ПОСТАНОВЛЕНИЕ
г.Новокузнецк 13 сентября 2010г.
Судья Центрального районного суда Трещеткина О.В., рассмотрев дело о привлечении к административной ответственности по ч.2 ст.12.24 Кодекса РФ об АП:
Деревянкиной О.А.,
Установил:
Деревянкина допустила нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшей Сорокиной О.Н. при следующих обстоятельствах:
В 05 час 30 мин 18.10.2009г. Деревянкина О.А., следуя на автомобиле ВАЗ-2114, не доезжая 220м до дома по ул.П. г.Новокузнецка в нарушение п.п. 1.3, 1.5, 10.1 ПДД двигалась со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением транспортного средства, не учла видимость в направлении движения, при возникновении опасности для движения не приняла возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства, в результате чего совершила наезд на пешехода С., причинив ей вред здоровью средней степени тяжести.
По делу проводилось административное расследование, по результатам которого в действиях водителя Деревянкиной не было установлено уголовно наказуемого деяния, но учитывая, что она нарушила п.п.1.3,1.5,10.1 ПДД, была привлечена к административной ответственности.
п.1.3,1.5 ПДД обязывает участников дорожного движения знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил дорожного движения и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
В силу п.10.1 ПДД водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил.
При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
Нарушение правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего влечет привлечение виновного лица к административной ответственности по ч.2 ст.12.24 Кодекса РФ об АП.
Деревянкина, оспаривая свою причастность к совершению инкриминируемого ей административного правонарушения, утверждала, что вред здоровью С. был причинен при иных обстоятельствах.
Утром 18 октября 2009г. она на автомобиле ВАЗ 2114 двигалась по ул.П. по направлению к В. ближе к середине дороги. Шел мокрый снег, видимость была плохая, участок дороги не освещался, вдоль дороги расположен кустарник. Неожиданно справа на дорогу выскочил мужчина (как установлено П.), находящийся в состоянии алкогольного опьянения и размахивающий руками, преградив ей путь и вынудив остановиться. С его слов она поняла, что его жена (С.), лежащая в кустах нуждается в мед.помощи, т.к. ее избили в кафе. Она вместе с П. загрузила С. на заднее сидение ее автомобиля и доставила в травмпункт горбольницы № 1. С. находилась в стоянии сильного алкогольного опьянения, лицо было исцарапано, одежда неряшлива, грязная, при этом она что-то бормотала и жаловалась на боль в правой руке. Она сопроводила их к врачу, где С. установили перелом правой руки. Оставив С. с П. в больнице, она уехала. В декабре 2009г. ее вызвали в ГИБДД и составили протокол по делу об административном правонарушении за оставление места ДТП, участником которого она якобы являлась. От сотрудников ГИБДД ей стало известно, что С. обратилась к ним с заявлением о том, что 18.10.09г она была сбита автомобилем под ее управлением. В настоящее время постановление о привлечении ее к административной ответственности по ч.2 ст.12.27 КРФобАП отменено с прекращением производства по делу за истечением срока привлечения к административной ответственности (л.д.33-34).
Отрицая причастность к ДТП, Деревянкина сослалась на отсутствие С. на дороге во время ее движения на автомобиле, что исключает на нее наезда. На автомобиле отсутствуют какие-либо повреждения, свидетельствующие о ДТП. В справке о ДТП от 10.11.2009г. указано, что дорожное покрытие сухое, тогда как 18.10.09г шел мокрый снег.
Версия Деревянкиной опровергается, а ее вина в нарушении ПДД подтверждается ее первоначальными объяснениями, показаниями потерпевшей, свидетелей, письменными доказательствами.
Потерпевшая С. утверждала, что около 05 час 30 мин 18.10.2009г. она с сожителем П. возвращались домой, следуя по обочине дорогу ул.П. со стороны кафе «В.» в сторону ул.Т. по левой стороне дороги навстречу машинам. П. шел впереди нее, она чуть позади, разговаривая по телефону. Было темно. Неожиданно она почувствовала удар и потеряла сознание. Пришла в себя от сильной боли лежа на земле и услышала, как женщина по имени «О.» (как в последующем выяснилось Деревянкина) кому-то объясняла, что не видела ее. П. при помощи Деревянкной посадили ее на заднее сидение машины и доставили в травмпункт горбольницы № 1. По дороге Деревянкина упрашивала ее не говорить в больнице истинную причину получения травмы, обещая оказывать необходимую помощь и содействие в лечении, поэтому врачу она сказала, что упала с лестницы. Деревянкина оставила ей для связи номер своего сотового телефона. Однако когда она ей сообщила, что ей необходима платная операция, последняя исчезла, перестала отвечать на телефонные звонки, помощь в передвижении на перевязки в горбольницу не оказывала, поэтому спустя неделю после ДТП 23.10.09г она обратилась с заявлением в ГИБДД для фиксации ДТП и розыска лица, причинившего ей вред здоровью. Не отрицает, что если бы Деревянкина оказала ей необходимую помощь в лечении, на что требовались денежные средства, она не стала бы обращаться в ГИБДД.
Деревянкина не оспорила показаний С. об оставлении ей своего номера телефона, сославшись на то, что она подрабатывает в такси и они могли быть потенциальными клиентами, как и поступавших к ней звонков дня через 2 после 18.10.09г с требованием предоставления спиртного, т.к. сын С. уходил в Армию, в противном случае грозилась обратиться с заявлением в ГИБДД; требованием выплаты около 27 тыс.руб. Учитывая, что она отказала С. в удовлетворении просьб, расценив это как вымогательство, последняя и обратилась с заявлением в ГИБДД.
Показания потерпевшей подтверждаются:
- сведениями из амбулаторной травматологической мед.карты горбольницы № 1 на имя С., о том, что ей была оказана мед.помощь в 06 час 30 мин 18.10.09г. после получения травмы в 05 час 30 мин этого же дня в быту при падении на правую руку. С. находилась на амбулаторном лечении с 18.10.09г по 27.01.10г с диагнозом: «Закрытый перелом нижней трети правого лучезапястного сустава со смещением». Алкогольное опьянение. 19.10.09г направлялась в санпропускник, но от оперативного лечения и госпитализации отказалась.
- заключением судебно-медицинского эксперта (л.д.13-14) о том, что С. был причинен закрытый оскольчатый перелом диафиза правой локтевой кости со смещением отломков с наличием кровоподтека в области правого предплечья, образовавшийся от воздействия твердого тупого предмета, возможно выступающих частей движущегося автомобиля с последующим падением в условиях ДТП незадолго до обращения за медицинской помощью, т.е. 18.10.2009г., расцененный как вред здоровью средней тяжести по признаку длительности расстройства здоровья сроком более 21 суток.
При проведении судебно-медицинской экспертизы С. излагала аналогичные обстоятельства получения травмы, что инспектору ГИБДД и в суде (л.д.13-оборот);
- ее заявлением в ГИБДД от 23.10.09г (л.д.17) по факту ДТП, имевшего место 18.10.09г при возвращении из кафе, расположенного на ул.П., в результате которого она была сбита автомобилем ВАЗ 2114 серебристого цвета под управлением водителя «О.», которая доставила ее в травмпункт горбольницы № 1 для оказания мед.помощи, оставила свой контактный телефон. При этом «О.» просила ее скрыть факт ДТП и указать, что травма была С. получена в быту, обещая оказывать необходимую помощь в лечении, но в последующем от оказания помощи отказалась, контакт прервала, что и явилось основанием обращения С. в ГИБДД для розыска лица, причинившего ей вред здоровью.
Обращает на себя внимание, что обращение в органы ГИБДД последовало спустя 5 дней после ДТП, как только Деревянкина отказалась от оказания помощи потерпевшей. Деревянкина в суде не отрицала принадлежность ей и пользование сотовым телефоном, указанным в заявлении С.
- протоколом осмотра места происшествия и схемы к нему с участием потерпевшей С. и понятых от 10.11.09г (л.д.24-26), согласно которых местом ДТП является горизонтальный асфальтированный участок дороги ул. П. по направлению к ул. Т. Дорожное покрытие со снежным накатом, предназначено для движения в 2 направлениях шириной 6 м. Дорожная разметка на проезжей части отсутствует.
К проезжей части справа и слева примыкает обочина. Способ движения на данном участке не регулируемый.
Место наезда на пешехода С. приходится на обочину дороги на расстоянии 6м. от правого края дороги и 220 метрах от дома по ул. П. корпус 1 по направлению движения автомобиля под управлением Деревянкиной.
На предмет повреждений транспортное средство не осматривалось.
- показаниями свидетеля П., следовавшего рано утром 18.10.209г. вместе с С. по ул.П. вдоль дороги навстречу машинам о том, что С. шла позади него на расстоянии около 5м. Он повернулся к С., чтобы поторопить ее и попросить идти по краю дороги, а когда повернулся обратно, то увидел летящий на него автомобиль. Он успел отскочить, получив удар по правой руке, но в мед.учредждение обращаться не стал, и услышал звук удара. Обернувшись, он увидел, что С. отлетела на обочину и упала. Он подбежал к ней, она дышала. Затем он подошел к водителю сбившему С., это была Деревянкина на автомобиле модели ВАЗ 2114, разговаривающая по сотовому телефону. При осмотре машины было поцарапано и немного сдвинуто зеркало заднего вида справа. В связи с тем, что он не смог самостоятельно вызвать «скорую помощь», то попросил Деревянкину доставить С. в травмпункт. В суматохе он номер машины не запомнил. По пути следования Деревянкина пыталась разрешить сложившуюся ситуацию путем достижения соглашения между ними. С. попросила ее об оказании транспортных услуг для посещения больницы и на проводы сына в Армию, а он ящик водки. Деревянкина согласилась. Однако спустя несколько дней со слов С. ему стало известно, что Деревянкина отказала ей в оказании транспортных услуг, сославшись на занятость. Не отрицал, что накануне ДТП они с С. в кафе употребляли спиртное, однако он хорошо помнит все события, связанные с ДТП, что С. в кафе с подругами таскали друг друга за волосы, но травм она не получила и не падала, а перелом правой руки у С. образовался именно от наезда автомобиля под управлением Деревянкиной.
- показания потерпевшей С. и свидетеля П., идентичных не только на протяжении всего административного расследования, но и в суде не противоречат первоначальным показаниям Деревянкиной (л.д.20) инспектору ГИБДД О., согласно которых она 18.10.09г на автомобиле ВАЗ 2114 двигалась на «В.» (по ул.П.) по правой полосе ближе к середине дороги. Из-за мокрого снега видимость была плохой. Неожиданно, в процессе движения она увидела мужчину, шедшего по дороге ей навстречу. Повернув немного руль влево и поравнявшись с ним, она услышала удар. Когда вышла из машины, то увидела лежащую у обочины дороги женщину, находящуюся в состоянии алкогольного опьянения. Мужчина и женщина были доставлены ею в травмпункт горбольницы № 1.
Первоначальные объяснения Деревянкиной не окончены и не заверены надлежащим образом, не указана дата их получения, однако как установлено судом из показаний свидетеля О. – инспектора ГИБДД по розыску, данные обстоятельства обусловлены тем, что в его дежурную смену Деревянкина в процессе опроса и фиксации ее объяснений попросилась временно выйти из кабинета, но назад не вернулась, сотовый телефон в тот день отключила, поэтому он не оконченный и не заверенный ею бланк объяснений приобщил к материалам дела для продолжения работы другим инспектором. О дальнейшем движении по делу ему ничего неизвестно. Все сведения относительно анкетных данных и обстоятельств ДТП были зафиксированы со слов Деревянкиной и ранее ему известны не были. Деревянкина самостоятельно рассказывала о событиях 18.10.09г и у него не возникло сомнений в ее причастности к ним и достоверности излагаемых ею фактов. Опрос Деревянкиной он производил в 20-х числах октября 2009г, точную дату назвать затруднился, но непосредственно перед своим переводом в ГИБДД Кузнецкого района г.Новокузнецка.
Из выписки приказа УВД по г.Новокузнецку от 27.10.09г усматривается, что О. был назначен на должность ст.гос.инспектора ОГИБДД Кузнецкого района г.Новокузнецка с 26.10.09г, следовательно, опрашивать Деревянкину О. мог не позднее указанной даты, что соответствует обращению С. с заявлением в ГИБДД 23.10.09г, с указанием сотового телефона водителя, совершившего на нее наезд и марки автомобиля.
Таким образом, не смотря на то, что инспектор ГИБДД О. не смог облечь объяснения Деревянкиной в надлежащую процессуальную форму согласно КРФобАП, т.к. она прервала свой рассказ об интересующих инспектора событиях и покинула кабинет, оснований сомневаться в достоверности показаний О. нет.
Деревянкина не оспорила показаний свидетеля О., уклонившись от ответов на вопросы суда относительно вызова в ГИБДД для опроса ранее 28.01.10г, правдивости изложенных им показаний, не могла объяснить источник появления ее объяснений с отражением сведений, которые могли быть известны лишь ей, как участнице ДТП (например, достоверным указанием ее анкетных данных, марки и номера автомобиля, погодных условий, скорости движения, нахождения С. в состоянии алкогольного опьянения), т.к. в заявлении С. в ГИБДД эти сведения отсутствуют, сославшись на необходимость получения консультации с представителем перед ответом на вопросы суда. Когда же ей в этом было отказано, она обронила фразу «я рассказала, мне разрешили уйти, я и ушла, сказали потом вызовут», что расценивается судом как подтверждение достоверности показаний свидетеля О.
Анализ показаний Деревянкиной на протяжении административного расследования, в суде свидетельствует о том, что ею по сути не оспариваются обстоятельства ДТП, излагаемые потерпевшей, касаемо времени, места и направления следования, марки машины, лиц, участвующих в ДТП, неожиданного появления на дороге мужчины (П.), шедшего навстречу ее движению, принятие мер для оказания мед.помощи потерпевшей, оставления ей номера телефона для связи, за исключением непосредственных событий наезда на С., которым ею дается иная юридическая оценка во избежание ответственности.
Суд отклонил неоднократные ходатайства представителя Деревянкиной о допросе в качестве свидетелей: Р., водителя такси, способного подтвердить физическое состояние С., т.к. он якобы стоял на стоянке такси около кафе и отказался оказывать С. транспортные услуги, т.к. она находилась в состоянии сильного алкогольного опьянения и была избита и Б., якобы явившуюся очевидцем драки, произошедшей в кафе на ул.П., участницей которой являлась С., т.к.:
- из пояснений Деревянкиной явствовало, что она подрабатывает в такси и встретилась с С. и П. по пути следования в кафе на ул.П;
- о драке в кафе ей стало известно со слов П., о чем указано в ее объяснениях от 28.01.10г, однако свидетели драки стали разыскиваться ею для подтверждения обстоятельств возможности получения С. травмы при иных обстоятельствах нежели ДТП, лишь при повторном рассмотрения дела после отмены первоначально состоявшегося решения о привлечении ее к административной ответственности;
- как указала сама Деревянкина достоверные, объективные доказательства, что свидетели Р. и Б. находились в указанное время и месте в кафе и явились очевидцами определенных событий нет; источником их появления явился устный опрос, произведенный Деревянкиной в поисках свидетелей. Вместе с тем, как указала Деревянкина данные лица явились случайными свидетелями драки С. в кафе, поэтому их установление при помощи устного опроса вызывает у суда сомнение;
- при первоначальном опросе Деревянкиной инспектором ГИБДД О. в конце октября 2010г она подтверждала версию событий ДТП потерпевшей и не ссылалась на получение ею травмы при иных обстоятельствах.
Потерпевшая С. не отрицала, что днем 18.10.09г и вечером в кафе на ул.П. употребляла спиртное, находилась в средней степени алкогольного опьянения, но все события помнит хорошо; явилась участницей конфликта, в результате которого они в кафе «потаскали друг друга за волосы», но при этом она не падала и, ни обо что не ударялась, ей никто ударов по руке не наносил.
Согласно разъяснений судебно-медицинского эксперта Н. с учетом локализации и характера перелома правой локтевой кости перелом у С. образовался в результате поперечного изгиба от ударного воздействия твердого тупого предмета значительной силы под прямым углом по внутренней поверхности правого предплечья на границе средней и нижней трети и мог образоваться только в результате целенаправленного удара твердым предметом с ограниченной выступающей поверхностью либо при ударе о таковой, возможно как выступающей частью движущегося автомобиля, так и при падении в условиях ДТП. Получение такого повреждения при падении в драке исключается.
Заключение СМЭ хотя и носит предположительный характер, однако получение С. травмы руки при иных обстоятельствах нежели в условиях ДТП не установлено, получение ее в быту при падении с лестницы экспертом исключено.
Действительно, из материалов дела и установленных обстоятельств усматриваются 3 версии возможного получения С. перелома правой локтевой кости: 1). в быту, что зафиксировано в травматологической мед.карте; 2). при ДТП; 3) в драке в кафе.
Однако анализ исследованных судом доказательств свидетельствует о получении С. травмы именно в условиях ДТП, поскольку обстоятельства драки в кафе объективно не могут быть установлены и факт получения травмы при данных обстоятельствах опровергается разъяснениями судебно-медицинского эксперта; причина получения травмы в быту при падении, отраженная в мед.карте была указана С. по просьбе Деревянкиной во избежание фиксации обстоятельств ДТП и опять же исключена судебно-медицинским экспертом.
Доводы о неверном отражении состояния дорожного покрытия в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения (л.д.24-26) не состоятельны, т.к. осмотр производился не в день ДТП 18.10.09г, а 10.11.09г и погодные условия и состояние дорожного покрытия отражались именно на эту дату.
Таким образом, нарушение Деревянкиной п.п. 1.3, 1.5, 10.1 ПДД, повлекших ДТП и причинение телесных повреждений пешеходу С. нашло свое подтверждение. Между ее действиями и наступившими последствиями имеется прямая причинно-следственная связь.
Ее действия суд квалифицирует по ч.2 ст.12.24 КРФоб АП, как нарушение Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшему.
Судом установлено, что Деревянкина двигалась со скоростью, не обеспечивающей ей постоянного контроля за движением транспортного средства, без учета видимости в направлении движения, при возникновении опасности для движения не приняла возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
При назначении вида и размера наказания суд учитывает характер совершенного административного правонарушения, личность виновной, обстоятельства смягчающие административную ответственность.
Деревянкина впервые привлекается к административной ответственности. Обстоятельства, отягчающие административную ответственность отсутствуют, как и компрометирующие ее материалы, поэтому суд считает возможным назначить ей наказание в виде административного штрафа.
руководствуясь ч.2 ст. 12.24, 29.10 КРФобАП, суд
Постановил:
Деревянкину О.А. признать виновной в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.2 ст. 12.24 КРФобАП и назначить ей наказание в виде административного штраф в размере 2 тысяч рублей.
Постановление может быть обжаловано в Кемеровский областной суд в течение 10 суток со дня вручения или получения его копии.
Судья: О.В.Трещеткина
Постановление вступило в законную силу.