П Р И Г О В О Р
именем Российской Федерации
город Б. 30 июня 2010 года
Алтайский краевой суд в составе:
председательствующего Пашкова Д.А.,
с участием
государственного обвинителя - прокурора отдела
прокуроры Алтайского края Чулимовой Ю.В.,
подсудимых Карлиной И.П., Лезина В.В.,
защитников - адвокатов адвокатской палаты
Алтайского края Гордеева М.А., Бурлакова,
при секретаре Никитиной Н.М.,
рассмотрев материалы уголовного дела в отношении
КАРЛИНОЙ И.П.,
- обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ;
ЛЕЗИНА В.В.,
- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33 и п. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ,
У С Т А Н О В И Л:
Карлина И.П. покушалась на получение взятки, то есть покушалась на получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег за действия в пользу взяткодателя, если такие действия входят в служебные полномочия должностного лица, совершенное за незаконные действия, в крупном размере, а Лезин В.В. являлся пособником, т.е. лицом, содействовавшим совершению данного преступления предоставлением информации. Указанное преступление совершено Карлиной и Лезиным при следующих обстоятельствах:
Приказом начальника Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю Карлина И.П. с 09 февраля 2009 года назначена на должность федеральной государственной гражданской службы - главного государственного налогового инспектора отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю (далее Межрайонная ИФНС), в связи с чем, являлась должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти в сфере соблюдения и исполнения налогового законодательства, и должна была руководствоваться в своей служебной деятельности Налоговым кодексом РФ в редакции Федерального закона от 31 июля 1998 года № 146-ФЗ (часть первая) и в редакции Федерального закона от 05 августа 2000 года № 117-ФЗ (часть вторая), Должностным регламентом главного государственного налогового инспектора отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС, утверждённым приказом начальника Межрайонной ИФНС, Регламентом выездных налоговых проверок, утверждённым приказом руководителя Федеральной налоговой службы России № ММ-4-2/34 ДСП@ от 25 сентября 2008 года.
В соответствии со ст. ст. 32 и 33 НК РФ в ее полномочия, как главного государственного налогового инспектора отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС, входили обязанности: действовать в строгом соответствии с Налоговым кодексом РФ и иными федеральными законами; реализовывать в пределах своей компетенции права и обязанности налоговых органов; соблюдать законодательство о налогах и сборах; осуществлять контроль за соблюдением законодательства о налогах и сборах, а также принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов; руководствоваться письменными разъяснениями Министерства финансов Российской Федерации по вопросам применения законодательства Российской Федерации о налогах и сборах; соблюдать налоговую тайну и обеспечивать её сохранение.В соответствии с разделом 3 Должностного регламента главного государственного налогового инспектора отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС, в полномочия Карлиной входили: контроль за соблюдением налогоплательщиками, плательщиками сборов и налоговыми агентами, состоящими на учёте в Межрайонной ИФНС, законодательства о налогах и сборах и принятых в соответствии с ним нормативных правовых актов; правильностью исчисления, полнотой и своевременностью внесения в соответствующие бюджеты и государственные внебюджетные фонды налогов, сборов и иных обязательных платежей; курирование вопроса по налогу на доходы физических лиц индивидуальных предпринимателей без образования юридического лица (далее - ИПБОЮЛ) и составление отчётов и пояснительных записок по указанному виду налога; проведение проверок по курируемым отделом налогам и вопросам в порядке, установленном ст. ст. 87-101 Налогового кодекса РФ и Регламентом выездных налоговых проверок; осуществление при проведении налоговых проверок иных форм налогового контроля, предусмотренных Налоговым кодексом РФ. Помимо этого, руководствуясь разделом 4 вышеназванного Регламента, Карлина была вправе вносить начальнику отдела или заместителю начальника отдела выездных проверок предложения по материалам выездных налоговых проверок о привлечении к ответственности предприятий и должностных лиц, а также ИПБОЮЛ, с указанием размера выявленной недоимки по проверяемым налогам, сборам и иным обязательным платежам с указанием размеров соответствующих пеней и сумм штрафов.
В соответствии с Регламентом выездных налоговых проверок (далее - Регламент) от 25 сентября 2008 года, в полномочия Карлиной при проведении выездной налоговой проверки налогоплательщика, кроме прочего, входили проверка, анализ, сопоставление документов и информации, имеющих значение для формирования выводов о правильности исчисления, удержания и уплаты (перечисления) налогов и сборов, страховых взносов, а также для принятия обоснованного решения по результатам проверки. При этом:
- в соответствии с п. 6.2 раздела 6 Регламента, Карлина при проведении выездной налоговой проверки налогоплательщика определяла суммы налогов, подлежащие уплате налогоплательщиками в бюджетную систему РФ, расчётным путём на основании имеющейся информации о налогоплательщике, а также данных об иных аналогичных налогоплательщиках в случаях отказа налогоплательщика допустить должностных лиц налогового органа к осмотру производственных, складских, торговых и иных помещений либо непредставления в течение более двух месяцев налоговому органу необходимых для расчёта налогов документов либо отсутствия учёта доходов и расходов, учёта объектов налогообложения или ведения учёта с нарушением установленного порядка, приведшего к невозможности исчислить налоги;
- согласно п.п. 6.3 и 6.5 раздела 6 Регламента, при проведении выездной налоговой проверки налогоплательщика Карлина самостоятельно определяла степень охвата документов и информации, в ходе проверки каждый отдельный документ должна была подвергнуть следующим видам анализа: формальному (изучение документа с точки зрения наличия в нём всех необходимых реквизитов, а также соблюдения правил его оформления, установленных действующим законодательством); арифметическому (контроль правильности подсчётов количественных (суммовых) показателей в первичных документах, учётных регистрах и отчётных формах); правовому (установление соответствия документа действующему на момент совершения операции законодательству).
- в процессе проведения выездной налоговой проверки налогоплательщика Карлина, согласно п. 6.5 раздела 6 Регламента, должна была: анализировать финансово-хозяйственную деятельность налогоплательщика, имеющую значение для формирования выводов о правильности исчисления, полноте и своевременности перечисления в соответствующие бюджеты и государственные внебюджетные фонды налогов, сборов, взносов, предусмотренных действующим законодательством; выявлять искажения и противоречия в содержании исследуемых документов, в том числе и несоответствие информации о количестве счетов, открытых налогоплательщиком в кредитных учреждениях, данным, имеющимся у налоговых органов, факты нарушения порядка ведения бухгалтерского и налогового учёта, составления бухгалтерской и налоговой отчётности; устанавливать факты заниженной налоговой базы, а также иных налоговых правонарушений, анализировать влияние указанных нарушений на формирование налоговой базы; формировать доказательственную базу по фактам выявленных налоговых правонарушений, нарушений законодательства об обязательном пенсионном страховании; производить доначисление сумм не исчисленных (неправильно исчисленных) налогов, сборов, взносов; устанавливать суммы налогов, не перечисленных налоговым агентом в бюджетную систему РФ; производить доначисление единого социального налога в федеральный бюджет на сумму положительной разницы между начисленными и фактически уплаченными страховыми взносами на обязательное пенсионное страхование; производить исчисление сумм пеней при выявлении уплаты причитающихся сумм налогов, сборов, авансовых платежей в более поздние по сравнению с установленными законодательством о налогах и сборах сроки; формировать предложения о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налоговых правонарушений или об отказе в привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налоговых правонарушений, а также об устранении выявленных нарушений законодательства о налогах и сборах, законодательства об обязательном пенсионном страховании; проверять иные вопросы соблюдения законодательства о налогах и сборах, законодательства об обязательном пенсионном страховании;
- в соответствии с п.п. 7.1 и 7.5 раздела 7 Регламента, по результатам той или иной выездной налоговой проверки налогоплательщика, проведение которой ей поручено, Карлина была обязана составлять в установленной форме акт налоговой проверки, в котором среди прочих могут быть отражены факты следующих налоговых правонарушений, предусмотренных Налоговым кодексом РФ: грубое нарушение правил учёта доходов и расходов и объектов налогообложения (статья 120 НК РФ), неуплата или неполная уплата сумм налога, сбора (статья 122 НК РФ), непредставление налоговому органу сведений, необходимых для осуществления налогового контроля (пункт 1 статьи 126 НК РФ). Данный акт проверки подписывается Карлиной и иными уполномоченными должностными лицами Межрайонной ИФНС.
31 марта 2009 года заместителем начальника Межрайонной ИФНС вынесено решение о проведении выездной налоговой проверки налогоплательщика М.А.М. по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты последним за период с 01 января 2007 года по 31 декабря 2007 года: налога на доходы физических лиц (далее НДФЛ), единого социального налога (далее ЕСН), налога на добавленную стоимость (далее НДС), а также страховых взносов на обязательное пенсионное страхование. Проведение проверки поручено Карлиной. 06 апреля 2009 года М.А.М. уведомлен о принятом решении.
В период времени с 31 марта 2009 года по 24 июня 2009 года на территории города Б. Алтайского края у главного государственного налогового инспектора отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС Карлиной, являющейся должностным лицом, возник преступный умысел, направленный на получение через посредника взятки в виде денег в размере 100 000 рублей от М.А.М. за совершение незаконных действий в пользу взяткодателя в виде уменьшения размера установленных в ходе выездной налоговой проверки подлежащих уплате последним в бюджеты бюджетной системы РФ неправильно исчисленных и несвоевременно уплаченных налогов: НДФЛ, ЕСН, НДС и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за вышеобозначенный период, а также уменьшения размеров соответствующих пеней и штрафов.
В целях облегчения реализации указанного преступного умысла, Карлина решила привлечь к совершению преступления в качестве пособника и посредника ранее знакомого ей Лезина В.В., не имевшего отношения к деятельности Межрайонной ИФНС. Для этого в период времени с 31 марта 2009 года по 24 июня 2009 года на территории города Б. Алтайского края Карлина предложила ему осуществлять данные роли, на что последний ответил согласием. При этом они условились, что Лезин будет вести с М.А.М. переговоры по поводу проводимой в отношении того выездной налоговой проверки, а также должен будет получить от М.А.М. для последующей передачи Карлиной взятку в виде денег в размере 100 000 рублей за совершение последней вышеприведенных незаконных действий.
Таким образом, Лезин согласился выступить в роли пособника и посредника, содействуя совершению Карлиной преступления предоставлением информации, а последняя стала предоставлять ему информацию, ставшую ей известной в ходе проводимой проверки. При этом, как Карлина, так и Лезин, осознавали общественно-опасный характер своих действий, предвидели наступление общественно-опасных последствий в виде нарушения установленного законом порядка деятельности государственного аппарата в лице Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю и дискредитации авторитета органов власти и управления.
В период времени с 24 июня 2009 года, но не позднее 15-ти часов 10 июля 2009 года Лезин, действуя в качестве пособника и посредника Карлиной, встретился с М.А.М. на проезжей части дороги возле АЗС, расположенной на въезде в поселок С. города Б. по адресу: Алтайский край, город Б., (без номерного обозначения) и в ходе данной встречи сообщил ему, что по итогам проводимой Карлиной выездной налоговой проверки за неправильно исчисленные и несвоевременно уплаченные суммы налогов, с учётом размера выявленной недоимки и соответствующих пеней, а также с учётом штрафных санкций, за совершение налоговых правонарушений он должен будет выплатить в бюджеты бюджетной системы РФ денежную сумму в размере около 1 300 000 рублей. При этом Лезин пояснил, что Карлиной вышеобозначенная сумма может быть уменьшена до 400 000 рублей при условии передачи М.А.М. через него взятки последней в размере 100 000 рублей, на что М.А.М. согласился и попросил Лезина организовать встречу с Карлиной.
На указанной встрече, состоявшейся 10 июля 2009 года около 15 часов в рабочем кабинете Карлиной в здании Межрайонной ИФНС, расположенном по адресу: Алтайский край, город Б., последняя пояснила М.А.М., что в ходе выездной налоговой проверки ею выявлены неправильно исчисленные и несвоевременно уплаченные суммы налогов и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, подтвердив при этом ранее озвученную М.А.М. Лезиным сумму, которую тот должен будет внести в бюджеты бюджетной системы РФ по результатам проверки. При этом Карлина довела до сведения М.А.М. информацию о том, что проведение выездной налоговой проверки будет в скором времени завершено.
После окончания встречи с Карлиной, М.А.М. в тот же день в период времени с 16 до 17 часов встретился с Лезиным в городе Б., где последний пояснил, что переговоры по поводу передачи Карлиной взятки будут вестись через него, а денежные средства М.А.М. должен передать ему после того как она завершит проведение выездной налоговой проверки. В подтверждение своей роли Лезин пересказал М.А.М. содержание состоявшегося немногим ранее у последнего с Карлиной разговора, дав понять, что он посвящен во все обстоятельства проведения обозначенной выездной налоговой проверки.
В период времени с 10 по 16 июля 2009 года Карлина решила увеличить сумму взятки, которую намеревалась получить с М.А.М. со 100 000 рублей до 200 000 рублей, что составляет крупный размер, о чём в вышеуказанное время поставила в известность Лезина.
Последний, содействуя Карлиной в получении взятки, 16 июля 2009 года в период времени с 13 часов до 16 часов на автомобильной парковке возле торгового центра, расположенного по адресу: Алтайский край, город Б., встретился с М.А.М., до сведения которого довел, что Карлина по результатам проведённой выездной налоговой проверки готова составить акт, в соответствии с которым он за допущенные нарушения налогового законодательства за проверяемый период должен будет внести в бюджеты бюджетной системы РФ выявленную у него недоимку по уплате налогов НДФЛ, ЕСН, НДС и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, а также соответствующих пеней и сумм штрафов в размере около 200 000 рублей, а не 1 300 000 рублей, при условии увеличения суммы передаваемой Карлиной взятки до 200 000 рублей. На данное предложение М.А.М. ответил согласием, при этом условился с Лезиным о том, что часть взятки в размере 100 000 рублей передаст ему 17 июля 2009 года после встречи с Карлиной и подписания у неё документов об окончании выездной налоговой проверки, а оставшуюся часть взятки, также в размере 100 000 рублей, должен будет передать 22 июля 2009 года.
17 июля 2009 года около 15 часов Карлина в своем рабочем кабинете по вышеуказанному адресу уведомила М.А.М. об окончании проведения выездной налоговой проверки, пояснив, что по её результатам ему необходимо будет внести в бюджеты бюджетной системы РФ за совершённые им налоговые правонарушения сумму около 200 000 рублей, а также, что для получения акта выездной проверки ему необходимо явиться к ней 22 июля 2009 года.
После окончания указанной встречи в тот же день в период времени с 15 часов до 17 часов на автомобильной парковке возле торгового комплекса, расположенного по адресу: Алтайский край, город Б., М.А.М. передал Лезину для последующего вручения Карлиной часть суммы взятки в размере 100 000 рублей за ее незаконные действия в виде уменьшения установленных в ходе выездной налоговой проверки сумм неправильно исчисленных и несвоевременно уплаченных данным налогоплательщиком налогов НДФЛ, ЕСН, НДС и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за период с 01 января 2007 года по 31 декабря 2007 года, а также соответствующих пеней и сумм штрафов с 819 974 рублей 21 копейки до 163 265 рублей 40 копеек.
Лезин, реализуя свой преступный умысел и преступный умысел Карлиной на получение должностным лицом через посредника взятки за незаконные действия в крупном размере, выполняя роль посредника и пособника, содействуя Карлиной в совершении преступления, взял указанную часть взятки, после чего был задержан, не успев передать ее Карлиной, в связи с чем они не довели преступление до конца по независящим от них обстоятельствам.
Подсудимая Карлина И.П. в судебном заседании вину не признала, показала, что с Лезиным состоит в дружеских отношениях с момента проведения у него налоговой проверки. После февраля 2010 года она рассказала Лезину о предстоящей проверке ИП М.А.М. Лезин ответил, что М.А.М. должен ему около 300 000 рублей, которые отказывается отдавать, и, поинтересовавшись суммой предполагаемых начислений, которая составляла около 1 000 000 рублей, предложил снизить ее для того, чтобы, манипулируя данным обстоятельством, получить с него хотя бы часть долга. На это предложение она ответила отказом, однако, по просьбе Лезина согласилась составить фиктивный акт проверки, который предназначался лишь для предъявления в случае необходимости М.А.М., чтобы таким образом Лезин получил от последнего хотя бы часть долга. При этом она понимала, что Лезиным данной обстоятельство будет преподнесено М.А.М., как снижение суммы доначислений за взятку, которая якобы предназначается для нее (Карлиной). В то же время для согласования руководству и для подписания М.А.М. она предполагала предоставить акт проверки, содержащий сумму дончислений, соответствующую действительности. Изначально планировалось в фиктивном акте указать сумму доначислений порядка 500 000 рублей, а затем по просьбе Лезина, сообщившего, что в случае уменьшения этой суммы, М.А.М.готов передать ему 200 000 рублей, она (Карлина) согласилась указать в фиктивном акте общую сумму доначислений порядка 200 000 рублей. На 17 июля 2009 года ею были распечатаны оба варианта акта (фиктивный и реальный), в то же время, передавая материалы для проверки В.В.Н., она по ошибке положила в папку с документами фиктивный акт, в то время как реальный акт в последующем был изъят у нее сотрудниками ФСБ в кабинете. Денежные средства, которые М.А.М. должен был передать Лезину ей не предназначались, таким путем она хотела помочь последнему получить долг.
Подсудимый Лезин В.В. в судебном заседании вину не признал, показал, что в период совместной предпринимательской деятельности с М.А.М. тот задолжал ему порядка 300 000 рублей. Затем в течение нескольких лет он с ним не общался. С Карлиной познакомился в период, когда она проводила в отношении него налоговую проверку, после которой они стали встречаться. Однажды Карлина рассказала ему, что ею будет проводится проверка в отношении М.А.М., ситуация по уплате налогов которого схожа с его. Поскольку у него (Лезина) на тот период времени было сложное финансовое положение, он решил воспользоваться данной информацией для возвращения хотя бы части долга. Встретившись с М.А.М., он рассказал ему о предстоящей проверке и ее перспективах, приведя при этом в пример результаты проверки, проводимой ранее в отношении него, в связи с чем последний попросил оказать ему помощь, на что он согласился. Он пояснил Карлиной о долговых отношениях с М.А.М., попросив снизить по результатам проверки сумму доначислений. Карлина, сообщив, что данная сумма составит порядка 1 000 000 рублей, отказалась уменьшить ее, однако согласилась, в целях оказания помощи в возврате долга, составить фиктивный акт проверки, предназначавшийся только для М.А.М., в котором указать сумму доначислений порядка 400-500 тысяч рублей. В свою очередь он (Лезин) при встречах с М.А.М. вводил его в заблуждение о том, что готов решить его вопрос за 100 000 рублей, которые необходимо передать через него Карлиной. Также он, в целях подтверждения своих слов, сообщил в деталях М.А.М. содержание одной из его встреч с Карлиной, о которой ему было известно со слов последней. В последующем М.А.М. предложил уменьшить сумму доначислений до 200 000 рублей, пообещав при этом передать ему не 100, а 200 тысяч рублей. Он (Лезин) убедил Карлину снизить в фиктивном акте сумму доначислений до указанной М.А.М. В то же время был ли составлен этот фиктивный акт Карлиной, ему не известно. С М.А.М. была достигнута договоренность, что первую часть суммы тот отдаст 17 июля 2009 года, а оставшуюся через несколько дней. Несмотря на это получать от М.А.М. оставшуюся часть денег он не планировал. При передаче М.А.М. первых 100 000 рублей он (Лезин) был задержан сотрудниками ФСБ.
Несмотря на непризнание вины Карлиной и Лезиным, вина подсудимых нашла свое полное подтверждение совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств:
Протоколом явки с повинной Лезина В.В. (т. 1 л.д. 21-23) подтверждается, что ему было известно, что у М.А.М. проводится налоговая проверка, по результатам которой последний должен был заплатить более 1 000 000 рублей. Будучи знакомым с Карлиной И.П., он (Лезин) пообещал М.А.М. помочь в решении этой проблемы. В ходе разговора с Карлиной, последняя за 100 000 рублей согласилась оказать помощь в снижении штрафа, начисленного М.А.М. по результатам проверки. Когда он сообщил М.А.М. об этом, то последний согласился на эти условия. Через некоторое время Карлина позвонила ему и сообщила, что за снижение суммы штрафа М.А.М. должен передать не 100 000 рублей, а 200 000 рублей. 16 июля 2009 года он (Лезин) сообщил об этом М.А.М., на что тот пояснил, что готов заплатить 100 000 рублей сразу, а оставшиеся заплатить в среду. После того, как М.А.М. подписал у Карлиной акт, то при встрече передал ему (Лезину) 100 000 рублей.
Протоколом явки с повинной Карлиной И.П. (т. 1 л.д. 28-30) подтверждается, что с 31 марта 2009 года ею проводилась выездная налоговая проверка ИП М.А.М. Через некоторое время она сообщила Лезину, что по результатам проверки сумма штрафа, налогов и пени, будет составлять 1 300 000 рублей, в связи с чем они решили за 100 000 рублей уменьшить М.А.М. сумму доначислений и штрафов. После разговора с последним Лезин сообщил, что тот требует гарантий, на что она пригласила его к себе для ознакомления с материалами проверки. 10 июля 2009 года в рабочем кабинете она сообщила М.А.М. о том, что сумма налоговой задолженности по итогам проверки составит около 1 200 000 рублей. При этом, когда М.А.М. сказал ей о разговоре с Лезиным, она в соответствии с инструктажем последнего заявила, что ничего об этом не знает и посоветовала решать все с ним. О состоявшейся встрече она (Карлина) сообщила Лезину и передала ему содержание разговора. Последний в свою очередь после этого встретился с М.А.М. Позднее она сообщила Лезину, что 100 000 рублей за снижение М.А.М. налогового штрафа недостаточно и сказала, что взять с него необходимо в два раза больше. 15 июля 2009 года она через Лезина назначила М.А.М. встречу на 17 июля 2009 года, чтобы тот расписался в справке об окончании проверки и в ряде других документов. В назначенное время к ней пришел М.А.М. и расписался во всех документах, о чем после его ухода она сообщила по телефону Лезину. В тот же день около 18 часов Лезин по телефону сообщил ей, что получил от М.А.М. 100 000 рублей.
Показаниями М.А.М. подтверждается, что в 2006-2008 годах он осуществлял предпринимательскую деятельность, будучи зарегистрированным в качестве индивидуального предпринимателя в Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю. Осенью 2008 года ему на сотовый телефон позвонил ранее знакомый Лезин, у которого, в период его работы коммерческим директором, на протяжении одного года он работал по гражданско-правовому договору (в 2003-2004 годах). В ходе разговора Лезин сообщил, что его (М.А.М.) предпринимательская деятельность будет подвергнута налоговой проверке, которую будет проводить инспектор Карлина И.П. В марте - апреле 2009 года он (М.А.М.) через сотрудников милиции был вызван в рабочий кабинет к Карлиной, где та предъявила решение о проведении налоговой проверки, предложив подписать его, на что он ответил отказом. Во второй половине июня 2009 года ему позвонил Лезин и под предлогом оказания помощи предложил встретиться. Не доверяя последнему, он (М.А.М.) взял с собой диктофон. При встрече, состоявшейся у здания АЗС, расположенной на въезде в поселок С., Лезин пояснил ему, что по результатам проверки сумма, подлежащая уплате в бюджет и состоящая из недоимок по налогам, пени и штрафных санкций, будет определена Карлиной в пределах 1 300 000 рублей. При этом он, приведя в пример свой личный опыт, пояснил, что оспаривать данную сумму в судебном порядке бесполезно, в то же время предложил, что можно передать 100 000 рублей Карлиной и в таком случае сумма будет снижена до 400 000 рублей. Пообещав подумать, он (М.А.М.) обратился в Управление ФСБ по Алтайскому краю, где рассказал сотрудникам о сложившейся ситуации, дав прослушать диктофонную запись. В то же время он отказался написать письменное заявление по данному поводу, поскольку не был уверен в причастности Карлиной. Несмотря на это, сотрудники ФСБ пояснили, что будут заниматься этим делом и попросили его соглашаться на все условия, предлагаемые подсудимыми. Через 5-7 дней он (М.А.М.) вновь встретился с Лезиным и попросил его в целях получения гарантий выполнения обещаний организовать ему встречу с Карлиной, что тот и сделал спустя 2-3 дня. На данной встрече Карлина предъявила ему претензии по поводу того, что он якобы препятствует проведению проверки, а также пояснила, что сумма, подлежащая уплате в бюджет, составит около 1 300 000 рублей. Когда он попытался сказать относительно договоренности с Лезиным, Карлина пояснила, что ей об этом ничего не известно, в то же время предложила подумать, не уточняя о чем. Выйдя из здания ИФНС, он (М.А.М.) сразу позвонил Лезину, предложив встретиться. На встрече, состоявшейся спустя 1,5-2 часа, он высказал ему свои сомнения относительно осведомленности Карлиной о его (Лезина) действиях. В ответ тот связал это с тем, что Карлина - должностное лицо и может быть привлечена к уголовной ответственности, если будет напрямую вести переговоры. Также Лезин практически дословно пересказал ему содержание только что состоявшегося разговора между ним (М.А.М.) и Карлиной, что убедило его, что подсудимые действуют совместно. Также Лезин сказал, что дополнительно сообщит ему о том, когда нужно будет явиться к Карлиной, чтобы подписать документы по результатам проверки. 16 июля 2009 года он (М.А.М.) вновь встретился с Лезиным около ТЦ. В ходе беседы тот сообщил, что сумма, подлежащая передаче Карлиной, вырастает до 200 000 рублей, в то же время сумма, подлежащая оплате в бюджет, будет сокращена до 200 000 рублей. Также Лезин пояснил, что на следующий день ему (М.А.М.) необходимо будет явиться к Карлиной для подписания соответствующих документов. На это он согласился, но поскольку не обладал требуемой суммой, предложил передать ее в 2 приема: 100 000 рублей непосредственно после подписания документов, а оставшиеся после вручения копии акта проверки. 17 июля 2009 года он (М.А.М.) обратился в органы ФСБ с соответствующим письменным заявлением, после чего в присутствии двух понятых ему были вручены 100 000 рублей купюрами по 5 000 рублей, номера и серии которых были вынесены в соответствующий акт, к которому также были приложены ксерокопии купюр. Прибыв в тот же день около 15 часов 00 минут в кабинет к Карлиной и подписав у нее необходимые документы, он позвонил Лезину и договорился о встрече около 17 часов того же дня на автопарковке воле ТЦ. На данной встрече он передал Лезину ранее врученные 100 000 рублей, которые тот положил в карман брюк, после чего последний был задержан сотрудниками ФСБ. В последующем он (М.А.М.) выдал следователю диктофон, на котором были записаны ряд бесед с Лезиным.
Допрошенный в качестве свидетеля Н.В.А. показал, что в его должностные обязанности, кроме прочего, входит выявление, предупреждение и пресечение преступлений. Ранее в отношении Карлиной имелась оперативная информация о том, что она через Лезина получает взятки. В конце июня - первых числах июля 2009 года в УФСБ России по Алтайскому краю обратился М.А.М. с информацией о том, что Лезин сообщил ему, что по результатам проводимой у него проверки будет установлена большая сумма налоговых доначислений, однако, ее можно уменьшить, передав через него инспектору Карлиной взятку в 100 000 рублей. По данному поводу от М.А.М. было отобрано объяснение, была прослушана представленная им диктофонная запись разговора с Лезиным. В результате чего стали проводится оперативно-розыскные мероприятия, направленные на проверку данной информации (в том числе «наблюдение», «прослушивание телефонных переговоров», «опрос» и т.д.), при которых использовались спец. средства. После этого он неоднократно встречался с М.А.М., который пояснял о развитии событий и давал по этому поводу объяснения. Таким образом, об обстоятельствах встреч М.А.М. с Карлиной и Лезиным, имевших место вплоть до пресечения деятельности подсудимых 17 июля 2009 года, ему (Н.В.А.) стало детально известно из объяснений М.А.М., соответствующих данным им в суде показаниям, в том числе и об увеличении суммы взятки до 200 000 рублей. 15 июля 2009 года было вынесено постановление о проведении оперативно-розыскного мероприятия «Оперативный эксперимент» по факту вымогательства взятки с М.А.М. 17 июля 2009 года М.А.М. обратился в УФСБ с заявлением о вымогательстве взятки, которое было надлежащим образом зарегистрировано, после чего им (Н.В.А.) в присутствии двух незаинтересованных лиц и в порядке, приведенном в соответствующем акте, М.А.М.были вручены 100 000 рублей. Также в ходе ОРМ «Оперативный эксперимент» зафиксировано, что 17 июля 2009 года в период времени с 16 часов 00 минут до 16 часов 30 минут на автопарковке возле торгового центра, расположенного по адресу: Город Б., М.А.М. передал Лезину указанные денежные средства. Сразу после этого Лезин был задержан, после чего добровольно выдал полученные от М.А.М. денежные средства, которые были надлежащим образом упакованы и опечатаны. В тот же день около 21 часа 40 минут в отделе УФСБ в Городе Б. Карлина, прибывшая для дачи объяснений, добровольно, без оказания на неё какого-либо психического или физического давления пожелала дать явку с повинной, которая была принята им (Н.В.А.). После составления протокола явки с повинной, текст которого набирался им со слов подсудимой, Карлина лично ознакомилась с ним и подписала, после чего данный протокол был зарегистрирован надлежащим образом.
Допрошенный в качестве свидетеля С.А.Н. по обстоятельствам обращения в УФСБ М.А.М. дал показания, аналогичные показаниям свидетеля Н.В.А. Непосредственным проведением ОРМ занимался оперуполномоченный Н.В.А., а он (С.А.Н.) осуществлял лишь общее руководство и контроль. Со слов Н.В.А. ему известно об обстоятельствах проведения всех оперативно-розыскных мероприятий в рамках данного дела, о которых он дал аналогичные показания.
Допрошенный в качестве свидетеля М.В.В. показал, что он участвовал при задержании Лезина, при этом по этим обстоятельствам дал показания, аналогичные показаниям Н.В.А. Также им принималась и регистрировалась явка с повинной подсудимого Лезина, которая была дана последним добровольно, без оказания какого-либо физического либо психологического давления.
Постановлением о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей (т. 1 л.д. 104-105), постановлением о предоставлении результатов ОРД (т. 1 л.д. 106-109), постановлением о проведении ОРМ «Оперативный эксперимент» (т. 1 л.д. 76-77) подтверждается, что в отношении Карлиной И.П. и Лезина В.В. с санкции уполномоченного лица проводилось ОРМ «оперативный эксперимент», результаты которого, наряду с результатами иных ОРМ, надлежащим образом рассекречены и предоставлены следователю.
Актом осмотра, пометки и вручения денежных средств (т. 1 л.д. 95-101) подтверждается, что 17 июля 2009 года в период с 13 часов 40 минут до 14 часов 05 минут, в присутствии незаинтересованных лиц Р.Р.В. и Т.А.А., М.А.М. вручены денежные средства 100 000 рублей (20 купюр по 5 000 рублей, серии и номера которых приведены в акте). К акту приложены ксерокопии купюр.
Допрошенные в качестве свидетелей Т.А.А. и Р.Р.В. аналогично показали, что принимали участие в качестве незаинтересованных лиц при вручении М.А.М. денежных средств; подтвердили обстоятельства проведения данного мероприятия, приведенные в соответствующем акте.
Протоколом добровольной выдачи (т. 1 л.д. 102-103) подтверждается, что 17 июля 2009 года в присутствии незаинтересованных лиц МВ.А.М. и П.В.А. Лезиным В.В. добровольно выданы денежные средства в сумме 100 000 рублей, купюрами по 5 000 рублей в количестве 20 штук, ранее врученные М.А.М. Изъятое надлежащим образом упаковано и опечатано.
Оглашенными с согласия сторон протоколами допросов в качестве свидетелей МВ.А.М. (т. 2 л.д. 71-74) и П.В.А. (т. 2 л.д. 75-78) подтверждается, что они принимали участие в качестве незаинтересованных лиц при добровольной выдаче Лезиным денежных средств; подтвердили обстоятельства проведения указанного мероприятия, изложенные в соответствующем протоколе.
Протоколом выемки (т. 2 л.д. 140-142) подтверждается, что М.А.М. выдал диктофон с находящимися на нем аудиозаписями разговоров с Лезиным.
Протоколом выемки (т. 5 л.д. 195-200), которым на основании судебного решения проведено изъятие документов, содержащих детализацию о соединениях абонентов Карлиной И.П. и Лезина В.В.
Постановлением судьи Алтайского краевого суда (т. 1 л.д. 66-67) подтверждается, что с 03 июля 2009 года сроком на 180 суток разрешено проведение ОРМ «контроль технических каналов связи», «прослушивание телефонных переговоров» ведущихся Карлиной И.П. и Лезиным В.В.
Показания М.А.М. об обстоятельствах бесед и встреч с Лезиным и Карлиной детально подтверждаются осмотренными и прослушанными в судебном заседании компакт-дисками с записями результатов проведенных ОРМ, в том числе ОРМ «прослушивание телефонных переговоров», ОРМ «наблюдение», а также записями, содержащимися на диктофоне, выданном М.А.М. следователю. Данные компакт-диски и диктофон явились предметами неоднократных осмотров, протоколы которых, содержащиеся в т. 1 на л.д. 229-283, в т. 4 на л.д. 225-284, исследованы в судебном заседании наряду с исследованием заключения фоноскопической экспертизы т. 6 л.д. 22-225, в ходе проведения которой вышеперечисленные диски и диктофон подвергались экспертному исследованию.
При прослушивании дисков и диктофона, а также при исследовании и сопоставлении совокупности вышеперечисленных доказательств с детализацией данных о соединениях абонентов Карлиной и Лезина (т. 5 л.д. 201-209), протоколом осмотра данной детализации (т. 5 л.д. 210-216), а также с показаниями свидетеля М.А.М., установлены следующие разговоры:
разговор, содержащийся в памяти диктофона, в котором принимают участие два мужчины (из показаний М.А.М. - он и Лезин), при этом Лезин объясняет М.А.М., что последнему по результатам проверки налоговым инспектором необходимо будет уплатить в бюджет порядка 1 300 000 рублей. При этом на своем опыте говорит, что обжалование данной суммы в суде общей юрисдикции бесполезно, но решить вопрос можно путем передачи Карлиной 100 000 рублей. На это предложение М.А.М. просит время подумать (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма 24);
разговор, содержащийся в памяти диктофона, в котором принимают участие два мужчины (из показаний М.А.М. - он и Лезин), при этом М.А.М. просит Лезина организовать ему встречу с «И.» (имя Карлиной), чтобы убедиться в соблюдении ею условий договоренности о снижении суммы, подлежащей уплате в бюджет (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма 25);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных между Лезиным и Карлиной 06 июля 2009 года в 10 часов 29 минут, в ходе которого Лезин уточняет когда М.А.М. необходимо подойти «на допрос» (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 5);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и показаниями М.А.М. между ним и Лезиным 08 июля 2009 года в 21 час 04 минуты, в ходе которого М.А.М. интересуется получится ли встретится на следующий день с «И.», при этом они определяют время встречи в 15.00 часов. Также М.А.М. интересуется у Лезина необходимо ли брать с собой деньги, на что тот отвечает отрицательно (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма 6);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и показаниями М.А.М. между ним и Лезиным 09 июля 2009 года в 12 часов 43 минуты, в ходе которого Лезин сообщает, что назначенная на этот день встреча переносится на следующий день на 3 часа (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма 7);
разговор, состоявшийся в соответствии с заключением эксперта между М.А.М. и Карлиной, в ходе которого последняя предъявляет М.А.М. претензии по поводу не предоставления бухгалтерской документации, а также поясняет, что сумма, подлежащая уплате в бюджет, составит около 1 300 000 рублей, при этом заявляет, что ей ничего не известно о его договоренности с «В.В.» (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 20, в соответствии с показаниями М.А.М. беседа состоялась 10 июля 2009 года около 15 часов);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и показаниями М.А.М. между ним и Лезиным 10 июля 2009 года в 15 часов 57 минут, в ходе которого М.А.М., сообщив, что отъехал от «подруги» Лезина, просит его о встрече на что тот соглашается (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 8);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией переговоров и заключением фоноскопической экспертизы между Карлиной и Лезиным 10 июля 2009 года в 15 часов 58 минут, в ходе которого Лезин сообщает, что М.А.М. отзвонился ему и назначил встречу. До указанной встречи Карлина и Лезин договариваются встретиться между собой (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 1);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и заключением эксперта между Карлиной и Лезиным 10 июля 2009 года в 16 часов 05 минут, в ходе которого последний просит Карлину подготовить его к предстоящей встрече, а она рассказывает о содержании своего разговора с М.А.М. (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 2);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и заключением эксперта между Лезиным и Карлиной 10 июля 2009 года в 16 часов 35 минуты, в ходе которого последняя, уточнив у Лезина, что запланированная у него встреча еще не состоялась, просит его увеличить «общую сумму» (сто) в 2 раза (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 4);
разговор, состоявшийся в соответствии с показаниями М.А.М. и заключением эксперта между последним и Лезиным, в ходе которого Лезин приводит М.А.М. содержание встречи, произошедшей до этого между последним и Карлиной, объясняя причину, по которой та отрицала свою осведомленность о его (Лезина) действиях. В ходе разговора М.А.М. высказывает согласие на предложение Лезина о передаче денежных средств через него Карлиной (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 21, в соответствии с показаниями М.А.М. разговор состоялся 10 июля 2009 года через 1,5-2 часа после беседы с Карлиной);
телефонный разговор между Лезиным и М.А.М., состоявшийся 16 июля 2009 года в 11 часов 05 минут, в ходе которого они договариваются о встрече возле ТЦ;
разговор, состоявшийся между М.А.М. и Лезиным 16 июля 2009 года около ТЦ, в ходе которого последний поясняет, что сумма денежных средств, подлежащая передаче, увеличивается со 100 000 рублей до 200 000 рублей, в то же время сумма, подлежащая уплате в бюджет, снижается до 200 000 рублей. При этом Лезин конкретизирует, что сумма, подлежащая уплате в бюджет составляет «сто шестьдесят три плюс двадцать процентов - это общая сумма в пределах двести тысяч рублей». Также Лезин и М.А.М. договариваются, что последний явится к Карлиной на следующий день в 15 часов 00 минут, после чего передаст Лезину 100 000 рублей, а оставшуюся часть отдаст в среду (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 17, данная фонограмма частично продублирована видеозаписью представленной по результатам ОРМ «наблюдение», которая содержится на диске «78с» в файле «16-07-09.mpg»);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и показаниями М.А.М. между ним и Лезиным 17 июля 2009 года в 14 часов 28 минут, в ходе которого М.А.М. сообщает последнему, что подъезжает к «И.», на что тот говорит, что позвонит ей и она его встретит (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 12);
разговор между Карлиной и М.А.М., состоявшийся 17 июля 2009 года при подписании документов, в ходе которого Карлина называет, что сумма неуплаченных налогов составляет 163 265 рублей, а с учетом штрафов сумма, подлежащая уплате в бюджет составит «двести с копейкам» (в заключение эксперта разговор обозначен как фонограмма № 18);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и показаниями М.А.М. между ним и Лезиным 17 июля 2009 года в 15 часов 08 минут, в ходе которого М.А.М. сообщает Лезину о том, что подписал у Карлиной необходимые документы, окончательная сумма была ему озвучена. Также они договариваются созвониться (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 13);
телефонный разговор, состоявшийся в соответствии с детализацией данных и показаниями М.А.М. между ним и Лезиным 17 июля 2009 года в 15 часов 11 минут, в ходе которого они договариваются о встрече через 30-40 минут «там же, где вчера были» (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 14);
разговор, состоявшийся из показаний М.А.М. между ним и Лезиным 17 июля 2009 года при передаче денежных средств, в ходе которого М.А.М. передает Лезину денежные средства, говоря при этом «держи, как договаривались» и просит посчитать (в заключении эксперта разговор обозначен как фонограмма № 19).
Подсудимые не отрицали свое участие в указанных разговорах, давая им свою трактовку, соответствующую данным им в судебном заседании показаниям.
Протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств (т. 1 л.д. 68-72) подтверждается, что в ходе обследования служебного кабинета Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю (кабинета Карлиной), проведенного в присутствии незаинтересованных лиц Л.И.Я. и Ч.А.Е., обнаружены и изъяты:
- папка из картона с рукописными надписями «ДСП», «М.А.М.» с документами согласно описи на 223 листах и опись на 2 листах;
- находившиеся в указанной папке не приобщенные документы;
- системный блок компьютера;
- акт выездной проверки налогоплательщика М.А.М. от 29 июня 2009 года на 11 листах, изъятый из стопки бумаги, используемой для черновиков.
Изъятое надлежащим образом упаковано и опечатано.
Протоколом обследования помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств (т. 1 л.д. 73-75) подтверждается, что в ходе обследования служебного кабинета Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю (кабинет В.В.Н.), проведенного в присутствии незаинтересованных лиц Л.И.Я. и Ч.А.Е., обнаружена и изъята папка из картона с рукописной надписью «М.А.М.», содержащая документальные материалы, отражающие результаты выездной налоговой проверки предпринимательской деятельности М.А.М. за 2007 год на 150 листах. Изъятое надлежащим образом упаковано и опечатано.
Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса в качестве свидетеля Ф.А.А. (т. 2 л.д. 97-101) подтверждается, что им проводилось обследование кабинетов Карлиной и В.В.Н., порядок проведения которого точно отражен им в соответствующих протоколах.
Оглашенными с согласия сторон протоколами допросов в качестве свидетелей С.А.М. (т. 2 л.д. 93-96) и С.Д.Г. (т. 2 л.д. 102-105) подтверждается, что они принимали участие соответственно С.А.М. в обследовании кабинета В.В.Н., а С.Д.Г. - кабинета Карлиной. По обстоятельствам проведения данных мероприятий дали показания, аналогичные показаниям Ф.А.А.
Оглашенными с согласия сторон протоколами допроса в качестве свидетелей Л.И.Я. (т. 2 л.д. 109-113) и Ч.А.Е. (т. 2 л.д. 118-122) подтверждается, что они принимали участие в качестве незаинтересованных лиц при проведении обследования кабинетов Карлиной и В.В.Н.; подтвердили обстоятельства проведения данных мероприятий, изложенные в соответствующих протоколах.
Допрошенная в качестве свидетеля К.Г.Э. показала, что на момент инкриминируемого Карлиной преступления она работала начальником отдела выездных проверок в ИФНС, в ее обязанности входило, кроме прочего, планирование выездных налоговых проверок, контроль за проведением данных проверок и составлением отчетности по их результатам. Карлина находилась в ее непосредственном подчинении. Выездная налоговая проверка ИП М.А.М. была включена в план проверок в 2008 году. В марте 2009 года проведение данной проверки, в соответствии со сложившейся в отделе практикой, было поручено Карлиной. Она (К.Г.Э.) и заместитель начальника инспекции К.Н.Л. в рабочем порядке курировали проведение данной проверки. Также Карлина заслушивалась на совещании в июне 2009 года, где пояснила, что сумма предполагаемых доначислений по результатам проверки составит около 1 000 000 рублей. Аналогичная сумма выставлялась Карлиной в соответствующей графе сводного графика, который находится на сервере отдела в электронном виде. В связи с нахождением в очередном отпуске, ей не известны обстоятельства окончания данной проверки Карлиной, ее обязанности на тот момент исполняла В.В.Н. В то же время в инспекции существует следующий порядок оформления акта проверки: после подготовки инспектором проекта акта, он предоставляется начальнику отдела или его заместителю для изучения, в ходе которого последний при возникновении каких-либо вопросов может истребовать у инспектора для исследования документы, полученные в результате проверки. После устранения замечаний, инспектор, проводивший проверку, оформляет акт в окончательной форме, подписывает его, также акт подписывается иными лицами, принимавшими участие в проверке, визируется начальником отдела и вручается налогоплательщику. При этом в акте инспектор определяет сумму неуплаченных налогоплательщиком налогов, отражая результаты проверки в заключительной части акта, где также содержатся предложения о привлечении его к налоговой ответственности. Данные выводы, являются основанием для привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности руководителем или заместителем руководителя налогового органа, и, в случае отсутствия возражений налогоплательщика, либо оставления их без удовлетворения, кладутся в основу соответствующего решения.
Допрошенная в качестве свидетеля Л.Л.М. показала, что ею заканчивалась выездная налоговая проверка ИП М.А.М. При этом ею использовались лишь те документы, которые были получены в ходе данной проверки Карлиной (их копии были предоставлены следователем). По результатам проверки сумма доначислений составила около 850 000 рублей (с учетом штрафов и пеней).
Допрошенная в качестве свидетеля К.Н.Л. показала, что на период инкриминируемого подсудимым преступления она работала заместителем начальника ИФНС. Относительно порядка включения М.А.М. в перечень предпринимателей, подлежащих налоговой проверке в 2009 году, обстоятельств поручения данной проверки инспектору Карлиной, общего порядка проведения налоговых проверок и подписания акта проверки, порядка проведения конкретной проверки в отношении М.А.М., а также порядка ведения сводного графика в электронном виде свидетель дала показания, аналогичные показаниям К.Г.Э.
Допрошенная в качестве свидетеля В.В.Н. показала, что в ее должностные обязанности, кроме прочего, входит курирование налоговых инспекторов отдела выездных проверок Инспекции, осуществление контроля по проводимым ими проверкам. На период инкриминируемого подсудимым преступления она исполняла обязанности начальника отдела, в связи с тем, что К.Г.Э. находилась в отпуске. 17 июля 2009 года в рабочее время налоговый инспектор отдела выездных проверок Карлина принесла ей для изучения материалы проведённой выездной налоговой проверки в отношении ИП М.А.М. С материалами проверки Карлина предоставила в распечатанном виде и проект акта, но данные документы изучены ею (В.В.Н.) не были. В тот же день в вечернее время она была вызвана в здание ИФНС, где из ее рабочего кабинета в присутствии незаинтересованных лиц, в порядке, указанном в соответствующем протоколе обследования, сотрудниками УФСБ были изъяты вышеобозначенные документы.
Допрошенный в качестве свидетеля А.Е.А. подтвердил показания свидетеля К.Г.Э. о наличии на сервере ИФНС рабочей папки отдела выездных проверок, доступной только для сотрудников данного отдела, в которой находилась информация, касающаяся работы отдела, в том числе, график планируемых доначислений.
Протоколом выемки (т. 2 л.д. 155-158), распечатками из сводного графика выездных проверок (т. 2 л.д. 159-161) подтверждается, что у К.Г.Э. на бумажных носителях изъяты распечатки из файла сводного графика выездных налоговых проверок на 15 июня 2009 года, 30 июня 2009 года и 31 июля 2009 года, в которых отражена информация об ожидаемых суммах доначислений по налогам относительно проведения выездной налоговой проверки ИП М.А.М. в размере 1 000 000 рублей.
Протоколами осмотров документов (т. 2 л.д. 189-231, т. 5 л.д. 1-30, 31-44), в ходе которых осмотрены документы, изъятые при обследовании кабинетов Карлиной и В.В.Н., в том числе:
- материалы проверки ИП М.А.М., изъятые в ходе обследования кабинета В.В.Н., в том числе акт от 22 июля 2009 года, согласно которому неполная уплата налогов М.А.М. составила 163 265 рублей 40 копеек. Изготовленная в ходе осмотра ксерокопия акта находится в т. 3 на л.д. 2-12;
- изъятый в ходе осмотра кабинета Карлиной в черновиках акт от 29 июня 2009 года, согласно которому неполная уплата налогов М.А.М. составила 163 265 рублей 40 копеек. Изготовленная в ходе осмотра ксерокопия акта находится в т. 4 на л.д. 163-173;
- изъятый в ходе осмотра кабинета Карлиной в папке с документацией, касающееся деятельности М.А.М., акт (с 4 по 11 листы), согласно выводов которого предлагается взыскать с М.А.М. суммы не полностью уплаченных налогов в размере 933 157 рублей 39 копеек, пени за несвоевременную уплату и несвоевременное перечисление налогов, а также привлечь М.А.М. к налоговой ответственности, взыскав с него штраф в размере 20 % от неуплаченной суммы налогов, а также штраф за не предоставление документов. Изготовленная в ходе осмотра ксерокопия акта находится в т. 4 на л.д. 179-186.
Протоколами осмотра предметов (т. 5 л.д. 45-185, т. 4 л.д. 219-221), в ходе которых осмотрен системный блок, изъятый при обследовании кабинета Калиной. При осмотре содержимого жесткого диска обнаружена папка «М.А.М.», в которой находятся документы по проверке ИП М.А.М., среди которых текстовый документ «Акт М.А.М.», в котором указана сумма не полностью уплаченных налогоплательщиком налогов 163 265 рублей 40 копеек. В соответствии со вкладкой «свойства файла», данный файл изменен в последний раз 17 июля 2009 года в 14:30:28. Также обнаружен текстовый документ «Акт М.А.М. восстановленн», в котором указана сумма не полностью уплаченных налогов 933 157 рублей 39 копеек. В соответствии с вкладкой «свойства файла» данный файл изменен 10 июля 2009 года в 13:21:00. Указанные акты в бумажном варианте приложены к протоколу. Также осмотрены денежные средства, выданные Лезиным.
Постановлениями о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств (т. 4 л.д. 222-223, т. 7 л.д. 1-4) подтверждается, что денежные средства, изъятые у Лезина; изъятые в ходе обследований кабинетов Карлиной и В.В.Н. документы, системный блок компьютера; компакт-диски с записями ОРМ, цифровой диктофон, распечатки детализации данных и файлов сводного графика, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств.
Протоколами получения образцов для сравнительного исследования (т. 2 л.д. 148-149, 151-152, 165-166, 169-170, 173-174, 177-179, 182-183), протоколами выемок (т. 2 л.д. 144-146, т. 2 л.д. 186-188) подтверждается, что у М.А.М. изъяты экспериментальные и свободные образцы почерка и подписи, у Карлиной и Лезина изъяты свободные образцы голоса, у Карлиной - экспериментальные и свободные образцы почерка и подписи.
Заключением эксперта (т. 6 л.д. 5-11) подтверждается, что соответствующие подписи в справке о проведении выездной налоговой проверки ИП М.А.М., выполнены самими Карлиной и М.А.М.
Заключениями аудиторских проверок (т. 6 л.д. 234-241, 249-254) подтверждается, что сумма дополнительно начисленных налогов за период 2007 года ИП М.А.М. должна была составить 698 937 рублей 60 копеек. На основании выявленной суммы недоимки по уплате налогов НДС, НДФЛ и ЕСН в ходе выездной налоговой проверки, сумма пеней на 17 июля 2009 года составила 121 036 рублей 61 копейку.
Допрошенная в качестве эксперта М.И.П. показала, что ею совместно с сотрудниками УФНС Л.Л.В. и М.В.М. на основании постановления следователя проводилась аудиторская проверка по проведенной Карлиной выездной проверке ИП М.А.М. за 2007 год. Аудиторская проверка проводилась только на основании представленных следователем документов, среди которых находилось два проекта акта, в том числе на сумму 163 265 рублей 40 копеек. В результате аудиторской проверки сумма дополнительно начисленных налогов за период 2007 год установлена в 698 937 рублей 60 копеек, с учетом штрафных санкций, но без учета пени (20 % от суммы доначисленных налогов), что практически совпало с результатами налоговой проверки в отношении ИП М.А.М., завершенной инспектором ИФНС Л.Л.М. Решение, принятое по результатам проверки, о привлечении М.А.М. к ответственности за нарушение налогового законодательства было обжаловано последним в ИНФС по Алтайскому краю, где оставлено без изменения.
Заключением психофизиологической экспертизы Карлиной И.П. (т. 5 л.д. 224-234) подтверждается, что на вопрос «Известны ли Карлиной обстоятельства преступления по факту получения взятки от индивидуального предпринимателя М.А.М., совершённого 17 июля 2009 года?», эксперт дал ответ в следующей форме:
Карлина И.П. скрывает тот факт, что она принимала участие в вымогательстве взятки у М.А.М.;
Карлина И.П. скрывает тот факт, что она знает дату рождения и размер одежды человека, который предложил увеличить сумму взятки с М.А.М.;
Карлина И.П. скрывает тот факт, что она знает о том, что в вымогательстве взятки у М.А.М. участвовало два человека;
Карлина И.П. скрывает тот факт, что она знает о том, что фамилия человека, который первым предложил получить взятку с М.А.М., начинается на букву «Л»;
Карлина И.П. скрывает тот факт, что она знает о том, что имя человека, который предложил увеличить сумму взятки с М.А.М., начинается на букву «И»;
Карлина И.П. скрывает тот факт, что она знает о том, что в первый раз вопрос об увеличении суммы взятки с М.А.М. обсуждался преступниками по телефону;
Карлина И.П. скрывает тот факт, что она знает о том, что преступники решили увеличить первоначальную сумму взятки с М.А.М. в два раза.
Служебным контрактом (т. 7 л.д. 88-94) подтверждается, что настоящий контракт заключен 10 августа 2005 года между Федеральной налоговой службой и Карлиной И.П. о прохождении государственной гражданской службы Российской Федерации и замещении должности государственной гражданской службы Российской Федерации в ФНС.
Выпиской из приказа от 06 февраля 2009 года (т. 7 л.д. 55, 77) подтверждается, что с 09 февраля 2009 года Карлина И.П. освобождена от ранее занимаемой должности начальника отдела выездных проверок и назначена на должность федеральной государственной гражданской службы - главным государственным налоговым инспектором отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю.
Полномочия Карлиной И.П., как должностного лица, в том числе и при проведении выездных налоговых проверок, приведенные в описательной части приговора, подтверждаются должностным регламентом государственного налогового инспектора отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю (т. 7 л.д. 56-58), а также регламентом выездных налоговых проверок, утвержденным приказом руководителя Федеральной налоговой службы № ММ-4-2/34 ДСП@ от 25 сентября 2008 года (т. 7 л.д. 23-41).
При оценке исследованных доказательств в их совокупности суд приходит к следующим выводам:
В основу приговора суд полагает необходимым положить последовательные и непротиворечивые показания свидетеля М.А.М. и протоколы явок с повинной подсудимых Карлиной и Лезина. Указанные доказательства подробны, логичны и последовательны, согласуются как между собой, так и с иной совокупностью исследованных в судебном заседании и приведенных выше доказательств, среди которых имеются как объективные (надлежаще представленные результаты ОРМ, протоколы следственных действий, заключения экспертов), так и субъективные (показания свидетелей). Совокупность вышеперечисленных доказательств непротиворечива, доказательства находятся друг с другом в логической связи, взаимодополняют друг друга, складывая истинную картину произошедшего.
Показания подсудимых о том, что явки с повинной были даны ими под психологическим давлением оперативных сотрудников, кроме того, Лезиным в болезненном состоянии, а Карлиной под обманом, суд оценивает критически, как способ зашиты. Данные показания опровергаются как самими протоколами явок с повинной, в которых отсутствуют какие-либо замечания по поводу их составления, так и пояснениями Н.В.А. и МВ.В., которые непосредственно принимали указанные явки от подсудимых, и показали в судебном заседании о том, что они были даны ими добровольно, без оказания какого-либо давления; в том числе не ставилась в зависимость от написания явок с повинной и последующая свобода передвижения подсудимых. Также Н.В.А. подтвердил, что Карлина лично ознакомилась с протоколом и, не имея замечаний, подписала его; а М.В.В. показал, что от Лезина при написании явки с повинной каких-либо жалоб по поводу состояния здоровья не поступало, в то же время при даче явки с повинной Карлиной, он (М.М.В.) не присутствовал.
Также критически, как способ защиты, суд оценивает показания подсудимых в судебном заседании, в том числе показания Лезина о том, что у М.А.М. перед ним были долговые обязательства, и, таким образом, он пытался получить хотя бы часть долга, при этом получать оставшуюся часть денежных средств (вторые 100 000 рублей) не планировал; а также показания Карлиной о том, что она оказывала Лезину содействие в возврате долга, в том числе путем составления фиктивного акта на сумму около 163 000 рублей, который предназначался лишь для М.А.М., при этом она намеревалась надлежаще исполнить свои должностные обязанности, предоставив руководству реальный акт проверки на сумму около 900 000 рублей, однако, ошибочно предоставила В.В.Н. фиктивный акт, в то время, как настоящий в распечатанном виде находился у нее (Карлиной) в рабочем кабинете. Высказанная версия подсудимых судом оценивается как реализованная ими попытка придать законный характер своим действиям, путем объяснения совокупности полученных органами следствия и представленных в суде государственным обвинителем доказательств и опровергается следующим:
показаниями М.А.М. отрицавшего наличие между ним и Лезиным каких-либо конфликтных и неприязненных отношений, возникших в период совместной работы, тем более, что из них усматривается, что свидетель фактически являлся наемным работником, работавшим по гражданско-правовому договору;
положенными в основу приговора протоколами явок с повинной, данных подсудимыми, которые в деталях согласуются с иными доказательствами их вины в совершении преступления при установленных судом обстоятельствах;
непоследовательной позицией подсудимых в ходе предварительного следствия и в судебном заседании. Так, Лезин при допросе в качестве подозреваемого (т. 1 л.д. 146-154), не поясняя о наличии между ним и М.А.М. долговых обязательств, показал, что, узнав о проводимой Карлиной налоговой проверке у М.А.М., с целью получения с последнего 100 000 рублей, ввел его в заблуждение относительно своей возможности помочь ему в решении вопроса о снижении штрафных санкций, не ставя при этом Карлину в известность о совершаемых им действиях. Карлина в ходе предварительного следствия (т. 1 л.д. 182-189) также отрицала свою осведомленность о действиях Лезина, пояснив, что, несмотря на планируемую предварительно сумму доначислений по результатам проверки М.А.М. в 1 000 000 рублей, на момент окончания проверки доказательствами была подтверждена сумма доначислений лишь на 200 000 рублей, в связи с чем ею был составлен акт именно на данную сумму. Дать логичное объяснение таким показаниям, подсудимые в судебном заседании затруднились. С учетом того, что вышеприведенные показания также опровергаются исследованными доказательствами, суд и их оценивает критически, как способ защиты;
протоколом обследования кабинета Карлиной, в ходе которого была изъята документация по проверке М.А.М., а также системный блок ее компьютера; протоколами осмотра указанных документов и предметов, в ходе которых установлено, что:
показаниями оперативных сотрудников, не подтвердивших версию Лезина о том, что при задержании он сообщил о наличии долговых отношений между ним и М.А.М.;
иными вышеприведенными результатами оперативно-розыскной деятельности, среди которых два состоявшихся между Лезиным и М.А.М. телефонных разговора, имевших место после пресечения деятельности подсудимых (в том числе непосредственно 17 июля 2009 года), в которых Лезин в нецензурной форме предъявляет претензии к М.А.М. по поводу того, что тот «сдал» его сотрудникам правоохранительных органов. При этом Лезин не затрагивает вопросов о каких-либо долговых обязательствах между ними.
Наряду с изложенной оценкой показаний подсудимых, суд находит необходимым также критически оценить показания оперуполномоченного БЭП Е.А.В. о том, что он принимал активное участие в проведении проверки ИП М.А.М., анализе полученных Карлиной документов, при этом в случае сокращения размера планируемых доначислений с 1 000 000 рублей до 200 000 рублей принял бы меры к выяснению причин этого, а также доложил бы об этом руководству. При этом суд исходит из того, что они не только опровергаются показаниями должностных лиц налоговых органов о технической роли сотрудников милиции при проведении проверки, а также отсутствии у них надлежащей квалификации для оценки расчетов налогового инспектора, но и показаниям, данными самим Е.А.В. в ходе предварительного следствия о том, что, кроме обеспечения явки М.А.М. к Карлиной, он в ходе проведения проверки ничем не занимался, с Карлиной по данному поводу не встречался, она к нему с какими-либо поручениями не обращалась.
Суд не усматривает оснований для признания доказательств, представленных в судебном заседании стороной обвинения, недопустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями, предъявляемыми к ним уголовно-процессуальным кодексом. В том числе отвечают им и результаты оперативно-розыскной деятельности. При этом ссылки защиты на нарушение оперативными сотрудниками ФСБ порядка регистрации сообщения М.А.М. о готовящемся преступлении, не свидетельствуют о недопустимости результатов ОРМ, поскольку в соответствии со ст. 7 Закона «Об оперативно-розыскной деятельности» основанием для их проведения являются, кроме прочего, ставшие известные органам, осуществляющим ОРД, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния. При этом законность проведения ОРМ, а, следовательно, и допустимость их результатов, не связывается с соблюдением порядка регистрации данных сведений. Тем более, что М.А.М. вплоть до 17 июля 2009 года отказывался написать заявление в отношении Лезина и Карлиной, о чем пояснили как Н.В.А. и С.А.Н., так и сам заявитель.
Тот факт, что сведения о времени телефонных звонков, указанные в предоставленных результатах ОРМ «Прослушивание телефонных переговоров» отличаются (на несколько минут) от сведений, указанных в детализации данных, изъятой у оператора сотовой связи, объяснены К.В.В. разницей во времени, установленном на коммутаторе оператора сети и на установленном для снятия информации регистраторе.
На вопрос оценки доказательств, вопрос доказанности вины подсудимых и квалификацию их действий не может повлиять и тот факт, что 16 июля 2009 года при очередной встрече с Лезиным М.А.М., действуя по личной инициативе и вне рамок оперативного эксперимента, пояснил ему, что 100 000 рублей у него имеется при себе и он готов их ему передать. Так как пояснил сам М.А.М., он предполагал, что его встречи с Лезиным контролируются оперативными сотрудниками и рассчитывал, что в случае передачи денег последний будет задержан.
Суд полагает, что сотрудниками ФСБ не было допущено провокации совершения преступления, поскольку как следует из установленных обстоятельств дела, умысел на получение взятки возник у подсудимых независимо от действий сотрудников правоохранительных органов и до начала проведения в отношении них оперативных мероприятий. При этом, как следует из показаний оперуполномоченных, в целях недопущения провокации взятки М.А.М. был проинструктирован ими не проявлять инициативы и соглашаться с тем, что ему предлагают подсудимые, ни коим образом не провоцируя передачи взятки. Аналогичные показания дал и свидетель М.А.М. На вывод суда об отсутствии провокации не может повлиять и тот факт, что в ходе одной из встреч с Лезиным М.А.М. интересовался у него возможно ли дальнейшее снижение суммы доначисленных налогов при условии передачи Карлиной большей суммы денежных средств. При этом суд исходит из того, что, умысел на получение взятки у подсудимых возник задолго до этого, кроме того, как усматривается из результатов ОРМ, на данный вопрос М.А.М. Лезин не прореагировал, в то же время инициатива об увеличении суммы взятки исходила в последующем непосредственно от Карлиной в ходе телефонного разговора. Показания последней о том, что высказанная ею по телефону адресованная Лезину просьба увеличить общую сумму со ста до двухсот, содержит ее согласие на дальнейшее снижение в фиктивном акте суммы доначисленных М.А.М. налогов, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку они противоречат контексту данного разговора.
Оценивая в совокупности вышеизложенные доказательства, суд приходит к выводу о доказанности вины подсудимых и квалифицирует:
- действия Карлиной И.П. по ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ - как покушение на получение взятки, то есть покушение на получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег за действия в пользу взяткодателя, если такие действия входят в служебные полномочия должностного лица, совершенное за незаконные действия, в крупном размере, не доведенное до конца по независящим от этого лица обстоятельствам;
- действия Лезина В.В. по ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30 и п. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ - как пособничество путем предоставления информации в покушении на получение взятки, то есть покушении на получение должностным лицом через посредника взятки в виде денег за действия в пользу взяткодателя, если такие действия входят в служебные полномочия должностного лица, совершенное за незаконные действия, в крупном размере, не доведенное до конца по независящим от этого лица обстоятельствам.
Так, в судебном заседании достоверно установлено, что Карлина, будучи главным государственным налоговым инспектором отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю, являясь работником государственного органа, осуществляла контрольно-ревизионные функции в сфере соблюдения и исполнения налогового законодательства, была наделена в установленном законом порядке распорядительными полномочиями в отношении лиц, не находящихся от нее в служебной зависимости, т.е. являлась должностным лицом, постоянно осуществляющим функции представителя власти. Должностное положение Карлиной подтверждается приказом о назначении ее на должность, а ее полномочия как представителя власти - Налоговым кодексом РФ, Должностным регламентом главного государственного налогового инспектора отдела выездных проверок Межрайонной ИФНС, Регламентом выездных налоговых проверок.
Направленность умысла на получение взятки подтверждается совокупностью выполненных подсудимыми согласованных действий, активной ролью при этом каждого из них.
Совершенные Карлиной действий в пользу в пользу взяткодателя (М.А.М.), а именно уменьшение размера установленных в ходе выездной налоговой проверки подлежащих уплате последним налогов НДФЛ, ЕСН, НДС и страховых взносов на обязательное пенсионное страхование за налоговый период 2007 года, а также уменьшения размеров соответствующих пеней и штрафов, входили в соответствии с вышеизложенными нормативными актами в ее служебные полномочия. В то же время, с учетом того обстоятельства, что должность, которую занимала Карлина, не допускает произвольное снижение из корыстных интересов суммы установленных в ходе проверки подлежащих уплате налогов и, как следствие, штрафов и пеней, такие действия совершены ею вопреки интересам службы и не вытекают из ее служебных полномочий, суд приходит к выводу, что неправомерное указание в акте проверки заведомо заниженной суммы свидетельствует о том, что квалифицирующий признак «за незаконные действия» нашел свое подтверждение. Тот факт, что на момент пресечения деятельности акт был составлен лишь в черновике, и не был подписан участниками проверки, не влияет на данный вывод суда.
Поскольку умысел виновных был направлен на получение взятки в сумме 200 000 рублей (т.е. в крупном размере) и заранее было обусловлено, что она будет получаться частями, при этом был согласован порядок и условия передачи оставшейся части денежных средств, суд полагает нашедшим свое подтверждение и квалифицирующий признак преступления, предусмотренный п. «г» ч. 4 ст. 290 УК РФ - «в крупном размере».
Часть 4 ст. 34 УК РФ предусматривает, что лицо, не являющееся субъектом преступления, специально указанным в соответствующей статье Особенной части, участвовавшее в совершении преступления, предусмотренного этой статьей, несет уголовную ответственность за данное преступление в зависимости от выполняемой им роли в качестве организатора, подстрекателя или пособника. Принимая во внимание изложенное, с учетом того обстоятельства, что Лезин не является должностным лицом, а также с учетом конкретных, выполняемых Лезиным функций при получении взятки (передача информации М.А.М. о ходе и результатах выездной налоговой проверки, с целью склонить его к даче взятки; прямое предложение передать через него взятку Карлиной, которое он развивал и поддерживал при встречах с М.А.М.; принятие от последнего денежных средств для последующей передачи подсудимой), суд квалифицирует его действия как пособничество в получении взятки Карлиной.
В то же время, по смыслу закона, принятие предмета взятки посредником для последующей его передачи должностному лицу еще не образует оконченного состава получения взятки. С учетом того обстоятельства, что, получив от М.А.М. 100 000 рублей (при имевшейся договоренности на получение в дальнейшем оставшейся аналогичной суммы), Лезин, ввиду его задержания сотрудниками правоохранительных органов, не успел передать их Карлиной, действия подсудимых суд квалифицирует соответственно как покушение на получение взятки и пособничество в этом.
Суд не может согласиться с доводами защиты о том, что Карлина, в силу своих должностных полномочий не имела возможности совершить действий, за которые передавался предмет взятки.
Так, как установлено в судебном заседании, за передаваемую денежную сумму Карлина должна была уменьшить размер установленных в ходе выездной налоговой проверки подлежащих уплате последним налогов, а также размеры соответствующих пеней и штрафов. Должностные полномочия, которыми обладала Карлина, позволяли ей совершить указанные действия, поскольку в ее обязанность входило, кроме прочего, определение сумм налогов, подлежащих уплате налогоплательщиками в бюджетную систему РФ; формирование доказательственной базы по фактам выявленных налоговых правонарушений; произведение доначислений сумм не исчисленных (неправильно исчисленных) налогов и сборов; установление суммы налогов, не перечисленных налоговым агентом в бюджетную систему РФ; формирование предложений о привлечении налогоплательщика к ответственности за совершение налоговых правонарушений; составление в установленной форме акта налоговой проверки. Как установлено в судебном заседании, именно выводы, содержащиеся в акте выездной проверки, являются основанием для привлечения налогоплательщика к налоговой ответственности руководителем или заместителем руководителя налогового органа.
На вопрос квалификации действий виновных не может оказать влияния тот факт, что будучи допрошенными в качестве свидетелей сотрудники ИФНС К.Н.Л., К.Г.Э., В.В.Н. показали, что поскольку сумма доначислений, указанная в составленном Карлиной акте проверки существенно отличается от суммы ранее заявленных ею планируемых доначислений, то при визировании руководством отдела материалы и акт получили бы тщательную оценку и проверку, в результате которых, с учетом небольшого количества первичной документации, недостатки акта были бы выявлены и устранены. При этом суд исходит из того, что обязанность налогового инспектора, проводящего проверку, по ее результатам отразить в акте суммы налогов и сборов, подлежащих доначислению в бюджет, сделать предложения о привлечении налогоплательщика к ответственности, подтверждена представленными документами и не оспаривается никем из участников процесса. Также как и то обстоятельство, что после подписания налогоплательщиком справки об окончании проверки дополнительные проверочные мероприятия проводится не могут, а выводы в подписанном акте относительно доначисленных сумм, подлежащих уплате, могут быть изменены только в строну уменьшения. Визирование акта начальником отдела либо его заместителем какими-либо нормативными актами не регламентировано. Из показаний свидетеля В.В.Н. следует, что на момент передачи ей материала подсудимой она была загружена по работе ввиду исполнения обязанностей начальника отдела и подготовкой отчетов. Таким образом, из показаний данных свидетелей не следует с однозначностью, что выводы акта, составленного Карлиной, не были бы положены в основу решения по результатам проверки ИП М.А.М.
Инкриминируемые Карлиной незаконные действия по уменьшению размера установленных в ходе выездной налоговой проверки подлежащих уплате М.А.М. налогов, а также размеров соответствующих пеней и штрафов, фактически ею совершались, что подтверждается совокупностью исследованных доказательств и приведенным выше их анализом. Данное обстоятельство препятствует квалификации действий подсудимых как мошенничества. Отсутствие же на момент передачи денежных средств надлежаще оформленного акта проверки, тем более вынесенного на основании выводов Карлиной решения по результатам проверки, не влияет на вопрос доказанности вины подсудимых и квалификацию их действий, более того находится за рамками состава преступления.
Вменяемость подсудимых у суда сомнений не вызывает, поскольку на учете в соответствующих психиатрических учреждениях они не состоят, в судебном заседании занимают активную защитную позицию, адекватную складывающейся судебной ситуации.
При назначении наказания подсудимым суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личности виновных, в том числе обстоятельства, смягчающие их наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.
Так, виновными совершено умышленное, особо тяжкое преступление, посягающее на нормальное функционирование государственной власти, правильное осуществление государственной службы и носящее коррупционный характер, что свидетельствует о его характере и повышенной степени общественной опасности. Указанное преступление не доведено до конца по независящим от подсудимых обстоятельствам.
Как личности подсудимые характеризуются следующим образом:
- Карлина ранее не судима и к уголовной ответственности не привлекалась; на учете в психиатрическом и наркологических диспансерах не состоит, по месту предыдущей работы (в ИФНС) характеризуется в целом положительно, неоднократно поощрялась, в то же время имели место и неоднократные случаи привлечения к дисциплинарной ответственности за ненадлежащее исполнение своих должностных обязанностей; по месту жительства участковым уполномоченным и соседями характеризуется положительно;
- Лезин находится в преклонном возрасте, ранее не судим и к уголовной ответственности не привлекался, на учете в психиатрическом и наркологическом диспансерах не состоит, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется положительно; по месту предыдущей работы также характеризуется положительно, неоднократно поощрялся почетными грамотами и благодарностями за добросовестный труд; является пенсионером.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимых, суд признает и учитывает их явки с повинной, в которых они детально пояснили об обстоятельствах совершения преступления, в том числе о собственных ролях в его совершении; состояние их здоровья, а именно наличие у Лезина и Карлиной ряда заболеваний и нуждаемость последней в оперативном лечении; оказание Карлиной материальной помощи совершеннолетней дочери, а Лезиным - сыну, который является инвалидом 1 группы и его семье. Иных обстоятельств, смягчающих наказание подсудимых прямо предусмотренных ч. 1 ст. 61 УК РФ, не имеется, в то же время признание в качестве таковых обстоятельств, не закрепленных данной нормой, в соответствии с частью 2 статьи 61 УК РФ является правом суда, а не его обязанностью. Суд, обсудив данный вопрос, не находит оснований для отнесения к смягчающим иных, кроме перечисленных выше обстоятельств. В том числе суд не усматривает оснований для признания таковыми обстоятельств, приведенных в качестве характеризующих личность подсудимых.
Также суд не находит оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства совершение преступления Лезиным ввиду тяжелых жизненных обстоятельств, поскольку его сложное финансовое положение явилось результатом его же неправомерных действий, выразившихся в ненадлежащем выполнении обязанности по уплате налогов и сборов в бюджеты РФ.
Наличие отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.
С учетом требований ст. 60 УК РФ, совокупности вышеприведенных обстоятельств, роли каждого подсудимого в совершении преступления, суд, полагая невозможным назначение более мягкого наказания, считает, что наказание Карлиной и Лезину следует назначить только в виде реального лишения свободы. Также с учетом вышеперечисленных обстоятельств, суд полагает необходимым назначить Карлиной дополнительное наказание в виде штрафа, размер которого определить с учетом тяжести совершенного преступления, имущественного положения осужденной и ее семьи, а также с учетом возможности получения ею заработной платы или иного дохода. В то же время, с учетом нахождения Лезина на пенсии, его материального положения и материального положения его семьи, суд полагает возможным ему дополнительное наказание в виде штрафа не назначать.
По мнению суда, совокупность приведенных выше смягчающих наказание подсудимых обстоятельств, которые суд признает исключительными, существенно уменьшающими степень общественной опасности содеянного, а также отсутствие отягчающих обстоятельств, позволяет назначить в отношении Лезина и Карлиной наказание с применением ст. 64 УК РФ, т.е. ниже низшего предела, предусмотренного санкцией статьи.
Обсудив данный вопрос, суд не находит оснований для применения в отношении подсудимых положений ст. 73 УК РФ.
При этом суд приходит к выводу, что только в таком случае будут достигнуты, закрепленные уголовным законом цели наказания - восстановление социальной справедливости, исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений.
В соответствии с положениями п. б и п. в ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы Карлиной подлежит отбывать в исправительной колонии общего, а Лезину - строгого режима.
Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 296 - 299, 303- 304, 307- 309 УПК РФ, суд
П Р И Г О В О Р И Л:
КАРЛИНУ И.П. признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30 и ст. 64 УК РФ, в виде 5 (пяти) лет лишения свободы, со штрафом в размере 100 000 (сто тысяч) рублей в доход государства, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.
ЛЕЗИНА В.В. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 33, ч. 3 ст. 30 и ст. 64 УК РФ, в виде 4 (четырех) лет 6 (шести) месяцев лишения свободы без штрафа, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.
Меру пресечения в отношении Карлиной И.П. и Лезина В.В. изменить на заключение под стражу, взяв их под стражу в зале суда.
Срок наказания Карлиной И.П. и Лезину В.В. исчислять с 30 июня 2010 года.
Вещественные доказательства:
- системный блок компьютера, изъятый в кабинете Карлиной И.П., четыре папки с документами, справку о проведенной выездной налоговой проверке - передать по принадлежности Межрайонной ИФНС России по Алтайскому краю;
- цифровой диктофон «Olumpus», идентификационный номер № 200174221 - вернуть по принадлежности М.А.М.;
- денежные средства в сумме 100 000 рублей бумажными купюрами, достоинством по 5 000 (пять тысяч) рублей каждая, - передать по принадлежности;
- распечатку детализации телефонных соединений, распечатку из файла сводного графика - хранить в материалах дела; четыре компакт-диска с обозначениями: «№78с», «№214с», «№71с ж.№18» и «№216с» - хранить при уголовном деле.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Верховный Суд Российской Федерации в течение 10 суток со дня провозглашения через Алтайский краевой суд, а осужденными Карлиной И.П. и Лезиным В.В. - в тот же срок со дня вручения им копии приговора. В случае подачи кассационных жалоб осужденные Карлина И.П. и Лезин В.В. вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, о чем необходимо указать в кассационной жалобе.
Судья Д.А. Пашков
Приговор вступил в законную силу 30 сентября 2010 года.