Мотивированное решение изготовлено 3 сентября 2012 года
Дело № 2-356/2012
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Ковдор 28 августа 2012 года
Ковдорский районный суд Мурманской области в составе:
председательствующего судьи Толстовой Т.В.,
при секретаре Мужиковой В.А.,
с участием старшего помощника прокурора Ковдорского района Губаревой О.Н.,
истца Чуева С.И.,
представителя ответчика ОАО «Ковдорский ГОК» Ридванского Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Чуева С.И. к Открытому акционерному обществу «Ковдорский горно-обогатительный комбинат» о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья,
УСТАНОВИЛ:
Чуев С.И. обратился в суд с иском к ОАО «Ковдорский ГОК» о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья.
Свои требования мотивирует тем, что в период времени с //дд.мм.гг// по //дд.мм.гг// работал в //данные изъяты// ОАО «Ковдорский ГОК» //данные изъяты//, в результате чего получил профессиональное заболевание.
Просит взыскать с ответчика в возмещение причиненного морального вреда в связи с полученной инвалидностью и профессиональным заболеванием * рублей.
Истец Чуев С.И. в судебном заседании исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении. Дополнительно пояснил, что в связи с получением профессионального заболевания ему в июле * года была установлена //данные изъяты// группа инвалидности с //данные изъяты// утраты трудоспособности. В результате профессионального заболевания он вынужден был длительное время находиться на лечении, при этом испытал физические страдания, осознавал собственную беспомощность и невозможность вести равноценную прежнюю жизнь, все время испытывает физическую боль, не может продолжать работу по прежней профессии. Считает, что получив в период работы у ответчика профессиональное заболевание, он имеет право на возмещение причиненного ему морального вреда.
Представитель ответчика ОАО «Ковдорский ГОК» Ридванский Е.А. с иском не согласен. В возмещение морального вреда истец обратился за получением страховой выплаты от ЗАО «...» в размере * рублей, что согласуется с пунктом 6.16 Коллективного договора заключенного в ОАО «Ковдорский ГОК». Считает, что актом о случае профессионального заболевания вина ОАО «Ковдорский ГОК» не установлена, что в соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием для освобождения ответчика от возмещения морального вреда. Так, актом определено, что профессиональное заболевание у Чуева С.И. возникло в результате длительной работы в условиях воздействия производственных факторов, однако, лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, не установлены. За работу во вредных условиях труда работнику были назначены компенсации. ОАО «Ковдорский ГОК» действий, нарушающих личные неимущественные либо посягающих на принадлежащие истцу другие не материальные блага, не совершал, действовал лишь в рамках трудового договора, заключенного с истцом.
Заслушав истца Чуева С.И., представителя ответчика ОАО «Ковдорский ГОК» Ридванского Е.А., заключение старшего помощника прокурора Губаревой О.Н., полагавшей иск подлежащим удовлетворению, проверив материалы дела, суд приходит к выводу, что иск Чуева С.И. подлежит удовлетворению.
В соответствии с абзацем 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.
Статьей 220 Трудового кодекса Российской Федерации государство гарантирует работникам защиту их права на труд в условиях, соответствующим требованиям охраны труда.
На основании статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим кодексом и иными федеральными законами.
В соответствии со статьей 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены названным Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.
Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливаются гарантии социальной защиты (статья 7, часть 2).
В целях реализации названных конституционных положений, обязывающих государство разработать эффективный организационно-правовой механизм восполнения гражданам, здоровью которых был причинен вред в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, имущественных потерь, связанных с утратой трудоспособности был принят Федеральный закон «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ, установивший правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определивший порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору.
Согласно части 3 статьи 8 Закона «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ Федеральный закон от 24 июля 1998 года N 125-ФЗ (ред. от 03.12.2011) возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.
Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В судебном заседании установлено и подтверждается материалами дела, что Чуев С.И. работал в ОАО «Ковдорский ГОК» с //дд.мм.гг// по //дд.мм.гг// //данные изъяты//, уволен по собственному желанию в связи с выходом на пенсию по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 23-24, 25).
Актом о случае профессионального заболевания от //дд.мм.гг// заболевание: //данные изъяты//, является профессиональным. Настоящее заболевание возникло вследствие длительной работы //данные изъяты// ОАО «Ковдорский ГОК»//данные изъяты//, где из-за специфики работы в данной профессии и несовершенства, с гигиенической точки зрения, рабочих мест, Чуев С.И. подвергался сочетанному воздействию вредных факторов производственной среды и трудового процесса, в том числе вибрации и тяжести трудового процесса (фиксированная рабочая поза). По общей оценке условий труда Чуева С.И. по данным санитарно-гигиенической характеристики условий труда от //дд.мм.гг// //№// период работы истца относится к вредному классу степени 3.3 по совокупности воздействия факторов – общая вибрация, инфразвук, тяжесть трудового процесса – класс 3.2, напряженность трудового процесса – класс 3.1.
С //дд.мм.гг// федеральным государственным учреждением медико-социальной экспертизы в связи с профессиональным заболеванием истцу установлена степень утраты профессиональной трудоспособности //данные изъяты// и //данные изъяты// группа инвалидности (л.д. 8, 9).
При указанных выше обстоятельствах суд считает, что в судебном заседании нашел свое подтверждение факт наличия у истца Чуева С.И. профессионального заболевания, а также факт наличия вины ОАО «Ковдорский ГОК» в получении им профессионального заболевания.
При этом суд учитывает, что при установлении истцу профессионального заболевания были исследованы именно условия труда Чуева С.И. //данные изъяты//.
Как установлено в судебном заседании, следует из медицинской карты истца, решения врачебной комиссии и акта о случае профессионального заболевания от //дд.мм.гг//, до трудоустройства в ОАО «Ковдорский ГОК» у Чуева С.И. не имелось данного профессионального заболевания, в центр профессиональной патологии для установления профессионального заболевания он не направлялся.
При установленных обстоятельствах, доводы представителя ответчика ОАО «Ковдорский ГОК» Ридванского Е.А. о том, что вина ОАО «Ковдорский ГОК» актом о случае профессионального заболевания от //дд.мм.гг// не установлена, как не установлены лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, судом не могут быть приняты во внимание по указанным выше основаниям.
В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества (пункт 3 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Вместе с тем, Конституция Российской Федерации закрепляет право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37, часть 3). Данное конституционное положение конкретизируется в Трудовом кодексе Российской Федерации, который предусматривает, что каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда. Работодатель со своей стороны обязан обеспечить такие условия труда на каждом рабочем месте (статья 212 Трудового кодекса Российской Федерации). Работник имеет право на получение информации от работодателя, соответствующих органов и общественных организаций об условиях и охране труда на рабочем месте, о существующем риске повреждения здоровья, а также о мерах, которые применяются (полагается применять) для защиты от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов. Работодатель обязан информировать работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья и полагающихся компенсациях и средствах индивидуальной защиты (статья 212 Трудового кодекса Российской Федерации).
Таким образом, доводы представителя ответчика ОАО «Ковдорский ГОК» Ридванского Е.А. о том, что в трудовых договорах, заключенных между Чуевым С.И. и ОАО «Ковдорский ГОК», было указано, что работник работает во вредных условиях труда, в связи с чем работнику были предусмотрены компенсации и действия истца совершались лишь в рамках трудового договора, судом не могут быть приняты во внимание, так как данные действия истца предусмотрены нормами Трудового кодекса Российской Федерации и не свидетельствуют о том, что вред истцу Чуеву С.И. причинен с его согласия.
Жизнь и здоровье – нематериальные блага, данные человеку с рождения (пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными 59 главой и статьей 151 названного Кодекса.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно пункту 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
Как установлено в судебном заседании и подтверждается пояснениями истца Чуева С.И., его медицинской картой, истец испытывает физические страдания, при которых он вынужден периодически проходить курсы лечения, ему установлена //данные изъяты// инвалидности по профессиональному заболеванию с утратой //данные изъяты// профессиональной трудоспособности.
Не имеется у суда оснований не согласиться с доводами истца о том, что он испытывает нравственные страдания в связи с потерей работы, наличием профессионального заболевания.
Указанные обстоятельства, по мнению суда, являются достаточными для удовлетворения исковых требований истца Чуева С.И. о взыскании с ответчика в пользу истца денежной компенсации морального вреда.
Определяя размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд учитывает то, что Чуеву С.И. причинен моральный вред в связи с профессиональным заболеванием по вине ответчика, принимает во внимание степень вины причинителя вреда (поскольку профзаболевание истец получил в результате длительного воздействия вредных производственных факторов в течение 34 лет 11 месяцев, которые проработал у ответчика), что положение ответчика финансово устойчиво, что на момент рассмотрения спора срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности установлен до //дд.мм.гг//, а также с учетом разумности и справедливости, исходя из фактических обстоятельств дела и индивидуальных особенностей потерпевшего, суд считает, что денежная компенсация в размере * рублей является соразмерной характеру и тяжести причиненного вреда.
При установленных обстоятельствах суд считает, что требование Чуева С.И. к ОАО «Ковдорский ГОК» о взыскании компенсации морального следует удовлетворить.
Поскольку истец в соответствии со статьей 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации освобожден от уплаты государственной пошлины, а решение суда принято не в пользу ответчика, суд считает, что с ответчика ОАО «Ковдорский ГОК» в соответствии с частью 2 статьи 333.17 Налогового кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 61.1, пунктом 2 статьи 61.2 Бюджетного кодекса Российской Федерации, следует взыскать в доход местного бюджета государственную пошлину в размере * рублей.
Руководствуясь статьями 194 и 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Иск Чуева С.И. к Открытому акционерному обществу «Ковдорский горно-обогатительный комбинат» о возмещении вреда, причиненного повреждением здоровья – удовлетворить.
Взыскать с Открытого акционерного общества «Ковдорский горно-обогатительный комбинат» в пользу Чуева С.И. денежную компенсацию морального вреда в сумме * рублей * копеек.
Взыскать с Открытого акционерного общества «Ковдорский горно-обогатительный комбинат» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере * рублей * копеек.
Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ковдорский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Председательствующий