Мотивированное решение
изготовлено 19.09.2011 г.
Дело №2-210/2011
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
«13» сентября 2011 г. с. Большое Село
Большесельский районный суд Ярославской области в составе:
председательствующего судьи Долгощинова В.В.,
при секретаре Додоновой Н.В.,
с участием представителя истца Кокурина М.В. адвоката Паломарчука Г.Е.,
ответчика нотариуса Большесельского нотариального округа Ярославской области Кашиной С.В.,
представителя ответчика ОСАО «Ингосстрах» Сироткиной Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Кокурина М.В. к нотариусу Большесельского нотариального округа Кашиной С.В. и ОСАО «Ингосстрах» о взыскании возмещения материального ущерба,
установил:
Кокурин М.В. обратился в суд с иском к нотариусу Большесельского нотариального округа Кашиной С.В. о взыскании возмещения материального ущерба в размере 1 800 000 рублей, причиненного ему в результате недобросовестного исполнения ответчицей своих служебных обязанностей. В обоснование заявленных требований Кокурин М.В. указал, что нотариус Большесельского нотариального округа Кашина С.В. выдала доверенность риэлтору Монаховой Т.В. от имени убитого ранее владельца квартиры № дома № ул. <данные изъяты> г. <данные изъяты> ФИО1. Кокурин М.В. не знал о том, что владелец квартиры был убит, т.к. поручил оформить сделку риэлтору Монаховой Т.В., передав ей 1 800 000 руб. По материалам возбужденного уголовного дела нотариус Кашина С.В. фигурирует как свидетель, но ее роль в причинении истцу материального ущерба является одной из главных. Именно она выдала доверенность на подставных лиц, не удостоверившись в подлинности представленных ей документов. Считает, что материалами дела подтверждается умысел нотариуса Кашиной С.В. в совершении правонарушения при оформлении нотариальной доверенности. По материалам уголовного и гражданского дела очевидно, что действия осужденного риэлтора Монаховой Т.В. и нотариуса Кашиной С.В. являются согласованными. Тот факт, что квартира находится в <данные изъяты> районе г.<данные изъяты>, а нотариальные действия осуществляются в отдаленном сельском районе должен вызывать у суда сомнения в бескорыстных действиях нотариуса.
В соответствии со ст. 17 Основ законодательства РФ о нотариате, нотариус Кашина С.В., занимающаяся частной практикой, несет полную имущественную ответственность за вред, причиненный имуществу гражданина в результате совершения нотариального действия. Возмещение вреда осуществляется за счет страхового возмещения по заключенному договору страхования гражданской ответственности нотариуса, занимающегося частной практикой, а при его недостаточности за счет имущества такого нотариуса в пределах разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. Договор страхования гражданской ответственности нотариуса Кашиной С.В. заключен с ОАО «Ингосстрах».
Решением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 02.06.2010 г. (гражданское дело №) виновной в причинении истцу материального ущерба признана риэлтор Монахова Т.В.. Она имеет на иждивении пятерых детей, не располагает каким-либо имуществов для погашения долга перед Кокуриным М.В. в сумме 1 800 000 руб. Монаховой Т.В. приняты все меры для того, чтобы не возмещать убытки, возникшие в результате ее деятельности.
Квартира была зарегистрирована в надлежащем порядке, Кокурин М.В. был признан собственником, судебным решением признано право собственности на квартиру за сестрой ФИО1, а истец остался и без денег и без квартиры. Считает, что ответчик должна возместить ему материальный ущерб в полном объеме.
В судебном заседании истец Кокурин М.В., надлежаще извещенный о времени и месте слушания дела, не присутствовал, доверил представлять свои интересы адвокату Паломарчуку Г.Е.
Представитель истца Кокурина М.В. на основании доверенности адвокат Паломарчук Г.Е. исковые требования Кокурина М.В. поддержал, указав, что ущерб, причиненный истцу должен быть взыскан в пределах страхового возмещения по заключенному договору страхования гражданской ответственности нотариуса с ОСАО «Ингосстрах» в размере 1 000 000 рублей, а в размере 800 000 рублей превышающем сумму страхового возмещения – с нотариуса Кашиной С.В.
В обоснование исковых требований представитель истца Кокурина М.В. адвокат Паломарчук Г.Е. пояснил, что 14.03.2008 г. между ФИО1 в лице представителя Монаховой Т.В., действующей на основании доверенности, и Кокуриным М.В. был заключен договор купли-продажи недвижимого имущества - квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, деньги в сумме 1 800 000 рублей были получены Монаховой Т.В. в тот же день. Указанный договор был зарегистрирован в УФРС Ярославской области 08.04.2008 г. Впоследствии было установлено, что владелец квартиры ФИО1 был убит. Квартира, расположенная по адресу: <адрес>, в собственность истца не перешла, но на ее приобретение истцом были затрачены денежные средства в размере 1 800 000 рублей, в связи с чем истцу причинен материальный ущерб на указанную сумму. Истец считает невозможным взыскать материальный ущерб с Монаховой, поскольку он выяснял ее способность погасить задолженность, было установлено, что какого-либо имущества у нее не имеется. Монахова имеет на иждивении малолетних детей, нигде не работает, поэтому Кокуриным М.В. было направлено исковое заявление в суд. Истец общался с Монаховой, запрашивал справки из ГАИ, выписки из ЕГРП, но документы об отсутствии у нее зарегистрированных прав на имущество истцом были утеряны. Решение Дзержинского районного суда от 08.04.2011 г. вступило в законную силу 01.08.2011 г., но исполнительный лист еще не получен. Кокурин допрашивался по уголовному делу в отношении Монаховой в качестве свидетеля. Доверенность от 21.02.2008г., выданная ФИО1 на имя Монаховой Т.В., была удостоверена нотариусом Кашиной С.В., нотариусом было допущено невнимательное отношение к изучению документов, удостоверяющих личность гражданина, обратившегося за совершением нотариального действия. Нотариус удостоверила доверенность на имя Монаховой Т.В. в 2008 г. от гражданина, который уже был мертв, нотариус обеспечила условия для дальнейших действий Монаховой Т.В., но напрямую нотариусом ущерб не был причинен. Сведениями о совместности действий нотариуса Кашиной С.В. и Монаховой Т.В. истец не располагает, ему не известно делились ли они деньгами.
Ответчик Кашина С.В. в судебном заседании исковые требования Кокурина М.В. не признала, пояснила, что доверенность от имени ФИО1 была удостоверена ею 21.02.2008 года, к данному событию применяются нормы закона до принятия изменений, утвержденных Федеральным законом от 30.12.2008 N 312-ФЗ, а поэтому речь о возмещении ущерба может идти только при виновной ответственности, то есть при наличии умысла. Как доказано следствием, преступление тщательно планировалось, был найден человек внешне похожий на ФИО1, который представлялся в нотариальной конторе и подписывал доверенность в качестве ФИО1. Нотариус удостоверяет личность явившегося к нему по предъявленным документам - паспорту, и визуально, никаких иных дополнительных средств при этом не используется. Если сами мошенники, по их показаниям на следствии и в суде, считали, что ФИО2 похож на ФИО1, то и у Кашиной С.В. не возникло сомнений в личности явившегося. Сделка признана недействительной не в результате нарушения ею своих профессиональных обязанностей, а так как является следствием мошеннических действий, в том числе направленных и против Кашиной С.В., а именно на умышленное введение ее в заблуждение мошенниками. В ее действиях не прослеживается вина ни в форме умысла, ни в форме неосторожности, следовательно, возложение имущественной ответственности при отсутствии вины нотариуса незаконно. Сговора между ней и Монаховой не было. Утверждения Кокурина о невозможности взыскания с Монаховой Т.В. причиненного ему материального вреда не имеют под собой реальных доказательств. Решением Дзержинского районного суда с Монаховой Т.В. в пользу Кокурина взыскано 1 800 000 рублей. Истец не представил в суд ни сообщения судебного пристава о возбуждении исполнительного производства, ни отказа по нему в виду невозможности взыскания с Монаховой. Считает, что истец не доказал невозможность использования иного порядка взыскания вреда. Решение Дзержинского районного суда в части взыскания ущерба осталось без изменения. В описательной части решения суда Кокурин признан судом недобросовестным приобретателем. Считает, что Кокурину следует отказать в удовлетворении исковых требований по причине пропуска срока исковой давности. Факт удостоверения доверенности был совершен 21.02.2008 года, а общий срок исковой давности в соответствии со ст. 195 ГК РФ составляет три года.
Ответчик Кашина С.В. представила в суд письменный отзыв на исковое заявление с указанием аналогичных обстоятельств.
Представитель ответчика ОСАО «Ингосстрах» Сироткина Е.А. в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований в отношении ОСАО «Ингосстрах», т.к. истцом пропущен срок исковой давности, который, по мнению ответчика, согласно ст. 966 ГК РФ составляет 2 года. Нотариус Кашина С.В. нарушила предусмотренную договором обязанность сообщать страховщику обо всех известных ей обстоятельствах, имеющих значение для оценки страхового риска, а именно о факте возбуждения уголовного дела.
Представитель ответчика ОСАО «Ингосстрах» Сироткина Е.А. представила в суд письменные отзывы на исковое заявление, согласно которым просит отказать в удовлетворении исковых требований в отношении ОСАО «Ингосстрах» по аналогичным основаниям.
Ответчик Монахова, надлежаще извещенная о времени и месте слушания дела, в судебном заседании не присутствовала, ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.
Представитель третьего лица Ярославской областной нотариальной палаты, надлежаще извещенный о времени и месте слушания дела, не присутствовал. Третье лицо представило письменный отзыв, согласно которому нотариальная палата не может быть привлечена к участию в гражданском процессе в качестве третьего лица по заявлениям граждан, обжалующим нотариальные действия, в соответствии с Уставом Ярославской областной нотариальной палаты нотариусы не отвечают по обязательствам палаты, а палата не отвечает по обязательствам членов нотариальной палаты — нотариусов. Просил рассмотреть гражданское дело без участия представителя нотариальной палаты.
Согласно ч.3- ч.5 ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие истца, ответчика и представителя третьего лица.
Заслушав пояснения сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
В материалах дела имеются договоры страхования гражданской ответственности нотариуса за 2009 г., 2010 г., 2011 г., заключенные между Кашиной С.В. и ОСАО «Ингосстрах», согласно которым ответственность Кашиной С.В. за причинение вреда при осуществлении профессиональной деятельности застрахована на сумму 500 000 рублей. Договорами предусмотрено, что они распространяются на случаи причинения вреда с момента начала деятельности нотариуса.
В материалах дела имеются договоры страхования гражданской ответственности нотариуса за 2009 г., 2010 г., 2011 г., заключенные между Ярославской областной нотариальной палатой и ОСАО «Ингосстрах», согласно которым на сумму 500 000 рублей застрахована ответственность нотариусов, являющихся членами нотариальной палаты, и указанных в приложении к договорам, за причинение вреда при осуществлении профессиональной деятельности. Договорами предусмотрено, что они распространяются на случаи причинения вреда с момента начала деятельности нотариуса. В приложениях к договорам под №27 указана Кашина С.В.
Согласно выписке из реестра для регистрации нотариальных действий нотариуса Большесельского нотариального округа Ярославской области Кашиной С.В. от 21.02.2008 г. нотариальное действие под №526 совершено 21.02.2008 г. При этом ФИО1, проживающий по адресу: <адрес>, предъявивший паспорт гражданина РФ №, выданный <данные изъяты>, оформил доверенность на продажу квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, со всеми правами собственника, предусмотренными действующим законодательством.
Из выписки из протокола расширенного заседания Ярославской областной нотариальной палаты от 07.04.2010 г. следует, что на основании изученных материалов по представлению следователя СО по Дзержинскому району г. Ярославля СУ СК при прокуратуре РФ по Ярославской области члены Правления пришли к выводу, что имеет место нарушение нотариусом Кашиной С.В. ст.42 Основ законодательства РФ о нотариате, выразившемся в невнимательном отношении к изучению документов, удостоверяющих личность обратившегося за совершением нотариального действия гражданина. Кашиной С.В. объявлен строгий выговор.
К материалам гражданского дела приобщено представление следователя о принятии мер по устранению обстоятельств способствовавших совершению преступления, согласно которого при подписании ФИО2 доверенностей от имени ФИО1, нотариус Кашина С.В. самоустранилась от исполнения возложенных на нее федеральным законодательством обязанностей, невнимательно отнеслась к установлению личности обратившегося к ней лица, не разъяснила ему сущность и последствия подписываемых им документов, несмотря на то, что осознавала, что к ней обратился гражданин, страдающий заболеваниями и злоупотребляющий спиртным, доверенности составлялись не со слов доверителя, а со слов Монаховой Т.В., подписывались также в присутствии Монаховой Т.В.
В материалах дела также имеются:
Уведомление о признаках страхового случая, направленное в ОСАО «Ингосстрах» Ярославской областной нотариальной палатой 08.07.2011 г.
Копия договора купли-продажи от 14.03.2008 г., из которой следует, что договор купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, был заключен между ФИО1 в лице представителя Монаховой Т.В., и Кокуриным М.В. При совершении сделки Монаховой Т.В. представлена доверенность от имени ФИО1 от 21.02.2008 года, в которой он уполномочивает Монахову Т.В. быть его представителем по продаже за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащей ему на праве собственности квартиры, находящейся по адресу: <адрес>. Квартира приобретена Кокуриным М.В. за 1 800 000 рублей, которые на момент заключения договора полностью уплачены продавцу. Имеется условие, согласно которому ФИО1 обязуется сняться с регистрационного учета и освободить квартиру от личных вещей до 24.03.2008 г.
К договору прилагается передаточный акт.
Свидетельство от 08.04.2008 г. о государственной регистрации права собственности Кокурина М.В. на 2-хкомнатную квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Доверенность от 21.02.2008 г. выданная от имени ФИО1 о том, что он уполномочивает Монахову Т.В. продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ему квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>. На доверенности имеется отметка, что она выдана в присутствии нотариуса Кашиной С.В., личность ФИО1 установлена, дееспособность проверена.
Свидетельство о смерти ФИО2, <данные изъяты> года рождения, скончавшегося 13.11.2009 г.
Копия формы №1 на выдачу паспорта ФИО1, <данные изъяты> г.р., с его фотографией.
Согласно приговора Ярославского областного суда от 02.07.2010 г. Монахова Т.В. осуждена по ч. 4 ст. 159 УК РФ, ей назначено наказание в виде 5 лет лишения свободы. Реальное отбывание наказания Монаховой Т.В. было отсрочено до достижения её младшим ребенком четырнадцатилетнего возраста, то есть до 02 апреля 2023 года.
Квалифицируя действия Монаховой Т.В. по ч.4 ст.159 УК РФ суд в частности указал, что ФИО3 путем обмана взял у ФИО1 паспорт на его имя, после чего передал данный паспорт ФИО4, который в свою очередь, подыскал мужчину, злоупотребляющего спиртными напитками, внешне похожего на ФИО1 - ранее ему знакомого ФИО2. 21.02.2008 года Монахова проводила ФИО2 к нотариусу Кашиной и предоставила ей паспорт на имя ФИО1. ФИО2 ввел в заблуждение нотариуса Кашину, выдавая себя по указанию ФИО4 и Монаховой за владельца квартиры, подписал от имени ФИО1, подражая его подлинным подписям, доверенность № 76-01/395554 от 21.02.2008 года, на основании которой якобы ФИО1 уполномочил Монахову Т.В. продать за цену и на условиях по своему усмотрению принадлежащую ему квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
Получив доверенность на продажу квартиры ФИО1, Монахова подыскала покупателя данной квартиры - Кокурина М.В., с которым заключила договор купли-продажи квартиры, согласно которому Кокурин приобрел у ФИО1 в лице представителя по доверенности Монаховой, принадлежащую ему квартиру за 1 800 000 рублей. Воспользовавшись приобретенным путем обмана правом на распоряжение чужим имуществом, 14.03.2008 года в здании УФРС по Ярославской области Монахова получила от Кокурина М.В. 1 800 000 рублей. Договор купли-продажи недвижимого имущества был зарегистрирован в УФРС России по Ярославской области, Кокурину М.В выдано свидетельство о государственной регистрации права 76 АА № 673434 от 08.04.2008 года. Денежные средства, в размере 1 800 000 рублей, Монахова, фио5, ФИО4 и ФИО3 распределили между собой.
Подсудимые совершили мошенничество путем обмана, а именно, используя, обманным путем полученный паспорт потерпевшего и похожего на ФИО1 человека, ввели в заблуждение знакомого нотариуса, который выдал им доверенность на продажу квартиры фактически против воли собственника. Скрыв указанные обстоятельства от покупателя, то есть путем обмана подсудимые продали указанную квартиру Кокурину, полученные от него деньги разделили между собой. Мошенничеством причинен потерпевшей ФИО6, родной сестре ФИО1, значительный ущерб в размере стоимости квартиры в сумме 1 800 000 рублей.
В приговоре приведены следующие доказательства:
Показания подсудимой Монаховой Т.В., которая в судебном заседании помимо прочего пояснила, что в марте 2008 года указанную квартиру продала за 1 200 000 рублей Кокурину, по просьбе которого в договоре для налоговых льгот было указано, что он заплатил за квартиру 1 800 000 рублей.
Показания свидетеля Кашиной С.В., которая в судебном заседании удостоверила, что является нотариусом в с.Большое Село Ярославской области, несколько лет знакома с Монаховой. В январе - феврале 2008 года к ней дважды приезжала Монахова и оформляла на себя доверенности от имени ФИО1, в первый раз доверенность на приватизацию его квартиры, второй раз две доверенности на сбор документов и продажу квартиры. Подозрений личность и лицо доверителя не вызвало, позднее в ходе следствия узнала о гибели потерпевшего и о том, что вместо ФИО1 на оформление доверенности привозили другого человека.
Из оглашенных и исследованных показаний, данных свидетелем Кашиной в ходе следствия, следует, что 21 февраля 2008 года от имени ФИО1 были оформлены на имя Монаховой две доверенности, полагает, что Монахова решила приобрести эту квартиру по доверенности, так как из-за внешности доверителя ей могли бы отказать в регистрации купли -продажи квартиры, так как мужчина по внешнему виду злоупотреблял спиртными напитками, возможно поэтому Монахова не стала оформлять доверенности в г. <данные изъяты>. Указанные показания суд признал достоверными.
Показания свидетеля Кокурина М.В., который в судебном заседании показал, что по номеру из газеты созвонился с Монаховой, у которой затем зимой - весной 2008 года по доверенности купил двухкомнатную квартиру, расположенную в <адрес>. Видел у Монаховой расписку от имени ФИО1 о получении им денег и обещании выписаться из квартиры, когда договор купли-продажи квартиры был зарегистрирован, передал Монаховой 1 800 000 рублей, потом узнал, что квартиру арестовали и возбудили уголовное дело. При этом свидетель Кокурин подтвердил показания, данные им в ходе следствия о том, что Монахова говорила, что ФИО1 выдал ей доверенность, а сам уехал из <данные изъяты>, позднее в милиции узнал, что ФИО1 пропал без вести.
Согласно заключению судебной почерковедческой экспертизы записи «<данные изъяты>» и соответствующие подписи, расположенные в указанных доверенностях, а также текст расписки от 21.02.2008 года ФИО1 о получении от Монаховой за проданную квартиру денег в сумме 1 500 000 рублей выполнены ФИО2.
Судом сопоставлялись фотографии ФИО2 и ФИО1, что наряду с иными доказательствами (показаниями подсудимых), подтверждающими осведомленность Монаховой о том, что от имени ФИО1 действует ФИО2, легло в основу недоверия суда к показаниям Монаховой, что она принимала ФИО2 за ФИО1.
Согласно решению Дзержинского районного суда г. Ярославля от 08.04.2011 г. факт недействительности доверенности, представленной Монаховой Т.В. для заключения договора купли-продажи, от имени ФИО1, нашел свое подтверждение. Доверенность, представленная Монаховой Т.В. от имени ФИО1, является недействительной, следовательно, Монахова Т.В. является лицом, которое не имело право на отчуждение спорного имущества. Договор купли-продажи от 14.03.2008 г., заключенный между Кокуриным М.В. и ФИО1 в лице представителя Монаховой Т.В., подлежит признанию недействительным по основаниям, предусмотренным ст.168 ГК РФ.
Кокурин М.В. не признан добросовестным приобретателем. При наличии таких известных для него обстоятельств: совершение сделки с доверенным лицом, отсутствие собственника с момента осмотра квартиры и до заключения договора купли-продажи, наличие регистрации собственника жилого помещения на момент совершения сделки, нахождение квартиры в антисанитарном состоянии, договор купли-продажи Кокуриным М.В. был заключен. Кроме того, им не проверялся расчет Монаховой Т.В. с ФИО1, который должен был получить денежные средства за квартиру.
Монахова Т.В. не отрицала факта получения ею денег от Кокурина М.В., оспаривала лишь стоимость квартиры. Суд считает подлежащей взысканию с Монаховой Т.В. в пользу Кокурина М.В. сумму в размере 1 800 000 рублей.
Суд решил признать недействительным договор от 14 марта 2008 года купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и Кокуриным М.В.. Применить последствия недействительности договора, в том числе взыскать с Монаховой Т.В. в пользу Кокурина М.В. стоимость квартиры в размере 1 800 000 рублей.
Согласно ст.61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
Для требований о возмещении вреда законом установлен общий срок исковой давности, который согласно ст.196 ГК РФ составляет три года. Суд считает, что Кокурин М.В. мог считать свои права нарушенными после вступления в законную силу решения Дзержинского районного суда от 08.04.2011 г., т.е. после 01.08.2011 г., когда он утратил право собственности на приобретенную квартиру. В связи с этим заявление ответчика Кашиной С.В. о применении последствий пропуска срока исковой давности является необоснованным, и суд рассматривает исковые требования по существу.
Основанием для возложения обязанности по возмещению вреда служит установление факта совершения лицом действий ( бездействий ), как правило, виновных, за исключением случаев специально предусмотренных законом, причинение ими вреда интересам другого лица, наличие между ними причинной связи.
Договором купли-продажи от 14 марта 2008 года, приговором Ярославского областного суда от 02.07.2010 г., решением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 08.04.2011 г., установлено, что при заключении договора купли-продажи квартиры, принадлежащей ФИО1, Кокурин М.В. передал Монаховой Т.В., как доверенному лицу ФИО1 в счет оплаты квартиры денежные средства в размере 1 800 000 рублей.
Из показаний Монаховой Т.В., данных в рамках уголовного дела, следовало, что Кокурин М.В. приобрел квартиру за 1 200 000 рублей, и большая сумма в размере 1 800 000 рублей была указана в договоре по его просьбе, для получения налоговых льгот. Суд по настоящему делу разделяет позицию Дзержинского районного суда г. Ярославля, выраженную в решении от 08.04.2011 г., имеющем преюдициальное значение, о том, что Кокуриным М.В. была выплачена сумма в размере 1 800 000 рублей. Данная позиция согласовывается и с содержанием приговора Ярославского областного суда от 02.07.2010 г.
Кокурин М.В. в рамках уголовного дела в отношении Монаховой Т.В. и действовавших совместно с ней иных лиц являлся свидетелем. Монахова Т.В. обвинялась в незаконном приобретении путем обмана права на квартиру ФИО1. Обвинение в совершении хищения денежных средств Кокурина М.В. Монаховой Т.В. не предъявлялось.
В приговоре имеется ссылка на то, что подсудимые путем обмана продали указанную квартиру Кокурину. При этом в приговоре также имеется ссылка и на использование полученного обманным путем паспорта потерпевшего и похожего на ФИО1 человека для введения в заблуждение нотариуса Кашиной С.В., которая выдала доверенность на продажу квартиры фактически против воли собственника. Обман нотариуса Кашиной С.В. и Кокурина М.В. не является отдельным эпизодом преступной деятельности против них, а обуславливает преступность завладения правом на квартиру потерпевшего ФИО1, которому преступлением и был причинен вред. В связи с этим нельзя говорить, что преступлением был причинен вред Кокурину М.В., т.к. последний приобрел право собственности на квартиру, которая выбыла из собственности потерпевшего ФИО1.
Признание Дзержинским районным судом г. Ярославля в своем решении от 08.04.2011 г. недействительным договора купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного 14 марта 2008 года между ФИО1 и Кокуриным М.В. на основании ст.168 ГК РФ и применение последствий недействительности сделки, нельзя расценивать как причинение Кокурину М.В. материального вреда.
Согласно ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Согласно положениям ГК РФ наряду с общими применяются и специальные последствия недействительности сделок, заключающиеся в возложении обязанности на одну из сторон возместить другой стороне реальный ущерб, понесенный ею вследствие заключения и исполнения недействительной сделки.
Согласно п. 2 ст. 15 ГК РФ реальный ущерб представляет собой расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества.
Возмещение реального ущерба в качестве специального последствия недействительности сделок предусмотрено п. 1 ст. 171, п. 1 ст. 172, п. 1 ст. 175, п. 1 ст. 176, п. 3 ст. 177, п. 2 ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ (недействительность сделки, совершенной под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой стороной или стечения тяжелых обстоятельств).
Таким образом, в законе разделены общие последствия недействительности сделки в виде возврата сторон в первоначальное положение ( односторонняя или двусторонняя реституция ), и специальные последствия недействительности сделки в виде возложения на недобросовестную сторону обязанности возместить добросовестной стороне причиненный реальный ущерб.
Это подтверждается и положениями ст.12 ГК РФ, предусматривающей применение последствий недействительности ничтожной сделки и возмещение убытков как различные способы защиты гражданских прав.
Нормы о приведении сторон в первоначальное положение существенно отличаются от норм, устанавливающих последствия противоправных действий.
В случае с недействительной сделкой основание уже существующей правовой связи между ее участниками аннулируется, в результате чего признается, что отношения, возникшие из сделки, в том числе передача имущества, с самого начала не имеют правового основания. Обязанность возвратить друг другу все полученное основывается на факте передачи имущества по сделке, признающейся недействительной, и преследует цель восстановить положение, существовавшее до такой передачи, а не наказать виновных.
Во втором случае противоправные действия служат основанием возникновения обязательства, создают правовую связь между лицами, которые до того не были связаны обязательственными отношениями, и самим содержанием таких отношений является применение мер ответственности.
Статья 168 ГК РФ, на основании которой Дзержинским районным судом г. Ярославля в своем решении от 08.04.2011 г. был признан недействительным договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный 14 марта 2008 года между ФИО1 и Кокуриным М.В., не предусматривает специальных последствий недействительности сделок, заключающихся в возложении обязанности на одну из сторон возместить другой стороне реальный ущерб, понесенный ею вследствие заключения и исполнения недействительной сделки.
Исковых требований о признании сделки недействительной, как заключенной под влиянием обмана, Кокуриным М.В. не заявлялось. Согласно ст.179 ГК РФ.
Пункт 1 ст. 171, п. 1 ст. 172, п. 1 ст. 175, п. 1 ст. 176, п. 3 ст. 177, п. 2 ст. 178, п. 2 ст. 179 ГК РФ признают право на возмещение ущерба, причиненного в результате заключения недействительной сделки, лишь за добросовестной потерпевшей стороной.
Решением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 08.04.2011 г. установлено, что суд не нашел оснований для признания Кокурина М.В. добросовестным приобретателем. При наличии таких известных для него обстоятельств: совершение сделки с доверенным лицом, отсутствие собственника с момента осмотра квартиры и до заключения договора купли-продажи, наличие регистрации собственника жилого помещения на момент совершения сделки, нахождение квартиры в антисанитарном состоянии, договор купли-продажи Кокуриным М.В. был заключен. Кроме того, им не проверялся расчет Монаховой Т.В. с ФИО1, который должен был получить денежные средства за квартиру.
Таким образом, Кокурин М.В. как недобросовестный приобретатель также не вправе требовать возмещения, причиненного ему ущерба.
В соответствии с нормой ст.1064 ГК РФ.
На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств причинения ему вреда. Передача им по недействительной сделке денежных средств в размере 1 800 000 рублей не образует для Кокурина М.В. ущерб в понимании ст.15 ГК РФ, т.к. права на указанные денежные средства он не утратил, суд применил последствия недействительности ничтожной сделки восстановив право наследника ФИО1 на квартиру, а Кокурина М.В. на денежные средства, взыскав их в его пользу с Монаховой Т.В. Истец Кокурин М.В. не ссылается на то, что заключением недействительной сделки ему был причинен какой-либо иной ущерб.
Денежные средства в размере 1 800 000 рублей были переданы Кокуриным М.В. Монаховой Т.В. не на основании доверенности, оформленной от имени ФИО1, а на основании договора купли-продажи от 14.03.2008 г., заключенного между Кокуриным М.В. и ФИО1 в лице представителя Монаховой Т.В.. Суд не усматривает прямой причинной связи между выдачей нотариусом Кашиной С.В. доверенности от имени ФИО1 помимо его воли, и признанием договора купли-продажи ничтожным с применением последствий недействительности ничтожной сделки. Указанный договор являлся ничтожным по основаниям предусмотренным ч.4 ст.159 УК РФ Кокурин М.В. заключил договор купли-продажи квартиры и передал им по ничтожной сделке денежные средства. Наличие у Монаховой Т.В. доверенности от имени ФИО1 повысило степень доверия к ней Кокурина М.В., однако у него имелась возможность избежать заключения ничтожной сделки, прояви он должную осмотрительность. Тот факт, что им это сделано не было и послужил основанием для признания его решением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 08.04.2011 г. недобросовестным приобретателем.
Кроме того, имущественная ответственность нотариуса регулируется ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате, на которую как на правовое основание своих требований ссылается истец Кокурин М.В.. Согласно данной статье нотариус, занимающийся частной практикой, умышленно разгласивший сведения о совершенном нотариальном действии или совершивший нотариальное действие, противоречащее законодательству Российской Федерации, обязан по решению суда возместить причиненный вследствие этого ущерб. В других случаях ущерб возмещается нотариусом, если он не может быть возмещен в ином порядке.
Федеральным законом от 30.12.2008 N 312-ФЗ указанная статья изложена в следующей редакции: «Нотариус, занимающийся частной практикой, несет полную имущественную ответственность за вред, причиненный имуществу гражданина или юридического лица в результате совершения нотариального действия, противоречащего законодательству Российской Федерации, или неправомерного отказа в совершении нотариального действия, а также разглашения сведений о совершенных нотариальных действиях.
Возмещение вреда осуществляется за счет страхового возмещения по заключенному договору страхования гражданской ответственности нотариуса, занимающегося частной практикой, а при его недостаточности - за счет имущества такого нотариуса в пределах разницы между страховым возмещением и фактическим размером ущерба. Имущественный вред, причиненный нотариусом умышленно, возмещается исключительно за счет принадлежащего ему имущества».
Федеральный закон от 30.12.2008 N 312-ФЗ не содержит указаний на особый порядок применения измененных положений ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате, придание введенным положениям обратной силы.
Согласно ст.4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.
Исходя из ст.54 Конституции РФ, закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.
Оформление доверенности от имени ФИО1 о том, что он уполномочивает Монахову Т.В. продать принадлежащую ему квартиру, произведено нотариусом Кашиной С.В. 21.02.2008 г., т.е. до введения в действие новой редакции ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате. Учитывая, что первоначальная редакция содержала в качестве обязательного условия для наступления имущественной ответственности нотариуса наличие его вины, суд считает, что редакция ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате, введенная федеральным законом от 30.12.2008 N 312-ФЗ, отягчает ответственность нотариуса и не подлежит применению.
Исходя из положений ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате, в первоначальной редакции: «Нотариус, занимающийся частной практикой, умышленно разгласивший сведения о совершенном нотариальном действии или совершивший нотариальное действие, противоречащее законодательству Российской Федерации, обязан по решению суда возместить причиненный вследствие этого ущерб.
В других случаях ущерб возмещается нотариусом, если он не может быть возмещен в ином порядке».
По мнению суда, положения ч.1 ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате устанавливают ответственность за совершение нотариусом умышленных действий.
В указанной норме ссылка на умышленность имеется перед разглашением сведений о совершенном нотариальном действии, после чего идет указание «или совершивший нотариальное действие, противоречащее законодательству Российской Федерации». Однако, если допустить, что нотариус, совершивший по неосторожности нотариальное действие, противоречащее законодательству РФ, также несет полную имущественную ответственность, то тогда согласно ч.2 ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате, в соответствии с которой: «В других случаях ущерб возмещается нотариусом, если он не может быть возмещен в ином порядке», нотариус будет нести материальную ответственность и при отсутствии своей вины, т.к. именно отсутствие вины является другим случаем к совершению умышленных или неосторожных действий. Подобное толкование закона, противоречит положениям ч.2 ст.1064 ГК РФ, устанавливающей возможность возложения ответственности за причинение вреда при отсутствии вины, лишь в случаях специально предусмотренных законом.
То, что положения ч.1 ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате в первоначальной редакции устанавливают ответственность лишь за совершение нотариусом умышленных действий, также косвенно подтверждается и ныне действующей редакцией данной правовой нормы, которая предусматривает полную имущественную ответственность нотариуса лишь за совершение умышленных действий, в иных случаях возмещение производится за счет страховых выплат. При этом первоначальная редакция ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате иной порядок возмещения ущерба лишь страховым возмещением не ограничивала.
Истец в обоснование своих требований указывает, что нотариус Кашина С.В., оформив доверенность от имени ФИО1, совершила нотариальное действие, противоречащее законодательству Российской Федерации.
Решением Дзержинского районного суда от 08.04.2011 г. установлено, что доверенность, представленная Монаховой Т.В. от имени ФИО1 является недействительной. По настоящему делу суд считает, что оформление данной доверенности от имени ФИО1 без его ведома, со стороны нотариуса Кашиной С.В. является совершением нотариального действия, противоречащего законодательству РФ. При этом суд приходит к выводу, что действия нотариуса Кашиной С.В. по незаконному оформлению доверенности от имени ФИО1, в которой он уполномочивает Монахову Т.В. продать принадлежащую ему квартиру, характеризуются неосторожностью, т.к. согласно ст.42 Основ Законодательства РФ о нотариате она должна была установить личность обратившегося за совершением нотариального действия гражданина, используя паспорт или другие документы, исключающие любые сомнения относительно личности гражданина, обратившегося за совершением нотариального действия. Действия Кашиной С.В., направленные на установление личности ФИО1, не обеспечили выполнение данной обязанности. При этом степень неосторожности нотариуса Кашиной С.В. снижается тем, что она была умышленно введена в заблуждение Монаховой Т.В. и ФИО2, который внешне походил на ФИО1, имитировал его почерк, однако согласно приговору Ярославского областного суда от 02.07.2010 г.: «Нотариус Кашина С.В. при оформлении доверенности предполагала, что у Монаховой Т.В. могли возникнуть проблемы в регистрации купли - продажи квартиры, так как мужчина, оформлявший доверенность, судя по его внешнему виду, злоупотреблял спиртными напитками», в связи с чем она должна была проявить особое внимание при установлении личности ФИО1.
Суд считает недоказанным тот факт, что Кашина С.В. действовала умышленно. Уголовное преследование в отношении нее не осуществлялось. Представитель истца Кокурина М.В. Паломарчук Г.Е. пояснил, что сторона истца не располагает сведениями о наличии сговора между Монаховой Т.В. и Кашиной С.В., а также о том, что Монахова Т.В. делила денежные средства, полученные от Кокурина М.В., с Кашиной С.В. Из приговора Ярославского областного суда от 02.07.2010 г. следует, что нотариус Кашина С.В. была введена в заблуждение относительно личности ФИО1.
В связи с этим, т.к. действия нотариуса Кашиной С.В. носили неумышленный характер, суд считает, что при разрешении вопроса был ли ими причинен вред Кокурину М.В. и если был, то каков порядок его возмещения, необходимо руководствоваться положениями ч.2 ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате, согласно которым ущерб возмещается нотариусом, если он не может быть возмещен в ином порядке.
Как указано выше, решением Дзержинского районного суда г. Ярославля от 08.04.2011 г. на основании ст.168 ГК РФ договор от 14 марта 2008 года купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО1 и Кокуриным М.В., признан недействительным. Применены последствия недействительности договора, в том числе взыскана с Монаховой Т.В. в пользу Кокурина М.В. стоимость квартиры в размере 1 800 000 рублей.
По мнению суда применение Дзержинским районным судом г. Ярославля в своем решении от 08.04.2011 г. последствий недействительности договора, в виде взыскания с Монаховой Т.В. в пользу Кокурина М.В. стоимости квартиры в размере 1 800 000 рублей, исключает материальную ответственность нотариуса Кашиной С.В., т.к. затраты истца по договору купли-продажи возмещены в ином порядке, что согласно ч.2 ст.17 Основ Законодательства РФ о нотариате является условием, исключающим материальную ответственность нотариуса, при этом данные затраты ущербом не являются.
Доказательств невозможности взыскания с Монаховой Т.В. вышеуказанной суммы суду не предоставлено. Истец Кокурин М.В. по настоящее время не предъявил исполнительный лист в отношении Монаховой Т.В. к исполнению. Ссылки представителя истца на отсутствие у Монаховой Т.В. имущества на праве собственности, не подтверждены какими-либо материалами дела. Само по себе отсутствие зарегистрированного права собственности на имущество не означает неплатежеспособность лица.
При этом, как уже было указано выше, суд не считает действия Кокурина М.В. по передаче Монаховой Т.В. денежных средств в размере 1 800 000 рублей в рамках исполнения ничтожной сделки влекущими для него убытки в понимании ст.15 ГК РФ, расценивает применение Дзержинским районным судом г. Ярославля в своем решении от 08.04.2011 г. последствий недействительности договора как самостоятельный способ защиты гражданских прав, отличный от возмещения ущерба.
На основании изложенного в удовлетворении требований Кокурина М.В. к Кашиной С.В. о взыскании суммы ущерба в размере 1 800 000 рублей должно быть отказано. В связи с тем, что ответственность ОСАО «Ингосстрах» носит субсидиарный характер по отношению к ответственности Кашиной С.В., в удовлетворении исковых требований Кокурина М.В. к ОСАО «Ингосстрах» о взыскании суммы страхового возмещения ущерба в размере 1 000 000 рублей также должно быть отказано.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд
решил:
В удовлетворении исковых требований Кокурина М.В. отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Большесельский районный суд в течение 10 дней с момента вынесения мотивированного решения.
Судья: Долгощинов В.В.