Дело № 1-59/10
поступило 30 июня 2010 года.
П Р И Г О В О Р
именем Российской Федерации.
16 августа 2010 г. …………………………………………………………... с. Кожевниково
Судья Кожевниковского районного суда Томской области Максимович Ю.Ю.,
с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Кожевниковского района Томской области Сенькиной Т.Е.,
подсудимого Иванова В.А.,
защитника Михайлова А.Н., представившего удостоверение адвоката № 735 от 25.03.2008 г. и ордер № 1 от 25.03.2010 г.,
при секретаре Артюковой И.Н.,
а также с участием потерпевшего В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении Иванова В.А., ранее судимого 27.10.2006 г. Кировским районным судом г. Томска по ч. 1 ст. 111 УК РФ,
У С Т А Н О В И Л :
Иванов В.А. умышленно причинил тяжкий вред здоровью В. при превышении пределов необходимой обороны.
Преступление было совершено при следующих обстоятельствах.
Днем 16.03.2010 г. в селе * в доме Иванова В.А. по улице **, дом *** Иванов В.А., его дядя В., а также их знакомые односельчане Ф., Е. и У. совместно употребили спиртные напитки.
После того, как Ф., Е. и У. покинули дом, в доме на кухне остались нетрезвые Иванов В.А. и В., которые сидели на кровати и разговаривали. В соседней комнате находилась сожительница Иванова В.А. – Д. с двумя малолетними детьми.
Около 15 часов 30 минут между нетрезвыми В. и Ивановым В.А. возникла словесная ссора на бытовой почве. В ходе ссоры В. повалил Иванова В.А. на кровать на спину, навалился на него сверху своим телом, одной рукой удерживал Иванова В.А. на кровати за тело, а другой рукой надавил Иванову В.А. в область шеи, применив таким образом к Иванову В.А. физическое насилие.
Иванов В.А. пытался освободиться от В., оттолкнуть его от себя, но у него это не получалось. В это время из комнаты в кухню вошла Д., которая вмешалась в происходившие события, отстранила руку В. от шеи Иванова В.А. Воспользовавшись этим, Иванов В.А. встал с кровати, отошел к печи.
В. также встал с кровати и стал приближаться к Иванову В.А. Иванов В.А. взял в правую руку с кухонной тумбочки нож и стал его держать в руке перед собой.
В. приблизился к Иванову В.А. и поднял вверх правую руку. В этот момент Иванов В.А. нанес В. два удара ножом в область грудной клетки слева и в эпигастральную область, причинив В. проникающие колото-резаные ранения на грудной клетке слева и в эпигастральной области, относящиеся к тяжкому вреду здоровью, как опасные для жизни В. в момент причинения.
Раненый В. обхватил Иванова В.А. рукой за шею, повалил его на пол, сам упал на Иванова В.А. сверху. Находившийся под В. лежащий Иванов В.А. нанес еще три удара ножом В. в область спины, поясницы, тазобедренного сустава, причинив В. непроникающие колото-резаные ранения на спине справа, в поясничной области справа и в области тазобедренного сустава слева, повлекшие легкий вред здоровью В.
Подошедшая Д. забрала из руки Иванова В.А. нож.
В судебном заседании подсудимый Иванов В.А. виновным себя в умышленном причинении В. тяжкого вредя здоровью признал частично и дал следующие показания.
Он проживает в селе * совместно с Д. без официальной регистрации брака. От совместной жизни у них двое малолетних детей. Дети его, но в их свидетельствах о рождении он отцом не записан.
Также в селе * проживает с семьей его дядя В., с которым у него ранее были нормальные родственные отношения. Они иногда ссорились, но до серьезных конфликтов, либо до драк дело у них никогда не доходило.
Утром 16.03.2010 г. он сходил в гости к своему знакомому Л., где употребил спиртное и в обед вернулся домой. Через некоторое время к нему в гости пришли Е., У., Ф., и чуть позже – его дядя В., который находился в нетрезвом состоянии.
В доме на кухне они все вместе стали употреблять спиртное. Все было спокойно, никто ни с кем не ссорился и не конфликтовал. Через некоторое время Е., У. и Ф. ушли. На кухне остались он и В. Его сожительница Д. находилась с детьми в соседней комнате.
Он с В. сидели на кровати, разговаривали. В. стал учить его жизни, укорять, что он неправильно живет, стал вспоминать его прошлую судимость. Ему не понравились эти нравоучения В., он несильно в бок оттолкнул от себя В. и сказал ему: «Да пошел ты!».
В ответ В. неожиданно повалил его на кровать на спину, правой рукой в районе локтя с силой надавил ему на горло, левой рукой также прижал его тело к кровати, и еще навалился на него сверху своим телом. Он пытался оттолкнуть В. от себя руками, вырваться от него, но у него ничего не получалось, так как В. физически сильнее его.
От того, что В. давил ему рукой на шею, ему было трудно дышать, он стал задыхаться, хрипеть. Увидев это, заплакали дети. Д. подбежала к ним, стала оттаскивать руку В. от его шеи. Он воспользовался этим, оттолкнул от себя В., встал с кровати, отошел к печке, где стал откашливаться от боли в горле.
В. тоже встал с кровати. Д. пошла в другую комнату к плакавшим детям. А В. стал приближаться к нему. Говорил ли при этом В. что-либо ему, высказывал какие-либо угрозы физической расправы, он не помнит.
Он побоялся, что В. опять применит к нему физическое насилие, протянул руку к стоявшей возле печи тумбочки и взял с нее в правую руку хозяйственный нож, стал держать нож в правой руке перед собой. Он посчитал, что В. увидит у него в руке нож и это его остановит. Никаких слов при этом он В. не говорил. Он не знает, видел ли в его руке нож В., но это его не остановило, он продолжал двигаться на него.
Когда В. приблизился к нему вплотную, он поднял вверх свою правую руку, замахиваясь на него. Он решил, что В. сейчас опять применит к нему насилие и дважды быстро ударил его ножом куда-то в область груди. Почувствовал ли В. боль, он не знает. Удары ножом его тоже не остановили, В. обхватил его рукой за шею и повалил его на пол. Они оба упали. При этом он оказался на полу на спине, а сверху на него навалился всем телом В.
Так как у него по-прежнему в правой руке находился нож, он лежа под В., стал наносить удары ножом В. куда-то в область спины, нанес таким образом несколько ударов, сколько точно, он сказать не может.
В это время из второй комнаты вышла Д., вмешалась, забрала у него из руки нож. В. обмяк, перестал совершать активные действия. Он оттолкнул с себя В. в сторону и встал на ноги. В. остался лежать на полу на боку.
Он осознал, что он наделал, велел Д. звонить по телефону в милицию и в «Скорую помощь», сообщить о случившемся. Д. позвонила жене В. и та вскоре пришла. Они все осмотрели В., крови на его теле не было. В.Н. по телефону вызвала местного жителя М., у которого есть машина и М. повез В. в больницу.
В содеянном он искренне раскаивается, считает, что причинил тяжкий вред здоровью В. не умышленно, а обороняясь от него.
Кроме частичных признаний подсудимого Иванова В.А., его виновность в судебном заседании подтверждена совокупностью всех других исследованных доказательств.
Так, свидетель Ф. в суде показал, что 16.03.2010 г., примерно в обед, он со своими знакомыми Е. и У. возвращались с работы на конях с санями. У них с собой было спиртное. Когда они проезжали мимо дома В., встретили на улице В., угостили его спиртным, все вместе выпили.
Потом они все решили заехать к живущему недалеко Иванову В.А. Когда они подъехали к дому Иванова В.А., встретили там сожительницу Иванова В.А. – Д., которая попросила его свозить ее на почту за детским пособием. Он свозил Д. на почту, потом они вернулись к дому Иванова. По дороге Д. купила 1 литр вина.
Когда они приехали к дому, Е., У. и В. ждали их возле дома. Они все зашли в дом. Пока заходили, у него в сенках с В. произошла небольшая несерьезная ссора, по поводу чего, он уже не помнит.
Когда они все зашли в дом, расположились на кухне, где все кроме Д. стали употреблять спиртное. В. при этом сидел на кровати, пил спиртное вместе со всеми.
Спиртное они употребляли не очень долго. Все было спокойно, никто ни с кем не ссорился. Через некоторое время он, Е. и У. ушли из дома Иванова. На кухне оставались Иванов и В.
Что происходило после их ухода, он не знает. Поздно вечером от приехавших работников милиции он узнал, что Иванов порезал ножом В.
Свидетели Е. и У. в суде дали показания, в целом аналогичные показаниям свидетеля Ф.
Потерпевший В. в суде показал, что проживает с семьей в селе *. Подсудимый Иванов В.А. является его племянником. Он раньше общался по родственному с Ивановым В.А., помогал ему во многом по хозяйству. Отношения у них были нормальные. Он неоднократно учил жизни Иванова В.А., говорил ему, что нужно держать большое домашнее хозяйство, работать в этом домашнем хозяйстве, меньше пить. Иванов В.А. на эти его нравоучения реагировал в целом спокойно, не спорил и не возражал. У них иногда бывали ссоры, но до драк дело никогда не доходило.
Днем 16.03.2010 г. он у себя дома с друзьями употребил водку. После этого он ничего не помнит. Он не помнит, как попал в дом к племяннику Иванову В.А., не помнит, употреблял ли там еще спиртное, не помнит никаких событий в доме Иванова, не помнит, ссорился ли он с Ивановым, не помнит, как Иванов причинил ему ножевые ранения.
В себя он пришел ненадолго вечером в ЦРБ, куда его доставили. Потом его повезли в ЦРБ соседнего района. В результате действий Иванова В.А. ему были причинены 7 ножевых ранений, ему удалили поврежденную почку. В настоящее время его здоровье до конца еще не восстановилось.
Возможно он сможет простить племянника Иванова В.А., но при условии если тот покинет их село и не будет жить в их селе.
То, что он не помнит событий в доме Иванова В.А., он объясняет своим сильным алкогольным опьянением в тот день, а также полученными ножевыми ранениями, перенесенными затем операциями под наркозом.
Зная свой характер в нетрезвом состоянии, он допускает, что мог начать в очередной раз учить жизни Иванова В.А., мог даже навалиться на него на кровати, придавив рукой ему шею. Но причинить какой либо существенный вред здоровью Иванову он никак не мог и не собирался.
Свидетель Д. в суде показала, что проживает в селе * совместно с подсудимым Ивановым В.А. без официальной регистрации брака. От совместной жизни у них двое малолетних детей, но Иванов В.А. их отцом в свидетельствах о рождении не записан. Живут они хорошо, Иванов В.А. ее не обижает, к детям относится хорошо, спиртными напитками не злоупотребляет.
Утром 16.03.2010 г. Иванов В.А. сходил к своему другу Л., у которого употребил спиртное, ближе к обеду вернулся домой. Она оставила Иванова В.А. дома с дочкой и пошла на почту за детским пособием. На улице она встретила Ф. на санях с лошадью, попросила его свозить ее на почту. Ф. свозил ее на почту, она получила деньги, по дороге забрала сына от матери и купила 1 л вина для Ф. за его помощь. Когда они вернулись к ее дому, возле дома находились Е., У., В. и Иванов.
Они все пошли в дом, при этом Ф. и В. отстали и в сенках стали ругаться из-за чего-то. Она вышла в сенки и завела В. в дом. В. был в нетрезвом состоянии.
Все мужчины на кухне сели за стол и стали распивать спиртное, В. при этом сидел на кровати, вместе со всеми употреблял спиртное. Она находилась с детьми в другой комнате, никаких ссор и ругани из кухни не слышала.
Через некоторое время У., Е. и Ф. ушли из дома. На кухне остались Иванов и В. Они сидели рядом на кровати, о чем – то разговаривали.
Когда она в очередной раз вышла из второй комнаты на кухню, услышала, что В. высказывал Иванову, что тот неправильно живет, вспоминал его прошлую судимость в г. Томске, говорил, что сейчас «набьет ему морду». Потом В. повалил Иванова на кровать на спину и стал давить ему на горло рукой. Иванов пытался оттолкнуть от себя В., но у него это не получалось, Иванов стал хрипеть. Увидев это, находившиеся в доме дети заплакали. Она стала говорить В., чтобы он отпустил Иванова, но В. ей отвечал: «Отстань!», продолжал давить на шею Иванову.
Она испугалась за Иванова, тоже заплакала, подошла к кровати и стала отстранять руку В. от шеи Иванова. Иванов этим воспользовался, оттолкнул от себя В., встал с кровати, отошел к печке к раковине и стал там откашливаться. В. тоже встал с кровати.
Она подумала, что конфликт на этом исчерпан и повела детей в другую комнату успокаивать. Она не слышала из кухни никаких криков, ругани или подозрительного шума.
Но когда она вскоре опять вышла из комнаты на кухню, то увидела, что В. и Иванов уже лежали на полу возле печки и входной двери. При этом Иванов находился снизу на спине, а В. навалился на него сверху своим телом. При этом она увидела, что в правой руке у Иванова был их нож, который они используют в хозяйстве.
При ней Иванов ударов ножом по телу В. не наносил, наносил ли он удары до ее выхода в кухню, она не знает, не видела. Она подошла к мужчинам и забрала из руки Иванова нож, столкнула В. с Иванова. Иванов встал на ноги, было видно, что он был в шоке, он говорил: «Что случилось?».
В. остался лежать на полу на боку, говорил что-то непонятное. На его боку она увидела рану, но кровь из нее не шла. Иванов стал говорить ей, чтобы она звонила в милицию и в больницу. Она позвонила жене В., стала обрабатывать В. раны перекисью водорода. Она видела всего две раны на его боку.
Вскоре пришла жена В., позвонила односельчанину М., тот приехал на машине, забрал В. и повез его в больницу.
Свидетель В.Н. в суде показала, что проживает в селе * с мужем В. Муж иногда употребляет спиртное, бывали случаи, что он на следующий день после употребления спиртного не помнил события дня, когда он употреблял спиртное. В нетрезвом виде муж может проявить небольшое физическое насилие, бывали случаи, что он обижал ее.
С племянником Ивановым у мужа были нормальные отношения, они по родственному помогали друг другу по хозяйству. Муж пытался учить жизни Иванова. Например, зимой в сильные морозы он настаивал, чтобы Иванов перевел своих маленьких поросят из стайки в дом. Иванов отказывался это делать, ссылаясь на то, что у него в доме всего одна комната и кухня, маленькие дети. Также муж неоднократно укорял Иванова за его прошлую судимость в г. Томске.
16.03.2010 г. она пришла домой с работы примерно в 15 час. 20 мин. Мужа дома не было, на столе в доме были следы застолья, стояли 4 пустых бутылки из-под водки. Она поняла, что муж с кем-то употреблял спиртное. Дочь сказала, что он пил с У., Ф. и с Е.
Примерно в 15 час. 30 мин. ей по сотовому телефону позвонила Д., она плакала, просила скорее бежать к ним, ничего не объясняя. Она сразу побежала к дому племянника.
Когда она пришла, на кухне на полу у порога на боку лежал муж. Д. перекисью водорода обрабатывала ему раны на теле, сказала, что В. ножом пырнул Иванов, подробностей не говорила. Иванов сидел здесь же на кухне, курил, было видно, что он был расстроен и переживал. Когда В. стонал, Иванов просил Д. не делать ему больно. Также Иванов говорил, чтобы Д. звонила в милицию, собирала ему вещи в тюрьму.
Она позвонила местному жителю М., попросила его помочь увезти мужа в больницу. М. приехал на своей машине. Иванов помог загрузить мужа в машину и она с М. повезли мужа в больницу.
Пока муж лежал в больнице, Иванов приходил несколько раз, спрашивал, как может помочь. Но она не хотела видеть Иванова и с ним не разговаривала.
Зная своего мужа, она допускает, что он мог первым применить к Иванову какое то физическое насилие, но это насилие было бы не серьезным и не опасным, максимум, что муж мог бы ударить Иванова. Посягать на жизнь родственника Иванова муж не стал бы ни при каких обстоятельствах.
Свидетель М. на стадии предварительного расследования показал, что проживает в селе *, имеет в собственности автомобиль «Жигули». 16.03.2010 г. примерно в 15 час. 45 мин. ему по сотовому телефону позвонила В.Н., сообщила, что ее мужа порезали, попросила подъехать к дому Иванова, увезти мужа в больницу. Он подъехал к дому Иванова. В. лежал в доме на полу у входной двери, стонал. Они вынесли его из дома, загрузили в машину. При этом он увидел под задравшейся футболкой рану спереди ниже грудной клетки В. По дороге в больницу В. несколько раз терял сознание. В.Н. сказала, что мужа ее порезал Иванов, но подробностей она не знала. Они привезли В. в ЦРБ около 17 часов. В больнице с В. сняли одежду и он увидел у него на спине еще несколько ран. (т. 1,л.д. 59-60).
Протокол осмотра места происшествия от 16.03.2010 г. отражает расположение дома Иванова В.А. в селе * по улице **, фиксирует расположение комнат в доме и мебели в комнатах. На кухне в доме, в кухонном шкафу обнаружен и изъят кухонный нож с полимерной рукояткой коричневого цвета. Также в кухне на полу возле печки зафиксирована половая тряпка со следами вещества бурого цвета, похожего на кровь. (т. 1,л.д. 8-15).
Изъятый с места происшествия нож был приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства (т. 1,л.д. 100) и осмотрен (т. 1,л.д. 98-99).
Согласно заключению эксперта № 10 от 25.03.2010 г. на изъятом с места происшествия ноже следов рук, пригодных для идентификации личности – не обнаружено. (т. 1,л.д. 64-65).
Согласно заключению эксперта № 11 от 25.03.2010 г. изъятый с места происшествия нож изготовлен самодельным способом по типу ножей хозяйственного назначения и к холодному оружию не относится. (т. 1,л.д. 71).
Согласно заключению эксперта № 61 от 29.04.2010 г. на теле потерпевшего В. зафиксированы телесные повреждения:
- проникающие колото-резаные ранения на грудной клетке слева и в эпигастральной области, которые были причинены от воздействия твердого предмета, имеющего колюще-режущий край типа ножа, что могло иметь место 16.03.2010 г. Данные телесные повреждения относятся к тяжкому вреду здоровью по критерию вреда, опасного для жизни человека и создающего непосредственную угрозу для жизни,
- не проникающие колото-резаные ранения на спине справа, которые также были причинены от воздействия твердого предмета, имеющего колюще-режущий край типа ножа, что могло иметь место 16.03.2010 г. Данные телесные повреждения относятся к легкому вреду здоровью по критерию временного нарушения функций органов или систем (временная нетрудоспособность), продолжительностью до 3 недель от момента причинения травмы. (т. 1,л.д. 85-88).
Согласно заключению эксперта № 95 от 13.05.2010 г. на теле Иванова В.А. зафиксированы телесные повреждения:
- кровоподтек на лице, который был причинен не менее 3-х суток на момент осмотра 17.03.2010 г. от воздействия тупого твердого предмета с ограниченной поверхностью соударения или при ударе о таковой и расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью,
- ссадины на тыльной поверхности правой кисти у основания 5 пальца, которые были причинены от воздействия тупых твердых предметов с ограниченной поверхностью соударения или при ударе о таковые, что могло иметь место 16.03.2010 г., которые также не причинили вреда здоровью Иванова В.А. (т. 1,л.д. 94-95).
Согласно заключению амбулаторной судебной комплексной психолого-психиатрической экспертной комиссии № 283 от 28.05.2010 г. Иванов В.А. хроническим психическим расстройством, слабоумием, иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, а обнаруживает признаки эмоциональной неустойчивости расстройства личности в сочетании с синдромом зависимости от алкоголя. Однако, указанные изменения психики не столь глубоко выражены и в момент совершения правонарушения не лишали Иванова В.А. способности в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. В момент совершения правонарушения Иванов В.А. находился в состоянии простого алкогольного опьянения и не находился в состоянии физиологического аффекта либо в другом эмоциональном состоянии, которое оказало бы существенное влияние на его сознание и деятельность. (т. 1,л.д. 77-79).
Таким образом, совокупностью всех вышеуказанных доказательств, представленных суду в достаточном количестве, и исследованных в судебном заседании, виновность подсудимого Иванова В.А. подтверждена.
Органом предварительного расследования действия Иванова В.А. были квалифицированы по ч. 1 ст. 111 УК РФ с квалифицирующими признаками: умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.
Однако, в судебном заседании, в прениях, государственный обвинитель переквалифицировала действия Иванова В.А. с ч. 1 ст. 114 УК РФ, то есть на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.
Частичный отказ от обвинения государственного обвинителя, согласно смыслу ч. 7 ст. 246 УПК РФ является обязательным для суда.
Суд не признает обоснованной позицию подсудимого Иванова В.А. и его защитника о том, что Иванов В.А. причинил тяжкий вред здоровью В. «не умышленно», «по неосторожности». Человек не может нанести неосторожно 5 ножевых ранений подряд в тело другого человека.
Нанося с достаточной силой 5 ударов таким опасным орудием как нож, в различные части тела потерпевшего В., в том числе и в область грудной клетки, содержащей жизненно важные органы, Иванов В.А. осознавал общественную опасность своих действий, предвидел возможность наступления общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшему, и желал их наступления, то есть действовал с прямым умыслом на причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему В.
Однако при этом, он умышленно причинил тяжкий вред здоровью В. при превышении пределов необходимой обороны.
Согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия.
В судебном заседании установлено, что подсудимый Иванов В.А. и потерпевший В. являются родственниками – племянником и дядей соответственно. До рассматриваемого преступления у них были в целом хорошие отношения, серьезных личных неприязненных отношений между ними не было.
16.03.2010 г. потерпевший В., находясь в очень сильной степени опьянения, первым совершил противоправное насильственное посягательство на подсудимого Иванова В.А. – придавил его к кровати рукой в области шеи. Когда Иванову В.А. с помощью Д. удалось вырваться от В. и встать с кровати, В. также встал с кровати и молча стал приближаться к Иванову В.А., не комментируя вслух цель своего приближения. В этой ситуации Иванов В.А. имел основания опасаться продолжения противоправного насильственного посягательства на него со стороны В.
Однако, у суда нет доказательств того, что В. собирался применить к Иванову В.А. насилие, именно опасное для жизни последнего. В. был безоружен, он родственник Иванову В.А., угроз применения насилия, опасного для жизни Иванова В.А. В. словесно не высказывал и внешне своими действиями не проявлял.
Следовательно, В. применял к Иванову В.А. насилие, не опасное для жизни последнего, и это было очевидно для Иванова В.А. Тем не менее, Иванов В.А., защищаясь от посягательства В., не сопряженного с насилием, опасным для его жизни, по сути дела превысил пределы необходимой обороны, совершил умышленные действия, явно не соответствующие характеру и опасности посягательства: нанес безоружному В. 5 ударов ножом в различные части тела, в том числе и содержащие в себе жизненно важные органы человека, умышленно причинив в итоге В. тяжкий вред здоровью, опасный для жизни последнего.
Согласно ч. 2 ст. 37 УК РФ защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.
Суд считает необходимым квалифицировать действия Иванова В.А. по ч. 1 ст. 114 УК РФ с квалифицирующими признаками: умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.
Сомнений во вменяемости Иванова В.А. по отношению к совершенному им рассматриваемому преступлению, у суда не возникло.
При определении вида и размера наказания подсудимому Иванову В.А. суд учитывает степень общественной опасности совершенного им преступления, личности подсудимого и потерпевшего, наступившие последствия и все иные обстоятельства дела в совокупности.
Обстоятельствами, смягчающими наказание Иванову В.А., суд признает: на основании п. з» ч. 1 ст. 61 УК РФ – противоправность поведения потерпевшего В., явившуюся поводом для совершения преступления..
Обстоятельств, отягчающих наказание Иванову В.А., из числа предусмотренных ч. 1 ст. 63 УК РФ, в судебном заседании не установлено.
На основании ч. 1 ст. 6 и ч. 3 ст. 60 УК РФ суд учитывает также и следующие обстоятельства дела.
Иванов В.А. молод, ему ** года. Официально он не женат, но фактически создал семью без регистрации брака, имеет двух малолетних детей на иждивении. С места жительства он характеризуется в целом удовлетворительно, имеет постоянное место работы, с которого характеризуется положительно. На момент совершения рассматриваемого умышленного преступления небольшой тяжести Иванов В.А. имел одну непогашенную судимость к условному лишению свободы и рассматриваемое преступление совершил в период испытательного срока. Из уголовно-исполнительной инспекции, на учете в которой состоит Иванов В.А., он характеризуется в целом удовлетворительно. В июне-июле 2009 г. Иванов В.А. трижды привлекался к административной ответственности за различные административные правонарушения. На учете у врача нарколога Иванов В.А. не состоит, он состоит на учете у врача психиатра с диагнозом «эмоционально-неустойчивое расстройство личности», не исключающим его вменяемости. (т. 1,л.д. 129-155).
Исходя из совокупности всех обстоятельств дела, суд приходит к выводу о необходимости назначения Иванову В.А. за содеянное наказания в виде лишения свободы с соблюдением требований ч. 1 ст. 62 УК РФ.
Однако при этом, учитывая наличие у Иванова В.А. вышеуказанных смягчающих обстоятельств и отсутствие отягчающих, учитывая его молодой возраст и фактическое семейное положение, наличие у него малолетних детей, постоянного места жительства и места работы, в целом удовлетворительные характеристики его личности, учитывая его чистосердечное признание и раскаяние в содеянном, суд приходит к выводу о возможности исправления подсудимого Иванова В.А. без реального отбытия избираемого ему наказания.
Суд считает возможным и более целесообразным применить к Иванову В.А. ст. 73 УК РФ и постановить избираемое ему наказание условным с возложением на него на период испытательного срока определенных обязанностей, которые будут способствовать его исправлению, дав ему еще один шанс встать на путь исправления, без изоляции его от общества.
При этом, на основании ч. 4 ст. 74 УК РФ, учитывая все вышеизложенные обстоятельства и данные о личности подсудимого Иванова В.А., суд считает возможным сохранить ему условное осуждение по предыдущему приговору Кировского районного суда г. Томска от 27.10.2006 г.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 307-309 УПК РФ, суд
П Р И Г О В О Р И Л :
Иванова В.А. признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 73 УК РФ данную меру наказания считать условной с испытательным сроком в два года.
Возложить на условно осужденного Иванова В.А. на период испытательного срока обязанности: ежемесячно являться на регистрации в специализированный государственный орган, осуществляющий исправление условно осужденных по месту его жительства; не менять без уведомления этого органа своего места жительства и работы.
На основании ст. 71 УК РФ настоящий приговор и приговор Кировского районного суда г. Томска от 27.10.2006 г. в отношении Иванова В.А. исполнять самостоятельно.
Меру пресечения Иванову В.А., подписку о невыезде и надлежащем поведении, оставить без изменения до вступления настоящего приговора в законную силу.
Вещественное доказательство по делу: самодельный нож, как принадлежащее виновному орудие преступления, – уничтожить.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Томского областного суда через Кожевниковский районный суд Томской области в течение 10 дней со дня его провозглашения.
Судья Кожевниковского районного суда Томской области
Ю.Ю. Максимович