ПРИГОВОР
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
14 сентября 2010 года г. Бодайбо
Бодайбинский городской суд Иркутской области в составе: председательствующего судьи Мурашовой Ф.Т., с участием государственного обвинителя - старшего помощника прокурора г. Бодайбо Мацук С.Г., потерпевшей К., подсудимого Рамалданова Р.М., защитника - адвоката Кашириной Е.В., представившей удостоверение ***, ордер *** от *** г., при секретаре Мироновой Л.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-158-2010 в отношении
Рамалданова Р.М.
обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ,
установил:
Рамалданов Р.М. совершил убийство при превышении пределов необходимой обороны при следующих обстоятельствах.
01 января 2010 года, более точное время следствием не установлено, Рамалданов Р.М. вместе с П., М. и К. распивали спиртные напитки в квартире, принадлежащей К., расположенной по адресу: Иркутская область, г. Бодайбо, *** *** ***. В период времени с 17-00 до 17-30 часов Рамалданов Р.М. и П. собрались уходить домой и вышли в коридор квартиры, чтобы одеться, К. вышла в коридор, чтобы закрыть за ними входную дверь. В это время из кухни в коридор вышел М., вооруженный ножом, который держал в правой руке. М., подойдя к П., направил острие ножа ей в область туловища. В результате действий М. у П. стало плохо с сердцем, так как она реально восприняла общественно-опасное посягательство на ее жизнь и здоровье со стороны М. В свою очередь К., пресекая общественно-опасное посягательство со стороны М., оттолкнула его от П., в результате чего М. упал в коридоре квартиры, при этом выронив из руки нож. Рамалданов Р.М., опасаясь, что М. может встать и продолжить общественно-опасное посягательство на жизнь и здоровье П., желая предотвратить эти действия, подошел к лежащему М., и, действуя умышленно, с силой нанес множественные удары ногами по жизненно важным органам: голове и телу потерпевшего, при этом предвидя, что от его умышленных действий может наступить смерть М.. При этом Рамалданов Р.М., нанося телесные повреждения М., сознавал, что, обороняя П. от общественно-опасного посягательства М., он своими умышленными преступными действиями сам совершает противоправное деяние, поскольку само общественно-опасное деяние М. фактически было пресечено К., и его действия явно не соответствуют характеру и опасности посягательства со стороны М., поскольку последний какой-либо словесной угрозы убийством в адрес П. не высказывал, и каких-либо действий, направленных на причинение вреда здоровью П., не предпринимал. В момент нанесения телесных повреждений потерпевшему Рамалданов Р.М. объективно оценивал ничтожность характера и степени опасности нападения со стороны М., так как последний в виду нахождения в состоянии сильного алкогольного опьянения, не пытался подняться с пола, вновь вооружиться ножом, оказать сопротивление Рамалданову Р.М.
Своими умышленными преступными действиями Рамалданов Р.М. причинил М. телесные повреждения в виде: закрытой тупой травмы живота: разрывов (2) левой доли печени, кровоизлияния в мягкие ткани живота справа (1) и слева (1). Эта травма является опасной для жизни, что квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Наступление смерти Мясникова А.А. состоит в прямой причинной связи с данной закрытой тупой травмой живота. Ссадина и кровоподтек лобной области слева. Обычно у живых лиц такие телесные повреждения не влекут вреда здоровья и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью. Кровоподтек области левого плеча (2), области левого локтевого сустава (1), области правого плеча (2), области правого локтевого сустава (1), задней поверхности груди справа (1), области правого бедра (1), поверхностная ушибленная ранка слизистой нижней губы справа, ссадины области левого предплечья (1), задней поверхности груди справа (1). У живых лиц такие повреждения обычно не влекут расстройства здоровья и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью. В результате умышленных преступных действий Рамалданова Р.М. смерть М. наступила на месте происшествия в период с 17-30 часов 01 января 2010 года до 07-00 часов 02 января 2010 года, в результате закрытой тупой травмы живота с разрывами левой доли печени, сопровождавшейся обильной кровопотерей.
В судебном заседании подсудимый Рамалданов Р.М. вину признал полностью, показания давать отказался в силу ст. 51 Конституции РФ.
В связи с отказом подсудимого от дачи показаний, по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания Рамалданова Р.М. на предварительном следствии.
Из протокола допроса подозреваемого Рамалданова Р.М. от 06 января 2010 г. следует, что 01 января 2010 года, около 17-30 часов, к ним в гости пришла К., с которой он и его сожительница П. распили одну бутылку водки. Примерно в 18-30 часов К. пригласила их к себе в гости. Они пришли к ней в квартиру по адресу: г. Бодайбо, ***, *** *** номер квартиры не помнит, в квартире находился ее муж М. в сильном алкогольном опьянении. Они все вчетвером стали распивать спиртное на кухне. Когда выпили по две рюмки водки, М. неожиданно схватил с кухонного стола нож с деревянной неокрашенной рукояткой и, поднявшись с табурета, подошел к его жене и направил острие указанного ножа к животу со словами «Порежу или убью». Он также встал из-за стола, оттолкнул М., забрал свою супругу, они вышли в коридор одеваться. Когда одевались, в коридор выбежал М. с ножом. К. оттолкнула своего мужа, он повалился боком на пол, на кухне. В это время П. стало плохо с сердцем, так как она сильно испугалась. Он разозлился и, подойдя к М., который лежал на левом боку, несколько раз пнул правой ногой его по телу, в область живота. Пинал несколько раз, примерно 2-3 раза. Потом они с сожительницей ушли домой. На следующее утро, 02 января 2010 года, около 07-00 часов ему позвонила К. и сообщила, что М. умер. Он с П. пришли домой к К., М. лежал в коридоре, головой к дверям, никаких телесных повреждений он на нем не видел, были только трупные пятна, в квартире больше никого не было. Вину в том, что он наносил удары ногами М., признает полностью, стал пинать М., так как разозлился, что он испугал П., а также опасался, что М. может встать и опять напасть на них с ножом (т. 1л.д. 39-42).
Из протокола допроса подозреваемого Рамалданова Р.М. от 10 мая 2010 г. следует, что 01 января 2010 года, около 19-00 часов, он со своей сожительницей П. пришел в гости к К. и ее мужу М. по адресу: г. Бодайбо, *** ***. Они вчетвером распивали спиртные напитки на кухне, К. и М. стали выяснять между собой отношения, они с П. решили идти домой, он пошел в коридор одеваться, а П. осталась на кухне, он услышал, как она его зовет на помощь, заглянул на кухню и увидел, как М. держит в руках нож, направленный в правый бок П., при этом он какой-либо угрозы не высказывал, но по его лицу было видно, что он очень злой, губы были надутые, синего цвета. В это время из зала вышла К., сказала: «Смотри, он надувает губы и сейчас тебя зарежет». Он подошел к нему, толкнул его рукой в плечо, тот упал на пол. Они с П. стояли около входной двери. П. стало плохо от испуга. К. стала вызывать скорую помощь, затем П. стало лучше. Когда они оделись и собирались уходить, он увидел, что М. вышел из кухни и идет по направлению к ним, он был очень пьяный, у него в правой рукой был зажат нож. Когда М. подошел к его сожительнице, К., увидев в его руках нож, оттолкнула его от П., он упал на бок в коридоре, в сторону кухни, выронив из руки нож. Он, опасаясь того, что М. может встать и продолжить посягать на жизнь и здоровье П., подошел к лежащему М., один удар хотел нанести рукой, сжатой в кулак, в область лица, но промахнулся, и попал в пол, потом он нанес один или два удара ногой в область живота М. Когда он наносил телесные повреждения М., то он оборонял свою сожительницу П. от общественно-опасного посягательства М. М. не пытался подняться, снова взять нож, так как был сильно пьян. Когда он его бил, не исключал возможности того, что М. от его действий может умереть, но очень боялся за здоровье своей сожительницы П., а также за свое здоровье (т. 1л.д. 135-138).
Из протокола допроса обвиняемого Рамалданова Р.М. от 14 мая 2010 г. следует, что вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, он признал, давал аналогичные показания (т. 1л.д. 163-166).
После оглашения показаний подсудимый Рамалданов Р.М. полностью подтвердил их, пояснил, что телесные повреждения М. он нанес потому, что опасался, что тот продолжит свои противоправные действия. В содеянном раскаивается, согласен, что смерть М. наступила от его действий.
Помимо признательных показаний Рамалданова Р.М., его вина в совершении указанного преступления подтверждается следующими доказательствами.
Потерпевшая К. показала суду, что потерпевший М. являлся ее мужем. 01 января 2010 года около 13 часов она пошла в гости к своим знакомым Рамалданова Р.М. и П., с которой знакома около 20 лет, с Рамалдановым - около 5 лет, они дружили семьями, отношения между ними были хорошие. Они выпивали, вечером позвонил М., пригласил всех к ним домой. У нее дома они также выпивали, никаких конфликтов не было. Через некоторое время Рамалданова Р.М. и П. стали собираться домой, оделись, стояли возле входной двери одетые, она их провожала. В это время М. вышел из кухни, был сильно пьяный, у него в руке был нож, но им никому не угрожал, в том числе и П., просто шел с ножом. Она спросила его: «Куда пошел?», толкнула, он упал на кухне. П. стало плохо с сердцем, она пошла в зал вызывать «скорую помощь». Пока разговаривала по телефону, услышала, что Рамалданов подбежал к мужу стал наносить ему сильные удары ногами, обутыми в черные ботинки, по телу. Муж не сопротивлялся, так как был в сильном алкогольном опьянении. Она отменила вызов «скорой помощи», поскольку П. стало лучше, выбежала из зала, стала оттаскивать Рамалданова, сказала ему, чтобы он уходил, после чего он и П. ушли. Скорую помощь мужу не вызывала, так как не подумала, что это настолько серьезно. Она не стала поднимать мужа с пола, т.к. обиделась на него. Он уснул головой к окну. Ночью она встала посмотреть на мужа, он перевернулся головой к двери. Она увидела, что он опорожнился, храпел. Она пыталась его поднять, помыть, но не получилось, и она легла спать. Утром, когда проснулась, обнаружила, что муж стал бледный, пыталась нащупать у него пульс, но его не было, муж не дышал. Она позвонила П., которая пришла с Рамалдановым, он сказал не говорить никому, что произошло между ним и мужем, она согласилась, поскольку думала, что муж умер своей смертью, вызвала милицию. Мужа характеризует положительно, к ней и ее дочери он относился хорошо, конфликтов между ними не было, агрессию по отношению к ней он не проявлял ни в трезвом состоянии, ни в состоянии алкогольного опьянения. Рамалданова может также охарактеризовать с положительной стороны.
По ходатайству защиты были оглашены показания потерпевшей К. на предварительном следствии в связи с противоречиями в части характеристики М. Из протокола допроса потерпевшей К. от 08 января 2010 г. следует, что по характеру М. человек положительный, но когда выпивает, становится злым, ревновал ее к мужчинам, и если что, сразу хватался за нож, но 01 января 2010 года М. был так сильно пьян, что никакой угрозы не представлял, потому что еле держался на ногах (т. 1л.д. 55-58).
После оглашения показаний потерпевшая К. подтвердила их частично, пояснила, что М. действительно ревновал ее, однако, за нож не хватался, показания на следствии давала в стрессовом состоянии, протокол допроса подписала, не прочитав его, а следователь не верно записала ее показания в этой части.
Свидетель П. показала суду, что 01 января 2010 года она с мужем была дома, около 18 часов позвонила К., спросила разрешения прийти в гости, она разрешила. К. пришла, они выпили. К. на сотовый телефон позвонил М., и она пригласила их с Рамалдановым в гости. Они пришли к К. домой, М. был в очень сильном алкогольном опьянении. Они сидели на кухне, выпили по 2 рюмки, между К. и М. начался конфликт. Она, увидев, что назревает скандал, сказала Рамалданову, чтобы он собирался домой. Р. пошел одеваться, а она повернулась, чтобы идти за ним, в это время М. подставил к ее боку нож, где он его взял, не обратила внимания. К. это увидела и закричала: «П., он губы надувает, сейчас зарежет». Она крикнула Р., он оттолкнул М., она убежала в коридор, присела в углу, так как ей стало плохо. К. стала вызывать скорую помощь, но она сказала, что не надо, так как ей стало лучше, и К. сразу отменила вызов скорой помощи. Она не видела, как М. шел из кухни с ножом, и как Рамалданов наносил ему удары ногами, ей это известно со слов Рамалданова. О смерти М. узнали от К., которая позвонила им утром на следующий день. Они сразу пришли к К., М. лежал в коридоре на полу лицом вниз, телесных повреждений у него не видела, К. вызвала скорую помощь и милицию. Со слов К. ей известно, что ночью она проснулась, увидела, что М. опорожнился, попыталась поменять ему шорты, М. захрапел, тогда она его пнула и пошла спать. Когда приехала скорая помощь, К. сказала, что М. умер в 3-4 часа утра. Первое время М. и К. любили друг друга, у них было все хорошо, потом стали злоупотреблять спиртным, общались нецензурно, друг к другу даже по имени не обращались. К. постоянно говорила ему: «Убью, ты меня достал». Рамалданова может охарактеризовать как спокойного человека, но может и вспылить, если его довести. Он добрый человек, ссор между ними никогда не было. С К. она знакома почти 20 лет, до произошедшего дружили, сейчас отношений не поддерживают. В трезвом состоянии М. был хороший человек, в пьяном - нет, обижал и бил К..
Свидетель И. показала суду, что с Рамалдановым она знакома около 5 лет, К. была ее подругой, дружили с 1985 года. 02 января 2010 г. она позвонила К., та плакала, сказала, что у нее умер муж, попросила прийти. Она и ее муж А. пришли к К., в квартире находился участковый, лежал труп М.. После того как все оформили и труп увезли, они с К. пошли к ним домой, где К. пояснила, что ее мужа убил Рамалданов. Со слов К. ей известно, что в тот день она пришла в гости к П., затем вместе с ней и Рамалдановым вернулась домой, выпили. М. вышел из кухни с ножом в руках, К. его толкнула, он упал. К. видела, что Рамалданов стал пинать в живот М. ногами, обутыми в ботинки, П. стало плохо, она вызвала ей «скорую помощь». Затем Рамалданов с П. ушли домой, а М. остался спать на полу кухни. Утром К. обнаружила, что М. умер. М. может охарактеризовать с положительной стороны, он доброжелательный, трудолюбивый, не жалел денег на К. и ее ребенка, падчерицу любил. Рамалданов в ее присутствии всегда вел себя спокойно. О неприязненных отношениях между М. и Рамалдановым ей ничего не известно. С К. они знакомы 25 лет, вместе работали в милиции, знает ее как хорошего, доброго человека. Со слов К. ей известно, что отношении у нее с мужем были нормальные, иногда ругались, как и во всех семьях, лично при их конфликтах она не присутствовала. С П. ранее они были подругами, она мягкий, добрый человек. Но если она выпьет, много из случившегося может и не помнить. Сейчас по инициативе П. они не общаются.
По ходатайству защиты в судебном заседании были оглашены показания свидетеля И. на предварительном следствии в связи с противоречиями в части характеристики М.. Из протокола допроса свидетеля И. от 03 февраля 2010 г. следует, что М. может охарактеризовать как человека положительного, уравновешенного, доброжелательного, отзывчивого, работящего. В состоянии алкогольного опьянения вел себя адекватно, при ней за нож не хватался, но от К. ей известно, что в состоянии алкогольного опьянения, тем более, если у него начинали синеть губы, он мог схватиться за нож, но вовремя останавливался. О том, что у М. и К. в семье были конфликты, чтобы он ее избивал, ей не известно. Она знает К., которая 15 лет проработала в милиции, она могла его вовремя остановить и избежать конфликта, она была в семье главной (т. 1л.д. 62-65).
После оглашения показаний свидетель И. не подтвердила их в той части, что М. мог схватиться за нож, пояснила, что протокол подписывала, прочитав его невнимательно.
