Приговор вступил в законную силу 03.04.2012
дело №1-5/2012
П Р И Г О В О Р
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
город Нижний Тагил 23 марта 2012 года
Дзержинский районный суд города Нижний Тагил Свердловской области в составе: председательствующего судьи Ивановой И. А.,
с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Дзержинского района города Нижний Тагил Свердловской области Никифоровой Е. А., защитника адвоката Коврижных Ж. А., представившей удостоверение за № ** от **.**.*** и ордер за № **, подсудимой Курдиченко Л. В., представителей потерпевшего – Е. и представителя отдела опеки и попечительства ТОИОГВ СО УСЗН МСЗН Дзержинского района города Нижний Тагил Ч.,
при секретаре Вострокнутовой Ю. А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении
КУРДИЧЕНКО Л. В., **.**.**** года рождения, уроженки пос. *** Кировской области, гражданки ***, со ***, ***, ***, зарегистрированной и проживающей в городе Нижний Тагил по ул. ***, **-**, ранее не судимой, под стражей не содержавшейся,
по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 116, ч. 4 ст. 111,
У С Т А Н О В И Л:
Подсудимая Курдиченко Л. В. нанесла побои, причинившие физическую боль, но не повлекшую последствий, указанных в ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации, в Дзержинском районе города Нижний Тагил Свердловской области при следующих обстоятельствах.
В период с 22:40 05.12.2009 до 22:40 07.12.2009, точное время в ходе следствия не установлено, Курдиченко Л. В., находясь в квартире № ** дома № ** по улице ***, имея умысел на причинение К. физической боли, путем нанесения побоев, возникший в ходе ссоры между ними на почве личных неприязненных отношений, умышленно, с силой нанесла К. руками, ногами и неустановленными в ходе предварительного следствия предметами, множество, но не менее 23 ударов по лицу, туловищу, рукам и ногам, причинив К. физическую боль и телесные повреждения в виде кровоподтеков носа, туловища, конечностей, не причинившие вреда здоровью.
Кроме того, Курдиченко Л. В. следователем обвинялась в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации. В судебном заседании государственный обвинитель на основании ч. 7 ст. 246 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации отказалась от обвинения в этой части, в связи с чем судом на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации принято решение о прекращении уголовного преследования в отношении Курдиченко Л. В. за отсутствием в её действиях состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, о чем судом вынесено соответствующее постановление.
Подсудимая Курдиченко Л. В. вину в совершении преступления признала, суду пояснила, что с 27.11.2009 К. ежедневно стал злоупотреблять спиртными напитками. Не давал ей спать, просил сходить в магазин за спиртными напитками, просил деньги. До 08.12.2009 он постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения, при этом падал, натыкался на мебель. Она не отрицает, что когда он приставал к ней, отталкивала его от себя, ударяла по телу, пытаясь успокоить К. По голове ударов не наносила. 08.12.2009 к ним пришел сосед Л., стал высказывать претензии по поводу криков из их квартиры, предложил вызвать милицию. Она согласилась, т.к. устала от пьянства К. Л. вызвал сотрудников милиции, которые увезли К. в медвытрезвитель. Она поехала вместе с К. и сотрудниками милиции, чтобы написать заявление в милицию на мужа, также взяла с собой вещи К., т.к. он не смог одеться, уехал в трусах. Работники милиции доставили К. в вытрезвитель, а она ушла в милицию писать заявление. В 09:00 09.12.2009 она позвонила в вытрезвитель, где ей сообщили, что К. увезли в больницу ЦГБ № 1. В приемном покое ей сообщили, что муж лежит в нейрохирургии с черепно-мозговой травмой. 11.12.2010 им с дочерью сообщили, что в 22:40 10.12.2009 К. умер.
Вина подсудимой подтверждается всеми собранными по делу доказательствами.
Законный представитель потерпевшего К. – Е. суду пояснила, что с 2006 года с Курдиченко и К. она не проживала. К. периодически употреблял спиртные напитки, у него случались запои. В ноябре 2009 года от Кудриченко она узнала, что отец стал употреблять спиртные напитки. В нетрезвом виде К. был очень назойлив, приставал к Кудриченко, требовал спиртное, себя не контролировал, плохо передвигался, постоянно ползал на коленях, падал, ударялся. 08.12.2009 ей позвонила Кудриченко и сообщила, что сосед вызвал милицию, так как К. был пьяный, и его увезли в медицинский вытрезвитель. Также Кудриченко сказала, что К, домой не вернулся, и от сотрудников медицинского вытрезвителя она узнала, что его увезли в больницу. 11.12.2009 от сотрудников больницы они узнали о смерти К.
Законный представитель потерпевшего К. – представитель органа опеки и попечительства Ч. пояснила, что об обстоятельствах причинения потерпевшему телесных повреждений ей ничего не известно, к участию в дела она привлечения для защиты интересов умершего потерпевшего.
Свидетель В. суду пояснил, что до декабря 2009 года шума из квартиры Курдиченко он не слышал, пьяным никого из них не видел. В течение недели до отправления потерпевшего в медицинский вытрезвитель он слышал шум и громкие женские голоса из квартиры Курдиченко. Также в декабре 2009 года утром он заходил к соседям Курдиченко, которые накануне вечером и ночью вновь шумели, сказал им, что они своим шумом мешают соседям. В этот же день вечером, когда соседи Курдиченко снова начали шуметь, он позвонил в двери соседям, чтобы попросить их успокоиться. Дверь открыла подсудимая и пояснила, что К. пьяный, и она от него устала. Он предложил отправить потерпевшего в медицинский вытрезвитель. Подсудимая согласилась. Он вызвал сотрудников милиции. Во время разговора он, В., находился в квартире Курдиченко, в коридоре. Видел, что потерпевший сидел в комнате на диване в трусах, а на теле у него он увидел синяки. На его вопрос, откуда синяки, подсудимая ответила, что К. упал. Затем приехали сотрудники милиции и повели К. в машину, при выходе из квартиры они К. придерживали, потерпевший при этом сопротивления не оказывал, был вялым, находился в состоянии алкогольного опьянения. В квартире потерпевший ориентировался, его, В., узнал. Подсудимая поехала вместе с потерпевшим.
Свидетель И. суду пояснила, что в декабре 2009 года она из квартиры слышала крики соседки Курдиченко: «Хватит пить! Прекрати, дай дожить спокойно». Скандалы между соседями продолжались каждую ночь в течение 10 дней. Ее, И., муж ходил к Курдиченко, общался с ними. Соседи обещали, что прекратят скандалить, однако скандалы не прекращались. Тогда муж пошел к Курдиченко и предложил вызвать милицию, чтобы К. забрали в вытрезвитель. Подсудимая не возражала. Приехали сотрудники милиции, увезли потерпевшего в вытрезвитель. Подсудимая также поехала с ними. К машине потерпевшего вели двое сотрудников милиции, которые его поддерживали, так как он шатался.
Свидетель Б. суду пояснил, что 08.12.2009 около 18:30 из квартиры он услышал крики подсудимой. Выйдя в подъезд, увидел, что на лестничной площадке первого этажа находились подсудимая и сосед В. При этом подсудимая просила В. вызвать милицию, так как К. находился дома в состоянии алкогольного опьянения. Через открытую дверь он, Б., видел потерпевшего, который стоял в коридоре квартиры в трусах, на руках и ногах у него были синяки, его трясло от похмелья. На его, Б., вопрос, что случилось, потерпевший ответил, что «сорвался» и начал пить. В это время приехали сотрудники милиции и увезли потерпевшего в трусах, а вещи взяли с собой.
Свидетель Л. суду пояснил, что 08.12.2009 вечером от дежурного поступила информация о скандале по ул. ***, ** между Курдиченко и К. В составе наряда милиции он прибыл по указанному адресу, где увидел, что на площадке первого этажа стоял В., а из квартиры Курдиченко были слышны крики женщины, которая ругалась, кричала. В квартиру зашли он, Л., М. и В. В квартире была подсудимая, и в комнате – зале на диване в одних трусах сидел потерпевший. На передней и задней части туловища потерпевшего и по бокам у него были множественные ссадины, гематомы и кровоподтеки. На его, Л., вопрос о происхождении телесных повреждений, потерпевший К. показал рукой в сторону подсудимой. Он, Л., спросил подсудимую: «За что?». Она сказала, что потерпевший пьет и требует деньги, просила его забрать в милицию. Он, Л., попросил потерпевшего проследовать в автомобиль. Поскольку из-за алкогольного опьянения у потерпевшего была нарушена координация движений, его до машины довели он, Л., и подсудимая. Сопротивления потерпевший не оказывал. Курдиченко собрала его вещи с собой. Потерпевшего К. доставили в медвытрезвитель, и уехали.
Свидетель М. дал в судебном заседании аналогичные показания, пояснив также, что видел на теле потерпевшего К. множественные синяки и кровоподтеки. К. был в состоянии алкогольного опьянения. На вопросы о происхождении телесных повреждений потерпевший указал на жену, при этом ничего не говорил. Со слов подсудимой он понял, что она наносила мужу телесные повреждения. В медвытрезвителе К. был осмотрен фельдшером Б., и на вопрос фельдшера о телесных повреждениях у потерпевшего, подсудимая ответила, что она его таким образом успокаивала.
Свидетель А. суду пояснил, что 08.12.2009, когда он работал в медицинском вытрезвителе, вечером группой немедленного реагирования был доставлен потерпевший К. в состоянии алкогольного опьянения. На лице и на теле у потерпевшего были гематомы. На задаваемые ему вопросы не отвечал, в обстановке не ориентировался, плохо двигался, от него исходил запах алкоголя, а в ответ на вопрос врача, избила ли это его жена, потерпевший утвердительно кивнул головой. Фельдшер установила, что К. находится в состоянии алкогольного опьянения, и поместила его в палату. Потерпевший пробыл в вытрезвителе около получаса, потом он начал жаловаться на боли в сердце, в связи с чем повторно был осмотрен фельдшером и ему была вызвана скорая помощь. К. увезли в больницу.
Свидетель Ч. дал в судебном заседании аналогичные показания, пояснив также что, он видел у К. на теле, руках и ребрах кровоподтеки и ссадины.
В судебном заседании в порядке ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашались показания свидетеля Е., данные в ходе следствия, где она пояснила, что работает дежурным фельдшером медицинского вытрезвителя ОВД Дзержинского района города Нижний Тагил. 08.12.2009 в вечернее время из дома был доставлен потерпевший К. При осмотре К. ею была определена средняя степень алкогольного опьянения, у него были множественные подкожные гематомы по всему телу. На её вопрос: «Кто вам нанес ушибы?» Курдиченко ответил: «***». Потерпевшего поместили в палату и наблюдали за ним по монитору, так как в палате имелась камера. Находясь в палате, потерпевший постоянно двигался, не ложился, в связи с чем она, Е., приняла решение о вызове скорой помощи, предполагая наличие у потерпевшего диагноза черепно-мозговая травма. Такой диагноз она предположила, поскольку потерпевший жаловался на головную боль, у него были подвижны глазные яблоки, один зрачок был меньше другого, повышено артериальное давление, потерпевший был возбужден. Минут через 15 после доставления потерпевшего в вытрезвитель она вызвала скорую помощь, указав соответствующий диагноз, и потерпевший был госпитализирован в больницу. Через два дня она узнала, что потерпевший в больнице умер (л.д. 205-208 т. 1).
Свидетель А. суду пояснил, что он работает в «скорой помощи». В декабре 2009 года поступил вызов из медвытрезвителя Дзержинского района, когда он приехал на вызов, потерпевший находился в сознании. В стационар МУЗ ЦГБ № 1 мужчина был доставлен живой с множественными травмами. Поставленный диагноз он, А., зафиксировал в карте вызова скорой медпомощи. Свидетель А. подтвердил данные им в ходе предварительного следствия показания, когда пояснял, что 08.12.2009 в 20:29 был принят вызов из медицинского вытрезвителя. Прибыв в 20:37 по вызову, он, А., в медицинском вытрезвителе осмотрел К., у которого обнаружил в области груди, живота и спины множественные подкожные гематомы различных размеров и формы, а также гематомы в области спинки носа. К. был поставлен предварительный диагноз: закрытая ЧМТ, ушиб головного мозга, и потерпевший был доставлен в МУЗ ЦГБ № 1. Ему, А., при осмотре кто-то пояснил, что К. был избит Кудриченко (л.д. 201-204 т. 1).
В материалах дела имеется карта вызова станции скорой медицинской помощи города Нижний Тагил, согласно которой вызов принят в 20:29 08.12.2009 из медицинского вытрезвителя от фельдшера Е. для больного К. по поводу экстренной перевозки, ЧМТ и сотрясения головного мозга. Бригада прибыла на вызов в 20:37, больной доставлен в ЦГБ № 1 в 20:56 с диагнозом ЗЧМТ, ушиб головного мозга?, а.о. легкой ст.тяжести, множественные ушибы и гематомы тела. Жалобы: на боль, был избит 07.12.09, тогда же была рвота, утраты сознания не установлены, сегодня доставлен в медвытрезвитель, где осмотрен и направлен в ЦГБ № 1 с диагнозом: ЗЧМТ, СГМ, А.Г.криз, множественные ушибы тела (л.д. 148 т. 1)
Свидетель Т. суду пояснила, что в течение трех лет проживания подсудимой и К. в квартире этажом ниже, ни громкими разговорами, ни музыкой семья Курдиченко ей не мешала. В начале декабря 2009 года она слышала какие-то громкие разговоры из соседней квартиры, предположила, что эти звуки исходят из квартиры № **, но впоследствии от соседки из квартиры № ** узнала, что она не шумела и также слышала громкие разговоры.
В судебном заседании в порядке ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашались показания свидетеля Перегудовой Н. Н., данные в ходе следствия, где она пояснила, что она дважды из квартиры соседей Курдиченко в ноябре 2009 года слышала женский голос со словами: «Отстань от меня, ты мне уже надоел» (л.д. 160-163 т. 1).
В судебном заседании в порядке ст. 281 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации оглашались показания свидетеля М., данные в ходе предварительного следствия, где она охарактеризовала знакомых ей по работе соседей из квартиры № ** Курдиченко Л. и К. с положительной стороны, как спокойных и порядочных людей, указав, что ссор и скандалов она не видела, также не видела их в состоянии алкогольного опьянения (л.д.176-179 том 1).
В материалах дела имеется рапорт оперативного дежурного ОДЧ ОВД Дзержинского района Никонова от 08.12.2009 о том, что в 23:10 08.12.2009 поступило сообщение медсестры Т. о том, что в приемный покой ЦГБ № 1 обратился К., который пояснил, что 07.12.2009 в 19:00 его дома избила Кудриченко, диагноз: множественные ушибы тела, алкогольное опьянение и сотрясение головного мозга (л.д.29 том 1).
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы трупа № **, проведенной врачом судебно-медицинским экспертом Нижнетагильского городского отдела ОГУЗ «Свердловское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» В., при судебно-медицинском исследовании трупа К. обнаружены следующие прижизненные повреждения, составляющие закрытую черепно-мозговую травму: ушиб головного мозга, кровоизлияния под твердую 8 мл (50 мл по данным мед.карты) и мягкую мозговые оболочки, в желудочки головного мозга, кровоподтек в правой заушной области, кровоизлияние в кожный лоскут головы. Все вышеперечисленные повреждения причинены не менее 2-х суток до наступления смерти в результате воздействия тупым твердым предметом или о таковой, каких либо характерных особенностей травмирующей поверхности воздействовавшего предмета в строении повреждений не отобразилось. Указанная ЧМТ состоит в прямой причинной связи с наступлением смерти и у живых лиц является опасной для жизни, на трупе имеет признаки причинения тяжкого вреда здоровью. Кроме того, при судебно-медицинском исследовании трупа К. обнаружены кровоподтеки носа (1), туловища (7), конечностей (15), которые могли образоваться в результате воздействия тупыми твердыми предметами или о таковые, каких-либо характерных особенностей травмирующей поверхности воздействовавшего предмета в строении повреждений не отобразилось, не менее 3-5 суток до наступления смерти, не состоят в причинной связи с наступлением смерти, не имеют признаков опасности для жизни и у живых лиц должны расцениваться по наступившим последствиям и определившему исходу. Безотносительно к данному случаю можно отметить, что при благоприятном протекании процессов заживления, подобные повреждения у живых лиц обычно не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Смерть К.наступила в результате закрытой черепно-мозговой травмы в виде ушиба головного мозга, кровоизлияния под твердую 8 мл (50 мл по данным мед.карты) и мягкую мозговые оболочки, в желудочки головного мозга, кровоподтек в правой заушной области, кровоизлияние в кожный лоскут головы, осложнившейся развитием отека, вклинения ствола головного мозга, отеком легких. Учитывая данные представленной медицинской карты № **, смерть К. наступила в 22:40 10.12.2009. Сведений о наличии этилового спирта в крови и моче у К. при поступлении в стационар не обнаружено. Повреждений, абсолютно исключающих возможность самостоятельных целенаправленных действий пострадавшего, при исследовании не обнаружено, что не исключает возможности совершения им самостоятельных целенаправленных действий при условии, если после причинения повреждений не потерял сознание. Учитывая локализацию повреждений, обнаруженных на трупе К., расположение потерпевшего могло быть разнообразным как в вертикальном, так и в горизонтальном положении (л.д.67-70 том1).
Заключением дополнительной судебно-медицинской экспертизы трупа № **, проведенной тем же экспертом, установлено, что, принимая во внимание результаты проведенных лабораторных исследований, изложенные в постановление обстоятельства дела, судебно-медицинский эксперт указал, что при судебно-медицинском исследовании трупа К. обнаружены следующие прижизненные повреждения: закрытая черепно-мозговая травма, которая могла образоваться как минимум от одного травматического воздействия тупым твердым предметом, образование при падении из вертикального положения исключается; кровоподтеки носа (1), туловища (7), конечностей (15) могли образоваться в результате не менее 23 травматических воздействий тупым твердым предметом (предметами) или о таковой (таковые), возможно при падении и соударении о таковые (л.д.84-89 том 1).
По результатам повторной судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего, проведенной в период с 28.03.2011 по 23.05.2011 судебно-медицинской экспертной комиссией ГБУЗ «Свердловское областное бюро судебно-медицинской экспертизы», представлено в суд соответствующее заключение № **, согласно которому описание изменений вещества и оболочек головного мозга в акте судебно-медицинского исследования трупа Курдиченко неполное, противоречит всем клиническим данным, что делает затруднительным установить причину смерти Курдиченко по результатам судебно-медицинского исследования его трупа.
Учитывая клиническую динамику патологического процесса у К., зафиксированную в медицинской карте стационарного больного № **, экспертная комиссия утверждает, что смерть К. наступила от заболевания - цереброваскулярной болезни в форме артериолосклероза и кальциноза сосудов головного мозга, склероза мягкой мозговой оболочки, осложнившейся на фоне повышения артериального давления внутримозговым кровоизлиянием с образованием внутримозговой гематомы в правой теменной доле с последующим прорывом гематомы в желудочки головного мозга, под мягкую оболочку, а затем и под твердую мозговую оболочку, что вызвало нарушение кровообращения в веществе мозга, развитие выраженного отека вещества мозга со смещением срединных структур мозга влево и сдавлением его в полости черепа, что подтверждается наличием вторичных полиморфных кортикальных, подкорковых и внутристволовых кровоизлияний.
При судебно-медицинском исследовании трупа К., согласно исследовательской части акта № ** от 14.12.2009, обнаружены следующие повреждения: кровоподтеки головы: в правой заушной области, на спинке носа – всего 2; кровоподтеки туловища: на груди слева в проекции 1 ребра по среднеключичной линии, на груди справа по среднеключичной линии в 1 межреберьи и в проекции 3-4 ребер, справа от проекции 7 ребра по средней подмышечной линии с переходом на переднюю брюшную стенку, в правой лопаточной области, в левой лопаточной области, всего - 6; кровоподтеки конечностей: на передней поверхности правого плечевого сустава, на внутренней поверхности средней трети правого плеча, на наружной поверхности средней трети правого плеча, на задне-внутренней поверхности левого плеча в верхней и средней трети в количестве 6, на задневнутренней поверхности нижней трети левого плеча, на задней поверхности верхней трети левого предплечья, на наружной поверхности нижней трети левого предплечья, на наружной поверхности средней трети правого бедра, на наружной поверхности правого коленного сустава, на передневнутренней поверхности средней трети левой голени, всего 15; кровоизлияние в правой височно-затылочной области (без указания формы, размеров, толщины, цвета, блеска, наличия или отсутствия размозжения тканей). Таким образом, с учетом исследовательской части акта судебно-медицинского исследования трупа К. и данных медицинской карты у К. на момент наступления его смерти имелось 23 кровоподтека головы, туловища, верхних и нижних конечностей, одно кровоизлияние в мягкие покровы головы в правой височно-затылочной области.
Кровоподтеки, описанные на трупе К., по данным акта судебно-медицинского исследования № ** имеют следующие морфологические характеристики: кровоподтек в правой заушной области фиолетового цвета с желтоватым оттенком по периферии, с нечеткими контурами; остальные кровоподтеки фиолетового цвета с желто-зеленоватым оттенком, с нечеткими контурами. На динамику т.н. «цветения» кровоподтеков (изменения их окраски) оказывает влияние множество факторов: локализация кровоподтека, его толщина, общее состояние организма, сопутствующие заболевания и др. Согласно средней динамике изменения состава крови, излившейся в мягкие ткани и обуславливающей изменение цвета кровоподтека, подобные характеристики соответствуют давности образования кровоподтеков от 3 до 7 суток.
Вышеперечисленные кровоподтеки (23) головы, туловища, конечностей, и кровоизлияние в мягкие покровы головы, имевшиеся на трупе Курдиченко на момент его судебно-медицинского исследования, причинены в результате неоднократных воздействий тупого твердого предмета (предметов), судить об особенностях травмирующей поверхности которого (-ых) по имеющемуся в акте судебно-медицинского исследования № ** описанию затруднительно, т.к. каких-либо особенностей повреждений в их морфологической картине не отмечено, равно как нельзя высказаться и о том, одним или разными предметами причинены повреждения. При этом не исключается, что повреждения, располагающиеся в одной анатомической области, могли образоваться от одного травмирующего воздействия. Учитывая изложенное, экспертная комиссия считает, что общее количество травмирующих воздействий не менее 17.
Множественные кровоподтеки головы, туловища, конечностей, кровоизлияние в мягкие покровы головы, имевшиеся на трупе К. на момент его судебно-медицинского исследования, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью.
При наличии множественных кровоподтеков и кровоизлияния в мягкие покровы головы К. мог совершать любые самостоятельные активные действия.
Во время причинения повреждений – множественных (23) кровоподтеков головы, туловища, конечностей, кровоизлияния в мягкие покровы головы – К. мог находиться в любом положении: вертикальном (стоять, сидеть), горизонтальном (лежать), мог находиться в движении (бежать, идти, ползти); в процессе причинения повреждений положение тела Курдиченко могла изменяться. Достоверных медицинских данных, позволяющих высказаться о взаиморасположении К. и нападавшего, в представленных на обозрение экспертной комиссии документах не имеется.
Образование множественных кровоподтеков в различных анатомических областях головы, туловища, верхних и нижних конечностей, кровоизлияния в мягкие покровы головы не характерно для однократного падения «из вертикального положения стоя». Комиссия экспертов не исключает возможности образования отдельных из имевшихся у К. повреждений при неоднократном падении на выступающие части каких-либо тупых предметов, также не исключается возможность образования отдельных повреждений при шаткой дискоординированной походке и ударе о выступающие части предметов, располагающихся по траектории движения.
Экспертная комиссия считает, что высказаться о состоянии алкогольного опьянения К. на момент его поступления в МУЗ ЦГБ № 1 09.12.2009 в период с 20:55 до 23:30 не представляется возможным, т.к. в медицинском документе отсутствуют данные о содержании в крови и моче К. этилового спирта. Также нельзя высказаться о состоянии алкогольного опьянения К. на момент наступления его смерти – 22:40 10.12.2009, т.к. согласно первичному экспертному документу – акту № ** судебно-медицинского исследования трупа К. – материал (кровь, моча) от трупа К. для проведения судебно-химического исследования с целью определения наличия и концентрации спиртов не забирался (л.д. 18-47 т. 3).
Согласно заключению повторной судебно-медицинской экспертизе трупа потерпевшего, проведенной в период с 18.01.2012 по 14.02.2012 судебно-медицинской экспертной комиссией ФГБУ «Российской центр судебно-медицинской экспертизы» г. Москва, заключение № **, при исследовании трупа К. установлены следующие повреждения: тупая сочетанная травма головы, туловища и конечностей: головы: закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба правых теменной и затылочной долей головного мозга с кровоизлияниями в его серое и белое вещество, субдуральной гематомы (после операции - 8 мл), субарахноидального кровоизлияния правой теменно-височно-затылочной области (16x10 см), кровоизлияния в желудочковую систему мозга, кровоизлияния в мягкие ткани правой височно-затылочной области; кровоподтёки правой заушной области (3,5x2,5 см) и спинки носа (3x4 см); туловища: множественные кровоподтёки: левой надключичной области (3,5x2 см), в проекции правых 3-4 рёбер спереди (6x3 см), правой боковой поверхности груди с переходом на переднюю брюшную стенку (25x9 см); правой подключичной области (2x1,5 см) правой лопаточной области (7x3,5 см) и (4,5x3 см), левой лопаточной области (4x2,5 см) и (3,5x2 см); верхних конечностей: множественные кровоподтёки: передней поверхности правого плеча (3x2 см), внутренней поверхности правого плеча (15x6 см); верхней и средней трети задне-внутренней поверхности левого плеча (всего 6, размерами от 1x0,8 см до 3x1,5 см), нижней трети задне-внутренней поверхности левого плеча (4,5x4 см), задней поверхности верхней трети левого предплечья (5x3 см), наружной поверхности нижней трети левого предплечья (3x1,5 см); нижних конечностей: кровоподтёки средней трети правого бедра по наружной поверхности (7x3 см), правого коленного сустава по наружной поверхности (3,5x3 см); средней трети левой голени по передне-внутренней поверхности (4,5x3 см).
При повторном гистологическом исследовании кусочков органов и тканей от трупа К. дополнительно обнаружены: врождённая патология кровеносных сосудов мягких оболочек головного мозга в виде венозно-капиллярной мальформации (конгломераты из патологически изменённых разнокалиберных сосудов с истончённой стенкой и клапанами, в основном капиллярно-венозного типа с очаговыми кальцинатами). Однако найденная у К. патология сосудов мягких мозговых оболочек и мелкоочаговые кровоизлияния в субарахноидальное пространство в причинной связи со смертью потерпевшего не состоят.
Повреждения, входящие в состав тупой травмы тела К., возникли от воздействия тупого твёрдого предмета (-ов) с ограниченной травмирующей поверхностью (за исключением кровоподтёка спинки носа), на что указывают небольшие их размеры относительно травмируемых областей тела, значительное преобладание длины повреждений над шириной у части из них, их морфология (ЗЧМТ, кровоподтёки, кровоизлияния).
Травмирующая поверхность предмета, причинившего К. кровоподтёк спинки носа, с учётом его морфологии и анатомических особенностей строения как выступающей части головы, могла быть как ограниченной, так и не ограниченной.
Отсутствие морфологических признаков, отображающих конкретные свойства травмирующей поверхности, не позволяет высказаться об абсолютных размерных характеристиках, форме, конструктивных особенностях, материале, рельефе контактирующей поверхности травмирующего предмета (-ов), причинившего повреждения К., за исключением части имевшихся кровоподтёков, выраженное преобладание длины над шириной которых (25x9 см, 6x3 см, 7x3,5 см, 15x6 см) указывает на возможность их причинения твёрдым предметом с удлинённой травмирующей поверхностью.
Местами приложения травмирующих сил на тело К. были: правая теменно-затылочная область головы; правая заушная область; спинка носа; левая надключичная область; правая подключичная область; 3-4 рёбра справа спереди; боковая поверхность груди справа с переходом на брюшную стенку; правая и левая лопаточные области; передняя поверхность правого плечевого сустава; внутренняя поверхность правого плеча; задне-внутренняя поверхность верхней и средней трети левого плеча; задне-внутренняя поверхность нижней трети левого плеча; задняя поверхность верхней трети левого предплечья; наружная поверхность нижней трети левого предплечья; наружная поверхность средней трети правого бедра; наружная поверхность правого коленного сустава; передне-внутренняя поверхность средней трети левой голени.
На места приложения травмирующих воздействий указывают локализация находящихся там повреждений и их морфология: ушиб головного мозга, кровоизлияния, кровоподтёки.
Преобладающими направлениями травмирующих воздействий (при условии вертикального положения тела) были: в правую теменно-затылочную область головы - справа-налево и сверху-вниз; в правую заушную область, в наружную поверхность средней трети правого бедра и наружную поверхность правого коленного сустава - справа-налево; в спинку носа (учитывая анатомические особенности строения как выступающей части головы) могли быть - спереди-кзади; справа-налево; слева-направо; в левую надключичную область, в правую подключичную область, 3-4 рёбра справа спереди, в правый плечевой сустав, в передне-внутреннюю поверхность средней трети левой голени -спереди-кзади; в боковую поверхность груди справа с переходом на переднюю брюшную стенку - справа-налево и спереди-кзади; в правую и левую лопаточные области, в заднюю поверхность верхней трети левого предплечья - сзади-кпереди; во внутреннюю поверхность правого плеча, в наружную поверхность нижней трети левого предплечья - слева-направо; в задне-внутреннюю поверхность верхней, средней и нижней трети левого плеча - сзади-кпереди и справа-налево.
Видом травмирующего воздействия, причинившего повреждения, входящие в состав тупой травмы тела – был удар, на что указывает морфология установленных повреждений и их локализация.
Количество травмирующих воздействий, причинивших тупую травму тела К., было не менее двадцати семи, на что указывает количество установленных повреждений.
Причиной смерти К. послужила закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба правой теменно-затылочной области головного мозга с кровоизлияниями в его серое и белое вещество, субдуральной гематомы, субарахноидального кровоизлияния правой теменно-височно-затылочной области, кровоизлияния в желудочковую систему мозга.
Внешний вид наружных повреждений (фиолетовый в центре с желтовато-зелёным или жёлтым оттенком по периферии цвет кровоподтёков) зафиксированный при судебно- медицинском исследовании трупа К., ориентировочно указывает на давность их образования в интервале времени от 3 до 7 суток к моменту его смерти.
Результаты повторного гистологического исследования, с учётом значительного снижения реактивности организма К., в связи с нахождением его в состоянии хронической алкогольной интоксикации при получении черепно-мозговой травмы, а также выполненных ему двух операций, указывают на то, что давность причинения ушиба головного мозга с субарахноидальными кровоизлияниями составляет не менее 2 суток.
Обнаруженная у К. закрытая черепно-мозговая травма в виде ушиба головного мозга, субдурального и субарахноидального кровоизлияний, прорыва крови в желудочковую систему мозга по признаку опасности для жизни в момент причинения относится к категории тяжкого вреда здоровью.
Имевшиеся у К. кровоподтёки на теле, кровоизлияния в мягкие ткани головы – обычно у живых лиц не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья и относятся к повреждениям, не причинившими вред здоровью.
По имеющимся данным можно высказаться о том, что установленные повреждения потерпевшему могли быть причинены при любом взаимном расположении потерпевшего и нападавшего, нахождении потерпевшего в любом положении (сидя, лёжа, стоя и т.д.) за исключением тех, когда области травмирования были недоступны (закрыты) для причинения повреждений.
Выявленные у потерпевшего множественные повреждения имеют различную локализацию: на голове, туловище, конечностях. При этом повреждений, характерных для падения на плоскость из вертикального положения тела (положения «стоя»), в том числе свидетельствующих об инерционной травме, не обнаружено.
Суд принимает за основу при вынесении приговора в части причинения К. множественных ударов на лице, теле и конечностям, заключения всех судебно-медицинских экспертиз, поскольку они полны, мотивированны, даны экспертом и комиссией высококвалифицированных экспертов, имеющих длительный стаж судебно-медицинской экспертной работы, высокие квалификационные разряды и, в том числе, ученые степени.
Оценивая доказательства в их совокупности, суд находит вину подсудимой установленной, её действия следует квалифицировать по ч. 1 ст. 116 Уголовного кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ) как нанесение побоев, причинивших физическую боль, но не повлекших последствий, указанных в ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Оценив все представленные суду и вышеприведенные доказательства, суд считает достоверно установленными обстоятельства совершения преступления, таким образом, как они изложены судом в установочной части настоящего приговора.
За основу приговора суд берет показания подсудимой, которая не отрицала в судебном заседании, что она наносила побои потерпевшему, данные показания подтверждаются заключениями судебно-медицинских экспертиз и показаниями свидетелей Л., К., Б., В. и А., которые пояснили, что потерпевший К. указывал Курдиченко Л. В., как на лицо, которое причинило ему телесные повреждения. Свидетели К., Б. также подтвердили, что им было известно о том, что в семье Курдиченко на протяжении длительного времени происходили скандалы из-за того, что потерпевший употреблял спиртные напитки.
При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, конкретные обстоятельства дела и личность виновной, которая впервые привлекается к уголовной ответственности за совершение преступления небольшой тяжести, по месту работы и жительства характеризуется положительно. В качестве смягчающих наказание обстоятельств, на основании ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации суд учитывает признание подсудимой своей вины и раскаяние в содеянном.
Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.
С учетом изложенного, влияния назначенного наказания на исправление подсудимой, суд считает необходимым назначить Курдиченко Л. В. наказание в виде штрафа.
Однако преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 116 Уголовного кодекса Российской Федерации, относится к категории небольшой тяжести.
В соответствии со ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекло два года.
В силу ст. 24 ч. 1 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации уголовное дело не может быть возбуждено, возбужденное уголовное дело подлежит прекращению в случае истечения сроков давности уголовного преследования.
Со дня совершения Курдиченко Л. В. преступления истекло более двух лет, в связи с этим она подлежит освобождению от наказания.
Руководствуясь ст. ст. 307-309, ст. 24 ч. 1 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд
П Р И Г О В О Р И Л:
КУРДИЧЕНКО Л. В. признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 116 Уголовного кодекса Российской Федерации (в ред. Федерального закона от 08.12.2003 № 162-ФЗ), и назначить ей наказание в виде штрафа в размере 5 000 рублей (пяти тысяч рублей).
На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-прцессуального кодекса Российской Федерации Курдиченко Л. В. от наказания освободить в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.
Меру пресечения отменить.
Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Свердловский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы, а также в случае принесения кассационного представления прокурором либо подачи кассационной жалобы кем-либо из участников процесса осужденный вправе участвовать в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, а также поручать осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника, о чем должно быть указано в его кассационной жалобе или подано соответствующее заявление.
Судья: