Дело № 1-49/2011 П Р И Г О В О Р Именем Российской Федерации Г. Чухлома 08 августа 2011 года. Чухломский районный суд Костромской области в составе единолично судьи Андриянова А.Н. с участием: государственного обвинителя Николаевой Т.Б.; подсудимых: Пьянькова Ю.Н., Шандрян В.И., защитников: Смирновой О.А., Галахова А.Ю.; потерпевших: З.А.Н., М.Н.А., при секретаре Фахрутдиновой В.Н., рассмотрев материалы уголовного дела в отношении: Пьянькова Ю.Н. <данные изъяты>, находящегося под стражей с ДД.ММ.ГГГГ, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч.2 ст. 163, п.п. «а, в» ч.2 ст. 163, п. п. «а, в» ч.2 ст. 163, ч.3 ст. 309, ч.3 ст. 309 УК РФ; и Шандрян В.И. <данные изъяты>, ранее судимого: <данные изъяты> <данные изъяты> находящегося в местах лишения свободы с 28 марта 2011 года, обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в» ч.2 ст. 163, п. п. «а, в» ч.2 ст. 163, ч.3 ст. 309, ч.3 ст. 309, п. «в» ч.3 ст. 163 УК РФ, У С Т А Н О В И Л: Подсудимые Пьяньков Ю.Н. и Шандрян В.И. совершили вымогательство, т.е. требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия и с его применением группой лиц по предварительному сговору, а также принуждение свидетеля к даче ложных показаний с применением насилия не опасного для его жизни и здоровья. Преступления совершены ими при следующих обстоятельствах. 17 января 2011 года около 20 часов 30 минут Пьяньков Ю.Н. и Шандрян В.И., действуя по предварительному сговору между собой, направленному на незаконное получение денежных средств в размере <данные изъяты> рублей, принадлежащих З.А.Н. пришли к нему на рабочее место <данные изъяты> по адресу: <адрес>. Находясь в <данные изъяты>, Пьяньков потребовал от З.А.Н. передать ему <данные изъяты> рублей, мотивируя своё требование тем, что эти деньги, по его мнению, З.А.Н. ему должен за совершённый им в милиции оговор о его (Пьянькова) причастности к совершению преступления, которое он не совершал. З.А.Н. деньги передать Пьянькову отказался, и тогда Шандрян В.И. ему сообщил, что этот долг переписан и теперь эти деньги З.А.Н. должен ему. При этом Пьяньков в счёт залога потребовал передать ключи зажигания и документы на принадлежащую З.А.Н. автомашину <данные изъяты> госномер №. Получив отказ, Шандрян, понуждая З.А.Н. к выполнению их требований, взял его «за грудки» и, поясняя, что бьёт сильно и без синяков, ударил его несколько раз кулаком руки в область почек, причинив ему физическую боль. После этого ему сказал, что он(З.А.Н.) будет иметь дело с ним, будет включен счётчик, набегут проценты, а в случае дальнейшего отказа отдать им деньги пообещал его засунуть в котёл, дав срок на выплату в три дня. Эта угроза была воспринята З.А.Н. реально, как угроза убийством путём сжигания его в котельной, деньги пообещал отдать и они ушли. Поскольку З.А.Н. деньги им не передал, Пьяньков Ю.Н. и Шандрян В.И., продолжая свои действия, направленные на завладение этими же денежными средствами, 09 марта 2011 года в первой половине дня совместно приехали на автомашине к З.А.Н. домой по адресу: <адрес>. Вышедшего на крыльцо З.А.Н., Пьяньков схватил за руку, удерживая и причиняя ему физическую боль, после чего вновь потребовал передать им с Шандрян <данные изъяты> рублей. Однако, З.А.Н. удалось вырваться и укрыться в квартире, после чего Шандрян, подкрепляя заявленные требования, сообщил ему, что его ждёт плотина. Эта угроза была воспринята реально, как угроза его убийством путём утопления. Они же в один из дней в период с 8 по 10 марта 2011 года вдвоём приехали домой к М.Н.А., проживающему по адресу: <адрес>, проходившему в качестве свидетеля по уголовному делу № по обвинению Шандрян В.И. в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 158 УК РФ, рассматривавшемуся Чухломским районным судом. Находясь в жилище М.Н.А., Шандрян В.И. в целях избежания уголовной ответственности, потребовал от М.Н.А. изменить данные им на предварительном следствии показания и дать ложные, выгодные ему показания, не опознавать в ходе судебного следствия предъявленный для опознания нож, объяснив смену показаний тем, что его допрашивали во время предварительного следствия в состоянии алкогольного опьянения, а Пьяньков Ю.Н., поддерживая Шандрян В.И., обращаясь к М.Н.А. с нотацией «Как ты с этим будешь жить?!» нанес ему не менее одного удара кулаком в область головы, причинив ему побои. На следующий день они вновь, вдвоём с той же целью, придя домой к М.Н.А. напомнили ему о том, как он должен вести себя в суде: не опознавать предъявленный ему нож и объяснить смену показаний его допросом во время предварительного следствия в состоянии опьянения, после чего, подкрепляя эти требования, Пьяньков нанес ему два удара рукой в область грудной клетки. Кроме того, Пьяньков Ю.Н. обвиняется в том, что он в один из дней в мае 2010 года в дневное время, возле магазина «Рябинушка» по адресу: <адрес>, имея умысел на незаконное получение принадлежащих З.А.Н. денежных средств в размере <данные изъяты> рублей с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, из корыстных побуждений, схватив за руку, причинив ему физическую боль и страдания, ограничивая свободу передвижения, не давая ему уйти, предъявил ему заведомо незаконное требование передать в его пользу <данные изъяты> рублей. Оказывая на З.А.Н. психологическое давление с целью подавить его волю к сопротивлению и невыполнению предъявленного требования, желая поместить того в багажник автомашины <данные изъяты> госномер № под управлением З.А.В., на которой Пьяньков приехал к магазину, крикнул тому «Открывай багажник». Однако З.А.Н. от него вырвался и убежал. То есть в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 163 УК РФ - вымогательство, т.е. требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершённое с применением насилия. Шандрян В.И. обвиняется в том, что он, во второй приход к М.Н.А. с целью оказания на того давления и понуждения к даче ложных показаний, понимая, что предыдущими действиями его и Пьянькова на М.Н.А. оказано физическое и психологическое воздействие, имея также умысел на незаконное получение от него <данные изъяты> рублей, предъявил тому заведомо незаконное требование о передаче ему этих денег для возмещения понесенных им затрат на оплату услуг адвоката по уголовному делу. То есть в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 163 УК РФ - вымогательство, т.е. требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершённое с применением насилия. Обвинение, предъявленное Пьянькову Ю.Н. и Шандрян В.И. в этой части не нашло своего подтверждения. В судебном заседании Пьяньков Ю.Н. и Шандрян В.И. ни по одному из эпизодов предъявленного обвинения виновными себя не признали. Из показаний подсудимого Пьянькова Ю.Н. следует, что в конце 2009 года он из дома был доставлен в ОВД по Солигаличскому району по подозрению в причастности к ограблению гражданки Ч., которая, как потом выяснилось, деньги потеряла, а сама обратилась в милицию с заявлением о том, что её якобы ограбили. При этом она указывала на неизвестных лиц, описывая эпизод, когда он вместе с потерпевшим З.А.Н. и А., проезжая мимо неё по дороге на автомашине Пьянькова, останавливались по просьбе З.А.Н., и он к ней выходил. Для проведения проверочных мероприятий, Пьяньков был задержан в административном порядке, как за появление в общественном месте в состоянии опьянения. Во время проводившейся по её заявлению сотрудниками милиции, в частности <данные изъяты> К. проверки, Ч. стала прямо указывать на Пьянькова, что деньги отобрал он. Пьянькова заставляли признаться в преступлении, при этом предъявляли ему объяснения, включая клеветническое объяснение З.А.Н., из которых следовало, что преступление совершено именно Пьяньковым. Когда выяснилось, что никакого преступления не было, Ч. была привлечена к уголовной ответственности за заведомо ложный донос, и он взыскал с неё компенсацию морального вреда. Аналогичное требование в размере <данные изъяты> рублей он предъявил непосредственно З.А.Н. и тот пообещал ему эти деньги отдать, но не отдавал. В мае 2010 года он вместе со знакомыми на автомашине <данные изъяты> З.А.В. повезли в деревню картошку для посадки. Когда по пути остановились возле магазина «Рябинушка», он увидел выходящего из него с водкой З.А.Н.. Вышел к нему, схватил его за ремень, чтобы не убежал, спросил про долг. В это время к З.А.Н. подскочил, находившийся в автомашине В. и ударил его по лицу за прошлую обиду. У него потекла кровь. Пьяньков крикнул водителю машины, чтобы открыл багажник, т.к. там находилась аптечка. Намерения засовывать в него З.А.Н. у него не было. З.А.Н. пообещал отдать долг мёдом, после чего он его отпустил. Долг тот продолжал не отдавать. 17 января 2011 года он со своим хорошим знакомым Шандрян попутно заехали к З.А.Н. на работу <данные изъяты>, где напомнил тому про долг, тот пообещал деньги отдать. Никаких угроз ему никто не высказывал, Шандрян вообще участия в этом не принимал. З.А.Н. и после этого долг не отдавал. Периодически Пьяньков звонил З.А.Н. по телефону и напоминал про долг. 09 марта 2011 года они после суда над Шандрян, вновь попутно заехали к З.А.Н., уже домой. С ними в это время были Б. и Т.. Намерение также было получить долг. Когда он столкнулся с З.А.Н. на крыльце, тот пообещал деньги отдать, но потом закрылся в квартире и через дверь сказал, что ничего отдавать не будет. Никаких угроз ему Пьяньков или Шандрян не высказывали. Уходя от дома, Пьяньков садился в машину <данные изъяты> З.А.Н., чтобы найти от неё ключи и документы, взять их в залог передачи тем долга. Полагает, что деньги требовал у З.А.Н. на законных основаниях за совершённый тем оговор. 08 марта 2011 года он вместе с Шандрян В.И. действительно по просьбе последнего заезжали домой к М.А.Н. В то время судом рассматривалось уголовное дело по обвинению Шандрян в краже, по которому М.А.Н. был свидетелем. Шандрян просил того дать в суде правдивые показания о том, что имевший отношение к делу нож, о котором тот давал показания на предварительном следствии, был другим и подтвердить, что он давал эти показания в состоянии алкогольного опьянения. Никакого давления на М.А.Н. не оказывалось. Он, после оглашения ему его показаний из обвинительного заключения, не отрицал, что следственные действия с его участием производились, когда он был пьян, и что про нож следователю говорил, что не тот, который показывал ему Шандрян. Будучи возмущенным таким поведением М.А.Н., с учётом личного опыта, Пьяньков не сдержался, и из неприязни встряхнул его на кровати, возможно ударил, но это не было направлено на изменение им своих показаний. Он действительно говорил М.А.Н. фразу, имея в виду предстоящее незаслуженное осуждение Шандрян, «Как ты с этим будешь жить?». При этом присутствовал Р., который по просьбе Шандрян и зачитывал его показания. На следующий день 09 марта 2011 года они вновь, по просьбе Шандрян, заезжали к М.А.Н. домой, т.к. тот не явился на суд и рассмотрение дела отложили. С ними еще был Т.. Шандрян просто напомнил М.А.Н. о необходимости рассказать правду, более никаких действий в его адрес не было. Когда уходили, то Шандрян оставил ему и Р. на опохмелку, взятую у Т. чекушку водки, при этом еще Пьяньков похлопал его(М.А.Н.) рукой по телу, но ударов не наносил. <данные изъяты> рублей на адвоката с М.А.Н. Шандрян не спрашивал, говорилось лишь о <данные изъяты> рублях, чтобы добавить Т. взамен взятой у него бутылки. Показания аналогичного содержания в судебном заседании дал и подсудимый Шандрян В.И. При этом оба указывают на то, что как З.А.Н., так и М.А.Н. их оговаривают. Пьяньков полагает, что З.А.Н. его оговаривает, поскольку в силу особенностей своей личности не желает отдавать ему <данные изъяты> рублей, а почему его оговаривает М.А.Н., он не знает. Шандрян В.И. полагает, что З.А.Н. его оговаривает «за компанию», поскольку он(Шандрян) близкий друг Пьянькова. По поводу М.А.Н., полагает, что он его оговаривает, поддерживая изначально данные против него под давлением сотрудников милиции показания. Другой причиной для оговора считает вероятную обиду М.А.Н., который «влюблён» в ножи, за то, что Шандрян забрал у него назад подаренный ему нож. Кроме показаний подсудимых, судом были исследованы и другие доказательства, представленные сторонами. По эпизодам в отношении потерпевшего З.А.Н. Из показаний потерпевшего З.А.Н. следует, что с Пьяньковым Ю.Н. он знаком в течении длительного времени, ранее были в дружеских отношениях. В конце 2009 ода они, возвращаясь из д. Милитино в г. Солигалич на автомашине Пьянькова с А.Ю., останавливались на дороге возле девушки, которой оказалась Ч.. Машину просил остановить З.А.Н., т.к. девушка показалась ему знакомой. Потом он понял, что обознался. К ней пошёл Пьяньков, но не дошёл, поскольку подъехала другая машина, и она села в неё. На следующий день их доставили в милицию, что якобы они у неё похитили деньги. З.А.Н. рассказал, что ничего подобного не было, при этом сообщил, с кем он был в машине. Ничего иного против Пьянькова он не говорил. Потом оказалось, что Ч. их оклеветала. После этого случая отношения с Пьяньковым испортились. Спустя время он лежал в больнице, и ему стало известно, что его ищет Пьяньков. Когда его выписали, тот уже поджидал его возле больницы на автомашине, был с Б.Н.А., с которым у них ранее произошла драка и в мировом суде рассматривалось дело по его заявлению о нанесённых побоях. Для решения вопроса о примирении Б.Н.А. предложил ему заплатить <данные изъяты> рублей. З.А.Н. пообещал эти деньги ему отдать и в последствии отдал. Пьяньков также потребовал отдать ему <данные изъяты> рублей в связи с эпизодом с Ч.. Не считая себя ему должным, но опасаясь за себя, он с этим требованием Пьянькова тогда согласился, а после этого просто стал избегать с ним встреч. Впервые после этого они встретились в мае 2010 года у магазина «Рябинушка». Пьяньков с другими лицами подъехал к нему на автомашине. Увидев его, Пьяньков подбежал к нему, схватил за руку. Следом его ударил В.С.К., который был с Пьяньковым. После удара Пьяньков спросил про деньги, крикнул водителю открывать багажник. Водитель ответил, что там картошка, тогда Пьяньков сказал, давай в салон, на что также был ответ водителя, что там и так много народу. По этому поведению Завьялов решил, что его хотят посадить в салон, чтобы потом «воспитывать» за территорией города, чтобы деньги отдал. К машине его тащить не пытались. Моментом Пьяньков ослабил хватку и он, вырвавшись, убежал, догонять его не стали. Пьяньков крикнул в след, что он ему еще попадётся. 17 января 2011 года в 20 часов 30 минут он на своей автомашине приехал на дежурство <данные изъяты>. Когда зашёл в котельную, следом пришли Пьяньков и Шандрян. Пьяньков поинтересовался, есть ли посторонние, обошёл с этой целью помещения котельной, убедился, что никого нет, после чего подошёл к нему и спросил про тот же долг. З.А.Н. ответил, что денег у него нет, отдавать ничего не будет. В разговор вмешался Шандрян, сообщив, что долг теперь переписан и он должен деньги ему. Из этого он почувствовал для себя явную угрозу. Тем временем Пьяньков потребовал передать ему ключи и документы на автомашину, что было понято З.А.Н., как предоставление тому залога в счёт выплаты долга. На что он ответил, что документов с собой нет, а ключи не отдаст, поскольку ему нужно развозить молоко. Затем Шандрян отвел его для разговора в сторону, сказал, что у него(З.А.Н.) много скотины и он мог бы уже давно её продать и с долгом рассчитаться. Потом схватил левой рукой и правой ударил по почкам, сказав, что бьёт больно и без синяков. Пьяньков тоже подошёл, хотел ударить, но Шандрян ему этого сделать не дал, сказал, что если через три дня он деньги не отдаст, они его запихнут в котёл, то есть сожгут. З.А.Н. отказался. Тогда Шандрян велел Пьянькову искать топор. Поняв о чём речь, З.А.Н. испугался за свою жизнь, и хотя Пьяньков топор не нашёл, он деньги отдать согласился. Однако через три дня они не появились, а через шесть дней Пьяньков снова спросил про деньги. Поинтересовался, когда у него получка, почему поменял номер телефона. Когда получка, З.А.Н. сказал и дал ему новый свой телефонный номер, лишь бы с ним не встречаться лично. После этого Пьяньков стал ему звонить, угроз не высказывал, интересовался когда ему выдадут заработную плату. Боясь и понимая, что они всё равно придут за деньгами, поскольку сказал Пьянькову, что зарплата будет ДД.ММ.ГГГГ, он решил с работы уволиться. Уволился ДД.ММ.ГГГГ. Увольнять не хотели, поэтому пришлось сказать, что поедет на заработки в Московский регион. 09 марта 2011 года он был у себя дома и услышал во дворе лай собаки, затем как хлопнули четыре двери подъехавшей автомашины, затем как открывается первая дверь в крыльцо. Выйдя, увидел Пьянькова, за ним Шандрян. Пьяньков крикнул «Иди сюда», затем схватил за рукав куртки, после чего он увидел Б. и Т.. Понимая опасность своего положения, он, зацепившись другой рукой за косяк двери, вырвался, порвав рукав, который держал Пьяньков, закрылся в квартире. В дверь стали ломиться. Было сказано, что долго всё равно он не пробегает, а Шандрян сказал, что его ждёт плотина, из чего следовало, что он будет утоплен на плотине в реке Костроме. Затем он увидел в окно, что Пьяньков залез в его <данные изъяты>, что-то в ней нашёл и взял себе. Потом выяснилось, что пропал ключ зажигания. В тот же день он усилил в доме запоры, сидел под страхом. Однако, понимая, что нужно выходить на работу - на пасеку, выставлять ульи, поэтому они рано или поздно вновь встретятся, он обратился в милицию. Заявление о привлечении Пьянькова Ю.Н. и Шандрян В.И. за вымогательство у него <данные изъяты> рублей поступило от З.А.Н. в ОВД по Солигаличскому району 24 марта 2011 года( Т.1 л.д. 44). Свидетель Б.Н.А. в судебном заседании показал, что в 2009 году он был избит Пьяньковым и З.А.Н., и по его заявлению в мировом суде рассматривалось уголовное дело. С Пьяньковым на судебном заседании они примирились, а зачинщик драки З.А.Н. не пришёл, был в больнице. Когда он выписался, он и Пьяньков ждали его у больницы, он сел в машину. В разговоре З.А.Н. пообещал выплатить ему <данные изъяты> рублей. Ещё З.А.Н. якобы сказал, что Пьяньков вытащил у девушки деньги и тот отсидел сутки в милиции, поэтому они обоюдно договорились, что и Пьянькову З.А.Н. заплатит <данные изъяты> рублей. Никаких жестких требований ему не предъявлялось, подвёл-отвечай. Ему(Б.Н.А.) З.А.Н. деньги отдал, и они примирились( Т.3 л.д. 30-31). Свидетель В.С.К. показал, что действительно в мае 2010 года он с Пьяньковым и другими, везя в деревню картошку на автомашине, остановились возле магазина «Рябинушка», где встретили З.А.Н.. Пьяньков стал с ним решать свои дела по поводу какого-то долга. Он же, будучи пьяным, ударил З.А.Н. по лицу один раз до крови из-за неприязни, вспомнив, что его держали в милиции из-за каких-то показаний Завьялова т. 3 л.д. 24об.-25). Произошедшую при указанных обстоятельствах встречу между З.А.Н. и Пьяньковым подтвердил в судебном заседании свидетель З.А.В. водитель а/м <данные изъяты> При этом он категорично показал, что Пьяньков не просил его открывать багажник автомашины, в котором был картофель, и разговора об этом не было. Однако на предварительном следствии при допросе в качестве свидетеля, в том числе на очной ставке с потерпевшим, он конкретно показал, что во время разговора с З.А.Н. Пьяньков ему(З.А.Н.) крикнул: «Открывай багажник!». На это он ответил, что в багажнике картошка. Он понял, что багажник ему нужен, чтобы запихать туда парня(З.А.Н.)(Т.1 л.д. 117-121). Подсудимый Пьяньков подтвердил, что просьбу открыть багажник он З.А.Н. озвучивал. На это же указывал и свидетель В.С.К.. В этой связи суд приходит к выводу о том, что в судебном заседании свидетель З.А.В. о том, что разговора об открытии багажника его автомашины не было, намеренно солгал, дав в этой части заведомо ложные показания. Из показаний свидетеля Г.В.А. следует, что он вместе с потерпевшим З.А.Н. посменно работал в <данные изъяты>. Во время очередной пересменки, в один из дней января 2011 года, он заметил, что З.А.Н. чем-то озабочен, был испуган, боялся заступать на смену. На вопрос, что случилось, он ему пояснил, что к нему в котельную приезжали подсудимые вымогали <данные изъяты> рублей, ударили, угрожали засунуть в топку. В феврале он уволился, отработав только два месяца. Во время его(Г.В.А.) смены приезжал подсудимый Пьяньков, интересовался З.А.Н., сообщил, что тот должен ему деньги и не отдаёт, а также приходил мужчина, похожий на подсудимого Шандрян, спрашивал З.А.Н.( Т.3 л.д. 21об-22). Из показаний свидетеля Д.Ю.Ф., данных на предварительном следствии и оглашённых в судебном заседании с согласия сторон следует, что зимой он работал в <данные изъяты>. В середине января 2011 года вечером, он по приглашению З.А.Н. шёл к нему в котельную, т.к. тому было скучно. При подходе к двери его котельной, увидел, что рядом стоит автомашина <данные изъяты> белого цвета, услышал, что в котельной кричат, что именно, он не расслышал, т.к. гудело оборудование. Слышал голос брата и еще одного мужчины. Заходить в котельную он не стал, подумав, что к тому приехало руководство больницы и его за что-то ругает, а посторонним вход в котельную воспрещён. Пошёл обратно, при этом заметил, что из котельной вышли двое мужчин. Когда машина уехала, он вернулся. З.А.Н. был сильно расстроен и сказал, чтобы он шёл домой. Что произошло, он не стал спрашивать. На следующей смене, З.А.Н. на его вопрос ответил, что у него вымогали деньги, подробнее он не рассказывал. В последствии он узнал, что у З.А.Н. требовали <данные изъяты> рублей(Т.1 л.д. 189-190). Из показаний свидетеля З.Е.Б., данных, как на предварительном следствии, так и в судебном заседании следует, что вечером в январе 2011 года её супруг З.А.Н. сообщил ей по телефону о том, что к нему в <данные изъяты> приходили подсудимые, требовали <данные изъяты> рублей, обещая его сжечь, били, нося удары по телу. Он был взволнован, велел запереть двери и никуда не выходить. В последующем они приезжали к ним домой, и также требовали от супруга деньги, угрожая расправой. После этого визита супруг усилил в доме запоры. Ранее с Пьяньковым у супруга были нормальные отношения, они общались, вместе работали. Из показаний свидетеля К.Ь.Ю. следует, что она проживает с З.А.Н в соседней квартире в одном доме. В марте 2011 года к тем приезжала легковая автомашина. После этого она встретилась с З.А.Н. В разговоре З.А.Н поинтересовался, не приезжала ли эта машина ранее. Он ответила, что видела её несколько раз, думала, что к нему приезжал С.Л.. З.А.Н же сказал, что это приезжали бандиты, вымогали <данные изъяты> рублей, обещая в противном случае его утопить. Она и сама обратила внимание, что к З.А.Н стало трудно попасть - усилили запоры. Из показаний свидетелей защиты Т.В.Б. и Б.С.Н. следует, что в марте 2011 года они вместе с Пьяньковым и Шандрян заезжали к З.А.Н домой <данные изъяты>, были выпивши. Со слов Пьянькова, тот должен был ему деньги. З.А.Н разговаривать не стал, заперся в квартире.( Т.3 л.д.29-30, 31). Доводы подсудимых о том, что Пьяньков Ю.Н. имел право требовать от З.А.Н. <данные изъяты> рублей в качестве компенсации за оговор по заявлению Ч.М.Н., суд находит не состоятельными и расценивает, как способ придания легитимности заявлявшихся ими требований. Какого-либо законного повода требовать от З.А.Н. деньги, у Пьянькова, а соответственно и у Шандрян не имелось. Из материалов проверки № по заявлению Ч.М.Н. следует, что ДД.ММ.ГГГГ она обратилась в ОВД по Солигаличскому району Костромской области с заявлением, в котором указала, что в этот день в 18 часов 30 минут на автобусной остановке возле льнозавода неизвестные лица отобрали у неё <данные изъяты> рублей. При этом в своём объяснении Ч.М.Н. указывала, что накануне 10 декабря вечером возле неё остановилась автомашина и, вышедший из неё мужчина предлагал ехать с ним, она отказалась и села в автомашину, подъехавшего к этому моменту к ней двоюродного брата Г.Н.. Давала описание той машины. Пояснила, что на следующий день вечером 11 декабря к ней подъехала та же автомашина, из которой вышли трое незнакомых ей молодых людей, которые и отобрали у неё деньги: двое её держали, а один вытаскивал деньги из джинсов. Свидетель К.А.Г., непосредственно работавший по её заявлению, в судебном заседании показал, что по данному Ч.М.Н. описанию автомашины установили, что она принадлежит Пьянькову Ю.Н., выяснили с кем он в то вроемя на ней катался. Кроме прочих доставили З.А.Н. и самого Пьянькова. В милиции З.А.Н. на заданные вопросы подтверждал, что 10 декабря они подъезжали к Ч.М.Н., что к ней выходил Пьяньков, что у него в тот день были деньги, но не более. О том, что Пьяньков совершил её ограбление, он не говорил и таких объяснений не давал. Ч.М.Н. указала на Пьянькова, что он отобрал деньги. Поэтому с ним в таком направлении с учётом всех собранных сведений и проводилась работа. В последующем выяснилось, что Ч.М.Н. попросту деньги потеряла и, придумав для родных такую версию, обратилась с этим заявлением в милицию. Каких-либо объяснений изобличающих Пьянькова, как лицо, непосредственно совершившее описанное Ч.М.Н. преступление, З.А.Н. не давал, и таких объяснений ему не предъявлялось, он лишь сообщал имевшие место обстоятельства. Поскольку никакого оговора со стороны З.А.Н. не было, то у Пьянькова не имелось оснований предъявлять ему какие-либо претензии материального характера. Это же следует и из объяснения З.А.Н. содержащегося в этом материале проверки. Довод Пьянькова о том, что такое объяснение З.А.Н., из которого следовало, что именно Пьяньков отобрал у Ч.М.Н. деньги, ему предъявлялось, и если его нет в материале, значит, сотрудники милиции его выбросили, опровергаются категоричными показаниями свидетеля К.А.Г., о том, что такого объяснения вовсе не было, все объяснения, находятся в материале. При этом сам материал проверки, исследованный судом, находится в подшитом и пронумерованном виде с описью содержащихся в нём документов. Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела вынесено еще 14 декабря 2009 года, т.е. задолго до обращения З.А.Н. с заявлением о вымогательстве, поэтому сотрудникам милиции поступать таким образом, «подтасовывать факты» и для этого удалять из него недобросовестные объяснения З.А.Н., чтобы подтвердить незаконность требований Пьянькова, который, вообщем-то ничем отрицательным перед милицией себя не зарекомендовал, а, следовательно, самим совершать уголовно-наказуемое деяние, смысла не было. Из материалов проверки также следует, что Ч.М.Н. заявила о том, что преступление было совершено 11 декабря, тогда как З.А.Н. с Пьяньковым её видели лишь накануне, поэтому у Пьянькова Ю.Н. не было никаких оснований полагать, что З.А.Н. мог бы его оговорить, пояснив, что преступление тот совершил не 10, а 11 декабря. Показания свидетеля К.А.В. о том, что З.А.Н. подтверждал версию Ч.М.Н., суд во внимание не принимает. Сам свидетель К.А.В. этим делом не занимался, и проверку по её заявлению проводили его подчинённые, докладывая ему обобщённые сведения, при этом пояснения З.А.Н. лишь косвенно указывали на Пьянькова, как на лицо, возможно причастное к описанному ею преступлению. Его показания опровергаются категоричными показаниями свидетеля К.А.Г. о том, что пояснений, изобличающих Пьянькова, как преступника, а следовательно порочащих его честь достоинство и деловую репутацию, З.А.Н. не сообщал. Доставленные же сотрудниками милиции Пьянькову в связи с заявлением Ч.М.Н. неприятности, не могли служить основанием предъявления им материальных требований З.А.Н.. Чувствуя себя опороченным и при условии незаконности его задержания в административном порядке, он мог предъявить иск органам внутренних дел, однако он разбираться во всех обстоятельствах произошедшего не стал и предъявил заведомо незаконное требование к З.А.Н., чтобы компенсировал за его счёт доставленные ему неудобства. Довод подсудимого Пьянькова о том, что З.А.Н. его оговаривает, поскольку не желает отдавать ему эти <данные изъяты> рублей, также не состоятелен. Эта сумма не столь значительна, чтобы из-за неё обвинять человека в совершении тяжкого преступления, грозящего лишением свободы. Осознавая себя виновным, перед Барановым за нанесенные побои, З.А.Н. ему <данные изъяты> рублей выплатил. Свидетель З.Е.Б. показала, что предлагала мужу отдать Пьянькову эти <данные изъяты> рублей, чтобы мирно разойтись, но он отказался, поясняя что ничего тому не должен. То есть эта сумма для них не имела принципиального значения. В этой связи у суда нет никаких оснований, чтобы не доверять показаниям З.А.Н.., которые носят категоричный, последовательный, детальный характер, подтверждаются показаниями свидетелей Г.В.А., Д.Ю.Ф., З.Е.Б., К.Ь.Ю. и ставить их правдивость под сомнение. Педантичность потерпевшего, о которой упоминал Пьяньков, и показывала свидетель З.Е.Б., сама по себе не является основанием сомневаться в правдивости его показаний и наоборот подтверждает, что он ведёт чёткий учёт всех происходящих с ним и имеющих для него значение событий. Довод подсудимого Шандрян о том, что З.А.Н. его оговаривает «за компанию» с Пьяньковым, поскольку они дружны, суд не принимает во внимание по вышеизложенным основаниям и более того считает его абсурдным. Ранее между З.А.Н. и Пьяньковым, до предъявления требований, были хорошие личные взаимоотношения, а с Шандрян он был знаком поверхностно, что они не отрицали, поэтому оговаривать их З.А.Н. незачем. При всём при этом суд, оценив исследованные доказательства в совокупности, приходит к выводу о том, что состав преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 163 УК РФ по эпизоду от мая 2010 года в действиях Пьянькова Ю.Н. отсутствует. Ответственность за совершение преступления, предусмотренного ст. 163 УК РФ наступает при выдвижении требования передачи чужого имущества под угрозой угрозы насилия или с применением насилия. В данном же случае предъявленное З.А.Н. требование о передаче денег со стороны Пьянькова каким-либо реальными угрозами или применением насилия, направленного на выполнение этого требования, не сопровождалось. Удар В.С.К., пока его держал Пьяньков, был нанесён З.А.Н. в лицо из личных неприязненных отношений и не был связан с требованием Пьянькова. Сам Пьяньков лишь удерживал З.А.Н. рукой для продолжения разговора о передаче денег, и причинённое в таком виде насилие не направлялось на его устрашение. Намерение же Пьянькова засунуть З.А.Н. в багажник автомашины и вывезти для его «воспитания» за пределы города, не носило столь явного и выраженного угрожающего характера и возможность этого в сложившееся ситуации( белым днём при скоплении народа в перегруженную машину) им явно была преувеличена, это не могло восприниматься, как действительная реальная угроза его жизни и здоровью в случае если он откажется отдать деньги, при этом, каких-либо действий на осуществление этой угрозы Пьяньков не выполнял, тащить к машине он его не пытался, не стал его догонять, когда З.А.Н. вырвался, ограничившись лишь окриком, что он ему еще попадётся. В этой связи в этой части предъявленного обвинения Пьянькова надлежит оправдать в виду отсутствия состава преступления. В остальной части, суд находит вину Пьянькова и Шандрян по вымогательству денег у З.А.Н. в январе-марте 2011 года установленной. Но поскольку их требования о передаче им денег были объединены единым умыслом, направленным на завладение принадлежащими тому <данные изъяты> рублей, то их действия по обоим эпизодам обвинения за январь и март 2011 года надлежит квалифицировать как одно продолжаемое преступление. При этом из объёма предъявленного им обвинения следует исключить требование о вымогательстве прав на автомашину <данные изъяты>, поскольку это было направлено ими на получение её в качестве залога выплаты денег, а не в целях её обращения в свою пользу. По эпизодам в отношении потерпевшего М.Н.А. Судом частично были исследованы материалы уголовного дела № ( милицейский №) рассмотренного Чухломским районным судом: приговор, протокол допроса свидетеля М.Н.А., протокол предъявления ножа для опознания. Установлено следующее. Приговором Чухломского районного суда Костромской области от 28 марта 2011 года вынесенным по этому уголовному делу, Шандрян В.И. был признан виновным в том, что он в ночь с 16 на 17 ноября 2010 года, проникнув в отделение почтовой связи дер. Оглоблино Солигаличского района Костромской области похитил из него товарно-материальные ценности и денежные средства на общую сумму <данные изъяты> рублей <данные изъяты> копеек, т.е. в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч.2 ст. 158 УК РФ. Виновным в совершении этого преступления Шандрян В.И. себя не признавал, указывая на то, что этого преступления он не совершал, в д. Оглоблино вообще в течение года не был, а обнаруженный при нём пакет с похищенными материальными ценностями ему не принадлежит. Однако одним из веских доказательств его вины послужило то, что в ту же ночь в фельдшерско-акушерский пункт д. Оглоблино было совершено проникновение и похищен самодельный охотничий нож, принадлежащие С.. Этот нож оказался в обнаруженном при Шандрян пакете. Вина Шандрян в совершении этого мелкого хищения, а, следовательно, и его нахождение в ночь кражи в д. Оглоблино, были установлены мировым судьёй при рассмотрении в отношении него дела об административном правонарушении по ст. 7.27 КоАП РФ. Допрошенный во время предварительного следствия в качестве свидетеля М.Н.А. показал, что примерно 16 ноября 2010 года к нему домой пришёл его знакомый Шандрян и попросился пожить, сказав, что приехал из г. Костромы, но не хочет, чтобы его видели в г. Солигаличе. На ночь Шандрян домой не пришёл, сообщив, что поедет в д. Оглоблино. Вернулся он ближе к утру, с собой имел полиэтиленовый пакет с вещами, из которого он доставал и показывал ему самодельный нож. При предъявлении обнаруженного сотрудниками милиции при Шандрян ножа для опознания, М.Н.А. указал на него как на нож, похожий по общим признакам на тот, что Шандрян ему показывал, вернувшись из д. Оглоблино. В этой связи, и с учётом других добытых по делу доказательств, версия Шандрян о непричастности к совершённому преступлению полностью опровергалась. В виду не явки по болезни свидетеля М.Н.А., его показания и протокол опознания ножа были оглашены судом в соответствии с ч. 2 ст. 281 УПК РФ и положены в основу обвинительного приговора. ( т. 2 л.д. 131-135, т.3 л.д. 65-68). Таким образом, свидетельские показания М.Н.А. и основанное на них опознание ножа имели существенное значение для правильного разрешения данного уголовного дела. 18 марта 2011 года в ОВД по Солигаличскому району было зарегистрировано письменное заявление М.Н.А., из которого следовало, что в период времени с 8 по 10 марта 2011 года Пьяньков Ю.Н. и Шандрян В.И. нанесли ему незначительные телесные повреждения с тем, чтобы он изменил свои показания по уголовному делу №, за что просил привлечь их к уголовной ответственности( Т.1 л.д. 3). Из показаний потерпевшего М.Н.А. следует, что в этот период он находился дома, самочувствие было плохое, поскольку развивалось легочная недостаточность, с постели не вставал, спиртного не употреблял со 2 марта. В Чухломском районном суде в г. Солигаличе рассматривалось уголовное дело в отношении Шандрян, по которому он проходил свидетелем и на следствии давал вышеуказанные свидетельские показания, а также опознавал нож. Но на суд он не являлся по причине болезни. В один из дней с 8 по 10 марта к нему домой пришли Шандрян и Пьяньков стали требовать от него изменить показания, сказать на суде, что нож, предъявленный на опознании, был не тот, который ему показывал Шандрян, а изменение своего поведения объяснить тем, что следственные действия с ним проводились, когда он был пьян. Выдержку из обвинительного заключения с его показаниями по просьбе Шандрян ему зачитывал племянник Р.А.С., проживавший в то время у него. После оглашения показаний, Пьяньков, возмущенный ими, со словами «Как ты с этим будешь жить?!», ударил его по лицу, отчего у него потом под левым глазом вышел синяк. Их требование ему было понятно и в тот момент он согласился изменить показания, сказать, как они требуют, но, обидевшись за нанесенные с этой целью побои, решил на суде сказать правду. Получив согласие, те ушли, вернулись следующим днём, с ними ещё был Трифонов. Шандрян и Пьяньков вновь напомнили, какие ему нужно давать показания в суде. Ещё Шандрян потребовал от него <данные изъяты> рублей за его(М.Н.А.) «косяки» на адвоката, но без угроз и применения насилия. Под конец Пьяньков ударил его пару раз рукой по телу без боли, после чего они, оставив им с Р.А.С. чекушку водки, ушли. На следующий день он из-за болезни, в тяжёлом состоянии был доставлен в больницу, поэтому в суд так и не явился. Аналогично в суде показал свидетель Р.А.С. Свидетель К.П.Н., занимающий должность <данные изъяты> МУЗ «Солигаличская ЦРБ» показал, что М.Н.А. был доставлен в больницу 11 марта 2011 года в тяжёлом состоянии <данные изъяты> При его доставлении в больницу, у него имелось телесное повреждение в виде «синяка» под левым глазом, причину его возникновения он не сообщал, был адекватен.( Т.3 л.д. 21). Свидетель Т.В.Б. показал, что в начале марта 2011 года он встретился с Пьяньковым и Шандрян, сел к ним в машину прокатиться. По пути заезжали к М.Н.А.., где Шандрян и Пьяньков вели с тем разговор о неправильных показаниях, что он, что-то неправильно подписал, разговаривали на повышенных тонах. Когда уходили, то Шандрян попросил у него(Т.В.Б.) купленную чекушку водки и передал её М.Н.А. с Р.А.С.. Доводы подсудимого Шандрян В.И. о том, что М.Н.А. его оговаривает, что они просили его только сказать правду в суде о том, что нож не тот и что он во время следственных действий был пьян, а не давать об этом ложные показания, суд находит не состоятельными. Причину для своего оговора М.Н.А. Пьяньков назвать не смог, доводы же Шандрян об этом не состоятельны.. Не выглядят убедительными и доводы Шандрян о причинах его оговора свидетелем Р.А.С.. Как уже отмечалось ранее показания М.Н.А. о ноже и его опознание имели для уголовного дела, а соответственно и для отрицавшего вину Шандрян, существенное значение. Их он пытался опорочить и при рассмотрении уголовного дела в суде кассационной инстанции. Показания М.Н.А., указавшего на похищенный из Оглоблинского ФАПа нож и пояснившего, что этот нож похож на тот, который ему показывал Шандрян, вернувшись из д. Оглоблино, прямо изобличали последнего в совершении кражи ценностей из расположенного там же отделения связи. Их малейшее изменение М.Н.А. либо возникновение у суда сомнения в их достоверности, как-то: нахождение свидетеля в состоянии опьянения, а значит невозможности адекватно воспринимать действительность, могло разрушить выстроенную стороной обвинения цепь доказательств, ведущую к обвинительному приговору и назначению Шандрян, уже имевшему условный срок, наказания в виде лишения свободы. Этого Шандрян, не признававший свою вину, но задержанный с похищенными ценностями, не мог не понимать, а, следовательно его выражение о том, что ему было безразлично какие бы дал показания М.Н.А. в суде, лишь бы сказал правду, не соответствует действительности. В своих показаниях, подробно подтверждённых свидетелем Р.А.С., М.Н.А. был категоричен, последователен, детален и оснований не доверять ему, нет. Сам защищая Шандрян от необоснованной части обвинения, он заявил суду, что угрозы убийством подсудимые ему не высказывали, была лишь фраза, касающаяся дальнейшей судьбы Шандрян, высказанная Пьяньковым: «Как ты с этим будешь жить?!», неверно истолкованная следствием и заложенная так в обвинение, как угроза убийством. В судебном заседании Шандрян и М.Н.А. называли друг друга друзьями и даже братьями. Сам М.Н.А. показал, что если бы Шандрян его заранее предупредил, он бы не стал в милиции с самого начала давать изобличающие его показания, в суде бы их изменил, если бы тот просто попросил, но они его избили без необходимости, поэтому пообещав изменить показания, он, обидевшись, намерен был рассказать всё как было. Из показаний М.Н.А., данных в судебном заседании следует, что опознанный нож был похож на тот, который ему показывал Шандрян, вернувшись из д. Оглоблино, только, как ему помнится, ручка была деревянная, а у этого наборная, но нож действительно был похож, потому он на него и указал. В ножах он разбирается т.к. это его «болезнь». Показания о нём он давал будучи трезвым, а на опознании, хотя и был с похмелья, но был адекватен и всё воспринимал правильно. Поддержанное Пьяньковым требование Шандрян было конкретно: не говорить в суде, что нож похож, а говорить, что это был совершенно другой нож и оправдать причину изменения показаний тем, что был пьян. По мнению суда это требование понять неоднозначно попросту не возможно. При указанных обстоятельствах утверждение Шандрян и Пьянькова о их оговоре М.Н.А. безосновательно. С учётом мнения государственного обвинителя, пришедшего в этой части обвинения к правильному выводу, действия Шандрян и Пьянькова в отношении М.Н.А. надлежит квалифицировать как одно продолжаемое преступление, охваченное единым умыслом подсудимых, направленным на понуждение его к даче в суде ложных показаний с целью оказания Шандрян содействия в избежании наказания за совершённое им преступление. При этом из объёма обвинения следует исключить ссылку на высказанную в его адрес Пьяньковым угрозу убийством, поскольку она в судебном заседании своего подтверждения не нашла. У суда нет оснований не доверять показаниям М.Н.А. и Р.А.С. и в той части, что Шандрян требовал отдать ему <данные изъяты> рублей на адвоката, а не <данные изъяты> рублей на чекушку водки. В этом их показания также были последовательны и категоричны, ослышаться подобным образом они не могли. Требования эти были незаконными. Однако суд приходит к выводу о том, что обвинение, предъявленное в этой части Шандрян в совершении вымогательства <данные изъяты> рублей, т.е. преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 163 УК РФ не обосновано. Состав преступления в данном случае отсутствует, поскольку выдвинутое им М.Н.А. требование не подкреплялось какими-либо угрозами или применением насилия с их стороны. Мнение следствия и стороны обвинения, что о том, что это требование было подкреплено предыдущими действиями подсудимых, совершёнными в отношении М.Н.А. для понуждения его к изменению свидетельских показания, является лишь предположением. Действия подсудимых суд квалифицирует: - по эпизодам от 17 января и 09 марта 2011 года в отношении потерпевшего З.А.Н. по п.п. «а, в» ч.2 ст. 163 УК РФ( в ред. от 07 марта 2011г.), как вымогательство, т.е. требование передачи чужого имущества под угрозой применения насилия, совершённое группой лиц по предварительному сговору с применением насилия; - по эпизодам в отношении М.Н.А. по ч.3 ст. 309 УК РФ, как принуждение свидетеля к даче ложных показаний, совершённое с применением насилия не опасного для жизни или здоровья. О правильности такой квалификации свидетельствует следующее. Не имея каких-либо законных оснований и права требовать от З.А.Н. передачи денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, под предлогом получения их в качестве компенсации за не существовавший оговор, Пьяньков и Шандрян договорившись между собой на совместное получение этих денег с З.А.Н. в пользу Пьянькова, в вечернее время, в отсутствие посторонних, приехали к нему на работу, где поочерёдно это требование ему озвучили. Выраженное З.А.Н. несогласие было подавлено ими при помощи нанесения ему Шандрян ударов рукой по телу, причинивших ему физическую боль, угрозой причинения ему смерти путём сжигания в топке котельной, что в таких условиях реально воспринималось потерпевшим, как угроза его убийством, в связи с чем он был вынужден согласиться на заявленное требование. Продолжение этих же действий, со стороны Пьянькова и Шандрян имело место и в марте 2011 года при их визите к нему домой по месту жительства с выдвижением аналогичного требования и высказыванием угрозы причинения смерти путём его утопления в водоёме, в случае отказа это требование удовлетворить. Учитывая ранее созданную Пьяньковым и Шандрян вокруг З.А.Н. напряжённую обстановку эта угроза также не могла не восприниматься потерпевшим реально, как угроза его жизни. В отношении М.Н.А. Шандрян и Пьяньков действовали совместно и согласованно, поддерживая друг друга, что свидетельствует о наличии у них предварительной договорённости об этом, с прямым умыслом, направленным на понуждение его к даче ложных показаний в суде, требуя сообщить ложные сведения, существенно изменив суть ранее данных им по время предварительного следствия и изобличающих Шандрян показаний и применили к нему с этой целью насилие в виде нанесения Пьяньковым ударов по лицу и телу, не причинивших его здоровью вреда. При назначении подсудимым наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, личность виновных, условия их жизни, обстоятельства отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни их семей. Обстоятельств, предусмотренных ст. 61 УК РФ, смягчающих наказание подсудимых не имеется. Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимых по эпизоду в отношении потерпевшего М.Н.А. суд, в силу п. «в» ч.2 ст. 63 УК РФ признаёт совершение ими преступлений в составе группы лиц по предварительному сговору. Иных обстоятельств, отягчающих наказание подсудимых, не имеется. При всех указанных обстоятельствах, учитывая сведения об их личностях, цели наказания и принцип справедливости, суд приходит к выводу о назначении им наказания в виде лишения свободы за каждое из совершённых ими преступлений. При этом суд полагает возможным назначить подсудимому Пьянькову Ю.Н. наказание в соответствии со ст. 73 УК РФ, поскольку полагает, что его исправление возможно без реального отбытия назначенного наказания. Наказание Шандрян В.И. должно быть назначено реально с его отбытием в исправительной колонии общего режима. На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 305 - 309 УПК РФ, суд П Р И Г О В О Р И Л: Оправдать Пьянькова Ю.Н. в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 163 УК РФ( эпизод от мая 2010 года в отношении З.А.Н.) в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Оправдать Шандрян В.И. в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.2 ст. 163 УК РФ( эпизод в отношении М.Н.А.) в связи с отсутствием в деянии состава преступления. Признать Пьянькова Ю.Н. виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в» ч.2 ст. 163(в ред. от 07.03.2011г.) и ч.3 ст. 309 УК РФ и назначить ему наказание: - по п.п. «а, в» ч.2 ст. 163 УК РФ (в ред. от 07.03.2011г.) в виде одного года шести месяцев лишения свободы; - по ч.3 ст. 309 УК РФ в виде одного года лишения свободы. На основании ч.3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно ему назначить ему наказание в виде двух лет лишения свободы. В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное ему наказание считать условным с испытательным сроком в два года. В период испытательного срока обязать Пьянькова Ю.Н. без предварительного уведомления уголовно-исполнительной инспекции не менять своего места жительства, не менее одного раза в месяц в назначенные уголовно-исполнительной инспекцией день и время являться в неё для регистрации. Меру пресечения в отношении Пьянькова Ю.Н. до вступления приговора в законную силу изменить с заключения под стражу на подписку о невыезде и надлежащем поведении, освободив его в зале суда немедленно. Признать Шандрян В.И. виновным в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, в» ч.2 ст. 163(в ред. от 07.03.2011г.) и ч.3 ст. 309 УК РФ и назначить ему наказание: - по п.п. «а, в» ч.2 ст. 163 УК РФ (в ред. от 07.03.2011г.) в виде одного года восьми месяцев лишения свободы; - по ч.3 ст. 309 УК РФ в виде одного года двух месяцев лишения свободы. На основании ч.3 ст. 69 УК РФ путём частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ему наказание в виде двух лет двух месяцев лишения свободы. На основании ч.5 ст. 69 и п. «б» ч.2 ст. 158 УК РФ, определив ему окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на три года шесть месяцев с его отбытие в исправительной колонии общего режима. Срок отбытия назначенного Шандрян В.И. наказания исчислять с 08 августа 2011 года. Зачесть в срок отбытия им наказания время, проведённое им под стражей с 20 по 30 декабря 2010 года и с 28 марта по 07 августа 2011 года включительно. Меру пресечения в отношении Шандрян В.И. не избирать. Вещественные доказательства по уголовному делу: детализацию телефонных звонков хранить при уголовном деле, мобильный телефон и камуфлированную куртку соответственно возвратить по принадлежности Пьянькову Ю.Н. и З.А.Н. Процессуальных издержек нет. Приговор может быть обжалован и опротестован в кассационном порядке в Костромской областной суд через Чухломский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным Шандрян В.И. в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи кассационной жалобы, осужденные вправе в течение 10 суток со дня вручения им копии приговора ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции. Судья: Андриянов А.Н.