Свидетель К.Ф. показала суду, что потерпевшая К. ее дочь, проживала она с мужем М. и дочерью К.М.. В гостях у дочери она бывала редко, общались чаще по телефону, а внучка часто жила у нее, потому что муж дочери воспитывал ее, а современной молодежи это не нравится. Дочь с мужем жили хорошо, он ее никогда не обижал, о скандалах ей ничего не известно. М. может охарактеризовать как хорошего человека, уважительно относился к старшим по возрасту, был очень добрый, веселый, хорошо относился к ее дочери. Дочь его очень любила, у них в семье была идиллия. Иногда М. выпивал, но когда работал, не пил вообще, к ней в состоянии алкогольного опьянения не приходил.
Свидетель Ш. показала суду, что с потерпевшей К. проживает на одной площадке, подсудимый ей незнаком, но встречала его. Стены в доме, где она проживает, тонкие, слышимость хорошая. К. ранее проживала с мужем и дочерью. С соседями она не общалась, иногда встречалась с ними на площадке. Как они жили, ей неизвестно, но соседи они шумные, разговаривали на повышенных тонах, бывало, громко включали музыку. 31 декабря 2009 года она ушла в гости, пришла утром 01 января 2010 года, легла спать, спала где-то до 13 часов. Соседей она не видела, но возможно, у них были гости, в квартире, кажется, играла музыка, громко разговаривали. 02 января 2010 года пришла знакомая К. - И., извинилась за шум, сказала, что у К. умер муж. Через несколько дней к ней пришла соседка Н., которая проживает над квартирой К., и сказала, что 01 января 2010 года в квартире К. было шумно.
По ходатайству защиты, в связи с противоречиями, были оглашены показания свидетеля Ш. на предварительном следствии от 20 апреля 2010 г., из которых следует, что она проживает в кв. *** д. *** *** по *** в ***. В кв. *** проживает К. И. с дочерью и мужем. Слышимость в доме хорошая, потому что тонкие стены. Их может охарактеризовать как шумных соседей, они все громкоголосые. 01 января 2010 года вечером она находилась дома, примерно в 21 час ушла в гости. Было слышно, что в кв. *** у К. была гулянка, громко разговаривали люди, слышно было, что у них гости. Через несколько дней после того, как муж К. умер, от соседки из кв. *** Н. слышала, что 01 января 2010 года в квартире К., примерно около 17 часов происходило что-то, похожее на драку, в квартире были какие-то звуки, как будто бы передвигают мебель, из чего они сделали вывод, что кого-то били. К. часто распивает спиртные напитки, к ним постоянно приходят разные люди. Но никаких конфликтов и драк она не слышала (т. 1л.д. 128-130).
После оглашения показания свидетель Ш. не подтвердила их в той части, что Н. рассказывала ей о драке в квартире К.. Злоупотребляет ли К. спиртным, ей неизвестно. Возможно, она уже забыла события, возможно, следователь неправильно записал ее слова, а она не дочитала протокол. В остальной части показания подтвердила.
Свидетель Н. показала суду, что она проживает по соседству с потерпевшей К.. К. ранее проживала с мужем и дочерью. 01 января 2010 года она находилась в гостях, домой вернулась рано утром, затем снова ушла. 02 января 2010 года от соседки Ш. узнала, что муж К. умер, позднее от следователя ей стало известно, что соседа убили. К. проживала с мужем недолго, они не ругались, были ли в их семье скандалы и конфликты, ей не известно. Рамалданова Р.М. 01 января 2010 года она не видела, ничего подозрительного не заметила.
По ходатайству защиты в судебном заседании, в связи с противоречиями, были оглашены показания свидетеля Н. на предварительном следствии от 20 апреля 2010 г., из которых следует, что она проживает в кв. *** д. *** *** по *** в г. Бодайбо, на пятом этаже. На четвертом этаже, в кв. ***, под ее квартирой проживает К. И. с дочерью и с мужчиной. В доме у них слышимость хорошая, и ей было слышно, как соседи из кв. *** часто ругались, разговаривали на повышенных тонах. 01 января 2010 года она находилась дома, пришла примерно в 17-18 часов вечера. Ничего подозрительного она не слышала, и не видела. Ранее она слышала, что у них что-то гремело, она подумала, звуки были такие, что они как будто бы передвигают мебель (т. 1л.д. 131-133).
После оглашения показания свидетель Н. подтвердила их.
По ходатайству государственного обвинителя, с согласия стороны защиты были оглашены показания свидетелей Д., А., К.М., К.В., У., в связи с их неявкой.
Из протокола допроса свидетеля Д. от 08 февраля 2010 г. следует, что он знаком с М. А. и его женой К., а также с П. И., она жила с сожителем по имени Р., про которого слышал, что он вспыльчивый. По характеру М. может охарактеризовать как человека положительного, они вместе с ним выпивали один раз, о том, что М., когда выпьет, сразу хватается за нож и угрожает кому-нибудь, не слышал. Между М. и К. были нормальные взаимоотношения, при нем они никогда не ругались, даже когда были выпившие. От других он также не слышал, чтобы они ругались. Слышал, что Р. ревнивый, становится сразу агрессивным. У него сложилось впечатление, что П. боится Р. (т. 1л.д. 66-68).
Из протокола допроса свидетеля А. от 08 февраля 2010 г. следует, что проживает с женой И. У жены есть подруга К., проживающая в г. Бодайбо, *** К. проживала с М. и дочерью К.М. К. и М. познакомились в 2008 году, брак зарегистрировали в августе 2009 года. М. по характеру спокойный человек, когда трезвый, но по слухам, когда он пьяный, то становится агрессивным. О том, что у М. и К. были в семье конфликты, и чтобы он ее избивал, за все время не слышал, знает, что он ранее судим. По характеру К. очень властная женщина, в обиду ни своего мужчину, ни себя не даст, справедливая и добрая женщина. 02 января 2010 года, около 10-00 часов, им домой позвонила К. и сообщила, что М. умер, он с женой сразу пришли к ней, в квартире увидели, что в прихожей, около туалета, лицом вниз лежит М.. В квартире уже находились П., Рамалданов Р.М. и участковый милиции. Никто ничего не говорил о происшедшем. Когда К. пришла к ним домой, то рассказала, что М., когда шел с кухни, в то время, когда Рамалданов и П. в прихожей одевали одежду, взял ножик, и стал идти с этим ножом в сторону П., от увиденного П. стало плохо с сердцем. К. оттолкнула М., он упал, а Рамалданов, со слов К., стал пинать лежащего М. ногами в живот. Где находилась в это время П. и сама К., та не рассказала. Потом К. рассказывала, что когда П. и Рамалданов ушли, М. продолжал лежать на полу и хрипел, К. пошла спать, перед этим хотела его поднять, но у нее не хватило сил, и она его оставила лежать на полу. Утром обнаружила, что М. не подает признаков жизни (т. 1л.д. 69-72).
Из протокола допроса свидетеля К.М. от 12 февраля 2010 г. следует, что она проживает с мамой К. и отчимом М. У мамы и отчима были хорошие взаимоотношения, они редко ругались, а если ругались, то по делу. При ней М. никогда за нож не хватался, никому не угрожал. Ее мама с отчимом никогда не дрались между собой. Новый год все вместе праздновали у бабушки, никто не ругался. Отчим ей всегда давал денег на обед, ухаживал за ними с мамой, помогал по дому. У мамы есть подруга П., они давно дружат, у П. есть сожитель Рамалданов Р. Она заметила, когда они к ним приходили, что если П. что-нибудь скажет не так, Рамалданов на нее прикрикивал, мог ударить кулаком по столу, и она сразу переставала говорить и не перечила ему. По ней было видно, что она его боялась (т. 1л.д. 97-100).
Из протокола допроса свидетеля К.В. от 08 апреля 2010 г. следует, что в ночь с 01 на 02 января 2010 года он находился на дежурстве. 02 января 2010 года, примерно в 07-30 часов, дежурный ОВД по г. Бодайбо сообщил, что по адресу: г. Бодайбо, ***, обнаружен труп М. Он выехал по указанному адресу, там уже находились К., Рамалданов Р.М., П. Им был произведен осмотр квартиры, описан труп М., который был без видимых признаков насильственной смерти, лежал на груди лицом вниз, головой в коридор, ногами к кухне. Минут через 20 пришли И. и А. К. пояснила, что погибший является ее сожителем, 01 января 2010 года к ним приходили в гости Рамалданов Р.М. и П., они распивали спиртные напитки, Рамалданов Р.М. и П. ушли вечером, а К. легла спать, М. пошел на кухню. Потом она услышала, как он упал, увидела, что он спит пьяный на полу, опорожнился, она хотела его переодеть, но не стала, и ушла спать, его оставила лежать на полу, утром обнаружила, что М. лежит на том же месте, в той же позе, не подает признаков жизни. Она вызвала сотрудников милиции и скорую помощь. Рамалданов Р.А. подтвердил, что был накануне у К. и М. и распивал спиртные напитки (т. 1л.д. 124-127).
Из протокола допроса свидетеля У. от 15 апреля 2010 г. следует, что она работает фельдшером скорой помощи. С 08-30 часов 01 января 2010 года до 08-30 часов 02 января 2010 года она заступила на дежурство. 02 января 2010 года, в 07-30 часов по телефону поступило сообщение от К. о том, что ею по адресу: г. Бодайбо, *** обнаружен труп М. По прибытию на место ею был осмотрен труп М., который лежал вниз лицом, ногами в кухню, головой к входной двери. Она констатировала смерть М., сообщила в дежурную часть ОВД о случившемся. Ей К. пояснила, что накануне, вечером 01 января 2010 года, они распивали спиртные напитки в компании, М. находился в состоянии алкогольного опьянения, ночью он «шарахался», не мог уснуть, а она легла спать, сквозь сон слышала, что в квартире стало тихо, подумала, что М. уснул, а утром обнаружила, что он мертв. 01 января 2010 года, около 17-04 часов к ним поступило телефонное сообщение от К. о том, что у нее дома по тому же адресу плохо женщине, примерно через 05-07 минут вызов был отменен К., так как женщине стало лучше. Она у К. спросила, кому она 01 января 2010 года в 17-04 часов вызывала скорую помощь, она пояснила, что было плохо женщине, которая была у нее в гостях, а потом ей стало лучше (т. 1л.д. 120-123).
Оценивая показания подсудимого Рамалданова Р.М., данные им в ходе предварительного следствия, суд доверяет им, поскольку они стабильны, в целом согласуются с показаниями потерпевшей, свидетелей о событиях, происходивших в тот день.
Оценивая показания потерпевшей, свидетелей, суд доверяет им в той части, в которой они согласуются между собой и подтверждаются материалами уголовного дела, показаниями подсудимого Рамалданова Р.М. на предварительном следствии. Суд считает показания потерпевшей К., свидетеля И., данные ими в ходе предварительного следствия в части характеристики М., достоверными, поскольку они были допрошены с соблюдением уголовно-процессуального законодательства, с разъяснением прав, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу ложных показаний, замечаний к протоколам допросов не заявляли.
Противоречия в показаниях суд находит несущественными, не влияющими на доказанность вины подсудимого и квалификацию его действий.
Объективно вина Рамалданова Р.М. подтверждается следующими доказательствами:
- рапортом старшего следователя СО по г. Бодайбо СУ СК при прокуратуре РФ по Иркутской области Е. от 06 января 2010 г. об обнаружении признаков преступления, из которого следует, что 06 января 2010 г. в 13-30 часов от судебно-медицинского эксперта Ч. поступило сообщение об обнаружении телесных повреждений в виде разрыва печени у трупа М. (т. 1л.д. 5);
- телефонным сообщением К. в ОВД по г. Бодайбо и району от 02 января 2010 г. об обнаружении трупа М. (т. 1л.д. 7);
- протоколом явки с повинной от 06 января 2010 года, из которого следует, что Рамалданов Р.М. сообщил о совершенном им преступлении, указав следующее: с 2004 года он проживает с сожительницей П. по адресу: г. Бодайбо, ***. 01 января 2009 года, около 17-30 часов, к ним пришла К., с которой он и П. распили одну бутылку водки, около 18-30 часов К. пригласила их к себе в гости. Они пришли к ней в квартиру по адресу: г. Бодайбо, *** *** номер квартиры не помнит, там находился ее муж М., который был в сильном алкогольном опьянении. Они вчетвером на кухне распивали спиртное, когда выпили по две рюмки водки, М. неожиданно схватил с кухонного стола нож с деревянной неокрашенной рукояткой и, поднявшись с табурета, подошел к его жене и направил острие ножа к животу со словами «порежу или убью». Он встал из-за стола, оттолкнул М., забрал супругу, они вышли в коридор одеваться. В коридор выбежал М. с ножом, К. оттолкнула своего мужа, он упал на кухню. В это время П. стало плохо с сердцем. Он разозлился и, подойдя к М., несколько раз пнул его по голове и телу. Потом он с сожительницей ушли домой. На следующее утро ему позвонила К. и сообщила, что М. умер. Вину в том, что он наносил удары ногами М., он признает полностью, в содеянном раскаивается (т. 1л.д. 27-28);
- протоколом осмотра трупа от 06 января 2010 г., из которого следует, что в Бодайбинском СМО следователем в присутствии понятых был произведен осмотр трупа М. (т. 1л.д. 29-32);
- протоколом выемки от 06 января 2010 г., из которого следует, что у подозреваемого Рамалданова Р.М. изъяты ботинки, спортивные брюки, мастерка (т. 1л.д. 48-52);
- протоколом очной ставки между потерпевшей К. и свидетелем П. от 10 февраля 2010 года, при проведении которой К. показала, что М. выходил из кухни, в руках у него был нож, он шел в сторону Рамалданова и П., они решили, что М. хочет их зарезать, и у П. стало плохо с сердцем. Но М. не успел сделать и двух шагов, она его оттолкнула, он упал на кухню и стал спать. Когда П. стало плохо, она пошла в зал вызывать скорую помощь, в это время Рамалданов подбежал к М. и начал его пинать ногами, обутыми в обувь. П. стало легче, она стала оттаскивать Рамалданова от М.. Утром 02 января 2010 года она подходила к М., потом ушла спать, не пинала его. П. не подтвердила показания К., пояснила, что М. держал нож ей в бок, К. стояла рядом и все видела. Когда ей стало плохо с сердцем, Рамалданов стоял рядом с ней, к М. он не подходил. Утверждает, что К. сама убила М.. К. объяснила показания П. тем обстоятельством, что она хочет оправдать своего сожителя Рамалданова Р.М., с целью помочь ему уйти от уголовной ответственности (т. 1л.д. 78-81);
- протоколом проверки показаний на месте с участием потерпевшей К. от 11 февраля 2010 г., из которого следует, что потерпевшая К. в кв. *** д. *** *** по *** в г. Бодайбо указала участникам следственного действия на место, где она 01 января 2010 г. распивала спиртные напитки с П., Рамалдановым и М.. Затем К. указала на место, где стояли Рамалданов и П., когда собирались уходить, где М. остановился с ножом, и она его оттолкнула, где он упал в кухню и оставался лежать, а затем уснул. Затем К. указала на место, где находилась в это время П., когда ей стало плохо с сердцем, то есть П. не могла видеть, как Рамалданов наносил лежащему М. ногами в обуви удары по телу и голове. Затем К. показала, каким образом Рамалданов наносил удары лежащему М., где она обнаружила М. ночью и где он лежал утром 02 января 2010 года (т. 1л.д. 83-93);
- протоколом осмотра предметов от 11 мая 2010 г., из которого следует, что были осмотрены брюки спортивные черного цвета, мастерка черного цвета, ботинки черного цвета, изъятые у Рамалданова Р.М.; образцы слюны и крови на марлевых тампонах, полученные у Рамалданова Р.М., от трупа М.; срезы ногтевых пластин с правой и левой рук от трупа М.,; футболка от трупа М. (т. 1л.д. 139-142);
- заключением судебно-медицинской экспертизы от 17 марта 2010 г. № 2 «а», из которого следует, что: 1. Смерть М. последовала от закрытой тупой травмы живота с разрывами левой доли печени, сопровождавшейся обильной кровопотерей. 2. Давность наступления смерти М. составляет более 3 суток назад и менее 5 суток назад к моменту проведения судебно-медицинской экспертизы его трупа в морге. 3. При судебно-медицинской экспертизе трупа М. были обнаружены следующие телесные повреждения: А. Закрытая тупая травма живота: разрывы (2), левой доли печени, кровоизлияния в мягкие ткани живота справа (1) и слева (1). Данная закрытая тупая травма живота возникла от воздействий в область живота тупого твердого предмета (предметов), высказаться о свойствах контактной поверхности которого (которых) возможным не представляется, поскольку наружные телесные повреждения, которые могли бы их отобразить, в области живота полностью отсутствуют. Данная травма причинена незадолго до наступления смерти М. (согласно данным гистологического исследования, ориентировочный срок давности ее причинения - первые часы). Эта травма является опасной для жизни, что квалифицируется как тяжкий вред здоровью. Наступление смерти М. состоит в прямой причинной связи с данной закрытой тупой травмой живота. Б. Ссадина и кровоподтек лобной области слева. Эти повреждения возникли от воздействия (воздействий) тупого твердого предмета с ограниченной контактной поверхностью, специфические свойства которой (которых) в повреждениях не отобразились, были причинены незадолго до наступления смерти М. (согласно данным судебно-гистологического исследования, ориентировочный срок давности их причинения - первые часы). Обычно у живых лиц такие телесные повреждения не влекут вреда здоровья и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью. Наступление смерти М. в причинной связи с этими повреждениями не состоит. В. Кровоподтеки области левого плеча (2), области левого локтевого сустава (1), области правого плеча (2), области правого локтевого сустава (1), задней поверхности груди справа (1), области правого бедра (1), поверхностная ушибленная ранка слизистой нижней губы справа, ссадины области левого предплечья (1), задней поверхности груди справа (1). Данные телесные повреждения возникли от воздействий тупого твердого предмета (предметов) с ограниченной контактной поверхностью, специфические свойства которой (которых) в повреждениях не отобразились, могли быть причинены незадолго до наступления смерти М. У живых лиц такие повреждения обычно не влекут расстройства здоровья и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью. Наступление смерти М. в причинной связи с этими телесными повреждениями не состоит. 4. Учитывая характер и локализацию всех обнаруженных при судебно-медицинской экспертизе трупа телесных повреждений, М. в процессе их причинения мог находиться в любом положении (стоя, сидя, лежа) при обязательном условии доступности для травмирующего предмета (предметов) зон повреждений. 5. При судебно-медицинском исследовании крови от трупа М. в крови был обнаружен этиловый алкоголь, в концентрации 5 %о (акт судебно-химического исследования), что у живых лиц может соответствовать сильной степени алкогольного опьянения (т. 1л.д. 185-192);
- выпиской из журнала скорой помощи от 01 января 2010 г., в соответствии с которым в 17.04 часов 01 января 2010 года поступил вызов от К. по адресу: ***, боли в области сердца. В 17.05 часов вызов отменен по телефону (т. 1л.д. 245);
- заключением судебно-медицинской экспертизы № 9 от 08 января 2010 г., в соответствии с которым у К. были обнаружены телесные повреждения в виде кровоподтеков области правого плеча (1), области правого предплечья (1), области левого плеча (1). Эти повреждения возникли от воздействий тупого твердого предмета (предметов), специфические свойства контактной поверхности которого (которых) в повреждениях не отобразились, как каждое в отдельности, так и в своей совокупности относятся к не причинившим вреда здоровью. Данные телесные повреждения могли быть причинены 01 января 2010 г. (т. 1л.д. 229-231).
Представленные суду доказательства, исследованные в судебном заседании, в своей совокупности приводят суд к убеждению, что подсудимым совершено преступление при тех обстоятельствах, которые установлены в судебном заседании. Исследованные доказательства суд признает достоверными, соответствующими действительности, относимыми к данному уголовному делу, допустимыми, поскольку они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, и достаточными для разрешения данного уголовного дела.
Суд исключает из числа доказательств протокол осмотра места происшествия от 02 января 2010 г. (т. 1л.д. 9-10), поскольку в нарушение п. 2 ч. 2 ст. 60 УПК РФ, в соответствии с которым участники уголовного судопроизводства не могут быть понятыми, при данном осмотре места происшествия в качестве понятых участвовали Рамалданов Р.М. и П. В судебном заседании свидетель П. подтвердила, что 02 января 2010 г. она вместе с подсудимым Рамалдановым Р.М. участвовала в следственном действии - осмотре места происшествия - квартиры К., где был обнаружен труп М.
Показания свидетеля П. в ходе очной ставки в той части, что К. сама убила М., суд находит не соответствующими действительности, поскольку они опровергаются как показаниями потерпевшей К. о том, что она видела, как Рамалданов с силой пинал М. ногами в живот, так и стабильными показаниями самого подсудимого в ходе следствия, его явкой с повинной, пояснявшего, что он действительно пинал М. в область живота, не отрицавшего, что от его действий наступила смерть потерпевшего, что подтверждается и заключением экспертизы № 2 «А» от 17 марта 2010 г., согласно которого смерть М. наступила от закрытой тупой травмы живота с разрывами левой доли печени, сопровождавшейся обильной кровопотерей.
Суд доверяет показаниям подсудимого Рамалданова Р.М., свидетеля П. в той части, что М. сначала приставил нож в правый бок П., а затем направлялся в коридор в их сторону с ножом, в связи с чем Рамалданов и причинил ему телесные повреждения, от которых последовала его смерть, опасаясь, что он продолжит нападение. Данные показания подсудимого и свидетеля стабильны, не противоречивы, согласуются между собой.
Довод защиты о том, что Рамалданов Р.М. действовал в состоянии необходимой обороны и превышения необходимой обороны в его действиях не было, суд находит несостоятельным и считает, что действия Рамалданова Р.М. правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 108 УК РФ, как убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны. Поскольку по смыслу закона, превышением пределов необходимой обороны признается очевидное несоответствие защиты характеру и опасности посягательства, когда посягающему без необходимости причиняется смерть. Опасность посягательства подразумевает интенсивность нападения и тяжесть вреда, который может наступить в результате умышленных действий нападающего в качестве последствия его действий. В данном случае судом установлено в судебном заседании, что со стороны М. было посягательство на жизнь и здоровье П., после того, как П. и Рамалданов вышли в коридор квартиры, М. вновь шел с ножом в руке в их сторону, однако, от толчка К. упал, больше не поднимался и не пытался вновь взять нож и продолжить нападение, но подсудимый Рамалданов подошел к лежащему на полу М. и нанес ему удары ногами, в том числе в живот. Таким образом, непосредственно перед нанесением ему телесных повреждений потерпевший М. не совершал таких действий, которые угрожали бы жизни или здоровью П. либо Рамалданова. Поэтому избранная Рамалдановым форма защиты - нанесение им ударов ногами в жизненно важные органы потерпевшего - не соответствовала обстановке и выходила за пределы необходимой обороны. Об этом свидетельствует и тот факт, что М. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, о чем показывают все участники произошедшего, и что подтверждается заключением судебно-медицинской экспертизы № 2 «а» от 17 марта 2010 г., из которого следует, что в крови М. был обнаружен этиловый алкоголь, в концентрации 5 %о, что у живых лиц может соответствовать сильной степени алкогольного опьянения.
Учитывая, что Рамалданов Р.М. на учете у врача-психиатра не состоит, наблюдая его поведение в судебном заседании, суд признает его вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное.
Определяя наказание подсудимому Рамалданову Р.М., суд учитывает степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории небольшой тяжести, личность подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного.
Суд учитывает полное признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной в качестве обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого. Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.
Оснований для применения ст. 64 УК РФ суд не усматривает.
Учитывая обстоятельства совершенного преступления, совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, личность подсудимого Рамалданова Р.М., который по месту прежней работы, по месту жительства характеризуется исключительно положительно, ранее не судим, а также мнение потерпевшей К., не настаивавшей на назначении в отношении подсудимого наказания в виде лишения свободы, суд приходит к выводу, что исправление Рамалданова Р.М. возможно без изоляции от общества, но в условиях осуществления контроля за его поведением со стороны специализированных государственных органов, и назначает Рамалданову наказание в виде лишения свободы в пределах санкции ст. 73 УК РФ, возложив на Рамалданова исполнение определенных обязанностей, что, по мнению суда, будет способствовать достижению целей уголовного наказания и окажет положительное влияние на исправление виновного. Суд устанавливает Рамалданову испытательный срок, в течение которого он своим поведением должен доказать свое исправление.
Наличие смягчающего обстоятельства, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ.
Вещественные доказательства по делу: брюки спортивные, мастерку, ботинки, изъятые у Рамалданова Р.М. и находящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Бодайбинского городского суда, необходимо вернуть по принадлежности Рамалданову Р.М.; образцы слюны и крови Рамалданова Р.М. на марлевых тампонах, образец крови на марлевом тампоне от трупа М., срезы ногтевых пластин с правой и левой рук от трупа М., находящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Бодайбинского городского суда, необходимо уничтожить, как не представляющие ценности; футболку с трупа М., находящуюся на хранении в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Бодайбо СУ СК при прокуратуре РФ по Иркутской области, необходимо уничтожить, как не представляющую ценности.
Гражданский иск по делу не заявлен.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд
ПРИГОВОРИЛ:
Признать виновным Рамалданова Р.М. в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 года лишения свободы.
В силу ст. 73 УК РФ назначенное Рамалданову Р.М. наказание считать условным с испытательным сроком в 2 года.
Обязать осужденного Рамалданова Р.М. не менять постоянное место жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего исправление осужденных, один раз в месяц являться на регистрацию в данный орган.
Меру пресечения Рамалданову Р.М. до вступления приговора в законную силу оставить прежней в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.
Вещественные доказательства по делу: брюки спортивные, мастерку, ботинки, изъятые у Рамалданова Р.М. и находящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Бодайбинского городского суда, - возвратить Рамалданову Р.М.; образцы слюны и крови Рамалданова Р.М. на марлевых тампонах, образец крови на марлевом тампоне от трупа М., срезы ногтевых пластин с правой и левой рук от трупа М., находящиеся в комнате хранения вещественных доказательств Бодайбинского городского суда, - уничтожить; футболку с трупа М., находящуюся на хранении в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Бодайбо СУ СК при прокуратуре РФ по Иркутской области, - уничтожить.
Приговор может быть обжалован в судебную коллегию по уголовным делам Иркутского облсуда через Бодайбинский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения.
В случае подачи кассационной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.
Судья: