Дело № 1-99/10
ПРИГОВОР
Именем Российской Федерации
г. Кострома 27 сентября 2010 года
Костромской районный суд Костромской области в составе председательствующего судьи Комаровой Е.Н.
при секретаре Сопачевой М.В.,
с участием государственного обвинителя - заместителя прокурора Костромского района Демьянова Е.Е.,
подсудимой Гречушной Е.А.,
защитника Грибене А.А., представившей удостоверение <данные изъяты> и ордер №,
потерпевшей Осиповой Е.В.,
представителя потерпевшей - адвоката Сахарова А.Н., представившего удостоверение № и ордер №
рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
Гречушной Е.А., <данные изъяты> не судимой,
обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч.3 УК РФ,
УСТАНОВИЛ:
Гречушная Е.А. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты>, управляя автомобилем <данные изъяты> и двигаясь в сторону конечной остановки общественного транспорта по <адрес>, возле <адрес> нарушение пунктов 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ, неправильно оценила и не учла дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения, наличие наледи на дорожном покрытии, не обработанном песчано-солевой смесью, не выбрала безопасную скорость, обеспечивающую постоянный контроль за движением своего транспортного средства, имея при необходимой внимательности и предусмотрительности возможность своевременно обнаружить опасность для движения в виде пешехода, пересекающего проезжую часть, и имея техническую возможность избежать наезда путём своевременного снижения скорости, при возникновении опасности для движения не приняла мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства и совершила наезд на пешехода П.., пересекавшего проезжую часть вблизи предупреждающего дорожного знака «Дети» и дорожного знака особых предписаний «Пешеходный переход», предусмотренных приложением №1 к действующим Правилам дорожного движения РФ. В результате наезда Поваров В.Г. получил телесные повреждения, опасные для жизни и причинившие в совокупности тяжкий вред его здоровью, от которых он скончался в больнице ДД.ММ.ГГГГ
Подсудимая Гречушная Е.А. в судебном заседании, признавая факт наезда на пешехода П. свою вину в нарушении Правил дорожного движения РФ, повлекшем по неосторожности смерть потерпевшего не признала. Она показала, что ее водительский стаж составляет около ДД.ММ.ГГГГ. В силу недостаточного опыта вождения она всегда ездит с небольшой скоростью: в городе не более 35-40 км/ч, за городом - не более 60 км/ч. ДД.ММ.ГГГГ она около <данные изъяты> на принадлежащей ей автомашине <данные изъяты> выехала в из <адрес> в <адрес>. Около <данные изъяты> часов она на вышеуказанной автомашине выехала из <адрес> в <адрес> В машине был груз (одежда) весом около <данные изъяты> кг. По дороге примерно через 40 минут после начала движения один раз останавливалась для отдыха. В <адрес> приехала около <данные изъяты>. Доехав до <адрес>, она решила съездить в <адрес> и области за своей бабушкой, чтобы взять ее к себе на праздники. На стационарном посту ГИБДД у поворота на <адрес> её останавливали инспекторы ГИБДД и проверяли документы, на данном посту она протёрла фары автомашины, так как шел снег. По <адрес> она двигалась с ближним свет фар на скорости не более 30 км/час. На данной улице в районе поворота на стадион «Урожай» фонари установлены только по левой стороне по ходу ее движения, свет ламп белый, поэтому ее полоса освещалась недостаточно хорошо: чередовались освещенные и неосвещенные участки дороги. На дорожном покрытии была наледь со снежной кашицей, так как шел снег, дорога не была обработана песчано-солевой смесью. На ее машине работали стеклоочистители в прерывистом режиме. По встречной полосе двигался поток машин, сколько именно было машин и на каком расстоянии они двигались друг от друга, она пояснить не может. Свет фар встречных машин ее не ослеплял. За ее машиной в попутном направлении на расстоянии более 50 метров двигалась одна легковая автомашина, впереди нее других транспортных средств не было. На правой обочине по ходу движения были установлены дорожные знаки: предупреждающий знак «лежачий полицейский» и знак ограничения скорости «30». Также знала, что вперед расположен пешеходный переход и установлен соответствующий знак. Она полностью контролировала свою полосу движения и правую обочину. Пешеход перед ее машиной возник внезапно, на расстоянии около 10 метров, она не может объяснить, откуда он появился, и почему она не увидела его раньше. Это был мужчина в темной одежде, он пересекал ее полосу движения, двигался в сторону правого края проезжей части по диагонали, обращен к ней был правой стороной, шел очень медленно, в правой руке у него была клюшка. Увидев пешехода, она подала звуковой сигнал, а затем резко нажала на педаль тормоза, но по наледи машина пошла юзом, и произошёл наезд. После того, как машина остановилась, она вышла из нее и стала искать пешехода, но сначала не увидела. Она остановила ехавшую сзади автомашину и объяснила водителю, что сбила пешехода и не может его найти, тогда он вышел и обнаружил пешехода под передним бампером ее машины. Тогда она немного отъехала назад, чтобы освободить пешехода. Водитель, которого она остановила, вызвал скорую помощь и уехал. Также после наезда остановились какие-то встречные машины, и к ней подходили люди, в том числе А., он сказал, что видел происшедшее и будет свидетелем. Затем приехала милиция и скорая помощь, потерпевшего увезли. Она участвовала в осмотре места происшествия, сама показала место наезда не пешехода, знакомилась с протоколом и схемой места происшествия, но плохо все осознавала, так как была в шоковом состоянии, безучастно ко всему относилась. Она считает, что выполнила все требования правил дорожного движения, приняла все меры для предотвращения наезда не пешехода, который переходил дорогу в неположенном месте, на плохо освещенном участке дороги и в очень медленном темпе.
Несмотря не признание подсудимой вины в совершении преступления, ее вина подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами.
Так, потерпевшая О.Е.показала, что ее отец П.., ДД.ММ.ГГГГ г.р., постоянно проживал по адресу: <адрес>. Отец работал до ДД.ММ.ГГГГ лет, зрение и слух у него были нормальные. В зимний период времени он всегда ходил с тростью, чтобы не упасть, ходил аккуратно. Отец часто посещал библиотеку, расположенную через дорогу от дома. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов ей позвонила мама и сказала, что ей домой позвонил неизвестный и сообщил, что отец находится в <адрес> больнице. Она сразу поехала в больницу, где узнала, что отец попал в ДТП. Через несколько дней в ОГИБДД <адрес> ей пояснили, что на отца в <адрес> наехала автомашина, которой управляла женщина. ДД.ММ.ГГГГ отца перевели на стационарное лечение в ЦРБ <адрес>, и там он, не приходя сознание, умер ДД.ММ.ГГГГ. В связи с потерей отца она постоянно испытывает сильные эмоциональные волнения и переживания, просит взыскать с подсудимой в возмещение морального вреда <данные изъяты> рублей.
Свидетель А. в судебном заседании показал, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов он из <адрес> поехал в <адрес>. Он двигался по правой полосе движения по <адрес> со скоростью около 40 км/час, с ближним светом фар. На дороге была наледь и укатанный снег, накатаны колеи. Дорогу освещали фонари, установленные по правой стороне по ходу движения в <адрес>. Его полоса движения освещалась хорошо, встречная полоса - хуже. Видимость была нормальной. Впереди него попутных транспортных средств не было, сзади него на расстоянии 10-15 м двигались две легковые автомашины. При подъезде к стадиону «Урожай», расположенному с правой стороны по ходу его движения, имелось искусственное препятствие в виде «лежачего полицейского», поэтому он не разгонялся. Он увидел, что впереди на его полосе движения на расстоянии около 50 метров находится пешеход. Это был мужчина в одежде тёмного цвета, он переходил дорогу справа налево по ходу его (А.) движения, двигался он медленным темпом, при этом опирался на клюшку. Кроме того, он переходил проезжую часть не прямолинейно, а под небольшим углом. Также видел, что по встречной полосе движется автомашина, (позже, при разъезде он увидел, что это <данные изъяты>) со скоростью примерно такой же, как у него. Он, снизив скорость, но не останавливаясь, пропустил пешехода, мужчина начал пересекать встречную полосу движения. Встречная автомашина <данные изъяты>, приближаясь к пешеходу, также стала тормозить. Момент наезда на пешехода он не видел, так как уже разъехался с <данные изъяты> примерно на длину машину, но услышал удар, поэтому остановился и подошел к месту ДТП. На проезжей части перед <данные изъяты> лежал мужчина, он был жив. Машина стояла по центру полосы движения, передними колесами обращена к обочине. Женщина-водитель была расстроена и испугана, она попросила его выставить на дороге аварийный знак, что он и сделал. Кто вызвал скорую помощь и милицию, он не помнит. В осмотре места происшествия он не участвовал, так как в это время с него брали объяснение. Однако ДД.ММ.ГГГГ с его участием проводили дополнительный осмотр, в ходе которого он показал, каким образом пешеход переходил дорогу, направление его движения, воспроизвел темп движения. При этом темп движения замерялся секундомером трижды, два раза показатель был одинаковым, один раз немного отличался.
У суда нет оснований не доверять показаниям данного свидетеля, поскольку они согласуются с протоколом осмотра места происшествия и схемой к нему, показаниями других свидетелей, заинтересованности данного свидетеля в исходе дела не установлено. Существенных противоречий фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании, в показаниях свидетеля суд не усматривает.
Свидетель М. показал, что ДД.ММ.ГГГГ он в составе следственно-оперативной группы выезжал на место дорожно-транспортного происшествия в <адрес>. Из сообщения дежурного ему было известно, что на <адрес>, недалеко от поворота на стадион «<данные изъяты>» был совершен наезд на пешехода. На месте происшествия он увидел стоявшую на правой полосе по ходу движения в сторону конечной остановки общественного транспорта автомашину <данные изъяты> - фургон, а перед ней лежал мужчина пожилого возраста в тёмной одежде. Машина передними колёсами была повернута к правой обочине. Возле автомашины находилась женщина, которая пояснила, что она является водителем, и во время движения она сбила пешехода, переходившего дорогу. Через некоторое время приехала скорая помощь и увезла пострадавшего. Место происшествия было осмотрено с участием понятых и водителя Гречушной. Он составлял схему месту происшествия, в ходе чего проводились замеры, Гречушная указала место совершения наезда на пешехода. После составления схемы Гречушная Е.А. и понятые были ознакомлены с ней, замечаний по ее составлению от понятых, водителя Гречушной не поступило. Гречушная Е.А. в момент осмотра места происшествия была расстроена, плакала, но адекватно воспринимала происходящее, отвечала на вопросы. Дорога была покрыта наледью и укатанным снегом, на указанном участке ДТП имелось искусственное освещение в виде фонарей, установленных по левой стороне относительно направления движения автомашины <данные изъяты>. Осадков на момент осмотра места происшествия не было. На обочинах снежных брустверов не было, но имелись возвышения снега высотой не более 30 см. Им при составлении схемы была допущена техническая ошибка, он описался в названии улицы и написал, что местом происшествия является <адрес>, на самом деле местом происшествия является <адрес>
Свидетель М.С. показал, что ДД.ММ.ГГГГ он выезжал на место происшествия в <адрес> в районе стадиона «<данные изъяты>» был совершен наезд на пешехода. В осмотре места происшествия он не участвовал, а только опросил водителя Гречушную Е.А. об обстоятельствах наезда. Она находилась в нормальном состоянии, на поставленные вопросы отвечала чётко и понятно. После дачи объяснений Гречушная участвовала в осмотре места происшествия, в замерах, составлении схемы. При этом инспектором М. ей неоднократно делались замечания, чтобы она не отвлекалась. Дорога на месте происшествия была покрыта наледью и укатанным снегом. Освещение на данном участке дороги было достаточным. Снег не шел. С участием мужа Гречушной Е.А. на автомашине <данные изъяты> пытались установить видимость с места водителя, в данном действии он обеспечивал безопасность и перекрывал движение транспортных средств со стороны <адрес>, как проводилось само действие, он пояснить не может.
Свидетель К. показал, что работает следователем в СО при ОВД <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ он осуществлял суточное дежурство, когда в вечернее время суток от дежурного поступило сообщение о ДТП в <адрес>. По прибытии на место происшествия на <адрес> недалеко от поворота на стадион «<данные изъяты>» он увидел стоявшую на правой полосе по ходу движения в сторону конечной остановки общественного транспорта автомашину <данные изъяты>, передними колёсами она находилась на правой обочине, задними на правой полосе проезжей части под углом в сторону правой обочины. Стоявшая рядом с машиной женщина сказала, что она является водителем и сбила пешехода. Сотрудник ГИБДД стал составлять схему, а он - протокол места происшествия. На дороге была наледь и укатанный снег, дорога искусственно освещалась фонарями, и видимость на данном участке дороги была хорошая. Водитель Гречушная Е.А. во время составления протокола ОМП и схемы ДТП неоднократно отвлекалась, отходила, говорила по телефону, в связи с чем ей делались замечания. Гречушная сама указала предположительное место совершения наезда на пешехода. В ходе проведения осмотра места происшествия Гречушная была подавлена, расстроена, но все происходящее воспринимала адекватно. После составления протокола и схемы места происшествия Гречушная Е.А. и понятые были ознакомлены с ними, замечаний к составленным документам от понятых и Гречушной не поступило. Он при составлении протокола осмотра места происшествия допустил ошибку, указав, что местом происшествия является <адрес>, на самом деле местом происшествия является <адрес>. Кроме того, он провел следственный эксперимент для определения видимости с места водителя, но в силу малого опыта следственной работы сделал это с нарушением УПК РФ, поэтому не стал отражать данный факт в протоколе осмотра места происшествия. Других следственных действий по данному делу он не проводил.
Свидетель К. показала, что <адрес> в вечернее время она вместе со своим знакомым Б.В. возвращалась из <адрес> домой в <адрес>. Когда они подъезжали к стадиону «<данные изъяты>», их остановили сотрудники ГИБДД и попросили поучаствовать в осмотре места происшествия в качестве понятых, пояснив, что произошёл наезд на пешехода. На проезжей части находилась автомашина <данные изъяты> тёмного цвета, также на правой полосе проезжей части по ходу движения в сторону конечной остановки общественного транспорта <адрес> лежала клюшка, как пояснили сотрудники милиции, она принадлежала пешеходу. Возле машины находилась женщина - водитель <данные изъяты>, она была очень расстроена. В ходе осмотра места происшествии она и женщина-водитель машины стояли на обочине, а Б.В. помогал делать замеры. Сотрудники ГИБДД все показывали, объясняли, что делают, называли цифры, все было хорошо слышно и видно. После составления протокола она его подписала, также как и другие участники. Замечаний никто не высказывал, в том числе и водитель автомашины <данные изъяты>. Потом по просьбе сотрудника милиции она находилась в автомашине <данные изъяты> и участвовала в определении видимости. За рулем находился муж водителя <данные изъяты>. На ее взгляд, видимость была хорошая.
Свидетель Б.В. дал аналогичные показания в судебном заседании.
Показаниям вышеуказанных свидетелей у суда нет оснований не доверять, поскольку они согласуются между собой, а также по существу не расходятся с показаниями подсудимой.
Свидетель Г.К. в судебном заседании показал, что его жена Гречушная Е.А. ДД.ММ.ГГГГ ездила в <адрес> на автомашине <данные изъяты>. На обратном пути она должна была заехать в <адрес>, забрать свою бабушку на новогодние праздники. Поскольку ее долго не было, он позвонил ей. Сквозь слезы жена сказала, что сбила в <адрес> человека. Он на такси приехал на место происшествия. В районе стадиона «<данные изъяты>» их <данные изъяты> стояла поперек проезжей части, у нее был помят капот со стороны водителя. Жена находилась рядом, была в истерике, еле держалась на ногах. Сотрудники ГИБДД осматривали место происшествия. Считает, что жена в силу своего состояния не вполне осознавала происходящее, постоянно плакала. Ей предложили провести следственный эксперимент для определения видимости, но она не могла сесть за руль. Тогда это сделал он. В машине находились понятая и сотрудник ГИБДД, они отъехали от места происшествия на значительное расстояние к магазину «<данные изъяты>», но через некоторое время по рации им сказали, что следственный эксперимент проводиться не будет. Об обстоятельствах наезда на пешехода он жену не расспрашивал. Водительский стаж у жены небольшой, опыт вождения слабый, она всегда ездит с небольшой скоростью.
Согласно рапорту об обнаружении признаков состава преступления,ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> минут водитель автомашины <данные изъяты> Гречушная Е.А., двигаясь по <адрес>, совершила наезд на переходившего проезжую часть пешехода П.. (л.д.2).
Из сообщения, зарегистрированного в <данные изъяты> за № по КУСП ДД.ММ.ГГГГ,поступившего от дежурного службы спасения следует, что в <адрес> у стадиона «<данные изъяты>» водитель автомашины совершил наезд на пешехода (л.д.4).
Согласно сообщению, поступившему в дежурную часть в <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ от медсестры областной больницы, бригадой скорой помощи с телесными повреждениями доставлен П.., который попал в ДТП в <адрес> (л.д.5).
Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ местом осмотра является участок дороги по <адрес>. Дорога покрыта льдом со снегом. Видимость более 150 м. В протоколе зафиксировано месторасположение транспортного средства, следы торможения, следы волочения пешехода (л.д.6-10).
Результаты осмотра места происшествия зафиксированы в схеме ДТП от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 11).
Согласно протоколу осмотра транспортного средства от ДД.ММ.ГГГГ, автомобиль <данные изъяты> имеет повреждения переднего капота в виде вмятин, расколота декоративная решетка радиатора, расколота декоративная панель капота. Машина на момент осмотра загружена текстилем весом 400 кг (л.д.15-16).
Протоколы вышеуказанных действий подписаны всеми участниками, в том числе Гречушной Е.А., замечаний и дополнений не поступило.
Протокол осмотра места происшествия и фототаблица к нему опровергают показания Гречушной Е.А. о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия шел снег. На фотоснимках хорошо видно, что дорога на участке ДТП покрыта укатанным снегом, на лобовом стекле автомашины <данные изъяты> снег отсутствует, следы торможения, а также клюшка потерпевшего, обнаруженная на месте, снегом не запорошены.
В ходе дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ с участием свидетеля А., установлено, что на правой обочине по ходу движения <адрес> установлены совместно дорожный знак «Искусственная неровность» и дорожный знак 3.24 «Ограничение скорости 30 км/час». На расстоянии 38,7 м от места установки данных знаков по ходу движения в <адрес> к левому краю проезжей части примыкает тропа, ведущая от стадиона «<данные изъяты>». Свидетель А. воспроизвел темп и траекторию движения пешехода перед ДТП. Согласно установленным экспериментальным путём данным, длина траектории пешехода до места наезда составляет 9,4 метра, длина траектории пешехода от центра проезжей части до места наезда составляет 3,5 метра. Время преодоления при воспроизведённом темпе пешехода участка от середины проезжей части до места наезда (3,5м) составило при первой попытке 9,6 сек., второй - 8,3 сек., третьей - 8,1 сек. Время преодоления всего участка траектории пешехода до места наезда (9,4 м) при первой попытке составило: 17,4 сек., второй - 17,4 сек., третьей - 15,2 сек. (л.д.25-27).
Суд не находит оснований для признания данного доказательства недопустимым, поскольку он получено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона о порядке проведения осмотра места происшествия. Полученные в результате следственного действия от свидетеля А. сведения не противоречат данным им показаниям, согласуются с первичным протоколом осмотра места происшествия о траектории движения пешехода, о темпе его движения. Доводы стороны защиты о том, что А. не соответствует по своим физиологическим данным потерпевшему П., а поэтому он не мог объективно воспроизвести темп его движения, суд считает несостоятельными, поскольку А. продемонстрировал именно темп движения П., так как сам непосредственно наблюдал его перед происшествием.
Из протокола дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ следует,что на расстоянии 36,4 метра от левого края поворота (въезда) к <адрес> по ходу движения в <адрес> и на расстоянии 6,3 м от левого края проезжей части по ходу движения в <адрес> на левой обочине располагаются совместно установленные дорожные знаки 3.24 «Ограничение максимальной скорости 30 км/час» и дорожный знак «Искусственная неровность». Далее на расстоянии 48,4 метра от места установки вышеуказанных знаков по ходу движения к центру <адрес> и на расстоянии 4,7 метра от правого края проезжей части располагается дорожный знак 1.23 «Дети», на расстоянии 15,2 метра от данного знака по ходу движения к центру <адрес> и на расстоянии 4,4 метра от правого края проезжей части расположен дорожный знак 5.19.2 «Пешеходный переход», на расстоянии 12,8 метра от места установки данного знака по ходу движения к центру <адрес> на расстоянии 3,4 метра от левого края проезжей части установлен дорожный знак 5.19.1 «Пешеходный переход» (л.д.42-44).
Таким образом, исходя из протоколов осмотра места происшествия, место наезда на пешехода П. располагается в непосредственной близости дорожных знаков «Дети» и «Пешеходный переход ».
Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ у Поварова В.Г. имелись следующие телесные повреждения: сочетанная тупая травма тела: А) Закрытая черепно-мозговая травма: ссадина (1) лобной области справа, ссадина (1), кровоподтёки (2) и кровоизлияние в мягкие ткани лобной области слева, кровоподтёк (1) правой теменно-височной области и кровоизлияние в мягкие ткани правой теменно-височной области с распространением на лобную и затылочную области, ссадина (1) правой теменной области, кровоизлияние в мягкие ткани лобно-теменной области, острая субдуральная гематома правой теменной области объёмом около 70 мл, субарахноидальные кровоизлияния на выпуклых поверхностях правого и левого полушарий головного мозга, ушиб вещества головного мозга с контузионными очагами без нарушения целости мягкой мозговой оболочки в правых лобной и височной долях, ушиб вещества головного мозга с контузионным очагом с нарушением целости мягкой мозговой оболочки правой теменной доли, внутримозговое кровоизлияние правой теменной доли с порывом в задний рог правого бокового желудочка, внутрижелудочковые кровоизлияния, кровоизлияния в ствол мозга. Б) Закрытая тупая травма грудной клетки: переломы 5-8 рёбер слева по средней подмышечной линии. В) Ссадины (4) правого коленного сустава, ссадины (множественные) тыльных поверхностей правой и левой кистей рук. Эти повреждения образовались прижизненно, незадолго до поступления в стационар, от взаимодействия с твердым тупым предметом (предметами), возможно в результате дорожно-транспортного происшествия, в совокупности опасны для жизни, причинили тяжкий вред здоровью и находятся в прямой причинной связи со смертью.
Смерть П.. наступила от черепно-мозговой травмы в виде ссадин, кровоподтёков, кровоизлияний в мягкие ткани, под оболочки и в вещество головного мозга, осложнившейся в своём течении развитием отёка вещества головного мозга, расстройством мозгового кровообращения, правосторонней средне-нижнедолевой фибринозно-гнойной бронхопневмонией с явлениями абсцедирования и карнификации, правосторонним фибринозно-гнойным плевритом, выраженными дистрофическими изменениями внутренних органов (л.д.117-124).
По заключению автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ, при длине тормозного следа 15,4 метра скорость движения автомашины <данные изъяты> на момент начала торможения составляла около 29 км/час. Остановочный путь автомобиля <данные изъяты> в данных дорожных условиях при скорости движения 29 км/час составлял около 26,5 метров. Место наезда на пешехода в поперечном дороге направлении находилось на уровне линии, проходящей параллельно оси симметрии следов колёс автомобиля, и смещённой влево от неё на расстояние 20-25см. В продольном направлении место наезда располагалось ранее (по ходу автомобиля <данные изъяты>) следов волочения тела пешехода по покрытию проезжей части. Насколько ранее, расчётным путём определить не представляется возможным. Удаление автомобиля <данные изъяты> передней частью от места наезда в момент возникновения опасности для движения (преодоление пешеходом середины проезжей части) исходя из времени движения пешехода в пределах правой стороны проезжей части - 8,1 сек. (минимальное значение времени) составляло около 65 метров. Сопоставляя полученные значения остановочного пути автомобиля <данные изъяты> - 26,5 метра с расстоянием удаления указанного автомобиля передней частью от места наезда в момент пересечения пешеходом середины проезжей части - 65 метров, следует вывод о том, что у водителя автомашины <данные изъяты> имелась техническая возможность путём своевременного снижения скорости остановить автомобиль до места наезда и этим избежать ДТП. Исходя из этого, в действиях водителя следует усматривать несоответствие требованию п. 10.1 ч.2 ПДД РФ. При определении места наезда на пешехода установлено, что показания Гречушной от ДД.ММ.ГГГГ в ходе проверки ее показаний на месте о том, что место наезда находилось на расстоянии 2,3 м от правого края проезжей части, не соответствуют первичному протоколу осмотра места происшествия, из которого следует, что пешеход в момент наезда располагался на расстоянии 1,3 м от правого края проезжей части (л.д.146-154).
Эксперт Ярославской ЛСЭ Х. в судебном заседании свое заключение поддержал и пояснил, что в его распоряжение были представлены все материалы уголовного дела, и он располагал в целом достаточными данными, позволяющими сделать однозначные выводы по поставленным перед ним вопросам. Поскольку не был задан момент возникновения опасности для движения для водителя автомашины <данные изъяты>, он принял за момент возникновения опасности для движения момент начала пересечения пешеходом середины проезжей части, то есть выхода пешехода на полосу движения автомобиля <данные изъяты>. Согласно протоколу осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ длина траектории движения пешехода до места наезда по правой полосе проезжей части дороги по ходу движения автомашины <данные изъяты> составила 3,5 метра, а время движения пешехода на этом отрезке пути составило 8,1 сек., 8,3 сек., 9,6 сек. Для определения удаления автомобиля <данные изъяты> передней частью от места наезда в момент возникновения опасности для движения он принял минимальное и наиболее благоприятное для водителя значение времени движения пешехода в опасной зоне, то есть 8,1 сек. При установленной расчетным путем скорости движения автомобиля на момент начала торможения 29 км/час, и исходя из времени движения пешехода в опасной зоне 8,1 сек., удаление автомобиля от места наезда составляло 65 м. Данное удаление для времени движения пешехода (8,1 секунд) большое, для остановки транспортного средства достаточно было 5 секунд. Учитывая, что остановочный путь автомобиля установлен 26,5 м, то при удалении транспортного средства от места наезда 65 м следует вывод о том, что у водителя автомобиля <данные изъяты> имелась техническая возможность остановить автомобиль до места наезда путем своевременного снижения скорости и полной остановки и избежать ДТП. Поскольку этого не было сделано, то в действиях водителя усматривается несоответствие требованию п.10.1 ч.2 Правил дорожного движения РФ.
У суда нет оснований не доверять выводам эксперта, поскольку они согласуются в совокупности с другими исследованными доказательствами, произведенные экспертом расчеты научно обоснованны.
Сторона защиты в подтверждение невиновности Гречушной в совершенном дорожно-транспортном происшествия ссылается на автотехническое исследование, проведенное независимым экспертом Р.
В то же время суд считает выводы данного эксперта, допрошенного в судебном заседании в качестве специалиста, об отсутствии у Гречушной Е.А. технической возможности предотвратить наезд на пешехода, необъективными, поскольку они основаны на данных, противоречащих установленным обстоятельствам.
Так, при определении места наезда на пешехода Р. руководствовался показаниями водителя Гречушной Е.А. от ДД.ММ.ГГГГ о том, что место наезда находилось на расстоянии 2,3 м от правого края проезжей части, и оставил без внимания и без оценки первичный протокол осмотра места происшествия схему к нему от ДД.ММ.ГГГГ, в которых место наезда указано также с ее слов непосредственно после ДТП. При определении удаления транспортного средства от места наезда в момент начала движения пешехода на пути, когда водитель мог его обнаружить, Р. исходил из того, что наезд на пешехода произошел до торможения. Вместе с тем из схемы места происшествия ясно видно, что наезд на пешехода произошел после того, как водитель применил торможение. Подсудимая Гречушная Е.А. также утверждает, что сначала она резко нажала на тормоза, а потом произошел наезд на пешехода.
При указанных обстоятельствах суд не принимает показания специалиста Р. в качестве доказательства, опровергающего вину подсудимой.
Оценивая в совокупности исследованные доказательства, суд приходит к выводу о виновности Гречушной Е.А. в совершении инкриминируемого деяния.
Судом установлено, что Гречушная Е.А., двигаясь на своей автомашине, неправильно оценила дорожные и метеорологические условия, не выбрала скорость, обеспечивающую контроль за движением своего транспортного средства и, имея возможность обнаружить опасность для движения, не приняла мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства и совершила наезд на пешехода П.., пересекавшего проезжую части вблизи дорожных знаков «Дети» и «Пешеходный переход».
Доводы подсудимой о том, потерпевший внезапно появился на проезжей части на ее полосе движения в непосредственной близости от транспортного средства, несостоятельны и опровергаются исследованными доказательствами.
Гречушная Е.А. пояснила, что она двигалась по своей полосе с небольшой скоростью, с включенными фарами и полностью контролировала свою полосу движения, следовательно, видимость в направлении движения была для нее достаточная. Свидетели А., М., М.1 также показали в суде, что видимость на участке дороги, где произошло дорожно-транспортное происшествие, была хорошая для данного времени суток и в данных погодных условиях. В частности водитель Антипин показал, что увидел переходящего дорогу пешехода примерно за 50 метров и снизил скорость. Из протокола осмотра места происшествия, схемы к нему и фототаблицы, схемы дислокации средств безопасности движения на территории <адрес> сельского поселения видно, что участок дороги в указанном месте прямолинейный, горизонтальный, освещается фонарями, установленными по левой стороне автодороги относительно направления движения автомобиля Гречушной.
Судом установлено, что потерпевший П. пересекал проезжую часть по ходу движения Гречушной Е.А. слева направо под углом, до совершения на него наезда полностью преодолел левую полосу движения, где его пропустил водитель А., и частично - правую полосу.
Учитывая характеристику участка дороги, где произошел наезд на пешехода, а также учитывая показания подсудимой о том, что впереди нее транспортных средств не было, также как и каких-либо других препятствий, водитель Гречушная должна была видеть П.., переходившего дорогу перед встречным транспортным средством, и его появление на ее полосе движения не могло быть внезапным для нее.
Подсудимая пояснила, что дорога была скользкая, не обработана песчано-соляной смесью, шел снег, освещение ее полосы движения на данном участке дороги было неравномерным, навстречу двигались транспортные средства, что заставляло ее двигаться с небольшой скоростью. Она признает, что была сосредоточена только на своей полосе движения, смотрела только вперед и на правую обочину, то есть сама сузила свой обзор. Таким образом, Гречушная, двигаясь в условиях ограниченного обзора, необъективно оценивала дорожную ситуацию. Это подтверждается ее показаниями о том, что она была готова к находящемуся впереди пешеходному переходу, но не была готова к появлению пешехода на проезжей части и увидела пешехода только тогда, когда он оказался на ее полосе движения на расстоянии около 10 метров.
Таким образом, хотя и установлено, что Гречушная не нарушала скоростной режим, избранная ею скорость движения явно не соответствовала дорожным и метеорологическим условиям и не обеспечивала безопасность дорожного движения и возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, что и привело к наступлению вышеуказанных последствий. При правильно выбранной скорости, должной внимательности и осмотрительности Гречушная имела возможность своевременно обнаружить опасность для движения, принять меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Смерть потерпевшего находится в прямой причинной связи с действиями подсудимой, нарушившей правила дорожного движения при управлении транспортным средством.
Позицию подсудимой, отрицающей нарушение со своей стороны правил дорожного движения, суд расценивает как избранный способ защиты.
Действия подсудимой Гречушной Е.А. следует квалифицировать по ст. 264 ч.3 УК РФ как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.
При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, смягчающие наказание обстоятельства, данные о личности виновной, влияние назначенного наказания на ее исправление и условия жизни ее семьи.
Гречушная Е.А. впервые совершила преступление средней тяжести, она <данные изъяты> характеризуется по месту жительства, на учетах <данные изъяты>. Между тем после совершения преступления она <данные изъяты>
Смягчающими обстоятельствами суд признает <данные изъяты>
Отягчающих наказание обстоятельств по делу не установлено.
Принимая во внимание конкретные обстоятельства совершения преступления, суд полагает, что наказание Гречушной должно быть назначено в виде лишения свободы, но с учетом смягчающих обстоятельств - не в максимальных пределах санкции уголовного закона, предусматривающего наказание за данное преступление. В то же время суд полагает, что в качестве дополнительного наказания Гречушная должна быть лишена права управления транспортными средствами на максимальный срок. Суд с учетом данных о личности подсудимой считает возможным применить к ней при назначении основного наказания положения ст. 73 УК РФ об условном осуждении, но полагает необходимым возложить на нее дополнительные обязанности, которые будут способствовать исправлению.
Потерпевшая О.Е. предъявила к Гречушной Е.А. иск о возмещении морального вреда, причиненного ей смертью отца Поварова В.Г., в сумме <данные изъяты> рублей.
В силу ст. 151 ГК РФ требования истицы о возмещении морального вреда подлежат удовлетворению с возложением обязанности денежной компенсации указанного вреда на его причинителя Гречушную Е.А.
Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина, в частности источником повышенной опасности.
В соответствии со ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. Кроме того, должны учитываться требования разумности и справедливости.
Определяя размер компенсации морального вреда, причиненного О.Е.., суд учитывает конкретные обстоятельства, при которых погиб П.., степень близкого родства потерпевшего и истицы, их индивидуальные особенности, а также принцип разумности и справедливости.
В результате преступных действий ответчицы О.Е. потеряла своего отца, с которым она была очень близка. Суд принимает во внимание, что в течение трех месяцев П. находился в больнице, от полученных в результате наезда травм он скончался, не приходя в сознание, и все это время О.Е. осуществляла за ним уход. Боль утраты близкого человека является неизгладимой, а поэтому суд находит, что О.Е. причинены значительные нравственные страдания, которые она переживает до настоящего времени.
Принимая во внимание характер и объем нравственных страданий истицы, учитывая фактические и конкретные обстоятельства дела, а также материальное положение Гречушной Е.А., которая <данные изъяты>, суд считает разумным и справедливым взыскать с Гречушной в пользу О.Е. денежную компенсацию в возмещение морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей.
Руководствуясь ст. ст. 304, 307-309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
Признать Гречушной Е.А. виновной в совершении преступления, предусмотренного ст. 264 ч.3 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 2 лет лишения свободы с лишением права управления транспортным средством сроком на 3 года.
На основании ст. 73 УК РФ назначенное Гречушной Е.А. наказание в виде лишения свободы считать условным с испытательным сроком в 1 год 6 месяцев.
Возложить на Гречушную Е.А. на период испытательного срока дополнительные обязанности: являться не регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за исправлением осужденных, в установленные данным органом дни, не менять места жительства без уведомления данного органа.
Взыскать с Гречушной Е.А. в пользу О.Е. в возмещение морального вреда <данные изъяты> рублей.
Меру пресечения Гречушной Е.А. до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - подписку о невыезде и надлежащем поведении.
Приговор может быть обжалован в Костромской областной суд через Костромской районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения.
Судья Е. Н. Комарова