченные денежные купюры завернули в полиэтиленовый пакет белого цвета и вручили их РСВ. Сотрудник ФСБ составил акт, который прочитали и подписали он и ЕИВ Иван. Пояснил, что карандаш и образец порошка упаковали в пакеты, которые заклеили и на которых расписались он и ЕИВ. Сотрудник записал его телефон, и он ушел. 31 июля 2009г. около 8 часов ему позвонил по телефону тот самый сотрудник ФСБ и попросил прийти к нему в кабинет. Он пришел в здание ФСБ, его встретил сотрудник, который составлял акт 29 июля 2009 года и провел в кабинете, где был уже РСВ, а через несколько минут пришел ЕИВ. Сотрудник ФСБ пояснил ему и ЕИВ, что необходимо опять пометить, составить об этом акт, что потребовалась большая сумма, чем была помечена 29 июля 2009г. и что при этом будут использованы сувенирные билеты, которые похожи на денежные купюры достоинством одна тысяча рублей. Денежные купюры и сувенирные билеты были ксерокопированы, номера денежных купюр были записаны в акт. Как он понял, денежные купюры были те же самые, что и 29 июля 2009г. Сотрудник ФСБ посветил на купюры лампой ультрафиолетового цвета, на купюрах светился синим цветом порошок, а так же на нескольких купюрах высветилась надпись «взятка», нанесенная на эти купюры в его присутствии 29 июля 2009г. Затем денежные купюра и сувенирные билеты смешали и разложили на три пачки, пачки скрепили бумажной банковской лентой. Затем пачки с деньгами дополнительно посыпали белым порошком, который невидим при простом освещении, но светился синим цветом на купюрах, когда на них опять посветили ультрафиолетовой лампой. Образец порошка упаковали в конверт, на котором расписался он и ЕИВ. Три пачки помеченных и переписанных денежных средств и сувенирных билетов передали РСВ для того, чтобы он использовал их при изобличении сотрудника милиции в получении взятки. Он и ЕИВ прочитали акт, составленный сотрудником ФСБ и подписал его без замечаний, так как все в акте было изложено верно. Ознакомившись с актом пометки и передачи денежных купюр от 31 июля 2009г. может сказать, что акт подписан им, в акте все изложено верно, так, как оно было на самом деле; Свидетель О показал, что он осуществлял производство предварительного расследования по данному уголовному делу с самого начала. Заявление от РСВ о том, что в отношении него в ст. Кущевской следователем Романченко расследуется уголовное дело и для того, чтобы его прекратить он просит с него деньги, так же принимал он. Пояснил, что в протоколе принятии устного заявления о преступлении от 22 июля 2009 года в томе 1, на листах дела 19-20, заявление было составлено 22 июля 2009г. Эта же дата указана и на штампе синего цвета о регистрации данного заявления в книге учета сообщений о преступлении следственного управления следственного комитета при прокуратуре РФ по Краснодарскому краю. Дата выполнена от руки, написано 22 июля 2009 года. Протокол осмотра места происшествия по данному делу составлялся им, О, он же его и проводил. На протоколе осмотра места происшествия от 31 июля 2010г. в томе 1 на листе дела 140, дата 2010 выполнена поверх записи 2009. Однако, необходимо принимать во внимание дату 2009, так как после выполнения требований ст. 217 УПК РФ, после предъявления материалов уголовного дела для ознакомления Романченко и его защитнику, появилась дата 2010. По этому факту проводилась проверка, и принималось соответствующее решение. Во время осмотра места происшествия применялось техническое средство, видеокамера SONI и осуществлялась запись на диски MINI DV, их было 5, которые являются приложением к протоколу осмотра места происшествия, которые, полагает, находятся в камере хранения вещественных доказательств. Их предъявляли подсудимому для ознакомления, а затем они были переданы другому следователю, который оканчивал дело. При проведении следственных действий, в дежурной части ОВД по Кущевскому району изымался жесткий диск, но его запустить, с привлечением эксперта, не удалось, после чего он был упакован. Так же пояснил, что в протоколе осмотра предметов в томе 3 на листах дела 39-41 вместо даты 26 января 2009г., должна стоять дата 26 января 2010г., это просто опечатка. В постановлении о назначении судебной экспертизы в томе 5 на листах дела 36-37, во вводной части данного постановления указано, что экспертиза назначается по уголовному делу №, в то время как должен быть указан другой номер уголовного дела, а именно: №. Это является технической ошибкой, поскольку это номер уголовного дела, которое так же находилось у него в производстве. Он перепечатывал это постановление с другого, которое находилось у него в компьютере и допустил ошибку, оставил номер прежнего дела, хотя фактически экспертиза назначала по уголовному делу в отношении Романченко. И в заключении эксперта на листе дела 40, так же указано, что экспертиза проводится по уголовному делу №. Эксперт указал тот номер, который был указан в его постановлении. Он же не может знать какой номер действительно у этого дела. Эта экспертиза была приобщена к этому уголовному делу, потому что она была проведена по делу в отношении Романченко. Так же пояснил, что он все материалы ОРД приобщил к материалам дела, в том числе и диски, которые осматривали и прослушивали. Как вещественные доказательства по делу, были приобщены жесткий диск, деньги, сувенирные билеты. Все отражалось в протоколе осмотра места происшествия, снималось на видеокамеру, поэтому все это можно восстановить, просмотрев видеозапись. Все вещественные доказательства упаковывались в пакеты, на которых точно расписывались понятые. Направленная на экспертизу салфетка была смочена водой и упакована в пакет. Согласно протокола осмотра места происшествия изымалось 123 денежных купюры, в то время как согласно акта пометки денежных купюр, их было помечено 125, на что может пояснить, что он не метил денежные купюры и не вручал их, поэтому указал то количество, которое изъял. Может предположить, что кем-то была допущена ошибка при пересчете купюр. Так же пояснил, что 31 июля 2009г. были осмотрены автомобиль, кабинет, деньги, вещи, компьютер, все это относится к одному месту происшествия, границы которого были определены им. 31 июля 2009г., до начала осмотра места происшествия ему позвонили сотрудники и сообщили о происшествии, он находился в это время в ст. Кущевской в связи с тем, что в ст. Кущевской проводились мероприятия, которые в случае их реализации, требовали проведение следственных действий. Когда начался осмотр места происшествия, Романченко стоял возле своего автомобиля, спиной к нему, лицом к другим автомобилям. Он, О, подошел к нему, представился, пояснил, что будет проводиться следственное действие, разъяснил какое. Потом была начата видеозапись, были разъяснены права. Романченко участвовал в осмотре места происшествия, постоянно находился в группе участвующих. Если осматривали автомобиль, то он находился рядом с автомобилем, если переходили в кабинет, он следовал с нами. Когда начали осмотр места происшествия, двигатель машины работал, двери были закрыты, но не заперты, ключ находился в замке зажигания. Он, как следователь, вероятно открывал двери, заглушил двигатель и доставал ключ зажигания. Романченко все это наблюдал, но по поводу осмотра автомобиля никаких возражений, ходатайств, протестов со стороны Романченко не заявлялось. Все происходящее было отражено в протоколе. При описании дисков в протоколе их осмотра неверно указаны названия дисков из-за недостаточности его познаний в этой области; Свидетель ДСП показал, что он заканчивал расследование по настоящему уголовному делу. О том, что приложении к обвинительному заключению указано вещественное доказательство 123 сувенирные купюры, в то время как по материалам ОРД было помечено 125 штук пояснить ничего не может, поскольку он их не осматривал, но в наличии они имеются и при ознакомлении с материалами дела они были предоставлены. Приложенные к протоколу осмотра места происшествия пять дисков с видеозаписью с осмотра места происшествия находятся в камере вещественных доказательств следственного управления по краю. Они неоднократно были предоставлены стороне защиты для ознакомления. Никакие изменения в них не вносились. По поводу того, что том 2 уголовного дела начинается с 81 страницы пояснил, что это техническая ошибка, потому что они нумеруются с 1 по 223, восьмерка это просто техническая ошибка при использовании техники. Восьмерки не должно быть. Диски с аудиозаписью им осматривались. Следователь в соответствии с УПК РФ, самостоятельно направляет ход расследования, если возникает необходимость в проведении конкретных следственных действий, они выполняются, в связи с чем, им были приобщены в качестве вещдоков диски, салфетки со смывами и контрольный образец салфетки. Диски с осмотром с места происшествия для сохранности оставлены в камере вещественных доказательств. В любое время может их предоставить; Эксперт ЛАВ пояснил, что это им по уголовному делу проводилась химическая экспертиза. Объектом её исследования являлись порошок люминофор, салфетки со смывами. По результатам экспертизы им был сделан вывод о том, что на салфетках со смывами с правой руки Романченко имеются наслоения порошка люминофора в микро количестве. На салфетки со смывом с левой руки Романченко и на контрольном образце наслоения порошка не имеется. На титульном листе экспертизы им был указан номер уголовного дела № из постановления следователя о назначении экспертизы. К нему поступило постановление, находящееся томе №, на листах дела 36-37, и именно из него он указал номер на титульном листе проведенной им экспертизы. При проведении экспертизы номер уголовного дела, по которому она проводится, его не интересовал. Подписка, данная им, ЛАВ, по уголовному делу о даче заведомо ложного заключения, относится не к номеру дела, а к даче заключения по тем объектам, которые он получил на исследование, но в рамках определенного уголовного дела. На исследование объекты представлены в двух конвертах и в трех полимерных пакетах, с неразборчивыми подписями, а так же были приклеены листки бумаги с оттиском круглой печати для пакетов № ФСБ. В полиэтиленовом пакете находилась сухая бумажная салфетка, которая так же была им исследована, что нашло отражение в выводах экспертизы; Из протокола принятия устного заявления РВС (т.1, л.д. 19-20) видно, что 22 июля 2009г. он обратился в следственное управление следственного комитета по Краснодарскому краю о том, что следователь Романченко А.Г. за прекращение возбужденного в отношении него уголовного дела требует передать ему 300000,00 рублей; Из акта пометки и передачи денежных купюр от 29 июля 2009 г. с приложенными к нему ксерокопиями билетов Банка России (т. 1, л.д. 39-48) следует, что 29.07.2009г. в служебном кабинете отделения в ст.Павловской УФСБ России по Краснодарскому краю на ксероксе, произведено ксерокопирование денежных купюр достоинством 1000 рублей, (в количестве 150 штук) выданных гр-ну – РСВ, который пояснил, что следователь следственного отдела при ОВД по Кущевскому району Романченко А.Г. вымогает у него денежные средства в размере 300 тысяч рублей. В результате осмотра при естественном освещении с участием представителей общественности и РСВ установлено, что данная сумма складывается из купюр в количестве 150 штук, достоинством 1тыс. рублей каждая, имеющие следующие номера и серии:кб №; №; пе №. В процессе осмотра на купюрах имеющие следующие серии и номера: №; № химическим веществом нанесена метка в виде надписи «взятка» не видимая при естественном освещении. Все вышеуказанные купюры дополнительно обработаны дактилоскопическим карандашом. Вышеперечисленные купюры в количестве 150 штук, достоинством 1 тыс. рублей преданы гр-ну РСВ; Из акта пометки и передачи денежных купюр от 31 июля 2009 года, (т.1 л.д. 79-119), видно, что 31.07.2009г. в служебном кабинете отделения в ст. Павловской УФСБ России по Краснодарскому краю на ксероксе, произведено ксерокопирование денежных купюр достоинством 1000 рублей, (в количестве 150 штук) и ксерокопирование 1 листа сувенирной продукции, имеющей название «тысяча дублей», имеющей сходство с денежной купюрой достоинством 1 тысяча рублей билета Банка России (предоставленные РСВ). Вышеуказанные дубликаты в количестве 125 штук, разделены на три пачки и упакованы совместно с оригинальными купюрами достоинством 1 тысяча рублей (в количестве 150 шт.) и скреплены банковской упаковкой (с надписью «банкноты банка России, образца 1997 г., 100000 руб. 100 листов по 1000 рублей»), возвращены РСВ, который пояснил, что следователь следственного отдела при ОВД по <адрес> Романченко А.Г. вымогает у него денежные средства в размере 300 тысяч рублей. В результате осмотра, который производился в служебном кабинете отделения в ст.Павловской УФСБ России по <адрес> при естественном освещении с участием вышеперечисленных представителей общественности и РСВ установлено, что данная сумма складывается из купюр в количестве 150 штук. достоинством 1 тыс. рублей каждая, имеющие следующие номера и серии: №. В процессе осмотра на купюрах имеющие следующие серии и номера: № в ультрафиолетовых лучах лампы свечением синего цвета, высвечивается надпись "взятка", нанесенная на данных купюрах люминесцентным карандашом в ходе пометки денег 29.07.2009 г. Вышеперечисленные купюры в количестве 150 штук, достоинством 1 тыс. рублей и сувенирная продукция, с названием «тысяча дублей», имеющая сходство с денежными купюрами достоинством 1 тысяча рублей билета Банка России. Вышеуказанные дубликаты в количестве 125 штук преданы гр-ну РСВ; Из акта оперативного эксперимента (т.1 л.д. 36-38), видно, что 29 июля 2009 года перед началом оперативного эксперимента РСВ была передана денежная сумма в размере 150 тысяч рублей, предоставленная им ранее. Деньги переданы купюрами достоинством 1000 рублей в количестве 150 штук. Все денежные средства осмотрены с участием представителей общественности, пересчитаны, записаны их номера и сделаны ксерокопии. Затем купюры обработаны порошком дактилоскопическим люминесцентным «ДЛ-45», образующим свечение синего цвета в ультрафиолетовых лучах. На купюрах достоинством 1000 рублей, имеющих следующие серии и номера: № химическим веществом (люминесцентный карандаш) нанесена метка в виде надписи «взятка», невидимая при естественном освещении и светящаяся в ультрафиолетовых лучах лампы синего свечения (акт пометки и передачи денежных купюр от 29 июля 2009 года). Деньги переданы лично РСВ Согласно оперативному замыслу, 29 июля 2009 года в 10 часов 45 минут РСВ прибыл в ОВД по Кущевскому району для встречи в служебном кабинете следственного отделения при ОВД по Кущевскому району со старшим следователем Романченко А.Г.. В ходе состоявшегося разговора старший следователь Романченко А.Г. отказался от получения половины денежных средств (150 тысяч рублей) от ранее оговоренной суммы 300 тысяч рублей, при этом пояснив РСВ, что ему необходима вся сумма сразу. В течение 2-3 дней РСВ должен собрать всю требуемую сумму, передать деньги Романченко А.Г., и тогда он получит постановление о прекращении в отношении него уголовного дела. Передача всей суммы 300 тысяч рублей оговорена и намечена ориентировочно в период с 31 июля по 5 августа 2009 года. 31 июля 2009 года перед началом «оперативного эксперимента» РСВ была передана денежная сумма в размере 150 тысяч рублей, предоставленная им ранее. Деньги переданы купюрами достоинством 1000 рублей в количестве 150 штук, совместно с сувенирной продукцией, с названием «тысяча дублей» (имеющая сходство с денежными купюрами достоинством 1000 рублей Банка России) в количестве 125 штук. Денежные купюры и сувенирная продукция разделены на три пачки и скреплены банковской упаковкой (надпись «банкноты банка России, образца 1997 года, 100000 руб. 100 листов по 1000 рублей»). Все денежные купюры и сувенирная продукция осмотрены с участием представителей общественности, пересчитаны, записаны номера денежных купюр и сделаны их ксерокопии. Затем купюры и сувенирная продукция обработаны порошком дактилоскопическим люминесцентным «ДЛ-45», образующим свечение синего цвета в ультрафиолетовых лучах. На купюрах достоинством 1000 рублей, имеющих следующие серии и номера: № в ультрафиолетовых лучах лампы свечением синего цвета, высвечивается надпись "взятка", нанесенная на данных купюрах люминесцентным карандашом в ходе пометки денег 29.07.2009 г. Деньги переданы лично РСВ 31 июля 2009 г. РСВ, согласно оперативному замыслу, встретился с Романченко А.Г. повторно в ст. Кущевской для передачи вышеуказанных денежных средств. В 10 час. 35 мин. РСВ прибыл в ОВД по Кущевскому району для встречи, в служебном кабинете следственного отделения при ОВД по Кущевскому району, со старшим следователем Романченко А.Г.. В ходе встречи в служебном кабинете Романченко А.Г. поинтересовался у РСВ, собрал ли он запрашиваемую сумму, после получения положительного ответа, Романченко А.Г. предложил выйти на улицу и сесть в его автомобиль "Мазда-6", <данные изъяты>, без номерных знаков, припаркованный в непосредственной близости от здания РОВД. В состоявшейся беседе в салоне автомобиля, Романченко А.Г. указал РСВ место под передним пассажирским сиденьем, куда последний и поместил деньги. После этого Романченко А.Г. был задержан сотрудниками УФСБ России по Краснодарскому краю; Из протокола очной ставки УЭА и РСВ (т.1, л.д. 194-197), видно, что РСВ настаивает на своих показаниях о том, что УЭА присутствовал при разговорах между ним и Романченко С.В. о прекращении уголовного дважды, разговоры оба раза были в служебном кабинете Романченко и УЭА. В первый раз ему разъяснили Романченко и УЭА, какое он совершил преступление и что за это положено пять лет лишения свободы. Он сказал, что он не виновен, что было решение общего собрание и за уплату налогов полную ответственность несет «Рассвет», но чтобы не трепать друг другу нервы, он предложил Романченко и УЭА «закрыть» дело. когда он высказал предложение о прекращении дела, и спросил, что для этого надо, УЭА подсунул ему листок, на котором было написано «300». Он ответил, что столько не может. УЭА спросил его:«А сколько?» Он сказал, что может сто, каждому по пятьдесят, если нет, то передавайте дело в суд. Романченко сказал, что делов не будет, что статья серьезная, что предложенная им, РСВ, сумма, это мало и дело они передадут в суд. На этом их разговор закончился. Ему сказали, что вызовут его через неделю. Вторая встреча между ним и Романченко с участием УЭА произошла через неделю. Он сказал, что он готов к диалогу по поводу суммы денег для закрытия дела. УЭА ему подсунул лист бумаги, он на нем написал сумму «300». УЭА на это ответил ему: «Приноси». Романченко сказал, что дело закроет. На этом встреча закончилась. Третья встреча состоялась примерно через неделю после второй, в служебном кабинете Романченко. Он принес Романченко больничный лист и 150000 рублей. В присутствии УЭА он сказал, что принес сто пятьдесят тысяч рублей и достал их из папки. Романченко сказал, чтобы он, РСВ, их убрал, что когда будет полная сумма, тогда он и должен будет прийти. Он убрал деньги в папку, никому их не предавал. УЭА не согласен с показаниями РСВ и настаивает на своих показаниях о том, что встреч у них было действительно не менее трех. Во время первой встречи действительно был разговор, в ходе которого он и Романченко разъяснили РСВ в чем тот подозревается, статья, диспозиция, санкция. Действительно приданной встречи РСВ, обращаясь к Романченко, попросил что-либо сделать, прекратить дело. Он и Романченко сказали, что дело не может быть прекращено. Однако разговоров о деньгах никаких не было. Данный разговор происходил полностью в присутствии адвоката СЕА, он не может точно сказать, присутствовала ли СЕА, когда РСВ просил прекратить дело, но скорей всего присутствовала. По поводу второй встречи он ничего пояснить не может, листик РСВ он не давал. Романченко А.Г. при нем не обещал РСВ прекратить дело. Что касается третей встречи, которая состоялась за два-три дня до задержания Романченко, то в этот день в кабинете были он и Романченко, пришел РСВ. Он, УЭА, выходил несколько раз из кабинета и возвращался в него. В очередной раз, когда он зашел в кабинет, он увидел, как РСВ достал из своей папки, которая лежала на столе, пачку с деньгами и бросил деньги Романченко на стол, при этом стал говорить что-то о прекращении уголовного дела, что конкретно, он не вспомнит, при этом РСВ попытался уйти, Романченко его остановил и попросил забрать деньги. РСВ забрал деньги, положил их в папку. Дальше он, УЭА, вышел из кабинета. Романченко А.Г. в его присутствии о прекращении дела с РСВ не говорил; Из протокола осмотра места происшествия с прилагаемой к нему видеозаписью (т.1 л.д. 140-153) видно, что в автомобиле «Мазда-6» серого цвета, под переднем пассажирским сиденьем были изъяты три пачки денежных купюр, скрепленных банковскими лентами, в которых находилось 123 сувенирных билета, а так же билеты банка России в количестве ста пятидесяти штук каждая достоинством одна тысяча рублей со следующими сериями и номерами - № При этом на семи купюрах с номерами № в свете люминесцентной лампы синим цветом высвечивается надпись «взятка». Кроме того, в автомобиле «Мазда-6» были обнаружены и изъяты личные вещи Романченко А.Г., в том числе служебное удостоверение. На момент осмотра двигатель автомобиля был включен, двери автомобиля, багажник не заперт. Так же в ходе осмотра места происшествия в служебном кабинете Романченко А.Г. были изъяты объяснение РСВ, постановление о возбуждении уголовного дела № в отношении РСВ, постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока предварительного следствия по уголовному делу №№ <данные изъяты>, ордер адвоката СЕА на 1 листе, протокол допроса подозреваемого РСВ, копия паспорта РСВ; системный блок компьютера №. При этом Романченко А.Г. не делал каких-либо заявлений о том, что он не намеревался получить денежные средства от РСВ, что РСВ их ему подбросил. Так же Романченко А.Г. не делал заявлений о том, что автомобиль «Мазда-6» ему не принадлежит, наоборот, его поведение указывало, что автомобиль принадлежит ему, находится в его владении. При осмотре автомобиля участвовала представитель Романченко А.Г. адвокат М., однако Романченко А.Г. не сделал никаких заявлений, сообщений по проводимому осмотру, не поступило их и от адвоката М. о том, что в отношении Романченко А.Г. совершились провокационные действия со стороны Рабальченко и сотрудников ФСБ; Из протокола осмотра предметов и документов (т.3, л.д. 3-8), видно, что были осмотрены изъятые при осмотре места происшествия документы из материалов уголовного дела 980131 на 11 листах: постановление о возбуждении уголовного дела и принятии его к производству на двух листах от 21 мая 2009 года в отношении РСВ по признакам преступления, предусмотренного ст. 199.2 УК РФ, вынесенное и подписанное от имени старшего следователя СО при ОВД Кущевского района Краснодарского края майора юстиции Романченко А.Г.. На первом листе в правом верхнем углу имеется рукописная надпись «980131», на втором листе в низу имеется рукописная надпись «Ознакомлен РСВ» и подпись, выполненная от имени РСВ; постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока предварительного следствия по уголовному делу 980131 от 16 июля 2009 года на трех листах вынесенное и подписанное от имени старшего следователя СО при ОВД Кущевского района Краснодарского края майора юстиции Романченко А.Г. На первом листе в правом верхнем углу имеется текст: Срок предварительного следствия по уголовному делу «980131 продлеваю до 3-х месяцев 00 суток, то есть до «21» августа 2009 года» подпись от имени заместителя начальника СО при ОВД по <адрес> и дата – 16 июля 2009 г.; объяснение РСВ на одном листе, полученное старшим оперуполномоченным межрайонного оперативно-розыскного отдела НП ГУВД по Краснодарскому краю КАВ 19 мая 2009 г.; ордер адвоката СЕА в защиту интересов РСВ, дата выдачи - 24 июня 2008 г., № на одном листе; протокол допроса подозреваемго РСВ от 24 июня 2009 года, произведенный имени старшим следователем СО при ОВД Кущевского района Краснодарского края майором юстиции Романченко А.Г. с участием защитника СЕА на трех листах; копия паспорта РСВ на одном листе, при этом с одной стороны листа копия листов паспорта чсо сведениями о выдачи паспорта и сведениями о личности гражданина, с другой стороны листа копия листа паспорта со сведениями о дате и месте регистрации. С данных материалов были сделаны следователем на ксероксе копии на 11 листах, которые заверены понятыми и следователем; Из протокола осмотра системного блока компьютера с № <данные изъяты>, (т.6, л.д. 265), видно, что после включения компьютера, с использованием программного обеспечения установлено что на С<данные изъяты> В данной паке располагаются: Папка «Образцы по МПУ РСУ»; Папка «осмотра до» Папка «стат корточки» Ярлык документа «Word» то-л допроса подозреваемого РСВ; Документ «Word» запрос в ИФМС 1; Документ «Word» запрос в ИФНС 2; Документ «Word» в ООО РАССВЕТ; Документ «Word» запрос в ОСБ 1; Документ «Word» запрос в ОСБ 2; Документ «Word» запрос справок от врачей; Документ «Word» ОПИСЬ; Документ «Word» ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ; Документ «Word» повестка Д.; Документ «Word» повестка <данные изъяты> Документ «Word» подписка о невыезде; Документ «Word» поручение; Документ «Word» поручение в ОРЧ ДД.ММ.ГГГГ; Документ «Word» пост-е о возбуждении УД; Документ «Word» пост-е о привл в качестве обвин; Документ «Word» пост-е о привлеч в качестыве обвин <данные изъяты> Документ «Word» пост-е о продлении срока предварительного следствия; Документ «Word» пост-е об избрании мп; Документ «Word» прот-л допроса обвиняемого <данные изъяты> Документ «Word» прот-л допроса подозреваемого <данные изъяты> Документ «Word» прот-л допроса <данные изъяты> Документ «Word» прот-л допроса свидетеля <данные изъяты>; Документ «Word» прот-л допроса свидетеля Д. 2; Документ «Word» прот-л допроса свидетеля Д. 1; Документ «Word» прот-л ознакомления ОБВИНЯЕМОГО с делом; Документ «Word» прот-л уведомления об окончании следствия; Документ «Word» сопровод. на приостановленное; Документ «Word» сопровод. по устному запросу; Документ «Word» требование о судимости; Документ «Word» ФАБУЛА ОРЧ; Документ «Word» фабула привлечение. При открытии документов Ф1.1 из папки «стат.карточки», ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ, протокол допроса обвиняемого РСВ, протокол ознакомления ОБВИНЯЕМОГО с делом; протокол уведомления об окончании следствия установлено, что данные документы содержат сведения об уголовном деле № и о РСВ, за исключением документа протокол ознакомления ОБВИНЯЕМОГО с делом и являются проектами составляемых документов. В ходе осмотра при помощи принтера «НР» и программного обеспечения были распечатаны: список файлов содержащихся в <данные изъяты>, а также свойства документов: Ф1.1 из папки «стат.карточки», ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ, протокол допроса обвиняемого РСВ, протокол ознакомления ОБВИНЯЕМОГО с делом; протокол уведомления об окончании следствия содержащие даты создания данных документов - Ф1.1 из папки «стат.карточки», датирован 24 июля 2009, ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ датирован 24 июля 2009, протокол допроса обвиняемого РСВ датирован 27 июля 2009, протокол ознакомления ОБВИНЯЕМОГО с делом датирован 21 июля 2009, протокол уведомления об окончании следствия датирован 27 июля 2009; Системный блок компьютера, изъятый в ходе осмотра места происшествия ДД.ММ.ГГГГ, при осмотре служебного кабинета Романченко А.Г. На задней стенке блока имеется табличка с его номером, на которой указано: «S/NO: 030455109». По результатам осмотра было установлено, что в данном компьютере имеются восемнадцать текстовых файлов содержащих слово «Рыбальченко», размещенных в следующих папках локального диска компьютера: 1) файл запрос в ИФНС 2 находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 2) файл подписка о невыезде находящийся C:<данные изъяты>2 - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 3) файл поручение в ОРЧ ДД.ММ.ГГГГ находящийся C:\Documents and Settings\Alex\Рабочий стол\ДОКУМЕНТЫ\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 4) файл пост-е о возбуждении УД C:\<данные изъяты>\Рабочий стол\ДОКУМЕНТЫ\<данные изъяты>.2 - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 5) файл пост-е о привл в качестве обвин находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 6) файл пост-е о привлеч в качестыве обвин <данные изъяты> находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 7) файл пост-е об избрании мп находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 8) файл прот-л допроса обвиняемого <данные изъяты> находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 9) файл прот-л допроса свидетеля <данные изъяты> находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 10) файл прот-л допроса свидетеля <данные изъяты> находящийся C:\<данные изъяты> РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 11) файл прот-л допроса свидетеля Д. 2 находящийся C:\<данные изъяты> РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 12) файл прот-л допроса свидетеля Д. 1 находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 13) файл сопровод на приостановленное находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 14) файл сопровод по устному запросу находящийся C:<данные изъяты> РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 15) файл ФАБУЛА ОРЧ находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 16) файл фабула привлечения находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ 17) файл осмотр по налоговому находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ\осмотра до 18) файл Ф1 <данные изъяты> находящийся C:\<данные изъяты> - РСВ - ДД.ММ.ГГГГ\стат карточки,. Распечатанные документы прилагаются к протоколу осмотра из чего следует, что прекращать уголовное дело в отношении РСВ, следователь Романченко А.Г. не собирался; Из протокола осмотра предметов (т.3, л.д. 39-41), видно, что был осмотрен видеорегистратор, изъятый из дежурной части ОВД по <адрес>, просмотр информации с которого невозможен, после чего он был упакован в пакет, опечатан; Из протокола выемки от 19 июля 2010г. (т.6, л.д. 220-222), видно, что у Романченко А.Г. был изъят системный блок его рабочего компьютера с № S/NО: 030455109; Из материалов уголовного дела № в копиях, а именно: постановления о возбуждении уголовного дела от 21 мая 2009 года, на котором имеется отметка об ознакомлении с ним РСВ (т. 2 л.д. 1); протокола допроса свидетеля Д., согласно которому она была допрошена следователем Романченко А.Г. в его кабинете 24 июня 2009 года в период с 11 часов 00 минут до 11 часов 40 минут (т. 2 л.д. 339); протокола допроса свидетеля Д., согласно которому она была допрошена следователем Романченко А.Г. в его кабинете 3 июля 2009 года в период с 14 часов 35 минут до 15 часов 15 минут (т.2 л.д. 342); протокола допроса подозреваемого РСВ, согласно которому он был допрошен следователем Романченко А.Г. в его кабинете 24 июня 2009 года в период с 10 часов 30 минут до 10 часов 45 минут (т. 2 л.д. 351), видно, что в производстве следователя Романченко А.Г. находилось уголовное дело в отношении РСВ, которое он расследовал и не собирался прекращать; Из постановления о признании и приобщении вещественных доказательств (т. 4 л.д. 9, т. 5 л.д. 53) видно, что таковыми являются: объяснение РСВ, постановление о возбуждении уголовного дела № в отношении РСВ, постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока предварительного следствия по уголовному делу №№ <данные изъяты>, ордер адвоката СЕА на 1 листе, протокол допроса подозреваемого РСВ, копия паспорта РСВ; системный блок компьютера <данные изъяты>; билеты банка России в количестве ста пятидесяти штук каждая достоинством одна тысяча рублей со следующими сериями и номерами - №; три бумажные банковские ленты, изъятые в ходе осмотра места происшествия; бумажные банковские ленты и сувенирные билеты «дубли» в количестве 123 штук; салфетка со смывами с правой руки Романченко А.Г.; салфетка со смывами с левой руки Романченко А.Г.; контрольный образец салфетки; Из протокола осмотра предметов (т.3, л.д. 39-41) видно, что был осмотрен накопитель информации с видеокамеры, установленной в дежурной части Кущевского РОВД, просмотр которого оказался невозможен, после чего он был упакован в пакет, опечатан, снабжен биркой с сопроводительной надписью, заверенной подписью следователя, понятых, специалиста и представителя администрации. Диск хранится при деле; Из протокола очной ставки между К. и РСВ (т.4, л.д. 67-69) видно, что РСВ настаивает на своих показаниях о том, что К., для того, чтобы закрыть в отношении него дело по неуплате налогов, предлагал передать ему 300000,00 рублей, что полностью опровергает К.. А когда дело РСВ попало к Романченко, то Романченко ему сказал, что та сумма, которая фигурировала раньше, та и остается для того, чтобы уголовное дело в отношении него прекратили; Из постановления об уточнении сведений, указанных в протоколе следственных действий (т.4, л.д.113-114) видно, что имеющуюся в протоколе осмотра места происшествия дату после исправления на «2010», считать указанной в протоколе как «2009», а местом производства допроса подозреваемого Романченко А.Г. 31 июля 2009г., указанное в протоколе как «г. Краснодар, в помещении прокуратуры края», следует читать как «ст. Кущевская, служебный кабинет следственного отделения при ОВД по <адрес>»; Из заключения судебно-химической экспертизы (т.5, л.д.40-50), видно, что на салфетках со смывом с кисти правой руки Романченко А.Г. имеются наслоения порошка-люминофора. На салфетке со смывом с кисти левой руки Романченко А.Г. и на контрольном образце салфетки наслоений порошка-люминофора не имеется. Порошок-люминофор в наслоениях на салфетках со смывом с кисти правой руки Романченко А.Г. имеет общую родовую принадлежность с обоими образцами порошков-люминофоров. На исследование представлен образец люминесцентного порошка «ДЛ-450»; Из заключения эксперта №Э от 24.04.2010г. (т.5, л.д. 57-67), видно, что по компьютерно-техническому исследованию с использованием средств, имеющихся в распоряжении эксперта, восстановить информацию и считать её с представленного на исследование жесткого диска (HDD) «S/N»: WMAM9AZF2860» не представляется возможным; Из должностной инструкции старшего следователя Романченко А.Г. (т.1, л.д. 206) видно, что в своей деятельности он должен руководствоваться Конституцией РФ, действующей на её основе законами Российской Федерации: уголовным и уголовно-процессуальным кодексами РФ. Из заключении комиссии экспертов № от 08.06.2010г. (т.6, л.д. 32-36), следует, что Романченко А.Г. каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием или иным болезненным расстройством не страдал в момент совершения инкриминируемого ему деяния и не страдает в настоящее время. <данные изъяты> Таким образом, по своему психическому состоянию в тот период Романченко А.Г. мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В настоящее время он может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания. В применении принудительных мер медицинского характера Романченко А.Г. не нуждается. Данное заключение экспертов в той части, что Романченко А.Г. в момент совершения им преступления не страдал каким-либо расстройством психической деятельности, сомнений у суда не вызывает, поскольку на учете у врача-психиатра он не состоит, в ходе судебного следствия по делу установлено, что во время совершения преступления Романченко А.Г. действовал последовательно, целенаправленно, самостоятельно и осознанно руководил своими действиями. Кроме того, его поведение в судебном заседании адекватно происходящему, свою защиту он осуществляет обдуманно, активно, мотивировано, дает последовательные показания, поэтому у суда не возникло сомнений в его психической полноценности. Учитывая эти обстоятельства, суд приходит к выводу, что Романченко А.Г., как в момент совершения преступления, так и в настоящее время понимает характер и общественную опасность своих действий, связь между своим поведением и его результатом и осознанно руководил ими, поэтому в отношении инкриминируемого ему деяния признает его вменяемым; Доводы стороны защиты о том, что отсутствовали основания для проведения оперативно-розыскных мероприятий по делу являются безосновательными, поскольку в соответствии с ч.2 ст.7 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», такими основаниями являлись: письмо и.о. руководителя отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Краснодарскому краю от 22.07.2009г. и постановление о проведении оперативного эксперимента от 23.07.2009г. (т.1, л.д.21, 35), которые отвечают требованиям указанной статьи Закона, в то время, как указание стороной защиты на отсутствие в деле поручения о УСК по Краснодарскому краю при прокуратуре РФ от 23.07.2009г., указанное в акте оперативного эксперимента и поручение М на проведение по делу оперативно-розыскных мероприятий являются промежуточными актами и должны находиться в оперативно-розыскном деле, в связи с чем, утверждение адвоката о том, что постановление о проведении оперативного эксперимента было оформлено с нарушением действующего законодательства, не может быть признано законным; Не принимается судом и утверждение адвоката Пашкиной Т.А. в той части, что поскольку в постановлении о проведении оперативного эксперимента от 23.07.2009г. указана дата проведения оперативных мероприятий с 24 по 30 июля 2009г., то проведенные оперативно-розыскные мероприятия 31.07.2009г. находятся за рамками указанных сроков, что является нарушением действующего законодательства, поскольку как пояснил свидетель М оперативно-розыскное мероприятие, проведенное 31.07.2009г. было проведено для достижения результата, поскольку, в срок, указанный в постановлении, а именно 29.07.2009г. Романченко отказался принимать от РСВ денеги, указав, что нужна вся сумма сразу, которой у РСВ на тот момент не было и реально вручить её Романченко до 30.07.2009г. он не мог, поскольку в рамках проводимого оперативно-розыскного мероприятия, денежные средства вначале должны быть помечены. В связи с чем, данные доводы адвоката судом не могут рассматриваться как нарушение действующего законодательства; Так же не подлежат удовлетворению и доводы адвоката в той части, что при проведении оперативно-розыскных мероприятий понятым не были разъяснены их права, поскольку сведения об этом отсутствуют в акте оперативного эксперимента, где права были разъяснены только М и МСВ. Свидетель ЕИВ пояснил, что ему и другому понятому были разъяснены их права и обязанности перед началом пометки денег, где они участвовали, а о том, что РСВ не мог объяснить каким образом ему были разъяснены правила его поведения при встречах с Романченко, то суд считает, что такие правила ему не должны разъясняться. В ходе судебного разбирательства, потерпевшим РВС неоднократно пояснялось, что денежные средства с размере 150000,00 рублей для проведения оперативного эксперимента были предоставлены им лично, что подтверждается и материалами дела, в связи с чем, нет никаких противоречий в том, как считает стороны защиты, что содержание акта оперативного эксперимента противоречит другим материалам дела, поскольку в данном акте правильно указано, что после пометки денежных купюр, они были переданы РСВ, который их до этого представил для пометки. Доводы стороны защиты о том, что в акте пометки денежных купюр указано, что было помечено 10 купюр, в то время как при пересчете их оказалось только 7, не свидетельствует о том, что он содержит существенные неточности, поскольку как разъяснил допрошенный в качестве свидетеля следователь О, при пересчете денег возможна ошибка и сам он их не пересчитывал, а понятые, присутствующие при их пометке пояснили, что ими было помечено до 10 купюр; О том, что денежные купюры и сувенирные билеты были обработаны дактилоскопическим порошком при их пометке, подтвердили все лица, участвующие при этом: представители общественности КАП и ЕИВ, оперативные сотрудники М и МСВ, а так же потерпевший РСВ, о чем указано в акте оперативного эксперимента, а так же в актах пометки и передачи денежных купюр от 29.07.2009г. и 31.07.2009г., а упакованные при этом образцы дактилоскопического порошка и люминесцентного карандаша были направлены на экспертизу не в двух конвертах, как утверждает сторона защиты, а в двух конвертах и трех полимерных пакетах, как пояснил эксперт ЛАВ, в связи с чем, в данной части утверждения стороны защиты об обратном, являются надуманными; Кроме того, не принимаются судом и выводы адвоката Пашкиной Т.А. в той части, что люминесцентный порошок «ДЛ-45», которым производилась обработка денежных купюр и представленный эксперту на исследование порошок «ДЛ-450» являются совершенно различными, поскольку эксперт ЛАВ пояснил, что порошок-люминофор в наслоениях на салфетках со смывом с кисти правой руки Романченко А.Г. имеет общую родовую принадлежность с обоими образцами порошков-люминофоров, представленных ему на исследование, что свидетельствует о том, что порошки являются идентичными; Не подлежат удовлетворению и доводы адвоката о признании недопустимыми доказательствами по делу актов пометки и передачи денежных купюр от 29.07.2009г. и 31.07.2009г. по следующим основаниям: Согласно имеющихся в материалах дела документов, в том числе и постановления о проведении оперативного эксперимента от 23.07.2009г., акты пометки и передачи денежных купюр составлены лицами, уполномоченными на проведение оперативного эксперимента. Указанная в постановлении ссылка на пункт 2 ст.6 (наведение справок) и ч.6 ст.8 (разрешение на прослушивание телефона по письменному заявлению с уведомлением суда) РФ «Об оперативно-розыскной деятельности», как пояснил свидетель М является ошибочной, фактически должна быть ссылка на п. 14 ч.1 ст.6 ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности». Поскольку указанным постановлением было принято решение о проведении именно оперативного эксперимента, о чем в нем прямо указано, то на основании ошибочно указанных статей ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», данные акты пометки и передачи денежных купюр не могут быть признаны недопустимыми доказательствами по делу; Не может быть признан не допустимым доказательством по делу акт пометки и передачи денежных купюр от 31.07.2009г. и по тем основаниям, что указанного в данном акте постановления о проведении оперативного эксперимента № от 30.07.2009г. в уголовном деле нет, поскольку свидетель М, проводивший по оперативный эксперимент по делу пояснил, что данная дата была указана ошибочно, а фактически оперативный эксперимент проводился на основании постановления № от 23.07.2009г., а так же по тем основаниям, что свидетель ЕМВ в ходе судебного заседания пояснил, что 31.07.2009г. он опоздал на акт пометки и подписал то, что ему дали, поскольку таких показаний данный свидетель в судебном заседании не давал; Не может свидетельствовать о недостоверности актов пометки и передачи денежных средств такое обстоятельство, как слишком короткое время для проведения оперативного мероприятии (пометки денег) 29.07.2009г. – 25 минут и 31.07.2009г. – 15 минут, как считает сторона защиты, поскольку свидетель М в судебном заседании показал, что оба оперативных мероприятия по времени длилось до часа; Безосновательными являются и доводы стороны защиты о том, что п.6 ч.2 ст. 74 УПК РФ к иным документам, используемым в качестве доказательств, относит материалы оперативно-розыскной деятельности, которые не могут быть представлены по ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности»; Не может быть признан недопустимым доказательством по делу протокол осмотра места происшествия по следующим основаниям: Участвующих в деле в качестве понятых: ПСВ и ЦСС нельзя не признать таковыми по тому основанию, что они оказывали помощь следователю, раскладывая денежные купюры на столе. Эти действия не относятся к процессуальным, поскольку никаких правовых последствий не несут. Кроме того, все обнаруженные и изъятые в ходе осмотра места происшествия предметы понятым предъявлялись, о чем они поясняли при их допросе, вопреки утверждениям стороны защиты; Фиксация изъятых в ходе осмотра места происшествия предметов, в том числе денег была произведена не на месте их обнаружения, у автомашины, поскольку осмотр места происшествия не был окончен, а в кабинете следователя Романченко, куда все, в том числе и понятые проследовали после осмотра автомашины. Свидетели-понятые ПСВ и ЦСС при этом пояснили, что следователь, у которого у руках находились изъятые из автомашины деньги, все время находился в поле их зрения и каким либо образом заменить деньги было невозможно, в связи с чем, по указанным стороной защиты основаниям, о том, что предметы, изъятые из автомобиля, не были упакованы и опечатаны и заверены подписями следователя, понятых для последующего осмотра в здании следственного отдела, - протокол осмотра места происшествия не может быть признан недопустимым доказательством; Замечания на протокол осмотра места происшествия подписаны, в том числе, и адвокатом М., которая как пояснили свидетели Г, ПЛМ, ЕИА, как только приехала из гор. Ростова н/Д, прошла к подсудимому Романченко и участвовала в осмотре места происшествия, в связи с чем, доводы стороны защиты в той части, что осмотр места происшествия был проведен без адвоката являются необоснованными; Не обоснованными являются выводы стороны защиты в той части, что порошок на руку Романченко А.Г. мог попасть с люминесцентной лампы, поскольку данное обстоятельство ничем не подтверждается, а наличие порошка на руке Романченко А.Г. подтверждается проведенной по делу судебно-химической экспертизой, которая подтвердила тождественность порошка, обнаруженного на руке Романченко с тем, которым были обработаны денежные купюры Заявление адвоката М. о том, что с лампы сыпался порошок, является лишь её предположением, юридически никак не закрепленным, кроме показаний свидетелей ПЛМ, УЭА, ПСВ, УЭА, которые пояснили, что им стало об этом известно только со слов адвоката Мойшиной; Безосновательными являются и доводы адвоката в той части, что при осмотре кабинета следователя Романченко должен был присутствовать представитель организации, поскольку ОВД по Кущевскому району не является юридическим лицом, а входит в структуру ГУВД края, кроме того, осмотр места происшествия проводился не в связи с деятельностью юридического лица, а в связи с выполнением должностных обязанностей должностным лицом – лично следователем Романченко А.Г.; Не может быть признан недопустимым доказательством по делу протокол допроса в качестве подозреваемого Романченко А.Г., поскольку он был проведен в присутствии адвоката М., длился допрос Романченко А.Г. 4 часа 35 минут, а именно с 19-40 час. 31.07.2009г. по 00-15 час. 01.08.2009г., как указано в протоколе, который подписал Романченко А.Г. вместе с адвокатом, с чем они были согласны и не указали в замечаниях к нему о том, что фактически допрос Романченко был окончен в 2-00 часа ночи, как полагает сторона защиты. Протокол допроса в качестве подозреваемого Романченко А.Г. не может быть признан недопустимым доказательством по делу, поскольку в целом не нарушена продолжительность допроса, поскольку подсудимый Романченко А.Г., сам являясь следователем, прекрасно был осведомлен о своем праве на защиту и заявлении ходатайств в случае нарушения его прав, однако, этим не воспользовался, таким образом подтвердив, что основания для этого отсутствовали. Показания свидетелей УЭА, Г, МТД, УИГ, РЕВ, РВВ, ЕИА, ПЛМ, которые по мнению стороны защиты подтвердили, что допрос Романченко фактически длился до 2 часов ночи, не могут быть приняты судом как доказательство данного обстоятельства, поскольку они поясняли, что допрос закончился примерно в 2 часа, непосредственными участниками его они не являлись и судили о данном обстоятельстве только по тем основаниям, когда Романченко вышел из кабинета, а не когда фактически закончился его допрос, о чем они с достоверностью знать не могли. Так же материалами дела установлено, что подозреваемый Романченко А.Г. имел реальную возможность на свидание с адвокатом, в том числе и конфиденциально. Свидетель ЦСС и ПСВ полностью опровергают надуманные, не соответствующие действительности заявления Романченко А.Г. о том, что на него оказывалось давление органами следствия, что ему не позволялось общаться с адвокатом, который осуществлял его защиту. Делая ложные заявления, Романченко А.Г. тем самым косвенно свидетельствует о своей виновности, пытаясь такими средствами уйти от уголовной ответственности. Указание же Романченко А.Г. в ходе допроса его в качестве обвиняемого 18.01.2010г. на те обстоятельства, что при допросе его в качестве подозреваемого он не имел возможности отдыха и приема пищи и боялся, что он будет помещен в ИВС, где к нему будут применены недозволенные методы физического воздействия при допросе, в связи с чем, вынужден был дать такие показания, суд считает избранным им способом защиты в преступлении, в котором его обвиняют, поскольку о данных обстоятельствах до 18.01.2010г. им никому не сообщалось; Не могут быть не признаны доказательствами по делу оперативно-розыскные мероприятия, проведенные в отношении Романченко А.Г., передача их результатов следователю, вынесенное постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Романченко А.Г. и принятие его следователем к производству, поскольку данные обстоятельства установлены постановлением Октябрьского райсуда гор. Краснодара от 25.02.2010г.; К показаниям свидетелей УЭА, Г, МТД, УИГ, РЕВ, РВВ, ЕИА, ПЛМ в той части, что Романченко А.