Дело № 1-32/2010
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
с. Красногорское 16 августа 2010 года
Красногорский районный суд в составе:
председательствующего судьи Белущенко М.Ю.
с участием государственного обвинителя прокурора Красногорского района Воронкова С.А.,
подсудимой Качусовой Т.П.,
защитника Писаренко В.А. представившего удостоверение № 813 и ордер № 082950 от 18.05.2010г.
при секретаре Титовой Е.В.
а также с участием потерпевшей В.А.,
представителя потерпевшей Коростелевой Л.Н. представившей удостоверение № 294 и ордер № 017053,
гражданского истца Каминской Г.Ю.
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:
Качусовой Татьяны Павловны, <данные изъяты>
обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Подсудимая Качусова Т.П. умышленно причинила смерть другому человеку при следующих обстоятельствах:
В период времени с 08 часов 00 минут по 17 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ (более точное время следствием не установлено) в производственном помещении, зарегистрированном на индивидуального предпринимателя Качусову Т.П., расположенном по адресу: <адрес>, между супругами Качусовой Т.П. и В. возникла ссора, причиной которой явились ранее сложившиеся личные неприязненные отношения между ними, в том числе связанные с предстоящим расторжением брака и дальнейшим разделом совместно нажитого имущества.
В ходе указанной ссоры у Качусовой Т.П. на почве ранее сложившихся личных неприязненных отношений к В. возник преступный умысел на убийство последнего.
В период времени с 23 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по 06 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ (более точное время следствием не установлено), Качусова Т.П. находилась у себя дома по адресу <адрес>, где в это время также находился В. Когда В. лег на диван в зале их дома отдыхать и уснул, Качусова Т.П. реализуя свой преступный умысел, осознавая общественно-опасный характер своих действий, предвидя, что в данном состоянии В. не сможет оказать ей противодействие, а также то, что в результате ее действий неизбежно наступит смерть В. и желая этого, подошла к нему и нанесла не менее <адрес> В.
Своими умышленными действиями Качусова Т.П. причинила потерпевшему В. следующие телесные повреждения:
- открытая черепно-мозговая травма в виде: рвано-ушибленной раны правой лобно-теменной области головы; многооскольчатого перелома правой лобно-височно-теменной части черепа с линейным переломом чешуи затылочной кости слева; разрыва твердой мозговой оболочки и разрушения правого полушария головного мозга, которая являлась опасной для жизни в момент причинения и согласно п. 6.1 Приказа №194н от 24 апреля 2008 года «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется как тяжкий вред здоровью.
От причиненных Качусовой Т.П. телесных повреждений наступила смерть В., в период времени с 23 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по 06 часов 00 минуть ДД.ММ.ГГГГ (более точное время следствием не установлено), в доме по адресу <адрес>.
После этого, в период времени с 23 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по 06 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ (более точное время следствием не установлено), в своей <адрес> Качусова Т.П., совершив убийство В., желая избежать уголовной ответственности за убийство, с целью сокрытия труппа, совместно со своим сыном А. завернула труп В. в покрывало и перенесла его в личный автомобиль потерпевшего, после чего по указанию Качусовой Т.П. ее сын К.А. на данном автомобиле перевез труп В. в поле, на участок местности, расположенный в 5 <данные изъяты> трассы «Красногорское – Быстрянка», где при помощи привезенных с собой лопат вырыл в земле яму, сбросил туда труп В. и сокрыл его, присыпав землей, а автомобиль убитого отогнал к реке Иша, где и оставил.
Подсудимая Качусова Т.П. вину в убийстве, то есть умышленном причинение смерти другому человеку не признала, указав, что находилась в состоянии необходимой обороны. Пояснила, что первый удар она нанесла по стоящему около дивана В. После удара В. упал, его голова оказалась на диване лицом вверх. Качусова Т.П. нанесла второй удар по голове В., которая находилась в этот момент на опоре – диване. Указывает, что именно такие пояснения давала при проведении следственного эксперимента, почему отражены иные показания, ей не известно. В дальнейшем от дачи показаний Качусова Т.П. отказалась.
В связи с имеющимися противоречиями оглашены показания подсудимой, данные на предварительном следствии и в суде.
Допрошенная ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного расследования в качестве подозреваемой (т.3 л.д.114-119) Качусова Т.П. пояснила, что прожила с В. в браке 23 года. Через год после начала совместной жизни муж стал злоупотреблять спиртным, ее избивать. Во время ссор раскидывал вещи, ломал мебель. До брака был осужден за хулиганство – беспричинно избил трех женщин на улице. Периодами, через несколько месяцев, на 2-3 дня впадал в ярость. Качусова Т.П. боялась его всю жизнь. С ДД.ММ.ГГГГ муж опять впал в ярость, уехал в <адрес>. Приехал через 2-3 суток, искал причину для ссоры. Качусовой Т.П. стало известно, что муж стал употреблять спиртное. До этого он кодировался пять раз, не пил с декабря 2005 года. Ссоры стали происходит почти каждый день по мелочам. Муж решил переехать в г.Горно-Алтайск, постоянно об этом говорил, что также являлось причиной скандалов. 3 или 4 июня 2006 года муж избил Качусову Т.П. дома на кухне. С 6 на ДД.ММ.ГГГГ В. ночевал на работе. ДД.ММ.ГГГГ, находясь на работе, В. стал требовать от Качусовой Т.П. вещи, завел разговор про Горно-Алтайск. Качусова Т.П. зашла в бухгалтерию, муж следом, стал спрашивать, где его рубашка, схватил сумку Качусовой Т.П. Она, испугавшись, что В. может порвать ее документы, тоже схватилась за сумку. В. свалил ее на пол, стал пальцем ковырять Качусовой Т.П. глаза. Все происходило в присутствии Ж., Х., Ч. Когда зашли люди, муж отскочил от нее. Качусова Т.П. вызвала милицию, но забирать мужа не стали, ей дали направление в больницу. Вместе с милиционерами они доехали до дома, она выдала мужу вещи. В. постоянно говорил про какую-то бумагу, пояснял, что если он под ней «подпишется», то возврата не будет, это его тревожило. Около 13 часов этого дня муж стал требовать от Качусовой Т.П. ключи, в детской спальне накинулся на нее и стал душить. В этот же день он сломал в конторе дверь. К трем часам ему надо было в г.Горно-Алтайск. После отъезда он отправил Качусовой Т.П. СМС-сообщение, смысл которого сводился к тому, чтобы она жила и радовалась, так как добилась своего. Дети дома не ночевали. К 22 часам ДД.ММ.ГГГГ В. вернулся, стал придираться к ней, говорил, что надо переезжать в г.Горно-Алтайск. Качусова Т.П. стала возражать, на что В. угрожал ей, говорил, что она «добьется своего», он ее «пришибет», может достать карабин. Качусова Т.П. вышла на улицу, пошла в огород, муж пошел следом, они словесно перепирались. Почувствовав, что муж «звереет» она хотела уйти из дома, выйдя через гаражи. Муж погнался за ней. Она оказалась в пристройке, где оборудован детский спортзал, В. догнал ее, взял в руки гантель, сказал со злостью, что она своего «добилась» и он ее убьет. Стал замахиваться гантелью на Качусову Т.П. Она сильно испугалась, подумав, что он ее действительно убьет, пригнулась, схватила попавшуюся железку и ударила ею мужа по голове. Он пошатнулся и вроде бы стал падать. Качусова Т.П. испугалась, что за этот удар муж ее «пришибет», поскольку ранее она сопротивления мужу не оказывала. Вдогонку она ударила его еще раз. Это получилось очень быстро, почти одномоментно. После этого она хотела убежать, но увидела у мужа на голове кровь, он не дышал. Качусова Т.П. стала звонить сыну А., тот приехал, увидел отца и испугался. Принес одеяло, вместе они завернули труп в одеяло, обмотали скотчем. Качусова Т.П. попросила, чтобы Артем вывез труп. Сын взял лопату, вместе они загрузило тело в машину мужа и Артем его увез. Качусова Т.П. все вымыла. Несколько раз звонила сыну, беспокоясь, что сын не справиться. Вернувшись под утро Артем не сказал, куда дел тело пояснил, что машину отца отогнал на речку. Аналогичные показания отражены в протоколе явки с повинной от ДД.ММ.ГГГГ (т.3 л.д.113).
Допрошенная ДД.ММ.ГГГГ в качестве обвиняемой (т.3 л.д.186-191) Качусова Т.П. пояснила следующее. Во время ссоры днем ДД.ММ.ГГГГ муж находился в состоянии алкогольного опьянения и под воздействием психотропных веществ, на что должны были обратить внимание сотрудники милиции. После обеда он уехал в г.Горно-Алтайск. Качусова Т.П. ждала мужа на улице, боясь его возвращения. Когда В. возвратился домой, сразу стал придираться к ней. Качусова Т.П. видела, что он в нетрезвом состоянии, под воздействием психотропных веществ. В. стал варить себе пельмени, а Качусова Т.П. находилась в зале, ждала, когда муж пройдет в спальню, чтобы убежать из дома мимо него. В. стал спрашивать, точно ли она решила развестись, Качусова Т.П. подтвердила. Муж разозлился, сказал, что жить ей не даст, зашел в кочегарку и вышел оттуда с гвоздодером в руке, размахивал им угрожающе, при этом говорил, что застрелит себя и Качусову Т.П. Перед этим он зашел в зал и два раза толкнул кулаком Качусову Т.П. в правое плечо. Держа выдергу муж угрожал убийством, затем бросил выдергу на диван в зале, ушел в кухню и сел есть. Из кухни он продолжал говорить о разводе, после слов Качусовой Т.П. что решение о разводе бесповоротное, поскольку она так больше жить не может, В. выбежал из кухни с «цепторовским» кухонным ножом в руке и пошел с ним на Качусову Т.П. Она поняла, что он собирается ее убить, испугалась за свою жизнь, схватила лежавший на диване и оставленный мужем гвоздодер, вскочила и стоя нанесла гвоздодером мужу удар по голове. Как держала гвоздодер и в какую часть головы пришелся удар, она не помнит. Сколько раз ударила, также не помнит. Муж в этот момент находился возле дивана в зале и шел от входа в зал к ней. От ударов или удара В. завалился и упал на пол, причем спиной он прислонился к дивану, а сидел на полу. На полу и в изголовье дивана образовались большие потоки крови. До приезда сына она взяла труп мужа под мышки, вытащила его из дома в гараж волоком и оставила там лежать. Тряпкой вытерла кровь на линолеуме в зале, на диване, протерла стены. После приезда сына А., вместе завернули труп в одеяло. В то время, когда В. придирался к ней и угрожал, Качусова Т.П. услышала, что открылась входная дверь и кто-то заглянул в квартиру, но никто не зашел. Спустя некоторое время она узнала, что это была соседка О.А., которая слышала ссору. В последующие дни Качусова Т.П. белой краской замазала матерчатую ткань дивана в изголовье, водой отмывала кожаные части дивана. В ту же ночь затопила баню, сожгла документы мужа, какие-то тряпки и его одежду, в которой он ездил в г.Горно-Алтайск. Уточнила, что обычно муж не спал на диване, только лежал и смотрел телевизор, головой ко входу или в другую сторону.
В судебном заседании 24 апреля 2007 года (т.4 л.д.2-7) подсудимая Качусова Т.П. дала показания, аналогичные показаниям от ДД.ММ.ГГГГ, дополнив, что во время ссоры вечером ДД.ММ.ГГГГ муж угрожал ей еще и гантелью. Когда он вбежал в зал с кухонным ножом для резки хлеба в руке и пошел к ней, она поняла, что он намерен убить ее. Он подошел к ней, наклонился и выставил вперед руку с ножом, она вскочила на диван или стояла на полу, точно не помнит, защищаясь, взяла вышеупомянутый гвоздодер ударила им, пытаясь выбить нож из руки, но попала по голове. Не хотела его стукнуть, а только хотела, защищаясь, выбить нож. После чего гвоздодер выпал из рук, она больше его не брала и не размахивала им. Муж возвратился домой в 23 часу, скандал продолжался около одного часа. Разговаривали на повышенных тонах но не громко, не кричали. Ранее муж угрожал убийством – стрелял из ружья. После заключения под стражу здоровье Качусовой Т.П. ухудшилось, стали появляться видения и слуховые галлюцинации. Показания от ДД.ММ.ГГГГ давала до лечения.
В судебном заседании 29 августа 2007 года (т.5 л.д.188) Качусова Т.П. пояснила, что в момент ссоры она сидела на диване, В. подходил к ней с ножом и стал наклоняться. Она заскочила на диван, гвоздодер оказался под ее рукой, когда наносила удар гвоздодером, то стояла на полу, а не на диване.
Вина подсудимой Качусовой Т.П. подтверждается следующими доказательствами.
Потерпевшая Ш. В.И. пояснила, что о проблемах в семье брата стало известно с декабря 2005 года. В. жаловался, говорил, что жить так невыносимо, просил прописать его в Междуреченске. В мае В. приехал в Междуреченск, сказал о решении развестись с Татьяной, жаловался, что жена выкрала у него все документы, вещи, искал работу в Междуреченске. ДД.ММ.ГГГГ он возвратился в с.Красногорское, созванивались каждый день. ДД.ММ.ГГГГ В. позвонил матери М., сказал, что едет из г.Горно-Алтайска, был веселый, говорил о бизнесе. Свидетель просила ему передать, чтобы он не ходил ночевать домой, не ел пищу, приготовленную Татьяной. Примерно в 23 часа 30 минут по местному времени М. позвонила В., он сказал, что сильно хочет спать, сейчас поест и ляжет спать, находится в офисе. На следующий день с утра телефонную трубку он не брал. ДД.ММ.ГГГГ позвонила соседка, сообщила, что нашли машину В. на берегу реки. Взаимоотношения в семье Качусовых были сложные. Инициатором ссор выступала Качусова Т.П.
Свидетель Г. в судебном заседании также пояснила, что между супругами Качусовыми были частые ссоры. Встал вопрос о разводе.
Из показаний свидетеля М. от ДД.ММ.ГГГГ., оглашенных в судебном заседании в связи с ее неявкой (т. 1 л.д.99-101) следует, что впервые про ухудшение отношений с женой и сыном В. сообщил ей 31 декабря 2005 г., признался, что дело идет к разводу, жаловался, что Татьяна фактически отстранила его от дел на предприятии. До этого жалоб на семейные отношения не было. Сын с 1993 года не пил и к спиртному был равнодушен. Она приехала к ним в гости в феврале 2006 г., но Татьяна уклонялась от разговоров с ней и у нее возникли подозрения, что та с целью избежать раздела совместного имущества желает гибели В. Последний раз с сыном разговаривала ДД.ММ.ГГГГ по сотовому телефону, он сообщил, что его пригласили на 17 час. на встречу в с. <адрес> с главой местной администрации и ему предстоит решить вопрос о том, чтобы согласиться возглавить муниципальное предприятие ритуальных услуг. Потом позвонил и сообщил, что едет из <адрес>, проезжает <адрес>. Она просила его дома не ночевать и не есть приготовленную супругой пищу, потому что у них неприязненные отношения, и она опасается за его жизнь. Последний разговор у них состоялся в 23 часа 27 минут. Это время называет точно, потому что оно зафиксировано в сотовом телефоне: голос у сына неузнаваемо изменился, хотя со времени предыдущего звонка прошло всего около часа, он был какой-то заторможенный, хотел спать. Утром следующего и в другие дни телефон сына стал недоступным для связи. Из протокола допроса свидетеля от 13.09.2006г. (т.1 л.д.105-106) следует, что в зале квартиры были наклеены дорогие обои сероватого цвета с блеском, не яркие, с рисунком в виде цветка и вниз от цветков продолговатые рамочки. Обои были одинаковые на всех участках стен. Все члены семьи любили отдыхать на диване, в том числе и сын. Чаще всего они ложились на диване головой к входу в зал. Сын, когда было свободное время отдыхал лежал на диване головой в сторону входа. Она ни разу не видела, чтобы сын ложился на диване годовой в сторону окна.
Аналогичные показания были даны свидетелем М. в судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д.93-94).
В судебном заседании 23.01.2008г. (т.6 л.д. 112-114) свидетель М. пояснила, что В. отдыхал на большом диване, так как в зале стоял большой телевизор, а А. спал на полудиване. В очках он читал, клал на спинку дивана и засыпал. Конфликт с сыном А. был только из-за наркотиков, а так отношения были близкие.
Из показаний свидетеля Е., оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой (т.1 л.д. 107-109) следует, что в конце мая 2006 года к нему приехал В. и рассказал о плохих отношениях в семье, просил помочь с работой. Свидетель пообещал ему встречу с Главой сельсовета <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ около 15 часов В. приехал к зданию районной администрации на своем автомобиле «Форд», для того чтобы встретится с главой администрации по вопросу организации похоронного бюро. В. был в подавленном настроении, на лице в области глаза у него была царапина, и на вопрос пояснил, что это жена его оцарапала. После встречи с главой местной администрации В. уехал домой около 22 часов вечера. Настроение его заметно улучшилось. Спиртное В. не употреблял.
В судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д.81-82) свидетель Е. пояснял, что В. имел намерение уйти из семьи, сменить место жительства, при разводе хотел оставить бизнес себе.
Из показаний свидетеля Х., оглашенных в судебном заседании в связи в неявкой (т.1 л.д.112-114) от 20.06.2006г., следует, что она работает исполнительным директором ИП Качусова Т.П. ДД.ММ.ГГГГ она была на работе. Примерно в 12 часов она услышала шум борьбы и разговор людей, поняла, что это Качусовы разговаривают между собой. Она вышла из склада и увидела на полу в кабинете лежала Качусова Т.П., а В. сидит на ней. Рядом были Ч. и В.А.. В. отпустил жену, после чего она вызвала сотрудников милиции. Затем супруги уехали домой. Примерно в 13 часов она встретила около офиса В., нарядно одетого. Затем ей стало известно, что В. выломал замок на двери офиса. В. был в трезвом состоянии. Он собирался в г.Горно-Алтайск по поводу новой работы. 19 июня 2006 года у Качусовых должен быть развод. Больше В. она не видела. Проживает с ними по соседству. В эту ночь и вечер у них было тихо. Утром следующего дня она спросила у Качусовой, где муж, та сказала, что не знает, ночевала у матери. Из протокола дополнительного допроса свидетеля от 06.07.2006г. (т.1 л.д.115-116) следует, что живет с Качусовыми через стенку, огороды просматриваются, а дворы нет. Слышимость через стенку неплохая, все ссоры слышно. За последнее время отношения между Качусовыми становились все хуже, два-три раза в год происходили ссоры и драки. Сын А. был заметно ближе к матери. Лет 10-15 назад до образования предприятия В. злоупотреблял спиртными напитками, избивал свою супругу. Года два-три назад В. наказал сына А. за кражу денег. ДД.ММ.ГГГГ вечером свидетель находилась дома. В начале 23 часа к ней пришла Качусова Т.П., сказала, что видимо ее муж не приедет домой ночевать, возможно напьется и останется ночевать. В это время подошла И. Ира и В. ушла. Минут через 10 свидетель и И. пошли в магазин, когда возвращались, минут через 15, зашли в ограду, то мимо них проехал автомобиль. Свидетелю показалось, что это был В., о чем она сказала И.. Та ответила, что возможно они будут ссориться. Они зашли домой, затем пили чай, после этого работали на компьютере. Легла спать около 02 часов ночи. За стенкой у Качусовых все было тихо. Около 4-х часов утра встала выпить таблетку от зуба, ей показалось, что в квартире Качусовых какой-то неопределенный шум. На следующий день на вопрос свидетеля Качусова Т.П. ответила, что муж домой не приезжал, она была угнетена. В течение недели после исчезновения В. она увидела, что на крышке погреба соседей сушится часть кожаного дивана.
В судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д.82-84) свидетель Х. пояснила, что ссоры между Качусовыми видела часто. Слышимость в доме хорошая, всегда слышала, когда супруги ругались между собой, можно было разобрать голос, но не слова. В эту ночь она не слышала ссор, только в половине пятого утра слышала хождение за стенкой. Обычно в ссорах были активны оба супруга. Иногда Качусова скрывалась от мужа в сарае у Х..
В судебном заседании 10 января 2008 года (т.6 л.д. 105-109) свидетель Х. пояснила, что видела В. отдыхающим и спящим на диване в зале, головой как ко входу, так и от него. Слышимость между квартирами настолько хорошая, что в день ареста Качусовой Т.П. она слышала, как в своей комнате всхлипывала дочь К.А..
Из показаний свидетеля И. (т.1 л.д.150-151), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что ДД.ММ.ГГГГ около 22 часов 30 минут она пришла в гости к Х., чтобы напечатать документы. Вместе с Х. пошли в магазин, возвратились через 10-15 минут. Когда подошли к дому была какая-то машина. Х. сказала, что Качусовская машина проехала. Свидетель предположила, что сейчас супруги буду выяснять отношения, поскольку знала о разводе. Когда пили чай на кухне, а затем работали на компьютере, то прислушивались к происходящему в квартире Качусовых. Криков и ругани не было, хотя было слышно, что в доме Качусовых кто-то ходит. Около двух часов свидетель ушла домой.
В судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д.84-85) свидетель И. пояснила, что около часа ночи слышала хождение по комнате в квартире Качусовых. Прислушивались в связи с тем, что Х. сказала, что В. вернулся домой, если услышим шум или крики из квартиры, то пойдем к ним.
Свидетель Д. в судебном заседании пояснила, что проживает по соседству, ссор и скандалов между Качусовыми она не видела, один раз вызывала милицию по просьбе Качусовой. Участвовала при осмотре места происшествия в качестве понятой. В связи с противоречиями оглашены показания свидетеля, данные на предварительном следствии (т.1 л.д.158-160), из которых следует, что в последний месяц не раз слышала крики и ругань Качусовой, доносившуюся с их двора в адрес мужа. Его голос не слышала. Следов побоев на лице Качусовой не видела. При осмотре квартиры обои на стене в зале, на том месте где стоял диван, были свежие и их рисунок не совпадал с рисунком остальных обоев в зале.
Из показаний свидетеля Т. (т.1 л.д. 117-118), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 13 часов 10 минут в магазине «Продукты» она видела В. Из протокола дополнительного допроса свидетеля от 06.07.2006г. (т.1 л.д.119-121) следует, что она работает в ИП Качусова Т.П. около 3 лет. В последнее время ссоры между Качусовыми происходили прямо на глазах подчиненных, с произнесением прилюдно нецензурной брани, дело доходило до драк и вызова милиции, о чем свидетелю известно со слов сослуживцев. Сын А. работал на предприятии, было видно что мать его жалеет, считает ребенком, ограждает и защищает, опекает его, производил впечатление зависимого от матери, не совсем самостоятельного. Отец же хотел, чтобы он был более самостоятельным. Качусова Т.П. в разговорах искала сочувствия к ней, жаловалась на отношение мужа, сильно не откровенничала, но признавалась, что боится его.
Из показаний свидетеля Б. (т.1 л.д.120-121), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что сильных конфликтов между Качусовыми она не видела, В. спиртные напитки не употреблял, пьяным его не видела. С сыном у В. были нормальные отношения. Из протокола дополнительного допроса свидетеля от 06.07.2006г. (т.1 л.д. 122), следует, что свидетель работает у Качусовых 5-й год программистом. Между супругами Качусовыми прилюдно стала проявляться неприязнь с 2005 года. В прошлом году они вбежали в бухгалтерию, стали швырять друг в друга документы, кричать, в присутствии сотрудников. Такие ссоры бывали ежемесячно. В ряде случаев В. попрекал супругу, что она переписала предприятие на свое имя. Сын А. работал на предприятии, было видно, что он на стороне матери, хотя ссор с отцом не было. Года два-три назад со слов водителя З.1., А. украл у родителей приличную сумму денег. Отец «крупно» поговорил с сыном, наказал его. Однако Качусова сыну сочувствовала, жалела его. Последний раз видела В. 02 июня 2006 года. Он приехал из Междуреченска Кемеровской области. Супруги разговаривали в кабинете В. на повышенных тонах. Затем Качусова Т.П. жаловалась в бухгалтерии, что муж требует с нее один миллион рублей. В последнее время говорили о разводе Качусовых. Качусова Т.П. искала сочувствия в женском коллективе в своих отношениях с мужем, в пылу неоднократно говорила «чтоб он сдох», «чем бы его отравить», однако эти высказывания не воспринимались всерьез, говорила это в пылу ссоры.
В судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д.86) свидетель Б. пояснила, что со слов Качусовой Т.П. ей известно, что супруг злой, кричит без причины. Телесных повреждений на обоих не видела. Пьяным В. не видела.
Из показаний свидетеля Э. (т.1 л.д.133-134), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой, следует, что с 2001 года он работает водителем у ИП Качусовой. Между супругами Качусовыми периодически возникали ссоры по поводу ведения бизнеса – примерно один раз в полугодие. Примерно в конце мая 2006 года произошел очередной конфликт и Качусова Т.П. подала на развод. Из разговора с В. свидетель понял, что он все оставляет супруге и сыну, кроме автомобиля «Форд». Спиртное В. употреблял не часто, примерно раз в три месяца, обычно после ссор с женой. Последний раз они вместе пили пиво 4-5 июня 2006 года. В. рассказывал о перспективах работы в республике Алтай. С сыном В. практически не общался после последнего конфликта, отстранились друг от друга, можно назвать даже неприязнью. При свидетеле А. высказывал неуважение к отцу, говорил, что ему и матери испортил жизнь.
Из показаний свидетеля Э.Н. (т.1 л.д.147-148), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой, следует, что работал у В. разнорабочим. Отношения с ним были не слишком хорошие. В. придирался к нему, однажды схватил молоток и кинулся за ним, замахнувшись побежал, но не ударил. Качусовы между собой не находили общего языка.
Из показаний свидетеля В.П. (т.1 л.д.152-153), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что Качусова Т.П. его родная сестра. Отношения с В. нормальные. Супруги часто ругались по пустякам, однако конфликты скрывали от окружающих. Года три назад В. стрелял в доме из ружья. Весной 2006 года Качусова Т.П. показывала ему синяки на лице слева на подбородке, закрашенные кремом, сказала, что ее избил В.. Последний раз видел В. 05 июня 2006 года, он сказал, что разводится и нашел работу в Горно-Алтайске. При свидетеле супруги стали ругаться, он пытался их успокоить. По характеру В. был обидчивый, обид не прощал, вспыльчивый, мог накричать. Татьяна тоже может вспылить, накричать, но быстро отходит.
В судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д. 88-89) свидетель В.П. пояснял, что на шее у подсудимой видел синяки. После употребления таблеток глаза у В. становились стеклянными. Качусова его всегда боялась, однако не жаловалась, переводила разговор на другую тему.
В судебном заседании 10 января 2008 года (т.6 л.д.96-98) свидетель В.П. пояснял, что ранее в семье Качусовых были напряженные отношения. Затем он бросил пить и отношения наладились. Года 3-4 назад он снова стал пить. Часто употреблял таблетки Седальгин. На охоте он употреблял спиртное, просил не говорить об этом. Качусова Т,П. часто жаловалась на супруга, показывала синяки. Драк между супругами Качусовыми он не видел, но В. был в последнее время какой-то необщительный. За три дня до исчезновения В. видел на шее у сестры синяки. Качусова боялась супруга, особенно последние два года. Качусова Т.П. по характеру спокойная, никогда не ругалась.
Из показаний свидетеля С.И. (т.1 л.д.175-176), оглашенными в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что с семьей Качусовых знаком много лет. В. не пил, о ссорах в семье они не рассказывали. Свидетель Е.В. давала аналогичные показания (т.1 л.д.177-178).
Из показаний свидетеля С. (т.1 л.д.183-185), оглашенными в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что Качусовых знает длительное время. С 1994 года они стали жить дружнее. Свидетель не видела В. пьяным, на Качусовой не видела следов побоев, хотя она жаловалась, что В. психически неуравновешенный. В последний год Татьяна стала высказывать недовольство семейной жизнью, весной говорила о разводе, о ссорах и драках, искала сочувствия.
Свидетель К.А. от дачи показаний отказался, воспользовавшись ст.51 Конституции РФ. В судебном заседании были оглашены его показания от 21.06.2006г. (т.3 л.д.105-106) из которых следует, ДД.ММ.ГГГГ утром он видел отца в конторе. Затем уехал в с.Березовка ставить памятники. Вечером ему позвонила мама и сказала, что будет ночевать у бабушки. Раньше между родителями были скандалы, она его боялась. Ночью он приехал к бабушке и ночевал у нее. 10 июня 2006 года ему сообщили о найденном на берегу автомобиле отца. Пил отец редко, в ссоры родителей он не встревал, при нем сильно не ругались. Из протокол явки с повинной К.А.. от ДД.ММ.ГГГГ следует, что он сообщил о предпринятых им мерах по укрывательству следов преступления – убийства В., совершенного его матерью обвиняемой Качусовой Т.П.(т.3 л.д.74).
При даче показаний 30.06.2006г. (т.1 л.д.141-142), К.А. пояснил, что родители жили не очень хорошо. У отца странный характер, периодами он становился невыносимым, вел себя по отношению к матери, а также к работникам на предприятии, жестоко. По отношению к матери доходило до рукоприкладства. Один раз он пытался затушить сигарету о глаз матери. Подобные приступы ярости происходили с ним через каждые 3-5 месяцев. Мог ломать мебель, материть работников, не разговаривал с детьми. Был случай, когда угрожал карабином. Зачинщиком скандалов был отец, мать никогда не начинала первой, пыталась помириться с ним, успокоить его. Отец пил очень много таблеток. Примерно с 25 мая 2006 года он впал в ярость. В один из дней с 1 по 7 июня 2006 года он душил мать дома, потом вызвал милицию и стал требовать, чтобы с него сняли побои. Затем, в офисе он также душил мать, вновь вызывали милицию. ДД.ММ.ГГГГ около 23 часов он находился в центре с.Красногорское. На мобильный телефон ему позвонила мать и сказала, чтобы он приезжал домой. Голос у нее был взволнованный. Он сразу поехал домой. Мать была в ограде дома, ее трясло, вся заплаканная, ничего не могла связно сказать. Затем пояснила, что отец, приехав домой, поскандалил с ней и дело дошло до драки. Мать пыталась уйти, забежала в тренажерный зал, он забежал за ней. Там он схватил гантель, которая лежала около входа, и стал замахиваться на нее. При этом он сказал, что убьет ее. Мать рассказала, что когда он стал опускать гантель, она увернулась и в этот момент ей под руку попалась выдерга. Она ударила отца выдергой, сделав это не специально, а машинально от испуга. Мать сказала, что ударила один или два раза. Свидетель испугался, был в шоке. Потом взял на веранде одеяло и понес его в тренажерный зал. Труп отца он с матерью завернули в одеяло, обмотали скотчем, загрузили его в отцовскую машину в багажник. Свидетель взял две лопаты – штыковую и совковую. Поехал в сторону <адрес>, проехал его. Перед <адрес> свернул вправо, на полевую дорогу, ехал по ней, увидел пустое поле и решил закопать труп там. Было темно. Он выгрузил труп, протащил метров 12 от дороги и стал копать яму. Выкопал примерно метр глубиной и положил туда отца, затем закопал. Машину отогнал на р.Иша и оставил там, чтобы отца не искали дома. Домой вернулся пешком. Мать уже все убрала. Потом они вместе пошли ночевать к бабушке. Пока ездил с трупом, мать звонила несколько раз, говорила, что боится одна.
03 июля 2006 года свидетелем даны дополнительные показания (т.3 л.д.107-108), что мать звонила ему где-то между 23 и половиной первого ночи. Он в это время находился в баре <данные изъяты>. Домой приехал сразу. Мать была в ограде, плакала минут 30, ничего не говорила, была возбуждена, ее трясло. Пояснила, что отец вначале ругался, потом дело дошло до драки. Мать сказала, что отец в тренажерном зале. Света не было. Он надел на голову отца пакет, завернул в одеяло, обмотал скотчем, затем завернул в полиэтилен. Вместе с матерью погрузил тело отца в его «Форд», взял две лопаты, поскольку ранее копал могилы и знает, что для этого необходимо именно две лопаты. После захоронения полиэтилен забрал, завернул в него камень и выбросил в реку в районе пионерского лагеря. До захоронения с тела отца сорвал крестик и цепь, чтобы его не опознали, однако крестик возможно выпал из кармана в могилу, когда он закапывал труп, поэтому оказался на трупе.
В судебном заседании 10.01.2008г. К.А. (т.6 л.д. 92-96) пояснил, что последние два года отец вел себя нехорошо по отношению к матери, была ругань без причины, бил, ревновал, при свидетеле затушил сигарету о глаз матери. Обычные вопросы по ведению бизнеса разрешались ссорами и скандалами. Отец мог сорваться, бить, душить. Жестко избивал раз в полгода. Последний сильный конфликт между родителями был за месяц до случившегося. Во время ссор мать в основном молчала. После того, как закопал отца, он приехал к другу П., сказал, что надо автомобиль отогнать на мост. П. ни о чем не спрашивал. Свидетель ехал на автомобиле «Форд», П. на автомобиле «Мазда». До этого свидетель приехал домой, потом снова уехал к РДК и оставил там свой автомобиль «Мазда». Затем вернулся домой и на автомобиле «Форд» вывез труп отца. Видел кровь в зале на полу в небольшом количестве. Когда зашел домой, то мать махала тряпкой, как сумасшедшая. Брызги крови на предметах образовались от тряпки. Мать кричала, рвала на себе волосы, он пытался ее успокоить. До гибели его взаимоотношения с отцом были хорошие.
Свидетель К.А. в судебном заседании пояснила, что отец часто употреблял таблетки, после чего психовал. Дома часто кричал, бил маму, тушил сигарету. Однажды после скандала с мамой отец стрелял из ружья. В связи с противоречиями в показания свидетеля, оглашены ее показания на предварительном следствии (т.1 л.д.171-174), где она пояснила, что в июне как-то вечером на закате ее мать сказала, чтобы она шла ночевать к бабушке. В это время к дому подъезжал отец. Наверное мама боялась, что папа будет с ней ссориться и ей перепадет. Она испугалась и убежала к бабушке, прожила там неделю. Больше папу не видела. Папа с мамой часто ссорились, ей было жалко маму, потому что папа более сильный, но мама папу не сильно боялась, так средне. Однажды она видела у мамы на руке несколько синяков, и на лице кажется был виден маленький синяк. Мама сказала, что это папа сорвал с нее золотую цепочку и хлестал ее. При ней папа с мамой ругались один раз, он кинул в маму чашку с кофе, но промазал. Ее папа не бил, мог только накричать, мама никогда не кричала. Папа приходил домой пьяный, но не шатался, от него просто пахло спиртом. Когда они с матерью поругаются на работе, папа прибегал домой расстроенным, сразу ложился на диван и включал телевизор, был при этом молчалив. С ней он разговаривал нормально. Папа по характеру психованный, мог на всех накричать.
В судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д.89-91) К.А. поясняла, что папа употреблял алкоголь. На кожаном диване в зале он не спал, только смотрел телевизор. Часто употреблял таблетки, после которых вел себя агрессивно. Угрожал маме, бил ее, мама боялась папу. Во время ссоры мог кинут что-нибудь и в нее, мог накричать без причины. Она отца сильно боялась. Папа ругал А. если у него что-то не получалось. А. молчал, часто заступался за маму.
В судебном заседании 10 января 2008 года (т.6 л.д.102-104) К.А. пояснила, что папа бил маму, ее не обижал, только игнорировал, когда ссорился с мамой. Придирался к маме по каждой мелочи. Один раз он сильно избил маму, а затем кинул кружку с горячим кофе в нее и маму. Мама его сильно боялась. Папа был изверг. Он стал всегда только в спальне, так как в зале спал А. Телевизор, лежа на диване в зале, он также не смотрел. С А. у папы были нормальные отношения, он ссорился только с мамой, когда она отказывалась купить ему новую машину.
Из показаний свидетеля С.Г.., (т.3 л.д.239-241) данных им на предварительном следствии и оглашенных в связи с неявкой, следует,, что 10 июня 2006 г. в ОВД Красногорского района обратилась Качусова Т.П., которая попросила дать ей сотрудника ГИБДД, чтобы пригнать оставленную мужем В. на берегу реки машину, где она стоит уже несколько дней, местопребывание супруга ей неизвестно. В связи, с чем от нее было принято заявление – протокол о пропавшем без вести В. Качусова Т.П. высказала уверенность, что муж жив и здоров, просто загулял. При осмотре машины, несмотря на предупреждение не прикасаться ни к чему внутри салона автомобиля, Качусова Т.П. вопреки этому ладонью руки протерла рулевое колесо, в связи с чем ей было сделано замечание.
Из показаний свидетеля О.А., данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании (т.3 л.д.192-194) следует, что Качусовы оба с характером, друг-другу не уступали, но В. сильнее и доставалось Татьяне. Слышала о частых ссорах в семье, очевидцем не была. Однажды в начале июня 6,7 или 8, после 23 часов или в начале 24 часа она зашла во двор к Качусовым и позвонила в дверь. На звонок услышала крик и подумала, что ее приглашают войти, зашла в квартиру, в коридор. Увидела, что в коридоре возле входа в зал спиной к ней стоит В. При этом услышала его голос и голос Татьяны, очевидно она была в зале. Они кричали друг на друга, ругались. В. крикнул «замолчи» и замахнулся рукой, в руке у него было что-то увесистое, небольшое, но это явно не были нож, палка или топор, а что-то другие типа гантели. Свидетель выбежала из дома.
В судебном заседании 10 января 2007 года (т.4 л.д.95-96), свидетель О.А. поясняла, что супруги ссорились негромко, разговаривали на повышенных тонах, в руках у В. был небольшой, но увесистый предмет, гантель или нож.
В судебном заседании 10 января 2008 года (т.6 л.д.99-102) О.А. пояснила, что не помнит точно дату, когда заходила к Качусовым и стала свидетелем ссоры. Стоя на крыльце она услышала ссору и крики, но кричали не сильно. В руках у В. был тяжелый предмет, который по внешним признакам она описать не может, но предполагает, что это гантель. Он замахивался, подняв руку до уровня плеча.
Утверждения Качусовой Т.П. о том, что муж был деспотом в семье, злоупотреблял спиртными напитками, притеснял и избивал ее и членов семьи (то есть что он создал в семье длительную психотравмирующую ситуацию) опровергается исследованными доказательствами.
В ходе судебного заседания была прослушана микрокассета с записью ссоры супругов Качусовых, записанная потерпевшим В., что является свидетельством существовавших личных неприязненных отношений между ними, а также доказывает, что ссоры носили обоюдный характер.
Данное обстоятельство подтверждается также показаниями свидетелей. Так свидетель Э. пояснял, что ссоры между Качусовыми возникали периодически раз в полгода, по поводу ведения бизнеса. Свидетель Р. поясняла, что Качусовы ругаются между собой. Свидетель Ч. стал свидетелем ссоры, произошедшей между Качусовыми утром ДД.ММ.ГГГГ, слышал, как в кабинете ругаются мужчина и женщина. В. вышел из кабинета сильно взволнованный, на щеке у него была свежая ранка. Качусова лежала на полу, по ее виду было понятно, что произошел скандал. Свидетель Ю. поясняла, что оказывала медицинскую помощь Качусовой Т.П., которая делилась с ней своими неприязненными отношениями с мужем, однако она считает, что В. не был агрессивным, пьяным она его никогда не видела. Свидетель О.А. поясняла, что оба В. были с характером, друг другу не уступали. Слышала о частых ссорах в семье, но очевидцем не была. Свидетель Х. поясняла, что Качусовы ругались обоюдно, свидетелем драк она не была, телесных повреждений на Качусовой не видела. Свидетель С. поясняла, что оба супруга со своим «Я», не видела, чтобы В. обижал супругу, избивал ее, не видела его пьяным. Качусова мужа не боялась. Свидетель Б. поясняла, что во время ссоры Качусовы кричали друг на друга, кидались документами. Качусова высказывала свое негативное отношение к мужу в коллективе, говоря «чтоб он сдох», «чем бы его отравить». Свидетель Д. пояснила что в последний месяц не раз слышала крики и ругань Качусовой, голос мужа не слышала. Следов побоев на Качусовой не видела. Свидетель Ф. поясняла, что Качусова жаловалась на мужа, дочь К.А. жалоб на отца не высказывала, напротив хвалилась, что он делает ей мебель в комнату. Свидетель Щ. пояснила, что был очевидцем ссоры между супругами, которая носила обоюдный характер.
Суд критически относится к показаниям свидетеля В.П. в части характеристики взаимоотношений супругов Качусовых в связи с имеющимися противоречиями. Так, первоначально свидетель пояснял, что оба супруга вспыльчивы, могут накричать, однако Качусова быстро отходит, а В. обид не прощал. Супруги часто ругались по пустякам, но скрывали конфликты от окружающих. В дальнейшем свидетель пояснял, что Качусова на супруга не жаловалась, переводила разговоры на другую тему. Впоследствии свидетель вновь изменил свои показания, пояснив, что Качусова часто жаловалась на супруга, по характеру она спокойная, никогда не ругалась. Суд расценивает изменение показаний свидетелем В.П. как желание помочь родной сестре избежать уголовной ответственности и не принимает их как доказательство.
Суд критически относится к показаниям свидетеля К.А. в части характеристики его отца. Свидетель К.А. первоначально пояснял, что пил отец редко, в ссоры родителей он не встревал и при нем ругались редко. В дальнейшем, после указания им на место нахождения трупа потерпевшего, свидетель поменял показания, указывая, что отец был инициатором ссор, периодами он становился невыносим, вел себя жестоко по отношению к членам семьи, регулярно избивал мать без причины.
Установлено, что между потерпевшим и его сыном имелись неприязненные отношения, что подтверждается показаниями свидетеля М., Х., Б., Э. Это выражалось в том, что отец требовал от сына быть более самостоятельным, однажды наказал за кражу денег. А. был ближе к матери, под ее опекой, всегда занимал сторону матери, при работниках неуважительно отзывался об отце, говорил, что он испортил жизнь матери.
Кроме того, именно свидетель помогал в сокрытии следов преступления - вывез труп убитого отца, захоронил его, при это сорвал с шеи золотую цепь с целью затруднения его дальнейшего опознания.
Данные обстоятельства позволяют с уверенностью утверждать, что между отцом и сыном сложились неприязненные отношения, что и явилось причиной негативной характеристики свидетелем погибшего В.
Давая оценку показаниям свидетеля К.А. в части события преступления, суд учитывает, что очевидцем произошедшего он не являлся, обстоятельства ему известны со слов подсудимой Качусовой Т.П. и его показания полностью согласуются с ее показаниями, данными 30 июня 2006 года.
Свидетель К.А. также неоднократно меняла свои показания, первоначально утверждая, что мама папу не боялась, так «средне». Когда родители ругались на работе, папа прибегал домой расстроенным, сразу ложился на диван и включал телевизор, при этом молчал. В дальнейшем свидетель поясняла, что папа был «изверг», мог сделать что угодно, избивал маму, которая его боялась.
При оценке показаний данного свидетеля суд учитывает, что в момент гибели отца К.А. было 11 лет, в силу возраста и пола она имела более близкие отношения именно с матерью, а не с отцом. Вместе с тем из показаний классного руководителя Ф. следует, что К.А. никогда не жаловалась на отца, наоборот хвалилась им. Во время судебного разбирательства свидетель испытывала страх возможности назначения подсудимой наказания в виде лишения свободы, высказывая просьбу в судебном заседании «не забирать у нее маму». При оценке показаний свидетеля суд также учитывает, что К.А. до настоящего времени проживает с подсудимой, которая имеет возможность непосредственно влиять на ее сознание, в связи с чем относится к ее показаниям критически.
Довод защиты о том, что вследствие употребления большого количества медицинских препаратов – Седал-М, Клофелин, Седальгин, влияло на поведение В. вследствие чего он становился агрессивным, возбужденным, полностью опровергается показаниями специалиста У., пояснившей, что данные препараты являются седативными и действуют угнетающе на нервную систему.
Из протокола от 10 июня 2006 года следует, что инспектор по розыску ОВД Красногорского района принял от Качусовой Т.П. заявление о пропаже без вести В., которая указала, что супруг около 14 часов ДД.ММ.ГГГГ на автомобиле «Форд» выехал в г. Горно-Алтайск и с тех пор место нахождение его неизвестно. Со слов Качусовой Т.П. ее муж был одет в трико темно-синего цвета, футболку зеленого цвета, сандалии бежевого цвета (т.1 л.д.28-37). Согласно рапорту от 22.06.2006г. об обнаружении признаков преступления В. ДД.ММ.ГГГГ около 13 часов 30 минут выехал в с.Майма Республики Алтай и не вернулся до настоящего времени (т.1 л.д.27).
Из протокол осмотра места происшествия от 10 июня 2006 г. и фототаблицы к нему следует, что в 80 м вниз по течению реки Иша от бетонного моста, что возле села Курлек, был обнаружен принадлежавший потерпевшему В. автомобиль «Форд Мондео», в котором находились его личные вещи: сумка с водительским удостоверением, деньги в сумме 32 080 руб., цифровая фотокамера, проигрывающее устройство с записью ссоры между ним и супругой и другие вещи(т.1 л.д. 38-46).
Из показаний свидетелей З. (т.1 л.д.110-111) и Н. (т.1 л.д.145-146), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой, следует, что 08 июня 2006 года они поехали на сбор папоротника «Орляк» в район с.Курлек, на своем автомобиле ВАЗ 2105, около 5 часов утра. Проезжая через р.Иша по мосту, увидели, что по направлению в с.Курлек на окраине моста с правой стороны стоит автомобиль серебряного цвета, похожий на автомобиль В. Свидетель Н. также пояснил, что данный автомобиль марки «Форд» принадлежит В. Двигатель автомобиля был заглушен. Обратно возвращались в 14 часов этого дня. Увидели, что этот же автомобиль стоит на левом берегу р.Иша за кустами с правой стороны моста по ходу движения из с.Курлек в с.Красногорское. На следующий день они также видели данный автомобиль стоящим на прежнем месте.
Из показаний свидетеля К.О. (т.1 л.д.129-131), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что 08 июня 2006 года около 6 часов утра вместе с О. поехали на сбор папоротника в район с.Тайна. По дороге за мостом через р.Иша по направлению движения у правой обочины на повороте примерно в 50м от ограждения моста он увидел автомобиль В. машина стояла с заглушенным двигателем, двери и окна автомобиля были закрыты. Впоследствии по просьбе Ш. он участвовал в поисках В.. В районе обнаружения автомобиля на берегу он нашел два пустых стандарта «Седальгина».
Согласно протокола выемки информации с технических каналов связи в зоне действия операторов сотовой связи об использовании телефонов с абонентскими номерами потерпевшего В., обвиняемой Качусовой Т.П., свидетелей К.А. за период ДД.ММ.ГГГГ были зафиксированы:
1).Переговоры В. («он») и его матери М. («она»):
7 июня между этими абонентами зарегистрированы 6 подряд звонков с 21 час.23мин. до 23 час.27мин., последние звонки имели место: она ему в 23-26 (продолжительностью 0,05 мин.), он ей в 23-27 (продолжительностью 1,32 мин.)
После чего с телефона погибшего 8 июня произведены звонок в 01-38 на свой телефон (0,00) и SMS-ка в 01-50.
2).Переговоры Качусовой Татьяны Павловны («она») с сыном А. («он») и последнего с П. (все звонки подряд, с другими абонентами не было, переговоры зарегистрированы только между этими лицами):
7 июня:-она сыну в 23-08 (время переговоров 0),
-он ей в 23-08 (0,29 сек.), -он П. в 23-10 (0,06)
Примечание: далее в следующий временной промежуток последовал последний разговор В. со своей матерью –
-она сыну в 00-17 (1,47), -он ей в 00-56 (0,29),
-она ему в 01-03 (6,06), -он ей в 01-09 (0,53)
-она ему в 1-22 (0,09), -он ей в 1-24 (0,19)
-она сыну в 1-40 (0,50), -он ей в 1-41 (0,44)
-он ей в 1-42 (0,21)
Примечание: далее в следующий промежуток времени с телефона погибшего 8 июня произведена SMS на телефон Качусовой
-она сыну в 1-54 (0,00) -он ей в 3-23 (0,45) -она ему в 4-05 (0,00)
-он П. в 4-28 (0,00) -он П. в 4,29 (0,00)
-он ей в 4-47 (0,00)
-его следующий первый звонок в 8-07 на телефон другого лица (0,00),
-ее следующий первый звонок ему в 8-12 (0,00)
(т.3 л.д.1-19, 31-34)
Из показаний свидетеля П. (т.1 л.д.154-155), оглашенных в судебном заседании в связи с неявкой свидетеля, следует, что ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время около 24 часов он пришел в бар <данные изъяты>. Как только зашел в бар, ему позвонил А., сказал, что подъедет. Они пообщались, А. был спокоен, затем свидетель пошел домой. Утром около 4-5 часов ему на сотовый телефон вновь позвонил А., попросил выйти на улицу. А. стоял около дома свидетеля на автомобиле «Форд», принадлежащем его отцу. Он предложил съездить, куда и зачем, свидетель не спрашивал. Он сели в автомобиль «Форд» и доехали до РДК. Затем свидетель по просьбе К.А., пересел за руль автомобиля «Мазда», принадлежащего К.А. и поехал вслед за А. до моста через р.Иша. Когда подъехали к мосту, свидетель увидел, что А. стоит на обочине справа. Он остановился, А. сел за руль и они поехали домой.
Из протокола осмотра места происшествия и трупа с фототаблицами и схемой к нему от 30.06.2006 года видно, что в указанном свидетелем А. месте, расположенном в 5 км от трассы <адрес> и в 12 м в северном направлении от полевой дороги обнаружен закопанный в землю и завернутый в одеяло и палас труп В. с повреждениями в области головы (т.3 л.д.76-104).
Из протокола выемки следует, что в помещении морга был изъят плед, в котором был обнаружен захороненный труп потерпевшего В.(т.1 л.д.229-232)
Из протокола осмотра видно, что был осмотрен палас в котором был обнаружен захороненный труп потерпевшего В.(т.1 л.д.249-250)
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 978 при исследовании трупа В. обнаружены следующие телесные повреждения: открытая черепно-мозговая травма, включавшая фрагментарно-оскольчатый перелом лобной и теменной костей справа с переходом на основание в области средней черепной ямки справа, с повреждением твердой мозговой оболочки и разрушением головного мозга, ушибленно-рваная рана лобно-теменной области справа. Это повреждение прижизненное, что подтверждается наличием кровоизлияния в мягкие ткани головы на уровне раны, и причинено воздействием тупого твердого предмета с ограниченной по площади контактирующей поверхностью. Достоверно судить о количестве воздействий не представляется возможным, так как большая часть костных фрагментов перелома свода черепа отсутствует (заключение эксперта № 75-мк от 03.07.06 г.).
Смерть гр-на В. наступила от открытой черепно-мозговой травмы, включавшей фрагментарно-оскольчатый перелом лобной и теменной костей справа с переходом на основание в области средней черепной ямки справа, с повреждением твердой мозговой оболочки и разрушением головного мозга, ушибленно-рваную рану лобно-теменной области справа. Данная открытая черепно-мозговая травма причинила тяжкий вред здоровью, так как является опасной для жизни. Судя по выраженности трупных явлений, смерть В. наступила около двух недель назад до начала исследования трупа в морге, возможно ДД.ММ.ГГГГ
Судебно-химическим исследованием крови от трупа гр. В. обнаружен этиловый спирт в концентрации 0,9 промилле (заключение эксперта № 2041 от 03.07.06 г.), что обычно у живых лиц может соответствовать легкой степени алкогольного опьянения. Этот результат относителен из-за гниения (т.2 л.д.6-16).
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы КГУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» №62/2007 комиссия пришла к выводу, что повреждения образовались от однократного удара со значительной силой в направлении сверху вниз и слева направо твердым (превышающим по твердости кость) тупым удлиненным предметом достаточной массы с ограниченной контактирующей поверхностью, возможно, гвоздодером. При этом в момент удара, часть предмета, имевшая удлиненную цилиндрическую форму, располагалась в проекции лобной кости, а его концевая часть с рельефными выступами (например, лапчатый конец гвоздодера) располагалась в проекции теменной кости. Образование указанной черепно-мозговой травмы возможно при любом положении потерпевшего (стоя, сидя, лежа), когда повреждаемая область доступна для воздействия подобного травмирующего предмета, при нахождении пострадавшего и нападавшего лицом друг к другу. Исходя из вышеизложенного, экспертная комиссия считает, что причинение В. черепно-мозговой травмы при обстоятельствах, указанных Качусовой Т.В. в ходе следственного эксперимента не исключается, но при условии наклона вперед головы потерпевшего (т.4. л.д.131-160).
Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы №74 Кемеровского областного бюро СМЭ, (Том 6, л.д. 155-174), все повреждения в области головы могли образоваться одномоментно от не менее однократного удара тупым твердым предметом, следообразующая часть которого имела удлиненную форму, ограниченную по ширине. В виду гнилостных изменений кожного лоскута головы с повреждением и неполного наличия костных фрагментов в области локально-конструкционного фрагментарно-оскольчатого перелома костей черепа, повлекших утрату части первоначальных морфологических признаков, высказаться конкретно о конструкционных свойствах и особенностях травмирующего предмета, а в равной мере и о количестве воздействий в области повреждений не представляется возможным. Учитывая характер повреждения головы В.и., конструкционные свойства и особенности частей гвоздодера, данные следственного эксперимента, роста потерпевшего В. (178-184 см.) и роста Качусовой Т.П. 9153 см.) следует, что в момент нанесения повреждений головы потерпевший В. относительно следообразующей поверхности гвоздодера мог находиться в положении лежа, сидя, стоя на коленях, либо стоя чрезмерно согнувшись туловищем вперед с доступной лобно-теменной областью головы к контактирующей части травмирующего предмета. Причинение повреждений при обстоятельствах, изложенных Качусовой Т.П. при проведении следственного эксперимента, при нахождении стоя на диване не исключается.
Согласно заключению экспертизы ГБУЗ «Новосибирское областное бюро СМЭ» № 119-ПК от 08 июня 2009 г. (Том 7, л.д. 222-243), перелом образовался в результате нанесения не менее 2-х ударов предметом цилиндрической формы. На то, что перелом образовался не менее чем от 2-х ударов, указывает форма перелома с наличием костного выступа по правому краю перелома, а так же наличие 2-х трещин отходящих от правого края перелома на внутренней костной пластинке и так же 2-х поверхностных трещин отходящих от заднего края перелома на внутренней костной пластинке, которые не могли образоваться при однократном равномерном погружении костей свода черепа при однократном ударе и являются признаками повторной травматизации. Трещина, отходящая от анатомического распила на левой теменной кости, распространялась снизу вверх слева направо, сзади наперед и является реакцией опоры, на что указывает ее форма, направления распространения и характер раздвоения. Оба удара наносились в направлении спереди назад, сверху вниз, несколько слева направо, на что указывает направление отхождения поверхностных и сквозных трещин от краев перелома. В момент образования дырчатого перелома голова находилась левой теменно-затылочной областью на опоре в виде твердого тупого предмета, на что указывает наличие линейной трещины на левой теменной кости, идущей к заднему краю дырчатого перелома. Перелом № 2 звездчатой формы располагается на правой теменной кости и смежном участке правой лобной кости. Он образован воздействием твердого тупого предмета, удар которым был нанесен справа налево. Местом приложения травмирующей силы является проекция общего центра звездчатого перелома на коже правой теменной области потерпевшего. На механизм образования перелома указывает его форма, характер краев на наружной и внутренней костных пластинках. Форма дефекта кости в центре перелома указывает на то, что кость в месте воздействия прогибалась симметрично, а все 4 трещины образовались одномоментно. Трещины звездчатого перелома (№2) не пересекают трещины, отходящие от перелома № 1, что свидетельствует о том, что он был причинен позже перелома № 1. наличие поверхностных трещин, отходящих от некоторых краев перелома, свидетельствуют о том, что перелом образован не менее чем 2-мя ударами твердого тупого предмета. Всего по голове трупа было нанесено не менее 4-х ударов. Более точно определить количество воздействий не представляется возможным, так как часть фрагментов костей свода черепа отсутствует. Форма раны на кожном лоскуте с головы от трупа В., ее расположение. Уплощение, неровность краев, наличие бугристых стенок и деформированных волос на них, форма концов с тканевыми перемычками. Внутрикожные кровоизлияния и характер разрывов, надрывов и вдавлений кожи у краев в передней и задней части раны свидетельствуют о том, что рана на кожном лоскуте является ушиблено-рваной, она соответствует по расположению дырчатому перелому № 1 на костях черепа трупа. Рана образовалась одномоментно с переломом в результате неоднократного удара твердым тупым предметом цилиндрической формы, диаметром около 20-25 мм. В переломах костей черепа и в ушибленной ране головы трупа В. не отобразились групповые и индивидуальные свойства травмирующего предмета, поэтому они не пригодны для идентификации. Однако гвоздодер, представленный на экспертизу является твердым тупым предметом цилиндрической формы, диаметром 20 мм, а именно такой предмет отобразился в ушибленной ране и дырчатом переломе № 1 на костях свода черепа потерпевшего, следовательно, ушибленная рана и перелом костей черепа № 1 могли быть образованны нанесением не менее 2-х ударов гвоздодером, представленным на экспертизу. Они могли быть образованны ударами другого аналогичного по форме и строению травмирующего предмета. Отсутствие ран в проекции перелома № 2 на голове трупа объясняется тем, что кости черепа уже были повреждены при причинении ушибленной раны и перелома № 1 и для образования перелома № 2 потребовалось меньше энергии, чем предел прочности кожи трупа. При судебно-гистологическом исследовании органов и тканей от трупа В. (Заключение эксперта № 1196 от 04.07.06 г.) обнаружено «кровоизлияние в мягкие ткани головы на фоне умеренно выраженного аутолиза, достоверно судить о наличии реакции не представляется возможным из-за аутолиза». Так как органы и ткани трупа подверглись гнилостным изменениям, достаточно точно невозможно определить давность причинения повреждений, однако отсутствие реактивных изменений и объем повреждений головы свидетельствует о том, что повреждения причинены в короткий промежуток времени незадолго до наступления смерти. Не более чем за 40 минут до наступления смерти. Открытая черепно-мозговая травма, обнаруженная при исследовании трупа с переломом костей черепа, твердой мозговой оболочки в проекции переломов, разрушением головного мозга является опасной для жизни в момент причинения, поэтому оценивается как ТЯЖКИЙ вред здоровью. Причиной смерти В. явилась открытая проникающая черепно-мозговая травма в виде ушиблено-рваной раны теменной и лобной областей справа с переходом на переносицу и левую половину носа, дырчатого перелома правой теменной кости, чешуи лобной кости справа и костей носа с переходом на основание черепа в среднюю черепную ямку, звездчатого перелома правой теменной кости и смежного участка правой височной кости, повреждения твердой мозговой оболочки в проекции переломов. Разрушения головного мозга. Характер гнилостных изменений трупа, установленный при медицинской экспертизе дает основание экспертной комиссии считать, что смерть В.. могла наступить за 3-4 недели до проведения экспертизы его трупа. Все повреждения на голове В. невозможно причинить при обстоятельствах, указанных Качусовой Т.П. в процессе производства следственного эксперимента от ДД.ММ.ГГГГ, так как Качусова Т.П. указала о нанесении 1,2 ударов стоящему в вертикальном положении потерпевшему. Однако ему нанесено не менее 4 ударов, причем дырчатый перелом, образованный первым, был причинен при контакте левой теменно-затылочной областью головы с твердым тупым предметом, то есть в положении сидя или лежа. Причинение телесных повреждений, повлекших смерть В., при обстоятельствах, указанных Качусовой Т.П. в судебных заседаниях так же невозможно, так как в показаниях Качусова Т.П. указывает: «Когда он начал наклоняться ко мне, я от испуга за свою жизнь, схватила гвоздодер, и со всего размаху махнула им, хотела выбить нож, но удар пришелся по голове. Дырчатый перелом лобной кости справа и правой теменной кости, ушиблено-рваная рана мягких тканей головы в области перелома образовались при нанесении не менее 2-х ударов твердым тупым предметом цилиндрической формы в направлении спереди назад, причем дырчатый перелом, образованный первым, был причинен при контакте левой теменно-затылочной областью головы с твердым тупым предметом, то есть в положении сидя или лежа. Достоверно установить, находился ли потерпевший в момент наступления смерти в состоянии алкогольного опьянения, не представляется возможным.
Согласно заключению эксперта № 283/12/09 от 15 декабря 2009 г. (Том 8, л.д. 149-174), на трупе В. имелась открытая черепно-мозговая травма в виде: рвано-ушибленной раны правой лобно-теменной области головы; многооскольчатого перелома правой лобно-височно-теменной части черепа с линейным переломом чешуи затылочной кости слева; разрыва твердой мозговой оболочки и разрушения правого полушария головного мозга. Указанная травма образовалась от воздействия тупого твердого предмета, следообразующая часть которого имела удлиненную формы (около 9 см.) с относительно ровной поверхностью, с местами приложения травмирующей силы в лобно-лицевой части головы справа и в правой теменной области, при этом длинник предмета по отношению к голове В. был ориентирован косопродольно (преимущественно спереди назад и несколько слева направо). Причиной смерти В. явилась открытая черепно-мозговая травма в виде: рвано-ушибленной раны правой лобно-теменной области головы; многооскольчатого перелома правой лобно-височно-теменной части черепа; разрыва твердой мозговой оболочки и разрушения правого полушария головного мозга. Открытая черепно-мозговая травма, причиненная В. являлась опасной для жизни в момент причинения и согласно п. 6.1. Приказа № 194н от 24 апреля 2008 г. «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется как ТЯЖКИЙ вред здоровью. В связи с выраженными аутолитическими (гнилостными) изменениями трупа В. точно установить время наступления смерти не представляется возможным. Стадия развития посмертных изменений трупа указывают а то, что с момента смерти В. до момента обнаружения его трупа прошло около 2-3 недель. Таким образом, смерть В. могла наступить в ночь с ДД.ММ.ГГГГ. Характер и морфологические особенности повреждений на препаратах кожи и костях черепа указывают на то, что открытая черепно-мозговая травма, имевшаяся у В. причинена в результате не менее двух травмирующих воздействий твердым тупым предметом по механизму удара. Локализация, характер и морфологические особенности рвано-ушибленной раны головы и многооскольчатого перелома костей черепа, наличие линейного перелома затылочной кости слева, свидетельствуют о том, что в момент причинения повреждений голова В. находилась в неподвижном состоянии на предмете (опоре) с неограниченной поверхностью. При этом, В. находился в положении лежа лицом вверх. Установленное экспертизой положение головы В. и его самого исключают возможность причинения ему повреждений головы при тех обстоятельствах, на которые указывает Качусова Т.П. в ходе следственного эксперимента (Том 3 л.д. 203-222) и в судебных заседаниях (Том 5, л.д. 2-7; Том 5 л.д. 168-192; Том 6, л.д. 20-198). Поскольку на наличие алкоголя исследовалась кровь из трупа, находившегося в состоянии гнилостных изменений, решить вопрос о нахождении В. в состоянии алкогольного опьянения не представляется возможным. Выявленная концентрация этилового спирта в крови В. в количестве 0,9 промилле могла образоваться в результате гнилостных изменений трупа. Открытая черепно-мозговая травма была причинена В. твердым тупым предметом удлиненной формы с относительно ровной поверхностью, что не исключает возможность причинения указанной травмы представленным на исследование гвоздодером, либо иным предметом, имеющим сходные размерно-технические характеристики.
При проведении следственного эксперимента от 30 ноября 2006 г. с целью воспроизведения обстоятельств причинения ранений обвиняемой Качусовой Т.П. потерпевшему В. с участием судебно-медицинского эксперта на месте происшествия в <адрес> в жилище Качусовым была воссоздана согласно показаний подсудимой обстановка и она показала как и каким образом она причинила ранения потерпевшему В. Качусова пояснила, что она нанесла 1 или 2 удара, точное количество не помнит, гвоздодером по голове супруга, сверху вниз, держа гвоздодер двумя руками., при этом они стояли напротив друг друга лицами. После этого В. повалился на пол, при этом оказался в позе сидящего на полу, прислонившись спиной к подлокотнику дивана. Указала, что если это было два удара, то все они были по стоящему Качусову, так как когда он лежал, она уже удары не наносила. (т.3 л.д.203-222).
Согласно заключение эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 584-МК рана на лоскуте кожи и перелом лобной и теменной костей справа от трупа гр. В.., могли быть причинены воздействием представленным на экспертизу гвоздодером (наиболее вероятно его лапчатым концом и прилегающей частью стержня) (т.2 л.д. 129-135)
Из протокол выемки от 1 июля 2006 г. видно, что были изъяты диван-кровать из зала, предполагаемое орудие убийства - гвоздодер, а также две лопаты, которые свидетель К.А. использовал при захоронении трупа потерпевшего В.(т.3 л.д.42-43)
Из протокола осмотра диван-кровати и схема и фототаблицы к нему видно, что диван имеет длину 1,9 м, ширину 0,7 м и высоту 0,84 м. В процессе осмотра он был разобран и на его внутренних частях в правой части были обнаружены пятна бурого вещества, похожего на кровь. Также установлено, что правая матерчатая часть обшивки ложа дивана (возле правого подлокотника) закрашена белой краской явно не заводского происхождения. В связи с чем отделены и изъяты фрагмент ваты из диван-кровати и правая спинка дивана вместе с подлокотником (т.1 л.д.233-248).
При осмотре жилища Качусовой Т.П. 5 июля 2006 г. в зале были обнаружены явные следы преступления: пластины «Гемафан» дали положительную реакцию на кровь на обоях, которыми оклеены стены возле места, где стоял ранее изъятый диван-кровать, и на плинтусе возле этого места; на шторах в зале, в связи с чем были изъяты:
-три бусины (фрагменты шторы), фрагмент плинтуса, два фрагмента бумажных обоев. Зафиксировано, что обои в части зала, где стоял ранее изъятый диван-кровать, имеют другую расцветку и наклеены поверх других обоев. Кроме того, при осмотре в гараже багажника автомобиля «Форд Мондео» были выявлены аналогичные следы и изъяты 2 фрагмента уплотнительной резины багажника (т.1 л.д.190-227).
При обыске в жилище Качусовой Т.П. 27 июня 2006 г. были изъяты очки потерпевшего В., на которых выявлены бурые пятна, похожие на кровь (т.3 л.д.22-24).
При обыске 8 ноября 2006 г. в жилище Качусовой Т.П. была изъята художественная картина на библейскую тему («Кающаяся Магдалина»), поскольку имелись основания полагать, что на ней могли остаться брызги крови и мозгового вещества потерпевшего В.(т.3 л.д.69-73)
В соответствии с заключениями эксперта на очках и нижней части рамки картины обнаружена кровь в виде следов брызг. При этом следы на нижней части рамки картины являются следами попадания брызг, летевших снизу вверх, слева направо (т.4 л.д.53-65).
Согласно заключению эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 1736, на очках потерпевшего В. клеток ткани мозга не найдено, обнаружены следы крови, видовая принадлежность которой не установлена из-за недостаточности ее количества (т.6 л.д. 75-78).Согласно заключению эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 1727, на картине следов мозгового вещества не обнаружено. На раме картины обнаружена кровь, видовая принадлежность которой не установлена из-за недостаточного ее количества (т.6 л.д. 79-81).Согласно заключения эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 974, на гвоздодере найдена кровь, видовая принадлежность которой не установлена из-за незначительности следов (т.2 л.д. 143-146).Согласно заключения эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 528-МК наложения крови на двух фрагментах уплотнительной резины из багажника автомобиля являются пятнами, высказаться о механизме образования которых не представляется возможным. Наложения крови на двух фрагментах бумажных обоев являются пятнами, высказаться о механизме образования которых не представляется возможным. След крови на первой бусине со шторы является брызгой, летевшей под острым, в направлении косо-поперечно длиннику бусины, углом, по отношению к поверхности ее. Следы крови на второй бусине от шторы являются брызгами, летевшими под близким к прямому углом, по отношению к поверхности бусины.
Наложение крови на третьей бусине от шторы является пятном, высказаться о механизме образования которого не представляется возможным.
След крови на фрагменте ваты с дивана-кровати является помаркой и мог образоваться от контакта фрагмента ваты с предметом, увлажненным кровью.
Следы крови на фрагменте деревянного плинтуса являются брызгами, летевшими под прямым углом по отношению к поверхности плинтуса.
Следы крови на правой боковине от диван-кровати являются брызгами, часть из которых летели под прямым, другая – под близким к прямому углами, по отношению к поверхности боковины от диван-кровати (т. 2 л.д.46-55)
Согласно заключению эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 1027 в следах на 2-х фрагментах резины из багажника автомобиля Форд Мондео; на 2-х фрагментах обоев; а 3-х бусинах со шторы; на фрагменте ваты, на фрагменте плинтуса и на правой боковине от диван-кровати, описанных в заключении эксперта № 528 МКО, обнаружена кровь(т.2 л.д.83-85)
Согласно заключению эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 1030 на представленных для исследования двух фрагментах обоев, изъятых из зала <адрес>, а также на двух фрагментах уплотнительной резины из багажника автомобиля обнаружена кровь человека «ноль альфа бэтта» группы, которая могла происходить от потерпевшего В. (его кровь относится к этой группе)(т.2 л.д.110-115).
Согласно заключению эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 1029 на представленном для исследования фрагменте ваты и фрагменте дивана обнаружены кровь человека «ноль альфа бэтта» группы, которая могла происходить от потерпевшего В.(т.2 л.д.100-106)Согласно заключение эксперта (экспертиза вещественных доказательств) № 1028 на представленном для исследования фрагменте плинтуса, изъятом из зала обнаружены следы крови, видовая принадлежность которой неустановленна из-за недостаточного ее количества. На трех бусинах (фрагменты шторы), изъятых из зала <адрес>, обнаружена кровь человека «ноль альфа бэтта» группы, которая могла происходить от потерпевшего В.(т.2 л.д.91-95).Согласно заключению эксперта № МК – 141 / 2009 от 22.06.2009 г. (Том 8, л.д. 2-36), в настоящее время наложение крови на картине, плинтусе, бусинах, боковине дивана отсутствуют, так как они были уничтожены при проведении судебно-биологических исследований. На синтетической вате, представленной на экспертизу обнаружен участок пропитывания жидкой крови, который образовался в результате длительного плотного контакта с жидким следообразующим веществом или обпачканной им поверхностью. Пропитывание шло в направлении от стороны с наклейками к стороне без наклеек, на что указывает форма наложения, характеристики его краев, распределение интенсивности наложения. Механизм образования наложений крови на фрагментах обоев в настоящее время определить не представляется возможным, так как наложения частично уничтожены при проведении судебно-биологических исследований. Однако из заключений эксперта № № 528 – МК, 877-МК, 875 МК следует, что наложение крови (об.об. 3,4) на двух фрагментах бумажных обоев являются пятнами, высказаться о механизме образования которых не представляется возможным, наложение крови (об. 5) на первой бусине со шторы является брызгой, летевшей под острым, в направлении косо-поперечно длиннику бусине углом по отношению к поверхности ее наложения крови (об.6) на второй бусине от шторы являются брызгами, летевшими под близким к прямому углом по отношению к поверхности бусины, наложение крови (об.7) на третьей бусине с шторы является пятном, высказаться о механизме образования которого представляется возможным, наложение крови на фрагменте деревянного плинтуса (об.9) является брызгами, которые образовались при падении на поверхность плинтуса под прямым углом, наложение крови (об. 10) на правой боковине от диван-кровати являются брызгами, часть из которых образовалась при падении на поверхность боковины дивана под прямым, другая – под близким к прямому углами, наложение крови на правой поверхности правой линзы очков, № 4 на оправе очков справа являются брызгами крови. Брызга № 1 летела в направлении близкой к перпендикулярному к задней поверхности линзы. Брызги № 2, № 4 летели в направлении к задней поверхности правой линзы и к оправе сверху вниз или снизу вверх. След № 3 на правой линзе очков является пятном, т.е. судить о первичном механизме возникновения следа не представляется возможным. На лицевой поверхности рамы картины имеются брызги крови, которые образовались при падении на нее снизу вверх слева направо. На механизм образования, описанных выше наложений крови указывает их форма, характер краев, поверхности, интенсивность окрашивания, размеры отдельных наложений и расстояние между ними. Как следует из указанного выше механизма образования наложений крови брызги крови на бусинах, очках, картине не могли быть образованы при кровотечении из раны кожи, сосудов, поврежденных мозговых оболочек, сосудов головного мозга, так как они не являются следами струйного артериального кровотечения, венозного кровотечения, аэрозольного разбрызгивания. Описанные выше брызги на очках, картине, бусинах, образовались при падении с движущегося предмета обпачканного жидкой кровью, либо с движущихся окровавленных конечностей человека при их размахивании, то есть при возвратной траектории движения. Брызги на наружной боковой поверхности правой боковины дивана-кровати образовались либо при ударе по предмету обпачканному жидкой кровью, либо при наружном кровотечении по голове потерпевшего, причем источник образования брызг располагается на 9 мм. Выше нижнего края боковины, на 110 мм. кзади от переднего торца, 175 мм. кзади от заднего торца боковины. Достаточно точно конкретное место нахождения потерпевшего в момент нанесения повреждений на голове определить не представляется возможным, так как большая часть наложений на месте происшествия была уничтожена. Однако форма и расположение крови правой боковине дивана, картине, очках, бусинах свидетельствуют о том, что потерпевший после начала кровотечения находился в районе правой боковины дивана, несколько кпереди от нее.
Гвоздодер, представленный на экспертизу является твердым тупым предметом цилиндрической формы, диаметром 20 мм., а именно такой предмет отобразился в ушибленной ране и дырчатом переломе № 1 на костях свода черепа потерпевшего, следовательно ушибленная рана и перелом костей черепа № 1 могли быть образованы нанесением не менее 2-х ударов гвоздодером, представленным на экспертизу. Они могли быть образованны ударами другого аналогичного по форме и строению травмирующего предмета. Брызги крови на окружающих предметах, описанных выше, не могли образоваться после падения, броска гвоздодера на кожаный диван, так как кровь двигаясь по инерции. Попадает только на поверхность дивана в месте контакта с гвоздодером и непосредственно вокруг места этого контакта. На вате от дивана обнаружен участок пропитывания кровью, который образовался при контакте со скоплением жидкой крови, наиболее вероятно с лужей крови.
Согласно заключению эксперта № МК – 143 / 2009 от 22.06.2009 г. (Том 8, л.д. 37-70), при судебно-медицинской экспертизе трупа В. (Заключение эксперта № 978 от 01.07.2006 г.), повторной экспертизе кожного лоскута с раной головы, костей свода черепа от трупа В. обнаружена открытая проникающая черепно-мозговая травма: ушиблено-рваная рана теменной и лобной областей справ с переходом на переносицу и левую половину носа, дырчатый перелом правой теменной кости, чешуи лобной кости справа и костей носа с переходом на основание черепа в среднюю черепную ямку, звездчатый перелом правой теменной кости и смежного участка правой височной кости, повреждение твердой мозговой оболочки в проекции переломов, разрушением головного мозга. Дырчатый перелом, обозначенный № 1 находиться на лобной кости справ и смежном участке правой теменной кости. Он образовался от действия твердого тупого предмета (предметов) с ограниченной поверхностью соударения цилиндрической формы, ширенной 20-25 мм. На то, что перелом образован действием предмета цилиндрической формы, указывает форма перелома, характер его краев, скола компактного вещества по краям. Перелом образовался в результате нанесения не менее 2-х ударов предметом цилиндрической формы. На то, что перелом образовался не менее чем от 2-х ударов, указывает форма перелома с наличием костного выступа по правому краю перелома, а так же наличие 2-х трещин отходящих от правого края перелома на внутренней костной пластинке и так же 2-х поверхностных трещин отходящих от заднего края перелома на внутренней костной пластинке, которые не могли образоваться при однократном равномерном погружении костей свода черепа при однократном ударе и являются признаками повторной травматизации. Трещина, отходящая от анатомического распила на левой теменной кости, распространялась снизу вверх слева направо, сзади наперед и является реакцией опоры, на что указывает ее форма, направления распространения и характер раздвоения. Оба удара наносились в направлении спереди назад, сверху вниз, несколько слева направо, на что указывает направление отхождения поверхностных и сквозных трещин от краев перелома. В момент образования дырчатого перелома голова находилась левой теменно-затылочной областью на опоре в виде твердого тупого предмета, на что указывает наличие линейной трещины на левой теменной кости, идущей к заднему краю дырчатого перелома. Перелом № 2 звездчатой формы располагается на правой теменной кости и смежном участке правой лобной кости. Он образован воздействием твердого тупого предмета, удар которым был нанесен справа налево. Местом приложения травмирующей силы является проекция общего центра звездчатого перелома на коже правой теменной области потерпевшего. На механизм образования перелома указывает его форма, характер краев на наружной и внутренней костных пластинках. Форма дефекта кости в центре перелома указывает на то, что кость в месте воздействия прогибалась симметрично, а все 4 трещины образовались одномоментно. Трещины звездчатого перелома (№2) не пересекают трещины, отходящие от перелома № 1, что свидетельствует о том, что он был причинен позже перелома № 1. наличие поверхностных трещин, отходящих от некоторых краев перелома, свидетельствуют о том, что перелом образован не менее чем 2-мя ударами твердого тупого предмета. Всего по голове трупа было нанесено не менее 4-х ударов. Более точно определить количество воздействий не представляется возможным, так как часть фрагментов костей свода черепа отсутствует. Форма раны на кожном лоскуте с головы от трупа В., ее расположение. Уплощение, неровность краев, наличие бугристых стенок и деформированных волос на них, форма концов с тканевыми перемычками. Внутрикожные кровоизлияния и характер разрывов, надрывов и вдавлений кожи у краев в передней и задней части раны свидетельствуют о том, что рана на кожном лоскуте является ушиблено-рваной, она соответствует по расположению дырчатому перелому № 1 на костях черепа трупа. Рана образовалась одномоментно с переломом в результате неоднократного удара твердым тупым предметом цилиндрической формы, диаметром около 20-25 мм. В переломах костей черепа и в ушибленной ране головы трупа В. не отобразились групповые и индивидуальные свойства травмирующего предмета, поэтому они не пригодны для идентификации. Однако гвоздодер, представленный на экспертизу является твердым тупым предметом цилиндрической формы, диаметром 20 мм, а именно такой предмет отобразился в ушибленной ране и дырчатом переломе № 1 на костях свода черепа потерпевшего, следовательно, ушибленная рана и перелом костей черепа № 1 могли быть образованны нанесением не менее 2-х ударов гвоздодером, представленным на экспертизу. Они могли быть образованны ударами другого аналогичного по форме и строению травмирующего предмета. Отсутствие ран в проекции перелома № 2 на голове трупа объясняется тем, что кости черепа уже были повреждены при причинении ушибленной раны и перелома № 1 и для образования перелома № 2 потребовалось меньше энергии, чем предел прочности кожи трупа.
Учитывая исследованные доказательства, изложенные выше заключения экспертиз и фактические обстоятельства дела, суд соглашается с выводами повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы №283/12/09 Российского центра СМЭ от 15.12.2009г., а также экспертизой №119-ПК от 08.06.2009г. которыми достоверно установлено, что открытая черепно-мозговая травма В. была причинена в результате не менее двух травмирующих воздействий твердым тупым предметом по механизму удара. Локализация, характер и морфологические особенности рвано-ушибленной раны головы и многооскольчатого перелома костей черепа, наличие линейного перелома затылочной кости слева, доказывают, что в момент нанесения повреждений голова В. находилась в неподвижном состоянии на предмете (опоре) с неограниченной поверхностью лежа лицом вверх. Данные выводы экспертов полностью согласуются с проведенными экспертизами вещественных доказательств.
Делая вывод о том, что голова потерпевшего в момент причинения ему повреждений находилась на опоре, эксперты указывают на наличие линейного перелома затылочной кости слева, наличие трещины, отходящей от анатомического распила на левой теменной кости, распространенной снизу вверх слева направо, сзади наперед, являющейся реакцией опоры, на что указывает ее форма, направление распространения и характер раздвоения.
В заключениях экспертиз №74 от 28.05.2008г., №62/2007 от 21.03.2007г. наличие указанных выше повреждений экспертами не учтено, причина их образования не указана, количество нанесенных В. ударов, в результате которых образовался перелом черепа указано не верно, что свидетельствует о неполноте экспертных исследований, что подтверждается также иными материалами дела.
Подсудимая Качусова Т.П. не отрицает, что ею было нанесено два удара, что полностью согласуется с выводами повторной комиссионной судебно-медицинской экспертизы №283/12/09 Российского центра СМЭ от 15.12.2009г., а также экспертизой №119-ПК от 08.06.2009г., в выводах которой указано, что перелом основания черепа образовался от нанесения не менее двух ударов.
Перечисленными доказательствами вина Качусовой Т.П. в совершенном преступлении установлена полностью и её действия суд квалифицирует по ч.1ст.105 УК РФ - убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.
Позиция обвиняемой Качусовой Т.В. о том, что убийство В. ею совершено в состоянии необходимой обороны в ходе ссоры с ним, не нашла своего подтверждения в ходе судебного следствия.
Качусова Т.В. неоднократно в ходе следствия и судебных разбирательств меняла свои показания. Так, в явке с повинной от 30.06.2006г. подозреваемая Качусова Т.П. поясняла, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 22 часа В. вернулся из г.Горно-Алтайска, стал придираться к ней. Качусова вышла на улицу и пошла на огород, В. пошел за ней, стал угрожать убийством, тем, что достанет карабин. Качусова забежала в пристройку, где находился спортивный инвентарь. В. зашел следом, взял гантель, с угрозой что «зашибет», начал замахиваться. В. нагнулась, взяла какую-то железку и ударила мужа с размаху, попав по голове. Испугавшись, что после удара, муж ее убьет, тут же вдогонку ударила второй раз.
При допросе 23 ноября 2006 года в качестве обвиняемой Качусова Т.П. дала иные показания, пояснив, что «хочет правдиво рассказать» о произошедшем. В частности, Качусова Т.П. указала, что местом происшествия является не пристройка, а зал дома. Также, указывала, что В. зашел в кочегарку и вышел оттуда с гвоздодером в руке, размахивал им угрожающе, высказывая словесную угрозу убийства. Затем он бросил выдергу на диван в зале и ушел в кухню. После слов Качусовой Т.П., подтвердившей намерение развестись, В. выбежал из кухни с «цепторовским» ножом в руке и пошел с ним на Качусову Т.П. Испугавшись за свою жизнь Качусова Т.П., сидящая в этот момент на диване, схватила лежащий на диване гвоздодер, вскочила и стоя нанесла удар по голове В. Как держала гвоздодер и в какую часть головы нанесла удар, она не помнит. Сколько раз наносила удар, она также не помнит.
При производстве следственного эксперимента 30 ноября 2006 года Качусова Т.П. наглядно показала, где находился на диване гвоздодер. Пояснила, что в ходе ссоры в зал, зашел В., который держал в руке нож и с угрозами пошел на нее. Качусова Т.П., до этого сидящая на диване, вскочила и, опасаясь за свою жизнь, схватила с дивана гвоздодер, за какой конец не помнит, и нанесла подходившему В. удар движением сверху вниз, держа гвоздодер двумя руками. Нанесла один или два удара, точное количество не помнит. Все удары были по стоявшему В., когда он лежат, удары не наносила. После этого В. повалился на пол и оказался в позе сидящего на полу, прислонившись спиной к правому подлокотнику.
Будучи допрошенной в ходе судебного заседания 24 апреля 2007 года, Качусова Т.П. вновь изменила ранее данные показания, указав, что схватила гвоздодер, вскочила на диван и со всего размаху махнула им, хотела выбить нож, но удар пришелся по голове. Она не хотела его стукнуть, а только защищалась, хотела выбить нож. Затем подсудимая пояснила, что удар нанесла стоя на полу.
В настоящем судебном разбирательстве Качусова Т.П. пояснила, что нанесла два удара, первый по стоящему напротив В., а после того, как он упал головой на диван, она нанесла еще один удар по его голове, которая в этот момент находилась на опоре. Показания Качусовой полностью опровергаются заключением эксперта №МК-143/2009 от 22.06.2009, в соответствии с которым оба удара наносились в направлении спереди назад, сверху вниз, несколько слева направо, на что указывает направление отхождения поверхностных и сквозных трещин от краев перелома. Следовательно, голова потерпевшего в момент нанесения ударов находилась в одном положении, а не в разных, на что указывает Качусова Т.П.
Довод Качусовой Т.П., о том, что она хотела выбить нож из рук В. и действовала защищаясь, опровергается следующими доказательствами. Из фототаблицы №№1-3 к протоколу следственного эксперимента следует, что нож нападавшего находился на уровне его груди, при этом Качусова Т.П. наносила удар по голове потерпевшего сверху вниз, в область головы, а не в область нахождения ножа, следовательно при нанесении удара она не могла выбить нож из руки, а целилась в голову супруга.
Довод Качусовой Т.П. о том, что явка с повинной, а также показания при допросе в 30.06.2006г. были даны ею до лечения в психиатрической больнице, в тот момент она находилась в болезненном состоянии и не могла в полной мере отдавать отчет своим действиям, в том числе давать последовательные показания, опровергаются следующими доказательствами.
Согласно заключению стационарной комплексной судебно-психиатрической экспертизы № 176/06-«С» Качусовой свойственно вытеснение истинных причин конфликта, стремление переложить ответственность за сложившуюся ситуацию на других, склонность видеть себя в роли жертвы собственной доверчивости. Возможны импульсивные разрушительно-агрессивные поступки. Страх, чувство бесперпективности, ощущение утраты личностной позиции, усталость, переживания и вызывают защитную реакцию ограничительного поведения, несмотря на решимость добиться своего. Качусова хроническим психическим расстройством, временным болезненным расстройством психической деятельности, слабоумием, либо иным болезненным состоянием психики не страдала и не страдает. Во время инкриминируемого ей деяния Качусов не была лишена способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. По своему психическому состоянию в настоящее время Качусова не лишена способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них правильные показания, предстать перед следствием и судом и нести ответственность за содеянное, в применении мер медицинского характера не нуждается. Анализ первичной медицинской документации Бийской городской психиатрической больницы позволяет говорить о перенесении Качусовой в период с ДД.ММ.ГГГГ острой депрессивной реакции невротического уровня с исходом в выздоровление. Повышенных импульсивности, жестокости, агрессивности у Качусовой не обнаруживается. Присущие ей индивидуально-психологические особенности в виде преимущественно истероидных черт не оказали существенного влияния на поведение в интересующий следствие период, а также на способность правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, давать о них в последующем правильные показания. Анализ материалов уголовного дела показал, что данных за аффект, либо иное значимое эмоциональное состояние в исследуемый период времени у Качусовой не обнаруживается, что доказывает отсутствие облигатной (обязательной) феноменологии и стадийности, свойственных эмоциональным реакциям, способным оказать существенное влияние на поведение в заинтересованное время (т.2 л.д. 187-188).
Согласно заключению комплексной психолого-психиатрической экспертизы от 22.10.2008г. Качусова Т.П. психическим заболеванием не страдала и не страдает, а значит могла давать отчет своим действиям и руководить ими при совершении деяния. В период с 06 июля по 04 августа 2006 года Качусова перенесла временное болезненное расстройство в виде острого стрессового расстройства, из которого полностью вышла с выздоровлением. Указанное расстройство достигало невротического уровня, то есть Качусова в период времени с июня по сентябрь 2006 года также не была лишена возможности к осознанию фактического характера и общественной опасности своих действий и руководству ими. В принудительных мерах медицинского характера не нуждается. Исследуемая ситуация носила для испытуемой сильный психотравмирующий характер, в связи с чем она перенесла острое временное болезненное состояние в виде стрессового расстройства, однако оно носило невротический характер, также не нарушало ее способности к осознанию своего противоправного поведения (незаконных действий) и руководству своими действиями. Изменение показаний Качусовой в следственно-судебный период носит защитно-установочный характер и не связан с какими-либо девиациями психической деятельности. В итогах психологического исследования указано, что подэкспертной присущи легкая возбудимость, чувствительность по отношению к незначительным воздействиям (при этом сила реакции не соответствует силе раздражителя), раздражительность, обидчивость, агрессивность, затруднения самоконтроля. Анализ личностных особенностей Качусовой и ее отношения к рассматриваемой ситуации позволяет установить, что она полностью понимала противоправный характер и значение своих действий. В индивидуально-психологических особенностях Качусовой не имеется отклонений, которые могли бы затруднить (или делать невозможной) волевую регуляцию своего поведения. Свои дальнейшие действия (из беседы с Качусовой Т.П.) подэкспертная помнит не совсем точно. Она не может детально описать, как взяла гвоздодер и как наносила удары потерпевшему, т.е. у нее отмечалась незначительная частичная амнезия произошедших событий, характерная для физиологического аффекта. Однако она в состоянии описать свои чувства, мысли, переживания, непосредственно после совершения преступления. Не отмечается и нарушения ориентации по времени пространстве. Это указывает на то, что у Качусовой не отмечалось постаффектной фазы торможения нервной деятельности, неизбежно наступающей после возникновения состояния физиологического аффекта. Вышестказанное позволяет утверждать, что в момент совершения преступления подэкспертная не находилась в состоянии физиологического аффекта.
В итоге проведенного психологического исследования, на основании материалов уголовного дела, данных психодиагностического обследования, беседы с подэкспертной, установлено, что у подсудимой не имеется признаков отклонений в психическом развитии. Подсудимая, с учетом ее психологических особенностей, состояния умственного развития, способна правильно воспринимать существенные для дела обстоятельства и давать о них объективные показания в момент с июня по сентябрь 2006 года и в настоящее Время. У Качусовой не имеется признаков повышенной склонности к фантазированию. Исследуемая ситуация носила для Качусовой характер сильной психотравмирующей ситуации. Качусова в момент совершения преступления находилась в эмоциональном состоянии (сильное стрессовое состояние), которое существенно влияло на ее сознание и деятельность. Разногласия в показаниях подэкспертной могут объясняться частичной амнезией произошедших событий, а в дальнейшем ее стараниями рационально объяснить мотивы своего поведения. Качусова не находилась в состоянии аффекта, а находилась в состоянии сильного психологического стресса. У Качусовой имеются индивидуально-психологические особенности, которые могли существенно повлиять на ее поведение в момент совершения противоправных действий. Это неуравновешенная по процессу возбуждения нервная система, а так же акцентуированность характера по шкалам экзальтированности и возбудимости.
Суд находит оба экспертных заключения не противоречащих друг другу, поскольку в них установлено, что Качусова Т.П. не обнаруживает признаков какого-либо расстройства психической деятельности либо иного болезненного состояния психики. По своему психическому состоянию могла воспринимать имеющие значение для дела обстоятельства и давать о них объективные и правильные показания в период времени с июня по сентябрь 2006 года и по настоящее время.
Вместе с тем, вывод эксперта Ц. о том, что разногласия в показаниях Качусовой Т.П. могут объясняться частичной амнезией, противоречит материалам дела. Данный вывод основан на пояснениях Качусовой Т.П. из беседы с ней, как указано в исследовательской части заключения. Однако экспертом не учтено, что Качусова Т.П. в своих показаниях четко и последовательно описывает ситуацию ссоры, предшествующей событию преступления, наличие противоправных действий в отношении нее со стороны В., указывает на гвоздодер, как на предмет, которым она нанесла удары по голове потерпевшего, а также все последующие действия по сокрытию следов преступления. Допрошенный в судебном заседании эксперт Ц. пояснил, что Качусова Т.П. находилась в состоянии психологического стресса, однако это не делало невозможной волевую регуляцию ее поступков, что отличает психологический стресс от состояния аффекта, при котором исключается волевая регуляция. Эксперт пояснил, что у Качусовой Т.П. наблюдалось последующее незначительное частичное забывание произошедшего события, поскольку в беседе с ним она начинала сомневаться, вспоминая отдельные отрезки времени. На различные жизненные ситуации Качусова реагировала бурно, эмоционально.
Из пояснений специалиста Я. следует, что в состоянии аффекта человек не может затормозить свою деятельность, а в состоянии сильного психологического стресса он может контролировать свои действия, волевая регуляция сохраняется.
Из материалов дела следует, что Качусова Т.П. 05.06.2006г. самостоятельно обратилась в Красногорскую ЦРБ с жалобами на здоровье и была направлена в Бийский психодиспансер, куда обратилась 06 июля 2006 года и была направлена на лечение в стационар, где находилась по 04.08.2006г. с диагнозом «Посттравматическое стрессовое расстройство». Указанные события по хронологии произошли после того, как Качусова Т.П. с 29.06.2006 года до 04.07.2006г. была задержана в качестве подозреваемой в умышленном убийстве супруга, а ДД.ММ.ГГГГ дала явку с повинной.
Из материалов дела следует, что Качусова Т.П. 23 ноября 2006 года изменила свои показания после того, как по делу в ходе предварительного расследования были проведены ряд следственных действий, направленных на установление обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УК РФ. 01 июля 2006 года в ходе обыска в ходе обыска в жилище Качусовых с участием свидетеля А. был изъят диван, с пола в зале ковер, в гараже гвоздодер и гантели, 05.07.2006г. с его же участием осмотрено жилище Качусовых, в ходе чего зафиксировано, что в зале имеются участки обоев, отличающиеся между собой, обнаружены и изъяты очки, картина, шторы, фрагмент плинтуса с пятнами вещества бурого цвета, которые дали положительный эффект на наличие крови при применении пластины гемофан; 26 июля, 29 августа, 30 августа 2006 года проведены судебно-биологические экспертизы вещественных доказательств, в ходе которых на гвоздодере, на 2-х фрагментах обоев, на 3-х бусинах штор, на фрагменте плинтуса, на вате и правой боковине дивана-кровати обнаружены следы крови. В части объектов кровь могла принадлежать В. Качусова Т.П. и ее адвокаты были ознакомлены с данными экспертными заключениями 19 октября и 01 ноября 2006 года.
01 августа 2006 года проведена медико-кримминалистическая экспертиза вещественных доказательств по механизму образования следов крови на представленных на исследование вещественных доказательствах – фрагменте плинтуса, ваты с дивана, фрагментах штор в виде бусин, обоев, на правой спинке дивана с подлокотником. Качусова и ее адвокат ознакомлены с нею 01 ноября 2006 года.
26 марта 2010 года Качусова Т.П. и ее защитник были ознакомлены с заключением эксперта №283/12/09 от 15.12.2009г., из которого следует, что имеющаяся травма В. была причинена в результате не менее двух травмирующих воздействий твердым тупым предметом по механизму удара, в момент причинения повреждений голова В. находилась в неподвижном состоянии на предмете (опоре) с неограниченной поверхностью. При этом В. находился в положении лежа лицом вверх. Установленное экспертизой положение головы В. и его самого исключает возможность причинения ему повреждений головы при тех обстоятельствах, на которые указывает Качусова в ходе следственного эксперимента и в судебных заседаниях.
Исходя из заключения данной экспертизы Качусова Т.П. вновь меняет свои показания, указывая, что нанесла именно два удара, последний удар был по голове В., находящейся на диване.
Суд расценивает изменение показаний Качусовой Т.П. как защитную установку, что полностью опровергает вывод эксперта Ц., о том, что смена показаний является результатом незначительной частичной амнезии подсудимой, поскольку подсудимая на протяжении следствия и в суде неоднократно меняла свои показания в зависимости от добытых доказательств обвинения.
С учетом исследованных в судебном заседании доказательств суд критически относится к показаниям свидетеля О.А., которая по утверждению подсудимой и её защитника, является очевидцем произошедшей ссоры между супругами. Свидетель О.А. в ходе предварительного следствия показала, что видела, как супруги Качусовы ссорились в квартире, при этом В. стоял в дверном проеме зала, а Качусовой не было видно, доносился её голос из комнаты. В. держал в руке, что-то тяжелое, описать данный предмет не смогла. Также свидетель не смогла назвать дату, когда она приходила в дом к Качусовым.
Учитывая заключения судебно-психиатрических экспертиз суд признает Качусову Т.П. вменяемой в отношении совершенного ею деяния.
Обсуждая вопрос об избрании вида и размера наказания, суд учитывает то, что Качусова Т.П. совершила особо тяжкое преступление.
Обстоятельствами, смягчающими наказания суд признает наличие несовершеннолетнего ребенка, положительную характеристику, ухудшение состояния здоровья. Также смягчающим обстоятельством суд признает явку с повинной, так как несмотря на отрицание своей вины в совершенном преступлении, Качусова указала на место и время совершенного преступления, о своих действиях, связанных с сокрытием следов преступления.
Наличие смягчающих обстоятельств, отсутствие отягчающих обстоятельств, а также состояние здоровья подсудимой позволяют суду назначить Качусовой Т.П. наказание в виде лишения свободы в минимальном размере установленной санкцией ст.105 ч.1 УК РФ.
Потерпевшая Ш. предъявила гражданский иск о взыскании с подсудимой компенсации морального вреда в размере 500000 рублей в связи с перенесенными нравственными переживаниями, связанными с гибелью брата и 7259 рублей, затраченные на погребение В. В судебном заседании увеличила размер компенсации морального вреда до 5000000 рублей и уменьшила требования материального характера до 4681 рубля. Размер понесенных затрат подтверждается представленными истицей доказательствами (т. № 2 л.д.67 и т. № 4 л.д.46-50). Поэтому в этой части исковые требования Ш. подлежат удовлетворению.
Гражданские истцы Г. и М. также просят взыскать с подсудимой компенсацию морального вреда в связи с перенесенными нравственными переживаниями, связанными с гибелью В., Г. в размере 1000000 рублей, М. 5000000 рублей.
Качусова Т.П. исковые требования не признала в полном объеме.
В соответствии со ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Согласно ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические и нравственные страдания), действиями, нарушающими его личные неимущественные права, суд может наложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя, иные заслушивающие внимания обстоятельства.
В данном случае моральный вред заключается в нравственном переживании в связи с потерей родственника, нарушение целостности семейных отношений. Учитывая степень переживания истцов, близость общения с погибшим, с учетом соразмерности и справедливости, а также имущественного положение ответчицы, суд определяет размер компенсации морального вреда подлежащий взысканию в пользу М. в 250000 рублей, в пользу Ш. -200000 рублей.
Исковые требования Г. удовлетворению не подлежат, так сводные сестры и братья не являются близкими родственниками и в данном случае нельзя говорить о том, что были нарушены её личные неимущественные права, в частности нарушение целостности семейных отношений.
На основании изложенного, руководствуясь ст.307,308 и 309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
Признать Качусову Татьяну Павловну виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы сроком на 6 (шесть) лет в исправительной колонии общего режима.
Срок отбывания наказания Качусовой Т.П. исчислять с 16 августа 2010 года, зачесть в срок наказания отбытое ею под стражей с 29 июня по 4 июля 2006 года, и с 3 августа 2006 года по 28 апреля 2008 года.
Меру пресечения Качусовой Т.П. подписку о невыезде и надлежащем поведении изменить на содержание под стражей и этапировать ее в ИЗ-22/2 г. Бийска Алтайского края.
Вещественные доказательства по уголовному делу по вступлению приговора в законную силу:
гвоздодер, правая боковина диван-кровати, две лопаты (совковая и штыковая), 3 гантели, три бусины (фрагменты шторы), проигрывающее устройство «Олимпус» с микрокассетой, нож кухонный, картину - передать Качусовой Т.П.;
фрагмент плинтуса, фрагмент ваты из дивана-кровати, два фрагмента бумажных обоев, 2-х фрагмента уплотнительной резины из багажника автомобиля Форд Мондео; кусок плинтуса – уничтожить;
палас и плед (одеяло), диван-кровать переданные под сохранную расписку оставить у Качусовой Т.П.
Взыскать с Качусовой Татьяны Павловны в пользу Ш. затраты на погребение В. в размере 4681 рубль.
Взыскать с Качусовой Татьяны Павловны денежную компенсацию морального вреда в пользу М. в размере 250000 рублей, в пользу Ш. 200000 рублей.
Исковые требования Г. о взыскании с Качусовой Татьяны Павловны компенсации морального вреда в размере 1000000 рублей оставить без удовлетворения.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Алтайский краевой суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденной Качусовой Т.П., содержащейся под стражей, в тот же срок со дня вручения ей копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы осужденная Качусова Т.П. вправе в течение 10 суток ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, и в тот же срок со дня вручения ей копии кассационного представления или жалобы, затрагивающие её интересы.
Председательствующий М.Ю. Белущенко
=верно=
Судья М.Ю. Белущенко