Г. не хотел прекращать уголовное дело в отношении РСВ или получить от него деньги, суд относится критически, поскольку они являются его коллегами по работе и друзьями, и, кроме того, им могло быть просто не известно о намерениях Романченко А.Г. по делу, находящемся у него в производстве в отношении РСВ Кроме того, свидетелям СЕА, Д. так же могло быть не известно о намерениях Романченко А.Г.; К показаниям свидетелей ЕИА и УЭА в той части, что они якобы видели, что перед началом осмотра автомашины Романченко А.Г., после того, как его задержали, в неё кто-то садился на сидение рядом с водительским сидением, суд так же относится критически, поскольку, не являясь участниками осмотра места происшествия, их показания не могут с достоверностью указывать на то, что данными лицами не могли быть понятые либо другие лица, участвующие в осмотре, участником которого был и сам Романченко, но который не делал по данному поводу никаких заявлений; Суд критически относится к показаниям Романченко, данным им в судебном заседании, о том, что он не причастен к преступлению, в котором его обвиняют. Они полностью опровергаются его же показаниями, которые он давал на предварительном следствии в присутствии адвоката, признавая свою вину. Версия, выдвинутая Романченко, о том, что РСВ провоцировал его, бросал деньги ему на стол, не может быть принята судом при вынесении приговора. В таком случае, Романченко в соответствии с требованиями действующего законодательства, обязан был сообщить своему руководству рапортом в письменном виде о происшедшем. Почему он этого не сделал, Романченко А.Г. пояснить суду не смог. Суд считает его показания в данной части как избранный им способ защиты, а его утверждение о том, что фактически была провокация на получение им денег со стороны РСВ – ничем не подтверждающимся; Показания потерпевшего РСВ, свидетелей М, МСВ, ЕИВ, КАП, ПАА, БЛА, Д., ЗЮА, ТАГ, ПСВ, СЕА, ЦСС, эксперта ЛАВ суд берет за основу при вынесении приговора, поскольку они логичны, не противоречивы, последовательны, полностью подтверждаются другими материалами дела. К показаниям свидетелей З., УЭА, Г, МТД, УИГ, РЕВ, РВВ, ЕИА, ПЛМ, К. суд в целом относится критически, поскольку они являются коллегами и друзьями Романченко А.Г. Таким образом, суд считает, что в ходе судебного разбирательства по делу, вина подсудимого Романченко А.Г. полностью нашла свое подтверждение в совершенном им преступлении. Суд считает необходимым действия подсудимого Романченко А.Г. квалифицировать по ч.3 ст. 30, ч.3 ст. 159 УК РФ, поскольку он совершил покушение на мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, в крупном размере, однако преступление не довел до конца по независящим от него обстоятельствам. При назначении вида наказания подсудимому Романченко А.Г., суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, которое относится к категории тяжких преступлений, посягающих против собственности, обстоятельства его совершения, личность подсудимого, который по месту жительства и месту работы характеризуется положительно, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, учитывает первое привлечение подсудимого к уголовной ответственности, наличие на иждивении одного несовершеннолетнего и одного малолетнего ребенка, его состояние здоровья, семейные обстоятельства и считает, что, исправление подсудимого Романченко А.Г. возможно только в условиях изоляции от общества. Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимого Романченко А.Г. судом не установлено. Обстоятельством, смягчающим наказание подсудимого Романченко А.Г. суд признает наличие у него на иждивении одного несовершеннолетнего и одного малолетнего ребенка. В связи с тем, что подсудимый Романченко А.Г. имеет на иждивении несовершеннолетнего и малолетнего ребенка, суд считает возможным не назначать ему дополнительные наказания в виде штрафа и ограничения свободы. Вместе с тем, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, покушение на которое подсудимый Романченко А.Г. совершил, которое является тяжким и посягает на отношения против собственности, а так же с учетом данных о личности подсудимого, который совершил корыстное преступление, суд считает необходимым в соответствии с п.3 ст. 47 УК РФ назначить ему дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах, с осуществлением функций представителя власти. На основании изложенного и руководствуясь ст. 307, 308 УПК РФ, суд П Р И Г О В О Р И Л: Признать Романченко А.Г. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, ч.3 ст. 159 УК РФ и назначить ему наказание в виде 2 (двух) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах с осуществлением функций представителя власти сроком на 3 года, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима. Меру пресечения Романченко А.Г. изменить с подписки о невыезде на заключение под стражу, взяв его под стражу в зале суда. Срок наказания Романченко А.Г. исчислять с 01.03.2011 года. Вещественные доказательства по делу: два СД-диска №ж и № - уничтожить; Объяснение РСВ, постановление о возбуждении уголовного дела № в отношении РСВ, постановление о возбуждении ходатайства о продлении срока предварительного следствия по уголовному делу №№ №, ордер адвоката СЕА на 1 листе, протокол допроса подозреваемого РСВ, копия паспорта РСВ – хранить в материалах настоящего уголовного дела; Билеты банка России в количестве ста пятидесяти штук, каждая достоинством одна тысяча рублей со следующими сериями и номерами - № три бумажные банковские ленты; сувенирные билеты «дубли» в количестве 123 штук - хранить в камере вещественных доказательств отдела по расследованию особо важных дел СУ СК по КК; Салфетку со смывами с правой руки Романченко А.Г.; салфетку со смывами с левой руки Романченко А.Г.; контрольный образец салфетки – уничтожить; Системный блок компьютера <данные изъяты> – вернуть по принадлежности Романченко А.Г. Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Краснодарский краевой суд через Кущевский райсуд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Председательствующий: Кассационным определением от 22. 06. 2011 года судебной коллегии по уголовным делам Краснодарского краевого суда приговор Кущевского районного суда от 01. 03. 2011 года в отношении Романченко А.Г. изменен: действия Романченко А.Г. со ст. ст. 30 ч. 3, 159 ч. 3 (в ред. Федерального закона РФ от 08. 12. 2008 г.) переквалифицированы на ст. ст. 30 ч. 3, 159 ч. 3 УК РФ ( в ред. Федерального закона РФ от 07. 03. 2011 года) и по этому закону ему назначено наказание в виде одного года лишения свободы без штрафа и без ограничения свободы. На основании ст. 47 ч. 3 УК РФ Романченко А.Г. назначено дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах с осуществлением функций представителя власти сроком на 3 года. Этот же приговор в части уничтожения вещественных доказательств- лазерных дисков СД № <данные изъяты>, СД № <данные изъяты>, двух салфеток со смывами рук Романченко А.Г. и одного контрольного образца салфетки- изменен: указанные вещественные доказательства определено хранить в уголовном деле. В остальной части приговор оставлен без изменения, а кассационные жалобы адвокатов без удовлетворения.